Original subtitles

Попаша.

Спасибо.

Я не могу.

Я не могу.

Я не могу.

Да же это их нацеп, папаша.

Я тебя всего за паузька.

Позволь, папаша познакомит себя с моим добрым приятелем.

Поззаром.

Душевный рад.

И благодарен за добрые намерения посетительства.

Позвольте узнать ваши имя очиста.

Я в гене, Васивив.

Я считаю своим долгом предварить тебя.

Ты, конечно, вправе судить меня.

В мои лета...

Сломета... Это жённый фи... Дом, ты уже, а, проблably, антервью, parlé?

Венечка.

Я не область.

Я тебя принял.

Да, она теперь живёт у меня.

Впрочем, это всё можно переменить.

Допавил и папаша.

Он дирекит, и ты уйти кис.

Ты не паул.

Конечно, мне должно быть совестно.

Полно, папаша, полно.

Перестань, пожалуйста.

Сделай милости.

Чудесный сегодня день.

Для твоего приезда душа моя.

Ох, и заживём мы с тобой Аркаша на славу.

А весна, она в полном леске.

Хотя я согласен с пушкиным.

Томнишь, Евгения, не, не, не.

Как грустно мне твоё явление.

Весна весна паралюбви.

Какое-то умное волнение в моей душе, в моей крови.

С каким тяжёлым клумелением я наслаждаю с удовением.

Прицел не действий.

Стек, друг мой.

Сюда, сюда.

Прошусь.

Ох, пыль.

Пыль, сюда.

Проковьтесь.

А каш, а где ж, Проковьтесь, мы приехали.

Ну вот.

Вот мы и дома.

Главное теперь поуженно те отдохнуть.

Да, поезды стоительный хунок.

Да, да, да, конечно.

А вот, кстати, Проковьтесь.

Проковьтесь.

Вот он.

Приехал к нам, наконец.

У него сети откончил.

Ну, как ты вы находишь?

Лучше, увидишь.

Ну, Проковьтесь.

Настол, прикажется собирать?

Да, да, пора.

Слушай, но прежде не пройдёте ли в свою комнату?

Евгений Васильевич?

Да нет, голодавство, нелочим.

Прикажите тот чемоданчик ему и туда стащить.

И вот это отдох.

Да, Проковьтесь.

Да?

Возьми жишени.

Служишься?

Так, что же ещё.

Тогда вот, что ступает коляске, принеси все вещи.

А потом все шкнаве.

Да нет, сначала принеси их.

А потом уж понесёшь, наверное.

Ну, ступай, ступай.

Дядя!

Добро пожаловать.

И Евгений Васильевич.

Позвольте вам представить моего старшего брата Пало Петровича Кирсанова.

А это Паша.

И Евгений Васильевич Базаров.

Мы теперь голодные как волки.

Ты потрапи, Проковьтесь, Папаш.

А я сейчас.

Постой.

Я с тобой.

Кто с ней?

Приятель Артаж.

По его основам умный человек.

Он у нас гостить будет.

Да.

Этот волосатый.

Да?

Мне кажется, Аркадистол, развязнее.

Я рад его возвращение.

Ты до кого от твоей дядя?

Эка из щегольства-то в деревне.

Подумать только.

Эй, Довитива совсем не знаешь.

Он своё время.

Львом был.

Красавица, умница.

Многим женщинам Голова выкружил.

Угу.

Постары значит памяти.

А отец твой славный малый.

А отец и меня.

Золотый человек.

Удивительные дела эти старенькие романтики.

Разовьют себе нервную систему до раздражения.

Но ровно весит и... нарушено.

Однако, прощай.

Прощай.

Две везни шлярка, Азин Николаевич.

Ади он.

Угу.

Можно?

Ты вяжу.

Ты вези.

А-а-а-а.

Ни же броки, как на свете.

В помощь.

А-а-а.

Паинкики.

Ни жди.

Ай-ю.

А-а-а-а.

Степа.

Степка.

Ни-ка.

Ты до сей Николаевны совсем здоровы.

Викини сумевут.

Приказали вас спросить.

Вам самим угодно чай развить или прислать Дуняш.

Я сам разолю.

А-а-а-а.

Аркадий.

Угу.

Ты чай, чемпион.

С лимоном или сосливками?

Сосливками.

Папаша.

Что?

Папаша.

Они от того ли она не приходишь, что я здесь.

Тебе же, звесть мою брасмыслей.

Во-первых, а у вторых.

У меня вовсе не хочу снять твои жизни.

Твоих привычек.

Спасибо, Аркаж.

В таком случае, я сам к ней пойду.

Аркадий.

Там...

Я тебя не предварил.

Аркадий.

Эй, водолей.

Доски угри.

А-а-а.

Да не туда.

Туда.

Туда.

Туда лучше.

Куда?

Куда?

Да куда-нибудь уберите.

Мы познакомились, отец.

Федос Николаевна точно нанечен совсем здорованого и по позже.

Ну как же ты мне не сказал, что у меня есть брат?

Я бы еще вчера вечером расцеловал бы его.

Как расславал теперь?

Что это?

Опять обнимаетесь?

В кое-то веке.

Чем вы удивляешься?

Я наглядец, что на него еще не успел.

Я его все не удивляю.

Все даже сам с ним обняться не прочее.

Где что и новый приятен?

А его дома нет.

Он обычно встает очень рано и отправается куда-нибудь.

Вообще на него не надо обращать внимание, он не любит с ремонией.

Это заметно.

Долго он у нас прогастит.

Как придется он здесь проездом к отцу?

А где живой отец живет?

В нашей губернии.

Зерст 80 отсюда.

У него там небольшой именице.

Он был полковым доктором.

Так-так.

Кто-то я себя спрашиваю, где я слышал фамилию.

Базаров.

Помнишь?

Николай.

В батюшке медивизии был лекарь.

Базаров.

Кажется был.

Точно точно.

И этот лекарь... Его отец.

Ну а сам господин Базаров?

Собственно, что такое?

А что такое Базаров?

Хочите, я вам дядюшко скажу, что он собственно такое.

Да уж дело и должение, племянечко.

Он не гелист.

Что?

Как?

Он не гелист.

Не гелист.

Это от Латинского нехиль.

Ничего.

Сколько я могу судить?

Стал вот слово, это означает человека, который... Вы которые ничего не признают?

Скажи, который ничего не уважает.

Которая кофтематность из критической точки зрения.

Нет, хорошо.

Кому как, дядюшка?

Иному, хорошо.

Моя ином очень дурна.

Значит, прежде были гигелисты.

Теперь не гигелисты.

Позвони, Кабрат Николаевич Петрович.

У меня поропить мой кокал.

Дуняша!

Здравствуйте, Леночка.

Здравствуйте.

Евгений.

Ну вот, господин, нигелист, к нам жалует.

Здравствуйте, господа.

Извините, что поздал к чаю.

Сейчас вернусь на отвод этих пленец к месту, пристроить.

Что это у вас, пьявки?

А, лягушки.

Угу.

Вы их едите или разводите?

Для опыта.

Это он их.

Резать станет.

В принципе, не верит.

А в лябушек.

В верит?

Вы, собственно, физика занимаетесь.

Физика, да.

Вообще, естественно, науками.

Говорят, германс в последнее время сильно успели по этой части?

Да.

Немцы в этом нашу учительу.

Вы, столь, высокого мнения немцых?

Там уж не ученые демны народ.

Так-так.

Ну, а в русских ученых?

Вы, вероятно, не имеете столь лесного понятия.

Пожалуйста, что так.

Ну что ж, похвалное сомтюржение, но Аркадий Николаевич сказал нам,

чтобы не признаете никаких авторитетов, не верите им.

Вообще, моя должность признавать, чем моя должность верит.

Я скажу, делай и соглашусь.

Вот и все.

А немцы все дело говорят.

Не все.

Ну, что касается до меня, то я немцы в грешный человек не жалую.

Но прежние еще туда-сюда тогда у них были.

Ну, там шилир, что легет.

Брат, вот и, особенно, локврят стоит.

Но теперь пошли все.

Какие-то химики до материалист.

Порядственные химики в 20 раз.

Полезные всякого порядка.

Вот как?

Вы стало быть искусство...

Не признаете?

Есть кусту делать деньги или нет более гимара.

Вот так вы.

Изводите шутеть.

Вы стало быть верите в одну науку.

Я уже доложил вам, что я не вас что не верю.

И что такое наука?

Есть науку?

Как ест ременосл звание.

А науку вообще такое не существует вовсе.

Очень хорошо.

Ну, а как насчет других в людском в эту принятых постановлений

и вы придерживаете такого же отрицательного направления?

А это что?

Допрос?

Мы когда-нибудь поподробнее побеседуем об

этом предмете с вами любезный гени Васильевич.

И ваше мнение выслушим и своё выскажем.

Я слышал любих, сделал удивить на открытии насчет удобрение полей.

Вы можете помочь-ми в моих агрономических работ, дать какую-нибудь полезность совет.

Я к вашему слугу Николай Петровичу.

Ну, а куда нам дали биха?

Нам с первого... Азбуки выучатся.

А потом же обратится к нему.

А мы еще и Азав в глаза не видали.

И все-таки позвольте приеднуть к вам.

При случай.

А теперь нам пора я полагаю брат.

Отпойди потолковать с приказчиком.

Да.

Пида и так прожить.

Готов пять в деревне.

Водолений.

Отвели кихумов.

Стараешься не забыть того, чем у тебя учили?

Анхвать.

Оказывается, что всё это... Сдор.

Пойдём.

Пойдём.

Он всегда у вас такой.

Надо быть справедливым Евгений.

Да?

Это ещё следует?

Видишь ли?

Когда дядя жив в Петербурге, а Фетерон был блестящий.

По 20 лет капитан.

Блестящая карьера ожидала его.

И вдруг всё переменилось.

Он встретил женщину.

Ну, ну, встретил женщину.

И она была?

Удивительная.

И странная.

Странная.

Да.

Странная.

Бразднём пренебрёк Корьер и... Но кончился этой истории трагически.

Книги не его возлюблены, умерла.

Умерла.

Да что же это такое?

Мужикиз.

Известное дело пьют.

А збруя помилать.

Известное дело.

Воровстос.

Я тебя заплати.

Кто там войдите?

Это я.

Извините, если я помешал.

Мне только хотелось попросить вас.

Сегодня кажется в город посылают.

Велите купите для меня зеленого чаю.

Слушай, сколько прикажете купить?

Да полфонта я полагаю, довольна будет.

А у вас здесь я вижу перемены.

За навески вот.

Да.

За навески.

Николай Петрович нам их пожаловали.

Теперь у вас здесь очень хорошо.

Помилости Николай Петрович.

А чего вы вели ли вашего маленького вынести?

Я люблю детей.

Покажите ко мне его.

Дуняша!

Принесите мидю.

Они то востойте.

Я сейчас.

Это дядя.

Эй, Бутус.

Сколько бешимо месяцев?

Шесть.

Скоро в седьмой пойдет после одиннадцатого числа.

Не восьмой ли, Федос и Николавна?

Нет, как можно.

Похож на брат.

Да они со мненные сходства.

Павел?

Вот ты где?

Славный у тебя мычуган.

Я завернулся до насчет чаю.

Сам с собой вошу?

Замес, постучали и вошли.

Так, так и брат.

Сам вошу, постучался и вошу?

Да.

Это хорошо.

Это хорошо.

Не перейтили мне во Флиге, Николай Петрович.

А это зачем?

Я думаю, не лучше ли будет на первые время.

Нет.

Надо было прежде.

Здравствуйте.

Позволь.

Позволь.

Господи.

Согласись.

Такое чувство.

Такая память сила женщине заслуживает глубочайшего уважения.

Особенно в наше время.

Красивый романтизм.

Бла!

Я уж не говорю о том, что он ни раз вручал отца из беды.

Давал ему деньги.

Имеи, ты должно быть еще не знаешь.

Между ними не разделено.

И он он всякому рад помочь.

Всегда вступается за крестьян.

Человек поставил на карту женской любви всю свою жизнь.

Ему эту карту убили, он раскис и потерялся до того, что стал ни на что не способен.

Этой человек не мужчина.

Но ты вспомни его воспитание.

Его время, в котором жил.

В воспитание?

Каждый человек должен сам себя воспитывать.

Все это распущенность, пустота.

И что это за таинственное отношение?

Между мужчиной и женщиной.

Мы в физиологии знаем, какие это отношения.

Я про что, дирыка, а на том ее глаза.

Откуда тут взяться?

Загадочнув взгляду, как ты говоришь.

Эт, это все романтизм.

Чипуха!

Раниль!

Куда же осталось?

Может быть, может быть.

Но сердце у него предоброе.

К тому же он далеко не глуб.

Если бы ты знал, какие он давал мне.

Советы.

Особенно.

Особенно в отношении к женщинам.

Одним словом он.

Человек глубоко, глубоко несчастный.

И призрать его.

Перешно?

А-а-а-а-а!

Вот и саженцы.

Да.

Надо повольчивать и ребристу, кто по лезет насажать.

Да, елок.

Да, Покалый Липок.

Подбавишь черноземо.

Он бы все, как принялась, хорошо?

Да, да там кто-то есть.

Позвольте представить саркать диколаевичу приятель и человек смирный.

Какая ребёнка чудесная.

Рынь беспокоиться.

Я еще никого не взглазал.

А что эти нищечки такие красные?

Зовки шои призрается?

Да, с него уже четверо зубков прорезались.

А теперь снова десно покрасить.

Позволька?

Да вы не беспокойтесь, я должен.

Ну что, какое?

А?

Вижу-вижу.

Ничего, все в порядке.

Зубастый будет.

Если что, случится, скажите мне.

Ну а с вами ты воздорала?

Да, слава богу.

Слава богу.

Это вот все, а вы.

Прекрасно.

Тереть вашего бы-готеря.

Ой, как он у вас смирно сидел?

У меня все дети их сидят.

Я так выжтуку знаю.

Дети челствует, кто их любит.

Дуняша?

Как бишь ее зовут?

Фенечка.

Федосин Николаевна.

Мне нравится в ней то, что она не конфузится.

Она мать, и она права.

Она-то права.

Но вот он.

И он прав.

Я полагаю, что он... Но он должен жениться на ней.

Какие?

И мы великодушные.

Скотт плохой.

Лошади разбитые строения тоже подгуляли.

А управляющий либо дурак, либо плут.

Я вообще не разобрал хорошенько.

Строк же ты сегодня, Евгений Васильевич.

А добрые мужички надуют твоего отца.

Все непременно.

Знаешь поговорку, русская мужика бога слопает.

Я начинаю соглашаться с дядюшкой, и решительно дурноумение о русских.

Какая важность.

Русский человек, только тем и хорош, что сам себя дурноуменее.

Важно то, что дважды два четыре остальное все постыки.

Что и природа постыки?

И природа постыки.

В том значении в каком ты ее понимаешь.

Природних рамом, если сказать.

И человек у меня работник.

Это что?

А...

А, это отец.

Твоя отец играет на виланчале?

Да.

Да помил.

Сколько ему лет?

В 44.

Чем ты смеешься?

Помилой.

В 44 года.

Человек, а отец семейства.

Горюхинскому я здесь играет на виланчале.

Да.

Свини я в кокусти.

Прощелый га.

Живойдет?

Тацан

недостаточно знаешь.

Твоя отец добрый малый.

Но он человек отставной.

Его песен к спето.

Третья дня я смотрю, он пушкин читает.

Росталку и ты ему, пожалуйста.

Ведь он не мальчик.

Пора бросить эту ерунду.

Да это ему что-нибудь дельное впечатление.

На что вы ему дать?

Да, думаю.

Юх, нарово, что функра.

На первый случай.

Я сам так думал.

Да, что функра.

На писту спулярно.

Вот так, табратец.

Мы с тобой в отставные люди попали.

Наша песенка спета.

Что ж, может он и прав, да только обидно.

Эти именно сейчас я хотел с Аркадем поближе сойти и сдружиться.

А выходит, я остался на зоди.

А он ушел вперед.

Да почему он ушел вперед?

И чем он от нас, так и очень отличается.

А он ушел вперед.

Да.

Это все ему в голову.

Синьер это любил.

Не гелист этот.

Кажется, все делаю, чтобы не отстать отвека.

Кристиан устроил.

Ферму завел так, что меня уже по всей губернии.

Красным величай.

Училось читаю.

Стараюсь статью в Уровень.

Вечерний часть готов с Аркадней Калаич и этот.

Уже там ждутся.

Сейчас придем.

То, что отставно человек пошли, видно и в премь пара дробь заказывать.

И руки на груди складывать крестом.

Ну, я так скоро не сдамся.

Да, кстати, я нынче письмо получил от Калязина.

На две лите?

От него.

Приехал из столицы и ревизовать нашу губернюю.

Он теперь втуз и вышел.

Пишет меня, что хочет запросто породственному поведаться.

Приглашает нас с тобой Аркадью в город.

Ты поедешь?

Нет.

А ты?

И я не поеду.

Мать, я хочет показаться во всем близке своей славы.

Черт с ним хватит с него губерского фимия, ама обойдется без нашего.

Матри Ильич, помнишь?

Мы встречали пару раз как-то уличево.

Лен Федович.

А вы бывали у Лен Федовича?

Разумеется.

Он из этих мест.

А как он вам?

Дрянь, Ристакратишка.

Позвольте вас спросить.

По вашим понятиям слова... Дрянь и Ристакрат.

Одной тоже означают.

Я сказал, Ристакратишка.

Точно такс.

Но я полагаю, чтобы такое мнение об Ристакратах.

Как и об Ристакратишках.

Я считаю долгом объявить вам, что я этого мнения не разделяю.

Смею так же сказать.

Меня все знает, как человек оливирального любящего прогресса.

Но именно по тому я уважаю Ристакратов.

Настоящих.

Вспомните милости вы государь.

Вспомните милости вы государь.

Английских Ристакратов.

Они не уступают от прав своих и по тому.

Уважают право от других.

Они требуют исполнения обязанности и в отношении к ним.

И потому не сами.

И исполняют своя обязанность.

А Ристакратия дала свободу Англии.

И поддерживает ее.

Слыхай, Алимая, это песня раз.

Ну что вы хотите это доказать?

Я и в тем.

Хочу доказать милости вы государь.

Я и в тем.

хочу доказать, чтобы чувство собственного достоинства без уважения к себе.

А в Ристакрате эти чувства развиты?

Нет никакого прочного основания общественному бьен-публик общественному зданию.

Личность милости вы государь.

Вот главное.

Человеческая личность должна быть крепка как скала.

Ибо на ней все строится.

Я очень хорошо вижу, например, что вы изволите находить смешными мои привычки.

Мой туалет.

Мою опрятность наконец.

Но это все простикает из чувства самоуважения.

И чувство долго.

Да, стас долго.

Я живу в деревне в глуши.

Но я не раняю себя.

Я уважаю в себе человек.

Позвольте, Павел Петрович.

Вот вы уважаете себя.

И сидите сложа руки.

Какая же от этого польза для бьем-публик?

Ну вы мне уважали себя.

И то же самое бы делали.

Это совершенно другой вопрос.

Мне вовсе не приходится веснять вам теперь, почему я сижу сложа руки,

как вы изволите выражаться.

Я хочу сказать, чтористократизм принцип.

А без принципов жить в наши время могут одни бездрастиные и глупые люди.

Не так ли, Николай?

Аристократизм, либеролизм, принципы, прогресс.

А думаешь, сколько иностранных и без полезных слов.

Народскому человеку, а не даром не нужны.

Послушать вас так мы находимся в нечеловечество, в ней его законов.

Тело чего же вы действуете?

Я уже говорил вам, дядюшка, что мы не признаем авторитетов.

Мы действуем сил того, что признаем, полезным.

В нынешнее время полезнее всего отрицания, мы отрицаем.

Все?

Все.

Как?

Не только поэзию, искусство, но и страшно вымолнить.

Все.

Однако, позвольте.

Вы отрицаете, или вы рожай с точнее, и вы все.

Разрушаете?

А надо мы же и строить.

А это уже не наша дела.

Спирва нужно место, прощистить.

Современное состояние народа этого требует.

Нет, нет.

Я не хочу верить, что вы, господа, точно знаете.

Русский народ.

Что вы представители его потребности, его стремление?

Нет.

Русский народ не таков, каким вы его воображаете.

Он святочит преданий, он патриархальный.

Он не может жить без вера.

Я не стану против этого скорость.

Я даже готов согласиться, что в этом вы правы.

А если я прав, и все-таки это ничего не доказывает.

Как ничего не доказывает?

Стало быть.

Вы идете против своего народа?

А как бы это?

Народ полагает, когда громко имит это, и я пророк, колесниться по небу, звижает.

Так что ж, мне соглашаться с ним.

Да предам он русский, а развязывай мне русский.

Нет.

Вы не русской после всего, что вы сказали.

Я вас за русского признать не могу.

Мои детс землю похал.

Вы спросите у любого из ваших мужиков, в ком из нас?

Вас или во мне?

Он скорее признается отечественника.

Вы говорите с ним, не умеете?

А вы говорите с ним?

И презираете его в то же время.

Что же, когда он заслуживает, презрение?

Вы перецаете во мне мое направление?

А кто он сказал, что он случайно?

Что он унираждено тем самым духом, во имя которого вы так ратываете?

Как же?

Очень нужны неделисты.

Ну, нужны они или нет, не нам решать.

Ведь и вы тоже считаете себя небесполезным?

Господа.

Господа, пожалуйста, без лечностей.

Нет, нет.

Не беспокойся.

Я не позаборался.

Именно в силу того чувства достоинства, над которым также стокатрунет господин доктор.

Позвольте.

Может быть, вы думаете, что ваша учения новость?

Материализм, который вы проповедуете, был уже не раз в ходу.

И всегда оказывался не состоятельным.

Опять и на странные слова.

Во-первых, мы ничего не проповедаем, это не в наших привычках.

Ну, а что же вы делаете?

А вот что мы делаем.

Прежде вы не давние еще время, мы говорили, что

чиновники даже берут взятки, что у нас нет ни торговли.

Неправильного суда.

Да-да, вы обличаете ли?

Это так кажется называется.

Что же со многими из ваших обличений, и я соглашаюсь, но...

А потом мы догадали, что болтать и только болтать о наших язвах не стоит труда.

Что это ведет как пошлости и так тренерство.

Ну, уведали, что я передовые люди наш, так называемые.

Обречители, никуда не годятся.

Что мы занимаемся вздаром, толковим о каком-то

искусстве, проломентаризм, чёрт знает о чём?

Когда дело-то идёт о насущном хлебе, когда группейшие суверии душ нас.

Когда все наши предприятия лооприуса, единственное того, что оказывается недостаток.

Честных людях.

Так, вы во всём этому убедились и решили сами не за что серьёзно не приниматься.

Я решила не за что не приниматься.

А только ругаться и ругаться.

И это называется негелизмом.

Это называется негелизмом.

А вот как.

Негелизм всему горю помочь должен.

И вы, наши избавители и герой.

Так что ж, вы действуете или собираетесь действовать?

Действовать.

Ломать.

Но как же ломать?

Не знаю даже почему.

Да мы ломаем потому, что мы сила.

Несчастный.

Да, сила.

Как они дают отчёта.

Да ты подумаешь, что ты в России поддерживаешь свои пошлой синтенции.

Павел.

Да нет, это же Ангелы может вывести из терпения.

Сила.

Да в любом декорре.

В любой орде есть сила.

Да на что же нам она?

Нам дорога цивилизация дасмилась и вы государь.

Нам дороги её плоды и не говорите мне о том, что её плоды не чтожны.

Да вспомните, наконец, господа сильная.

Что у вас всего четыре человека с половиной.

А тех миллионы, которые не позволят вам попирать

ногами свои веры, которые расставят вас.

Ну, когда раздавить туда на мой дороге.

Только бабушка ещё на двой сказала.

Нас не так мало, как вы плагаете.

Как?

Вы не шутя думаете сладить с целым народом?

А копейшней свечи.

Вы знаете, Москва сгорела.

Так-так.

С первого гордость почти Сатанинская.

А потом глумление?

Вот чем увлекается молодёшь.

Вот чему покоряются не опытные сердца мальчишек.

И как?

Подумаешь им не идти за вами?

Прежде молодым людям приходилось учиться.

Не хотели, они прослыть за неве, что они по неволе трудились.

А теперь?

Теперь достаточно им сказать, что всё на свете вздор и дело в шляпе.

Молодые люди обрадовались и в самом деле прежде они были просто болтаны.

А теперь они вдруг стали неделисты.

Вот, поглядите.

Один из них сидит рядом.

Ведь он чуть не молится на вас, полегуйтесь.

Вот ты изменила вам.

Ваш хваленный чувство собственного достоинства.

Спор наш дошёл слишком далеко.

Пожалуй, лучше его прекратить.

А я тогда буду готов согласиться с вами.

Когда вы представите, мне хотя одно установление в современном нашем быту.

Всемейным или вообщественным, которые не

вызывало бы полного и беспощадного отрицания.

Я вам миллионы таких установлений приведу.

Миллионы.

Да вот хотя общин он, например.

Ну, насчёт общины.

Поговориться лучше в вашем братце.

Он теперь кажется надеяли и заведом.

Вот такой община.

Круговая порука, трезвость.

И тому подобные штучки.

Ну а, армия.

Присите свящий.

Засчитники отечества.

Их вы тоже отрицаетесь.

Вождет землю пахал, а его одет.

Отец наш.

Русский генерал, Россию спасал.

Это как вам.

Бородина.

2019 год.

Что ж... Допустили неприятели до сердца страны.

Потом провозгласили это великой стратия ей.

На мужицкой.

Выносливости.

Допорей же дошли.

И позомнили себя все сильными.

И чем закончили?

Азором Крыма.

Прокофич, свящий.

Год наведу в Сиросе, оборону Севастополя.

Наблюдали.

Где Шеней?

Этот великий ум и первозданный дух.

И вы считаете себя русским?

Да.

Послушайте меня, Петрович.

Дайте себя один-ка-два срок, сразу воедваль, что-нибудь найдете.

Переберите все наши.

Обыщие, нормы.

Сословие.

Доподумайте хорошенько.

А мы пока с Аркадией будем.

Надо всем глумиться.

Да нет, лягушек резть.

Аркадий.

Пойдем, Аркадий.

Добрый начальник, господа.

Бунсор.

Они дальше отыстины нежели мы.

А в то же время я чувствую, что за ними есть, что-то чего мы не имеем.

Какое-то преимущество над нами.

Молодость нет.

Нет, не одна, только молодость.

Но отвергать поези не сочувствовать художеству при роде.

Как хорошо, Боже мой.

Благодарю за наслаждение.

Загрусть.

Замилое мучение.

Зашел забур и запиры.

За все, за все твои дары.

Благодарю тебя.

Тобою среди тревог и в тишине.

Я насладился.

И вполне.

Товольно.

С ясной душой.

Пускаюсь ныне в новый путь.

От жизни прошной отдохнуть.

Да я глянулся.

Растите все они.

Где дни мои текли в глуши.

Исполненый страстей и лени.

И снова задомчивый души.

Оттри.

Николай Петрович.

Где вы?

Я здесь.

Я здесь.

Я приду.

Ступай.

У меня в голову пришла мысль.

Отец Твой сегодня сказал, что он получил приглашение.

А это у вашего знатного родственника.

А давай мы с тобой махнем.

Ведь он тебя зовет.

Видишь, какая здесь делась?

Погода.

Прокатимся.

Город посмотрим.

Людей.

Баболтаем сезней 5-6 и басто.

А, а тут ты вернешься сюда?

Нет, надо будет к отцу заехать.

Он там недалеко вверх 30.

Я его давно не видал, да и мать тоже.

Надо стариков потеешься.

И долго ты у них проводишь?

Не думаю, часть кушен будет.

Нет, он на возвратном пути то сюда заедешь?

Не знаю.

Ну так что?

Отправимся.

Пожалуйста.

Знаешь, что я вспомнил, брат?

Однажды я спокойница матушка послался.

Она кричала, не хотел меня слушать.

И я наконец сказал ей, что он мог понять меня, не может.

Мы мог принадлежим к двум различных поколениям.

Она ужасно биделся, я еще подумал, что делать.

Илюля Гарька.

А прохватить её нужно.

Вот теперь настало нашу очередь.

И наши наследники могут сказать нам.

Вы молни нашего поколения, глотайте, Илюля.

Ты уже через черблагодушеный скромник.

Я напротив полагаю, что мы гораздо праве этих господчиков.

Хотя может быть и выражаемся несколько устарелым языком.

Парень!

Парень, не кормить!

Как я же вы?

Мидя Плока!

Вот и хорошо.

Что?

Вместе сделали с утра киствусь, Николаевна велопосвать.

Ну, пугали мы всех.

Уфты!

Здравствуй, здравствуй, дорогой племянник.

Чудак был твой отец всегда.

Нельзя, нельзя зарывать себя.

Необходимая энергия.

Энергиян.

Это основное качество государственного человека.

Чего?

Какой сегодня день?

Пятница сегодня вашу сетито.

А?

Что?

Что такое?

Что вы говорите?

Сегодня пятница вашу сетито.

Как пятница?

Какая пятница?

Что такое пятница?

Пятница вашу сетито.

День в неделе.

Разыгрывать меня вздумал, а?

Стопай.

Ну, какого?

Энергиян.

Зателева.

Я?

Советую тебе мой друг съездить с визитом губернатору.

Порядочный человек.

Порядочный.

Из молодых прогрессист.

Деспод, конечно.

Успел пересориться со всеми.

У нас на Руси это случается сплошерядом.

Отечество.

Да.

Отечество.

При том же ты, вероятно, пожелаешь познакомиться со здешним обществом.

В ритине медведь я надеюсь.

А он дает большой балл.

А вы будете на этом балле?

Он дает его для меня.

Ты танцуешь?

Танцу.

Только плохо.

Напрасно.

Здесь есть хорошенькие.

А в нашей славной доброе время только и танцевать.

Боеронизмный не смешан.

А я дядюшка не забоеронизма.

Я познакомлю тебя со здешними барышними.

И возьму тебя под своё крылышка.

И пола тебя будет.

Да я.

Теперь нам от губернаторского вала не отвертеться.

А зачем?

Приехали смотреть помещиков.

Будем смотреться.

Евгений Васильевич, стой.

А это вы, герфситников.

Ступай сленым за нами, ступай.

Какими судьбами?

У моего отца здесь сделала.

Вот, знатели пришлось.

Евгений Васильевич, вы не познакомите меня с вашим... Ситников Кирсановым?

Мне очень лесно.

Очень много слышала о Варсе.

Я старинный знакомый Евгений Васильевич.

Помогу сказать его ученик.

Я обязан ему моим перерождением.

Евгений Васильевич, вам необходимо восходить к однозидежной

даме, которая совершенно в состоянии понять вас.

И для вашего посещения будет настоящим праздником.

Ты такая.

Кухшина, Евдоксия.

Кухшина, Евдоксия, замечательная натура.

Манцеплев в выстеном смысле этого слова.

Передавай женщина.

Знаете, что?

А пойдем теперь к нему вместе.

Это не далеко.

У двух шагах.

А завтракаем.

Вы ведь не завтракали?

Нет, что?

Нет.

Ну, прекрасно.

Она, знаете, разъехалась с мужем.

Нет, кого тебе не зависит?

Корошенькое.

Ну, это нельзя сказать.

Какой жидник?

Какой жидник?

Она у Бутылка Шампанского поставит.

Вот, сейчас видим практически человек.

Кстати, ваш батюшка все по лодку.

А по лодку вам едем?

Бутылка Шампанского будет.

Три, знаете, ручаю.

Чем?

Собственно, головой.

Лучшим машной батюшки.

Поехали.

Пошел.

И в такси я.

Виктор, это вы?

Я.

Но я не один.

Все равно, антрей.

Здравствуйте, Виктор.

Базаров?

Кирсан?

Неустепролосим.

Я знаю вас.

Да.

Я знаю вас.

Базаров.

Хотите сигар?

Сигаркой-сигаркой.

А дайте к нам позавтракать.

Мы голодны ужасно.

Доверите вас, динуть.

Бутылочку Шампанского.

Сибарит.

Не правда ли, базаров он Сибарит?

Я люблю комфорт жизни.

И это не мешает мне быть либералом.

Нет, это мешает, мешает.

Завтрак на всех и... Шампанского.

А как вы об этом думаете?

Я уверен, вы разделяете моё мнение.

Хороший кусок мяса.

Лучший куска хлеба.

Но даже с химической точки зрения.

А вы занимаетесь химии?

Это моя страсть.

Вы знаете, я ведь даже сама выдумала одну мастику.

Вы?

Мастику?

Да, я и знаете ли, какой целью.

Куклы делать.

Чтобы головки не отламывались.

Я ведь тоже практическая.

Но это ещё всё пока.

Мне готово.

А чем занимается ваш приятель, как его зовут?

Меня зовут Аркадий Николаевич Кирсанов.

И я ничего не занимаюсь.

Вот это мило.

Мерси.

О, вы что, не курите?

Вы знаете, Виктор, я на вас стердита.

Вы говорят, опять стали хвалить журсанта.

Опять стали.

Базаров.

Базаров.

Сядьте его для меня на диване.

Базаров.

Вы, может быть, не знаете?

Я вас ужасно боюсь.

Да.

Это чего же?

Позволится узнать?

Вы опасны, господин.

Вы такой критик.

Боже мой, мне смешно.

Я говорю, как какая-нибудь степная помещится.

Впрочем, я действительно помещится.

Я самая имею ему правильную.

И представьте, у меня старство.

Я рассей.

О, удивительный тип.

В точности под файндер.

Купера.

Что-то есть в нём.

Такое.

Небосредственные.

Я окончательно поселилась здесь.

И сносный город, не правда ли?

Ну, что делать?

Все такие мелкие интересы.

Вот что ужасно.

Я прежде зима не жила в Москве.

Ну, там теперь обитает мой благо верный.

Исия кукши.

Да и Москваус, я не знаю, такой уж, не то.

Я собираюсь ездить за границу.

В прошлом году совсем уже было собралась.

Фориши замеются.

Фориши.

И Гейдельберг.

От чего в Гейдельберг?

Помилуйте, там будем за...

Пьер с сопожников.

Вы его знаете?

Нет, не знаю.

Помилуйте, Пьер с сопожников.

Он ещё всегда у Лидии хостатого и бывает.

Я её не знаю.

Ну, вот он вызвался меня сопровождать.

Я слава богу свободна, детей у меня нет.

Прочем, что такое я сказала.

Слава богу, почему слава богу.

Прочем, все это неважно.

А вот и завтра.

Я вам паслее.

Как я тебе закусить?

Вы ведь то радку прийти бутылку, это же малаший чай.

Бома, яйбома, яйбома.

Есть здесь хорошенькие женщины.

За хорошеньких женщин?

Есть.

Но они все такие пустые.

Например, мы нами один соло.

Не дурана.

Жаль, что у неё такая репутация.

Но не это главное, что никакой свободы возрения.

Никакой шириной и ничего такого.

Срушенно.

Кто это барня?

Прелесть.

Прелесть.

Я вас представлю.

Умница.

Погачка.

Втова.

Выдова.

Но, к сожалению, ещё не вполне разведым.

Ей бы надо с нашей Евдоксией поближе познакомиться.

Все систему воспитания надо переменить.

Наши женщины.

Очень дура воспитана.

Да ничего вы с ними не сделаете.

Их следует презирать.

Их презираю вполне и совершенно.

Не одна из них не в состоянии была выполнять нашу беседу.

Да и мы не нужно понимать нашу беседу.

А как вам вы говорите?

А хорошеньких женщинах.

Как?

Стало быть вы.

Разделяйте мнение про дона.

Я нещих.

Мне они не разделяю.

Я имею свои.

Долой авторитеты.

Но ведь сам мы колей.

Долой мы колее.

Вы что?

Вы заступаете из этих бобёнок?

Не за бобёнок.

А за провоженщин.

Который я поклелась защищать до последней капли крови.

Давай.

Я их не адресаю.

Нет, я вижу вы славя на фил.

Нет, я не славя на фил.

Хотя, конечно.

Нет, нет, вы славя на фил.

Вы последователи демонстроены вам бы плётку в руки.

Что ж, плётка делала доброе.

Ваша здоровья и вексия.

Давайте с вами чё, гненький?

Я не могу слушать равнодушно, когда прям мне нападают на женщина.

Это ужасно, ужасно.

Вместо того, чтобы нападать на них, вы лучше и простите к нигу, мишля до ламора.

Это чудо.

Господа, будем всё говорить о любви.

Он не сывал меня, твои лапзанья.

Он злоют крой на мне, родят желания.

Он не жемчит и мне, речей безумный.

Не убивай малюбого разумных.

Идёй и чувствомнел.

Не занадь наш счастье.

Так мне любви меня, в стагольстрасию, как мне любви меня, рарару рамора.

Тарарарарарарарарар, как ты разбой не взаимен, и мне всё хорошо решать,

не подпишись.

Господа, будь надо, будь надо, будь надо, будь надо, будь надо...

Это всё, это всё.

Приходи на хапа.

Один собрехал.

Это что-то фигура.

Настальных баб не похожа.

Вы с ней знакомая, коротко.

Хотите успеть ставлю?

Пожалуй, сразу после этой гадрии.

Добро пауза... Добро пауза... Добро пауза.

..

Добро пауза...

Добро пауза... Добро пауза...

Добро пауза...

Добро пауза... Добро пауза... Добро пауза...

Пауза, он его.

Один собрехал.

Это что за фигура?

Настальных баб не похожа.

Вы с ней знакомая, коротко.

Хотите успеть ставлю?

Пожалуй, сразу после этой гадрии.

Анна Сергеевна, ваш покорный слога.

Не звольте ли припомнить?

Кельпасаж.

Разжиги представить Кирсанас, Аркадий Николаевич.

А вы не сын, не тавай Петровича Кирсана.

Точно так.

Я видела ваша ладышку два раза.

И много слышал Аняла.

Учеряда с вами это знакомится.

Осмелюсь, пригласить вас на Кадрии.

А вы разве танцуются?

Танцуют.

А почему вы думаете, что они танцуют?

Или я кого-то вам слишком старая?

Как можно помиловать, в таком случае, позвольте пригласить вас на мозурку.

Извольте.

Кирсанас.

А вы disseminаете, когда я им пойду.

Я discutю, что я об этом обigare.

Добро пожаловать в ДВЕРЬ.

Добро пожаловать в ДВЕРЬ.

Добро пожаловать в ДВЕРЬ.

ДИНАМИЧНАЯ МУЗЫКА

Ну что, получил удовольствие.

Мне сейчас сказал один Барин, что это госпожа, а я и я.

Да Барин, так кажется, дурак, но по-твоему она точно по-я-я.

Я этого определений не совсем понимаю.

Вот ещё.

Какой невинный.

Должен тебе сказать Евгений, что после мазурки

сказано мне было, чтобы я привёз тебя к ней.

Очень любопытно, мол, будет видеть человека,

который имеет смелость, не ва что не верить.

В общем, желается тобой познакомиться.

Воображаю, как ты меня расписывал.

Впрочем, ты поступил хорошо.

Вези меня к ней.

Я чего, Мешка, с Мешкой-то одни дураки её умники.

Кто бы она не была.

Губеранская левица.

Элеменсивая, вроде, кукшиной.

Только у неё такие плечи.

Каких я не видовал давно.

Евгений.

Эдакая богатая тела.

Хотя сейчас.

Вынотомический тянутый.

Да переставляйте бог, Евгений, это уже не на что не похожи.

Дамы, ингоспода.

Прошу всех столов.

Не сердись, Нежинка.

Сказано, первый сорт.

Она Сергеевна просит вас пожаловать к ним через полчаса.

Не будут ли каких приказаний?

Никаких приказаний не будет почти ниши.

Разве ремочку лодки соблоговорить поднести?

Слушаюсь.

Какой гран-жанер?

Карт-стак это вас называется?

Верцалийня, да и только.

Из первого же раза пригласила двух таких сильных и стакратов.

Да, особенно я.

Глубая кровь.

Будучи лекой?

Элегроский сын, в ногдечка.

Ты знаешь, что я в ногдечка?

Как спиранский.

А все-таки избалывало себя эту барню.

Как избалывало.

Ушни фракелином на деть.

Должно быть, а... Алебрая, куда уши теперь?

Здравствуйте, господа.

Разрешите представить, у Мана Сергеевна, моего доброго друга Евгений Васильевич

Базарова, о котором мы давили так много говорили?

Очень рад.

Погостите у меня.

Здесь права не дурна.

Я познакомилась с моей сестрой.

Она хорошо играет на фротопьяно.

В Амисе Базарова это все равно.

Ну а вы, Мисе Кирсанов, любите музыку?

Да.

А кроме сестры у меня здесь живет старушка тетка.

Ну, еще соседный.

Жает в карты по игре.

Вот.

И все наше общество.

Ну, а теперь сядем, где?

Евгений Васильевич, я вас хотел спросить.

Вернулись общения о том, что любая отрава в малых дозах признается нынче полезной.

Эта область занимается гомеопать иансергенно.

Действительно, некоторые вещества в малых количествах

действуют на организм иначе, чем в больших.

А ваша матушка, короткая, заняковая.

Была подруга у моей матушки.

Она даже поверяла ей тайны своей любитной полой Петрович.

Мне кажется, ваша матушка была прекрасной человек.

Да, мне было 10 лет всего.

Но я ее хорошо помню.

А нам было очень добрый.

А вот вам моя Катя.

А ты ты сама нарезала?

Да.

А ты дышку придел к чаю?

Придюх-то.

В этой скрытии рассматриваете картинки Евгений Васильевич.

Так, а ты вас это вовсе не снимает?

Давайте-ка лучше посмотрим, тебя о чем вы видите.

А чем прикажете?

Ну, о чем хотите?

Предбеждаю, что я ужасная с богом.

Вы?

Я.

Просто как будто вы удивляют.

Почему?

Просто, насколько я могу судить у вас нарав.

Спокойной и холодной.

А спор предполагает увлечение?

Как ты вы успели меня так скоро узнать?

Во-первых, я не сопериваю настоячиво.

Можно спросить, как это?

А вы второе, я легко увлекаюсь.

Может быть, вам лучше знать.

Итак, вам угодно спорить?

Извольте.

Я только что рассмотрел видосоксонской швейцарии вашими альбами.

А вы меня заметили, что это меня заинтересовать не может.

Вы это сказали от того, что не предполагаете вам нехудорственного смысла.

Да у меня действительно и вы и нет.

Но эти виды могли меня заинтересовать с точки зрения геологической.

С точки зрения, формация и гор, например.

Извините, как геолог, вы скорее книги прибегнете.

К специальному сочнению не крисунку.

Картинкам не может показать то, что в книге будет написано на целую десяти страниц.

Как-то киникапельких удорственного смысла.

А как же вы без него обходитесь?

А на что он мне нужен?

Позвольте вас спросить.

Хотя бы на то, чтобы уметь узнавать и изучать людей.

Во-первых, на это существует жизненный опыт.

А во-вторых, доложу вам.

Изучать каждый отдельная личность не стоит труда.

Достаточно одного человеческого экземпляра, чтобы судить обо всех остальных.

Люди, что деревья в лесу.

Один батанек не станет заниматься.

Каждую и отдельную березу.

Деревья в лесу.

Стал бы по вашему нет разницы между глупым и умным человеком добрым извлым.

Есть?

Как между больным и здоровым?

Лёгкий учхокфного.

Не в том положении, как у нас с вами.

Хотя устроена одинаково.

Мы приблизительно знаем, от чего происходит телесные недуги.

А нравственные происходят от дурного воспитания.

От всяких пустиков, которыми сызмал, он убивает людские головы.

От безобразного состояния общества одним словом.

Исправьте общество и болезни, этих не будет.

И выполагаете, что когда общество исправится, не будет уже не злых,

не глупых людей.

По крайней мере, при правильном устройстве общества будет совершенно равна.

Глуп человек или ломян добрый лезо.

Да, понимаю.

У всех будет одна и та же селезёнка.

Именно такс, судорами.

А вы как считаете Арказ Николаевич?

И я согласен, с Евгений.

Вы меня уземляете, господа.

Но мы с вами ещё об этом потолкуем.

А тебе слушать тётушку идет чай пить.

Им должны посчитить её ужа.

А пьячет у собака здесь.

Как почевали тётушку?

Брызь, брызь.

Я думаю, чай готов.

Идёмте, господа.

Нет, Евгений Васильевич.

Профиран сыграет селезная.

И мы с Паферим Патон, чем у нас разобьём.

Непременно, непременно.

Назже готовится к предстоящей внедолжности уъездного лекаря Семпик.

О, так сразу.

Прист.

А я пас.

Я пас.

Берите, Евгений Васильевич.

А ты когда-то сыграешь, что-нибудь Арказ Николаевичу?

Он любит музыку.

Мы, кстати, послушаем.

Раскрывайте.

Пожалуйста.

Что же вам сыграть?

Что, хотите?

А вы какую музыку больше любите?

Я классическую.

Мотор, ты любите?

Мотор ты?

Люблю?

Мотор ты?

Останет из-за дно, Евгений.

Не может быть.

Давайте играть.

А что, Пешек, не Сиван?

А что, Пешек, не Сиван?

Петрасно.

Хорошо.

Так-так, понятно, так будет.

Спасибо.

Какая чудесная жизнь.

А ты Сергеевна.

Ну, бабы с мозгем.

Ну, я дал уже, наверное.

В каком смысле ты это говоришь?

Евгений Васильевич.

Прошу, смысл, смысл, хорошу.

Паузька, Марка, Арказ Николаевич.

Я уверен, что она и менее в своем отлично.

Управляет.

Ночёт не она, а есть стран.

Как?

Это смогли?

Да, это смогли.

А та.

Тёртый, Калач.

Всё в течение дня совершалось в известную полу.

Утром, ровно в восемь часов, всё в обществе собиралась к чаю.

Очая до завтрака, всякой делал, что хотел.

Самохозяйка занималась с приказчиком, с творецким, с главной отличной целью.

Перед обедом, обществу опять сходилось для беседы или

блячтения, вечер посвящался прогулки, картом, музыки.

В половине 11, а на Сергееву уходила к себе в комнату,

отдавала приказание на следующий день и ложилась спать.

Базарову не нравилось это размеренное, несколько

торжественное правильность и жидневной жизни.

Как поверь, сам Катиш, все уверял он и однажды объяснился об этом сам на Сергеевне.

Она выслушила его, промолливан, с вашей точки зрения выправы, и может быть

в этом случае я, бары, но в деревне нельзя жить беспорядочное, скука долей,

и продолжало делать по-своему.

Но им от того и жилостах легко один солы, что все в ее доме катилось к отморельсер.

Время, дело известное, как иногда птицы, иногда ползет червекон, но человеку бывает

осозненно хорошо тогда, когда он даже не замечает скорость, тихо ли оно проходит.

Аркадий и Базаров, именно таким образом, провели дней 15 в один солы.

Как почували тетушка?

Ой, опять эта собака здесь.

Тетушка, ее здесь нет.

Как нет.

Вам показалось.

Показалось.

Здравствуйте, Ватюшка, Евгений Васильевич.

Здравствуйте, сына.

Зачем, пожалуй, за мной что ли послать?

Помилой, Тетушка, как же можно.

В город, по господским делам, я хотела, да права шумилась и слыхали.

Вот и завернули по пути.

То есть посмотреть на вашу милую, а то как же можно беспокоить.

Ну ладно, не вреди.

В город, ты тебя разве здесь дорога?

Отец-доров?

Слава богу.

И мать тоже.

И ареновалась.

Я все нашла в эти господи.

Ждут меня, негось.

Ай, Евгений Васильевич, как же не ждать-то?

Верите любого сердца изныла на родителей вашей и лядутся.

Ну ладно, не расписуй.

Скажи, что скоро буду?

Слушаюсь.

Иди.

Как же выех цедраете?

А ваше обещание?

Какое из-за?

Вы забыли.

Вы обещали дать мне несколько уроков химии.

Что заил, отец меня ждет.

Нельзя мне больше меркать.

Впрочем, вы можете прощасть пилософремии на съемженеральда семьи.

Книнг хороший и написано, ясно.

А помните?

Вы меня уверяли, что книга не может заменить.

Но я не помню, как выразились.

Но вы знаете, что я хочу сказать, помните?

Что делать?

Зачем уезжать?

Зачем оставаться?

Думаете, что хотите?

Но мне будет скучно, когда вы едете.

Аркадия останется.

Мне будет скучно.

В самом деле.

На всяком случае, долго вы скучать не будете.

Вы так не погрешите на правильную строитель вашу жизнь.

Что мне не может быть места, не таскенескуки.

Никаким тяжелым чувством.

И вы считаете, что они погрешительно, что это правильную строительную свою жизнь?

Да, вот, например.

Через несколько минут пробьет 2 часов.

Я на период знаю, что вы прогоните меня.

Нет, не прогоню, Евгений Васильевич.

А может я остаться?

Не творите, так нам не что-то нужно.

Опустите штуру и садитесь.

Зачем вы с вашим умом с вашей красотой живете в деревне?

Как?

Как это вы сказали с моей красотой?

Это все равно.

Я хотел сказать, что не понимаю, почему вы постоянно живете в деревне.

Однако, в это себя как-нибудь объясняете?

Да.

Я полагаю, что вы постоянно остаетесь на одном месте, потому что избалывали себя.

Потому что очень любите комфорт.

А ко всему остальному вы очень равно души.

Довесеть.

Вы решительно не хотите верить, что я способна увлекаться?

Любопытствую.

Пожалуй, на нейначе.

В самом деле.

Но теперь я понимаю, почему у нас так потянул друг другу.

И вы ведь такой же, как я.

Куда вы?

Сядьте.

Вы считаете, у меня спокойным, сбалованным и знежным существом.

А я так знаю себя, что очень счастлива.

Мы здоровы, независим.

Богат.

Чего еще чего хотите?

Чего я хочу?

Мне кажется, давно.

Очень давно живы.

Женю Петербурге, богатство, потом бедности.

Смерть отца, потом замужество поездка за границу, как следует.

Вы вспоминали немного.

Вспомнить нечего.

И цель нет.

И 28 лет в Гайне Васильевич.

Вы хотите полюбить?

А полюбить вы не можете?

Вот, с чем вы же.

И счастье.

Разве я не могу полюбить?

Кидвали.

А впрочем.

Я напрасно назвал от несчастьем.

Напротив.

Тут достойный свидание с кем-то случается.

Случается, что?

Полюбить.

А вы почему-то знаете?

У нас лишки.

При том, может быть, вы слишком требовательны?

Может быть.

По-моему, или все или ничего.

Жизнь, за жизнь.

Зел мое дай свою, и тогда уже без возврата, и без сожаления.

А ты лучше и не надо.

Что ж.

Это то слово исправедливое.

Я удивляюсь, как вы до сих пор не нашли, чего вы желали.

А вы думаете, легко отдаться вполне, чему бы ты ни было.

Не легко.

Если станешь.

Размышляйте, то придавать себе цену, дорожить собой.

Они размышляют даться очень легко.

А вы бы сумели?

Не знаю.

Хвастаться не хочу.

Что это, Катя, так поздно играет?

Да, теперь точно поздно.

Вам порабчивать.

Погодите.

Куда же вы смешите?

Мне нужно сказать вам одно слово.

Пегвое?

Погодите.

Прощайте.

Погреть.

Ты еще не ложился?

Ты долго сегодня сидел.

Санна Сергеевна?

Да!

Я с ней сидел.

Всеврять напогаю.

Скотерин Сергеевны.

Играли на портопьяно.

Я не играл.

Санна Сергеевна.

Погреть.

Погреть.

Играли на портопьяно.

Я не играл.

Ты давай с нас.

Он не может в правильном месте.

Погреть.

Играли на портопьяно.

Оля?

Да как же называются это книга?

Элуз Эфремии.

Основой Химии.

Извините меня, Генни Васильевич.

Не хотелось возобновить наш вчерашний разговор.

Я вам рассказывал о самой себе.

Знаете, я очень желала знать, почему вы думаете.

Как?

Я вас не понимаю.

Я давно хотела выяснить со с вами.

А мне чего говорить?

А мы-то самим известно.

Вы человек неите слабых наведных.

Вы еще молоды.

Вся жизнь перед вами.

Почему вы себя готовите?

Какая будущность ожидает вас?

Я хочу сказать, какую цель вы хотите достигнуть.

Куда вы идете?

Что у вас на душе?

Одним словом, кто вы, что вы?

Вы меня удивляете, Анзельгена.

Вам известно, что я занимаюсь естественными науками.

А кто я?

Да.

Кто вы?

Я уже докладывал вам, что я будущее уездные лекарь.

Перестаньте.

Возможно, чтобы вы удовольствовали столь скромной деятельности.

Вы с вашим самолюбим уездные лекарь?

А знаете ли, где не Василийчик?

Что я умеела бы понять вас?

Я сама была бедна и самолюбива, как бы вы.

Все это прекрасно.

Вы меня извините, Анна Сергеевна.

Я вообще не привыква сказываться.

Вы, где случае что-нибудь сделать, прекрасно.

Они выйдут.

А крайней мере будешь доволен тем, что с заранее напрасно, не болтал.

Вы называете дружескую беседу, был вставанной.

Или моргать по меня как женщину не считаете достойную вашего довели.

Вы ведь всех нас презераете.

Вас я не презераю, Анзельгена.

И вы это знаете.

Ну то, что Вас теперь сейчас происходит?

Происходит.

Точно, я государство какое.

Ну как хотите.

Но мне все-таки что-то говорит, что мы встретились не даром.

Что мы будем хорошими друзьями.

Я уверена, что это наша, как бы вам сказать.

Это вашая движенность.

Ваша напряженность исчезнет наконец.

Вы заметили во мне напряженность?

Как вы еще из воли сказать?

Сдерженность?

Да.

И вы желали познать причину этой.

Сдерженности желали познать, что со мной происходит.

Да.

И вы не рассердитесь?

Нет.

Нет?

Ну так знаете же, что я люблю вас.

Глуба.

Безуна.

Безуна.

Вот чего вы добились.

Я в Кене Васильевич.

А!

Я должен извиниться перед вами, он Сергей.

Вы не можете гневаться на меня.

Я не Сергей Васильевич.

Ну я, Курсина.

Тем хуже.

Во всяком случае я довольно наказан.

Мое положение с этим вас согласитесь.

Довольники глупы.

Завтра же меня здесь не будет.

Евгения Васильевич, зачем вы?

Зачем я выезжаю?

Нет.

Я не это хотел сказать.

Прошедшего, не воротишь.

Анна Сергеевна.

Рано или поздно, это должно было случиться.

Следовательно, я должен уехать.

Я понимаю только одно условие, при котором я мог остаться.

Но этому условию не бывает никогда.

Ведь вы извините мою дерзость, не любите меня.

И никогда не полюбите.

Прощайте.

Анна Сергеевна.

Господин Ситников.

Покорнейший просил доложить из себя.

Прошу, покорнейший.

Мне Евдоксия.

Кукшина.

А в дотине Китишина просила прислать.

Узнать как мой здоровье.

Анна Сергеевна.

И Аркадий Николаевич.

Тоже сверечайший похвалой.

Очень рады, господин Ситников.

Разрешите представить вам это моя младшая сестрая Катерина?

Очень рад.

И даже вас еще.

А это Катя господин Ситников.

Которую я надеюсь, нас немного вгостит.

А это что?

Багаши господина Ситникова.

Я завтра к Батике поеду.

Как же Анна Сергеевна?

Что такое, Анна Сергеевна?

Нет, я хочу сказать.

Я у нее не нанимался.

Пойдем обедаться.

Евгений?

Я тоже с тобой поеду.

Только я домой поеду.

Анна Сергеевна.

Мы, Евгений Васильевичем, зато с утра вас покинем.

Ваш дом так гостеприимен, что только жить в нем дожить.

Однако... дела.

Как же то?

Да-да, дела.

Такое очарование, Анна Сергеевна.

Я тоже на мирен завтра уехать.

Колязка у меня очень покойная.

Я могу господвести.

Евгений Васильевич может сдать по штантас.

Так оно будет гораздо удобнее.

Да помилуйте.

Нам с вами не попути.

Далеко до моего дома.

Ничего-ничего.

Время у меня много.

При том у меня в той стороне дела есть.

По водку помню.

Я уверяю, что Колязка совершенно покойна.

И всем места будет.

Аркадий Николаевич.

Не обижаетимся сетниковой отказом.

Я еду с вами.

Ну?

Вот и хорошо.

Мы еще увидимся с вами, не правда ли?

Как прикажутся?

Такой случай увидимся.

Евгений, возьми меня с собой.

Я хочу к тебе поехать.

Садись.

Дрогай.

Належатки друйки.

Вин!

Да, черд знает.

Что за здоровь?

Каждый человек, то не иточки.

Безные же минуты на подниму развернуться можно.

А он сейчас вам придумает себя неприятность.

Портит себе жизнь.

Ты на что намекаешь?

Я не на что не намекаю.

Вот мы попались с тобой в жесткое общество.

И нам было приятно.

Но я прямо скажу тебе.

Мужчина не должен заниматься подобными пустиками.

Мужчина должен быть сверп!

Глосит отличные спаское поговак.

Вот так.

Идешься?

Идешься?

Идешься?

Идешься?

Идешься?

Идешься?

Поговоришь, это совсем почему.

Ахватя Лилан, это в какой-то веке.

Я Лутчика твоего.

Идешься.

Это, конечно, порядки вещей.

Лучше в комнате пройдем.

А вот в семье нем и гость приехал.

Вы уж извините, пожалуйста.

Понимаете, женская слабость, да мужик?

Все обцемать.

Пойдем, пойдем.

Пойдем.

Четка!

Вот радостно.

Инешенька, инешенька.

Четка!

Танка!

Инешенька!

Знакомься.

Аркадник Алаяич Кирсанов.

Василий Иванович, Базаров.

Идем.

Только вы уж не в защите, у меня тут все по простому.

Милостя, просто.

Милостя.

Не будет.

Один влачу, но успокойся.

Сделай одолжение.

Ну что за молодуши?

Господин Господин должен осудить тебя.

Батяшка, имя не в очисту, не имею честно.

Аркадник Алаяич Кирсанович.

Аркадник Алаяич.

Я глупую.

Иди меня.

Уж я бояла, что бруя не дадуть, бою.

Вот и дождалась удары на пун.

Танюшка, приезжай бары не с таком воды.

Да, наподносишь, слышишь?

А вас, господа, поглосить, пригласить в кабинет к отставному ветерану.

К счастью.

А, прошу вас.

Милостя.

Все разочки, а мне тебя и не всечко.

Да какой ты красавчик-то?

Ну, красавчик-никрасавчик, а мужчина, как говорится, амфы.

Амфы.

Ну, а сидеть, я надеюсь, она не на власть и на что.

Насыти в своем отелиской сердце, ты позаботишься, а насыщение своих дорогих гостей.

Ты меня насквозь ревостей, я у меня наук.

Ты меня не видел, я не пойду, я не корвила.

Ну ты, смотри, уж хозяешка, хлопочи и не асрабист.

А вас, господа, прошу за мной, пожалуйста.

Прошу.

А вот и Тимофеич не вился, к тебе на поклон, Евгений.

Чайон обрадовался.

Старый борвался.

Что ведь обрадался, ты, старый борвок.

Мился, прошу.

Я вас предупредил любезный мой посетитель, что мы живем здесь, так сказать,

на дивуак.

Да перестань, что ты перед ним извиняешь.

Скирсана прекрасно знаешь, а мы с тобой не крезы.

И у нас не дворец.

А куда мы его поместим?

Вот вопрос.

Да помилу, Евгений.

У меня во Фриге или отличная комната.

Им там очень хорошо будет.

Я сейчас бегаю и распоряжусь.

Тебе Евгений, я разумеется, предоставлю мой кабинец.

А ты бы Тимофеич пока их вещи принёс.

Так вот.

Фиса, Маника сюда.

Безобавность ты, Каш.

И добрейший.

Так вы сюда, как и вы, как в другом роде.

Вы очень надо болтать.

Тебе... И мать моя, кажется, прекрасная женщина.

Да.

Она у меня бесхитра стей.

О!

Сегодня не ждали вас, батюшка.

Ковяденьки не привезли.

Нет, и сюда нет.

Бедно заговорят не порог.

А сколько твоего отца душ?

Именно и не его, Матюре.

Душь пятнадцать, кажется.

Все двадцать и двя.

Вот видишь, аж двадцать двя.

Через несколько минут ваша комната будет готова принять.

У вас Аркадий Николаевич.

Так кажется, вы изводите величатцы.

А вот вам и прислугаю.

Забот его фетика.

Извините, не защите уж.

Впрочем, трубку он набивать умеет.

Вы ведь курите?

Кулю.

Но...

Вы знаете, я...

Больше вган.

Сигары, Кулю.

И весьма благоразумно поступаете.

Я тоже знаете, отдаю профиранс сигарком.

Но и в наших уединенных краях доставать их крайне затруднительно.

Да полно тебе лаза репет.

Вот свяде сюда.

Сядь на диваны, дай на тебя посмотреть.

Лаза репет.

Ты не подумай, Евгений, что я хочу рожала быть гостем.

Вот в каком захолусте мы живем.

Впрочем, я в томом мнении, что для человека мы, если еще, нет, захались.

Ну, по крайней мере, я вот стараюсь по возможности не заросить, так сказать.

Молхом не отстать от века.

Береживижу.

Да.

Это мне познакомство.

Мой старый товарищ.

Сенька, возьми.

Вот.

Поглядите.

Я ведь что?

Я отставной штабле как волосу.

А теперь вот в огромном и попал.

А я у вашего дедушки.

В бригаде служил.

Да?

Да.

Ммм?

Да.

Много я на своем веку видал, видал.

В каких только обществах не бывал.

С кем только не важивался?

Да.

То самая, которую вы теперь золите, видеть перед собой.

Я?

Упнялся Виткин Штейна.

И к ужуковского пунсчупал.

От всех из южной та армии.

По 14 декабря.

Понимаете, да?

Я всем знал.

Напевчал.

Седка, на беремене тропку.

Ну, знаете, моя дела страна.

Знай свой ландцет и васты.

А дедушка ваш был.

Очень почтенным человеком.

Востоящий военный.

Сознаете, до Бейны была порядочная.

Ах, Евгения.

Ну что за выражение?

Помилосердуй.

Конечно, генял Кирсановне принадлежал к числу.

Ну?

Ну и бросил его.

Я, как подъехал, порадовался на твою березу и рощу.

Славно выйти на лос.

А ты посмотри, какой у меня садик теперьший.

Сам каждая дерева сажал.

И фрукты есть и ягоды всякие медицинские травки.

И как вы там молодые люди не хитрите.

А старик пароцельский, он светлую истино изрелк.

Ингербис, вербис, эд, лапизи-буз.

Пуша не поставлена.

Я ведь ты знаешь, от практики уже отказался.

Но раз-два в неделю приходится стариной трехнуть.

Идут за советом нельзя жгнать.

В шею.

Да и докторов здесь совсем.

Нет.

Садись здесь и сосед.

Представь.

Отставной майор.

И тоже лечен.

Я спрашиваю, учился на медицине.

Мне говорят, нет, не учился.

Он больше все от филонтропти.

Понимаешь, так есть филонтропти, а?

Какого?

Мне же какой худой стал?

А то знаете другой.

Приезжаем к больному, а больной уже от Патрис.

Вот человек его не пускает.

А говорит, теперь больше не надо.

А то ты, твой день ожидал, сконфузился и спрашивает.

А что, Барин перед смертью?

И Кал?

И Калюс.

А много и Кал.

Много.

А, ну, это хорошо.

Да и ведь на зад.

Хечка.

Писька.

Идешься-ка?

Нет, нет, я так.

Мы хотим живем в глуши.

Но в торжественных случаях имеем чем себя повеселить.

Мил, ты прошу.

За здоровье.

Невоцененных посетителей.

Ммм.

Мммм.

А он?

Отпадристо.

А он.

Иди, иди.

Спать хочется.