Original subtitles

-"Звать его не иначе как князем-кесарем

и слушать до нашего возвращения всем.

В делах ведать в согласии с боярами Львом Кирилловичем Нарышкиным,

Борисом Алексеевичем Голицыным и ничего без их согласия

не предпринимать".

-О, гляди-ка сюда.

Невесты.

-Сейчас.

Ну что? Женихов-то нашли?

Патер и муттер допреж Алешку женить хотят.

Невесту ищут.

-Алешку?

Это что, твой сын, Иван Борисович?

Почему в партикулярном платье? Почему не в мундире?

-Дитя еще совсем, великий государь. Рано ему в солдаты.

-В солдаты рано, а жениться, стало быть, в самый раз?

-Ну дурное дело-то не хитрое.

Женить - дураков плодить. Правда, фрейлейн?

-Грамотный?

-Псалтырь читаю.

-Делу его надо учить. Вырастили орясину.

Поедешь со мной в Голландию.

Намедни издал указ: пятидесяти лучшим московским дворянам

ехать за границу учиться разным наукам, полезным государству.

-Не губи, государь-надежа! Там, чай, погано!

-Когда до ваших дубовых голов дойдет?

Без наук нет у России будущего.

Попрятали сыновей по чуланам.

-Ничего, мин херц, всех разыщем. -Запиши его...

учиться артиллерийскому делу.

-Пойдем, бомбардир.

СУБТИТРЫ: Е.ФИРСОВА, К.ФРЕГЕР, А.УГЛА, Н.ПЕТРУЛЕВИЧ, Л.ГОРДЕЕВА,

М.ИВАНЕЙКО

-Заступись, владыка.

Ведь чего удумал?

Детей наших забирает в залог, чтобы мы здесь тихо себя вели.

Уж хватит терпеть эти выходки. Пора бы и взнуздать.

-Кикин и Васильев - мачты делать, Алексей Троекуров - бомбардиром.

-О, явились... гости незваные.

-Вижу.

Неужто благословить нас пожаловал, святейший владыка?

Похвально.

-Негоже нам, православным, к иноверцам на поклон учиться идти.

Испокон веков такого не было и быть не должно.

-Не было - так будет.

Без учений нам быть не можно.

-От учений иноверцев лишь вред да раскол в православных душах.

Государю же при дворе надо быть и, как помазаннику Божьему, править.

-Не тебе, святейший, о нуждах государевых судить.

Мы в твои дела не входим, а ты по нашим на санях решил?

-Сказано апостолом: "Бога бойтесь, а царя чтите".

Только Бога ты не боишься. -А ты царя не чтишь.

-Слухай, кому интересно, чему детей ваших учить будут!

Борисов, Уваров - ботовому делу.

Лупонин, Кобылин - блоки делать.

Толстой, Скворцов и Синявин - учиться корабельному делу.

УДАРЫ В КОЛОКОЛ

-Слышала я от верных людей, великое посольство собирают.

-После Азова думает, что Европа его за равного примет.

Против турок союзников будет искать. Ну-ну.

-Детей боярских приказал для обучения в Европе собрать.

-Нам-то что с того?

-А Петр решил сам с посольством ехать.

Инкогнито.

МРАЧНАЯ МУЗЫКА

-Кого берет с собой из вельмож? -Голицына, Головина, Возницына.

Да кого бы ни брал, наши-то все здесь останутся.

Им с Петром не по пути.

КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН

ЛЕГКАЯ МУЗЫКА

-Цурюк.

Ви хайст ду? -Их хайсте Гретхен.

-Гретхен. Их - Лександр.

Может... хабен цузамен?

-Сашка! -Да, мин херц?

-Ты чего это? -Вот, язык учу, мин херц.

-Куда ты руки тянешь? -Битте.

-Филен данк.

ФРАЗА НА НЕМЕЦКОМ

-Так, ребята, в Кенигсберге не озорничать.

Головы оторву.

-Понятно? Куда ты пиво? Молоко подотри.

-Хоть кто-нибудь хоть на какую мелочь позарится - на воротах повешу.

-Правильно, мин херц. Мне и то страшно.

Все дома открыты, заборов у них нет, частоколов тоже.

Я думаю, всем карманы зашить. -Да ну!

-Да!

А что? Чтоб с пьяных глаз-то не началось, а то слава пойдет.

-Поведение-то у нас всегда приличное. Чего грозить-то?

-Угу. -Ладно.

Увидите, как нас Фридрих, курфюрст Бранденбургский, встретит,

будет военного союза просить. -Ну-ка, дай.

-А нам-то он на что? Мы еще подумаем.

Правильно, Франц Яковлевич? -Да.

-Да. Пруссаки-то с турками воевать не будут.

Ну, чего-чего? -Чай, как-то боязно.

Вдруг это мы - и...

к ним. ХОХОТ

-Кто они, эти странные люди? -Русские.

-Много денег дали?

-Дукат. -Этот богатый человек...

-Русский царь.

-Вот это гусь!

Смотри, какой политес у них. На цыпках как вытанцовывает.

-Его светлейшество, мой повелитель, великий курфюрст Бранденбургский

Фридрих, имеет удовольствие просить ваше...

-Тш!

Петра Михайлова.

Правильно, мин херц? -Правильно.

-Имеет удовольствие просить дорогого друга к себе в гости.

Курфюрст ждет.

-Называть-то его как? Братом неудобно.

Дяденькой? -Не по чину.

-Не угадаешь - обидится еще. Светлость. Ну как еще?

-Да назови как-нибудь. Господь надоумит.

-С Богом. -С Богом.

-Я сана такого - курфюрст - не слыхал ни разу.

-А что тут слыхать? Пониже короля, повыше дюка.

Получается курфюрст.

-Вся Европа с восхищением следит за блистательными успехами оружия

вашего царского величества против врагов Христовых.

Но, мой юный друг...

очень скоро вы поймете, что общий враг наш,

посланный Богом за грехи наши, не турки, но шведы.

-Хотел бы у ваших инженеров артиллерийской стрельбе поучиться.

-Конечно, конечно. Весь парк к услугам вашего величества.

-Спасибо. Данке.

-Может быть, бокальчик мозельского вина?

-Это можно.

-Друг мой, очень...

Друг мой, скоро мы станем свидетелями великой коалиции

против Франции. Король ЛюдовикЬИЖстар,

его бравые маршалы лежат в могиле.

Франция разорена непосильными налогами,

у нее просто не будет сил помочь турецкому султану.

И в международной игре карта Турции будет бита.

Но Швеция...

Это опаснейший враг за спиной Московии.

-Значит, смотри, передай дяденьке, что мы никаких бумаг

подписывать не будем. Но... но. Если вдруг какая нужда,

вот тебе крест, мы поможем. Поможем.

Подожди, подожди... И за пушечки спасибо.

-Ауфидерзейн!

-Это кошмар.

-Вот длинноногий!

Ну чего, мин херц? Как ты? -Хитер курфюрст.

Уламывал меня на военный союз против шведов.

-А зачем нам это? Нам с Польшей союз нужен, так?

-А про поляков говорил, что с ними лучше дела не иметь.

Так себе народец. Сегодня с одними, завтра с другими.

Пляшут они под шведскую дудку.

-Йа, заварил ты кашу, Питер. Хороший каша будет.

Европа много интересов имеет и очень много слов тебе будет говорить.

Главное, наберись терпения, государь. И такое увидишь!

-Ладно. Завтра уезжаем. В Амстердам.

-О, Амстердам. Прекрасное место.

ЛАЙ

-Слышь, Сашка, даже собаки лают без ярости.

Парадиз!

А что, заведем когда-нибудь и у нас такую жизнь, а?

-Ой, не знаю, мин херц, скоро ли.

Я вот как про бояр наших вспоминаю, так меня переворачивает.

Они же вот сидят на старине, ж*** протирают -

за тысячу лет ничему не научились. Не хотят! Вот и все.

-За этим и приехали. Нам за два года надо из дураков умными стать.

Чтоб бездельников у нас в государстве не было.

Смотри. -Вот за что люблю тебя -

за невыполнимые задачи.

-Ну, давай, Клаус, растолкуй им, что, помимо всего прочего,

они будут освобождены от уплаты пошлин, налогов, сборов на все время.

Давай, давай, давай.

СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА

-Полтора года Петр инкогнито работает на верфях, изучает науки,

знакомится с европейской культурой. Но истинные замыслы царя шире.

России необходимо сделать гигантский шаг вперед и встать вровень

с ведущими мировыми державами.

Для этого необходимы технологии и специалисты.

-Прокопий... Прокопий! Прокопий Богданович,

который по счету уже шел? -Да, почитай, две сотни уже.

-О! Зер гут, очень гут.

Государь будет очень довольный.

-Гут. Гут, Питер, гут. -А ну!

-Мой кузен вчера был в анатомическом театре.

Профессор показывал царю труп ребенка.

Младенец был как живой и улыбался. Царю так понравилось,

что он взял и поцеловал младенца в губы,

а затем помогал профессору препарировать трупы.

-Как? Сам? -Сам.

-И ему не было страшно? -Нет. Страшно было другим русским.

А он заметил это и стал на них орать. И заставил рвать зубами

мускулы трупа. -Какой кошмар эти русские.

-Клаус, Клаус! Говорят, здесь работает русский царь.

-Глупости все это. Врут. Откуда ему здесь быть?

Кто тебе это сказал? -Мне кажется, это хорошо.

Вот это хорошо. -Гут, Франц. Гут.

-Гут?

-Смотрите, смотрите! Смотрите, это русский царь.

Смотрите, это русский царь.

Смотрите, смотрите!

-Правда ли, что в России все женщины бородатые?

ХОХОТ

-Пшли вон! -Царь...

-Девять сотен мастеров наняли. Инструмент накупили,

восемь обозов уже отправили. Ну, остальное по мелочи.

-Посмотрел суда, плохо они их строят. Все на глазок.

Этот так, этот сяк, этот вообще... -Да, это я и сам вижу.

-В Англию ехать надо. -Куды?

-В Англию. Они, в отличие от голландцев, все по уму строят.

-Ну, в Англию так в Англию.

-"Мин херц кениг... Ныне прибыли в Англию.

12 апреля посетил парламент. Был на фабрике, видел разные машины.

Встречался с учеными.

Неусыпно учусь морской архитектуре, как и в Голландии.

Наняли шкиперов, лекарей и других корабельных работников.

С тамошними купцами заключили договор о продаже табака".

-Народ перебивается с хлеба на квас,

нищих полна Москва.

Разбойники - и те с голоду пухнут, а эти все везут и везут.

-Главное, эта немчура кругом. -Поистине антихристовы времена.

-Стой! Стой, говорю! Куда прешь, вахлак?

Видишь, проезд закрыт.

-Глаза разуй. Не видишь, царевна Марфа Алексеевна

в гости к царевне Софье пожаловала. -А по мне хоть и царевна,

только у меня приказ есть: посторонних в монастырь не пущать,

а особливо к царевне Софье. -Да пусти ты их, Савелий.

Федор Юрьевич разрешил ближней родне в праздничные дни видеть царевну.

-В праздники... У нас, почитай, каждый день праздники.

Зачем тогда народ только в затворе держать?

Проезжай!

-Здравствуй, сестрица.

Как добрались?

Не было ли помех?

-У нас одна помеха, царевна ты наша.

Антихрист, что на Москве правит.

Опять аресты стрельцам учинил.

-А стрельцы чего? Молчат?

Терпят? Вы же сила. Вы столько лет опорой государству были.

-Все стрелковые полки только и ждут сигнала.

-Так за чем же дело стало?

-Сомневаются некоторые.

Говорят, что не было еще на Руси, чтобы девица царем была.

А как без царя-то? -Так есть же царь.

Алексей Петрович. -Мал еще.

-А это хорошо. Это хорошо, что мал. Царица Евдокия - женщина добрая,

воспитанная в благочестии. В государственные дела

лезть не будет. Царствовать будут оба.

-А ты, сестрица, править, как прежде.

-Слово свое скажи лишь, а уж мы за тебя до края.

Как похотят стрельцы.

-До края, стало быть?

Свою судьбу с вашей воедино вверяю. Коли вам в пропасть,

так и мне жизни не будет.

А теперь ступай. Темнеет, сейчас караул менять будут.

-Сестрица, что же ты? А если письмо в лихие руки попадет?

-Сие не моей рукой написано, ты ничего не видела. Забудь, поняла?

А с Евдокией поговорить надобно. -Сделаю, сестрица.

-Ступайте.

Господи, помилуй...

-"Мин херц кениг... Брат мой король Вильгельм

подарил мне 20-пушечную яхту и модель английского корабля...".

-Поднимай!

Осторожно, черт вас дери! Утаскивай!

-"...А вести здесь такие: король французский

готовит паки флот в Бресте, а куды - никто не знает.

Вчерась получил из Вены ведомость, что король гишпанский умер...

А что по смерти его будет, - о том ваша милость сама знаешь".

-А что будет-то? -Война будет.

За гишпанское наследство.

ЛЕГКАЯ КЛАССИЧЕСКАЯ МУЗЫКА

-Англичане, англичане! Английский и голландский меркантилизм

нам давно известен. Чего их слушать?

А нам с тобой писал иерусалимский патриарх,

чтобы мы Гроб Господень оберегли.

Ну неужто тебе, брат мой, Гроб Господень недорог?

-Конечно! Конечно, дорог. Но!..

На 15-летнюю войну истрачены огромные деньги,

и мир с турками для нас сейчас просто благо.

-Мир, мир...

А с французами воевать собираетесь. Как сие?

-Ну это конечно. Это да, но это личные дела.

Но... -Ладно. Черт с тобой.

Будешь подписывать с турками мир, потребуй хотя бы Керчь для меня.

-Конечно. Конечно, брат.

Мы полностью разделяем твои требования.

Но! Я предвижу великие трудности.

Турки не привыкли отдавать крепостей без боя.

О! А вот и то самое вино, Питер!

Давай мы с тобой выпьем за наш сердечный и крепкий союз.

ЛЕГКАЯ КЛАССИЧЕСКАЯ МУЗЫКА

Гутен таг! -Гутен таг!

-Поговорили? -Поговорили.

-Унд вас? Так что он тебе сказал?

-Сказал, сказал. Как только про Турцию начинаю разговор -

со всем соглашается, ничего не отрицает.

А как до решения доходит - вертится как намыленный!

Таких лгунов мы отродясь не видали.

-Вильгельм, король английский, в союзе тоже отказал.

Но предложил купить корабли и пушки.

-Иного и не ожидал от него. Здесь все только о деньгах и думают.

Нация лавочников!

Пойдем, чего встал?

ВОИНСТВЕННЫЕ КРИКИ

-Стрельцы! Вспомните, как хорошо мы жили при государыне нашей Софье!

ВСЕ: Да! Да!

-А теперь Софья просит вас как можно скорее в Москву идти

к ней на помощь! Вот письмо от нее!

ВСЕ: Да! Да! Да!

-Правда, что Лефорт царя убил и немца к нам везет?

-Правда! Софья - государыня наша! ВСЕ: Да!

-Если не поторопимся - дело наше погибло!

Немчура поганая на шею к нам сядет! -Да!

-Софью на царство! ВСЕ: Да!

-Бояр с колоколен скинем! ВСЕ: Да!

-Опомнитесь, братцы! После прошлого бунта

царь простил вас, а жен и дитев не тронул.

Бога побойтесь! Вы же крест целовали!

-Не слушайте его! Мы крест целовали царю, а не антихристу!

Бейте его, братцы! Бейте! НЕИСТОВО КРИЧАТ

-Готовьтесь к походу. А тех, кто к Москве не пойдет, -

сажать тех на копья.

-Ишь!

Во. Фигура женская. Грудь голая.

-Монсиха? -Она, змея.

Видишь корону? Царица Кукуйская.

А вот еще всадник. Скачет к ней.

-Петруша? -Угу.

Как будто... Как приворожен он.

-А это что? Будто ребеночек. -А ну-ка.

Ну так и есть. Затяжелела она.

-Как - затяжелела? -Ну так.

Видишь? Мальчик. -Господи... Что же делать?

Если эта немка безродная родит мальчика,

что же будет со мной и Алешенькой? -Беда будет.

Не пощадит она вас. Не-а.

ШАГИ

-Ну здравствуй, царица! Опять?

Еще раз увижу, что колдуешь, своими руками задушу.

Подь отсюда.

Господь с тобой, государыня! Нешто не понимаешь, что грех?

О чем плачешь? -Монсиха... тяжелая.

-Больше слушай ты дуру эту. Сейчас не о Монсихе думай.

Верный человек сообщил: смута большая, бунт зреет.

Софью на царство стрельцы кличут. -Ой...

-Крови польется! -Господи, что же делать?

-Наследника и себя спасать, сестрица. Потому как, если сюда ворвутся,

никому несдобровать. После каяться будут,

но уж поздно, ничего не поправить. Куда?!

-Так дядюшку Льва Кирилловича предупредить.

-Не о том думаешь. Нарышкиным уже ничем не поможешь.

Тебе о себе и о наследнике думать надо.

А если Софья власть возьмет, то народу все равно царь будет нужен.

А он один, Алешенька твой. Она править будет,

а вы с Алешенькой - царствовать, пока он в лета не войдет.

Софья свою поддержку обещает. Ну, что скажешь?

-Согласна я. -Ну вот и хорошо.

Собирайся пока. Токмо поторопись.

Дорог каждый час.

-Ступай. Вот дура. -Как есть дура! Набитая дура.

Ах эти бабы! -Погодь, погодь, Лев Кириллович.

Тут не бабьи шутки, тут другая игра.

Если со стрельцами верно, то...

Поднимай полки. Бунт у нас, похоже.

-Кто таков? Как смеешь?

-Здравствуй, Марфа Алексеевна! И ты, царица, здравствуй!

Куда это вы собрались?

По здешним дорогам без охраны ездить не можно.

Еще не всех лихих людей извели.

Не ровен час, зарежут.

Ну, царевич, ты чего испужался-то? Это же я, Алешенька. Идем.

Да что ж ты, матушка? Я ведь перед государем

за тебя и наследника головой отвечаю.

Царскую сестру задерживать не смею. Но все же, Марфа Алексеевна,

мои люди с тобой поедут. На всякий случай.

А мы с царицей и наследником здесь останемся. Помолимся за тебя.

Так ведь, Евдокия? -Так.

-Вот и славно.

А вы чего встали? Живо царские вещи назад несите!

Живо, я сказал!

-Даруй, Господи, одоление на агарян и филистимлян,

иноземцев иноверных языцев.

Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Аминь!

-Ромодановский переговорщиков прислал.

Говорит, кто в полки вернется, казнен не будет,

окромя тех, кто полковника казнил.

-Царю-изменнику нет более веры. А нам теперь отсюда али с Софьей,

али жизни не видать. Все одно погибать.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Это кто там? А ну, давай сюда!

-Стрельцы! За мной...

все три тысячи войска, верных своему государю!

Мы выбрал прекрасное место для битвы,

но я не хочу проливать братский кровь!

Куда вы идете? О чем вы думаете? Скажите мне!

-Домой, в Москву! ВРАЗНОБОЙ: Домой! Домой!

-Вы зачем нас в сырые леса загнали?

-Мало нас под Азовом побито? Мало мы мертвечины ели,

коли с Азова шли? ВСЕ: Да!

-Слушайте!

Вы добрый, разумный люди! Зачем нам биться?

Выдайте мне заводчиков, всех воров, которые бегали на Москву

с челобитными! -Среди нас воров нет!

ВСЕ: Нет!

-Вы русских людей ворами крестите, сволочи?

У нас у каждого крест на шее! Франчишка Лефортовский!

Может, тебе этот крест не нравится?

-Поздно! Нет больше веры. Стрельцы, братцы,

помните, как нас били? И теперь побьют!

-Да!

-Вот и участь их решена.

КОЛОКОЛА Н.а.талекса

-Это что же получается, господа великие послы?

Доносят мне, что о мире с турками не токмо Леопольд, но и Вильгельм,

король аглицкий, хлопочет, не спросясь ни нас,

ни августовских поляков. -Да...

А главное, как потчевал! Яхту подарил.

С турками обещал помочь воевать. -Лицемеры! Пышно встречают

лишь для того, чтобы обмануть при первой возможности.

-Они не считают, что это обман, Питер. Они считают это выгодой.

Что есть выгода - не есть обман, а есть кунстер политик.

Ты сюда ехал - у тебя был свой интерес,

у них тоже здесь есть свой интерес. Это и есть политик.

-Политик. Мы думали, этот танец вдвоем танцуют.

А Европа нас даже не замечает. -Да варварами они нас считают.

Так просто к себе не пустят. Ждут, когда мы им сапоги будем лизать.

-Ну и пусть подождут. -Коли так, везде, где нужду имеем,

силой войдем. -Правильно.

-Сил пока мало, государь. Чтобы Европа равняться,

нужно еще лет 10. -Нет у нас 10 лет.

Если за год не успеем то, что должно за 10, нас раздавят.

Что там?! Дай сюда! -От Ромодановского.

-Стрельцы бунт поднимают, Софью на царство требуют.

-Вот этого нам для полного плезира-то и не хватало.

-Собираемся! В Москву едем! Срочно!

-Н-да... Поторопился ты, Алексей Семенович.

-Отчего?

-Зачем зачинщиков повесил?

-Так что мне их, Федор Юрьевич,

награждать, что ли? -Допросить надо было.

Сотника когда вешали, он крикнул:

"Щуку съели, да зубы целыми остались".

-Н-да... Чует мое сердце...

...быть беде.

-Питер, прошу тебя, не горячись. Они же провели розыск.

-Не розыск у них был, а преступное баловство.

Шеин, дурак, не понимает, что нить в руках держал.

На! Весь твой полк! Тебя! Всех полковников твоих! Пусти! Изрублю!

Б*** сын! Дурак!

Стрельцов казнили! Кто за ними стоял? Бояре!

-Государь, пощади!

-Остановись! -Пусти!

-Убьешь! -Пусти! Пусти!

Жало не вырвано. Гангреной все государство поражено.

Прости, Франц.

Вся внутренность во мне кипит, как помыслю о боярах,

обо всей этой саранче.

Знают все, молчат... молчат. Затаились!

-Ведут! Ведут! Ведут!

-Государь повелел, а бояре приговорили!

Казнить за государственную измену

бунтарей и зачинщика Овсея Ржова...

-Как задумал наш комар,

Наш комар жениться.

Наступила темна ночь,

Комару не спится!

Думал, думал наш комар,

Набирался духу,

И сосватал он себе

ЗеленУю муху.

-Все, притопали, сердечные.

-Ну что, бояре, пришло время на деле показать, с кем вы -

со мной аль нет.

-"...Ивашку Головню, Корнислава Кречетникова,

Переслава..." -Куда прешь, кобыла?

Да еще с дитем!

-Всем брать топоры и рубить крамольникам головы.

-А слыхали? Бешеной собаке хвост рубят по уши.

С дороги, пес.

Топор. Давай.

-Пришло время поквитаться. Голову держи, пес.

ШОКИРОВАННЫЙ ГУЛ ТОЛПЫ

ДОНОСИТСЯ ПЕНИЕ ЦЕРКОВНОГО ХОРА

ХОР: Ис пола эти, деспота.

-Святейший владыка, ты по что здесь?

-Пришел я, государь, по древнему обычаю печаловаться

за опальных и казнимых тобою без жалости.

Пусть встанет святая Богоматерь между тобой и гневом твоим,

ибо гнев сей - демон, душу твою сжирающий.

-По что ты здесь?

-Напомнить тебе слова апостола: "Кто судит без милости,

тот и без милости судим будет".

-Я не менее твоего чту Господа нашего и Матерь его пречистую.

Но долг мой велит за весь мой народ печаловаться,

не только за преступников и смутьянов.

Я державу защищаю от смуты и погибели.

Уходи, святейший владыка, и икону поставь на место.

-Отойди, государь. Здесь не твое место.

Мое.

КРИК

ОХИ ТОЛПЫ

ЗАДУМЧИВАЯ МУЗЫКА

-Дождались, Лев Кириллович. Государь-то не угомонился.

-Из застенков да с монастырей всех собрал, всех возвернул,

как грозился. -Я знаю.

-Ох, видит Бог, накликали мы беду. Ох, беду.

-Да не кудачхи ты, Алексей Семенович.

Ты думай, что делать-то будем. -Что делать?

Правду государю сказать.

Что не только Софья, но и государыня Евдокия

в смуте замечена.

-А вот ты поди и скажи ему, покоритель Азова,

воевода великий. -Так...

-Что "так"? Так поди да скажи, смело.

-Государь в гневе на меня. Федор Юрьевич, ну ты же знаешь.

-Знаю.

МРАЧНАЯ МУЗЫКА

-Что?

-Ну, Лев Кириллович, ты главный в этом деле заводчик.

-К тому же ты государева родня. Тебя он и прежде миловал.

-И сейчас простит. -Да что ж я ему скажу-то?

Он во гневе Евдокию на плаху отправит.

Сам знаешь его характер. -Ничего, Господь милостив.

Как-нибудь обойдется, надо идти.

-Ну да. Вот вместе и пойдем. -А тоже верно.

Вдвоем-то сподручнее. Может, и образумите государя.

-Господи, спаси и сохрани. Помилуй.

-Моя неправда. Все знаю.

Батюшка, пощади Евдокию. Ну, дура она.

Не ведала, во что ее воры втягивают. -Да змея она.

Пригрел на груди змею.

За это и смерти мало!

-Подумай, государь.

Где же это видано, чтоб царицу-то казнить?

Не было такого никогда на Руси. -Ну, на Руси-то, может, и не было,

а вот в Англии ГенрихЖИИИ двух жен казнил,

трех в монастырь отправил. -Бога побойся, Александр Данилович.

Ты русского царя-то с еретиком не равняй!

-А я и не равняю. Я пример... -Папенька!

Ты матушку убить хочешь?

-Алешенька, ты чего? Что случилось?

-Пусти! Пусти! Ты плохой!

Ты матушку хочешь убить! Пусти! Пусти!

Батюшка, прикажи его высечь! -Оставьте нас!

-Дитя пожалей, Петр Алексеевич. -Вон, я сказал!

-Ты дяденьку прогнал! Ты никого не прощаешь!

-Неправда. Прощаю.

Раскаявшихся прощаю. -Простишь матушку?

-Хоть предала меня... но прощу.

-Крест поцелуешь?

-Вот.

Ради тебя. Прощаю.