Original subtitles

Со времен Черчилля идеологи империализма не перестают утверждать,

что коммунисты раскололи Европу.

Но правда в другом.

Не социалистические страны положили начало политическому расколу Европы

на два противостоящих блока.

Если кто-нибудь на Западе забыл об этом, напомню:

Варшавский договор был подписан спустя шесть лет

после создания агрессивного блока НАТО.

Что ты здесь делаешь?

Тебе письмо.

От Саши.

Я должна дать ему ответ.

Уходи. Я вызову охрану.

Прочти письмо.

Если вопрос решается с финансовой стороны,

то это не проблема, а вынужденные расходы.

Сотрудник КГБ на нелегальном положении

и начальник немецкой разведки пытаются договориться на руинах мира.

Да, прав ваш друг-журналист.

Всё катится к чертям.

Что это значит?

Бумага пропитана специальным составом.

Через кожу он проникнет в кровь.

И через несколько минут ты умрешь.

Следы состава никто не обнаружит.

Мне жаль.

Написано: письмо не заражено.

Печиус.

Почему вы не передали внешнюю агентуру вашему преемнику?

Министру госбезопасности?

Я был категорически против, чтобы Мильке был детально информирован

о деятельности внешней разведки.

Это личное?

Я так понимаю, Мильке непосредственное участие принимал

в вашей отставке на пенсию?

- Не так ли? - Да нет. Ничего личного.

У Мильке был своеобразный подход к работе разведки

и вообще ко всей системе государственной безопасности.

Боялись утечки? В Штази крот?

Штази больше нет.

Да, да.

Все никак не привыкну к этой мысли.

А в таком случае,

если вы не хотели отдавать внешнюю агентуру своему преемнику,

зачем было создавать архив и прятать?

- Думали вернуться на службу? - Нет. Я не хотел.

Я ждал,

что в разведке должен появиться человек,

которому я со временем доверю свой архив.

Ваш архив будет очень полезен в будущем.

Агенты доверились мне.

Я их никогда не предам.

Мой ответ - нет.

Господин Вольф.

Господин Вольф.

Помнится мне, в начале ноября вы выступали на митинге.

Вас освистали.

Это были люди, которых вы защищали все эти годы. Не так ли?

Где гарантии того, что рано или поздно ваша агентура не засветится

и не предаст вас?

А где гарантия того, что вы, находящийся в не очень простом положении,

не переметнетесь к конкурентам?

В СССР нестабильно.

Из Москвы тоже могут быть утечки.

Я не отдам свой архив.

Архив ищут все. И рано или поздно его найдут.

Быть может, я лучшая партия?

Александр.

Мой вам совет.

Прекращайте гоняться за мной.

Берегите свое время.

Это самый ценный человеческий ресурс.

И он невосполним. Прощайте.

Мне жаль.

Ты знала?

Ты знала.

Ненавижу!

Я убью тебя!

Я убью тебя!

Света!

Я держу тебя, держу.

Да пошли вы все!

Нет!

- Товарищ капитан! - Да.

Мы успели. Сожгли всё.

Как там на улице?

Выдыхайте. Толпа уже расходится.

Вот то, что вы искали.

Ага. Спасибо большое.

Молодец. Молодец. Давай, давай, давай.

Молодец.

Всё, всё, всё…

Тише, тише, тише.

Она пыталась меня убить.

Все хорошо. Тише, тише.

Капитан Константинов.

Когда будет звонить Нечаев, передай ему, он поймет.

Это Жданов.

Ваше Святейшество.

А ведь мало кто знает,

что именно вы вдохновили меня на перемены в СССР.

Что же именно вас так вдохновило?

Ваш личный пример.

Вы же показали людям, что сегодня возможно всё.

Человек из коммунистической Польши, понимаешь,

вдруг стал понтификом.

Ну, в этом не только моя заслуга.

На каждом из нас есть промысел Божий.

Я хорошо помню ваши слова тогда в Польше, в 79-м.

Вы сказали людям: «Не бойтесь».

И я, знаете, повторил их в Советском Союзе, когда начинал перестройку.

Мне нравится, что вы говорите, что перемены в мире

не должны происходить быстро.

Ну…

Что помимо структуры,

нужно менять еще и мышление.

Нельзя, чтобы кто-то один претендовал

на изменение мира только западным образцом.

Европа должна дышать двумя легкими.

Западным и восточным.

Как поляк и славянин я очень хорошо понимаю это.

Это потрясающе.

Какой великолепный пример.

Я думал об этом еще в 80-м году,

когда объявил покровителями Европы,

помимо святого Бенедикта,

представителя Латинской…

- Традиции? - Да. Традиции, традиции.

Кирилла и Мефодия.

Представляющую восточную, славянскую, русскую традиции.

Таково мое убеждение.

Я абсолютно с вами согласен.

Вы знаете, я…

Я хочу искоренить, понимаешь, все противоречия.

И добиться того, чтоб Европа стала одним единым целым.

Куда мы приехали?

Черных распорядился

выделить тебе новую квартиру.

Юр. Я бы сама доехала.

Тебе нужно вернуться в госпиталь, отлежаться.

Пока Саши нет,

за тебя отвечаю я.

Я могу за себя постоять.

Я убедился.

Я хочу вернуться в нашу с Сашей квартиру.

Свет.

Это невозможно.

Обнаружил в розетке. Микрофон наш.

Какого черта?

Кто дал разрешение на прослушку?

Установлено больно криво.

Не думаю, что наши.

Тогда кто тут хозяйничал?

ЦРУ?

БНД? Французы?

Если работали иностранные разведки,

то где-то должен быть передатчик, усиливающий сигнал.

Но мы бы его запеленговали.

Ладно. Разберемся. Работайте.

Виктор Иванович.

Ну все, Нечаев.

Добегался.

Светлана.

Здравствуйте.

У вас дверь входная открыта.

Я ваша соседка. Этажом выше.

Лиза Покровская.

Дочь советника посла.

Очень приятно.

Лиз, может, чаю?

А, да, нет, нет. Спасибо.

Папа сказал, могут прослушивать.

Мне скрывать нечего.

Александр Николаевич меня иногда использует как связную.

Он будет мне звонить, я могу ему что-нибудь передать от вас.

Передайте Саше, что я хочу с ним встретиться.

Я благодарен вам за приглашение посетить вашу страну.

Ну что вы!

Ваш приезд в СССР,

он же позволит очередной раз показать людям…

да всему миру, что мы не империя зла,

как многие, понимаешь, нас выставляют.

Ваши дела и ваши поступки опровергают эти слова.

Вы - влиятельный человек.

Возможно, один из самых влиятельных в мире.

Вы освобождаете людей.

Вы делаете то, что было завещано в фатимских пророчествах.

О каких пророчествах вы говорите?

Ведь я знаю, что католическая церковь

опубликовала только два из трех существующих.

Время для третьего еще не настало.

Но вы должны знать,

что особая миссия

в этих пророчествах

лежит на вашей стране.

Кто такой мессия, а?

Вас же интересует не значение этого слова.

Перевод я знаю.

Вы знаете, у меня довольно печальная оценка

духовного состояния современного мира.

Заканчивается 20-й век.

Столетие.

В котором одни люди приготовили другим людям

множество заблуждений.

И страданий.

Мессия - это…

надежда.

В вас я вижу надежду

на лучшее будущее.

Только не забывайте:

всё в мире конечно.

И, исполнив свою судьбу, мессия уходит.

И в его уходе,

возможно, есть

самое главное его

предназначение.

Что сказал Вольф?

Он мне не доверяет.

А на что вы рассчитывали?

Хельга, вы хорошо его знали.

Скажите, что его может заинтересовать в обмен на архив?

Не путайте, Александр. Я на вас не работаю.

Да. Но вы сотрудничаете со Ждановым.

Исключительно ради своих интересов.

Сейчас ваши интересы - это эклеры и кофе?

Я в это никогда не поверю.

Долгие годы мы с товарищем Вольфом искали предателя в министерстве.

Хотели выйти на него через мою контору?

Ваш крот связан с нашим?

Они обменивались между собой электронными часами.

В Москве я, как и вы,

следила за обменом в гостинице.

Гибель Ульриха Майерса, а потом Эванса прервали цепь передачи.

То бишь Эванс должен был вас вывести на предателя?

Его убили ЦРУ, защищая своего крота.

А откуда у вас такая информация?

Вчера приходила Ингрид.

Оставила вам письмо.

Я так полагаю, вы его читали.

Конечно. Я же из Штази.

Лиза.

Да, я пишу, Александр Николаевич.

Угу.

Я передам Светлане.

Елизавета.

Ты очень помогла.

Спасибо.

Но Александр Николаевич всегда такой вежливый, внимательный.

Он хороший человек.

Вы часто с ним общались?

Нет. Не очень.

Но он поддержал меня, когда Джека…

Он втирался к тебе в доверие.

Это его работа.

Притворяться хорошим.

А на деле хитрый, изворотливый, циничный.

Он был искренен. Я бы распознала фальшь.

Значит, свою работу он выполнил на отлично.

А ты в благодарность стала его связной.

Я сама вам все рассказала. Я хочу, чтобы вы разобрались.

Конечно.

Мы разберемся.

Иди.

У меня такое чувство, что я его предала.

Ты очарована им.

Предатели всегда так обрабатывают своих сторонников.

Александр Николаевич не предатель.

Дам тебе совет, девочка.

Будь готова к предательству любого из своих друзей.

Особенно тех, кому доверяешь больше всех.

Предают не враги.

Предают друзья.

Всем ждать моей команды!

Дай им полминуты. Усыпи бдительность.

И начинай.

Понял.

Что случилось?

Ингрид пыталась убить меня.

Ее задержали?

Саш, она погибла.

Выпала из окна.

- Понятно. - Понятно…

Понятно.

А в 87-м на встрече со связным

тебе было понятно, что ты можешь подставить моего отца?

Юрий Анатольевич, начинай.

Приготовились.

Я узнал о том, что ЦРУ готовят провокацию по отношению к Советам.

Мне пришлось делать выбор.

Между провалом Хэда и возможными жертвами теракта.

Несправедливый выбор.

Он всегда несправедливый.

Перекрывайте ему пути отхода, берем его быстро и тихо.

Проблема в вагонетке.

Все-таки это мой отец.

И поэтому ты меня сдала?

Берем его!

Вот он я, давайте, берите!

Сам, сам!

- Нечаев где? - Не вижу его!

Давай!

Ищите Нечаева.

- Предатель! - Миш, Миша!

Пошел ты!

Черт!

Затянул!

Вот и упустил Нечаева.

Найдем.

Виктор Иванович. Вы подослали ко мне Лизу?

Это отвратительно!

Это подло.

Юрий Анатольевич, простите,

но Виктор Иванович запретил какие-либо контакты с товарищем Константиновым,

пока он его лично не допросит.

Что произошло?

Вам лучше знать, Юрий Анатольевич.

Объяснись.

- Товарищ полковник. - Секунду.

Говори.

Вы подставили Сашу в 87-м году.

Слили американцам связного.

Миш, ты ошибаешься.

Вы предатель, Юрий Анатольевич.

- И Саша это докажет. - Всё, идем.

- Я ни при чем. - Да?

Саше об этом расскажите.

Благодаря вам его по всему Берлину ищут.

А он вам верил.

- Всё, хватит. - Мы все вам верили.

- Хватит! Прекратите! - Просто сдали нас с потрохами!

Держи.

Как новенький.

Даю пять лет гарантию, что профурычит.

Спасибо, Вась. У меня теперь как раз много времени.

- Это что, рапорт? - Да.

Виктор Иванович попросил самому свалить.

Без шума и пыли.

И ты согласился?

Вась, я все сделал правильно.

Может быть, да. Я где-то перегнул палку.

Но я не за себя.

Я за дело и за друзей.

И, если они там наверху ни хрена не понимают,

я не буду доказывать, что я не верблюд.

- Ну, перегнул, это мягко сказано. - Вась.

Ну, а вот прикинь, если бы Саня не успел на теракт с Майерсом?

Или та бомба в сквере оказалась бы не муляжом.

А Света?

Вообще ее из могилы достал!

Миш.

- Малое из зол все равно остается злом. - Угу.

Ты предлагаешь сидеть на жопе ровно?

Чем в Союзе заниматься будешь?

Не знаю.

В Ленинград поеду. К жене. К дочкам.

Хотел их в Москву переправить, и, слава богу, не удалось.

Вась, ты если еще что-то хочешь сказать, ты говори.

Не стой над душой!

У Нечаева нашли часы Эванса.

Подкинули.

И тот, кто подкинул,

установил микрофон непрофессионально.

Вот такой же нашли при обыске на квартире у Саши.

Ты веришь, что Саша - предатель?

В это верит Черных.

Он всю резидентуру на уши поднял.

Я тебя как друга спрашиваю.

Хэда Нечаев провалил.

Нет.

Он случайно засветил связного перед американцами.

Это ошибка. Это не предательство.

Я лично отдал ему приказ не выходить на контакт со связным.

Он этот приказ проигнорировал.

Как это назвать?

Авантюризм? Или…

Ну…

Ну договаривай. Чего ты молчишь-то?

Или Нечаев специально вывел агентов ЦРУ на Хэда?

Такой возможности я исключить не могу.

Ага. Да.

Мне Печиус то же самое говорил, что Саша специально сдал Хэда.

Я не верю.

Как бы это ни выглядело, я не верю.

Одной веры мало.

Мне достаточно.

И тебе должно быть достаточно.

Юра, я тебя прошу.

Найди предателя.

Докажи, что это не Саша.

Подполковник Фосс ушел из министерства.

Меня уволили вслед за ним.

Ваше задание остается прежним.

Найти предателя в Министерстве госбезопасности.

Но министерства больше нет.

В таком случае у предателя развязаны руки.

И он начнет активно торговать нашими секретами.

Враги все, кто против Республики и Советского Союза.

Сюда придет НАТО.

Я думаю, СССР станет новой целью для объединенной Германии.

Но мы уже были врагами.

- Как такое возможно? - Хотелось бы ошибаться, Хельга.

Но наша работа приучает нас к пессимизму.

Европу ждет большой передел.

И я надеюсь, что Германия не станет опять главным злодеем на континенте.

Вас послушать, Маркус, так новой войны не избежать.

Пока есть небольшая надежда предотвратить ее.

По вашей наводке я встречался с майором Нечаевым.

Я думаю, что это отличная кандидатура для моей операции.

Он слишком независим. Неуправляем.

Он хочет переиграть всех.

И руководствуется не меркантильными интересами,

поэтому давайте воспользуемся этим.

Миш, ты блестяще выступил на пресс-конференции

после переговоров с Бушем.

Мне понравилось, как ты сказал:

«Мир покидает одну эпоху и переходит в новую».

И… как там дальше?

Ну что ты?

Это же как звучит?

Мы стоим в начале длинного пути.

Этот путь в эпоху прочного мира.

Угрозы насильственных действий, недоверие.

Психологическая и идеологическая борьба.

Это все должно кануть…

- Кануть в вечность. - Вот так.

А вообще, Михаил, твой помощник - молодец.

Вот он умеет как-то вот суть схватить,

а потом красиво облечь в слова.

Ну послушай, ну, что значит помощник, ну?

А когда я сказал президенту Соединенных Штатов,

что никогда не начну войну с США, ну…

Это же я уже от себя.

Но не слишком ли много ты обещаний дал Бушу на саммите.

Ну, знаешь… Хех!

Скажите, Раиса Максимовна, а что вас так смущает?

Ну, Буш выбил из нас договоренности

о невмешательстве СССР в дела восточноевропейских стран.

И принципиальное согласие на объединение Германии.

Ну, подождите.

Мы же пообещали то, на что давно были согласны.

А президент Буш пообещал поддержать перестройку в СССР.

Пообещал.

Устно пообещал.

Без официальных протоколов.

Без каких-либо подписанных соглашений.

Мы настолько доверяем американскому президенту?

Рая, ну ты же помнишь, я тебе рассказывал о нашей первой встрече с Бушем.

На похоронах Черненко.

Он уже тогда знал, что сменит Рейгана, и предупредил меня,

что он вынужден будет вести жесткую риторику отношений с СССР,

чтобы избраться президентом.

Но на самом деле сердце-то его с нами.

Он хочет прочного мира, как и мы.

Нам нужно как-то реконструировать Варшавский договор, да.

Александр Николаевич, а ты помнишь, как я вернул фразу Бушу, а?

- Ну, про море. - Конечно, помню.

А как же. Мы утопим в теплых водах Средиземного моря холодную войну.

Ну красиво ведь, а!

Красиво, да.

Вот!

На самом деле, я соврал.

То есть соврал?

Насчет моря, ну…

Оно не было теплым. 16 градусов. Я специально уточнил.

Миша!

Ну а в целом у меня впечатление двойственное, знаете ли.

Вроде и саммит прошел хорошо.

Но мне почему-то показалось, что Буш использовал нашу встречу,

чтоб сообщить, что с Москвой больше не нужно считаться.

Ну он же фактически потребовал от нас

сокращения военного контингента в Восточной Европе.

Ну так после падения стены его нет смысла содержать.

Александр Николаевич, а куда вы спешите?

Политбюро ЦК КПСС перед саммитом дало совершенно четкий и однозначный наказ.

Любые разговоры по поводу слияния ФРГ и ГДР

возможны только в случае одновременной ликвидации

Варшавского договора и НАТО.

А вы знаете, Раиса Максимовна,

что Буш неофициально неоднократно намекал прибалтам,

что не следует спешить выходить из состава СССР.

- Мм? - Даже так.

И он намекал немцам, что не надо торопиться с объединением Германии.

Расшатанный Советский Союз не выгоден Америке.

Не, ну, конечно, не выгоден, ну…

И что?

Мы ради этого должны вывести армию из Германии?

А этой Германии

после объединения будет вообще не до армии!

Это же надо подводить ГДР под западные стандарты.

Денежная реформа, здравоохранение, образование.

Ну, это же неподъемный труд, а!

Рая, ну я же просто не завидую Колю.

Вон, восточные немцы спят и видят, что им сразу дадут мешок марок,

«Мерседес», понимаешь, и… и еще…

поцелуй в зад.

- Миша. - Извини.

Всё.

Холодная война закончилась.

Надо двигаться дальше.

- Мы будем обновлять Европу. - Миша.

А ты понял, что своими договоренностями на Мальте

ты отменяешь множество решений, принятых на ялтинской конференции в 45-м?

Да хватит смотреть в прошлое! Ну что вы…

Елки-палки, в самом деле!

Пусть этим занимаются историки, да!

Мы же будем заниматься будущим.

Всё.

Всё. Разговор закончен.

Давайте завтра.

И это правильно.

Рая, прошу.

Виктор Иванович, я хочу разобраться.

Давай разбираться.

Что, по-твоему, хочет Нечаев?

Доказать, что прав.

Печиус засветил Нечаева перед Светланой как своего агента.

Ну как так сдают? Это больше похоже на спектакль.

Согласен.

Но если агент провален?

А надо завоевать доверие более важного источника?

Ну согласись, тогда все выглядит правдиво.

Плюс вот это.

Нашли в квартире Нечаева.

Нечаев не дурак держать такое у себя.

Могли подбросить.

Угу.

Еще Нечаев уверен, что предатель среди нас.

Нечаев считает предателем тебя.

Исходя из показаний капитана Константинова,

ты в 87-м в Берлине

курировал связного, из-за которого провалился Хэд.

Получается, предатель или ты,

или Нечаев.

Виктор Иванович.

Нам все на блюдечке подают.

И слова Печиуса о Нечаеве, и часы вот эти вот.

Саша не предатель.

Я его знаю очень давно и не верю, что он переметнулся.

Его просто кто-то подставляет.

Для чего?

Возможно, он что-то нащупал?

Вышел на крота или на архив Вольфа.

А нами просто играют, как пешками.

Юрий Анатольевич, я прекрасно понимаю твои дружеские чувства.

Но, может, это все-таки Нечаев?

Может, это он водит нас за нос?

Короче…

Хочешь помочь другу?

Придумай, как его найти.

- Что происходит, Саш? - Эванса убили!

Витя. Ну-ка, тормозни.

Тебя уже опросили?

Да. Вас тоже?

Да, да. Со всеми говорили.

Про прослушку в квартире Нечаева что-нибудь спрашивали?

Угу.

Но только это ж по твоей части.

Ты прикинь,

Нечаеву в розетку поставили микрофон на фазу.

А она фонит.

Надо было прижимать либо на ноль, либо к земле.

Смекаешь?

Ну, так я ж в этом не разбираюсь.

Витя, а помнишь, мы были когда на квартире у Эванса,

ты меня попросил научить ставить микрофоны?

Ну, типа в оперативники собираешься.

Ну, да.

Ты же тогда тоже на фазе лажанулся.

Ах ты, сучонок!

Это ты Сашке часы подкинул?

Говори, сука! Я тебя щас по стенке размажу!

И поэтому машину с Майерсом не сжег, да?

На кого работаешь?

Тише, тише!

На вас, парни.

Я свой. Правда я… я не хотел.

Мне приказали.

Кто, твою мать, тебе приказал?

Говори, Витя!

А то сдадим в наш главк.

Там с контрразведкой разговаривать будешь.

Это генерал.

Он меня специально к вам прикрепил.

Как актера под Майерса.

Приказал следить и всё такое…

Так ты у нас засланный казачок?

Какой генерал, сука?

Черных.

Вы только не говорите ему, что это я сказал.

- Он же меня уволит. - Пошел на хрен отсюда, стукач!

Вали, гнида!

Поговорим здесь.

Ух, как они после нас всё быстро подчистили.

- Почему здесь? - Ну, здесь нет прослушки.

А-а.

А вы вообще понимаете, кого подозреваете?

Юрий Анатольевич, поэтому мы пришли к вам.

То есть?

Я уже не предатель?

Лукьянов мог работать на вас.

А прикрываться Черныхом.

- Миш. - Что, Миш?

Вася, я что, не прав?

Правда заключается в том, капитан Константинов,

что идея привезти сюда Лукьянова принадлежала не мне.

А генералу Черныху.

Так, а вам не кажется, что за спорами мы можем потерять настоящего предателя?

А если Лукьянов врет?

И предатель он.

Ну, значит, нужно подключить контрразведку.

Пусть занимаются. С Лукьяновым, Черныхом.

Показания Лукьянова против генерала Черныха - это мелковато.

Вы поймите главное.

Стены больше нет.

И Черных спокойно может уйти на Запад.

Ну, это если генерал Черных об этом узнает.

А он узнает, Миш.

У Черныха огромные связи.

Зачем Ингрид убивать Светку?

Она нужна Печиусу.

Поверить в это сложно,

но он использовал ее как биологическую бомбу.

Он заразил ее вирусом.

Рассчитывал на то, что в госпитале мы ее задержим.

А на допросе она нас всех заразит.

Допустим.

В твоей квартире Черных нашел украденные часы Эванса.

- Чушь. - Да.

Но Чигирь и Константинов выяснили, кто их подкинул.

Кто?

Лукьянов.

Забавно.

Лукьянов утверждает, что подбросил их по приказу Черныха.

Черных прикрылся им.

Мы ломаем голову, как бы это проверить и их не спугнуть.

Это всё?

Нет, Саш, не всё.

Твоя жена всегда была тебе верна.

- А на даче? - Всегда.

Добрый день.

Я могу решить ваши проблемы,

Эдуард Амвросиевич.

Какие у меня проблемы?

Гамсахурдиа!

С этой проблемой я справлюсь.

Сомневаюсь.

Гамсахурдиа - националист.

У него большая народная поддержка.

А вы западник, либерал.

Демократ, как и я.

Нам надо объединиться.

Вы, Борис Николаевич, стали радикальным демократом

исключительно из-за соперничества с Горбачевым.

Разуйте, понимаешь, глаза, Эдуард Амвросиевич.

Горбачев поставил на то,

что радикальные перемены в России

станут результатом проводимой им перестройки.

И проиграл!

Он ведет страну к катастрофе.

Борис Николаевич.

Может, в вас говорит старая обида?

Та публичная казнь, помнится, которую устроил вам Горбачев

на пленуме ЦК в октябре 87-го.

Горбачев наивно поверил

в готовность партийной номенклатуры на демократические реформы.

Но ее ему не сломить.

Еще год, два - и его сметут.

И всех, кто рядом с ним.

Я против Михаила Сергеевича не пойду.

И не надо.

Чего вы хотите от меня?

Не мешайте мне.

Придет время, и я выступлю против Горбачева.

А вы не лезьте.

Переждите.

Отсидитесь на даче.

Что взамен?

Заберете себе Грузию.

Я оставлю вам армию.

Вооружение.

На тот случай, если какой регион начнет бузить.

Я подумаю.

Только недолго.

Я долго ждать не стану.

Решайте, или вы со мной, или

пеняйте, понимаешь, на себя.

Рая!

Ну и чего ты не спишь?

Ну что с тобой?

Дурной сон, Миш.

Сейчас ты ложись.

Ну нет уж.

Теперь давай, рассказывай.

А то сбудется.

Мне снились люди.

Много людей.

Они все идут куда-то.

И мы, Миш, идем вместе с ними.

И вдруг все они оборачиваются на тебя,

указывают на тебя пальцем, кричат, что это ты.

Ты виноват.

Пытаются тебя схватить.

Я не даю, отбиваю.

Тогда они хватают меня,

толпа несет куда-то.

А ты бежишь за нами,

зовешь меня.

Кричишь.

Все было так реалистично.

Я чувствовала, как они ненавидели тебя.

Как они хотели тебе отомстить за что-то.

И поэтому они забрали меня у тебя.

Они хотели тебе сделать больно.

Это просто дурной сон.

Я так боюсь потерять тебя, Миш.

А ты помнишь нашу свадьбу?

Мм?

Да.

Ты потратил все деньги мне на шифоновое платье.

Ну…

А на кольца уже не осталось.

Ты помнишь, что ты сказала?

Что?

Ты сказала:

«Ну что, теперь не выходить замуж?

Такого парня, как ты,

я никогда не потеряю».

Ты так сказала.

Да?

Ну, значит, сказала так.

А так и будет, Рая.

Так и будет.

Всё.

Давай спать.

Угу?

Раиса Максимовна.

Спать.