Original subtitles

ИМЯ РОЗЫ

Не бойся.

Я о тебе позабочусь.

Ничего не бойся.

Ты проспала весь день.

Ты меня напугала.

Выглядишь как мальчик.

Что с тобой случилось?

Рана заражена.

Мои родители всему меня научили.

Я не понимаю.

Не бойся.

Всё хорошо.

Спасибо.

Братья мои.

В связи с этим торжественным случаем

дозволяю всем вам не соблюдать тишины за трапезой.

Не вижу архиепископа cарагосского.

Слышал, он просил у Северина немного мирры.

Нутром слаб.

А теперь Отец-келарь

расскажет, что нам приготовили повара.

Благодарю, почтенный Аббат.

Сегодня вам подадут тушёных голубей,

а также кроликов,

рис с миндалём, растущим на холмах,

пироги с бурачником, оливки,

жареный сыр,

баранину, белые бобы, а также большой выбор вин и ликёров.

Надеюсь, вы насладитесь трапезой.

Не забудь мой нут.

Преподобный Бернард,

предполагаю, что Вы знакомы с братом Вильгельмом.

Слава Бернарда преподала мне урок

и вдохновила на многие важные решения,

что я принял в жизни.

Похоже, теперь,

по просьбе Аббата, я вынужден озаботиться прискорбными событиями,

от которых очевидно разит нечистой силой.

Я ставлю Вас в известность,

так как знаю, что в давние времена и Вы боролись с нами бок о бок.

На стороне добра, против вездесущих сил дьявола.

Верно, но я оставил этот труд.

Мне не хватило духу судить нечестивцев за их слабости,

ведь я понял, что те же слабости присущи и святым.

Можете ли Вы сообщить что-либо касательно недавних злодейств.

Нет, к прискорбию.

Скромный дар аббатству от Его Святейшества.

Покорно благодарим Его Святейшество.

Подарок аббатству.

Иисус на кресте с кошелём.

Это символ.

И Вы знаете символ чего.

Того, что Христос дозволяет использовать деньги

для нужд религии.

Мне несомненно известно Ваше отношение к францисканцам.

Все мы так или иначе общаемся разными символами.

Слова тоже символы.

Что до меня....

Мой символ исполнен искусным мастером,

но я его истёр,

пройдя многие мили,

донося слово Христа бедным и угнетённым.

Благодарю почтенного Аббата за оказанный нам прекрасный приём

и за прощение, что он дарует нам после.

За грех чревоугодия, всеми сейчас совершаемый.

Инквизитор знает тебя.

Я для него лишь таракан,

таких он не запоминает.

Надо бежать.

"Си", инквизитор узнать тебя, тогда беда.

Офицер рассказал,

Пьетранеру залили кровью.

Анна?

Брат Вильгельм,

мне известно, что Вы здесь не один, что при Вас есть спутник.

Верно, мой ученик.

Надеюсь, он из тех учеников, что прославляют учителя,

а не позорят.

Адсон!

Он, верно, францисканец?

Я был послушником в бенедиктинском монастыре в Мельке.

Немец.

Да, Ваше Преподобие.

И где же ты встретил учителя?

Во Флоренции.

Правда? Но что послушнику бенедиктинцев делать во Флоренции?

Хотел повидать Италию.

Сердце христианского мира.

Взрастить чувство прекрасного.

Сядь, юноша.

Смотрю, ты избегаешь вина.

Да, сэр.

Как и мой учитель.

О да,

мы наслышаны о его добродетелях.

Брат мой,

Его Святейшество благодарен тебе за письма

и за то, что держишь его в курсе всех местных обстоятельств.

Наше аббатство, Ваше Преподобие, стоит превыше войн.

Но моя преданность Папе Иоанну превыше невмешательства.

Как считаешь, кто из местных мог найти убийства достойной забавой?

Как я знаю, одной из жертв пал твой помощник.

Да.

Самая горькая из потерь.

- Да. - Невосполнимая.

И Вильгельм Баскервильский, и наш Аббат подозревали его.

Теперь нет.

А ты, кого подозреваешь?

Никого.

Истина, Ваше Преподобие, - никого.

Но не могу отрицать, что всё началось с прибытием францисканцев.

- И ты предполагаешь... - Нет.

- Здесь... - Нет.

В аббатстве?

Не думаешь, что присутствие францисканцев оберегает убийцу.

Не знаю.

Честно, я даже не представляю.

А Аббат?

Сами увидите, достоин ли Аббат доверия Папы.

Довольно ли его добродетелей, чтобы возглавлять святое место.

Что ещё поведаешь?

В последние дни кто-то тайком шныряет по аббатству ночами.

Порой мне кажется, что когда я запираю храмину,

кто-то прячется внутри.

Недавно я даже узрел явные свидетельства вторжения в библиотеку.

Что знаешь ты о Ремигии Варагинском?

При чём здесь он?

При том что лицо его знакомо.

Почему-то память моя сохранила...

его образ.

Ремигий!

Ремигий!

Что Вам снова от меня нужно?

Молю Вас...

"Прего, грандиссимо магистр"!

Не погубите бедного Сальватора

и "бониссимо" Ремигия.

Сальватор!

Спасите нас от инквизитора "дьябло"... Скажите, что...

Хватит!

Клянусь, никому не раскрыть ваших секретов.

Ступай, поспи, Сальватор.

Спасибо... Благодарю Вас.

"Мерси."

Аббат принял Ремигия Варагинского 15 лет назад.

При нём был этот монстр, Сальватор, бумаговар.

Я не знал, откуда они пришли.

Но после, однажды

Ремигий дал мне несколько запечатанных конвертов

и попросил навеки сокрыть их в библиотеке.

А ты что сделал?

Поклялся запереть их в Пределе Африки.

Где?

В самой тайной зале библиотеки,

Пределе Африки.

Конечно, он не сказал, что было в тех конвертах?

Разумеется.

- И ты не открывал их? - Никогда.

А если я попрошу показать их мне?

Я поклялся не показывать их никому, пока жив сам Ремигий.

Понимаю.

Доброго тебе вечера, брат.

И Вам, Ваше Преподобие.

Если считаете, что в обители у Вас два врага,

лучше открыться тому, у кого нет стража.

Поверьте.

В бытность францисканцем я встретил Дольчино.

Поверил в его проповеди, как многие до меня.

Я человек неучёный,

меня трудно на что-то сподвигнуть.

Однажды я восстал против господ,

и вот служу им.

Предай или бунтуй.

У простых людей мало выбора.

Вы пришли остановить нас?

Были ли Вы так самонадеянны, что понадеяться остановить Дольчино.

Или армию Папы,

или Бернарда Ги.

Кое-кто уже нацелил на Вас копьё,

но Маргарита...

остановила его.

Им были Вы.

Не знаю, как описать всё это - праздник шутов,

волшебный карнавал...

Ваше Преподобие!

Ваше Преподобие.

Ступай в келью Ремигия Варагинского и приведи его.

И приставь охрану к храмине.

Всякого, кто выйдет из неё ночью, арестуйте.

Там, в горах, с Дольчино были тысячи.

Вскоре нам не осталось ничего,

кроме как поедать плоть павших в битве товарищей.

Но даже в те дни вокруг царил дивный дух свободы.

Да! До того свободы я не знал. Мы все...

Мы считали это истиной.

И всё, что мы тогда делали, - истиной.

Там Вы

и привыкли свободно единиться с женщинами.

Юный монах,

что вечно сидел в четырёх стенах.

Ты решил, что дьявол внушает нам желания?

Нет.

Они - сама жизнь.

Что делать вы у дома Ремигия?

Где он?

"Ми" не знаю,

но Ремигий - добрый человек.

Оставьте его, "сильвупле".

То был новый, особый опыт -

жизнь без господ.

Но с Богом,

чью милость нам обещали.

Бойся пророков, Адсон, и тех, кто готов умереть за правду.

Ибо обычно многие умирают вместе с ними, часто раньше них, а порою и вместо.

Да, всё верно. Я не считаю Дольчино правым.

Я оказался здесь, потому что покинул его раньше прочих.

Говорю, то был дивный карнавал.

А во дни карнавала нарушается любой порядок.

Нет, Ремигий, стойте.

Полагаю, Бернард выставил стражу, чтобы никто не вошёл в храмину ночью

и не вышел.

Всегда нужно мыслить подобно врагу.

Как же нам выйти?

Через оссуарий.

Оссуарий?

Оссуарий.

Надеюсь, Вы не страшитесь черепов.

Господь мой, Иисус Христос.

Плоть моя не достойна принять тебя.

Но скажи слово и моя душа...

Моя душа...

Боже...

Боже...

У меня для Вас весть, она не добрая.

В аббатстве живут двое, бывших с Дольчино, -

келарь и странное создание, что варит бумагу.

Коль Бернард прознает, то обратит против нас.

С таким предлогом нас легко будет обвинить в ереси.

Наши противники - худшие из инквизиторов, что рождались от сатаны,

и позорнейшие из Пап, что занимали престол.

Я бы хотел достичь с ним мира.

Я лишь попрошу его принять прямые слова из Писания.

Мы пришли защитить Святого Франциска

и желаем только свидетельствовать о нуждах нового века.

Века свободы, благости и духовной жизни.

Мы пришли, дабы затем по праву говорить,

что перемены в человеке нуждаются в поддержке и защите церкви.

Церкви нужны перемены.

Людям пора иначе жить, мыслить и уважать друг друга.

Во имя Отца, сына и Святого духа.

Аминь.

Сегодня, между полуднем и вечерей,

начнутся наши прения.

Да освятит каждого из вас святой дух.

Справедливость!

Новая церковь!

Давным-давно, в годы юности, я перевёл с греческого стих,

кой я помню до сих пор.

Звался он "Зло".

"И Зевса общий поразил недуг.

Преклонность лет, в которой больше мук,

чем в смерти.

У Бога и зловеща старость,

коль на темноту помножит боль,

где и не знаешь, кто же тебе леп,

покуда сам ты слеп."

Не смейтесь.

То был стих Мимнерма, Ваша хмурость.

Иоанн Златоуст говорил,

что Христос не смеялся никогда.

Через 4 века после смерти Христа.

Иисус никогда не говорил о комедиях и баснях,

он изрекал лишь ясные притчи.

И добродетель не может быть осмеяна.

Вижу в смехе доброе лекарство, подобно ваннам.

Ванны полезны, они восполняют телесные соки.

Смех сотрясает тело,

искажает черты лица,

уподобляя его морде обезьяны.

Обезьяны не смеются.

Смех присущ лишь человеку. Это признак развитого ума.

Не всё, что присуще человеку,

достойно его.

Когда Святого Лаврентия положили на решётку, он попросил палачей перевернуть его,

сказав, что одна сторона его уже испеклась.

Я построила себе дом.

Попробуй.

Это пирог.

Очень вкусный.

Нравится?

Возьми.

Не бойся.

Я могу.

Я хочу.

Счастлив видеть Вас, Ваше Высокопреосвященство. Вы добрались.

Хотя жители Болоньи пытались убить Вас.

Я пока к смерти не спешу.

Вы точно вовремя.

Прения вот-вот начнутся.

Мне лишь нужно окропить лицо.

Прошу, проводите Преподобного Кардинала Де Пюже в его покои.

И прошу, пришлите мне бутыль вашего красного вина.

Как прекрасен порой бывает мир.

Ремигий Варагинский.

Ваше Преподобие.

Я искал тебя, чтобы побеседовать, но ночью тебя не было в келье.

Не было.

Ночами я спасаюсь от головной боли лишь прогулкой.

Один гуляю по лесам.

С волками?

О нет, я боюсь волков, Ваше Преподобие.

И беру с собой пищу на случай их голода.

Так ты раздаёшь милостыню волкам?

Приди, сядь со мной,

помолимся.

Я чувствую, будто видел тебя раньше, прежде чем ты пришёл в это аббатство.

Нет, Ваше Преподобие.

Прежде мы не встречались.

Кем ты был, пока не стал местным келарем?

Я жил при многих монастырях.

В Бельгии.

В лавернской обители Тосканы.

- Во францисканской лавернской обители? - Да, Ваше Преподобие.

Бог мой.

То было логово страшных заблуждений.

Там было много богословов,

но я был лишь скромных прислужником.

Только прислужником, работал на земле.

Лопатой, не словом.

Ещё вопрос.

Встречал ли ты раньше Вильгельма Баскервильского?

Нет, никогда.

Только здесь.

Позволите мне уйти?

Иди с миром.

Я навеки Ваш верный слуга, Ваше Преподобие.

Брат мой.

Ваше Преподобие.

Скажи,

что ты знаешь о послушнике брата Вильгельма?

Недавно я послал почтового голубя в его аббатство в Мельке.

Этот Адсон - сын генерала императорской армии.

Немецкая змея.

Так Вильгельм привёл шпиона.

Проследи, чтобы ни змеёныш, ни гости-францисканцы

близко не подходили к голубятне.

Я Вас не подведу.

Где Ваш ученик?

Скоро придёт.

Надеюсь.

Не надо, он хороший.

Кто ты?

Кто ты?

Что ты здесь делаешь?

Ты ранена?

Ты выздоравливаешь.

Она спасла меня.

Кто она?

Та, что бежит от войны.

Ты её понимаешь?

Да.

Так скажи, что я безмерно благодарна.

И пусть покажет коренья, что остановили заразу в ране.

Я не сказал, что говорю на её языке, я только понимаю её.

Ясно, ты понимаешь её так же, как и я.

Как зовут тебя?

Адсон.

А тебя?

Анна.

- Анна, почему ты с оружием? - Я охочусь.

И рану получила тоже на охоте?

У тебя свои причины быть здесь, у меня свои.

Далеко ли аббатство?

По дороге час пути.

Через лес куда быстрее.

Приветствуем всех

на наших прениях,

которые определят будущее нашей церкви

и нашей веры.

Приветствую вас на диспуте о бедности.

Должна ли церковь отринуть свои богатства?

Братья из францисканского ордена, коих возглавляет Михаил Чезенский,

в Перудже в 1322 году

провозгласили отказ от владений и от мирских благ.

После такого Папа Иоанн был вынужден выпустить буллу "Cum inter nonnullos",

в которой францисканская доктрина объявляется ересью.

Мы не принимаем сие решение.

Я служу Вильгельму Баскервильскому. Я его ученик.

Булла Папы Иоанна прямо велит - любые заявления о лишении церкви средств

отныне считать ошибочными и еретическими,

поскольку они противоречат Святому Писанию.

Что даже в мыслях есть святотатство.

Император использует францисканцев.

Он желает опорочить Папу и зовёт его противником мира.

Вовсе нет.

По сути, да.

Почтенный Аббат.

Мы, францисканцы,

считаем, что жертва,

тайная или открытая,

бывает только

достохвальной

и святой.

Христос учил сему в проповедях

и подтверждал своим примером,

указывая нам путь к совершенству.

Как сказал Святой Павел, у нас есть пища,

у нас есть чем прикрыть наготу.

И этого довольно.

Большего не нужно.

Отрицать это - есть ересь.

Как ты смеешь?

Все права гражданина, касаемые принадлежащих ему благ,

писаны в законах.

Христос,

как смертный человек, с момента зачатия владел мирскими благами.

А как Бог получил от отца власть над всем сущим.

Папа - его наследник.

Лука в 6-й главе гласит, что Христос отрекается от власти и владений.

А у Матвея в главе 19-й

Пётр должен оставить всё, чтобы пойти за Христом.

Разве сама жизнь Христа не должна служить примером для церковников?

Можем ли мы, последователи Христа, дозволять себе владеть многими вещами?

И даже стяжать землю, драгоценности, дома или деньги?

Будто наше спасение не в духе, любви, мире и справедливости,

но в презренной власти, которую стяжавшему её якобы даёт золото.

Вы, францисканцы, шли с оружием на доминиканские обители,

раздевали монахов догола, обрекая их на нищету.

В Европе 30 тысяч францисканцев.

Мы не можем отвечать за безумие горстки фанатиков.

Бог смотрит в чистые ладони, не в полные.

Как смеешь ты винить нас в нечистоте рук, будто ростовщиков.

Нет, это ты уподобил Христа слуге маммоны.

Ящик навоза!

Следите за устами. Прошу.

Ваши еретические письмена и вдохновили императора.

Твои письмена его бы не вдохновили,

ведь ты-то безграмотен.

Я...

безграмотен?

А Франциск что, грамотен?

Он болтал с гусями.

А что скажете вы о расценках на святое покаяние,

которое помогает Папе обращать грехи служителей за немалые деньги?

Придержи-ка язык, боров, сын потаскухи!

Вот что пишет ваш Папа:

Если священнослужитель совершает грех,

плотский грех с монахиней,

родственницей, либо иной женщиной,

он будет прощён, лишь когда уплатит 67 золотых монет.

Если совершит содомию, заплатит 2 сотни монет.

Но если только над мальчиками

или с котом, а не над женщинами,

плата сокращается до сотни.

Позорная клевета.

Как смеешь ты...

- Нет, нет, нет. - Еретик!

Прошу, братья!

Прошу, прошу!

Братья, прошу!

Дражайшие мои братья!

Братья, мы воротимся к прениям завтра, после утренних молитв.

Услышьте, что больше я не потерплю подобных сцен.

Каждого, кто перейдёт границы, изгонят.

Разве нет лучше доводов за или против бедности Христа?

Вопрос не в том, был ли беден Христос, а в том, должна ли быть бедной церковь.

И бедный не значит голодный, либо нищий,

но что важнее, лишённый права влиять на мирские законы.

Вы это скажете, когда слово дойдёт до Вас?

Если мне и дадут сказать, прежде чем поубивают друг друга,

я зажат между двумя враждующими силами,

как осёл,

что не знал из кого из двух стогов отъесть.

Сработала. "Бониссимо" ловушка.

Я иду, "пуэлла".

Дивный запах!

Любить тебя.

Не трогай меня!

Сальватор любить тебя.

Ты делаешь мне больно!

Нет, нет.

Отпусти меня.

Отпусти меня!

Нет. Ты меня полюбишь.

Прошу Вас выслушать мою исповедь.

Я ожидал этого.

До этого дня я мог сознаться в желании,

но сегодня в более серьёзном грехе.

Я вступил в плотскую связь с той девушкой.

И знаю, что согрешил,

ведь выбрал поприще монаха.

- Выбрал ли? - Да.

Я так думаю.

Адсон, ты согрешил, несомненно,

против заповеди, что велит не прелюбодействовать.

Но в твою защиту скажу, что ты оказался в положении,

в котором и Господь наш в пустыни не смог бы устоять.

Твой грех не должен повториться.

Но не так ужасно, что ты всё же соблазнился.

Если серьёзно,

монаху полезно хоть раз в жизни

испытать

плотскую страсть.

Дабы потом он с милостью и пониманием

относился к грешникам, а не слепо судил их.

Мой разум видит в ней причину моего греха,

но сердце

зрит лишь...

вместилище добродетелей.

Придёт время, и ты сможешь решить.

Ничто так не смиряет дух, как долгая молитва в церкви.

Я простил тебя, но простил ли Господь...

Ступай и спроси Его прощения.