Original subtitles

Воспитывала меня госпожа Дараган.

Мы с нею в Европу часто ездили, в Турин, в Вену.

От того и фамилия у меня Тараканова.

Простите, матушка.

Вам никогда в голову не приходила мысль…

Что я могу претендовать на престол российский?

Да, ведь у вас есть все основания.

Когда матушка преставилась, а супруг ваш покойный, Пётр Фёдорович, государем стал,

ко мне просители, как паломники к святому источнику, зачастили.

Одни предлагали гвардию на бунт подбить, другие – руку и сердце,

чтобы потом их на престол возвести.

Вот как? И можете назвать сих персон?

Шуваловы были, Бутурлин, Шубин,

Нарышкин Семён Кириллович.

Ну это вы всё называете умерших.

А из ныне здравствующих кто-то пытался возвести вас на престол

или взойти на него с вашей помощью?

Не гневайтесь, Ваше Величество, не скажу. Не надо это.

Что касается престола, я постриг специально приняла,

чтобы этой самой власти, как искушения дьявольского, избежать.

Власть – искушение дьявольское?

И власть, и богатство, и любовь еще.

Простите, матушка, последний вопрос.

У Елизаветы Петровны больше не было детей?

Нет, Ваше Величество. Одна я.

Прошу, помолитесь за императрицу Всероссийскую.

Храни вас Господь, Ваше Величество.

А молиться я буду за рабу Божью Екатерину.

Где генерал? Он вызывал меня.

Вон он, возвращается с позиций.

Пётр Александрович! Звали?

Григорий Александрович! Здравствуй.

Сразу к делу. Слышал, что любимчик государыни-то учудил?

- Какой еще любимчик? - Да Суворов этот!

Только прибыл со своим корпусом – как будто мы без него не справились бы –

и тут же, без всякого приказа, без военного совета,

восьмьюстами солдатами взял Туртукай.

А там больше четырех тысяч турков в обороне было!

И, главное, депешу какую прислал, сукин сын!

Ну-ка! На, читай.

«Слава Богу, слава Вам! Туртукай взят, Суворов там».

Каков подлец!

Не понимаю вашего негодования, Пётр Александрович.

Александр Васильевич победил, одержал убедительную викторию…

Викторию? Да у меня линия фронта – 900 верст,

а на 900 верст всего пятьдесят тысяч штыков.

Каждый солдат на счету!

А если бы Суворов проиграл и положил свой отряд?

- Да, но… - Никаких «но», не спорь!

Иди со мной.

Я написал государыне рапорт о самоуправстве Суворова.

Она, ты знаешь, подобного пустого риска-то не любит.

Ты ведь давеча рвался в Петербург, так?

Вот, ты сей рапорт и отвезешь. Собирайся.

Если что, это приказ. Ну вот.

Николай Иванович, ты где был? Я уж посылал за тобой.

Ну, привезли или нет? Давай, показывай.

А, это вы, пан Михал.

Решили поухаживать за мной?

Не вижу в этом ничего плохого.

Но это цветы не от меня.

Это тот русский дворянин, граф, что приехал утром.

Русский дворянин? Откуда он, как его фамилия?

Из Петербурга. А фамилия какая-то птичья: не то Соколов, не то…

Орлов? О боже, граф Орлов?

- Алексей или сам Григорий? - Алексей.

Значит, Екатерина испугалась.

Она уже шлет шпионов.

Михал, разузнайте про него всё.

Идите же, скорее!

Веселей, веселей!

Долго! Пока вы добежали, враг уже захватил укрепления!

Давай еще разок. Смелей, смелей!

Тяжело в учении – легко в бою!

- Почистил? - Так точно!

Смотри! Пушка должна быть гладкой и блестящей, как у кота что?

- Знаю, знаю! - Молодец!

- Здравствуй, Александр Васильевич. - О, Потёмкин!

Не сочти за труд. На два слова.

Пойдем.

Румянцев на тебя зол, знаешь?

Знаю. Позлится, позлится да успокоится.

Не лезь ты на рожон, Александр Васильевич.

Он тебя в измене обвиняет, я про то рапорт везу Екатерине Алексеевне.

Григорий Александрович, тебе ли не знать,

наше дело солдатское – иль грудь в крестах, иль голова в кустах.

Так что вези свой рапорт, а обо мне не думай.

- Ну-ну. - Ну что встали?

Богатыри! Орлы! Ну что, давай еще разок!

Кто смел, тот цел! Кто храбр, тот живой!

Ваше Высочество, позвольте вам представить – граф Алексей Орлов.

Граф, перед вами принцесса Владимирская.

Ваша красота еще более ослепительна, чем слухи о ней.

В Санкт-Петербурге все такие лестецы, граф?

- «Льстецы». - Что?

По-русски правильно говорить «льстецы».

Но я не льстец, я говорю правду.

Пан Михал, будьте любезны,

пойдите к господину маркизу и предупредите его, что я буду чуть позже.

Меня проводит граф Орлов.

Граф, вы прислали мне корзину роз,

но полагаю, что с большим удовольствием вы бы принесли их на мою могилу?

Помилуйте, Ваше Высочество.

Вы обращаетесь ко мне как к принцессе Владимирской,

будучи братом фаворита императрицы Екатерины,

и таким незамысловатым способом вы хотите втереться ко мне в доверие.

Разве вы не понимаете, граф,

что этим откровенно показным пассажем вы обнаруживаете полное неуважение ко мне

как противнику вашей доверительницы?

Я обращаюсь к вам как к принцессе Владимирской,

потому что искренне надеюсь, что вы ею и являетесь.

Тогда ответьте на один вопрос.

С какой целью вы приехали в Италию?

Вы правы, цель моего визита отнюдь не ваша красота.

Это заявление – хороший ход, граф.

Вам удалось меня удивить, а это случается не так часто.

Вы хотели знать правду, Ваше Высочество, а правда не всегда бывает приятна.

Так что вам от меня нужно?

Денег у меня нет, положение мое шатко, врагов больше, чем друзей.

Значит, вам нужна помощь, и я приехал, чтобы протянуть вам руку.

Руку друга.

И в чём вы хотите мне помочь, друг?

Многие дворяне России мечтают посадить на престол потомицу Петра Великого.

У Екатерины сложный характер, скверные манеры и холодное сердце.

Судьба моего несчастного брата Григория лишь тому подтверждение.

Ваш брат вдруг стал несчастным?

Помилуйте, но вся Европа знает, что Орловы в фаворе у русской императрицы.

Значит, вы не знаете последние новости.

Да? Какие, интересно узнать?

Мой брат, Григорий Григорьевич Орлов, в опале и удалился от двора.

Наша звезда закатилась, Ваше Высочество.

Что вас тревожит, Ваше Величество?

Я всё думаю, Лев Александрович…

почему вся Европа ополчилась против меня?

Эта книга…

эта самозванка.

А сколько сил потрачено, сколько сделано.

И ладно бы Европа, но ведь и здесь!

Эти бесконечные интриги при дворе, все шепчутся за моей спиной.

И всё про то, что под моею рукой Россия закончилась.

Полно, Ваше Величество.

Россия была, есть и будет.

И вам одной ее не закончить, даже если бы вы сделали это своей целью.

А что касается разговоров и сплетен,

уверяю вас, нытики и пустословы вечны, как Россия.

И что мне делать?

Вам стоило бы не прислушиваться к их недовольству…

а чаще смотреть в зеркало…

и спрашивать у той, которую вы там видите…

«Что я делаю не так?»

Досифея – внучка Петра Великого, прямая наследница.

Ну кому, как не ей, быть на троне?

Она добровольно с себя тяготы сложила.

Но есть еще Романовы. И вы, Нарышкины.

И Долгорукие, и Мстиславские, и другие.

И у всех есть права на престол.

Вы супруга императора.

У меня есть только одно объяснение для моей победы, Лев Александрович:

на то была воля Божья.

Прости, заболтала я тебя, Лев Александрович. Поспи.

Вот тут она и поедет.

Яма глубокая, так что застрянут, никуда не денутся.

Смотри, Селиван, угли не потуши.

Ты кого учишь? Я восемь годов на Демидовских рудниках пушкарем был.

Пошли.

Пошли.

Григорий Александрович! Как же я рад вас видеть.

Пётр Дмитриевич, приветствую. Извини, не обнимаю – в пыли весь.

Ну, ничего, ничего. Платье сейчас почистим.

- Благодарю. - Пойдем.

А у нас обед, как раз отобедаешь с нами.

- Вот не откажусь. - Ты какими судьбами?

Еду с театра военных действий к государыне по срочной надобности.

К государыне? Так она здесь была.

Как здесь? И где она?

Разминулись вы с ней.

Ее Величество поутру уехала из Москвы.

Григорий Александрович, а как же обед?

Некогда! Пётр Дмитриевич, вели подать новых лошадей, срочно!

Не спится, Лев Александрович?

Трясет.

Едут.

- Едут! - Готовьсь!

Что пишете, Ваше Величество?

Вот про дороги и пишу.

А еще про дураков.

Вот, например, про одного французского аббата.

Уязвил он вас своим сочинением, стервец.

Проклятье!

- Сопровождение, стой! - Харитон Кондратьевич…

- Цыц! - Что стряслось?

- Да колесо в яму… - Пора?

Погоди. Может, не она.

- Спешиться! Охранять карету! - Уйди!

- Ваше Величество. - Что случилось?

Произошла досадная поломка, Ваше Величество. Лопнула ось.

Вы даже осей нормальных сделать не можете.

Сломанная ось, Лев Александрович, немецкой работы.

- А наши, уральские, не ломаются. - А ездят?

А как же! Ездят, ездят.

А если я тебе сейчас съезжу?

Чтобы ты в следующий раз смотрел за каретой.

- Помилуйте. - Лев Александрович!

Любезный, когда сможем ехать дальше?

Часа через два, Ваше Величество, как ось заменим.

Так меняй, меняй, батюшка.

Двое, на полмили в оба конца проверить дорогу!

Ну что там плетешься? Давай быстрее!

- Ваше благородие! - Да?

- Ваше благородие! - Что такое?

Конь захромал у меня. Боюсь, не выдюжит.

Ясно. В Хотилове поменяешь коня, потом нагонишь.

Не желаете ли размяться, господин обер-шталмейстер?

Размяться? Что может быть прекрасней после этой адовой дороги?

- Она? - С удовольствием, Ваше Величество.

Похоже.

Да, и вот еще что.

Как глава конюшенной канцелярии потрудитесь по приезде распорядиться,

чтобы отныне на наши кареты ставились только оси уральской работы.

Как скажете, Ваше Величество.

Селиван, готовься!

Какой воздух!

А сосны? Красота!

Да, пастораль. Куда уж там Италии с Францией.

Ваше Величество, а дороги?

Где вы еще найдете такие дороги?

По охране бей. Бей по охране!

Селиван, давай!

Прощения просим, барынька.

Кто такая, откудова едешь?

Что это за кавалер с тобой?

Назад, скоты! Убью!

Ух ты! Какой лютый барин попался!

Бей их, ребята!

Бегите, Ваше Величество! Бегите!

А ну-ка, стой, немкиня поганая!

Наша не взяла. Бежим!

Стоять! Катя!

Лев Александрович, ты как? В погоню!

Екатерина Алексеевна!

Екатерина Алексеевна, милая, милая…

Милая!

Ты чертовски вовремя, Григорий Александрович.

Но в погоню мне сейчас затруднительно.

Гриша…

Господа, будем веселиться всю ночь!

Ваше Высочество!

- Потрудитесь подойти ко мне. - Что вам угодно?

Я больше не ваш воспитанник, Никита Иванович.

Ваша матушка была бы недовольна, увидев всё это.

Моя матушка? А матушки здесь нет!

Теперь я здесь хозяин.

Идите спать, господин граф.

Я вас настоятельно прошу, не мешайте нам веселиться.

Господа, пойдемте запускать фейерверки!

Музыку! Я хочу веселиться!

Что за чёрт!

Сюда!

Быстрей сюда! Пожар! Пожар!

Сюда, скорей! Пожар! Прекратите танцы!

Проклятье!

Как же он похож на своего отца.

Павлуша!

Просыпайся.

Как вам спалось, ваше Высочество?

Я не Высочество, я Величество.

Император Всероссийский!

Простите пожалуйста, Ваше Величество.

И я только сейчас, вот сегодня утром, понял, что такое счастье. Иди сюда.

Я не одета.

Это пустяки.

Это пустяки! Ты же моя императрица.

Кто нас осудит?

Счастье – это свобода, Лиза.

Без всяких «ты должен», «не смей» и «делай то, что велено».

И я хочу, чтобы наша свобода длилась вечно.

А ты, Григорий Александрович, как там оказался?

Вез письмо от генерала Румянцева с жалобой на Суворова.

И чего опять учудил наш Александр Васильевич?

Кукарекал или по лагерю голым бегал?

Военная коллегия просит приговорить Суворова

за взятие Туртукая к смертной казни.

И что решили вы, Ваше Величество?

Победителей не судят.

Разбрасываться такими полководцами, как Александр Васильевич,

глупо и недостойно.

Ого, как сказано! Позвольте, я это запишу, Ваше Величество.

Лев Александрович, мы идем к лодкам.

- Вы с нами? - О нет, избавьте меня от этой участи.

Я человек сухопутный, у меня морская болезнь.

- Лев Александрович. - Ваше Величество.

Ваше Величество.

Лев Александрович.

Да…

Просто мороз по коже от мысли, что эти изверги хотели сделать с матушкой.

Господи, храни матушку нашу императрицу Екатерину Алексеевну.

- Я слышал, двоих преступников поймали. - Поймали.

И что? Что они говорят?

Пока молчат.

Вот ведь, староверы проклятые!

Ради ереси своей на костер пойдут, а зачинщиков не выдадут.

Вы не волнуйтесь, Александр Михайлович,

в Тайной канцелярии есть умельцы язык развязывать.

А я и не волнуюсь.

С чего вы взяли, что я волнуюсь?

Да это я так. Показалось.

Рябов, чёрт тебя подери! Аккуратнее!

Виноват, ваше благородие.

Известно ли тебе, Харитон, кто указал время

и место проезда царского экипажа?

Не знаю того. А если б знал бы, не сказал.

Рябов!

Почему?

Потому что антихристу в бабьем обличии служите.

Потому что веру нашу древлеправославную продали!

Потому что Русь Святую немкине поганой отдали!

До сих пор с ужасом думаю, что могло бы случиться,

не подоспей ты вовремя там, на дороге.

- Катя, я… - Гриша!

Вернись на место, на нас смотрят.

Ну и пусть смотрят.

Императрице, Гриша, многое дано, да не многое позволено.

Императрица…

А что мне делать, если я тебя люблю?

Меня? А кто я?

Прошу прощения, Ваше Высочество.

Говорите по-русски, Михал.

Я хочу слышать свой родной язык.

К вам посланник шведского короля Густава III, Ваше Высочество.

- Проводите его в зал, я сейчас выйду. - Слушаюсь.

- Ваше Высочество. - Я рада снова видеть вас, барон.

Король Густав в добром здравии?

Слава Господу, Его Величество здоров и полон сил.

Прекрасно. Король обещал мне всяческое содействие.

Так вот, в скором времени оно мне может понадобиться.

Его Величество обязательно выполнит все свои обещания, но есть условие.

Что? Появилось условие?

Какое, позвольте узнать?

Видите ли, мы уже приходили в Россию как захватчики,

и каждый швед хорошо знает ярость русского народа.

Из-под Полтавы вернулись немногие и…

Мой король окажет всякую поддержку и содействие, но только в том случае,

если вас возведут на престол сами русские.

Ах вот как! Но если меня уже возведут на престол,

так в чём, позвольте полюбопытствовать, будет состоять содействие вашего короля?

Ваше Высочество, оно вам непременно понадобится.

Признание Европы важно каждому монарху,

отобравшему корону у своего предшественника.

Передайте Его Величеству Густаву, что я очень ценю его расположение.

Всего доброго, барон.

Тьфу на вас, бесы!

Проклинаю! Проклинаю вас, Никоново отродье!

Хватит!

Пёс! На царицу руку поднял!

На помазанницу Божью!

Не, одна у меня царица – небесная, дева непорочная, Богоматерь.

А ваша – блудница и антихрист.

Будешь говорить, пёс?

- Говори! - Я не скажу!

- Говори! - Я не скажу!

- Кто?! - Я не скажу!

А мне?

- А мне скажешь? - Свят, свят!

Не смотри на меня! Свят, свят.

Свят, свят, свят! Свят, спаси, Господи.

Богородица, спаси и помилуй меня.

Не смотри на меня! Свят, свят, свят!

Говори!

- Кто место и время указал? - Господи, спаси!

- Кто?! - Барин!

Барин был из Петербурга.

Он еще деньги передал.

Имя! Как его имя?

Выйдите все.

- Рябов! - Ваше Величество…

Я сказала – все!

Пей.

Скажешь, кто – помилую. Отпущу, слово даю.

Вы мне не враги. А вот тот, кто вас надоумил…

А не скажешь – велю арестовать всех староверов

и каждого пытать прикажу.

Каждый камнем на твою душу ляжет.

Как потом Богу в глаза будешь смотреть? Об этом подумал?

К нам человек приезжал.

Золотишко привез, время и место указал.

Его… Его Голицын послал.

Подготовь приказ: Голицын покидает пост вице-канцлера,

но остается вице-президентом Иностранной коллегии.

- Новым вице-канцлером будет… - Катя, он хотел тебя убить!

За это не просто казнить, тут живьем сжечь мало!

Григорий Александрович, я сказала – нет.

Никакой казни и никакого суда.

- Как вам будет угодно, Ваше Величество. - Гриш…

Гриш, я прошу тебя, не обижайся.

Просто пойми, нельзя.

Ну если сейчас, когда война с турками,

когда в Европе эта самозванка воду мутит, когда масоны,

арестовать, судить и казнить вице-канцлера Российской империи,

все сразу же поймут, что дела у нас очень плохи.

Поэтому, Гриша, нельзя. Это политика.

«Я говорю, что русский крестьянин действительно необуздан и груб.

Однако он безгранично подчиняется высшей власти.

Я пишу вам всё это, чтобы вы поняли…»

Продолжай, душа моя.

Потрудитесь встать, сударь!

Павел Петрович, в мое отсутствие вы сочли возможным устроить ночную оргию.

Извольте объяснить ваше поведение.

Вы едва не сожгли дворец…

разорили парк.

Прекрасный пример будущего императора своим подданным.

А я никогда не стану императором!

Да я умру раньше даже, чем… Чем получу этот трон!

Хватит! Я требую объяснений вашего поведения!

Ваше Величество, Павел Петрович ни в чём не виноват. Это всё я.

Вы?

Значит, это вы пытались сжечь мой дворец?

Я…

Павел Петрович спросил, какой подарок я желала на день ангела, и…

я сказала, что никогда не бывала на карнавале.

- И вот тогда Павел Петрович… - Ясно.

Ступайте, сударыня. Вы свободны.

По дороге из Москвы меня пытались убить.

Я видела смерть, как тебя сейчас.

Ты должен готовиться к вступлению на трон,

а не пить вино и развлекаться с фрейлинами, иначе…

Иначе я закончу как мой отец, да?

Завтра же извольте переехать в Гатчину и жить там.

И да, готовьтесь к свадьбе.

Она состоится будущей осенью.

Ваша невеста – принцесса Дармштадская.

Такова моя воля.

Прощайте.

Расскажите мне о вашей Гессенской.

Как вы ее называете? Дворовая собачка.

- Дворняжка. - Да, дворняжка.

- Какая она? - Это всем известно, Ваше Высочество.

Она властная, строгая и жестокая.

Мне кажется, граф, вы говорите не всю правду.

Вот как? Отчего же вы так думаете?

Поверьте, я хорошо знаю женщин.

Я сама женщина.

И когда мы, дочери Евы, получаем деньги и власть,

мы обычно – о-ля-ля!

Пускаемся во все тяжкие.

Может быть, было бы большим благом,

если бы Екатерина поступала именно так, как вы говорите.

Но довольно о ней, давайте поговорим о вас.

На российском престоле мало утвердиться…

на нём еще надо суметь усидеть.

И нам было бы интересно знать, что вы думаете на этот счет.

Кому это «нам»?

Тем дворянам, которые хотят видеть именно вас в короне Российской империи,

в Тронном зале императорского дворца.

В этот зал императрица должна входить рука об руку с императором, граф.

Это не ответ на мой вопрос.

Вы, мужчины, слишком прямолинейны.

Ну что же, делать нечего, поговорим по-мужски.

Мне нужны доказательства, что в России существует влиятельная и сильная партия,

желающая свергнуть нынешнюю императрицу.

И гарантии, что, в случае переворота, новой императрицей стану именно я.

Взамен я готова обсуждать кандидатуру императора.

Луиза Августин фон Гессен-Дармштадт.

Августин Вильгельмин Луиза фон Гессен-Дармштадт.

Фридерика Амалия фон Гессен-Дармштадт.

Если я стану говорить с моим народом с европейским акцентом,

чем я буду отличаться от той, что сидит на троне?

Прошло уже несколько месяцев.

Этого времени достаточно, чтобы переловить всех самозванцев в Европе.

А если он вас обманывает?

По-вашему, я похожа на наивную девочку?

Вы женитесь, и очень скоро. Это уже всё решено!

Я не женюсь на этой Дармштадской грымзе!

Знакомьтесь, граф.

Мы давние знакомцы и представлении не нуждаемся.

Ее Величеству принцессе Елизавете виват!

Виват! Виват! Виват!

Адмирал, вы великолепны.

Адмирал Грейг выполнял мой приказ.