Original subtitles

Продолжение следует...

Социальная расплата. Озвучено студией Dragon Money.

Код 597 в районе 13.

Кто свободен, срочно туда.

Диспетчер вас понял, выдвигаюсь.

Кажется, вы закипели.

Что? Машина закипела. Я вызвала эвакуатор. Всё нормально. Наверное,

радиатор. Страховка запрещает мне помогать. Вы местная? Я вызвала помощь.

Вы можете... ну... Спасибо.

Эвакуатор едет?

Да, я же... сказала.

Сколько раз ещё спросите? Вы в порядке? В полном.

Эвакуатор.

Всё нормально.

Спасибо.

Она в стельку. От неё разит спиртным.

Тебе памятку дать?

Ничего такого в этом нет. В прошлый раз ты сказала, что позорно использовать

памятку. Да.

Так мне её принести?

Я помощник шерифа Тумба, мэм. Это помощник шерифа Диас. Имейте в виду, вас

снимает камера.

Супер, и что?

Ваши документы? Только не в Калифорнии. Не понял.

Только не в Калифорнии. У вас нет документов в Калифорнии?

Я этого не говорила. Давайте начнем сначала.

Ваши документы. По закону в Калифорнии я не обязана показывать документы полиции

в таких ситуациях. Как ваше имя? Она знает, что я права. Кейли.

Кейли, от вас пахнет алкоголем, и вы ведете себя возбужденно. Вы согласны

пройти тест на алкоголь, чтобы подтвердить вашу способность управлять

машиной? Послушайте его. Уберите телефон, пожалуйста.

Я что, за рулем?

Зачем какой-то тест? Сейчас нет.

Но вы приехали сюда на машине. Мой парень вел.

И где он?

Ушел. Когда?

Пару минут назад.

Он был за рулем, у вас перегрелся двигатель, вы вызвали эвакуатор, а он

просто ушел? Да.

А помощь... Ну, понимаете, вот.

Спасибо. Да или нет? Вы согласны пройти тест на алкоголь? Я не вела машину. У

меня даже ключей от неё нет.

Они в подстаканнике, а я не управляю машиной.

До ближайшего съезда 10 километров. Нет никакого парня. Она знает свои права.

Если задержу, дело развалится.

Так, Элли.

Мы делаем вам одолжение и подождем с вами.

Я в драгон.

Сделал деп на удачу.

Занес бабла нереально.

50 мультов на вывод.

Так, мать.

Так, мать.

Так, мать.

Это не одолжение.

Одолжение. Нет, вам просто не к чему придраться.

Вам сегодня повезло.

Это не одолжение.

Ладно.

Я просто говорю, что это не одолжение. Зачем вы спорите?

Потому что это правда. Это у вас игра такая между чёрными и белыми. Ваша

фишечка, да? В смысле?

Задержать белую. Вовсе нет. Видите симпатичную белую в беде?

Она бы душу отдала, чтобы стать белой. Мэм, следите за языком в моём

присутствии. А как же свобода слова? Она у вас есть, но я говорю о том... Я

просто говорю.

Вы ничего обо мне не знаете. Это неуважительно. Я не с вами

разговаривала. Плевать, разницы никакой. Вот это как раз неуважительно.

Она мне хамит. Я требую вашего начальника. Я его начальница.

А, ну конечно.

Знаете что, я сниму всё на камеру. Наши нагрудные камеры снимают с самого

начала. Можете посмотреть запись. Смотрите, она нападает. Она ко мне

цепляется. Келли, успокойтесь. Она на меня напала. Напала. Вовсе нет. Зачем

она напала на меня?

Успокойтесь. Я требую уважения. Она вас уважает. Зачем она на меня нападает? Я

ничего о тебе не знаю? Это ты обо мне нихрена не знаешь, сука.

Эти копы ведут себя, как последние ублюдки. Только потому, что я белая.

Этого зовут Атумба, нарушенное не придумаешь. А это швабра из геда с

испанской рожей. Он наверняка её пялит. Как забавно. Чё заглохло-то, а? Только

что наезжала, а теперь молчишь? Передай привет интернету.

Вот каково быть белым в этой стране. С нами обращаются как с грязными

иммигрантами. Да, докатились.

Арестованы за то, что американка в США.

Нет, из-за поломки.

И одолжение мне не надо. Я вам ни черта не должна.

Клянусь, я сейчас заряжу копу в капу. Послушайте, слушайте. Я серьезно. Я не

шучу. Не угрожайте полицейскому. А что она на меня напала, да? Это незаконно.

Это для вашей безопасности. Успокойтесь. Да я сейчас, я убью эту суку. Вы

задержаны. Погодите.

За что вы меня задерживаете? За что? Появление в нетрезвом виде и оскорбление

сотрудника. Пустите!

И неповиновение полиции. Где мой телефон? Садитесь.

Отдайте мой телефон. Садитесь. Отдайте телефон.

Эвакуатор уже здесь.

Она нападает на меня.

Она ко мне цепляется.

Гейли, успокойтесь. Она напала на меня.

Вовсе нет. Зачем она напала?

Успокойтесь. Я требую уважения. Она уважает вас. А что она тогда на меня

нападает? Что смотришь, сука? Ты, овса, обо мне ничего не знаешь.

Копы ведут себя, как конченые козлы. Только потому, что я белая. Этого зовут

Атумба. Нарочно не придумаешь.

А это швабра из кета с испанской рожей. Он наверняка юпелит. Как забавно. Чё

заглохло? Может, хочешь что-то сказать?

Передай привет интернету. Не может быть.

Часть первая.

Кассандра.

Бюро Уолл-Стрит Джорнал в Сан-Франциско.

Причина вашего опоздания, как мне передал Том...

В том, что вы только что прилетели и заблудились, потому что совершенно не

знаете город.

Да. В арендованной машине что, нет навигатора?

Есть. И вы им не воспользовались? Да, не воспользовался.

Давай, скажи ей. Ребята. Я не умею... Чёрт так знала.

...пользоваться этим навигатором. Apple Maps, Google Maps, Waze. Думаю, мне

стоит. Научиться ими пользоваться. Хотел сказать купить карту, но это тоже. Мы

знали, что технология не его конёк. Он заблудился, Энди.

Он не умеет даже включать GPS в Есте. Я не требую быть Томасом Эдисоном. Она

переживает, потому что материал про Фейсбук, Джефф. Статья про Фейсбук. Это

технологии.

Разумеется, но не совсем.

Есть интерес к соцсетям?

Никакого. Я занимаюсь политическими расследованиями.

Ситуация серьезная. Потому что этот парень и эта компания играют

беспрецедентно важную роль в наших жизнях.

Поэтому я здесь.

Дело серьёзное. Это статья не о технологиях, Крис.

Это политика, а я расследователь.

Про Окулус пусть пишут другие, а я разберусь в том, что нужно.

Нет проблем.

Нельзя знать всё, включая этот город. Так, обстоятельства требуют изменить...

Это надолго. Простите? Сколько времени уйдёт у вас на изучение технологий?

Трудно сказать.

90 дней. Я вас понял.

Он в вашем распоряжении.

Спасибо.

Кстати, я искал вас на Фейсбуке. Меня в нём нет. Ну, разумеется.

Джефф. Ладно, зарегаюсь.

Помощь нужна? Справлюсь сам.

Ладно.

Нужно просто вбить пункт назначения в навигаторе.

Просто набрать адрес.

Немного тут народа.

Мы выходим на поле, чтобы доиграть последние минуты печатной прессы.

Попрощайся с ней.

Нет.

Facebook. 2019 год. 2,8 миллиарда пользователей. Капитализация 1 триллион

долларов.

Журналисты-лицемеры, возомнившие себя учителями морали.

Они стремятся нажиться на доверчивости столь свойственной хорошим людям, силой

своего слова, чтобы сделать мир лучше.

Нам сообщают, хотите верьте, хотите нет, что журналисты притворяются нашими

сотрудниками на остановке.

И это еще не все.

Некоторые лезут в Тиндер. Да, они пытаются сходить с нами на

свидание, подкатить.

Моя команда знает об этом, потому что вы сообщаете, так что продолжайте в том же

духе. Если мы хотим полной прозрачности внутри, мы должны следить, чтобы

ничто не утекало наружу. Прежде чем мы перейдем к вопросам,

это джентльмен Джефф Хорвиц, новый расследователь по Фейсбук в

журнале. У нас отличные отношения с техпрессой Кремниевой долины.

Но Джефф из Вашингтона, из мира политики. Он журналист-расследователь.

Он здесь не просто ищет скандал. Он за ним охотится.

Скандалы – это его хлеб. Так что сообщайте нам обо всех подозрительных

личностях на остановке Левлички. Итак, есть вопросы?

Фрэнсис Хауген, отдел гражданской честности. Секунду.

Дженнис, а... Фрэнсис.

Прости, к сожалению, время вышло. На следующем общем собрании. А ну, через

три месяца. Поаплодируйте себе и за работу.

Увидев тебя на собрании, я поняла, что ты придёшь ко мне.

Чем могу помочь?

Серьёзно? Я прогнала классификаторы по политическим группам. С большой буквы.

Боже. В Фейсбуке. Я поняла. Я сделала жёсткую выборку групп, где 30% контента

вызывают множественные факторы риска.

Различные фейки, экстремистские высказывания. Прости, но сколько у тебя

карточек? Шесть. Шесть? Да.

С двух сторон. Так вот, я запустила классификатор на 252 группы. У меня

вопрос. Я сейчас должна заниматься фактчекингом, да и ты тоже.

Так что, думаю, поймёшь.

Я и так не успеваю, а аттестация через 4 дня и 250 тысяч студенческого кредита к

выплате. Твоя презентация действительно так важна?

Позволю себе сказать, архиважна.

Ладно. Можешь попросить кого-то ещё?

Ты ко мне ближе всех.

Мы даже не знакомы.

Чисто географически. Ты сидишь напротив. Да. Это мои границы.

Вот так? Давай вот сюда.

Ладно.

Привет.

Можно на пару слов?

Давай.

Протестировала приложение для знакомств и хочешь сказать спасибо?

Чёрт. Я отфильтровала политические группы. Это не твоя работа. Где 30%

контента несут множество факторов риска. Хватит.

Остановись. Я говорю тихо, чтобы дать тебе совет.

Ты выглядишь как Кассандра. Знаешь, кто это?

Да. Она слишком часто кричала «волки». Нет, это мальчик кричал «волки». Мы все

думаем, что небо падает, понимаешь? А это цыпленок Ципа.

Кассандра была греческой жрицей.

Влюбленный Аполлон даровал ей дар пророчества, но когда она его отвергла,

он проклял ее, чтобы ей никто не верил.

Это прямо противоположно волкам.

У нас завал. Я не могу дать тебе взять и сорваться с катушек. Так что придержи

это. До следующей встречи.

Хорошо, ладно.

А, и самое главное, ничего не пиши. Да.

И зайди на сайт знакомств.

Тебе не помешает развеяться.

Широко мысливший инженер-программист, который любит.

Инженер-программист.

Быстрее, Эвелин. Зак. Я слишком много времени трачу на жалобы и чары. Так

много. Все, как и мы, любят дерзких стажёров.

Готово. И как?

388 против 12.

А у тебя?

Погоди, считаю.

Считать не так и трудно. Дорогой дневник Харассмента. Давай уже.

Те же цифры. То же самое. Я домой.

Сукерберг выступил в Джорджтауне. Была трансляция на Фейсбук.

Больше 45 тысяч комментариев. 400 из них в реальном времени.

Скажи, сколько положительных за... 388.

А сколько отрицательных, Эвелин? 12.

И в одном комменте пишут. Спасибо за лучший сайт, я вас люблю.

Семьюю. Да у них боты комментируют. А вот еще один. Обожаю тебя, чувак. Марк,

ты лучший.

В общем, да, но дело не в этом.

12 негативных комментов из 400.

Они цензурируют.

Угадай тему речи.

Надеюсь, свобода слова?

Не зря надеешься. Научу стажёров разрабатывать источник.

Джефф в этом самый настоящий ас.

Включи запись. Нет.

Джефф уже пообщался и есть запись звонка.

Давай.

Стюарт, это Джефф Хорвиц из Уолл-стрит-джорнал. Ты идиот, что ли?

Отвали от меня!

Нам ещё учиться и учиться.

Это был первый?

Двадцать шестой.

Контакты закончились. Новая тактика. Возьмусь за целый отдел.

Отдел гражданской сознательности. Их девиз?

Альтруистичный, защищающий, справедливый, инклюзивный,

созидательный, осознанный.

Добросовестный, наверное. Не знаю, что именно, но они стараются делать добро,

вроде как думая о прибыли. Это требует осознанности.

А один бывший сотрудник заявил журналу Time. Мы пишем код с конкретной благой

целью. А потом боремся с руководством, которому плевать на этику и которое

вяжет нам руки. Они недовольны. Это зацепка. Найду всех сотрудников этого

отдела и каждому напишу личное сообщение в Линкдалл.

Ясно. Отправь молодежь по домам. Им завтра на учебу. Они учатся здесь.

На, осознанности. Скоро плакаты развесите. Дышите, это полезно.

Ты собираешься написать сообщение всему отделу?

Каждому лично. Их же сотни человек.

Уйдет пару дней и ночей, но вы отлично справитесь. Вам очень повезло.

Я перевожусь на другой курс. Хороший выбор.

Ты недавно в этом приложении?

А я здесь завсегдатай.

Обожаю эксклюзивность.

Звучит, наверное, так себе, но почему нет? Хочется знакомиться с людьми

своего... Вектора, так говорят, да?

Короче, меня считают мажором, потому что я в братстве и играю в гольф.

Да? Фипси.

Гандикап 12.

И я работаю в финансах. Ладно, понятно, почему люди думают... Биджей!

Чувак! Чувак! Этот парень просто космос! Ты был прав!

Я же говорил!

Я ему говорил.

Хлорофилл — это дезодорант.

Что?

Внутренний дезодорант.

Пьёшь хлорофиловую воду, пахнешь как цветок.

Правда?

Нет, это так не работает. Работает, я читал. Где?

В Фейсбуке.

Вот зараза. Что такое?

Мне нравится.

Иви, Иви, пойдём с нами. Мне нужно поспать хоть пару часов. Ты зануда?

Я знаю.

С ума сойти.

Да? Что?

Я звонил Заку, он на автоответчике. Он сбросил твой звонок.

Это часть стажировки.

Неоплачиваемый. Что за сообщение, Протон?

Зашифрованное письмо. А как его прочесть?

Для тебя оно не зашифровано, только для остальных.

Следую инструкциям. Секунду.

Что там на фоне?

Плавучий театр, знаешь?

Нет. Динозавр среди мюзиклов. Старина река. Ничего не поделаешь. Люблю его.

Я тебя ударю, честное слово.

Ты ещё здесь?

Да. Клюнула.

Джефф Хорвиц.

Откуда мне знать, что это вы?

Алло? Майк, зачитай три заголовка с завтрашней первой полосы. Слово в слово,

пожалуйста. Секунду.

Вот три заголовка с завтрашней первой полосы.

Джефф Хорвиц?

Фрэнсис Хауген.

Тут красиво.

Почему именно здесь?

Я вижу прохожих раньше, чем они заметят меня.

Я не часто хожу гулять.

Если честно, это вообще впервые.

Не вижу в этом никакого смысла. Каждую секунду рядом с вами меня может заметить

мой коллега.

Так что, если вы не против... Конечно.

Без моего имени прошу и не под запись.

Ладно. Речь в Джорджтауне. Да.

Из 400 комментариев, 388 положительных. Фейсбук удаляет негатив? И что дальше?

Что дальше?

Речь шла о свободе слова.

О, Эврика.

Так. Среди негативных были «спасибо» или, может, «супер»?

Ну, да.

Были. Их анализатор эмоций пока не может распознать иронию.

Их?

Наш.

Вы со мной связались. О чём вы хотели поговорить?

Посмотрите вот это. Ладно.

Эти копы ведут себя, как последние ублюдки.

Я вижу, она сама это выложила. В ультраправую группу и гордится собой.

Четыре года назад я подружилась с девушкой в спортзале.

Она была активисткой прогрессивных движений, помогала кандидату на

праймерис демократов. Её подкосило, когда он проиграл. Она решила, что

демократы сфальсифицировали праймерис. Так.

Это она.

А ваша подруга прогрессистка? Четыре года спустя она превратилась в это.

И я хотела понять, кто её так радикализировал. И кто?

Мы.

Она стала гиперактивным пользователем.

Последние два года она проводит на сайте в среднем по 9 часов 22 минуты в день. И

она не одна такая.

Прежде чем продолжить, расставим точки над «и». Ладно. Вы, скорее всего, не

фанат Фейсбука.

Но я, да. И не только самого сайта, но и Инстаграма, Ватсапа, всех сервисов

компании.

Я верю в нашу миссию.

Мы с вами не союзники.

Ладно. Я хочу помочь Фейсбуку, а не уничтожить.

Понятно? Да.

Эти данные у меня уже несколько недель, но меня никто не слушает. Я

отфильтровала политические группы по строгим критериям, где 30% контента

активирует несколько факторов риска. Я не понимаю.

Что именно?

Всё. Фильтры, критерии, факторы риска. Вы же технический журналист.

Почти. Почти?

Не переживайте. Давайте ближе к делу. Вы всё это проанализировали?

Да.

Да, типа всё это.

И?

64% участников экстремистских групп попали туда благодаря алгоритму.

Не может быть.

Может.

64%?

Да. И все эти люди вступают в экстремистские группы?

По вашей рекомендации?

Да.

Не угрожайте сотруднику полиции. А почему она на меня набросилась? Это

незаконно, мэм. Меня просто трясёт.

Я эту суку придушу, клянусь.

Я убью эту суку. Вы задержаны.

Объясни мне, что в этих карточках?

Председатель откроет слушание. Во вступительном слове он напомнит

регламент. Семь минут для большинства, семь для меньшинства. И так далее.

А сами слушания продлятся около десяти часов.

Вы принесете присягу. Клянетесь ли вы во время этого слушания говорить всю правду

и ничего кроме правды?

Угу.

Назовите по буквам имя и укажите род занятий. М-А-Р-К-Ц-У-К-Е-Р-Б-Е-Р-Г.

И ваша профессия?

Я профессиональный обвиняемый.

Вы не обвиняемый. Ваш статус – свидетель. Это не суд, а слушание.

Идущий в прямом эфире на весь мир. За это вы мне и платите. Я знаю, что это

такое. И за это, собственно, я вам плачу. Хорошо.

Вы зачитывайте вступительное слово, к нему вернемся позже. А затем переходим к

вопросам свидетелю.

Блэр, этот галстук подойдет? Несут другие варианты.

Эд? Мистер Цукерберг, раздел 230 закона о телекоммуникациях, известный как CDA,

защищает платформу от исков о клевете, в отличие от издательств и прессы. Следует

ли его отменить? Там будет не так прямолинейно. Мы знаем, но... Преамбула

займет минут шесть. Следует ли его отменить?

Нет. Госпожа сенатор. Нет, госпожа сенатор. Почему?

Это положит.

Конец интернету. Ваши избиратели этого хотят? О, Господи.

Не думаю.

Тише. Что?

Не думаю.

А это кто?

Чарли Гарриган. Ты понятия не имеешь, за что ей платишь. А ну, тихо. Чарли

Гарриган здесь?

Я его пригласила. Что за... Он церемониться не станет. Церемониться? Да

он меня уже с дерьмом смешал. Привет, Чарли.

Своей передовицей. Послушайте.

Вы как бьющий с утяжелённой битой.

Бегун с утяжелителями. Он жёсткий?

Тем лучше.

Он вас бесит? Он написал в Нью-Йорк. Мне плевать. А вам нет.

Ладно.

Ну, продолжим. Передовая статья длинная как рука. Ладно, раздел 230.

Поехали. Наш ответ.

Госпожа сенатор, на ваш взгляд, раздел 230 обеспечивает две вещи.

Защищает свободу слова, что принципиально важный момент.

Без которого...

Без этого раздела платформы отвечали бы за каждое опубликованное слово.

Можно я? Нет, но спасибо, что спросили. Дайте ему ответить. Платформы несли бы

ответственность за каждое слово, и их вынуждали бы удалять контент.

Постоянно.

Что известно? Все серьезно. Целая серия статей. Он ведет расследование несколько

месяцев. Месяцев?

Дело-дело-дрянь. Подробностей не знаю. Что он раскрыл?

Подробности пока нет. Серия публикаций. Значит, у него компромат. Есть источник?

Понятия не имею. Созвон через 20 минут. Без юристов. Но нам придётся дать ответ.

Хуже времени не придумаешь. Ладно.

Ни слова Марку пока всё не выясним. У нас полно работы.

Через 20 минут?

Да.

Он копает уже несколько месяцев и... Никаких утечек.

Невероятно. В Капитолии все эти речи летят куда попало. Брэндон, выключи

телефон, иначе у него крыша поедет.

Марк, в случае незаконного контента или иных нарушений... Или иных нарушений. Я

внимательно слежу за этим. У нас...

Нет исследований реального воздействия. В каком смысле я не знаю, за что плачу

Рая? Она кризис-менеджер. Рая Акинола решает имиджевые кризисы. Её зовут,

когда под угрозой экономика целой страны. К ней обращаются монархи.

Если бы не кризис, я бы смог войти.

Они надеются, что слушания сделают тебя человечнее, Марк. Я не против помочь,

но, по-моему, ты обречён.

Ясно. Так.

Поправки или отмена раздела 230 похоронят твой бизнес.

Вопрос. Конечно.

Что такое МСА?

Они ответят, что они осознают проблему и что они решают ее, но я в отделе

гражданской безопасности, и мы должны этим заниматься.

Так, и все это в ваших карточках можно подтвердить только внутренними

документами, так? Да. Что вам нужно?

Подтвердить материал? Да.

Внутренние документы?

Нет. Или ваше имя?

Исключено.

Так и думал.

То, что я уже делаю, нарушает договор о неразглашении. Раньше я работал в

Вашингтоне, где за разговор с прессой можно дорого поплатиться.

Это другое.

Я люблю Facebook.

Я верю в нашу миссию. Ладно.

Но на этом всё. Свой долг я выполнила, не под запись.

Доказательства ищите сами.

Ладно. Не пытайтесь со мной связаться.

Я и не имею права настаивать.

Склонение к правонарушению – это тоже правонарушение.

Так я и не прошу вас настаивать. Я пришла сказать, что мы играем со

спичками. Дело за вами.

Было приятно познакомиться. Мне нравятся ваши статьи.

Уходите первой, я подожду.

Ладно.

И последнее.

Узнайте, что означает аббревиатура MSI.

Часть вторая. Значимые социальные взаимодействия. Про MSI я ничего не

знаю. Объясню еще раз про эти 64%. Это так сложно понять.

Я понял, но повтори. Представь, что в ресторане продают героин. 64% клиентов

идут туда, потому что Фейсбук сказал, вам понравится.

Он псих?

Ему нужно имя. Моему источнику? Чтобы называть его между собой. Пусть будет

Фред. Опытный разработчик. Псих ли он?

Нет. Не думаю.

Отдел гражданской этики изучает влияние Фейсбука на все общество.

Поляризацию, призывы к насилию, дезинформацию.

Для них человек должен быть важнее Фейсбука, а не клянуться... Быть

осознанными. Что?

Добросовестными. И некоторые верят в это, и он из их числа.

Либо скармливает неопытному репортеру утку, а айтишники обожают унижать

прессу. Наши газеты этого не любят. Я тоже.

Фред, отстой на имя. Придумаю другое. Нет, ты сказал Фред.

Будет Фред. Теперь все мы, как идиоты, будем звать его Фредом.

А она бывает добрее?

Прямо сейчас.

64%. Как такое возможно?

Сам удивляюсь.

Ты ведь в первый раз, да?

Стой сзади и молчи. Ты здесь для массовки.

Всё, проходите.

Побыстрее.

Эти амбалы – это охрана? Замолчи.

Кто докладывает?

Амаль. Давай.

Они готовы.

Эта встреча проводится по вашему запросу об оценке за второе полугодие, чтобы

рассмотреть способы оптимизации и... Как вас зовут?

Амаль. Амаль, мне не нужна предыстория. Переходите сразу к решениям и

рекомендациям.

Ладно.

Оценка эффективности. Нас интересует, насколько сокращается проблемный

контент. Человеческое восприятие. Стимулируем ли мы конструктивное

общение? Сколько пунктов?

Простите?

Три. Их три.

С жесткими мерами.

Называют удаление незаконного контента. Мы протестировали мягкие меры. Всё,

кроме удаления. Пессимизацию выдачи, снижение охватов. Сделайте вывод.

Ладно.

Заменяя нисходящие модели... Это не вывод. Плюсы и минусы. Если убрать

приоритет виральности, дезинформация снизится на 38%. 38%. Отказ от

продвижения... Самых вирусных постов снизят дезинформацию на 38%. Минусы?

Почти никаких.

Мы в плюсе. Выразите почти никаких в цифрах.

Падение активности на 1%. Всего на 1%. Вы представляете, что такое 1%?

Минус 30 миллионов активных пользователей. А вы представляете 38% на

практике?

Спасибо. На этом всё.

Можете идти.

Всего один процент.

Чёртова гражданская честность.

Они решают проблемы.

Они их создают.

Пойдут слухи о распуске отдела гражданской честности. И это

неправда. Но если бы его распустили, некоторые сочли бы это даже

благом. Нас бы перевели в другие отделы.

Здесь никого нет, Фрэнсис. Гуляем только мы.

Дождь уже скоро закончится.

Ну, можем пойти и к вам, если так проще.

В моём доме живёт с десяток моих коллег.

Что ж, а я в Стэнбридж-Сьюц. Не место для разговоров. Вы не сняли квартиру?

Нет, но надо бы. Что такое?

Прошёл 51 день с тех пор, как я дала вам тему.

64%. Вы ничего не выпустили?

У меня пока только ваши слова.

И я ищу доказательства.

Пошевеливайтесь. Ну тогда я жду от вас документы. Мы ведь договаривались, что

без имены... Вообще нет.

Я не хочу до конца своих дней быть боксерской грушей для всемогущего типа.

И я вообще-то не на вашей стороне.

Я помню.

Дождь закончился.

Я же говорила.

Гражданскую честность распустят.

Рано или поздно.

С чего вы это взяли?

Брошенная на совещании фраза.

Простите. У него в кабинете кевларовый диван.

Пуленепробиваемый. А ещё... Пуленепробиваемая перегородка.

И зачем такой диван? Чтобы прятаться.

Ну да.

Что вы нашли по MSI?

Ничего. Вы бесполезны. Мне уже такое говорили.

Знаете ли, ваша контора умеет скрывать данные, в отличие от ваших

пользователей.

Раньше мы отдавали приоритет лайкам.

Алгоритм стремится удерживать нас на сайте точно так же.

Как радио или телевидение и любой бизнес, зависящий от рекламы. Мы

понимали, что вас удерживает по лайкам. Понятно. Но два года назад мы ввели в

приоритет значимые социальные взаимодействия. Дебаты окончены. Я хочу

сделать упор на MSI.

И алгоритм изменился.

О, я читал об этом.

Значит, вы подготовились?

По словам Марка, личные посты...

Годовщины свадеб, дни рождения, выпускные.

Все тонуло в потоке рекламы. Так и было.

Он хотел поддержать искреннее общение. И укрепить дух сообщества.

Именно. Чтобы все было предельно ясно. Я ожидаю падения проведенного на сайте

времени и активности.

Да. И гендиректор решает заработать меньше ради улучшения продукта.

Да. И в чем подвох?

Это не объясняет, почему моя подруга стала радикалкой. А ведь именно это и

произошло.

Вот одноразовый телефон.

Хотите, чтобы я фотографировала документы?

Потому что это преступление.

Там забит мой номер.

Звоните, когда угодно, а в остальном решать вам. Нет, я лишь хотела

рассказать о распуске. Вот и... вот и всё.

Большое спасибо.

Морган, этим людям стоило бы запретить петь.

Я написала письмо, где подробно изложила свои опасения за этот год выборов. Оно у

меня с собой.

Мы могли бы прямо сейчас его прочитать и подписать. Погоди.

Послушай.

Природа не терпит пустоты, а Фейсбук не терпит конфликтов.

Он хочет избавиться от любых конфликтов.

Да, но... Фрэнсис. Послушай. Фрэнсис. Ты вообще видела протесты в Штутгарде?

Нет, что за вопрос.

Гражданская честность сеет разлад между ростом и безопасностью.

Код, который мы пишем, порождает конфликт.

Мы обречены.

Я ничего подписывать не буду, и ты тоже. Не разжигай конфликт.

Удали это.

Глазам своим не верю.

Я звоню маме Рэйчел.

Нет, не звони. Нет, я звоню. Они меня убьют. И правильно сделают.

Я хочу перейти в другую школу.

Прошу прощения.

Извините, я сидела рядом и случайно услышала.

Прошу прощения.

Постойте, я работаю в Facebook.

Если вашу дочь травят, просто отправьте жалобу, и мы это прекратим. Они делают

это в Инстаграме. Мы его купили. Сайты разные, платформы разные, но компания

одна. Пожалуйся. Это работает только с личных аккаунтов, а с них никто не

пишет. Там одни фейки. Одиннадцать хейтерских профилей при неё.

Мне очень жаль.

Простите, простите, я...

Приятного вечера.

Не надо, пап. Я сейчас.

Простите.

Там вся её жизнь, как и у всех подростков.

В моё время травля тоже была. Но сейчас она молниеносная, беспощадная и

анонимная. Я предложила решение. Нам позвонили из школы, когда учитель

заметил порезы на её руках.

Жена хочет поговорить с родителями, а я...

Хочу найти этих малолеток и забить их клюшкой для гольфа. Вырубите эту дрянь!

Проходите.

Нарядно одеты.

Куда-то ходили? Нет.

Если нас увидят, то это сойдёт за свидание.

Под свиданием вы имеете в виду... Да, да.

Вашей статьи всё ещё нет. Я связалась с вами ради этого и только...

Напомню вам, что когда Дэниел Элсберг передал документы Пентагона, их

опубликовали тут же.

Послушайте, вы не видите разницы?

В случае с Дэниелом он передал им... Документы Пентагона.

Смысл перехода на МСАИ был не в общении и не в сплочении всего сообщества.

Аудитория старела.

Комментарии, репосты, лайки, активность – всё падало. Мы перепробовали всё.

Поднимали залайканный контент, видео, вводили хронологическую ленту. Ничто не

смогло остановить отток. Если активность упадёт ещё сильнее, наши показатели

рухнут в третьем и четвёртом кварталах.

Насколько?

Откуда вы знаете?

Я купила чистый ноутбук.

Без выхода в интернет. Полная изоляция.

Материнская плата процессора. Я знаю, что это.

Ладно, просто вы говорили, что глупый в этом. Я такого не говорил. Почти. У

Отргейт раскопали репортеры метро.

В смысле метросексуалы?

Нет, они освещали новости мегаполиса.

Я люблю свою работу.

Демократизация.

Возможность дать голос каждому. В этом наша миссия.

Я выражаюсь косноязычно.

Нет, всё понятно.

Там есть снимок.

Снимок украденного документа?

Да. Я не могу трогать ваш ноутбук, но если вы откроете, я взгляну.

Трусишка. Да, давайте.

Спасибо.

К этой презентации уже два года.

Пользователи старели, поэтому их активность падала.

Вот мало того, что я нарушаю соглашение о неразглашении, так теперь я ещё и

преступница.

Читайте что-нибудь о вирусе. О новом вирусе.

Да. Я создала группу в Facebook.

Люди делятся данными, и мы пытаемся оценить заразность.

В одном посте разбирали динамику вируса. На одного

пациента в реанимации приходится 100 скрытых заражений.

В США уже есть 10 подтвержденных случаев, а значит и сотни скрытых.

Знаете, как быстро он распространится?

Быстро. И вы знаете, где эти 10 случаев? Что?

Нет.

Здесь. Ясно.

В общем, грядёт катастрофа. Какая?

Забудьте. Интересно, почему он решил, что параметры МСА переломят тенденцию?

И сработало?

Активность выросла?

Я не знаю.

Система отклоняет твоё фальшивое имя. Уже в который раз.

Может, попробуем другое? Нет, нужны настоящее имя и почта. У тебя есть

аккаунт на Фейсбуке? Это да.

Эвелин, у тебя есть аккаунт на Фейсе? Нет.

Стой, что вы... Мне нужно настоящее имя для фейкового профиля, который будет всё

лайкать. Подумают, что это я.

Ну, поехали. Добровский, редкая фамилия. Вот твой профиль.

Ты молодая мать из Северной Каролины. Ты не доверяешь правительству,

интересуешься политикой, но ненавидишь политиков. И лайкаешь всё против

мигрантов. Ты справишься.

Меня наказали? Мне нужны твои данные.

Активность выросла? Выросло всё.

Особенно репосты.

Насколько?

50%?

Активности репосты выросли на 50% в первый же год после внедрения MSI?

Да.

Заражение. Если что, то удваивается.

Каждый день через неделю оно вырастет в 128 раз.

Через две недели в 16 384 раза.

Следующая страница.

Представьте, если бы мы могли видеть лишь на неделю назад, мы бы думали, что

рост всего в 128 раз.

Хотя на самом деле число выросло в 16 тысяч раз.

Вот что такое этот вирус. Мы отстаем.

Почему активность так резко взлетела?

Хар... Хороший вопрос. Давай спросим у журналиста-расследователя.

Нет. Мне надо ответить.

Алло. Привет, это я.

Да. Делай репосты.

Репости посты. Не просто лайкай, а репости. О боже, но с кем?

Всё, я закончила.

Спасибо, хорошей дороги. Нет, я завязываю. Завтра улетаю в Пуэрто-Рико.

Насколько? Пока не кончится эпидемия.

Минуту.

Я не понял, вы в отпуск или насовсем в Пуэрто-Рико?

У меня целиакия.

Это что?

Аллергия на глютен.

И что будет, если съедите?

Смерть.

Целиакия вызывает невропатию.

Запястья и лодыжки теряют кровообращение на холоде.

Это больно. Я не знал. А мои миттенки и гетры? Я думал, это для стиля. Я

старалась.

Нас переводят на удалёнку.

Пользуясь случаем, я еду в тепло.

Сняла жилье на пляже в Сан-Хуане.

Но мы только начали продвигаться. Это самый неподходящий момент для отъезда.

Поражение нервов мне тоже не в радость.

Алгоритм изменили ради свадебных фото, а активность подскочила на 50%. Да,

выясните почему.

Мне еще вещи собирать.

Оставьте себе.

Нет. Пустяки.

Оставьте.

Снова писать письма? Начинать с нуля? Да, начну сначала, пока ищут лекарства

от этого нового вируса. Я буду начинать заново с другим источником.

И всё из-за глютена.

Окей, удачи.

Чёрт!

Ваш талон. Спасибо.

Это будет настоящая бомба. Что за секретный ингредиент в MSI поднял

активность на 50%?

Аудитория стареет. Взлёт ТикТока топит их. Они меняют алгоритм. Со значимыми

социальными взаимодействиями? Заявляют, что активность продолжит падать, но при

этом знают, что на самом деле она взлетит. За счёт какого ингредиента?

Начинай сначала.

Ищи новый источник.

У меня уже терпения не хватает.

Лети в Пуэрторико. Кристина, Фред всегда сам выходил на меня.

Ясно, а я... Если он даст документы по теме 64%, то будет готов помочь из

МСА. Я обещал его защитить. И если Фред рискует работой, и не только, то пусть

решает сам. Мне нужна бомба, настоящий сенсационный материал. Лети в

Пуэрторико. Он оставляет цифровые следы. Он это знает?

Я подумаю. Да, подумай.

У тебя целых 10 минут.

Ясно.

Ты должен это знать. Мы поспорили.

Шпатель – это слово из идиша?

Без понятия. Вряд ли.

С кем ты так по-идиотски споришь?

Джефф? Да?

Взгляни на это.

Спасибо, что пришли. Мы представим команду и наши задачи.

Руководители групп расскажут, чем мы можем быть полезны друг другу и как

наладить сотрудничество.

Выбрали? Да.

Я попробую мафонго с морепродуктами и плантаны, пожалуйста.

Сейчас всё будет.

Частоты 5G как-то связаны с ковидом.

Ты спядил?

Сам посмотри на Фейсбуке. В Ухане поставили вышки 5G прямо перед первыми

случаями заражения.

Да, все об этом говорят.

Почитай сам.

Перейдём к другим темам.

Робби, покажи, пожалуйста, другие вопросы.

Перейдём к политической рекламе. Брэндон, убери телефон, иначе нас

уволят. Но на Капитолийском холме... Плевать!

Марк, политическая реклама.

Итак... Сенатор.

Госпожа сенатор. Просто сенатор.

Сенатор, врать — это плохо.

Я искренне так считаю, и крутить лживую рекламу — это тоже плохо.

Но нельзя лишать избирателей возможности увидеть, кто солгал. Вот так.

Мне нравится этот аргумент. Думаю, такой как раз подойдёт. Не очень

оправдательно. Мы выиграем и без оправданий. Все согласны? Брэндон? Да.

Джейк? Отлично. Чарли? Вы что, издеваетесь? Воспользуюсь моментом и

скажу, что была отличная идея позвать Чарли. Это хороший ответ.

Вы скармливаете избирателям полную ложь. Это развивает ответственность. Как они

узнают, а?

Он такого не говорил. Он только что сказал.

Ответственность это... Это лишает избирателей.

Сенатор спросит у Марка, сможет ли она запустить в Фейсбуке рекламу, утверждая,

что ее оппонент голосовал за какой-то закон.

Результаты публичны. Люди должны сами проверять. А мы? Не спешите, мне же

больше нечем заниматься, да? Ты не можешь так сказать. Могу, если сменю

галстук. Ты заявляешь, что Фейсбук... позволяет политикам платить за

дезинформацию, верно? Если нет угрозы причинения вреда.

Ясно. То есть, используя перепись, можно таргетироваться на темнокожих и убедить

их, что выборы пройдут в среду, правильно?

Когда мы применим правила об удалении... Просто скажи нет!

Нет, мы бы никогда так не поступили. Чарльз, если есть опасность... Ты не

занимаешься факт-чекингом. Мы живем при демократии, я верю в свободу слова.

Все мы верим.

Нельзя так отвечать. Я не встаю между кандидатом и избирателями. Но ты

встаешь. Ты как регулировщик, стоящий со сложенными руками, понимаешь? Детей

сбивают машины, да здравствует демократия. Избиратели не дети, которых

нужно пичкать овощами. Тогда покажи им разницу между овощем и дерьмом в форме

морковки. Они и без меня разберутся, говорит политик или лоббист, правду. Не

смогут. Я уважаю наших пользователей.

И врёте им? Я не тот, кто врёт. И я не буду мешать им видеть, кто лжёт.

Люди верят в ложь. Что?

Когда крутили остров Гиллигана, женщина позвонила на базу в Пёрл-Харбор, сообщив

о семерых потерпевших крушения на юге Тихого океана.

Не знаю, что на это сказать, но я за Конституцию.

Нам нужно поговорить.

Да что опять?

Какого хрена? Если нет прямой угрозы вреда, каждый может постить, что хочет.

Я не о постах.

Проверка фактов — полный провал. Я говорю о платной политической рекламе.

Зачем ты пришел? Объясни. Рая позвала меня. Вот. Еще недавно ты слушал мои

советы. И компания от этого только выигрывала. Были времена, пока ты не

настрачил ту мерзкую колонку. Ясно?

Твой совет читателям? Остерегайся катастрофы Facebook. Слушай, давай пока

забудем об этом.

Так что наши интересы больше не совпадают. Сейчас не время. Сколько ты

выложил? Это не важно.

Я не помню. Не фирма, а лично ты. Марк. Два с половиной миллиона.

И какой доход?

В сто раз больше.

Да.

250 миллионов – настоящая катастрофа. Ты забрал куш, прежде чем плюнуть в

колодец. А ведь твои 2,5 миллиона стали бы сейчас миллиардом 200.

Прошу, дай мне совет.

Проверяй политическую рекламу. Ты обязан ее проверять. Либо я слишком много

цензурирую, либо слишком мало, так что я вообще перестаю это делать.

Ты горько пожалеешь об этом.

Твой сайт Hot or Not в колледже обернулся кошмаром. А теперь будет еще

хуже. А ты потерял миллиард из-за своего чертового морализаторства. Послушай. Мы

здесь не за этим.

Мы это уже обсуждали. Из меня делают приятного человека.

Я ничего не говорю. Я знаю, что обо мне думают.

Я читаю это каждый день.

Моя жена тоже.

И мои дети прочтут.

Трудно быть судьей. И на судью пытаются давить. Вот я о чем говорю.

Фейсбук не судья, понял? Марк. В этом весь смысл, Чарли.

Мы не судьи. Мы общественная площадка. У свободы слова нет границ, кроме прямого

нанесения вреда. Нет границ, кроме так это не работает. Наша граница. Из-за

приоритета вирусности поток дезинформации, который ты изливаешь,

только усиливается. Это настоящий цунами.

Опасность более чем реальна.

Бордовые тона. Мне не нравится.

Давайте продолжим.

Что происходит?

Тедди мечется туда-сюда. Я гляну, не волнуйся. Нет, мы должны сказать ему.

О чём?

Уолл-стрит-джорнел.

Ты, должно быть, шутишь.

Позвони вы мне до того, как сели в самолёт до Пуэрто-Рико. Я бы запретила

вам приезжать.

Это лучший банановый дайкири. Без знания общего числа выпитых вами это не

статистика. Одна из моих стажёрок завела фейковый аккаунт. Листала ленту часами

напролёт, лайкала всё подряд.

Через 10 дней ей предложили три разные группы. И все, по данным ФБР,

экстремистские.

Мне нужны внутренние документы.

Доказательства, что 64% участников таких групп пришли туда благодаря

вашему коду.

Вашему коду.

Заплатите за Дайкири.

Моя начальница интересуется.

Вы рассказали ей обо мне? Для неё и её зама и главреда вы парень по имени Фред.

Так как в своё время я работала в Пинтерест и Гугл, я нахожусь в самом

центре тех гигантов.

Но я вам не ищейка, чтобы рыть землю ради поиска трюфелей.

Басы-то этим не занимаются, ну ладно.

Чтобы вы понимали.

Вы любите свою работу? Да.

Да, обожаю. И неудивительно. Это отличная работа. Хорошая зарплата,

бонусы, страховка. Меня ценят по достоинству, но дело не в этом.

Простите. Сближать людей – это благородная миссия.

Есть закомплексованные люди, Джефф.

Неуверенные в себе, в реальной жизни.

И только за клавиатурой они наконец становятся собой.

Наша компания меняет мир.

А вот во что, это еще вопрос.

Знаете, нас о вас предупреждали, даже фото как-то показывали.

С каких пор недоверие к прессе стало признаком правоты? То есть мы на стороне

зла? Вы помогаете тем, кто на стороне зла.

И вы мне это докажете. В преступлениях Зодиака тоже виноваты карандаши? Это

другое. Мы хотим доступности. Конечно.

И делайте мир лучше.

Язвите сколько угодно, но да.

Девчонки называют друг друга тупыми суками. Как-то не верится.

Вы говорите о культуре, а мы о... Демократизации.

Да. Фрэнсис, демократия – лучшая форма правления.

Но она применима не ко всему.

Спасибо за мейнсплейнинг. От лица всех мужчин ответственно заявляю. Мы всё

поняли? И осознали. Итог. Вы пускаете это в ход, когда проигрываете спор.

Разве не каждый имеет право голоса? Говорить могут все.

Но не каждому нужен микрофон.

Не все пишут для Уолл-стрит-джорнел.

Вот именно.

Нужно доказать свое мастерство, быть лучшим. Это нужно заслужить. Да.

Попробуйте устроиться в Фейсбук.

Я покажу вам схему сети.

Мне нужно всё разжёвывать, вы же знаете.

Ага.

Энди, сейчас, секунду, связь плохая.

Ладно, эй.

У нас всё есть. Может, подождём немного?

Нет, у нас всё есть.

Документы, переписки в экстремистских группах, рекомендованные сообщества,

оценка влияния, анонимная цитата. Они играют со спичками.

Нет, это мы играем со спичками.

Написать, что он из отдела гражданской честности? Нет.

Инженер, пожелавший остаться неизвестным.

Погоди, у меня вторая линия. Алло?

Вашей стажёрке потребовалось 10 дней, чтобы получить рекомендации? Да.

Это намного быстрее, чем у моей подруги. Как думаете, почему?

Репосты. Вы звонили ей тем вечером. Да. Вы сказали ей, чтобы она не просто

лайкала, а репостила.

Именно.

У меня график с 12 до 22.

Приходите завтра в тот бар с дурацким коктейлем. Это был банановый дайкири.

Энди? Я здесь.

Знаю. Бывают враги попроще.

Мафия подошла бы лучше.

Да. Но мы публикуем.

Алгоритм Фейсбука продвигает группы ненависти. Мы потакаем низменным

инстинктом.

Привет, Мириам.

Привет. Спасибо, что нашла время.

Конечно. Я получила сообщение. У нас проблема.

Прости, но тебе придётся вернуться.

Иди со мной.

Репосты. Ищите дальше.

Я должна вернуться завтра утром. Почему?

Компания запрещает нам работать из-за границы.

Даже когда все на удалёнке из-за вируса.

Жаль.

Ладно.

Возвращайтесь к своим гетрам.

Работаем из моего отеля. У нас больше не будет никакой работы.

Я пас. Ладно.

Я серьёзно. Да, я всё понял. Статья про 64% вышла. Там всё предельно ясно.

Миссия выполнена. Фрэнсис, это... Меня обязательно вы... В итоге вычислят. Это

не так уж и сложно. Вам на это намекнули? Нет, но когда со мной

связался отдел кадров... Подумали, что это из-за этого?

Да. И на секунду струшили?

Нет, куда сильнее.

И не на одну секунду.

Кто вообще так делает? Я не героиня фильмов Капры. Не представляю, чтобы вы

смотрели это.

Почему? Не знаю. Я видела оба. Он снял больше.

Самые известные. Ясно, но посмотрите потерянный горизонт. Мышьяк и старые

кружева. Да помолчите вы! Ладно.

Кто вообще так делает? Я работаю здесь не ради того, чтобы дожидаться работы

мечты. Это и есть работа моей мечты.

Вы написали в Линкеден всему отделу гражданской честности. Почему ответила

только я? Потому что ваша подруга... Просто знакомая.

А я раздула из мухи слона.

Я возвращаю это. Оставьте себе. Нет, просто заберите.

Да, я знаю, что искать и где искать, но я не единственная.

Так что держите это.

Мне хотелось бы быть Спартаком, отстаивать свои убеждения, но мне не

хватит смелости.

Искусство и литература задрали планку слишком высоко.

Антигона. Джон Проктор.

Повесть о двух городах. Забыла имя героя. Тот же Гендальф, чёрт возьми.

Может, я просто цыплёнок Ципа.

Может, я сгущаю краски.

И всё не так уж страшно.

Но как бы то ни было, я больше не стану рисковать работой, будущим или свободой,

чтобы помогать журналисту-технофобу, который злится, что технологии отбирают

его хлеб.

Зачем мне это?

Я знаю, как сильно вы мне помогли и... и на какой риск вы пошли.

Простите, что я напугал вас.

Вы все сделали правильно.

И к вашему сведению, моя проблема не в том, что IT-сфера отбирает работу у

журналистов, а в том, что вы делаете эту работу из рук вон плохо.

И вот это страшно.

Счастливого пути, Фрэнсис.

Пару месяцев. Серию статей? И никто об этом не знал? Синтия в отпуске. Сразу

свалился на начальницу.

Она далеко. Она в Катмандоре. Кто журналист?

Джефф Хорвиц.

Я только что с ним говорил.

Темы такие.

Инстаграм и психическое здоровье.

Система Crosscheck, защищающая элиту. Наркокартели, использующие наши

платформы. Торговля людьми там же.

Вакцины. Внутренняя переписка. И начинает он с MSI.

У него есть источник и документы.

Боже правый. Подожди, что?

У него источник.

Анонимный, но из бывших сотрудников.

Когда выйдет? С понедельника.

Повтори имя. Джефф Хорвиц.

Он выпустил статью о 64%.

Скажи, ты был в курсе?

Нет. Я вообще ничего не знаю.

Ты с ним не говорил?

С Джеффом Хорвицем? Я говорил с ним, но я ничего не знаю. А что за анонимный

источник?

Чёрт! Можно потише? У меня встреча с Хорвицем в шесть. Он придёт сюда, я дам

ему контекст и выведаю подробности.

В шесть вечера? Да.

Вернемся к списку.

Инстаграме психическое здоровье?

Да,

он назвал эту тему среди прочих.

Ерунда. Мы знаем о проблеме и работаем над ней. А что с MSI?

Я вам не баран какой-то.

Покажите мне закон.

Мэм. Правила читали?

Нет, нет, нет. Давайте, покажите мне закон. Магазин имеет право... Давайте,

почитайте законы. Мэм.

Покажите закон, обязывающий меня носить маску. Мы вправе отказать во входе.

Покажите.

Возьмите мою мнищесть. Вы стадо баранов. Возьмите маску.

Привет. Можно войти? Я сделала тест.

Ты знаешь, где я живу? Я живу в этом доме. Просто мы не пересекались.

Извини, у меня всегда жарко. Ты знаешь, почему.

На прощальной вечеринке ты показала мне письмо.

На своём ноутбуке.

И что? Ты сказала, мы играем со спичками.

Это было в том письме.

Это же цитата в Уолл-стрит-джорнел. Это ты, информатор Хорвитца.

Нет, Морган, мы едва знакомы, но я могу объяснить. Если бы появилось

внутреннее исследование об Инстаграме и отношении девочек к своему телу, какой

процент подростков, заработавших ещё больше комплексов, тревоги, депрессии и

мыслей о суициде из-за сайта, был бы приемлем?

Сколько бы ты допустила? Какой процент ещё более закомплексованных девочек из

-за проведённого у нас времени?

Даже не знаю.

Два процента?

Один процент.

Тридцать два.

По чьим данным?

Вот этим.

Передай это своему другу.

Пока они не запустили инстаграм для детей.

И я

всё объясню.

А такая маскировка не привлекает лишнее внимание? Заткнись.

Ну ладно.

В запаре я забыла название отеля, а то позвонила бы.

Мариотт, Ромадо, Хилтон, Хаят, Имбаси, Сьюц, Дабл Три. Словно отрезала, помнила

только дорогу. Вашего номера нет, припарковалась далеко. На улице дождь.

Вы в порядке? Выгляжу я нелепо.

Надо было сказать лови.

Почему он так радуется?

Тот, что машет кулаком в воздухе. Чему он радуется?

Это повтор.

Он забил в прыжке и сравнял счёт. Всё нормально?

Он так счастлив из-за ничьей?

И овертайма.

Они выиграли в овертайме?

Посмотрим. Игра ещё идёт.

Я никогда не была настолько счастлива.

Вы когда-нибудь радовались так, как этот парень с кулаком в воздухе?

Я вот никогда.

В школе, когда я тянула руку, никто не хотел, чтобы учитель меня спрашивал.

Надо было перестать.

Знаете... Несходящая МСА.

Понятия не имею, что это. Да неужели?

В чём дело?

Так.

Алгоритм продвигает контент, которым будут делиться. Это единственная цель.

Этот сдвиг можно преподнести публике как нечто полезное, но не для Фейсбука.

Скажу прямо, я ожидаю снижения активности и проведенного времени на

сайте. Понимаете, в чем проблема?

Продвигая материалы, где один репост приравнен к 30 лайкам... Подождите, нет,

погодите. Марк.

Мы знаем, чем делятся чаще всего. Верно, вы должны это понимать. Мы все это

знаем. Ненавистью нам это известно. У нас полно исследований, доказывающих,

что расходится лучше всего.

Господи.

Да. Мы пытаемся бороться с дезинформацией, экстремизмом,

ненавистью, а вы лишь подливаете масло в огонь. Он прав, Рая.

Это не сближает людей, а разобщает их. Мне казалось, что наша цель...

Прекратите спор, Райя. Мы публичная компания. У нас есть исследования.

Неопровержимые. Мы всего лишь доска объявлений. Что?

Доска объявлений. Мы не контролируем, что на неё вешают.

Но вы же можете контролировать.

Дискуссия окончена. Я хочу сделать упор на соцзаимодействие.

Чёрт, на науке доказательства, что руководство всё знало.

Они знали, что контент, которым захочется делиться... Тот, который

вызывает гнев.

Да.

Вот что произошло.

Я открою, всё в норме.

Спасибо.

Приветного вечера.

Он ушел.

Это доставка в номер.

Расслабьтесь, все хорошо.

По вашему опыту, трудно заставить сильных мира сего измениться.

Ну, если дело в деньгах, то трудно.

Да. Если дело не в деньгах, ещё труднее.

Нужно бить наотмашь.

По больному месту.

Я сегодня уволилась.

Стой, уволилась? Я больше не могла брать у них деньги.

В пятницу в полночь меня закроют доступ. У нас 102 часа, чтобы всё выкачать.

О значимых социальных взаимодействиях? Нет, я...

Имею в виду всё.

Там есть секретное исследование о влиянии Инстаграма на психику

подростков. Мы найдём улики против картелей, наркоторговцев,

работорговцев.

Вам будет нужно много чернил.

102 часа. Если я буду работать отсюда, сэкономим время на дорогу.

Сидни Картена.

Имя героя из повести о двух городах.

Им отрубили голову. Видишь, я об этом и говорю. Понял, понял. За работу.

Не пользователи, а люди.

И не человеческие особи. Звучит по-лабораторному.

Блэр, у тебя задача найти ему галстук. Это не так просто.

Не такая уж это и сложная задача. Ты удивишься. Что-то не верится. Синий. Уже

пробовали. Другой синий. Ладно.

Понять, успокоить, среагировать.

Говорите о чувствах людей.

Успокойте их.

Скажите, что Фейсбук в курсе и принимает меры. И проверяет политическую рекламу.

Мы это уже проехали. Вернись к этому. Мы здесь не за этим.

Факты субъективны. Нет.

Субъективны вообще-то. Я сказал нет.

Что если бы президент объявил о создании 6 миллионов рабочих мест и из них

полмиллиона промышленности? Надо проверить, абсолютно это прирост или

нет. Его ли это заслуга или же тренд? Начался гораздо раньше. Нам нужно

понять, как такое возможно.

Статистика метруна. Смерьте с ней.

Марк. Хватит!

Ты нападаешь на меня с самого утра, мне надоело.

Здесь все знают, когда я говорю нет, дискуссия окончена.

Я не желторот и юнец из общаги. Огренись, Чарли!

Пожалуйста, господа. Да что в тебя.

Послушай. Ты ведёшь себя как брошенный любовник, правда? Твой способ меня

дискредитировать. Когда-то мы общались. Мы общались каждую неделю на протяжении

трёх лет. Все времена прошли. Ты давал советы, я им следовал. Всем. Некоторым.

Ты продал компанию Яку. Нет. Не благодари. Но это... Ты меня предал, и

мы больше не работаем вместе.

Это ты стал торговать человеческой доверчивостью.

Я потерял деньги, и что?

Беспокоить то, что ты находишь это позорным. За это стыдно. Ты видел топ-3

постов вчера?

Нет. Два из них фейки, третий мерзость. Все три злобные, тупые и не несущие

никакого смысла. Люди мерзкие, злобные и тупые. Это же не я публикую.

Но тебя это совсем не волнует? Тебе здесь делать нечего.

Заговори о фактчекинге. Я сказал нет. Это неосуществимо в таких масштабах.

Проверять в реальном времени миллионы политических объявлений со всего мира на

сотни разных языков. Будете продавать меньше.

Вот и все.

Но вам же все равно плевать. Политическая реклама приносит меньше

полпроцента доходов. Все с лихвой окупится репутацией платформы с

проверенной политической рекламой. Вот.

Измени алгоритм. Это же просто нули и единицы.

Ты закончил?

Или дело в том, что политики, которым дезинформация выгоднее всего,

охотнее других, идут на дерегулирование, верно?

И меньше всего хотят менять раздел 230.

Это бизнес, Чарли.

Почему мы этого не делаем? Потому что не обязаны. Ты с Луны свалился?

Хорошо.

Перейдём к языку тела.

Слегка кивайте головой, чтобы показать, что вы слушаете.

Делайте это, пока я говорю.

Не так сильно. Сдержание.

Да. Галстук менять не будем?

Ой, отстань.

Что там такое?

Что?

Им нужен Марк.

Никакого Wall Street Journal. Я сегодня занят. Нет, это Капитолий. Что

происходит? Они столкнулись с полицией.

Это официально признано бунтом.

Вы видели это?

Что? Они стягивают всех копов с оружием и жетоном. Мы создаём Айпок. Чего?

Оперативный штаб. Кризисную группу.

Европейские партии жалуются на алгоритм вовлеченности, вынуждающий сеять

негатив.

Если вы не сдали тест, надо надеть маску.

Запускаем модель P50 для понижения языка вражды. Бунтовщики координируются между

собой. Нужно подтвердить этот фикс.

Убираем продвижение постов в ленте.

Перенаправим 1% трафика.

Снижаем порог в сто раз. Никто не будет ответить, кто даёт добро.

Зак, скройте этот пост из всех рекомендаций.

Кросс-чек позволяет элите постить без модерации.

А кто входит в эту элиту? В этом и проблема.

Мне нужно поговорить с Джоном.

Мы позволяем ему постить?

Он действующий президент.

Да вы издеваетесь! У вас в школе математика вообще была? Или в вашей

секции математику считали какой-то ересью?

Обычная школа. Тогда подумайте.

Взгляните на панель. Эти страницы экстремистов, у них гигантский охват.

Нужно экстренно выкатить на прот.

Да.

Дружище, не давай ему больше ничего постить.

Нужно усилить фильтрацию.

Марк, нужно ужесточить фильтрацию. Таргет на подростков выходит за рамки

Инстаграм Китс. Взгляните на этот документ.

Украденные выборы!

Украденные выборы!

Мне нужны документы по 63 пунктам. Мы возвращаем ключевые меры по

урегулированию. Комментарии отключены?

Да. Снова запостят.

Он что, просит их разойтись?

Риск ложного срабатывания перевешивает пользу от автоматизации. Внутренняя

политика. Призыв к ненависти менее опасен, чем скандалы за удаление поста.

Правильно?

Фрэнсис?

Мне перекрыли доступ.

На час раньше срока.

Неважно.

Ну вот.

У нас всё есть.

Я сделаю это.

Сделаешь что?

Буду свидетелем.

Вы устали.

Используй мое имя. Вы пожалеете. Это весомее, чем анонимный источник. Так? В

таких случаях я даю источникам подумать сутки. Когда статья выйдет, круг сузится

максимум до пяти человек.

Учитывая характер документов и цифровой след, все сложное... Я не дурак. Нет,

дурак, но они поймут, что это я.

Все прозвучит убедительнее.

С моим именем.

Но вам же нравилась ваша работа.

Бить надо наотмашь.

Чтобы было больно.

Подумайте.

Мне не нужны сутки. Назовите моё имя, я готова.

Зак, заказывай ужин. Лосось на гриле под дежурским соусом.

Бургер.

Ребят?

Пойдём, познакомлю вас с Фрэнсис.

Это мои стажёры.

Рада меня вас познакомиться.

Простите, между учёбой и стажировкой... Из-за него? Да. Да. Мы почти не спим. Мы

провели тот же эксперимент, что и вы.

Фейковый профиль женщины по имени Кэрол. И получили тот же результат.

Ополчение Айдаха уже меня зовёт.

Мы готовы.

Сюда.

Фрэнсис, вы классная.

Вы, должно быть, ошиблись. Нисколько.

Кажется, я добавила, Карл.

Знакомьтесь, это Фред.

Фрэнсис, я главный редактор, Энди Батлер. Привет, Энди. Кристина Маккан.

Привет. Том Дэш, очень приятно.

Прошу. Спасибо, что согласились поговорить с нами.

Кажется, вы работаете день и ночь. Да, как ваши стажёры. Мне нужно поспать.

Вам нужны юристы.

Думали о статусе осведомителя?

В IT её больше никто не наймёт. Вы об этом думали? Нет. Думала. Нет, нет, нет.

Раскрыть личность, ладно, но... Но без правовой защиты суд её уничтожит. Чтобы

получить защиту, вам придётся дать показания.

Перед Конгрессом.

Лично.

Вы этого хотите?

Нет. Ладно. Но кто-то должен им всё объяснить. Как мне пришлось объяснять

вам. Много раз.

Придётся им всё разжевать.

Кристина. Wall Street Journal.

Ни для кого не секрет, наша вера в свободный рынок. Но здесь нужно

госрегулирование, и причём как можно скорее.

Это всё покажут по телевизору.

Напишут в прессе. Пресса — это мы. В сети вас затравят и...

Поднимут насмех. Я знаю.

И это справедливое наказание.

Зачем вам это?

Вы год твердили мне ответить за свой код. Да я манипулировал вами.

Мне за это платят. Сущие гроши. Фрэнсис. Мне помогает организация. Они

свяжутся... Что? С комиссией по ценным бумагам. Чёрт побери.

Я поговорю с Фрэнсис наедине.

Эй. Да? Это расследование.

Твоя работа... Хвалить не обязательно.

Супер, спасибо.

Это заучка.

Она умнее всех нас.

Она справится.

Вот это настоящая журналистика.

Хорошая работа, босс.

Ребята, идите по домам.

У тебя около 200 документов. Мы поможем рассортировать. Эвелин, Зак, у меня 21

323 документа.

Он здесь.

Впусти его и останься.

Джефф. Тедди? Да.

Джефф Хорвиц.

Все это не под запись.

Да.

Ну и денек, да?

Когда пострадал первый коп, я понял, что задержусь допоздна, и шишки полетят в

нас. У Марка есть послание для вас.

Ясно. Недавно он выложил фото на гидрофойле. Нью-Йорк Таймс написали, что

это электродоска. Но это был гидрофойл.

Будьте точны, пожалуйста.

Я не из Таймс. В целом.

И такой неточности он боится? Он ничего не боится.

Тедди, к чему вы клоните? Ваш источник Фрэнсис Хауген. Мы его легко вычислили.

Друзей у нее было немного.

Ее мотивы вызывают вопросы.

Как я и говорил по телефону, мы выпускаем цикл статей по расследованию.

Файлы Фейсбука?

Да. Терпеть не могу элитерации.

У нас есть вопросы.

Ответы нужны в течение 72 часов.

Вы сломали девчонке жизнь.

После слушания о ней никто и не вспомнит.

Закончит продавщицей в Эппл-стор. Она справится.

Нет. Ни за что.

Не будь у неё иммунитета, я бы лично упёк её за решётку. О, жаль.

Она даст показания. Бежать за помощью Конгрессу – прошлый век.

Джефф, мы вдвое больше самой крупной страны. Мы не боимся Конгресса, мы стоим

выше любого правительства.

Прошу, разрешите процитировать?

Нет. Я могу зайти завтра?

Обрисуйте вопросы в общих чертах. Почему Фейсбук распустил отдел гражданской

честности?

Дальше. Почему проигнорировали предупреждение ФБР о QAnon? Неправда. И

в итоге... Мне... 3 миллиона участников в группах QAnon. Чушь собачья.

Мой ассистент. Почему вы продвигали материалы, подрывающие систему

здравоохранения ложью о вакцинах? Бред какой-то.

Что ещё?

Из чистого любопытства.

Вы чистите комменты под постами Марка, оставляя только хвалебные?

Давайте лучше перенесём на завтра.

Без проблем.

Назначу новую встречу.

В любом случае, мятеж или нет, у вас 72 часа.

Не знаю, во что играет эта бедняжка.

Она идёт ва-банк.

Она здесь.

Спасибо.

У вас всего минута.

Здравствуйте.

Доброе утро.

Вы здесь бывали раньше?

Да. Когда-то здесь сортировали раненых.

Полицейских Капитолия, которых избивали и били электрошокерами.

Ковер поменяли, пятна крови не отстирывались.

Как вы себя чувствуете?

Нормально.

Без метинок?

Не хотела выглядеть сумасшедшей.

Хочу дать вам совет.

Ладно.

Постарайтесь не извить сенаторами.

Постарайтесь не называть сенатора идиотом. Не доводите их до звёзд.

Было бы отлично, если бы вы просто отвечали на поставленные вопросы и были

со всеми вежливыми.

На сумасшедшего вы не похожи.

Но вы очень жестоки.

Это не так. Вы пугаете меня.

Клянетесь ли вы говорить правду, только правду и ничего, кроме правды?

Нужно вернуться к октябрьским настройкам.

Аварийный пакет отключен? Сразу после того, как выборы закончились. Судя по

всему, нет.

Маркируйте все посты, оспаривающие выборы.

Никаких двусмысленностей. Без смягчений. Прямо пишите. В этой стране есть законы.

Он только что выложил видео.

Марк?

Здравствуйте, господин председатель. Госпожа сопредседатель. Члены комитета.

Меня зовут Фрэнсис Хауган. Я работала в Фейсбук.

Я пришла в Фейсбук.

веря в его силу раскрывать в нас самое лучшее.

Но сегодня я здесь, потому что его продукты вредят детям, сеют раздор

и ослабляют нашу демократию.

Он выкладывает еще одно видео.

Заблокируйте его.

Дело не просто в том, что некоторые пользователи озлоблены или

неуравновешены. Или в том, что две стороны радикализируются.

Фейсбук сам выбирает прибыль любой ценой.

Жертвуя нашим здоровьем и безопасностью.

Нам нужны тезисы для прессы.

Разумеется. Есть предложение, Брэндон.

Годы работы в Facebook открыли мне сокрушительную правду.

Почти ни один человек вне компании не знает, что происходит внутри.

Предоставленные мной документы доказывают, что Facebook скрывал от нас

правду о результатах собственных исследований.

О безопасности детей, эффективности своих систем искусственного

интеллекта, и распространении популяризирующего контента.

Скажите что-нибудь.

Марк, скажите что-нибудь.

Заблокируйте его.

Фейсбук пытается навязать нам ложный выбор.

Он предлагает либо мириться с экстремистским контентом, либо лишиться

главной ценности нашей страны.

Свобода слова.

Когда вскрылось, что табачные компании скрывали вред курения, правительство

приняло меры.

Когда доказали, что ремни безопасности спасают жизни, правительство приняло

меры.

И когда выяснилось, что опиоиды убивают, правительство приняло меры.

Я умоляю вас.

Примите мир.

Спасибо, господин председатель. Я готова ответить на вопросы.

Комитет благодарит свидетеля. Заседание объявляется закрытым.

В 2021 году на основе документов Фрэнсис Хауген Wall Street Journal опубликовал

расследование 17 частей. Файлы Facebook.

Спустя три недели после ее показаний Фейсбук сменил название на Мета.

Фрэнсис также дала показания перед Британским парламентом, Европарламентом

и Национальным собранием Франции.

Выступила в 60 минут и появилась на обложке Time.

Она нанесла сокрушительный удар.

Вслед за этим 47 американских штатов подали в суд на Мета.

А ее разоблачение в Инстаграм привели к сотням исков со стороны школьных округов

и семей.

Джефф Хорвиц научился пользоваться навигатором. А еще за свое расследование

он получил Пуллицеровскую премию.

Мета пересмотрела проверку политической рекламы в США.

И решила не проверять вообще ничего.

43% взрослых узнают новости из Facebook.