Original subtitles

Святослав Петрович, вы уж простите, я на кладбище не пришел, не смог.

Сердце прихватило.

Ох, Михал Ивич, самому воздуха не хватает.

Будто снова родных храню.

Пойдем, дорогой.

Пойдем, мой дорогой.

Вадим!

Вадим!

Егор Матвеевич!

Пусть, пусть, пусть, пусть поплачет.

Егор, прости, что именно сейчас, но ты старшей группой должен быть в курсе.

Вы о чем, Ольга Ивановна?

Пришли результаты экспертизы по Каленову.

В его крови нет аминазина.

Совсем.

Понимаешь?

Подождите, как?

Не знаю, как.

Я излагаю только факты.

Мы предполагали, что у Каленова может быть привыкание к этому аминазину.

Но он, видишь, совсем его не употреблял.

Понятно.

Егор, поешь.

Да, Егор, я не верил, что ты сегодня ел.

Не могу я, Галина Давыдовна, не могу.

Егор, ты бы поговорил с гардиентом, а?

У вас одно голень вдвоих.

Алексей, почитай, что твой Калёнов надиктовал врачу.

Виновного себя не считает.

Какое уж тут лечение.

Требует отпустить домой.

Ничего не видел, ничего не делал.

Нож ему в руки вложили, голову в сумку.

По-твоему, так сумасшедший излагает?

Ты не имел права к нему соваться.

Я тебе запрещаю, Гордеев!

Вы тут сами все с ума посходили.

Таболин, он Таню убил.

Голову ей отрезал.

И сам принес ее.

Понимаешь, сам.

Что еще тебе нужно?

Какие-таки доказательства?

Я ж тебя просил, как человека просил.

А ты, ты ноль.

Ты следак никакой.

И муж такой же был.

И отец, как из козла жеребец.

Что?

Да что?

Что ты в меня все время нападаешь на меня?

Что?

Ты эту мразь посади, Таболин.

Иначе сам мразью будешь.

Откнись.

Что вы делаете?

Ну, в такой-то день, Егор.

Ну, я же тебя просил.

Я тоже просил.

Дядя наш, Головин Семен Юрьевич, утонул вскоре после вывески.

Мы за опись имущества, а бриллиантов-то и нет.

Давай-давай-давай, Суханова, давай!

Ах ты, умничка моя,

ты ласточка!

Давай, беги быстрей-быстрей-быстрей!

Давай-давай-давай-давай!

Ну, так вот, три месяца назад увидел нашу бриллиантовую брошь.

Фамильная реликвия, которая пропала после дядиных похорон.

Старинная работа, 18-й век.

Так на ком увидел-то?

Актрисе Волковского театра, Полонской.

Да, на Раневскую играл Чехов, «Вишневый сад».

Так, бойцов, бойцов, бойцов, давай, молодец,

молодец, хорошо идешь, укладываешься, давай, давай, пошел, пошел, пошел, пошел!

Жена один раз затащила, так оказалось-то не зря.

Пошел на сцену цветы вручать,

смотрю на нее вблизи, а на ней наша бриллиантовая брошь.

Ну, точно ваша брошь?

Не обознались?

Не, точно.

Брошь в виде бабочки.

Агрепина.

Дядя сто раз говорил, что это граф Разумовский

подарил нашей прабабке Наталье Головиной.

Еще и пошутил.

Голове от разума.

Давай, давай, давай, Карпов.

Девчонки тебя уже обогнали.

Давай, пошел вперед уже.

Давай, давай.

Дыши носом!

То есть вы из тех Головиных дворян?

Из дворян.

Я никогда не скрывал.

Что нам скрывать?

Что половина домов в Ярославле построена Головиными.

И больница, и парк.

Ну, ладно, ладно.

Я не о том.

А вы не спрашивали у Полонского?

И, может быть, ваш дядя продал ей эту брошь?

Да ладно.

Это исключено.

Дядя хоть и выжил из ума, совсем перестал нас всех узнавать,

но про драгоценности помнил до последнего.

А ну, давай, давай уже быстрей, Жадилов, отстаёшь.

Давай, вперёд, вперёд!

Всё время говорил, это наша фамильная реликвия,

драгоценности рода Головиных.

О Полонске я ничего не сказал.

Ну, как-то неудобно стало.

Скандала побоялся.

Жадилов, ну что ты там застрял-то?

Ну, давай уже, бегом!

Бегом, Жадилов!

Мне нужен Каленов.

Так, извините,

не сегодня.

Пациент нестабилен.

Его нельзя беспокоить.

Что значит, нестабилен?

Он в прокуратуру жалобу написал.

Вот, юридический язык.

У него сегодня был приступ.

Пришлось вызывать доктора из психбольницы.

Так, а что доктор?

Укол сделал.

А где?

Что?

А почему на посту никого нет?

Только я на обед отпустил.

Зовите всех!

Перекрыть выходы!

Что вы стоите?

Его нельзя в город выпускать!

Так.

Вы давайте трое сюда.

Вы со мной.

Черт!

Мамочки!

Кто к нему приезжал из психбольницы?

К

К

К

Кнуров.

Кнурин.

Аркадий Семенович, нужна ваша консультация.

Что за препарат Галла-Передол?

Это нейролептик, Игорь Матвеевич, для снятия психозов и возбудимостей.

Угу.

А вы бы к Аленову сделали такую инъекцию?

Ну, в данном случае, да.

Либо это тристозин, либо это аминозин.

Но это одной группы антипсихотиков.

Спасибо, Аркадий Семенович.

Счехлить гарпуны!

Тихо-тихо-тихо.

Вижу кита!

Петя!

Петя, никого тут нет!

Антон Сергеевич, поторопитесь, иначе он здесь всё разнесёт и себя покорячит!

Танина Григорьевна, пожалуйста, не лезьте под руку, убьёт!

Тихо!

Есть!

Помогайте мне!

Попадание!

Ой-ой-ой!

Ну что вы стоите?

Скорее!

Он кого-нибудь убьёт сейчас!

Крепче его держите!

Крепче, крепче, крепче!

Спокойно!

Опа!

Тихо-тихо-тихо!

Кит уходит!

Вот рунь потеряем!

Тихо-тихо-тихо!

Аккуратней, сломайте ему ничего.

Это Щербачок.

Да, Петр Иванович.

Профсоюзом руководит.

Что вы ему вкололи?

Трифтозин.

Все, Петр Иванович, все.

Все, Петр Иванович, все, мой хороший.

Все, все, чертики ушли.

Спокойно.

Давайте отсюда.

Да-да-да.

Спокойно, пришел.

Тихо, тихо-тихо-тихо.

Глазки закрываем.

Тихо-тихо.

Дышим, дышим, дышим, дышим.

Спокойно, спокойно.

Тихо, тихо, тихо.

А вы чего здесь?

Петр Иванович проворовался?

Да нет, я по вашу душу, Антон Сергеевич.

А вы, значит, в рабочее время колымите?

Ну-ну.

Ну, хорошо.

Поехали в прокуратуру, там пообщаемся.

Собирайтесь, собирайтесь.

Антон Сергеевич,

а с ним все будет в порядке?

Да, да, да.

Да, да, все в порядке.

А вы топорик-то подальше уберите.

Ну, конечно.

Антон Сергеевич.

Антонина Григорьевна.

Позвоните мне потом.

Да, да.

Позвоним, конечно.

Всего доброго.

До свидания.

Послушайте, вы что, действительно считаете, что я довел Каленого до суицида?

Ну, это же бред.

Поосторожнее с выражениями.

Ну, да.

Бред и есть.

Меня вызвали, я сделал укол.

И Калёнов повесился?

Спустя почти двенадцать часов.

А что в это время там ещё с ним делали в больнице?

Чем пичкали, а виноват один я?

А месяц назад ещё один ваш пациент

совершил самоубийство.

Смирнов бросился с балкона.

Это был несчастный случай,

его родственники подтвердили.

А Головин?

Его вы помните?

Он утопился.

Могли бы мне дать стакан воды, пожалуйста?

Спасибо.

Понимаете, Егор Матвеевич, если я не ошибаюсь, Егор Матвеевич, конечно.

Егор Матвеевич, дело в том, что мои пациенты – люди с нестабильной психикой.

И суицид среди них – нередкое явление.

А что там говорить, Господи?

У каждого врача есть свое маленькое кладбище.

Да, но только ваше кладбище, Антон Сергеевич, как-то сильно разрослось.

Хорошо.

Хорошо.

Тогда можно поконкретнее?

Факты?

Что по вашим я там с ними делал?

И зачем?

В чем был мой интерес убивать пациентов?

Ну, говоря вашим языком, в чем был мой мотив?

Можно.

Это вы вкололи Щербачеву нейролептик.

Подотчетный препарат.

Где вы его взяли?

Ну, только не умничайте, что в больнице.

Вообще-то в больнице.

Ну, хорошо.

Так вот, сейчас в больнице в вашей аптеке работают наши оперативники.

И по маркировке они установят,

кто и когда получил там эту ампулу.

И главное, для кого.

Я.

Получал я.

Для своего отделения.

Вторая психиатрия.

Сорок пациентов.

Да.

Но только что-то мне подсказывает,

что Щербачева среди них нет.

А это значит, что?

Что?

Что вы, обкрадывая одних, ставили уколы другим.

Мотив – клали деньги в свой карман.

Аминазин, тарифтазин, ну, и все остальное.

Именно поэтому ваши пациенты убивали себя.

Сходили с ума, не получая лекарств.

Что вы им давали взамен?

Пустышку?

Физраствор вместо инъекций?

Аскорбинку вместо пилюли?

Ну, знаете – Нет, не знаю.

Но подозреваю.

А вот когда узнаю и докажу

Табулин.

Егор Матвеевич, Вересов вызывает.

Да, сейчас буду.

Ну что ж, на сегодня вы свободны.

Вот пропуск.

И попрошу из города не выезжать.

У меня к вам много вопросов.

Да.

Хорошо.

До свидания.

Пускай еще раз.

Раз, два.

Так.

Ниночка, будьте добры, телефончик надо позвонить.

Пожалуйста, Виктор Павлович.

Вы, кстати, этому самому Мохову дозу френолона увеличьте на 20 миллиграмм.

Поняла, Виктор Павлович.

По объявлению никак не могу дозвониться.

Вот, решил мотоцикл купить и выбрал.

Смотрите.

Вы что, мотоцикл?

Да.

Красавица, да, Конь?

Красавица.

И сам по себе и цена, и главное, технические данные.

Кстати, если ваш муж надумает, могу помочь, советую.

Что, Виктор Павлович, куда мне?

Да и с мужем не повезло.

Ну, ладно.

А вот у меня необходимость.

Сезон охоты открываю.

Нашел в лесу такое вкусное местечко.

Коропатки.

Ну, надо же.

Занято.

А туда, к сожалению, на своих двоих не доберешься.

Только на мотоцикле.

Всего хорошего.

До свидания.

Стоп.

Разворот.

Пошел.

Виктор Павлович.

Долгуш, ты пришел уже, что ли?

Чего не заходишь?

Прости, Любушка.

Сейчас зайду.

Пойдем, пойдем.

Пойдем обедать.

Веночка тебя заждалась.

На работе сложности.

Чуть-чуть посижу и приду.

Как там твой Тоболин после похорон?

Держится.

Держится.

Как тут можно держаться?

Тут же свихнуться можно.

Не любил она ее, значит.

А что?

Ну, если бы со мной такое случилось?

Ну, если бы мне голову отрезало?

Ну, как бы ты себя чувствовал?

Ты что несешь?

Видишь, как тебя подстрелило?

А Доголин держится.

Пойдем, уже стынет все.

Идешь?

Леночка сказала, я без папы есть не буду.

Передай Леночке, я сейчас приду.

Игнат Савельевич, готов доложить.

Ну, давай, давай, только быстро.

В больнице махинация.

Там процветает частная практика.

Ну?

Лечат больших начальников на дому.

Лекарства государственные, деньги в карман.

Воруют препараты.

Да, есть случаи присвоения врачом к Норинам аминазина.

Он забирает его у больных, подменяет.

В общем, аминазин оказывается у него в кармане.

Признался?

Признается.

Калёнов не выбрасывал аминазин.

Угу.

Он просто его не получал.

И когда я хотел его допросить,

тут возник Кнорин.

Один укол и нет Калёнова.

Ты что, хочешь сказать, что подозреваешь Кнорина этого в убийстве Калёнова?

Я хочу сказать, что в больнице происходят тёмные дела, Игнат Савельевич.

Ну-ка, пойдём ко мне.

Игнат Дмитриевич, вас ожидает товарищ начальник города.

Игнат Дмитриевич,

я, конечно, понимаю, у вас в горе такой день, но кто вам дал право?

Михаил Ильич.

Ваши действия, они неприемлемы.

Михаил Ильич.

Схватить доктора на глазах у пациента и его родных.

Давайте в кабинет.

Ну, как можно?

Ну, как можно?

В кабинет.

Пройдёмте.

Схватить доктора на глазах у пациента.

Садитесь, Михаил Ильич,

успокойтесь.

Это неприемлемо.

Да, да, да.

Это немыслимо.

Немыслимо.

Щербачев не больной.

Он алкоголик.

Егор Матвеевич, вы юрист или врач, чтобы рассуждать на эту тему?

Диагноз Щербачева было принято не оглашать.

А кем принято?

Высокими инстанциями, как и в случае с Кретовым.

Господи, ну есть особый пациент.

Нельзя все придавать огласке.

Чтобы не бросать тень на партию, не бросать тень на идеалы.

Ну, вы взрослый человек.

Ну, объясните вы своему молодому коллеге.

Ну, это же понятно.

Устроил бедлам к Норриму.

Пришлось сделать успокоительный укол.

Он не вор.

Не вор, вы поймите.

Я в курсе всех его особых пациентов.

Он их лечит с Венома Абкома.

Получает препараты законно.

Почему он мне-то об этом не сказал?

Ну, почему бы вы меня спросили?

Меня.

Прежде всего, пришли бы ко мне.

Ладно, воровство.

Но вы же человека обвинили в убийстве.

В убийстве!

Это же немыслимо!

Михалыч, это была версия, предположение.

Кнорин сделал Каленову укол галлоперидола.

Это сделал бы и я, и Ваганов, и любой компетентный врач.

И Каленов повесился?

Ну, почему вы решили, что из-за укола?

Почему?

Да, Егор Матвеевич.

Ваши методы попахивают бережчинами.

О, Михаил Ильич,

что ж вы загнули?

Водички выпейте.

В 37-м году вот так же вели следствие.

Водички выпейте.

Вот так же, не вдаваясь в суть вопроса.

Лишь бы обвинить Костолова.

Вы знаете, я думал, что похороны Татьяны Павловны

Это самое трудное за сегодня,

но нет, ваши действия, ваши методы ни в какие рамки

Да, Егор, наломал ты дров

Значит так

Если еще что придет в голову, ну версия какая нибудь, сразу ко мне

Обдумываем, решаем вместе, а потом уже действуем

Договорились?

Растухнешь

Не дуй!

Прости, прости.

Ты совсем?

Прости, прости.

Ты же меня тебя не убил!

Прости, Лиза.

По делу Смирнова все ясно.

Суицид.

При зоне его сталкивать с балконом ни у кого не было.

Как произошло?

Смирнов поужинал.

Пошел смотреть программу «Время».

Как только она началась, вышел на балкон и сиганул вниз головой.

Вот этот по Смирнову.

Потом посмотрю.

Что касается второго, про которого говорил ваш Авдеев,

Станислав Литвин, у которого дача, и который

Подавился.

Ну, во-первых, дача – это смешно.

Сарай.

До сих пор продать не могут.

Ну, а во-вторых, не подавился, а попал под грузовик.

Так.

Сам попал.

Свидетели есть.

Вот, 2108.

Кинулся под колеса.

Тоже программу времени досмотрел?

Не знаю, Егор Матвеевич.

Излагаю только факты.

Ты Рябинину нашел?

А смысл, Егор Матвеевич?

У меня кажется, что Каленов сам уговорил ее забрать квартиру.

Зачем силы гробить?

Вот.

Пожалуйста, посмотрите.

Сорок две Ольги Рябинины.

Я проверил.

А ведь это только начало.

Ладно, если бы фамилия была редкая.

Как у вас.

Да.

Мне не смешно, Югор Матвеевич.

Я зашиваюсь.

Что делать, Валентин?

Работа у тебя такая.

Моя работа начинается с заявления о потерпевших.

Или с факта совершения преступления.

Тут нет ни того, ни другого.

Что мы ищем?

Проверяем слова каких-то психов?

Больных.

Хорошо.

Больных.

Но ведь это только ваши догадки.

Без фактов.

Это одержимость.

А легче, капитан?

Для проверок нужны веские обоснования.

Прошу мне их предоставить.

На мне одиннадцать дел зарегистрированных во встрече.

Вчера повесился Калёнов.

Ещё одно самоубийство.

Вокруг больницы одни смерти.

Обоснования?

Мы будем проверять их все.

Вам понятно, капитан?

А если понятно, приказ.

Отработать заявление Головина.

Проверить актрису Полонскую и её брошь.

И сегодня же жду доклад.

Это ясно?

Исполняйте.

Есть.

Михаил Ильич.

Егор Матвеевич.

Я вчера завелся, конечно, признаю.

Вы уж простите.

Да нет, это вы меня простите.

Я должен был учитывать ваш следовательский взгляд на вещи.

Нужна ваша консультация.

А, прошу.

Установлен факт, что у Каленова в крови нет аминазина.

Получается, что он просто выбрасывал лекарство.

Почему?

Прошу.

Не он один.

Периодически ловим пациентов.

Как говорите, с поличным.

Это люди с измененным сознанием.

С буйной, неадекватной фантазией.

Ну, вот, например, Авдеев Сергей Николаевич.

Время от времени подмечаем изменения в его поведении.

Понимаем, что вернулся к старому, выбрасывает таблетки.

Считает, мы, врачи-убийцы, травим его, хотим завладеть его имуществом.

Ну, вы побеседуйте с ним.

При мне он не будет откровенен, вы понимаете, по какой причине.

Ну, желаю удачи.

Сергей Николаевич, можно вас?

А, товарищ следователь, я знал, что вы вернетесь.

Знал.

Ну, убедились, что я был прав.

Они нас убивают.

По одному, вон.

А вы уже знаете про Калёнова?

Да.

Бедный Николай Григорьевич.

Они говорят, повесился.

Повесили!

Когда поняли, что он их раскусил.

Раскусил, что они его

Травят.

Ядом под видом лекарств.

А это вы предложили ему выбрасывать лекарства?

Не выбрасывать.

И в коем случае прятать, собирать.

Это же улики для милиции, для суда.

А где прятать?

Я свои прятал, знаете где?

В сахарнице.

Прямо у этих идиотов под носом.

И Николая научил.

Он их за год уже, наверное, столько собрал.

Чтобы собрать лекарства – это полдела.

А как их потом вынести отсюда?

Как сбежать отсюда?

Для этого нужен ключ.

Вот.

От всех дверей у меня есть, если что.

Святослав Петрович, вы уверены?

Во-первых, молодой человек, перед вами,

в сущности, стоит тоже боксер.

Хоть и не состоявшийся, но тем не менее.

А почему не состоявшийся?

Ну, потому что ранение в ногу в ноябре сорок первого.

При обороне Москвы.

И хромота, как следствие.

Ну, заметил же, наверное?

Да нет.

А во-вторых?

А во-вторых, мой сын Сергей увлекался боксом.

Так что, держать лапу для меня дело привычное.

Ну?

Ну, давай.

Давай, давай, давай.

Так, так, так.

Что?

Ты пытаешься ударить по лапе.

А нужно поразить противника.

Вот.

Видел?

Видел, куда надо бить было?

Да, в челюсть.

И противник сразу поплывет.

Ну, теперь ты давай меня.

Давай.

Ну, что, Слава Петрович?

Давай, давай.

Тяжело учение.

Давай.

А, молодой человек, не все так просто.

Давай, работай.

Работай.

Работай.

Стоп, секундочку.

Кажется, это тот звонок, который я жду.

Да, слушаю.

Гусильников?

Да, это я.

Делал запрос по Бурдасу.

Любые сведения, совершенно верно.

Что?

Про сестру?

Конечно.

Конечно, мне это нужно.

Даже очень.

Голубчик, посмотрите налево.

Налево.

Налево — это в другую сторону.

Налево, направо, опять налево, направо.

Прекрасно.

А вы Тимошеньку посмотрите?

Конечно.

А как же, а как же.

Тимошенька, Тимошенька, посмотрите налево.

Теперь направо.

И язык надо посмотреть.

Сюда.

И покажите мне язык.

Да.

Да.

Тимош, не верти головой.

Ты делай то, что доктор говорит.

Прекрасно.

Иван, я вижу, вам что-то мешает.

Что это такое?

Что это за стекляшка у вас в руках?

Позвольте мне взглянуть?

Нам папа с Тимошей подарил.

Какой хороший у вас папа.

Ну, дайте взглянуть.

Разрешите.

Не бойтесь, не бойтесь.

Я не заберу.

Я посмотрю.

Прекрасно.

А что, если я вам за эту стекляшку дам?

Знаете, что у меня есть золотое кольцо?

Смотрите, какое.

Смотрите, какое красивое кольцо.

Будете с Тимошей на пару носить и красоваться.

Тимош, смотри, какое.

Откуда это у тебя?

Это он нам с Тимошей доктора подарил.

Вот, Тимоша.

Маленький презент.

Ох уж вы с Тимошей попрошайки.

Доктор вас обоих посмотрел?

Ну, давайте, подождите меня в коридоре.

Пойдем, Тимоша.

Пойдем.

До свидания, доктор.

До свидания, до свидания.

Я вам что-нибудь должна?

Ужин в Астории.

Варенька, у вашего брата очень интересный диагноз.

Вы ко мне должны прийти на следующей неделе во вторник.

В два часа по полудню.

А сейчас позвольте откланяться, у меня другой пациент.

Хорошо.

Ты срисовал, куда он камень положил?

Конечно.

Молодец.

Спасибо!

Вадик, мне нужно срочно в Москву.

Как?

Уже?

Да, забрать посылочку.

Я туда и обратно.

Папе скажи, что я туда и обратно.

Не-не, я вас провожу.

Ну, давай.

Брошь будет конфискована.

Как?

Как конфискована?

Откуда она у вас?

Ой, боже мой.

Поклонник подарил, конечно.

Я хоть и заслуженная артистка, но зарплата не позволяет мне

покупать антикварные вещи.

Чем занимается ваш поклонник?

Как его имя?

Виталий – порядочный человек.

Честный.

Это все, что надо знать.

Виталий!

Дорогой мой, как ты?

Анна?

Старший оперуполномоченный капитан Долгов.

Товарищ полковник,

у меня есть пара вопросов по поводу броши, которую вы подарили.

Подожди, скажи мне, ведь за этой брошью нет никакого преступления?

Ну, о чем ты?

Тебя не о чем беспокоить.

Мы сейчас с товарищем из милиции все решим.

Все решим?

До свидания.

Всего доброго.

Пойми, капитан, я женат, сын лейтенанта, внук скоро будет.

Ну, а год назад, как Анну Николаевну увидел на сцене, так словно демона обуели.

Демоны – это плохо,

товарищ полковник.

Да ты пойми, капитан, я

я голову потерял.

Все думал, как подойти к ней, чем удивить.

Ну и купил.

Сработало.

Где купили?

В комиссионке, на московском.

Чек сохранили?

Нет.

Пройдёмте, разберёмся на месте.

Значит так, капитан, или вы объясните, или я никуда не поеду.

Товарищ полковник, брошь проходит по уголовному делу.

Так что из комиссионки вы проедете либо домой, к жене,

либо со мной в городе.

Вот, у меня в документах все записано, товарищи.

Вот, брошь принес гражданин Рассихин.

Четвертого апреля.

Три месяца назад, значит?

А вот его паспортные данные.

Старик, значит?

Ну да, седой такой.

Я его запомнила, потому что принёс такую вещь.

Сказал, наследство.

Ему деньги нужны были.

Ремонт в квартире делать.

За брошью в назначенное время он не пришёл.

Я и выставила на продажу.

А мужчина военный купил.

Мы его тоже запомнили.

Позорище-то какое.

Теперь буду покупать только в ювелирном.

Адрес этого Рассихина?

Вот.

Пожалуйста.

Подержите.

Пожалуйста.

Горе-то какое, горе, Егор Матвеевич.

До сих пор отправиться никак не можем.

Ой, кошмар какой-то.

Здравствуйте.

Вот это вот наша кладовка.

Это шкаф Каленова?

Да, да.

Это его шкаф.

Спасибо.

Дальше я сам.

Угу.

Хорошо.

Егор Матвеевич.

Докладываю.

Из комиссионки сразу поехал к этому старику.

Россихину.

Который по документам принёс брошь Агриппина.

Тут интересно, Егор Матвеевич.

Да-да.

Он умный.

Пять лет назад.

Получается, что он принёс брошь либо с того света,

либо принёс её самозванец.

Что говорит о почерке вора-профессионал.

Понимаешь, о чём я, Валентин?

Понимаю, Игорь Матвеевич.

Нужно устроить тотальную проверку всего медперсонала больницы.

А Калянов таблетки-то не пил.

Вызывай экспертов.

Есть.

Приездом, Святослав Петрович.

Спасибо.

Как добрались?

Хорошо.

Добрый день, Егор.

А мы вот на дачу собираемся.

Так что, вам придется пожить одному.

О, здравствуйте, Святослав Петрович.

Увернулся, молодец.

А то, я ж тренируюсь.

Вадим, отнеси вещи в дом.

Да, конечно.

Давайте.

Ну что, что-нибудь новенькое есть?

Есть.

Есть важная информация.

Мне рассказали любопытный эпизод,

как Иван с Варварой обставили известного в двадцатых годах

в Ленинграде врача-психиатра Десятникова.

Вдвоем обхаживали его в месяц.

Бурдасов изображал шизофрению, а сестра – влюбленную.

Осматриваясь в квартире, изучали обстановку.

Распорядок дня.

И главное, узнали,

где хранил Десятников свою коллекцию бриллиантов.

Затем дождались, когда доктора не будет дома.

Скрыли квартиру, скрыли тайник.

И тут Десятников внезапно вернулся.

Да?

Маленькая, вы как тут пришли?

Я вам сейчас все объясню.

Какая вы красивая.

Точный удар шилом в ухо.

Единственный и неповторимый почерк Бурдасу.

Вроде все, пап.

Да, Вадим, принеси там еще мою зеленую куртку, там права и все остальное.

Ага.

Возвращаться – плохая примета.

Ой, да я в приметы не верю.

Егор, может, не стоит вам сегодня ехать?

Ну, что-то сердце не на месте.

Я ни в предчувствие не верю, ни во всю эту чертовщину.

У всех чертей есть руки, ноги и ножи.

А черти, которые для меня опасны, они сидят под Владимиром.

Так что не волнуйтесь, вернёмся в понедельник и продолжим наши поиски.

Всё, Святослав Петрович.

Ключи отдай.

Ну всё.

Не скучайте здесь.

Ну, отдохнуть удачу.

Спасибо.

Я слышал, ты Маляву на улю отсылаешь.

Про Кровскому хочешь отомстить?

Да.

Скоро, сука, кровью моется.

Отзови.

Не понял?

Если с ним что-то случится, менты сразу поймут, откуда ветер.

Нас тут раздавят.

Рано его трогать.

Пусть подышит.

Пока.

А когда выйдем, вот тогда

Нет, подожди, Перст.

Не время.

Отзови.

Давай-ка садись, учиться будешь.

Дорога прямая, пустая, как раз самое место.

Пап, правда?

Давай, давай.

Так, сейчас на нейтралке.

Выжимай сцепление.

Вот так.

Включай первую.

Вот.

И потихонечку на газ.

Поехали.

Поддай немного газа, а то заглохнешь.

Так.

Хорошо.

Сынок, за рулем главное спокойствие и внимательность.

В августе цирк приезжает.

Будут гонки по вертикали.

Сходим?

Можно.

Пропусти его, возьми правее.

Да обгоняй ты уже.

Руль держи, Вадим.

Так, молодец.

Вадим!

Сынок!

Вадим, жив?

Вадим!

Сынок!

Сынок!