Original subtitles

ВСЕ МЫ – ДЕТИ ИЗ БЮЛЛЕРБЮ

Девятая серия. У ЛИЗЫ ПОЯВИЛСЯ ЯГНЁНОК

Это случилось минувшей весной, в одно воскресное утро.

В то самое время, когда я только-только проснулась.

Меня зовут Лиза. Я живу в Центральной усадьбе деревни Бюллербю.

И, конечно, вместе со мной живут мои братья.

Их зовут Буссе и Лассе.

Буссе и Лассе – жутко задиристые ребята.

А так как мальчики всегда остаются мальчиками, они жить не могут без драк.

А это я, меня зовут Улле, я живу в Южной усадьбе.

У меня есть младшая сестра, которую зовут Черстин, и пёс, которого зовут Шустрик.

Смею заверить, сестрёнка моя по утрам на редкость бодрая и пышет энергией.

Её можно использовать вместо будильника, чтобы вовремя проснуться.

«Ап, ап!» – говорит она и пытается натянуть носки на мои ноги.

Они скользят и выворачиваются, будто не хотят надеваться.

Потом я всё-таки беру инициативу в свои руки и надеваю носки сам.

В Северной усадьбе живут две девочки. Это, собственно, мы.

Нас зовут Бритта и Анна.

Анна сосёт большой палец, причём делает это только во сне и никак иначе.

«Так мне лучше спится», – сказала Анна и продолжила сосать палец.

Так Анне будет легче вернуться к активной жизни, потому что без пальца во рту она не уснёт.

Все дома́ в Бюллербю стоят, вытянувшись друг за другом в ряд: трип-трап-труль!

О, какое счастье, что я проснулась так рано! Это удача для меня и для Понтуса,

потому что как раз именно в этот день у меня появился собственный ягнёнок по имени Понтус.

А Буссе и Лассе ни о чём таком ещё не подозревали. Они считали, что сегодня обычное воскресное утро, как всегда.

Они не могли придумать ничего лучшего, кроме как подраться, да так так, что только перья летели!

О, как же я плакала в то утро! Не хотела, чтобы ягнёнок умер. Бедненький, несчастненький маленький ягнёночек!

Папа сказал, что ягнёнок всё равно умрёт, потому что его мама не кормит его своим молоком.

Он слишком маленький и не может есть только траву, как сказал папа. Придётся его зарезать на мясо.

В противном случае он умрёт от голода. А я не хочу, чтобы он умирал!

Тут пришёл папа и принёс мне ягнёнка.

Я постараюсь сама выкормить его. Буду давать ему молоко из бутылки.

Так же, как это делают с маленькими детьми. О, как же я была рада!

Вот это да! У меня появился ягнёнок!

Я никогда ещё так не радовалась!

Я не знала, что ягнёнка следует кормить из бутылочки для детского питания. Точно так же, как маленьких детей.

Папа сказал, что, возможно, он всё равно помрёт.

Но пусть это будет хотя бы не сегодня. Я стану его выхаживать.

А потом пришла Анна.

Она тоже решила, что ягнёнок милее всех на свете.

Она убежала искать бутылочку для детского питания.

– Чего разбегалась?

Блин, будто пожар у нас.

«Лучше всего поставить его на стол», – сказала Анна.

Бедный ягнёночек! Как сказал папа, ягнёнок несколько дней не получал молока от своей мамы.

«Он такой голодный, что набросился на берёзовые веточки, – сказала Анна. – Он даже не понимает, что веточки тут для красоты».

А вот и еда!

Анна считает, что кормить его надо сливками.

Представляете, какая она глупая!

Ягнята терпеть не могут сливки! У них от сливок живот будет болеть.

Надо хоть немного разбираться в том, что едят ягнята. Это такое же хитрое дело, как и ухаживать за младенцами.

Я назвала ягнёнка Понтусом, потому что все, едва лишь видели его, начинали почему-то называть его именно так.

Давай-ка попробуем!

Как это непросто, ухаживать за настолько маленьким детёнышем

и учить его сосать соску.

О-о-о! Вкусно, да?

Всё же я вытянула счастливый билет, что Понтус у меня появился до того, как Лассе и Буссе

встали с постели.

Как же было бы грустно, если бы ягнёнок достался не мне!

«Во даёт, а! Пока спишь, тут некоторые уже с самого утра шустрят и прихватили себе целого ягнёнка!» – сказал Лассе.

Он разозлился, что Понтус достался не ему.

— Понтус! Пора есть! Понтус!

Поначалу все собирались и смотрели, как я кормила Понтуса.

Первыми устали от зрелища Лассе и Буссе.

Ещё раз убедилась: какое счастье, что Понтус достался не Лассе!

— Понтус! Иди есть!

А потом всё это надоело Улле и Анне.

Забавно же, сколько Понтус может съесть.

По-моему, он почти всегда голодный.

Я закончила все дела с ягнёнком в одиннадцать часов.

А в это время Анна и Бритта пошли искать яйца. Я не могла пойти вместе с ними.

Мне надо было ухаживать за Понтусом.

– Слава Богу, у меня есть собака! А что ягнёнок? С ним одни заботы! Шустрик, за мной!

Ах, как повезло Бритте и Анне! А в это самое время я сидела с Понтусом.

Они пошли с утра искать укромные места, где куры снесли яйца.

Там была куча яиц!

Это кто-то из наших кур откладывает яички между камней.

А мама заплатит по пять эре за каждое яйцо, которое мы принесём.

Значит, от моей мамы мы получим уйму деньжищ!

Двадцать эре!

Тридцать эре!

Сорок эре!

Пятьдесят эре! Такую сумму мы разделим между собой.

Каждое утро, когда мне надо идти в школу, приходится теперь ещё кормить Понтуса.

— Понтус, Понтус! Вот твой завтрак.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кто задерживает нас каждое утро. Это тот, кто кормит Понтуса!

И из-за этого мы стали почти всегда опаздывать. Неужели ей не хватает целого утра, чтобы покормить ягнёнка?!

Я обещала папе, что мне не надоест, и мне это действительно не надоедало.

Очень уж я полюбила Понтуса!

Наконец-то! Может, теперь мы пойдем, а?

Когда я была в школе, Понтус бегал, где ему вздумается. Иногда он забегал к Черстин.

Для Черстин он казался очень большим, потому что пил молоко из тарелки.

Она пыталась даже научить его столовому этикету.

«Делай, как я! – сказала Черстин. – Вот так!

Вот так надо пить молоко, понятно?»

Но Понтус посчитал, что еду надо растоптать копытами.

И всё ею запачкать.

Понтус оказался ужасно любопытным.

Котята шипели на него, чтобы отогнать, но он всё равно лез к ним.

По-моему, Понтусу нравились котята потому, что они такие мягкие и приятные на ощупь.

Самое веселье начиналось, когда Понтус, вне себя от радости, встречал нас из школы.

Мы бежали к нему, обгоняя друг друга.

Однажды я спросила Лассе: «Тебе не кажется, что для Понтуса я стала всё равно, что мама?»

«Ясно дело! – ответил Лассе. – Да ты даже похожа на него!»

Улле считает, что держать ягнёнка – пустая трата сил. Говорит, собаки – те намного умней.

Но что бы кто ни сказал, ягнёнок мне милее всех! Так считаем и Анна, и я.

Улле возразил: «Собаку можно брать с собой куда угодно, а ягнёнка ты держишь только возле дома, на пастбище!»

Ну и глупый же этот Улле! Я ему покажу!

Однажды утром я подбежала к пастбищу и стала свистеть Понтусу.

– Понтус!

Мы, как обычно, сидели на воротах и ждали.

– Вот она идёт! И взяла с собой Понтуса.

Зачем она это сделала?

А я сказала: «А затем, что он пойдёт с нами в школу.

Так я покончу с вашей болтовней о том, что, якобы, только собак можно брать с собой.

Все только рты пораскрывают, можете мне поверить!»

«Скажи пожалуйста, а ты в своём уме?» – спросил Лассе.

«Папа и мама знают об этом?» – добавил Буссе.

Я немного испугалась, потому что не продумала своё решение.

Бритта сказала: «Учительницу точно хватит удар от такого сюрприза!»

«Ты в самом деле считаешь, что Понтус годен к обучению в школе?» – спросил Лассе.

Дело в том, что Лассе начал ходить в школу несколько лет назад, и поначалу он не мог ни минутки спокойно просидеть

за партой, поэтому учительница отправила его домой, заявив, что он не годен к обучению в школе.

Ха-ха! Да если хотите знать, Лассе никогда не станет годным к обучению в школе! Правда-правда!

Конечно же, мы опоздали.

А учительница перестала смотреть сквозь пальцы на наши опоздания.

Поэтому мы приближались к школе с боязнью.

Особенно боялась я, потому что не была уверена, что учительнице понравится мой визит в компании с Понтусом.

«Простите за опоздание! – сказали мы.

«Чего ты так развеселился, Улле?» – спросила учительница.

Улле не мог больше сдерживаться и рассмеялся.

«Что это такое, Боже милостивый!» – воскликнула учительница.

«Мы… А вот… То есть… домашнее животное», – сказала я совсем тихо.

«Ясно», – сказала учительница.

– Я просто подумала… Хорошо было бы… если бы все посмотрели на это животное.

Учительница рассмеялась, а за ней и весь класс.

Я взяла Понтуса, чтобы отнести его к своей парте.

Весь класс подошёл ко мне, чтобы поглядеть на Понтуса и погладить его.

Все они так его полюбили!

Он обошёл все углы и всё обнюхал.

«Вот, – думал, наверное, он, – на какое странное пастбище я попал!»

Нам пришлось читать о домашних животных.

Мне пришлось рассказывать, как я ухаживала за Понтусом.

Улле сказал: «Очевидно, что он не годен к обучению в школе».

Мне кажется, Улле вряд ли обладает бо́льшим запасом знаний, чем Понтус.

♪ Дай, дай милый ягнёнок шерсти твоей, ♪ да, шерсти твоей -

И всё время Понтус находился около моей парты.

♪ Папе на шубку, маме на юбку, а младшему братику ♪ две пары носочков сошъём из кусочков…

Мы сделали привал, чтобы Понтус побегал. Мы устали бегать за ним по всем этим пригоркам.

Я тоже устала, и мы присели передохнуть на минутку.

«Завтра она придёт с быком», – сказал Лассе.

«Ой, пощади, помру от смеха!» – засмеялся Улле.

Лассе добавил: «Правда, будет сложно держать его возле парты».

Учительница сказала, чтобы мы прекратили таскать в школу живых зверей,

даже если это отлично подходит для уроков природоведения.

«А если бы мы крокодилов проходили на уроках?» – сказала Анна.

«Тогда нужно будет дома держать крокодилов!» – подхватил Улле.

А потом я понесла Понтуса на руках.

И мы пошли домой в Бюллербю.

Кажется, Понтус сыт по горло походами в школу.

Лассе сказал: «Я вижу, что ты сутками напролёт не расстаёшься с ягнёнком».

Я так рада за ягнёнка! Завтра он уже окажется дома, на пастбище,

потому что завтра будут пересчитывать поголовье овец.

А это дело требует аккуратности и точности.

Понтус, кажется, понимал всё, что происходит.

Он был рад, что снова оказался на пастбище. Это было заметно по его виду.

Ой, как же быстро он побежал!

«Теперь-то очевидно, что он не годен к обучению в школе, – сказал Лассе, – он слишком маленький».

Но тем не менее, он смелый, несмотря на свой малый возраст.

Я считаю, что ягнёнку абсолютно безразлично, годен он к обучению в школе или нет.

Ведь Понтусу это не надо, ему просто предстоит стать большим бараном.

Обо всех нас, живущих в Бюллербю, написала Астрид Линдгрен.

Когда она была ещё маленькая, она тоже жила в Бюллербю.

То, что мы хорошо получились на плёнке – заслуга оператора Стига Халльгрена.

Музыку написал Чарльз Редланд.

Все звуки фильма вы слышали благодаря искусству Бенгта Шёльдстрёма.

Продюсера зовут Улле Нордемар.

«Артфильм» – это мы все вместе, кинокомпания, которая сделала эту картину.

Человека, который перенёс всё Бюллербю в этот фильм, зовут Улле Хелльбум.

Над этим фильмом работали не только они, ещё и многие другие.

А это мы – все те, кто живёт в Бюллербю: Лассе, Буссе, Улле, Лиза, Анна и Бритта.

До встречи! Ещё увидимся!