Original subtitles

Я тебе уже говорил, что о прошлом ничего не помню.

Я родился 12 лет назад.

До этого я был никем и ничем.

Амиэль жив.

Мы знаем, что он жив.

Мы не знаем, на нашей он стороне или нет.

Да, мне говорили, что ты против вербовок.

Есть другие пути для достижения цели,

без убийства наших соотечественников.

Не может быть, что это он.

Мы же его знаем.

Он не такой.

Куда-то переезжаешь?

Нет-нет, это мои старые вещи.

Я их... пакую и все такое.

Может, и для меня что-нибудь найдется. - Нет.

Поспеши.

Я предоставляю тебе честь уничтожить эту тварь.

Сильнее, собака!

Зависимость - это основа

и одно из самых важных условий.

Чем больше зависимость, тем легче оказывать давление.

Помогите мне.

Жизнь заложника в руках у похитителя.

И своим выбором спасти, а не убивать его,

похититель дарит ему жизнь.

Второе условие - полная изоляция.

Заложник должен быть оторван от внешней среды

и контактировать только с похитителями.

Вся информация о внешнем мире

попадает к нему только через похитителей.

Угроза жизни заложника

должна быть постоянной и осязаемой.

Как тебя зовут?

Он должен чувствовать, что похититель

может убить его, когда ему вздумается.

И вот тогда, из чувства самосохранения,

он начинает солидаризироваться с похитителем.

Теперь мы подошли к главному условию,

к самому важному

и, возможно, самому жестокому.

Доброте.

Как у тебя сегодня дела?

Доброта, дамы и господа - это ключ.

Когда похититель начинает проявлять человечность и симпатию...

Ты не можешь больше голодать, нехорошо это.

Тебе нужно окрепнуть, выздороветь.

...солидарность становится полной и абсолютной.

Давай.

Да, вот так.

Когда ранившая до этого рука начинает проявлять заботу...

Открой рот.

Зависимость становится оптимальной.

И тогда он...

с легкостью поддается влиянию,

убеждению.

Даже само его мышление поддается перестройке.

Синий.

Юсуф...

Спасибо тебе.

С тобой все будет хорошо, это...

Хватит. Хватит.

Оставь. Все кончено.

Мы знали, что к этому идет, так ведь? Ты знал...

Но одному мне не справиться.

Я хочу тебе кое-что дать.

Возьми... возьми.

Ты знаешь, что это?

Что они тебе сделали?

Там был...

Мне сказали его застрелить...

Сказали, что он предатель.

Сказали...

И ты застрелил?

Не был он никаким предателем.

Они просто хотели увидеть, выстрелю я или нет.

Это все Абдалла...

Меня испытывали.

У тебя не было выбора.

Юсуф,

на твоем месте любой сделал бы то же самое.

У тебя не было выбора.

Если бы ты не выстрелил, они бы подумали...

Ты защищал меня,

свою семью.

При жизни Джамаля моя верность сомнению не подвергалась.

Пойду принесу тебе воды.

Ладно?

Когда Джамаль умер...

я обрадовалась.

Прости...

Прости, но все те ночи, которые вы проводили вместе,

все эти ваши беседы.

Прогулки вокруг дома...

Я подумала, что теперь, когда он умер,

я, возможно, смогу его заменить.

Что, может, ты наконец начнешь со мной разговаривать.

Что я наконец-то тебя узнаю. - Ты меня знаешь.

Нет.

Я не знаю о тебе ничего.

Я не знаю ничего о твоих родителях.

О сестре.

О том, откуда ты.

Какой твой любимый цвет.

О твоем детстве.

Меня зовут Юсуф.

Я родился здесь, в маленькой комнате, 12 лет назад.

До этого не было ничего.

Ты знаешь обо мне все, что нужно.

Я принесу тебе воды.

Нет.

Нет, только не это.

Обычно мы такого не делаем. Вы хоть знаете, который час?

У меня чуть инфаркт не случился. - Огромное вам спасибо.

Я просто... мне очень срочно...

Мне надо кое-что вытащить, а я ведь все сдала на хранение.

Чтобы вы знали, я это делаю только ради вас.

Думал хоть одну ночь поспать по-человечески, а тут...

Больше такого не повторится. Я очень сожалею.

Пожалуйста.

Что это?

Где мои вещи?

Может, камерой ошиблись?

Что еще?

Все.

Его дневники и фотоальбомы.

Все полученные им письма.

Школьные фотографии... Медали с кружков.

Одежда. Его одежда.

Его запах.

Я...

Полиция вот-вот приедет, но...

Тут было все, что у меня осталось от брата.

Хотите совет?

Поищите по окрестным мусорным ящикам.

Вряд ли кто-то сохранит описанные вами вещи.

Если что-то нельзя продать, они это выбросят.

Странно.

Что странно?

Я прошлась по содержимому коробок и ящиков.

В основном ничего полезного.

Жалко, что у нас нет доступа к его компьютеру.

Атар - человек старой школы. Уверен, что в его компьютере ничего не обнаружится.

Если и найдем что-нибудь интересное, то только в этих документах.

Так что странного?

Счета. - Да, Хаим, я знаю.

Ну и в чем проблема?

Каждый месяц Атар снимал около 5000 шекелей.

Агентам нужны деньги для налаживания связей.

Сама понимаешь. - Да, но... каждый месяц.

В течение очень долгого времени.

Насколько долгого?

Ты серьезно?

В течение первых десяти лет этим вообще занималось 504-е подразделение.

И только потом - "Моссад".

Есть еще квитанции из отдела по поиску пропавших.

Ты их посчитала?

И сколько их?

Догадайся. - Ирис.

Около двухсот. И это выходит...

17 лет.

Последняя датируется месяцем его гибели.

Наверное, это не имеет значения, но, кажется, он был болен.

В последний год он каждую неделю встречался с доктором...

А куда шли эти деньги?

Не знаю.

Не указано.

Речь о наличных, поэтому иди знай.

Может, нам расскажет тот, кто эти выплаты утвердил.

Что?

Мы знаем, что он жив.

Может, даже...

перешел на сторону врага, если это он на той фотографии.

Да.

Зачем? - В смысле?

Зачем ему это делать?

Не знаю.

Может, он...

почему шпион становится шпионом?

Может, чтобы сохранить себе жизнь?

Если бы ради сохранения жизни,

тебе требовалось предать Израиль...

ты бы на это пошла?

Я в его шкуре не побывала. Хотелось бы думать, что нет.

Может... если бы меня распирала ненависть.

Или неосознанно.

Как это? - Который час?

А что?

Идем, прогуляемся.

Куда? - Потом расскажу. Идем.

Интернет-кафе.

На час? - Да.

Садитесь вон за тот терминал.

Алло?

Привет, ты где?

На свалке...

А ты поэтесса. Метафорами отвечаешь.

Нет, я правда на свалке.

Расскажу после.

Я поэтому и позвонил. Убедиться, что у нас будет "после".

Будет.

В восемь?

Яэль, что с тобой?

Мне не нравится твой голос.

Не знаю.

Я могу чем-нибудь помочь?

Приезжай в восемь и развесели меня. Ладно?

Не вопрос.

Ну? Есть сдвиги? Что-нибудь полезное?

Кажется, да.

С кем ты разговаривал?

Так, с девушкой.

Что?

У нас есть все, что нужно.

Нам эта девушка больше не нужна. Лишнее осложнение.

Я знаю. - Инон.

Зеев, я понимаю. Все нормально.

Нет так нет.

Сейчас - самое время. Ждать не будем.

Свиньи все еще в эйфории после возвращения пленных.

Нанесем им победный удар и докажем, что...

Что скажешь?

Абдалла считает, что пришло время для грандиозного терракта.

Какого именно?

Что-то выдающееся. Может, посольство. Или внутри страны.

Абдалла - герой, великий и храбрый. Да благословит его Аллах.

Абдалла - герой, и Господь благословит его.

Но что думаешь ты?

Я не уверен насчет времени.

За Нимрода Кляйна и Ури Заха мы освободили тысячи наших заключенных.

Мы - герои палестинского народа.

Сейчас, когда израильтяне празднуют возвращение твоих друзей,

самое время сломить их дух и показать им,

что мы можем ударить по ним где угодно и когда угодно.

Если имам решит, что это правильный шаг,

я, конечно же, выполню все на меня возложенное.

Когда ранившая до этого рука начинает проявлять заботу,

зависимость становится оптимальной.

И тогда он легко поддается убеждению,

влиянию.

Даже само его мышление поддается перестройке.

Всем спасибо. К следующей неделе подготовьте 7-ю главу.

Спасибо.

Ребята, если кто-то еще не сдал последнюю работу,

сделайте это до четверга.

Вау.

Глазам не верю.

И что, скажи на милость, ты здесь делаешь?

Вот так сюрприз.

Познакомься, это Ирис. Она на меня работает.

Очень приятно, Ирис. - Я его коллега.

Про стокгольмский синдром было интересно. - Еще как.

Но, знаешь... есть люди, которые...

не очень-то в него верят.

Присядем?

Возьмем, к примеру, насилие над женщинами.

Мы беремся их судить за то,

что они возвращаются к избивающему их мужчине.

Но зависимость так велика...

Заслужить улыбку того, кто минутой раньше тебя избивал -

огромный подарок.

Что-то вроде "хорошего/плохого полицейского". - Именно.

Хороший и плохой полицейские. Когда человек находится в отчаянном положении,

любое проявление тепла, заботы, внимания заставляет его раскрыться.

Он становится податливым, как пластилин.

И тогда можно изменить его образ мышления.

Можно влиять на ход его мыслей через солидарность.

А физическое восстановление?

Если физическое состояние человека требует лечения?

Лечение создает не только зависимость,

но буквально возвращает человека к младенчеству.

Это идеальная ситуация.

Рука ранит - рука лечит.

Как в ситуации с пленом.

В плену зависимость абсолютна. Сильнее не бывает.

Но это уже ваша область.

Друзья, мне пора бежать.

Надеюсь, что хоть чем-то вам помогла.

Спасибо, Захава. - Было очень приятно.

Такой сюрприз.

Рада была познакомиться. - Я тоже.

До свидания.

Хочешь посмеяться?

У нас тут прямо встреча выпускников.

На этой неделе приходил Каплан

и задавал те же вопросы.

А Каплан тут при чем?

Стокгольмский синдром - горячая тема.

Он был твоим учебным ассистентом, так ведь? - Когда-то. Давно.

Были времена.

И очень хорошие.

Пока.

Что?

Ого. Прекрасные то были времена.

Я тебя таким никогда не видела, Хаим.

Таким стеснительно-игривым.

Между вами что-то было?

Да что ты...

Глазам своим не верю.

Ты покраснел.

Хаим, ты не перестаешь меня удивлять.

Еще чуть-чуть и я подумаю что у тебя есть чувства.

И ошибешься. Идем.

От болтовни голова разболелась.

Сигарету?

Вы с Абдаллой друг с другом не ладите...

То, что произошло вчера вечером,

не случилось бы, если бы Джамаль был жив.

По поводу вчерашнего вечера...

Вы мне ничего объяснять не обязаны.

Если вы посчитали это необходимым, я это принимаю.

Не считал ни минуты.

Я хотел, чтобы Абдалла увидел все своими глазами.

Я вижу, как хорошо ты относишься к сыну Джамаля и к Лайле.

Любой мужчина взял бы себе еще одну жену, но ты...

О чем вы говорите?

Лайла рассказала матери, почему у вас нет детей.

Рассказала об анализах.

У тебя сердце еврея.

Успокойся... успокойся.

Я в хорошем смысле.

После всего, что мы тебе сделали, ты мог бы нас и возненавидеть.

Но ты...

Ты влился в нашу семью.

У вас, евреев, всегда было большое сердце.

Вот в чем ваша проблема.

Но с тобой моей дочери повезло.

Ты мне как сын.

Кем был вчерашний мальчик?

Сыном предателя.

Ты знаешь, какое наказание несут семьи. Нужно, чтобы все боялись.

Если бы не выстрелил ты, это бы сделал кто-нибудь другой.

В любом случае он бы умер.

Мы выбрали его не просто так.

Мать, отец и три брата.

Будь с ним терпеливее.

Что?

Абдалле было 16,

когда в его дом попала

израильская бомба.

В одно мгновение он лишился семьи.

Не осталось никого.

Будь с ним терпеливее, ладно?

Да!

Стоять.

Ты после свалки душ приняла?

Ой, ты в порядке? - Конечно, иди сюда.

Приподними рубашку. - Зачем?

Небольшой синяк. Ничего страшного.

Покажи. - Да все нормально.

Что это?

Дурацкая авария.

Я сам виноват.

Какая еще авария? Когда? Ты в порядке?

До свадьбы заживет.

Льда хочешь? - Поцелуй хочу.

Но мы еще ни разу не целовались.

Я принесу лед.

Ладно.

Так почему у тебя был неудачный день?

Неважно. Оставь.

Что случилось?

Не хочу рассказывать.

Не хочу тебя в это впутывать...

Это связано с моим братом, и я жутко огорчена...

Если расскажу - расплачусь.

А с тобой я люблю смеяться.

Каждый раз одно и то же.

Ты почему свет не включаешь?

Что такое?

Ты сказала матери, что не можешь забеременеть по медицинским причинам?

А что мне было говорить?

Что мой муж не хочет от меня детей?

Я поставил такое условие с самого начала.

Что я тогда понимала?

Я им соврала. Ради нас.

Я не совсем понимаю, почему ты не хочешь детей.

Но я на тебя полагаюсь, Юсуф.

Я знаю, у тебя есть на то причины.

Ты мой муж, и я сделаю все, что скажешь.

Я знаю, ты всегда нас защитишь.

Как сделал бы любой хороший человек.

Ведь именно поэтому

ты сделал вчера то... что сделал.

Ты нас защищал, и я тобой горжусь.

Джамаль бы сделал то же самое, уверяю тебя.

Сожалею о том, что сказала утром.

Смерти Джамаля я не радовалась.

Просто я надеялась, что мой муж станет больше со мной общаться.

Что я стану лучше тебя понимать.

Вот и все.

Синий.

Что?

Мой любимый цвет.

Синий.

Бедняга.

Кто?

Амиэль. Бедняга.

Если он перенес хоть немногое из того, что она описывает...

Мы до сих пор не знаем, что с ним случилось.

Все это лишь теория.

Но если это правда...

Как люди справляются?

И справляются ли.

Откуда ты ее знаешь?

Она нам преподавала. Я был ее студентом.

Хватит уже.

Минутку.

Захава сказала, что...

Может, прекратишь уже? Это непрофессионально.

Как звали того учебного ассистента, который приходил к ней неделю назад?

Каплан. Доктор Зеев Каплан.

А что?

Вот он. - Что это.

Ежедневник

Помнишь, я тебе говорила, что Атар, похоже, был болен?

Потому что он каждую неделю ходил к врачу...

Доктор Зеев Каплан.

Да, Зеев.

С мамой нормально... ей уже лучше.

Спасибо, что спросил.

Я в Метуле.

Да, утром приеду.

Хорошо. Спокойной ночи.

Все нормально? - Да.

Все отлично.

Спокойной ночи, Лали.

Юсуф.

Я знала, что найду тебя здесь.

Тоска - это нормально.

Я знаю, что ты прожил там целую жизнь.

Знаю, что на тебя сейчас многое навалилось и тебе тяжело.

Твои друзья вернулись в Израиль... - Они мне не друзья.

Нимрод и Ури.

По телевизору ты видишь, как там все радуются

и празднуют.

Видишь сестру... дом.

Мой дом здесь. - Знаю. Я лишь хочу сказать...

Ты теперь один из нас, но это не значит,

что тебе нельзя скучать по тому, что у тебя было там.

Что это?

Три. Два. Один.

Я же тебе говорил, что не скучаю.

Я планирую.

В следующей серии:

Переведено на Нотабеноиде http://notabenoid.com/book/37552/137269

Переводчики: NobbyNobbs