Original subtitles

Со времен Черчилля идеологи империализма не перестают утверждать,

что коммунисты раскололи Европу.

Но правда в другом.

Не социалистические страны положили начало политическому расколу Европы

на два противостоящих блока.

Если кто-нибудь на Западе забыл об этом, напомню:

Варшавский договор был подписан спустя шесть лет

после создания агрессивного блока НАТО.

Мои парни немного…

перестараться.

Говорят, вы сам сопротивлялись.

Знаете, кто я?

Главарь резидентуры ЦРУ.

В Западном Берлине.

Вы только что подтверждает наш догадка,

что в Лэнгли, штаб-квартира ЦРУ, окопался крот КГБ.

У вас богатая фантазия.

Но по поводу кротов - это не ко мне.

Не к вам.

Но вы поможете нам его найти.

Последние несколько лет он нам очень досаждает.

Его имя есть в агентурный список - Маркус Вольф.

Архив Маркус Вольф.

- Вы же его искать? - А он вам нужен?

Очень нужен.

Тогда это ваши проблемы.

Зачем вам тогда бывшая любовница Карл Майерс?

Немецкий танцовщица «Фридрихпаласт».

Вы ее уже…

завербовали?

Мистер Нечаев.

Или лучше Алекс?

Она тут ни при чем.

Так, интрижка.

Интрижка.

Вы любите ваша жена?

Что вам сказал в больнице Карл Майерс?

Ничего.

Мы говорили о сыне.

Хорошо.

У мой коллега в руках шприц с яд.

Я убью ваша жена через минута.

Если вы мне не сказать, где архив Маркус Вольф.

Под Берлином.

На секретной вилле Штази.

В 30 километрах на восток.

Я сказал всё, что знаю.

Я ищу так же, как и вы.

Я вам верю.

Вы не знаете, где архив.

Я оказал вас услуга.

Жена вам больше не мешает.

Вы можете возвращаться к танцовщица.

Я найду тебя.

И убью.

Антидот.

Ты найдешь нам архив Маркус Вольф.

Пока не найдешь, твой жена будет у нас.

Герр Горбачев,

многие западные немцы считают,

что Берлинская стена - это и физический, и политический барьер

на пути сближения двух Германий.

Считаете ли вы, что общий европейский дом, к которому вы так стремитесь, возможен,

пока существует Берлинская стена?

Ну, послушайте, ну…

Сводить все к тому,

что единственным препятствием на пути строительства этого

общеевропейского дома является Берлинская стена, ну…

Это же просто несерьезно.

Нам, кстати, придется решить очень много проблем

при постройке этого общеевропейского дома.

В интересах всех народов,

уважая их выбор, традиции, их историю.

Создавая равноправные условия для сотрудничества, наконец.

Но официально холодная война не закончилась.

В отношении СССР допускаются случаи,

которые вы принимаете за провокации.

Ну, например.

Прилет Матиаса Руста два года назад.

Как вы относитесь к подобным вещам?

Ну этот же полет - это чистое хулиганство.

Молодой человек поверил, что мы открыты ко всему миру.

Поэтому ваши силы ПВО не сбили самолет?

Конечно.

Мы вели наблюдение за ним на протяжении всего его полета над территорией СССР.

Да, и готовы были действовать.

Но мы не увидели ничего враждебного.

Но в итоге вы посадили Матиаса Руста в тюрьму.

Но он же нарушил государственную границу.

Причем незаконно.

Мне кажется, за это нужно отвечать.

Вернемся в сегодняшний день.

Советский Союз опасается объединения ФРГ и ГДР?

Ни процесс сближения между ФРГ и ГДР,

ни объединенная Германия,

ну не должны представлять угрозу или вред

национальным интересам соседей

или еще кого-нибудь.

И я считаю, что при объединении Германии нужно это учитывать.

А именно недопустимость нарушения военно-стратегического баланса

этих двух международных организаций.

Проще говоря,

вы против расширения НАТО на восток.

Безусловно.

Это же подрыв всей европейской безопасности,

заложенной еще в Хельсинки в 1975 году.

Ну, этого не должно произойти.

Иначе же эта холодная война, она никогда не закончится.

Спасибо, Михаил Сергеевич.

Прекрасное интервью.

Очень интересное.

И вам спасибо, и, как говорится, не хворайте.

- Спасибо. - Всего доброго.

До свидания.

До свидания.

- Привет. - А-а, русский.

Как дела?

Мне нужна Ингрид.

Что-то ты выглядишь неважно.

Перебрал?

На, подлечись.

Нечаева нет у Жданова.

Уверена?

Для лжеца Жданов держался неплохо, но по первичной реакции…

- Похоже, они сами его отчаянно ищут. - Черт.

И где он тогда?

Жданов сказал, кто-то похитил жену Нечаева.

Насколько я понимаю, это не мы.

Зачем она нам?

Это твоя идея, Михаэль.

Раз Нечаев сбежал от нас,

то надо не мешать ему, а дать возможность искать архив Вольфа.

Он выйдет на контакт с Ингрид.

И через неё мы узнаем, когда он найдет архив.

Жена только мешала бы.

Нечаеву плевать на жену.

Он по уши влюбился в Ингрид.

И ради нее пойдет на всё.

Тогда кто украл жену?

Густав, где он?

Спасибо.

За мной должок.

Саша.

Саш.

Исчезнуть мне надо.

Туда, где тихо и никого нет.

Падение Берлинской стены станет для нас серьезным вызовом.

Поскольку количество желающих переехать на Запад из ГДР

серьезно увеличит нагрузку на все наши социальные службы

по обработке и интеграции такого большого количества мигрантов.

Юрий Анатольевич, чего-то долго они.

Может, сбрасывают хвост?

Нечаева кто-то перехватил.

Он был на квартире, но ушел.

Соседи видели во дворе драку.

А как они узнали, где он?

Прослушали наш телефон?

Он не звонил в посольство, он звонил на специальный телефон.

Конспиративная квартира без прослушки.

Если только Саша не засветился, когда заходил на конспиративную квартиру.

Нет, Юрий Анатолиевич, Саша никогда бы так не подставился.

Он слил бы любой хвост.

Есть другие идеи?

Я не знаю, но…

Может быть, из посольства кто-то слил Сашу?

У нас стукач.

Василий, мне нужны имена всех,

кто знал про телефонный разговор Нечаева и конспиративную квартиру.

Дай воды.

Кто тебя так?

Конкурирующая фирма.

Что им нужно?

Где я?

Охотничий домик друга.

А-а.

Логово Фосса?

Саша, здесь безопасно.

Здесь нет прослушки Штази.

Дом не проверят.

А Михаэль приезжает очень редко.

Ты можешь мне доверять.

В Берлине ты не спрячешься.

Там полно стукачей.

Тебя очень быстро найдут.

Разве что ты не пойдешь в посольство.

В посольство мне нельзя.

А почему ты работаешь на Фосса?

Амедео Модильяни создал ряд портретов,

моделями для которых выступали рыжеволосые девушки.

Стартовая цена 80 тысяч марок.

80 тысяч марок - раз.

80 тысяч марок - два.

Ну?

Вы готовы?

90 тысяч марок.

Господин, по телефону 200 тысяч марок.

200 тысяч марок - раз.

200 тысяч марок - два.

200 тысяч марок - три.

Всем привет. Руки вверх!

Собственность - это воровство общего.

Мы - фракция Красной Армии против частной собственности.

На, читай. Читай!

Спасибо, милый.

Концепция городской герильи.

Городская партизанская война

выступает логическим отрицанием парламентской демократии.

Давно уже подорваны ее собственные представители.

Побыстрее, друзья мои.

Это единственный и неизбежный ответ

на чрезвычайные законы, принятые правительством ФРГ.

И на правило «ручной гранаты», используемое полицией.

Шевелитесь.

Мадам, не стесняйтесь.

Нет.

В современном мире нет места и сил,

которым было бы гарантировано мирное соглашение

или какое-то подобие демократии.

Миру конец!

Не стреляйте.

Снимай! Живо!

Нет, это моё, это моё!

Давай!

Сюда, быстрее!

Клаус.

Клаус, смотри на меня.

Смотри на меня.

- Рита, это было весело. - Весело, весело.

- Держи, сильнее. - Мы убили полицейских.

Нам конец.

Нам надо валить из города.

Куда бежать?

Нас будут искать по всей Германии.

- Подальше из Европы. - Клаус, не умирай.

Не умирай, прошу тебя.

Рита, где мы спрячемся?

Рита, где мы спрячемся?

И после этой истории мы спрятались в ГДР.

А Михаэль помог.

Дал другие имена и новую жизнь.

И поэтому ты убиваешь людей?

У меня нет другого выбора.

Ну, ладно, Майерс, а Эванса тоже ты?

Нет. У Михаэля везде есть агенты.

Саша.

Почему ты не вернешься к своим?

Когда я сбежал, меня перехватили американцы.

Они знали всё. Условный знак, адрес.

А из этого следует, что меня кто-то сдал.

Свои.

Сейчас непонятно, кто свой, а кто чужой.

Я - свои, Саша.

Доверяй мне.

Мне нужно, чтобы ты съездила в Берлин.

Эй, я хочу поговорить!

Вы меня слышите?

Уже время обеда.

А вы только проснуться.

Светлана Нечаева.

Аналитик первого главного управления КГБ.

34 года.

Где Саша, он у вас?

Нам нужны вы.

А не ваш муж.

Кофе?

Я не завтракаю с незнакомыми людьми.

Меня зовут Эд.

Поздравляю, Михаил Сергеевич.

Ты донес до Европы нашу точку зрения.

Твое интервью показали не только немцы, но и французы и англичане.

Газеты горячо обсуждают твою речь.

Ну а как они отреагировали про мои слова про НАТО?

Основную мысль поняли.

Если не будет противостояния нашей и их систем,

Германии не нужен будет НАТО.

Миша, они сами от него избавятся.

Ну что ты, Эдуард, ну…

Рейган им не даст, нет.

Зря, что ли, он затеял свою программу этих «звездных воин», ну?

Ты прав.

Конечно, Соединенные Штаты давят,

заставляют увеличивать финансирование НАТО.

Но европейцы жадные.

Поэтому они хватаются за твою идею общеевропейского дома.

Будут ли они доверять нам после стольких лет

этой холодной войны, а?

Когда речь заходит о выгоде.

Все моментально забывают прошлые обиды.

Японцы воевали на стороне Гитлера, и что теперь?

Весь мир использует их технологии.

И никто, заметь, не припоминает им Перл-Харбор.

Но мы должны стать первой скрипкой в этом оркестре.

И нам диктовать Европе все наши условия. Нам.

Михаил, давай объективно.

Мы - махина,

которая не в состоянии реагировать на вызовы времени.

У нас решения даже самых незначительных вопросов

на местах должны непременно согласовываться с Москвой.

Ну…

Любые, даже самые мелкие инициативы подавляются.

И, вообще,

можно ли в огромной, такой сложной стране, как наша,

всё решать в одном месте?

В центре.

Да еще и рулить целой Европой.

Ну, а как иначе, Эдуард? Ну, как по-другому, а?

Дай ты республикам волю, они же все разбегутся.

Ты забыл, что было, вон, в апреле в Тбилиси?

Ну а в Прибалтике?

Ты же знаешь, чуть-чуть вожжи отпустил - и понеслося!

СССР нужно реформировать.

Децентрализовать.

Ты же сам постоянно твердишь это.

Основное, главное, то, что нужно, оставить в Москве.

Оборону, науку, внешнюю политику, внешнюю торговлю.

Все остальное отдать республикам.

Мы безнадежно отстали, Михаил.

Сами себя прокормим. Это так.

Но для роста,

для развития возможностей недостаточно.

Природные ресурсы у нас неисчерпаемы.

А у них, у тех самых западных немцев, технологии.

Вот, вместе мы сила!

И не нужно будет заново изобретать велосипед.

Ну, знаешь. Не немцам давать нам советы, как развиваться.

Их, знаешь, сначала самих объединить надо.

Конечно, Миша, разумеется.

Ты прав.

Мы главное.

Ты будешь решать, как жить немцам после объединения.

Мы поможем им соединиться,

а они, в благодарность, дадут нам всё, что мы захотим.

Хорошо, Эдуард.

Давай мы попробуем пойти им навстречу.

Но только по чуть-чуть.

В 68-м в Праге мы вели себя с чехами куда жестче, чем русские.

Вы знали об этом?

Я был там в составе 27-й гвардейской дивизии.

Что вам мешает прижать к ногтю всех, жаждущих свободы?

Кренц.

- Кренц? - Он боится народа.

Смелое заявление, да еще в моем кабинете.

Вы же не прослушиваете сами себя, товарищ полковник?

А вы меня?

Нашли Нечаева?

Мы плотно обложили посольский квартал.

Следим за всеми их сотрудниками.

Если Нечаев сунется туда,

они попробуют связаться с ним в городе.

И мы сразу это узнаем.

Если только он еще в Берлине.

Он здесь.

Я хорошо его изучил.

Нечаев из тех людей, кто доводит дела до конца.

Он не сбежит, пока не завершит задуманное.

Что мне сказать Мильке?

Он требует головы виновных в теракте.

Будут ему головы.

Лиза Покровская?

Лиза Покровская.

Я вам звонила.

Ингрид Клее.

Мне очень жаль, что ваш друг Джек Эванс погиб.

Откуда вы знаете, что Джек был моим другом?

От Александра Нечаева.

У него к вам срочная просьба.

Надеюсь, информация действительно очень важная.

У меня мало времени.

Анатолий Эдуардович.

Она сказала, это очень важно.

Она?

Да, познакомьтесь. Это моя дочь.

Елизавета.

Пап, у меня информация только для Юрия Анатольевича.

Лиза!

Товарищ Покровский.

Александр Нечаев хочет с вами встретиться.

Где он?

Вы его видели?

От него ко мне пришла Ингрид Клее.

Завтра она устроит встречу, но только вы и Нечаев. Больше никого.

И ей нужны гарантии, что вы прекратите ее преследовать.

Так. Давайте детали.

Обзор западной прессы, Михаил Сергеевич.

Ты мне эту макулатуру не суй, Владимир Александрович.

Я тебя конкретно спросил.

Вы оказались правы.

Тему полета Матиаса Руста в интервью подняли не случайно.

Западногерманские журналисты считают полет Руста преднамеренной провокацией.

Это мы и без них знаем.

Нашей провокацией, Михаил Сергеевич.

Что?

Они там совсем?

Да будь она наша провокация,

он бы приземлился на лужайке у Белого дома, я не знаю.

По нашим данным, данную версию им подкинули из ЦРУ.

Во засранцы!

Сначала Рейган, понимаешь, кричит, что мы империя зла.

За то, что мы корейский «Боинг» сбили.

А потом втайне шепчет японцам, что это корейские летчики виноваты,

потому что неправильно установили автопилот.

Теперь еще вот и Руста нам подарочком подбросили?

В западной прессе пытаются всячески раскачать идею,

что полет Руста был, прежде всего, интересен вам, Михаил Сергеевич.

Они там белены объелись, а?

Вероятнее всего, полет Руста был тщательно спланированной провокацией

западных спецслужб,

и что самое важное,

проведена она с согласия и с ведома

отдельных лиц из руководства Советского Союза.

Это обобщенный вывод того,

о чем пишут в западной прессе.

Здесь все подробности.

И, главное, нестыковки в деле полета Руста.

Нам доподлинно известно, что западногерманские журналисты

в расследовании дела опираются именно на эти факты.

Что-то я не понял.

Это же дела давно минувших дней.

Зачем им сейчас всё это раскручивать?

Ну, возможно, хотят подорвать ваш авторитет миротворца.

В глазах западной общественности.

Или обострить отношения с Германией.

Во дают!

Это собьешь самолет, они недовольны.

Не собьешь самолет, они опять недовольны?

Ладно, всё. Свободен, Владимир Александрович.

Иди.

Нет, и вот это мне оставь.

Ознакомлюсь, так сказать, подробнее.

Почему ты спасла меня от взрыва в машине Майерса?

А потом пришла за мной в клуб?

Может, потому что ты мой объект?

А это так?

Саша, что ты хочешь от меня?

Тебя.

Я хочу тебя.

А как же жена?

Раньше тебе это не мешало.

А сейчас мешает.

Роль очередной любовницы меня больше не устраивает.

Ингрид, ты прекрасно знаешь мою ситуацию.

Она мне изменила. Мы разводимся. Всё. Что еще?

- А если она захочет тебя вернуть? - А если я не хочу возвращаться?

Если?

Ты все еще ее любишь?

А ты сама чего хочешь от меня, ты…

- Что тебе нужно? - Я хочу уйти с тобой за стену.

И жить с тобой долго и счастливо.

Но ты должен помочь мне разобраться с Фоссом.

То есть ты хочешь использовать меня так, как до этого использовали тебя,

правильно я понимаю?

Ингрид!

Ингрид!

Давайте расставим все точки над и.

Кстати, вы знал, что этот фраз пришел к вам из инглиш?

Из французского.

Будете оспаривать всё, что я скажу?

Я очень надеюсь на сотрудничество.

Вы хотели убить меня на глазах у моего мужа.

Приношу свои извинения.

Провокация - часть моей работы.

Вы в детстве хотели быть вивисектором, да?

Мучить кошек, собак, хомяков.

Вы очень ценное для нас приобретение.

Я удивлен, что сотрудник с вашей специализацией выпускает за границу.

Я рядовой аналитик, и не знаю никаких особых секретов.

Хм.

Угу.

Коды связи, шифры.

Всё то, что я знала, уже сменили после моего похищения.

На складе…

я… рассказывал ваш муж

про предателя в Лэнгли.

Ну это точно не ко мне.

В КГБ вы занимаетесь разработкой связи с агентом из западных стран.

Все эти шпионские камни и систем отхода.

Пожалуйста, пожалуйста, не отрицай этой.

У нас надежный источник в КГБ.

Моя работа вам никак не поможет.

Очень даже, очень даже поможет.

Вы…

подробно нам всё,

всё… расскажете.

Чтоб вы могли использовать мои наработки?

Подать сигнал опасности где-нибудь рядом с Лэнгли

и так выманить нашего агента?

Согласитесь, хороший план?

Он не сработает.

Мм?

Всё, что я могла вам рассказать, уже скомпрометировано.

Это знают в Москве.

Но знает ли ваш агент в США?

У него старые инструкции и связи.

С ваш куратор.

В основной и резервный каналы.

Скоро сменят.

У нас мало времени.

Прошу по-хорошему.

По-плохому вы видели на пример ваш муж.

У вас один ночь на размышление.

Кстати,

вам же интересно,

кто вас сдал?

Вот, послушай.

После пересечения границы самолет Руста

на 3 часа 20 минут пропал с экранов радиолокаторов

и приземлился с достаточно полными баками.

Я помню…

Послушай, я тебе говорю!

Одним из самых уязвимых мест советского ПВО

является граница между локационными зонами.

Сплошное радиолокационное поле проходит в узкой полосе вдоль советской границы,

а дальше мертвые зоны.

И Руст почему-то выбрал для полета именно их. О как!

У них уже и карта предполагаемого полета есть.

Откуда 18-летний летчик-любитель мог знать о границах подобных мертвых зон?

И главное!

В системе ПВО СССР существуют правила.

Через каждые 24 часа изменять границы подобных зон.

Однако в день полета Руста такая команда не поступала!

Не, ну ты понимаешь, к чему они клонят, а?

Якобы я позволил Русту прилететь к нам.

Ну намекают, что ты создал повод, чтобы устроить чистку военным

и устранить тех, которые недовольны твоей политикой.

- Не, ну это же бред сивой кобылы! - Нет. Не скажи. Наоборот. Подготовились.

Они очень хорошо усвоили уроки истории.

И решили повторить их.

Это ты о чем?

Спасибо, Михаэль, что разрешил встретиться.

Это чтобы ты не забывала, за кого ты в ответе.

Добрый день.

Рита.

Клаус.

Как ты?

Что может измениться в моей собачьей жизни?

Решеток нет, но я в тюрьме.

На поводке у этого.

Этот паразит никак от тебя не отстанет?

Чертов кровосос!

Клаус.

Ты жив только благодаря мне.

Лучше бы я сдох!

Пристрели меня! Давай прямо сейчас!

Не надо, пожалуйста.

Обещаю, я вытащу нас.

Потерпи.

Убей меня, Ингрид. Развяжи себе руки.

Только держись.

Люблю тебя, брат.

В мае 1941 года немецкий самолет «Юнкерс-52»,

решив проверить нашу ПВО,

пролетел 1200 километров.

И приземлился в Тушинском аэропорту в Москве.

Ну.

И после этого начались в высшем военном руководстве страны

серьезные репрессии.

Тьфу ты! И ты туда же!

Михаил.

Ты помнишь, в 83-м году ты прилетел ко мне в Канаду,

мы обсуждали первые идеи перестройки, первые шаги.

Ты о чем? У меня память-то хорошая.

Обломать рога военно-промышленному лобби.

Максимально ограничить власть чиновниче-бюрократическому аппарату!

Только мы ошиблись с тобой, Михаил.

Рога у наших спецслужб оказались крепче, чем мы думали.

И кто-то за твоей спиной,

связавшись с западными спецслужбами,

способствовал пролету Руста.

Вот кто тебе принес эту папку?

Ну как кто? Крючков.

Ты говори, да не заговаривайся!

Ты сам лично порекомендовал на пост председателя КГБ.

И на министра обороны Язова тоже.

Я, вот, тебе не рассказывал,

Чебриков перед уходом на пенсию говорил мне.

Я знаю, что ты продвигал Крючкова. Но.

Запомни.

Это очень-очень плохой человек.

Но это же предательство.

За мягкостью характера,

послушностью, скрывается железная воля и упрямство.

Не замечал?

Не замечал!

Ты мне лучше скажи, вот с этим что мы будем делать, а?

Что, скажем, что в самолете было биологическое оружие?

Чтобы они заткнулись?! Раз и навсегда, в конце концов!

Да, не обращай внимания!

Скажут, мы оправдываемся.

Знаешь, как китайцы говорят?

Грязь к алмазу не пристанет.

Смешно тебе?

Ну-ну.

А это не смешно.

Просто помните, вы еще дышите, потому что я так хочу.

Сделай так, чтобы Нечаев легко нашел тебя.

Как?

Подам объявление в газету?

Он - твое задание.

Найди его и войди в доверие.

Как?

Мужики думают членом.

Дай ему то, чего он не получит от своей жены!

Михаэль. Он не идиот.

Он меня раскусит.

Ты справишься, не в первый раз.

Михаэль.

Прошу, избавь меня от этого!

Любой другой!

Но я не хочу больше видеть Нечаева.

Не тебе решать, кто твой объект.

Тебе же неприятно, когда я с ним…

Ни одна женщина не встанет между мной и Республикой.

Будь с ним.

Пока он не приведет тебя к архиву.

А пойдешь против меня -

убью всех, кого ты знаешь.

Начну с брата.

Потом твои РАФовские дружки.

Марика.

Хорошо, чертов фашист!

А если Нечаев не придет ко мне?

Придет.

Ты для него очень важна.

Откуда тебе знать?

Он видел тебя в больнице у Майерса.

И не сдал мне.