Original subtitles

Ось, здрасте.

Здрасте.

Ирина Львовна, все уже в операционной.

Здравствуйте, коллеги.

Доброе утро.

Ну что, сраждущий в наркозе?

Давно.

А вы не пререкаетесь, вы по существу говорите.

А я не пререкаюсь. Уже 10 минут вас ждем, Ирина Львовна.

Ну что за тон такой?

Ничего, подождете. Никто не ждет.

Может, лучше я?

Мне лучше.

Ирина Львовна!

Сами, сами продолжайте.

Ирина Львовна, вы же на рабочем месте.

А это не ваше дело, дорогая моя.

При всем уважении, я буду вынуждена донести это до партсобрания.

Ну, пошла отсюда. Пошла отсюда!

Почему именно она?

Необычный специалист.

Ну и в будущем здесь останутся только работники с контролируемыми N-явлениями,

а таких людей вообще не очень много, а специалистов тем более.

Мне кажется, она может подойти для нашего дела.

Какое у нас дело, вы не напомните? Порчу снимать во благо Рубина.

Да. Ну и это тоже.

Наша главная задача исследования N-явлений.

С целью выявления практических аспектов и использования их в различных сферах.

Ясно и понятно. Разрешите идти?

Да. И, кстати, можете так не разговаривать со мной.

Можете как-то проще, спокойнее.

Мы с вами не враги, мы по одну сторону баррикады.

Мы, поймите, находимся сейчас внутри эксперимента,

и у нас с вами одна задача общая, чтобы этот

эксперимент закончился удовлетворительно.

Так что надо как-то налаживать отношения.

Может на свидание сходим? В столовую нашу, да?

А что такого? Муж на стена подвинется.

Ребенок вообще непонятно где. В другом каком-то измерении.

А тут вы из плоти и крови. Сердце уже не прикажешь, да?

Глеб Алексеевич.

Здравствуйте. Пройдемте.

Проходим. Вот здесь у нас будет удобненько.

Здрасте.

На шкулочке. А нам сейчас здоровичка организуют, да?

Сейчас мы доктора подлечим, сейчас состояние-то приведем.

Может как-то осторожней?

Аккуратней можно, пожалуйста?

Нежные все. Каждому подход подавали.

Ну что вы, это же ваша спасительница, ваша помощница.

Это зачем?

Для поднятия духа. Знаете, как помогает.

А может вам спиртику, а? Здоровицу поправить?

Нет, не надо, спасибо. Мое дело предложить.

Добрый день.

Здравствуйте.

Меня зовут Глеб Алексеевич, это Яна Юрьевна, заведующая отделением.

Здравствуйте.

Давайте разбираться.

У вас, значит, проявились некоторые возможности,

в связи с чем вы были уволены,

с последующим возбуждением уголовного дела,

после чьего нанесение телесных повреждений различной тяжести

четырем бывшим коллегам и двум пациентам... Вы это вопрос сейчас задаете?

У вас же есть личное дело, вы зачем меня сейчас отображаете?

Вот смотрите, это Алик, наш научный сотрудник.

Давайте попробуем что-то на нем продемонстрировать.

В смысле? Продемонстрировать что?

Ладно, я не знаю, как вы это называете, порча,

проклятие, просто что-нибудь с ним сделать.

А я так не могу, я по заказу не могу.

Ну, я тогда буду вынужден вас вернуть под арест.

Просто постарайтесь.

Попытайтесь что-нибудь.

Уйди.

Сядь.

Как ощущения?

Как-то по нулям.

Давайте попробуем еще раз, пособорнее, пожалуйста.

Сдохни.

Боюсь, что-то так, может, не надо, наверное. Неудобно перед человеком.

Давайте что-нибудь побезопаснее попробуем.

Не сможет она.

Почему?

Не сможет она, по заказу.

Как я не могу вашего Илью Александровича говорить, начать заставить?

Она не так же, как и вы.

Вы свои способности получили принудительно, а она добровольно заключила договор с НД-1.

Поэтому она должна понимать свои возможности и должна понимать, как их использовать.

Подождите, я ни с кем ничего не заключала.

Ну, вы здесь можете не бояться говорить.

Нормально, вас никто не осудит. Даже наоборот может быть.

Нам просто нужна информация, мы должны понимать, какими возможностями вы обладаете.

И самое главное, при каких обстоятельствах и кому вы присягали.

Подождите, я никому не присягала и ни с кем ничего не заключала.

Вы, может быть, не поняли меня или, может быть, не расслышали.

Я вам повторю еще раз.

Сейчас и здесь у вас последняя возможность вернуться обратно в общество в профессию.

Другой возможностей не будет.

Подумайте.

В третий раз отрекаетесь.

Я вообще не понимаю, о чем вы говорите.

Очень жаль.

Очень интересный был вариант. Ладно, будем искать.

Все, я свободен на сегодня.

Я откуда знаю?

Ну, вы же заведующий. Кому я ничего спрашиваю?

Свободна.

Поговорить пришли?

Ну, давайте поговорим.

Я же сказала, вернетесь.

Тяжело без языка-то?

А вы мне что?

Опять угрозы?

Я не понимаю, почему нельзя по-хорошему?

Ладно, давайте так.

Мы с сегодняшнего дня будем с вами дружить.

Думаете, я не понимаю, зачем вы сюда столько вина тащили?

Потом будете выбирать, с кем удобнее работать.

А я думаю, съедят они вас.

Слишком сильно-то на себя полагаться не надо.

И на них не надо.

А на меня...

можно.

И эту суку, Гюзель Ивановна, или как ее там,

тоже хорошо бы деть куда-то.

При старике еще понятно, зачем нужна была, а теперь к чему.

Я не понимаю, правда.

Вот разберитесь, разберитесь.

А, еще один ингредиент.

Ну, так надо.

Залпом.

Ну, иначе не подействует.

Все, товарищ полковник, можете быть свободны.

Ну, так сразу эффекта не будет, это же не аспирин.

А вот эта сила, раньше как у вас проявлялась?

Во время эмоционального возбуждения или как-то еще?

Вам что, премию дают за сбору анамнеза посторонних? Или просто любопытно?

Не поверите, но это личное.

У меня, возможно, что-то похожее.

А если личное, то вы должны знать, что и как.

Вот я понятия не имею, что это и как.

А вот эти красные пятна у вас откуда? Давно?

Давно. И что?

Ревматоидный фактор не проверяли? Бабочка четко вырисовывается.

Мне, конечно, приятно, что вы так заботитесь о моем здоровье.

Я попрошу тюремного врача, пусть дополнительные анализы назначит. Хорошо?

Да вы не обижайтесь. Мы же от чистого сердца.

Я не обижаюсь. Мне вообще плевать, что вы и зачем.

Нет, сейчас вы не вы ругаетесь. Это у вас нехватка алкоголя, говорит.

А, нутро-то выпить хочется. Да, знаю, знаю, знаю.

Но ничего, ничего. Ревмато вас исправит.

Там водочки-то где взять? Негде. Вот потихонечку-то и отучитесь.

Пока, конечно.

Снимай, говори! Говори!

Отвлекаюсь и убираю. Говори!

Слово спутались, помыслы попутались, прощения прошу...

Все, что хотела забирать, забирай.

Говори!

Руки убери!

Говори!

Слова, слова спутались, мысли, мысли, мысли попутались.

Говори, прощения прошу...

Помогите!

Помогите!

Что значит?

Значит так, ее никуда не увозите, с начальствами я договорюсь.

А вы, давайте, расколдовывайте ее.

Как?

Делайте, что она говорит.

Я сразу скажу, я против.

Ведьму имеет смысл водить в институт, если она может контролировать свои действия.

Я с себя ответственности не снимаю, это я предложил, да.

Но вы же видите, с ней невозможно работать.

Оставьте ее под мою ответственность.

Хотя бы на трое суток.

Хорошо, на одни.

Вообще-то, это в ваших же интересах.

Вас тоже неплохо бы распроклясть.

Для нужд народного здравоохранения.

И обеспечьте мне полный доступ к архиву.

Я видела, вы завозили библиотеку или что.

Это тоже секретная информация.

И да, обяжите Тамару, не помню, как ее поучаствовала.

Ревазовна.

Провести мне консультацию. Благодарю.

Вы напрасно так с ней.

Она же для себя все это делает.

Она сейчас до архива дорвется, с Ириной Львовной

разберется, со своими способностями разберется.

Да, я понимаю, что надо, да, мы к этому стремились,

но как бы нам с ней потом совладать, когда она в силу войдет?

Сильно этим бумажкам доверять тоже не стоит.

Большая часть здесь макулатуры, но ее никто не сортирует.

Несут все, что плохо лежит.

А ты как поняла, что можешь, а что нет?

Нашептали, когда договор зачерчал.

У всех по-разному, тут системы нет.

Да и спросить особо не у кого, видимо, съезд парсии не устраивает.

Странно, что Ирине Львовне никто не нашептал, и мне тоже ничего не объяснили.

Ну, с собой ты не сравнивай, ты другое.

Я себе демона не выбирала, он сам тебя выбрал.

Она рангом пониже.

У нее свой хозяин, вроде твоего, только с другим именем,

другим нравом, другими целями. А кто?

Не ведомо.

Не боишься тут со мной оставаться?

Вдруг скажут, что она горяча.

На каком основании меня тут держат?

Так вас не держат.

Да? А ты?

У меня приказ только сопровождать.

А если я заступил в восемь утра?

Что мне скрипсти должны?

Что им на эксперимент мне к полудню позволить?

Я считаю, что у меня часы должны капать по за ранку. Правильно?

Полностью согласен.

Чего?

Если у меня сердце демона, то, может быть, я могу ее переподчинить?

Ну, нет.

Это будет война.

Ты при всем уважении пока сама собой не владеешь.

К тому же, мы даже не знаем вероятного противника.

Как ее спросить, видишь?

Она на любой вопрос, как на красную дрябку, реагирует.

Может, сама не знает, а может, знает, да не помнит.

Не все же драмами договор заключают.

Что ты сказала?

Люди при разных обстоятельствах силы на себя берут.

Кто-то их знать не знает.

Что ты хочешь?

Не про это.

Про красную дрябку.

Я где-то тут видела.

Вот. Да. Где-то здесь. Да.

Демон красной луны.

Нехорошая идея. Я наверну.

Если все так не действует, то это большой риск. Поверь мне.

И где она?

Ну, ты даешь.

Давай еще.

Ну, лей, лей.

Начальство кондепает.

Здравствуйте, Ирина Львовна. Небольшой эксперимент.

Пожалуйста, смотрите сюда.

Убери.

Что чувствуете?

Убери!

Ну, видимо, на меня это не действует.

Убери!

Больше вопросов не имей.

Красные пятна на лице один из признаков аутоиммунного заболевания.

Волчанка его называют из-за древнего поверия.

Раньше считалось, что форма пятен напоминает укус волка.

В одной из ваших книг есть статья о демоне красной луны.

Ну, вы лучше меня должны знать. Вы же у нас богослов или демонолог.

Как правильно?

То есть, это существо, если можно его так назвать,

относительно невысоко находится в иерархии N1D.

А люди, которые заключают с ним договор, подвержены тяжелым зависимости.

Получается, что их сила также проявляется неравномерно.

Но считается, что пациенты этим типом заболевания или одержимые, как угодно,

реагируют на красную луну.

А на самом деле реакция проявляется на любой красный спектр,

потому что поле этого цвета наиболее активно.

А в нынешних условиях пациенты этого типа находятся в куда более стрессовой ситуации

из-за обилия красителей соответствующего цвета.

Особенно у нас в стране.

Здорово. Это очень здорово, что вы углубили стеорию.

Мне это нравится. Это очень полезно.

Но как мы будем решать главную проблему?

Ирина Львовна пока совсем не готова к сотрудничеству.

Она себя не контролирует.

Чтобы понять причину, мне нужно собрать анамнез.

Выяснить, почему во время заключения договора ей никто ничего не объяснил.

Раз уж такое правило существует.

Для этого мне нужно проявить ее силу в лабораторных условиях.

Хорошо. Что от меня требуется?

Что это такое?

Это аппарат хромотерапии.

Пытать будете?

Экспериментировать.

Вас когда-нибудь подвергали гипнозу?

Нет, но если честно, я не очень в это верю.

Забавно, учитывая все остальное.

В гипнозе ничего мистического нет.

Это как раз моя специальность на стыке неврологии и психиатрии.

Попробуем вас расслабить.

А потом... Вы врач.

Должны понимать, нам нужно довести вас до крайней

точки для того, чтобы докопаться до причины.

Готовы, Олег?

Это вряд ли будет приятно.

Но вы здесь добровольно, поэтому если будете не согласны с какими-то моими выводами,

можете отказаться и вернуться назад.

Хотя...

Я бы с вами поработала.

Ну, хорошо.

Мои слова будут течь сквозь вас.

А вы услышите только то, что хотите принять.

Здесь безопасно.

Здесь спокойно.

Старайтесь дышать глубоко.

Ваши веки тяжелеют.

Вам хочется закрыть глаза.

Мышцы не должны быть напряжены.

Помните, что вы здесь полностью все контролируете.

Старайтесь поймать ритм дыхания и следить только за ним.

Сосредоточьте взгляд на одной точке в аппарате.

Вам не мешают никакие цвета.

Почувствуйте себя так, будто вы спускаетесь по ступеням вниз.

Один шаг.

Два шага.

Три.

Ваше тело проплывает через пространство, опускаясь все глубже.

Но вам не страшно.

Я хочу, чтобы вы вспомнили, когда заключили контракт.

Давайте, выключите, пожалуйста. Я не хочу.

Нет, нет, нет. Остановите, пожалуйста. Я не хочу.

Сосредоточьтесь, если нужно спросить.

Я не хочу.

Оставьте меня.

Оставьте меня!

Здравствуйте. Мы от Ивана Ильича. Можно?

Здравствуйте. Проходите.

Пошли. Давай, давай.

Много пьешь?

Я как все.

Да не как все он пьет. Не как все.

Давно?

Чего давно-то?

Да как родился, так и пью.

Ладно.

Ложись.

Давай.

Ты меня, что ли, здесь держишь?

Все.

Ильич сказал, чтоб не перечили.

Да, сказал. Сказал. Простите.

Ложись давай. Давай сюда. Быстро.

Ты чего там задумала?

Лежи спокойно, пожалуйста. Не дергайся.

Ты чего?

Да ты что?

Иди, иди, подержи. Иди же!

Я тебе сказал, не дергайся!

Тихо, не дергайся.

Никуда не прячься. Ни дома, ни здесь.

Ни у динара, ни под прилавком, ни у племянников.

Я его в язык твой вытащу, обмотаю вокруг шеи и задушу.

Тут шайтан. Это очень плохо. Шайтана убивать надо.

Не надо, не надо, пусть я... Отпусти ты! Обмотаю вокруг шеи!

Как же ты глупая!

Сейчас, сейчас, сейчас, сейчас, миленький мой, сейчас я все исправлю.

Я все поправлю, я сейчас, я сейчас вызову

скорую, они быстро приедут и все исправят, ладно?

И помогут тебе. Ты только полежи спокойно.

Соглашайся и принимай.

Что?

Скажи же, соглашайся и принимай.

Соглашаюсь и принимаю.

Да пошли вы нахрен с вашим трудом, что ли? Нашли лысого.

Ведьма, которая не знает, что заключила договор.

Самое неприятное, что может быть.

Подписываешь себе приговор и ничего не получаешь за него.

И зачем нужны эти силы, если не знаешь, каким им пользоваться?

Вы меня спрашиваете?

Да, и вы тоже.

Забора все взял, завтра посмотрим по результатам.

Если это вообще кому-то нужно еще.

Только формально. Завтра отправим ее назад.

Спасибо за проделанную работу, все-таки это было не напрасно.

Какую-то методологию из этого можно вычленить.

Хромотерапия пациентов СНД, это ваш ноу-хау.

А вы всегда такой?

Какой?

Утилитарно направленный.

Вас хоть что-нибудь интересует, кроме целесообразия?

Какие-нибудь люди, я не знаю, судьбы?

Конечно.

Да? А что конкретно?

Вы.

Не смущает, что муж рядом?

Нет.

Ты видел, какая гниль вообще?

Это он меня специально провоцировал, чтобы я в драку полез. Ты видела?

Чтобы был повод мне отсюда вышвырнуть.

Ну, конечно, я не ведьма, не демон, не сектовед из конторы. Я тут на птичьих правах.

Все плохо, да?

Угу.

А вы тоже вроде как ведьма?

Хуже?

Ой, хрен с ним.

Можете мне водки добыть?

Мне отсюда выходить нельзя.

Не думаю, что это хорошая идея.

А какая хорошая?

Все равно сяду.

Алкоголь помогает убежать от реальности.

И от тюрьмы.

Так в том-то и дело.

Водка хоть немного примеряет с этой жизнью.

Своего рода анестезия.

Без нее очень больно.

Что?

Что если алкоголь – это инструмент иммунной борьбы?

Доброй ночи, Яна Юрьевна.

Добрый.

Иммунная система при волчанке атакует здоровые клетки,

потому что они в состоянии отличить их от нездоровых.

А что если в нашем случае алкоголизм – это форма аутоиммунной борьбы,

когда организм пытается подавить волю сущности, с которой заключен договор.

А красный цвет провоцирует ее на агрессию, которую она лушит водкой.

Не успеваю за вами.

Мы ослабим ее демона алкоголем.

Коротковременно.

Но этого должно хватить для того, чтобы я смогла заключить с ней новый договор.

Теоретически.

Какой договор? Вы понимаете, о чем вы говорите вообще?

Мне еще войны Люцифера с Красной Луной не хватало.

Непрофессионально, Глеб Алексеевич.

НД-1Л с НД-1К.

Или у вас других ведьм врачей по Союзу полно раскидано?

Я очень давно договор заключала.

Может, что-то поменялось, может, изменилось.

Ну, в принципе-то там все очень просто.

Там всего две штучки-то надо.

Первое.

Это кровь.

Кровь-то что такое?

Это информация. Правильно?

Вот как организм будущей ведьмички на мерке-то сменится хозяина?

А, только через кровь получается.

Можно, конечно, через порез.

Но мы же не знаем, как у вас все там сложится.

У нее хозяин свой.

Надежнее, конечно, через переливание.

Вот моя. Вторая положительная.

А вот Ирина Львовна со своей третьей отрицательной.

Полная несовместимость.

Какие варианты?

Теоретически, человек с первой отрицательной

группой крови является универсальным донором.

А практически?

А практически надо пробовать.

Как через фильтр?

Не понял.

Ну, все просто же.

Получить дозу наркоза и посидеть, полежать два-три часа.

Вы являетесь универсальным донором. Понимаете?

Мы просто подключим вас к аппарату через катетер, и вы заснете.

Вы даже ничего не почувствуете. Скорее всего.

Заснуть-то я засну.

А вот проснусь потом.

Я когда на службу заступал... Присягу давали.

Ну вот, исполняйте.

Сложу Советскому Союзу.

И все обмотать нужно, чтобы красное нигде не подмигнуло.

И второе. Второе — это хорошие слова.

Это вы знаете, это как на границе.

Ну, пароль, да? Пароль — ответ.

Чтобы тот, кто договор там рассматривает, понимал, что у нас все в порядке.

А, да. Помню, товарищ Старикова в пятьдесят втором году девочка была.

Так вот она никак слова не могла запомнить.

Не знаю, что у нее со слухом, что ли, что-то я не понимаю.

Не отвлекайтесь.

Кто-то что-нибудь объясните мне, пожалуйста.

Просто как вспомню, так у меня прям жалко ее.

Ну, в общем-то, все. Все очень просто.

А загвоздочка одна у нас, Ирина Львовна, она же хозяйская.

Это ведь как чужую жену вести.

Попробовать, конечно, можно, а можно и похари получить.

А вот Яна Юрьевна, она вообще сама не в себе.

Ни хозяина не чувствует.

Ни своей силы не понимает.

Как бы вам не помереть-то?

А что же мы делать-то будем, а?

Что, начнем?

Ну, я так не могу.

Как так? Вы же любите выпить.

Ну, что вы, правда, со мной как с алкоголичкой.

Ну, если хотите, можем внутривенно вести, если так удобнее будет.

Еще под присмотром.

Одное.

А поговорить?

Минуточку, подождите.

По лекарственным остаткам, вот вопрос, если нужны дополнительные препараты,

то просит уже, ну, как бы напрямую с Министерством здравоохранения согласоваться.

Да, мы приняли.

По кадрному вопросу...

Простите, пожалуйста.

Товарищ полковник, можно вас?

Очень важный вопрос, исключительно ваша компетенция.

Ну, что вы, за здоровье, да?

Смешно.

Кого-то попроще не могли позвать?

Продолжайте, пожалуйста.

Так, Яночка Юрьевна, присаживайтесь вот сюда.

Вот так вот.

Ой, нет, пожалуйста, давайте только не она, ладно?

Спокойно, я сделаю.

Эдитные все стали, то не то, это не так.

Здоровье, товарищ полковник.

Так каждому катетер вставлять никаких сил не наберешься.

Их вон сколько, а я одна.

Ирина Ивановна, попробуйте до носа пальцем дотронуться.

А что?

Все.

Ладно.

Гузель Фархановна?

Я спрашиваю тебя, знать не знаю. Главное, чтобы сознание не потеряли.

По последней, по последней.

Ну что молчишь-то, собутыльник?

Я же тут тебя...

Я же тут тебя...

Заговорил?

Заговорил я тебя, твою мать, заговорил!

Поздравляю.

Все, дальше без меня, дальше без меня.

Заговорил!

Я прошу прощения, мне кажется, если мы хотим видеть Ирину Львовну в сознании,

лучше остановиться.

Так, все значит так, у нас аппарат диализа готов.

Все красненькое мы закрыли.

Ну что, можно начинать, да?

Ну вы же знаете формулу, начинайте, пожалуйста.

Так, значит так, Яна Юрьевна, вы должны попросить, чтобы она приняла.

А она должна согласиться.

Надо, чтобы вы попросили, она бы поняла, услышала и приняла.

Но я не знаю, как просить, что говорить надо.

Да тут неважно, что говорить, главное от сердца, это же не на экзамене.

Хорошо, я попробую.

Я хочу попросить вас принять, согласиться.

Согласиться на то, что я стану вашей хозяйкой?

Хозяином, хозяином.

Хозяином.

А вы станете моей... Подчиненной сотрудницей.

А вы станете моей сотрудницей.

Да-да-да, а вы должны все повторить и сказать, мол, все так и будет.

Несут, что хотят.

Давайте, пожалуйста, Ирина Львовна.

Ну как, я...

Я соглашаюсь стать вашей сотрудницей.

Ян, что?

Ян?

Что такое?

Адреналин.

Ой, да какой адреналин, доктор?

Да вы что, до такого смерти даже притрагиваться нельзя?

Вы что, так шандарахник, мало не покажется?

Тихо-тихо-тихо-тихо.

Все-все-все, все будет хорошо.

Сейчас, моя хорошая, сейчас.

Извините, коллеги, задержалась.

Ты что делаешь, безумская дрога?

Ты что делаешь? Ты что, специально, что ли, специально?

Милый мой.

Прости меня, я виновата.

Прости.

Мой хороший.

Кто ты?

Я не знаю.

Кто тебе дал право забирать мое?

С тобой она не может жить нормальной жизнью.

Я не спрашиваю про нее. Я спрашиваю про тебя. Кто дал тебе такое право?

Я сама решаю, кого забрать.

Вы ходите в темноте, двое в одном теле. Один немой, вторая слепа.

Но когда он заговорит, тебе не будет больше места.

Я не понимаю.

Все так и есть. Ты не понимаешь. Вне тебя только твои враги. Когда поймешь, будет уже поздно. Им все

равно с кем быть. Они пришли к тебе, потому что ты была рядом. Но они придут и к другому. Не обольщайся.

Не обольщайся.

Обольщайся.

Станет ей.

Тихо, тихо.

Сработало, кажется. Переподписали.

Как себя чувствуете?

Все нормально, все нормально.

Ирина Львовна, я понимаю, что тяжело. Нужно проверить.

Нет, нет, ничего.

Ведите, пожалуйста.

А у вас, кажется, волчанка ушла.

Это наш новый алик. Давайте попробуем что-нибудь. На ваш выбор.

А что пробовать?

Я и так чувствую, что ему страшно.

Мне?

Подойдите.

Ближе.

А теперь ложитесь на пол. И хорошо, качественно обойтись.

Ну что, с трудовой оформлять будем?

Полный естут бессовщины. Головы лишь некому.

У нас пивень есть.

Как ты, моя собутыльница? Жить будет?

Будет.

Да, но меня больше другое беспокоит. Не кажется вам, что я на Ю-Йорке?

Я не хочу, чтобы вы уходили.

Ваше предложение.

Пока никаких. Просто хотел сверить ощущения.

Продолжаем наблюдать.

Но я бы на самом деле и про вариант беты не забывал.

Раз уж голос появился, может быть попробуем санкционировать контакт?

Я бы попробовал.

Как вы мне все дороги.