Original subtitles

-XVII век. Россия. Огромное, богатое государство.

Но многое в ее устройстве устарело, и более развитые европейские страны

смотрят на нее как на легкую добычу. Именно в этот момент

появляется государь, которому суждено изменить все.

Его энергия, воля, талант заставили Россию совершить

гигантский рывок, перенеся ее сразу через несколько этапов,

сжав века в десятилетия. Вот уже 300 лет мы пытаемся понять,

кем же он был.

Одни видят в нем гения, пророка. Другие - деспота, антихриста.

Но и те и другие называют его великим.

В 1724 году уже подорвавший свое здоровье император всероссийский

увидел тонущее судно и, не раздумывая,

бросился в ледяную воду.

Его мечтой была великая Россия. И на этом пути он не щадил никого,

прежде всего, самого себя.

-С гуся вода - с Петруши лебеда.

Какой же ты у меня большой да умный стал!

Батюшка твой, государь Алексей Михайлович,

смотрит на тебя да радуется.

-Как же он смотрит на меня, матушка? Он же почил давно.

-Так не только очами телесными смотрим. Все он видит, Петруша.

А ну-ка, дай маковку вдохну.

-Государыня матушка! Наталья Кирилловна!

Царь Федор кончается.

После обеда совсем худо стало, отходит.

-Христос, истинный Бог наш, молитвами Пречистой Своей Матери,

силою честного животворящего креста,

святого, славного и всехвального

апостола Иакова и первого архиерея Иерусалимского, брата Божия,

и всех святых спасет и помилует нас

яко Благ и Человеколюбец.

-Ну что, кого кричать будут?

-Говорят, Ивану быть царем трудно. Непрочен он, хил.

-Ишь, как зыркают.

Того и гляди, рубиться начнут.

-Разбиваться нельзя, Василий Васильевич,

в сей великий час.

-Ничего, матушка, у нас тоже ножи взяты.

И панцирь под платьем.

-Не заробеем, будем кричать Петра.

-Нам сила нужна.

-Поговори еще раз с боярами.

-Нарышкинский Петр умом горяч и крепок телесно.

А Милославский хилый, слабоумный и больной.

Веревки из него вить.

-Ну, бояре, час решительный. Надо сказывать нового царя.

Кого кричать будете - Петра или Ивана?

-Оба они мальчишки несмышленые, за обоими сила родни.

-Ну, думайте, бороды, за кем сила.

-Обождем. Может, патриарх укажет.

-Ну, смотри не прожди.

НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА

-Чего ребенка-то стращаешь? Ты меня напужать попробуй.

ВСКРИК

-Братец Федор!

СТОНЫ

-Сил нет.

Петр...

брат мой...

наследник.

Быть Петру царем.

Целуй крест, что Петр - наследник.

-Воля государя свята. Не он говорит - Бог.

-Такова моя воля и батюшки покойного.

Ты государь.

-Кроме Стременного, все полки за тебя, Софья Алексеевна.

-Каждый день стрельцы собираются и кричат: "Не хотим,

чтоб правили нами Нарышкин и Матвеев. Мы им шею свернем!"

-Кричать-то они горласты. А нам видеть надобно

от них дела великие.

Не побоятся они на копья поднять Артамона Матвеева, Лихачева,

Языкова - всех врагов моих, всех Нарышкиных, все семя?

А мальчишку...

щенка ее... спихнуть не побоятся?

-Не сомневайся, матушка, не побоятся.

-На, все руби.

Все у них будет, о чем просят: жалованье, земли, вольности.

Все.

Пусть только не заробеют, когда надо.

-Что случилось? -Нарышкин корону царскую примеряет.

Сейчас Иоанна убивать будет. Давай поднимай стрельцов.

-Стрельцы! Слушайте! И не говорите, что не слышали!

-Что там? -Беда, матушка.

Стрельцы взбунтовались. Ворота ломают.

-Что ж им, иродам, надо? За что?

-Наталья Кирилловна, Софья Алексеевна воду мутит.

Царствовать желает. -Ах ты ж, змея подколодная!

Ведь крест же целовала.

-Ступай, Иван.

Слышали, что стрельцы кричат? -Слышали.

-Святейший владыка, царя-то с матушкой не тронут?

-Это одному Богу известно.

-Наталья Кирилловна, надо бы выйти к ним, Ивана и Петра показать.

-Благослови, владыка.

-Страшно тебе?

-Страшно.

-И мне страшно.

-Что? -Началось! Пошли стрельцы!

Если Ивана задушить и толпе предъявить,

то щенка нарышкинского народ сам растерзает!

-Бога побойся, Федор Леонтьевич. На помазанника Божьего

руку поднять хочешь?

Нарышкиных извести в корень - и все дела!

-На все воля Божья, Васенька.

Как Господь решит... так и будет.

-Тихо! -Ну что, ушкуйники, глотки рвете?

Бунтуете?

Бога не боитесь?

Кто ответ держать будет? -Так это!..

Иван Алексеевича прибили! Царевича!

Так говорят! -Говорят?

Так вот он!

-Негоже, государь, робеть. С тобой Господь,

и мы под его защитой. -Смотрите!

Жив! Здоров! -Никто меня не изводит.

Живу в холе и достатке. Всем доволен.

-Ступай, батюшка.

ЗдорОво, молодцы! Ведомо ли вам, кто я?

-Ведомо! -Ведомо!

-А коль ведомо, то скажу я вам. Недоброе вы творите, стрельцы,

ох, недоброе! -Артамон, собака,

все испортит. За мной! -За лгунами пошли.

Воля государя вашего покойного! -Что ж ты врешь, пес?!

Откуда, из какой щели тебя Нарышкины достали?

Откуда ты на Москве взялся? -Ты кто таков?

-Не слушайте Артамошку! Вор он!

Запугали они царевича Ивана. -Не сегодня, так опосля изведут!

Собака!

-Братцы, Нарышкиных на колья! Давай!

ДРАМАТИЧНАЯ МУЗЫКА

-Я государь! Вон пошли! Вон, собаки!

-Ага! Мы собаки, а кусаешься ты!

-Смелый мальчонка! Пущай живет! Пущай!

ТОЛПА ОДОБРИТЕЛЬНО КРИЧИТ

-Тихо! Тихо! А пущай оба брата на троне будут, а?

-Верно. Пущай оба! А покуда в лета войдут,

соправительницей царевну Софью хотим видеть. Она наша заступница.

Любо ли это вам, стрельцы? ХОРОМ: Любо!

-Совместное правление губительно для государства.

-Неможно пролить братскую кровь.

Царство, в себе разделившееся, устоять не может.

Стрельцы! Так посему и быть!

-Расходимся!

-В атаку! Вперед!

-Ты куда стрелял, черт веревочный? Шкуру спущу!

Виноват, государь! -Ты куда палишь, Кикин?

В крепость надо было! -Так не долетело.

-"Не долетело". Что, пороху пожалел?

-Все, что было, выскребли.

-Дурак! Мыться всем!

Сонька, змея, мало того что в медвежий угол загнала,

еще и денег на порох пожалела.

Три письма ей уже написал. -На всякую змею свой ловец найдется.

-Петруша! -О! Дядюшка, Кот Кириллович,

ты чего здесь?

-За тобой, государь. Надобно тебе в Москву срочно ехать.

-Я не могу в Москву. У меня вон...

маневры!

На днях приеду. -Не на днях, а сегодня.

Часу терять нельзя.

Без тебя не вернусь.

Там такое творится! Васька с Федькой по базарам крикунов пускают.

Подговорить народ голодный, чтобы на Преображенское шли...

громить. Да. А Софья только и ждет новой смуты.

Богом тебя просим, ну покажись в своем царском сане.

Ну прикрикни.

Соскучились по царю. Ножкой топни, уж а мы подсобим.

-Послушай меня, дурака, Петр Алексеевич.

-Да иди ты к черту! -Иду, батюшка, иду.

Заигрались мы. Кончать пора эти игры ребячьи.

-Поехали. -Вот и славно.

-Из Преображенского письмо. -Чего хочет?

-Порох, ядра, фузеи.

-Ах ты, паскудник! Вдвое против прежнего.

-Вот увидите, матушка, по-моему выйдет.

Подпишет Сонька грамоты, а я тогда из Потешных полков

настоящие справить смогу.

ЦЕРКОВНЫЕ ПЕСНОПЕНИЯ

-Несуразный он какой-то. Топчется как гусь.

Софья хотя бы понимает державный чин.

-Тебе, государь Иван Алексеевич, по старшинству.

-Не донесу я, уроню.

-Хороша. Будто сама владычица Казанская.

А у энтого желваки из углов рта торчат - прям куснуть кого

сейчас хочет. -Токмо кусачка слаба.

-Отдай!

Иван не пойдет - я пойду.

Не женское это дело.

Икону отдай.

НАПРЯЖЕННАЯ МУЗЫКА

-Певчие, пойте "Великий выход".

ХОР ПОЕТ

КОЛОКОЛЬНЫЙ ЗВОН

-Но ведь срам, матушка! В храме орет, как в кабаке!

На тебе вон до сих пор лица нет, вон как напужал!

А народ стоял улыбался!

-Не щенок! Это медведица с Нарышкиными воду мутят.

-Бунт, стало быть, у людишек на уме.

-Царица Наталья Кирилловна крови пожаждала? С чего бы?

-Или все еще худородство свое забыть не может?

-Ну, раз Наталья Кирилловна крови захотела... будет ей кровь.

Либо вам всем головы прочь, а я в колодезь кинусь.

-Нельзя так. Сдержаться надо было.

-Я царь. Я в своем праве.

-Ох, Петруша... Опасно это. -Да чего опасно-то?

-Ах!

-Ну вот... приехали. Чтоб тебя! Ты куда глядел, остолбень?!

-Так яма в воде, я ж не ведал. Не было ее, как в Москву ехали,

ей-богу. -Ай!

-Обоймица лопнула, сами не починим.

Распрягай лошадей, дуй в Преображенское за кузнецом.

-О-о...

Преображенское далеко и долгонько, да и людишки там нерасторопные.

А тут у меня один немчин живет, неподалече.

Добрый кузнец. Делает хорошо, дорого берет.

Ты смотри, как круг поворотный разворотило, а! Во дела!

И шплинт съел совсем.

-Ты кто таков? Чего надобно? -Я это... прохожий, гуляю тут.

УСМЕХАЮТСЯ

-Гуляет он.

-Ну ладно, прохожий, зови своего немчина.

-Будет сделано. Коня дадите - быстрее будет.

-Так, Егор, поезжай, пригляди за этим.

-Зовут-то тебя как? -Александр Меншиков.

Пошла!

-Харчей раздобудь! -Будет сделано!

-Ха-ха-ха... вот ведь.

Добрая вещь. Как зовется? -Думкрат.

-Думхат. -Ага.

-А ну-ка, дай. Ха!

-Гуд! Хорош! -А?

-Гуд! Гуд! -Давай.

Ага.

-Молодец ваш... Не из бояр, что ли?

-А что, не похож?

-Не видал никогда таких, чтоб своими руками в грязь по локти.

-Гуд. -А?

-Гуд.

-Дядюшка!

Держи, Клаус. -Гуд. Хорош.

Спаси Бог!

-Ну и мне, убогому, чего-нибудь отсыпешь, боярин?

-А, так у меня же денег с собой нет.

-Так ведь... -Это ж дядюшкины.

Ты поговорку слыхал? -Какую?

-Не рой другому яму, сам в нее попадешь. А?

-Слыхал. -Вон там, в овражке, лопата твоя?

-Какая? -Какая?

Изгваздался весь, пока яму посреди лужи рыл.

-Чо, нести? -Ладно-ладно. Не обижайся.

Немчин твой и правда золото. В Преображенское приходи,

сполна заплачу. -А кого спросить?

-Петра Алексеевича спроси, меня там все знают.

Ну, как вам разбойник? -Шелупонь.

Да что с ним говорить? -Бойкий постреленок.

-Никита Моисеевич, постовых на все дороги.

Не пускать Алексашку в Преображенское.

Ни тушкой, ни чучелом. -Умно.

-Вот и посмотрим, какой он пострел.

УДАРЫ КОЛОКОЛА, КАРКАНЬЕ

-Надо было дело до конца довесть.

Помяни мое слово, князь, этот щенок еще в волка вырастет.

-Из казны серебра привезли поболе обычного.

Опричь него - пороху две подводы.

-Порох не сырой?

Что, вертопрах не объявился? -Откуда же ему взяться?

Такие караулы выставили - мыша не проползет.

-Главное, не мышом. Он мне ужом померещился.

Ошибся, видать. Ну, да и бог с ним.

ЗАЛП ИЗ ПУШКИ

-Ты чего? Ты что творишь, черт?!

-С ума сошли?! Кто палил? -Вот!

На минуту отвернулся, а эта собака немецкая

из пушки палит. -Сам ты немец!

Вот, государь, за обещанной платой явился.

-Ай, помяни черта...

-Чего встал? Иди! Фитиль в следующий раз не оставляй!

-Ну вот...

-Как же ты проскользнул? -Так по Яузе на ботике.

Там же постов нет.

-Ай...

-Что за ботик? -А у одного немчина одолжил.

Могу показать. Здесь недалече. -Ну, идем.

-А деньги? -Никита Моисеевич, выдай ему.

-Так как?.. -Слыхал, что государь велел?

Денег давай. -Не дам!

СПОКОЙНАЯ МУЗЫКА, ПЛЕСК ВОДЫ, ПЕНИЕ ПТИЦ

НАСВИСТЫВАЕТ

-А ты на кормчего у кого учился? -Не на кормчего, государь,

а на шкипера. У того немчина, у кого ботик брал.

-Шкипер. Ты по ветру держи.

-Сие судно и супротив ветру могЕт. -Да ну? Супротив?

-Угу. -Врешь.

-Вот тебе крест. -А ну, покажи.

-Так я не могу. -А!

-А вот немчин может. Ей-богу, сам видел.

-Да как же сие возможно? -Пре-муд-рость.

-Не охальничай! Потонем! -Не боись, Никита Моисеевич.

-Страшно. -Где твой немчин живет?

-Знамо где, в Слободе.

-А ну-ка! -Ты чего?

-Не губи, государь. -Ну, давай, государь, по ветру.

С тобой не страшно и потону... А!

ИСПУГАННЫЕ КРИКИ, ГРОХОТ, ПЛЕСК

ГУСИ ГОГОЧУТ

-Ну вот он, Кукуй, бесовское место.

-Чего? -Тут и до греха недалеко.

Господи, прости.

Бабы бесстыжие, все наружу. -Денег бы надо, государь.

-Каких денег? Чуть не утопил, а ему денег.

-Пять целковых. -Господи, прости.

-Да одежду бы сначала переменить. -Это можно.

-О май гот.

-Тебе воды, что ли, не хватило, Никита Моисеевич?

-Пошел к черту!

-Ваше величество!

Я очень рад приветствовать вас Немецкий слобОда.

-Франц Лефорт... -Погоди. Ты кто?

-Вы говорите по-немецки?

-Ну!

ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ ...Франц Лефорт.

-Петр.

-Ваше величество, позвольте пригласить вас к себе домой.

Мне кажется, вам нужно переодеться.

-Не только мне. -Да уж.

-И я не откажусь. -Александр Данилович, я знаю,

у вас есть еще платье. Вы можете переодеться у себя дома.

Пойдемте, ваше величество. Я вам покажу нашу маленькую деревушку.

-Терпи. Терпи, отец.

Лучше так, чем дрыжики давать.

-Бесовская одежа! Все наружу, как без порток.

Чтоб тебя! -Никита!

-Прости, Господи.

-Ваше величество, вам очень к лицу.

-Не привык я платье с чужого плеча носить.

-Для меня это великая честь, государь.

-Хочу себе такое же. -Государь...

-Молчи!

Можешь спроворить? -Могу.

Ест... портняжкин.

ХИХИКАЕТ

-Портньяжки. -Все. Пропали.

Господи, прости.

-Н-да... Вот это вещица!

Что еще? -Ваше величество,

у нас очень много всего. Вот попробуйте, например,

наш сыр из нашей маслобойни. Очень вкусный.

-А ну! -А у реки есть кузницы,

мануфактур-ткань, красильни. Что может быть? Литейный цех.

А, винокурни. Вам наверняка это будет интересно.

-Лефорт, я желаю видеть все. -Я вам все покажу, ваше величество.

-Узнала? -Нет.

-А деньги? -На Лефорта запиши.

ДОНОСИТСЯ МЕЛОДИЯ МУЗЫКАЛЬНОЙ ШКАТУЛКИ

-А что это сейчас играет? Где музыканты?

-Ваше величество, позвольте, я вам покажу.

Это весьма остроумная вещица.

Называется "музыкальный шкатул".

-Как она играет? -Это довольно сложный механизм,

ваше величество. -Хочу посмотреть, как она устроена.

-Петруша... -Иди к черту!

-Ваше величество, это очень дорогая вещь.

-Я хочу посмотреть, что у нее внутри. -Ваше величество!

Я тоже умею петь и танцевать.

Но если вы захотите посмотреть, что у меня внутри,

отчего я пою и танцую, то мое сердце после этого

будет сломано.

-Разумеешь наш язык? -Родилась в Москве.

-Не называй меня больше "ваше величество".

Дома надоело. Зови меня так, как будто я твой друг.

И вы все. -Хорошо.

Мы будем звать тебя герр Питер. НАСМЕШЛИВО: Хер...

-Что это? -Голландский джин.

-Лефорт, кто это? -Анна Монс, дочка трактирщика.

-Ну как? -Нормально.

Можжевеловая. Франц, я хочу здесь все попробовать.

-Ну что, Никита Моисеевич, ты-то выпьешь?

Конечно!

РАЗМЕРЕННАЯ МУЗЫКА

-Ой, беда, чую.

Ах! -О, матушка...

-Петруша... -Ну... не серчай.

-Ах! Ой...

-Никита Моисеевич молился за нас. Слава Богу, все живы-здоровы.

Алексашка, идем!

-Ах! Петруша....

-Поговорим завтра, пускай поспит. -Никита!

Недогляд!

И что только он в этом ушкуйнике нашел?!

-Вот глянулся мне Франц Яковлевич.

Хочу его на службу взять.

-Правильно. И меня?

-Комар. И тебя.

Денщиком у меня будешь.

-Не пожалеешь, государь. Не пожалеешь.

Вот тебе крест!

-Ничего-ничего, Алексашка. Даст Бог, развернемся.

Лефорт потешных вышколит, научит.

Пушки отольем. Корабли научимся строить.

-Научимся, государь. -Будет у меня армия настоящая.

Армия...

ВЫСТРЕЛЫ

-Быстрее, быстрее! -Выстрел!

ЗАЛП

-Унд! Айн! Унд! Айн! Выше! Сильнее!

Сильнее! Сильнее! Выше! Коли!

Коли! Хорошо!

Продолжать!

Коли! Гуд.

Ду! Ком!

Коли!

Голова!

Меняемся!

Найн!

-Молодец, Франц! -Запомни, Питер:

в войне нет никаких правил, только победа.

К бою!

Коли!

СТАРИННАЯ НЕМЕЦКАЯ МУЗЫКА

-Ассамбле. -Правая, левая.

-Питер! -И назад, назад, назад.

-Клаус... ГОВОРИТ ПО-НЕМЕЦКИ

-Правая, левая, ассамбле. И назад...

-Погоди-погоди, Аннушка. Давай я сам попробую.

АННА СМЕЕТСЯ

-Как вам царь Петр?

-Лефорт, изволь.

С АКЦЕНТОМ: На русский говорится... Най крайца...

Просит нарастить такой борода. Жениться.

-Ты не понимаешь его.

-Назад.

-Аннушка... -У тебя отлично получается.

-Все благодаря тебе.

-Я говорю тебе, Патрик, ты не понимаешь, он король.

-Лефорт! -Я здесь, я здесь, ваше величество!

-Сашка!

Франц, это тебе. На память.

-Ваше величество, это...

Это... Это большая честь для меня.

-И поздравляю тебя с чином генерал-майора!

Все пьют за здравие нового генерал-майора! Виват!

-Мои поздравления! ВСЕ: Виват! Виват! Виват!

-Здравствуй, царица! И ты, Лев Кириллович, здравствуй.

-Ну что там, Федор Юрьевич?

-Государь приказал все сызнова начинать.

Слишком быстро крепость взяли. -Охолонись, вина выпей.

-Какой охолонись? У меня при штурме этой крепости

пять человек насмерть убило. -Ах!

-И десять ранило. -Пять человек?

-Пять. Вот такие вот ноне маневры.

За мной!

-Господи... -Да... Прав был Петр,

теперь это не Потешное войско.

В Москве что? -В Москве-то?

Софья Ивану задумала невесту искать.

Думает, он наследника дать может. -Вот те на!

Вот же змея хитрая! -Угу.

-Нам надобно Петра тоже женить. Поговорила бы ты с ним, сестрица.

-Говорила - слышать ничего не хочет. Одна война на уме.

-Пожар.

-Берегись! -Бежим!

-Ой! -Господи!

-Живой? -Да.

-Все живы?

-Петруша, государь... Господь с тобой, а!

О себе не думаешь - о матери хоть подумай.

Вон испужал как. Царь, остепениться надо бы, а?

О невесте бы призадуматься. -Что вы все заладили-то с маменькой?

Сказал, не хочу! Не время еще!

Заряжай!

Аннушка!

Я скучал. -Я знаю.

-Откуда это вы знаете? -Я подсыпала вам

приворотного зелья в напиток.

-Коли хотели приворожить, значит, я вам полюбился.

-Герр Питер, такое... такое даме не говорят.

-Аннушка! -Сбежала?

-Да. -Я знаю куда.

-Ну, пойдем. -Пойдем, пойдем.

-Государь успешен не только в учебе.

-Его величество любит веселье и танцы,

и в этом нет ничего зазорного, Патрик.

-Вон ее окна.

-Кинуть бы чем-нибудь.

-Кто там?

Герр Питер? Что вы здесь делаете? Вам сюда нельзя.

-Осторожничает девка, а нутро все горит.

-Замолчи, дурак.

-Герр Питер, вам сюда нельзя!

-Ух!

-Ты все-таки подумай. Это - будущее.

Я разбираюсь в людях.

-Знаешь, матушка, что в народе шепчут?

В Преображенском сильный царь подрастает.

А царевна, мол, зря трет спиной горностай.

-Сказываешь ладно, а что делать предлагаешь?

-Может, с другого конца зайти? -С какого?

-Петр, сказывают, онемечился вконец. Из Кукуя не вылезает.

В их одеждах ходит, пьянствует,

да еще с тамошней девкой-лютеранкой крутит.

Такого царя ни бояре, ни патриарх не захотят.

-Ох! -Хорош.

-На меня смотри.

-Еще раз смажешь - в ухо дам. -Да не виноват, мин герр.

С ядрами что-то не то. -Александр Данилович,

как у вас говорят? Плохой танцор всегда ядрышки...

-Яйца мешают.

-Не раз уж пытались мы убедить государя - не слушает нас.

Словно околдовали его кукуевцы.

-Могли и зелье какое подмешать.

А кабы в вере тверд был, ничего бы с ним не случилось.

-Ваше слово, святейший владыка, вернет нам государя.

-Великий государь, кажись, едет кто.

-Явились... гости незваные. -Что сей визит может значить?

-Известно что. Поучать меня пожаловали.

Давеча от сестрицы письмо получил, просит бумагу о расходах составить.

Дескать, бояре требуют. -Надо бы встретить, государь.

-Сейчас встретим. За мной, бегом!

-Я ж не добегу!

-А ну, разворачивай пушки! -Давай, давай!

-Мы сейчас покажем боярам, на что царь казну тратит.

-Одумайся, государь. -Отстань!

Что скажешь, Сашка, палить аль нет? -Заряжаю.

-Ты сдурел?! Репой заряжай. -Репу давай!

-Франц Яковлевич, может, хоть ты его вразумишь?

Без того с боярами почти на ножах.

-Как его вразумить? Видишь, завелся?

-Сашка! Пли!

РЖАНИЕ ЛОШАДЕЙ

-Трубу! -Попал!

ИНТРИГУЮЩАЯ МУЗЫКА