Original subtitles

Холодного подай!

Холодного!

Ой!

Ах ты, косорукий.

Ты совсем распоясался без Харитона?

Думаешь, кроме пахана, никто тебе не указ?

- Что ты, я даже не думал. - Я сейчас эту придурь из тебя выбью!

Я, что ли, твой топор взял?

Приятного аппетита.

Мы ж с вами толком и не познакомились.

Меня Иван зовут.

А… Андрей Наумович.

Андрей Наумович, скажите, а вы правда в обкоме работали?

Мен…

Меня…

Уж год никто на «вы» не называл.

Здесь-то как оказались?

Харитону просто приятно было,

что обкомовский работник для него закуски подносит.

На самом деле я в исполкоме работал, а потом перешел…

В Горьковский отдел Госплана,

а там забирать стали и…

Ко мне пришли.

Я просто это увидал и…

Ушел из дома.

Негде было укрыться?

Теперь вот думаю,

лучше бы меня тогда забрали,

чем вот так.

Без Харитона Сивый вообще озверел.

Он замордует меня просто.

Что-нибудь придумаем, Андрей Наумович.

А в каком отделе исполкома работали?

В плановом.

В плановом…

- Так, собралась? - Да.

Ключи занеси.

Да, хорошо.

Ну что, есть где ночевать?

Конечно, в библиотеке у меня раскладушка. Серафима Ивановна, спасибо вам огромное.

Так, тихо, тихо, тихо, все спокойно.

Так.

- Не кури, я сказала. - Извините.

Добрый день.

- Где она? - Налево, вторая дверь.

Ага.

Здравствуй.

Я…

Твой муж.

Ты — моя жена, и мы семья.

Я ошибся.

Я усомнился в твоей верности и…

Обвинил тебя в измене.

Я прошу у тебя за это прощения.

Я вспомнил, как ты сказала, что хочешь ребенка.

Я тогда отшутился и…

Дескать, получу майора — и тогда поговорим,

но сейчас вспомнил об этом.

И…

Давай родим ребенка, я построю дом.

И мы заживем заново нашей семьей.

Нет.

Поздно.

Паша…

Ну, пожалуйста, пожалуйста.

Я всегда хотела ребенка, но не от тебя, слышишь?

Что?

От кого?

От Вани Астафьева?

А?!

Он тебе пел про любовь,

а сам с Тоней развлекался.

И развлекается. Понимаешь ты это?

Мы следим за ней, я же говорил тебе, и я это точно знаю.

Я найду его…

И застрелю.

Я тебе это обещаю.

Тоня!

Здорово, братуха.

Люгер?

Живой. Слышал, что ты уцелел.

Ну как видишь. Ты, я тоже смотрю, целехонек.

Так я ж не боец.

Все дорогу при моторе,

как стрельба началась, Горелика с Охотой увез от площади.

Ну это правильно.

Горелику надо головой думать, а не с пистолетом шнырять, да?

Угу.

Да и Охота тоже личность ценная, золотые руки.

А мне, знаешь, пришлось от пуль поуворачиваться.

Только бесполезно все это вышло. В мусарне все наперед знали.

Ты что, хочешь сказать, что крыса завелась у Харитона?

Думаю, да.

Причем это тот, кто знал весь план заранее.

В том числе, что мы через подвал пойдем.

И кто бы он ни был, он не самоубийца,

чтоб здесь после такого провала оставаться.

Скрылся, думаешь?

Ну вот Птаху, допустим, вроде как завалили, да?

Угу.

А ведь трупа ни я, ни Цыганок не видели.

Это при всем при том, что он рядом с нами шел.

Ну а сколько было тех, кто по темной площади бегал,

а потом пропал?

Птаха-то — он человек Фасона. А про Фасона слухи всякие ходили.

Кто, за что его подрезал?

Да, дело темное.

Угу.

Вон, Горелик у нас умный, пускай думает.

В город?

Знаешь, Горелик, давай останемся. Придумал кое-что.

Бритва есть у тебя?

Андрей Наумович, ну что вы?

Вот это.

Ну одежда и только. Что над ней плакать?

Вы не понимаете.

Да все я прекрасно понимаю.

Послушайте, все плохое уже позади.

Теперь нужно привыкать и к прежним вещам, и к прежнему поведению.

Зачем?

Я сделаю, что вы меня просите, а потом?

Опять к Сивому?

Давайте сделаем, а потом посмотрим.

Я по-прежнему вне закона.

Чем такая жизнь, лучше уж в Волгу и на дно.

Ну на дно точно не надо.

О, по лицу вижу, передал записку, да?

Еще как! Никто не заметил!

Горелику скажу, пускай тебе премию выпишет.

Не для него бегаю, и не для премии.

Кстати, Горелик, вот, передал.

Только стекла тут фуфловые, без линзов.

Ух ты, а мне такие и нужны, как раз, без линз.

О!

Андрей Наумыч, как вам?

На мой вкус — пижонство.

Вы тоже давайте переодевайтесь. Маскироваться так по полной.

Жалко, для меня такого нет.

Слушай, Цыганок, ну где твои годы, а?

Купишь ты себе еще костюм, будешь у нас интеллигентный красавец.

Пойдем.

Андрей Наумыч, поторапливайтесь.

Ваши документы.

Да, пожалуйста.

Спокойно, Андрей Наумыч. Спокойно, мы с вами солидные товарищи.

У вас мелочь есть?

Да.

Сейчас пойдете в киоск и купите газету «Труженик».

Хорошо.

Ее там нет.

Вот и поспорите с продавщицей по этому поводу.

- Я? - Вы, Андрей Наумыч, вы.

Как ответственный работник, который мечтает почитать любимую газету.

- Здравствуйте. - Здрасте.

- «Труженик», пожалуйста. - Нет.

А-а-а… Ну, тогда «Комсомолку».

Пожалуйста.

Угу.

Благодарю.

Ну, что, Обком, нагулялся?

Айда назад к Сивому.

- Как к Сивому? - А вот так.

Одно из двух:

или снова стать человеком с высоким самоуважением,

или на заимку, дальше за столом прислуживать.

Понимаете, я…

Я ничего не хочу понимать, Андрей Наумыч.

А почему у вас, собственно, нет «Труженика»?

Раскупили.

Мало заказываете?

Что привезли, то и продаю.

Это безобразие.

У нас промышленный город, а профсоюзной прессы нет.

Вот где у вас, к примеру, не знаю, «Горьковский рабочий»?

- Деловой какой… - Я этого так не оставлю.

Иди, иди. Не оставляй.

Я обязательно дойду до вашей вышестоящей организации.

Я этого не оставлю.

Так, значит, у вас борщ…

Иван, скажите, а почему самоуважение у вас всегда подразумевает какие-то конфликты?

Это лекарство, Андрей Наумыч.

В каком смысле?

Ну вот вы, целый год не могли никому возразить,

все время угождали.

Теперь надо заново учиться требовать и даже скандалить.

Растить свое самоуважение, чтобы оно в норму пришло.

А, понимаю, это вроде какой-то учебки.

Угу. Курсы по восстановлению навыков.

Скажите, а почему у вас нет диетических блюд?

Все перед вами. Глаза разуйте.

Слушайте, а почему вы так по-хамски разговариваете с посетителями?

- Мужчина, вы очередь не задерживайте. - Очередь?

Я вот завтра приеду к вам сюда с санитарной комиссией,

и вообще всю вашу столовую закроют.

Пригласите директора, я хочу с ним побеседовать.

- Мужчина, ну что вы всех задерживаете? - Пригласите, пригласите.

Андрей Наумыч, отлично.

Вы директора только как следует пропесочьте, хорошо?

А я за другой столик сяду.

Хорошо.

- Что, какие деньги я вам должен? - Мужчина…

Сколько стоит это несчастное пюре?

Посмотрите, пожалуйста, в меню, там все написано.

И не задерживайте.

Ну, вот и докатились мы до диетической столовой.

А так все хорошо начиналось, да, майор?

Случилось что-то?

Ограбили сейф главного редактора газеты.

Портфель вытащили.

Мой портфель.

Документы важные?

Алмаз.

Алмаз.

Тот самый?

Тот самый.

На выставке муляж.

Повара у нас хорошие.

Повара, я вижу, у вас хорошие очень повара.

Очень хорошие. Но готовят они плохо.

Вот скажите мне, вот это пюре?

Вот это пюре? Я вас спрашиваю. Ну, понюхайте.

- П…пюре. - Пюре?

- Пюре… - Пюре?

А кто мог слить?

Ну, моих, как ты понимаешь, я не подозреваю,

а главный редактор и сам ничего не знал.

Ну, может быть, случайность?

Не-а.

Сейф взломан или вскрыт?

Вскрыт. Профессионал работал. Медвежатник.

Охота с Гореликом.

Его водилы уехали с площади как раз в тот момент, когда началась стрельба.

Познавательно. А может, и Горелик. Он у них самый ушлый.

Ушлый — да. Но как узнал?

Плевать, как узнал.

Вопрос главный: как алмаз вернуть?

Куда он мог его спрятать?

Выставка закроется, пропажу обнаружат.

И потопаю я, Ваня, аккурат в твой лагерь.

Такая вот ирония судьбы.

Крутится, вертится шар голубой,

крутится, вертится над головой,

крутится, вертится, хочет упасть,

кавалер барышню хочет украсть.

Где эта улица, где этот дом,

где эта барышня, что я влюблен?

Вот эта улица, вот этот дом…

Ой, Лид, хорошо, я пожадничала, мне самой не справиться.

- Садись. - Не хочу, спасибо.

Пойдем. Поговорим.

Что-то случилось?

За тобой милиция ведет слежку.

А… милиция? А откуда ты…

Паша мне сказал, муж мой бывший.

Но я…

В следующий раз, когда к Ване ночевать пойдешь,

хвост за собой не веди.

Ну, давай, Обком. Показывай, на что ты годен.

Это любимый ресторан Харитона. Меня тут узнают.

Неужели Харитон вас сюда водил?

Я ездил сюда за его любимыми баварскими котлетками.

Я был, я был тут сто раз.

Так здесь вас запомнили как прислугу, человека на побегушках.

Выходите, Андрей Наумыч.

На меня посмотрите.

И вспомните все то, что я вам говорил.

Теперь вы — солидный советский сотрудник.

Может быть, даже ответственный работник.

Идете в ресторан. Чего бояться?

Знаете, Ваня,

я вот только сейчас понял,

что не надо бояться.

Отбоялся я свое.

Стыдно бояться.

Стыдно.

Тебе вы, Люгер, парторгом работать. Трудовые коллективы воспитывать.

Так, кушать подано.

Садись.

Содержимое портфеля, скорее всего, у Горелика.

Меня мой агент в банде оповестил.

Ну, тогда надо брать его.

А он его дома хранит?

Вряд ли. Скорее спрятал где-то.

Есть еще одно место. Нечто вроде его логова, берлоги.

Скорее всего, там. Но на хапок туда ломиться нельзя.

Это да.

Если вломимся и не найдем, Горелик будет молчать.

И тогда нам всем крышка.

Ну, драматизировать не надо. Крышка только мне.

Хорошо бы как-то выманить оттуда людей Горелика

и по-тихому обыскать этот дом.

Верно. Верно размышляте, товарищ лейтенант.

Так, ребятки.

Мне завтра на ковер к генералу.

Хотелось бы появиться перед ним уже с каким-то внятным планом.

А Николаев что, в курсе?

Угу. В курсе.

Так что, если завтра не случится что-нибудь из ряда вон…

Надеюсь, не случится.

Спасибо.

Ваша сдача.

Если б раньше обнаружили, то уже б порядок…

Не скажите, не скажите.

Возьмите, пожалуйста.

Я вам точно правду говорю, никто не знал. Ага.

Але, ребята, а че там народ шебуршится? Опять помер кто-то или как?

Нет.

Опубликовали сообщение

об аресте политического авантюриста Берии.

Е-мое! Самого Лаврентия Палыча, что ли?

Ага.

Оказался врагом народа и агентом иностранной разведки.

Ну да…

Страшно. Такого крупного двурушника разоблачили.

Да. Ежов Николай Иванович когда-то был. Шпиен оказался, враг.

А до него Ягода Генрих Григорьевич —

тоже и разрушитель, отравитель, и двурушник.

Ой, господи.

А нынешнего-то как этого министра МВД кличут?

Не знаешь?

Вы, товарищ инвалид, не ведите здесь скользких политических разговорчиков.

А вон лучше на инструменте играйте.

- Ну, да все же… - Спасибо вам большое.

- Будьте здоровы. - Будьте здоровы.

Будь здоров, будь здоров.

В час, когда известные всем события могут бросить тень

на авторитет советской милиции,

я хочу еще раз напомнить вам о долге каждого милиционера-коммуниста.

Мы должны еще теснее сплотиться вокруг руководства нашей партии,

ее Центрального комитета, ведущего страну правильным прежним курсом.

Курсом Ленина, Сталина.

Думаю, можно поставить вопрос на голосование.

Так, товарищи, если нет дополнений и замечаний,

я предлагаю проголосовать

за предложенный проект резолюции закрытого партийного собрания.

Товарищ Николаев!

У меня есть замечание и дополнение, прошу слово.

Что ж, давайте заслушаем товарища Шведова.

Проходите.

Товарищ Сталин всегда учил нас,

что нужно очищать силы безопасности от скверны.

Что же, у нас неплохо получается.

Матерый враг разоблачен.

Многие из вас думают, что решения будут приниматься там,

в столице,

а нам надо будет только одобрить.

Но этого мало, товарищи.

Нам необходимо выискивать приспешников этого политического авантюриста Берии.

А они есть не только в Москве.

Так, так, так, товарищи, прошу тишину соблюдать.

Спасибо.

Посмотрим, например, на товарища Найдовского,

который работал под руководством одного из заместителей Берии

и лично знал бывшего министра.

Он приехал к нам. И что в итоге?

Пресловутая операция «Урал», с которой так рьяно носился Найдовский,

по сути дела, провалена.

Не взяты ни Харитон, ни Сивый, ни Горелик.

Более того, от Найдовского сбегают арестованные,

в том числе опасный преступник Астафьев Люгер.

Что это? Разгильдяйство?

Или преднамеренное вредительство, товарищи?

Я бы хотел поставить этот вопрос на собрании.

Думаю, рабочие вопросы мы должны решать в рабочем порядке.

В порядке партийной дисциплины, прежде всего.

Совершенно верно.

Что ж, спасибо за своевременный сигнал.

Товарищ Найдовский!

Да, товарищ генерал.

Я отстраняю вас до выяснения. Сдайте все дела капитану Шведову.

Есть, товарищ генерал.

Надеюсь, он разберется, что вы там наворотили.

Изучайте, товарищ капитан.

Работенки мне подсыпаешь?

Как известно, ни одно доброе дело безнаказанным мне остается.

И ваше выступление на собрании тоже.

Старайтесь теперь, ищите мой портфель.

Так я найду, ты не беспокойся.

Найду, а потом спрошу тебя:

почему ты такую странную камеру хранения выбрал,

гражданин Найдовский?

О как!

Гражданин.

Оружие, удостоверение.

Расписочку напишите о том, что дело забрали, гражданин капитан.

- Здравствуйте. - Здравствуйте.

Тоня!

Ты можешь связаться с Астафьевым?

Я не знаю, где он.

Тоня, послушай.

Найдовского задержали.

Иван сейчас ищет одну вещь, и это очень важно.

И если он ее не найдет, то Найдовскому крышка.

Ивану тоже.

Хорошо, я попробую.

Здравствуйте. Здравствуйте. Вы мне книгу отложить должны были.

- Вам Багрицкого? - Да, да, да, да, да.

Но ее нет пока. На руках еще. Может, стихи?

Да-а…

Пожарный выход есть у вас во двор?

- Есть. - Выведи меня.

Пошли.

Я одного не понимаю,

почему тебе так срочно нужно было это передать?

Найдовский меня в банду послал на задание.

Об этом знаю только я и он.

А для всех остальных я бандит.

И получается, что, если его…

Получается, что я вне закона.

И никаких подтверждений моей благородной героической миссии у меня нет.

Подожди, Никита знает.

Ваня!

Вань, мне кажется, тебе прямо сейчас нужно идти в милицию во всем признаваться.

А в чем признаться, Тоня? Ну в чем?

Я в розыске. Ну и к кому в милиции, к Шведову?

К генералу. Иди к генералу. Может, ты сможешь все исправить?

Спасибо тебе.

Подожди, когда мы увидимся?

Никогда.

Ну, мне еще задать свой вопрос?

А я еще раз отвечу: в портфеле были бумаги.

- Какие бумаги? - Московские бумаги.

К горьковскому делу они не имеют ровным счетом никакого отношения.

Я вот только понять не могу,

зачем ты с московскими бумагами в Горький приехал?

Что здесь происходит?

- Допрос. - Допрос?

Опрос.

Вы с ума сошли, капитан?

Кто вам дал право допрашивать сотрудника Центрального аппарата Министерства?

Товарищ генерал, вы сами сказали на собрании,

что нужно разобраться, что товарищ Найдовский наворотил с делами.

Майор Найдовский отстранен до окончания разбирательства.

Но не арестован.

Вы свободны, товарищ майор.

Спасибо, товарищ генерал.

Не верю я тебе, Найдовский. И буду за тобой приглядывать.

Глаза не сломай, капитан.

Горьковский отдел Госплана слушает…

Дежурный.

Хорошо, я передам.

Гражданин, пропуск.

- Максимыч, мое почтение. - О!

О-хо-хо… Андрей Наумович, вот не ожидал.

Работать к нам по новой или как?

Сослуживцев навестить, давно не виделись.

Вот. Порадуйте домашних, московское.

Ой, спасибо, спасибо, попью чайку.

Андрей Наумович, а вот казус — как это понимать?

Берию-то арестовали.

Ну, на политинформации, думаю, до вас доведут этот текущий момент.

Так это когда еще? А как жить?

Живите, как жили. Собственно, ничего удивительного-то не случилось.

Да как посмотреть.

А вот как ни смотри, наша партия всегда умела самоочищаться.

Выискивать тех, кто примазался, и вот, пожалуйста, вот типичный случай.

Человек проник куда?

В органы правопорядка.

Но, простите, я поднимусь. Пойду.

Счастливо, удачи вам.

Да, спасибо, спасибо.

Московские гостинцы, коньячок, правда, армянский.

Зато 5 звездочек.

Андрей Наумович, мы так за вас беспокоились.

У вас там, в отделении Госплана, говорят, кого-то забирали?

Да, почистили товарищи из органов учреждение.

Но, правда, я об этом узнал только сейчас, меня почти сразу перевели в Москву.

Ну как столица?

Вы знаете, практически тот же самый Горький, только два плюса.

Третьяковка, ну и снабжение.

Снабжение.

Должность у меня маленькая.

Ну, вы же знаете, что я вообще никогда за карьерой не гнался.

Теперь вот к вам, в родные пенаты, в командировку.

Что же, давайте пить чай?

Непременно пить чай.

Леночка, можно вас на минуточку? Вы пока накрывайте на стол, а мы сейчас.

Нам на самом деле надо будет с вами немножко пошептаться.

Я прошу вас.

Андрей Наумович!

Леночка!

Леночка, выручайте.

Здесь в отделении Госплана какой-то кошмар творится.

Что такое?

Ну, в общем, действительно всех пересажали,

а новые люди некомпетентные.

Отдел статистики просто пустое место. В архиве тоже все бестолковые.

Разрешите пройти.

Пожалуйста, проходите.

- Прошу вас. - Да, спасибо.

Так вот, мне нужен полный список всех горьковских учреждений и организаций.

Сделайте, а? Я в долгу не останусь.

Андрей Наумович…

Ну, дня за три.

Леночка, ну, о чем вы говорите? Какие три дня? У меня вечером поезд.

У вас наверняка…

У вас наверняка остались прошлогодние копии.

Я даже, между прочим, помню тот шкаф, куда вы их складировали.

Давайте посмотрим, а?

Ну давайте.

Слушайте, как меня несказанно выручите.

А то бы я, представляете, имел бы бледный вид…

- Да вы что! - …по возвращению из командировки.

Пойдемте к столу.

Вот здесь все предприятия Горького. Райпо, райфо и прочие райсобесы.

Шикарно.

И если на бетонном узле и на предприятии ты не найдешь богатенького заведующего,

то вот — промтоварный спецраспределитель для партхозактива.

Адрес есть, заходи и начинай разговор.

Я уверен, что хозяин этой лавочки не бедный человек.

Да и наверняка вороватый.

- Ну вот тебе и карты в руки. - Да.

Заходи и раскулачивай.

Клиенты уже есть, копеечка капает.

Ты в доле.

Это кстати, ну, если дадут.

Харитона имеешь в виду?

Ну, при ней можно.

Я мусоров имею в виду. А Харитон нам, мягко, говоря, не помощник.

Харитон — проблема лютая. Ну ничего, мы эту проблему-то решим.

Будем действовать без крови.

Тихо, с расстановкой, не привлекая никакого внимания.

Узнать бы как-то, где у него лежка.

Есть у меня одна идея.

Котлетки волжские на вынос!

Котлетки это мне. Давай сюда.

Дай сам.

Черную машину видишь? Едешь за ней, только не приближайся, да?

Вот, пожалуйста, горячие. До свидания.

Тайное логово Харитона.

И не так далеко от заимки.

Ну, переплыл — и ты на месте.

Дом выше, за деревьями.

А рыбу удят круглые сутки?

Ночью караульный дрыхнет в сарайчике.

Ну, короче, тут не воинская часть, дисциплины нет.

Горелик, а чего ты сегодня решил?

А другого шанса у нас не будет. Ждать нельзя.

Шефа хоть и отпустили, но…

От всех дел он отстранен.

Тань, возможно, нас вообще скоро в Москву обратно отзовут.

Ну, и чего ты нос повесил?

Нос повесил.

Я, может, скоро уеду. А тебе и весело, да?

Так я с тобой поеду.

Куда?

Ну, сначала на вокзал, а потом в Москву.

- Серьезно? - Угу.

А чего? Меня здесь ничего не держит.

А-а!

- Товарищ майор? - Он самый.

На пару слов можно?

- Есть! - Отставить!

Портки наденьте, товарищ лейтенант.

Есть!

- Чего ты? - Быстрее.

- Сейчас, сейчас. - Быстрей.

Слежка за мной.

Поэтому вот адрес, по которому найдешь Люгера.

А если и за мной слежка будет?

Нет у Шведова таких ресурсов, чтобы сразу за всеми следить.

Хотя на всякий случай по сторонам поглядывай.

- Угу? - Есть!

Люгеру передашь…

Люгеру передашь, пускай найдет способ обыскать штаб Гореликова.

У нас такой возможности нет и не будет, увы.

Значит, генерал наш план не принял, да?

А Люгер?

Что Люгер?

Он наш, да? С нами.

А это для выполнения вашей задачи, товарищ лейтенант, не имеет значения.

- Действуй давай. - Я понял.

Иди в дом, Рубач.

Хорошо, Харитон.

За… за…

Харитон!

Харитон!

Люгер, ты?

Я.

Все.

Было зря все.

Я ничего не смог изменить.

Покой, Люгер, в прощении.

Я…

Я убивал людей.

Много.

Хотел…

Боль свою заглушить.

Вышло только хуже.

Ну ты же можешь это разом все прекратить.

Если повешусь?

Господь не одобряет.

Весточку кинь своим, чтоб сдавались.

Иначе и сами полягут, и народ за собой на тот свет потащат.

Добровольно к стенке?

Лагерь ведь не могила. Отсидятся и выйдут.

Ты что?

Ты думаешь, я боюсь смерти?

Да я давно уже умер. Давным-давно, вместе со своими.

А за решетку не сяду. Сдохну лучше.

А я сейчас не про тебя, Харитон.

Всем твоим людям тюрьма — дом родной. Им все равно рано или поздно сидеть.

А ты исчезнешь, слышишь меня?

Скроешься.

Мусора тебя в лицо не знают,

а как из Горького сдернуть, я тебе расскажу.

А страна у нас, сам знаешь, большая.

Будешь где-нибудь землю пахать да лошадей своих разводить.

Сладко поешь.

Только ведь не судьба.

Почему?

Чую.

- Коль, ты чего? - Харитон, знаешь, что он хотел?

- Чего? - Да вот.

Харитон…

Пахан, хорош гулять. Мы так всю водку выпьем.

Ты где?

Харитон!

Харитон…

Ах ты…

Рубач!

Харитон!

Ах, Харитон.

- Харитон? - Харитон.

Так, все сюда.

Ты — к берегу по тропе. Ты — по дороге вниз.

- Вы двое, со мной на пристань быстро! - Сука!

Замочу!

- Вот он! - Стой, мразь!

Стой!

Где он?

Быстрее!

- Ты слышал? - Да.

- Ушел. - Где он?

Где?

Где ты?

- Левее! - Где?