Original subtitles

ПЕСНЯ: -Гордость полными вагонами, Золотыми погонами.

С юга дуют молодые ветра, Разрывая в клочья облака.

Не забыли, шлют издалека,

С дома - мама И не последняя любовь.

А по небу бегут, Видишь, чьи-то следы.

Это, может быть, ты, Это, может быть, я.

Это, может, нас ждут, Это, может, нам поют свои.

Нашла коса на камень,

Идет война на память лет.

Нашла коса на камень,

Идет война...

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Товарищ сержант, холод собачий, а в караулке чай есть.

-Может, тебе еще баранок с маком? Отставить разговоры.

-Так нет никого. -Я сказал, отставить разговоры.

Эй, стой!

Кто идет? -Да не идет, а стоит.

Ты только не стрельни, зема. -Стой на месте, я сказал, руки вверх!

-Стоим, руки вверх.

Слушай, тут такое дело...

Знаешь, нам ваши трещетки нужны.

Так что кончайте тут играть в войнушку,

кладите их на землю и пошли вон отсюда!

-Эй, я стрелять буду!

Стоять!

-А на хрена тебе это надо, Хасанов? А?

Медальку не дадут.

Да, я знаю, как вас зовут,

где живут ваши родители.

И о ком вы думаете, передергивая по ночам.

С вашими командирами все порешали, ясно?

Так что скажете, что на вас напали.

И останетесь без масла в воскресенье.

А будете здесь выписывать - кончим не только вас,

но и ваших мамаш с сеструхами.

Сколько твоей сеструхе, Ирке Голобородько, лет? 16?

Так что трещетки кладем на землю и пошли на хрен отсюда!

Быстрее!

-Чего, вы охренели?!

Стоять!

-Ты чего, пес, нюх совсем потерял?

Хочешь, чтобы твою мамашу всем кагалом радовали?

Брось дуру, красноперый!

АВТОМАТНАЯ ОЧЕРЕДЬ

-Ты сегодня опять до ночи?

-Мамуль, как получится.

-Совсем она тебя загоняла. Ты хоть обедать-то успеваешь?

-Конечно.

-Доброе утро.

-Доброе. -Катюш, мне тоже чаю, пожалуйста.

-Мне кажется, ты от меня бегаешь, нет?

-Тебе кажется.

У меня много работы.

Спасибо, мам. Я пошел.

-Подожди.

Мне нужно тебе кое-что сказать. Катюш, дай нам поговорить.

Меня интересует, что ты собираешься делать с Тарановым.

-Я не обсуждаю работу дома.

Ты, между прочим, сам меня этому учил.

-Это ты усвоил, молодец.

Только тут все сошлось - и дом, и работа твоя, ну, так получилось.

-Послушай, я не занимаюсь твоим делом, пап.

Я не имею право, я близкий родственник потерпевшего.

-Я знаю, да. Им занимается твоя начальница.

Знаешь, сынок, мне обидно, что ты только со мной

не обсуждаешь дела по работе.

Вот с мамой ты обсуждаешь, и ничего.

-Мне кажется, ты должен дать показания.

Раз ты все вспомнил. -Показания?

-Да. -А тебе не приходило в голову,

что я просто боюсь Таранова, из дома из-за этого выйти не могу?

-Мне кажется, ты думаешь, что я до сих пор маленький,

что меня легко обмануть, как в детстве.

-Что за бред, когда я тебя обманывал?

-А помнишь, когда мы с тобой гулять ходили?

Ты покупал мне много конфет.

И мы шли к одной твоей... -Хватит!

-Знакомой. Чего хватит-то?

Мультики мне включали.

Я эту историю вспомнил, пока ты в больнице был,

раньше не помнил.

Странно у детей память устроена, да? Странно.

Приятного аппетита, папа.

-Спасибо. -Давай.

-Пока.

-Это что за выкрутасы, Рая? -Пусти меня!

-Что происходит?! -Мне Марина все рассказала.

Про магазин, про пожар, про хозяина!

Не уверена, хочу ли я знать, что у тебя с рукой.

-Рая! Рая!

Рая! -Не надо, я сказала.

-Рая, прости меня.

Я неправ, я должен был тебе все сказать,

но я не хотел тебя волновать. -Знаешь, у тебя получилось.

-Да постой ты! Пацаны, идиоты, дурака сваляли.

Все должно было быть совершенно не так.

-Дурака сваляли? Саныч в коме, его в район повезли!

-Да не я его, понимаешь? Не я!

А придурок один. Бывшая шестерка Бека.

Контрабас сдуру его привлек, а эта мразь магазин сожгла.

А потом решила Саныча замочить, мы его ищем.

Потом передадим Егору.

А Саныч гордый.

Я ему деньги предлагал большие, а он не взял.

-Зачем вообще нужно было в это лезть?

Или ты Маринке не можешь отказать?

А может, я чего не знаю?

-Ты что говоришь, а?

Рая, ты знаешь, сколько людей ко мне ходит?

-Вот это-то мне и не нравится.

Я понимаю, когда ты людей собирал, чтобы с Беком разобраться.

Я же не знала, что ты сам им станешь.

-Не смей так говорить, я тебе не Бек.

У меня все по закону, слышишь? У меня фирма!

-Да, внешне-то по закону, а внутри - та же банда,

хоть и по закону. -Знаешь что!

-Что?

-Прости. Зря я так.

Ты действительно должна все знать.

Извини, сяду.

Голова кружится.

Больше никаких тайн. Я тебе обещаю.

-Здравствуй, Эдуард Борисович. -Доброе утро.

-Погоди ехать, я очки проверю.

Чего такой не веселый-то?

-Я хочу рапорт подать.

Хочу выйти из вашей группы. -Что?

-Я дело одно взял давно.

У нас девочки пропадали, помните, я вам говорил еще в первый приезд.

-Говорил что-то, и что? -Вот я подал в розыск подозреваемого.

Это врач из нашей больницы.

В Воронеже обнаружили его труп.

Вчера созванивался со следователем, нужно будет ехать на опознание.

-Езжай, кто тебе не дает?

А про рапорт думать забудь, я тебя никуда не отпущу.

Даже не мечтай. Поехали.

-В отдел едем? -Нет, сначала к тебе.

Чего смотришь?

И у меня не одно дело, не только у тебя.

С папашей твоим хочу поговорить, он дома?

-Дома. -Ну и поехали.

Не волнуйся, при тебе разговаривать не буду.

В машине подождешь.

-А я успею на полчаса отъехать? -Езжай, если надо.

Я все равно меньше чем за час не управлюсь.

-К тебе пришли.

-Здорово, командир. Как оно? -Хреново.

-Слушай, Контрабас, я Мусе на трубку брякнул, падла молчит.

Не отвечает.

Плохой знак.

-Ну что молчишь? Говори, не стесняйся, при мне можно.

Я все про ваши подвиги знаю.

-А я думаю, что ты на меня волком-то смотришь.

Думаешь, Муса сюда сунется?

А какой резон?

Мы же вроде его людей не трогали, чего им лезть-то?

-Поди заберись в чужую голову. Давай гадать не будем.

Организуй на фирме круглосуточное дежурство.

Как раньше.

-Если разборки будут, так не с фирмой, а с тобой,

об этом подумать надо.

-Нас я защитить смогу. -Смелый такой с одной рукой.

-Она права, ты сейчас не боец. Может, вам смотаться куда?

Ну, пока все уляжется. -Нет, нельзя.

Решат, что струхнул.

-Тогда я к вам заселюсь.

А что? Я на коврике могу.

-Контрабас, Контрабас. На коврике собака будет, а ты человек.

Давай, заходи.

По пятьдесят хлопнем.

Рая, сообрази, пожалуйста.

Холодненькой.

-Давай.

-Эдик! -Мам, ну ты чего вышла?

-Пойдем в дом. -Нет, я не пойду, я здесь подожду.

Так надо.

-Там папа сейчас так кричал...

Скажи мне, что происходит?

-Не знаешь, что ли? Он всегда кричит, когда ему что-то не нравится.

-Нет. -Успокойся.

-Нет-нет. -Слышишь меня?

Успокойся, все будет хорошо.

Поверь мне, иди домой.

Иди.

-Ну? Полегчало?

-Знаете, я вообще имею полное право не отвечать на ваши вопросы.

Я еще на больничном.

-Конечно, кто ж спорит-то?

У меня и вопросов-то не осталось, может, быть только один.

-Какой?

-Сейчас, найдем.

В голове ничего не держится, все записываю.

Вот, нашла.

В прошлом году вы купили квартиру.

В Москве.

На Кутузовском проспекте.

114 квадратов.

-И в чем вопрос?

-И еще участок, почти 3 гектара,

на Рублево-Успенском шоссе.

Наверное, вы на повышение собирались?

А может, завистник какой у вас в столице нашелся, а?

Ой, ну опять плохо. Может, врача вызвать?

-Уходите, я не буду с вами разговаривать без адвоката.

-Правильно, правильно. Но врача все-таки вызвать надо.

Адвокат не всегда может помочь.

До свидания, Борис Кимович.

-Да сиди ты. Чего распрыгался-то? -Как вы поговорили?

-Трудно.

-Ты-то как съездил, удачно? -Нет.

Я в больницу ездил, нужен кто-то из коллег подозреваемого,

труп опознать. -И что, никто не хочет?

-Не может никто, заняты все. Тысячи причин, чтобы не ехать.

-Как всегда у нас. Ладно, все, поехали.

-Мурин!

-Здорово.

-Здорово.

-Здравия желаю. Ключи мне дай.

-А ты чего здесь? -Машину угнали.

-У тебя? -А я что, не человек, что ли?

-Вам еще это, просили передать...

-Ты идешь? -Да, пять минут.

Слушай, у меня к тебе дело есть. Поговорим на улице?

-Да, сейчас.

Вот, пожалуйста.

-Он тебе нужен или я могу его забрать?

-Я дальше сам дооформлю.

-Вам лишь бы забрать.

-Это чего за тетка была? -Следователь из Генпрокуратуры.

-Ты все растешь?

ВЗДЫХАЕТ

Чего хотел?

-Слушай, труп Фрязина нашли.

В Воронеже.

-И чего?

-Съезди со мной на опознание.

-Я-то тут при чем? -В смысле при чем?

Ты его в лицо знал, я с твоей подачи на него в розыск подал.

В чем проблема-то? -Так его полгорода в лицо знало.

Найди кого-нибудь другого. -Так всем пофиг!

Из больницы никого не отпускают, тебе вообще плевать.

-Мне не плевать. Чего завелся-то?

Когда хочешь ехать?

-Сегодня в 12, выезжаем ночью.

День там, потом обратно.

-Ладно, поехали. У меня там тоже кое-какие дела есть.

На твоей поедем или на моей? -У тебя же угнали.

-Вот на этой.

-Это что, твоя?

-Ну, типа того.

-Не, ну тогда на твоей, конечно.

-Давай, заеду вечером за тобой. -Спасибо.

-Это кто такой?

-Да это друг детства, учились вместе. Я попросил его на опознание съездить.

-А сейчас? -Что сейчас?

-Дружите? -Ну, так.

-Ну ладно, давай вернемся к нашим баранам, экспертиза пришла.

В общем, как я и предполагала. Но знаешь, что интересно?

-У всех огнестрельное, а один чистый - ни царапины.

Только шею ему свернули.

Кто у вас такой умелец?

-Почему у нас-то? Может, это залетный кто-то.

-Нет, дружок.

Трупы в таком чудном месте прикопали, приезжие бы такое сто лет не нашли.

Вон, у дороги бы ветками забросали, и все.

Так что это ваши, местные.

На, почитай.

-Хорошие помидоры.

-Спасибо.

ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК

-Да, Рус, привет.

А ты их видел когда-нибудь? -Этих рож точно не видел.

-Я каждый день на рынок приезжаю, сыну все свежее надо.

Этих не видел.

Погоди-ка...

Я за ними смотаюсь. Потом перезвоню.

-Рус, Рус! Подожди, не суйся туда!

СТУЧИТ В ДВЕРЬ

-Привет. -Привет. Как он?

-Да нормально. Звонят эти.

Давай, проходи, сынок, проходи.

-А груз?

Хорошо, послезавтра.

Да, я буду ждать.

Давай, на связи.

-Только что звонил Муса, очень извинялся и сказал,

что сломалась машина, пришлось вернуться.

-Не врет. -Врет.

Обещал товар привезти послезавтра с большой скидкой, что думаешь?

-Руслан только что на рынке троих видел.

Говорит, похожи на тех, кто только с гор спустился.

У него глаз наметанный. -Нет. Нет, не может быть.

Не могли они так быстро подсуетиться. Хотя...

Раечка, будь добра, сделай нам чай.

Чай и что-нибудь сладенькое, хорошо? -Хорошо.

Жень, может, ты поешь, а? -Не, я тоже чай.

-Перекусил бы. -Нет.

-Ладно, принесу сейчас.

-Контрабас, слышишь?

Обзвони всех, кто в городе. Послезавтра ждем гостей. Действуй.

-Может, он тоже врет, что послезавтра.

-Может, и врет, а может, и нет, я не знаю.

-Ну что, опять секреты? -Никаких секретов. Чай ставь на стол.

Падай, Жек.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Алло, Жека, это я. Ты дома? У Таранова?

Сейчас подъеду, выскочи.

Поговорить надо.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Лиза, можешь мне сказать, сколько он пролежал? Ну, примерно.

-На глазок - пару дней, не больше.

-Так и лежал бы, если бы бабка не пошла кота своего искать.

-Да, и нашла на нашу голову.

Карга старая...

Идите в машину, я сейчас приду.

-Алло, Хасанов, Малюков это.

В общем, нашли твоего Жданова Нежданчика - колотое в сердце.

Нет, нож не нашли.

Давай ты не будешь учить меня работать.

Занимайся своим делом, я буду своим.

-Коль, не ори ты, господи.

Просто спросил - хорошо вы нож поискали?

-Да что...

Труп Жданова нашли.

Колотая рана прямо в сердце.

-Добегался, значит.

Ты кому звонишь?

-В Воронеж звоню, скажу, что не смогу приехать.

-Это почему это?

-В смысле? Из за Жданова. -А Жданов-то тебе чего теперь?

Или ты покойников воскрешать умеешь?

А может, ты у него спросишь, что Гордей на складе там забыл?

-Я бы лучше спросил, за что его убили.

-Это да. Давай езжай, один день ничего не изменит.

А изменит, я с тебя спрошу.

Только без обид.

-Так, может, лучше не ехать? -Шучу я.

-Ты только у своего Егора Павловича не забудь отпроситься.

Очень уж обидчивый стал.

-Живешь вот так, и не знаешь, что у тебя под носом творится.

И чего вы с этим делать будете?

-Приедут, встретим. -Встретим...

-А чего еще делать? По кустам разбегаться?

-Угораздило же.

Я как чувствовал, что не надо было с Тарановым связываться.

-Таранов-то тут при чем? Джавдета не из-за него убили.

А ты бы что сделал на его месте? Спустил бы на тормозах?

-Не знаю.

-Раньше знал.

-Привет. -Здрасте.

-А чего тут сидите? Пошли в дом.

Давно надо было поговорить, как-то не срасталось.

Как жена, сын? -Спасибо, все хорошо, растет.

-Извини, я тебя даже не поздравил.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Ее вчера с вокзала эвакуатор приволок.

Владельца я установил - Фрязин Игорь Валентинович.

Думаю, фамилия такая знакомая, где-то слышал.

А потом смотрю - вот он, красавец!

-А чего ты радуешься-то?

Теперь хрен знает, сколько у нас простоит.

И денег не дождешься, она же в розыске.

Ладно, пойду майору доложу.

-Прошу прощения.

Хасанов, машина твоего Фрязина нашлась.

-А где? -На штрафстоянке.

Будет время - прокатись.

Как дела?

-А, Егор Павлович...

Егор Павлович, подождите!

-Ну?

-Мне в Воронеж надо на один день. Тело Фрязина опознать, отпустите?

-А чего ты меня спрашиваешь? У нее и спроси.

ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК

-Да, Хасанов. Слушаю.

Мама, я тебе перезвоню. Я занят.

-Что там у тебя?

-Да я отпросился у Брагина, как вы сказали.

-Я не про это. Мать чего звонила?

-Да так, спрашивала, когда домой приеду.

-С отцом что-то?

-Нет, почему? Она бы сказала.

-Ну ладненько, давай-ка ты меня довезешь до больницы,

а сам дуй на эту штрафстоянку.

А то не терпится.

-А почему в больницу, зачем?

-Чего ты на меня так смотришь? Нет, не болею.

Не надейся.

Просто поговорить надо кое с кем.

-Наконец.

-Здорово.

-Слушай внимательно. Руслан засек гостей, похоже, они с оружием.

Он тебе покажет их берлогу. -Чего с ними делаем?

-Вообще ничего, ты меня понял? Вообще ничего не делаем.

Только следим.

Нам сейчас шум вообще не нужен. -Понял.

Ну что, погнали, сейчас обстряпаемся. -Погодь.

-Руслан, я знаю, почему ты обходил нас стороной.

Про нас разное говорят. Хочешь верь, хочешь не верь.

Но сейчас ты по одну сторону баррикады с нами, это ясно?

Мы этому очень рады.

Дальше сам решишь, с кем ты - с нами или нет.

Парень взрослый. А за помощь тебе спасибо.

-Я тоже поеду. -А ты куда?

-К Хасанову. Скажу, что я не могу.

-Жень, подожди. Горячку-то не пори. Если Мага прав, ты успеешь вернуться.

-А если они раньше приедут? -Приедут раньше - справимся.

У тебя будет целый капитан милиции в свидетелях,

что ты здесь вообще ни при чем.

-Да, но но я лучше с вами. -Жень, ты лучше без нас.

И потом, подумай, в дороге люди становятся болтливыми,

может быть, ты что-то узнаешь, что они там нарыли по делу Гордея.

Такого случая терять нельзя, Женя. -Я за ним следить не буду.

-Я не прошу тебя следить за товарищем.

Солдат, разведай обстановку.

И не забывай, из-за кого мы попали в эту катавасию с Гордеем.

А выбираться нам всем вместе.

Рот на замке держи, и все будет в порядке.

Жень.

Береги себя.

-Здорово, это я.

Все нормуль.

И адреса, и явки, и пароли.

Можем мы сниматься?

Лады.

А то я уже задолбался в этом клоповнике торчать.

-Вот то, что вы просили.

Надеюсь, вы понимаете, что я нарушаю определенные инструкции?

-Понимаю, милая, понимаю. Спасибо.

А скажи, тут у Казначеевой появился кто-то?

-В смысле мужчина?

-В смысле мужчина.

-Я, конечно, не привыкла лезть в постель, что называется,

к своим подчиненным, но злые языки поговаривают,

что, возможно, у них есть роман с Игорем Валентиновичем.

-И кто это?

-Наш доктор.

Фрязин Игорь Валентинович.

Но там история такая мутная... -Подожди, как его фамилия ты сказала?

-Фрязин. Игорь Валентинович.

-Спасибо, милая, ты мне очень помогла.

-Пожалуйста, была рада помочь.

-Да, отмотать бы время назад.

А теперь чего уж.

Поздняк метаться, как говорил наш помполит.

Ты, главное, своего сына не проморгай.

-Не проморгаю.

-Смотри, один из этих.

-Ты куда? -Спокуха.

-Ты чего творишь? -Спокуха, говорю.

Я их квартирку заприметил.

Контрабас, бери троих побойчее в полной выкладке

и дуй на Красноармейскую, я тебя тут встречу.

У тебя полчаса.

Время пошло.

-Чего ты задумал?

Таранов же сказал... -Слушай, чего ты нервный такой, а?

Сейчас мы их тепленькими возьмем. Ты с нами или домой?

-С вами. -Молодец.

-Может, вы ее к себе отгоните? Чего ей тут стоять?

-У нас нет охраняемой стоянки. -Понятно.

-Нет, сигнализация не пашет - аккумулятор сдох.

Пока везли, еще крякала, а сейчас все.

-Понятно. Ну чего, вскрываем?

-Как это вскрываем? Вы чего, так не пойдет, я за нее отвечаю.

-Не дрейфь, капитан, хозяина схоронили уже.

А бумаги мы все тебе отпишем. -Да?

Ну ладно, смотрите.

-Давай, малыш.

-Твою ж мать!

-Нормально.

-Чего ты там найти хочешь? -Валер, ты меня так спрашиваешь.

Я не знаю. -Хорошо ты придумал.

Не знаешь, а голову мне отвинтят? -Успокойся, если что, вали на меня.

-Ну чего здесь?

-Хасанов, здесь отвертка, а ближе к рукоятке - похоже, кровь.

На торпеде такие же пятна. Отмывали, но не отмыли.

-А на торпеде откуда? -Я не знаю.

Может быть, хозяин палец порезал. А может, кто головой ударился.

Все, не мешай. Дай, еще посмотрю.

-Везучий ты.

ТЕЛЕФОННЫЙ ЗВОНОК

-Да, алло, мам. Чего ты хотела?

-Пожалуйста! Как сможешь - приезжай домой.

Нет, нет. Папа в порядке.

Я понимаю.

Я понимаю, работа.

Хорошо.

Хорошо, как получится.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

ЗВОНИТ В ДВЕРЬ

-Кто? -Алло, сосед.

Воду на хрен вырубай, заливает.

-У меня все выключено.

-Всем лежать! Руки в пол!

-Что вы делаете? Кто вы такие? -Не дергайся.

-Это что за хрень? -Осторожней, это камера!

-Зачем вам камера? -Они журналисты из Берлина.

-А я Папа Римский.

-Андрей, вас из дас? -Из дих полицай.

ГОВОРЯТ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ

-Ну чего, реально немчура, что ли? -Да!

А можно я покажу документы? -Давай.

-Пресса.

-Их документы тоже показывать? -А ты как думал?

-Только без резких движений.

ГОВОРЯТ НА ИНОСТРАННОМ ЯЗЫКЕ

-Пресса.

А чего вы вырядились как душманы? -Да мы не вырядились.

Мы в лесах были месяц. Снимали фильм про местную природу.

А сейчас к маме моей заехали, она тут живет.

ОТКРЫЛАСЬ ВХОДНАЯ ДВЕРЬ

-Андрюшенька, а почему у тебя дверь не заперта?

-Здравствуйте.

А что это здесь происходит?

-Да в гости зашли.

-О, вы уже здесь? -Как видишь.

Слава богу, у вас иногда можно такси поймать.

Как съездил-то?

-Ну, нашли кое-что.

Я вернусь, квартиру вскроем. Думаю, еще что-нибудь обнаружим.

-Молодец, молодец.

А скажи-ка мне, Эдуард Борисович.

А как ты своего Фрязина вычислил?

-Фрязина?

Ну, поступил сигнал, что было нападение на женщину.

-Понятно, понятно. А как имя женщины?

-Таня.

Ну, Казначеева Татьяна Павловна.

-Врачиха?

-Да, а вы?.. -Подожди, я первая спросила.

Так это она про Фрязина просигналила?

-Нет.

Женя Мурин.

-Мурин...

А, так это друг детства?

-Да.

Фрязин его девушку, в общем, с ломки снимал.

Она наркоманка.

-Ой, господи, господи, вот что молодежь с собой делает, а?

На вот.

Это адрес родителей Казначеевой.

Ты же в Воронеж едешь? Они в Воронеже тоже живут.

Зайдешь к ним, может быть, Татьяна там и окажется.

Поговорить бы мне с ней.

-Мам, я дома.

Мам, ты где?

-Я здесь.

-А отец где?

-Папа уехал.

-Как это - уехал?

-Не знаю, пришла из магазина, его нет.

Вещи разбросаны.

Загранпаспорта нет.

Эдик, Эдик, что он наделал?

-Все, все, все.

-Здорово.

Ты чего такой? Случилось чего?

-Нет, все нормально. Поехали.

-Слушай, ты либо говори что-то, да, либо вон назад пересаживайся.

Меня от твоей физиономии в сон тянет.

Надо было мне дома оставаться.

-У меня отец уехал.

-Куда уехал?

-Да хрен его знает, сбежал куда-то.

К нему Реброва сегодня приходила.

Начальница из Генпрокуратуры.

-И чего?

-Да ничего.

Уф... Короче, когда отца ранили,

мы с матерью думали, что он не выживет,

и она мне передала такой дневник, ну, не дневник,

я не знаю, как назвать,

короче, там про все его криминальные дела написано.

Я не знаю, зачем он его вел, зачем хотел, чтобы я это прочитал,

когда с ним что-то случится.

Короче.

-Об этом кто-нибудь знает?

-Не знаю, может, мать, конечно, догадывается.

Ну а кому мне рассказывать?

На работе, что ли? Я что, Павлик Морозов?

-Понятно.

-У тебя там полный бак. -Я же не знаю, сколько она жрет.

Дальше километров триста ни одной заправки.

На, налей. Пойду заплачу.

-Видел? -Да.

-Алло, Николаич.

Похоже, у нас гости.

Поеду за ними от 108-го километра.

Понял, давай.

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Вот такая история с Джавдетом. -Понятно.

Дело Малюков ведет. -Хочешь рассказать ему?

Чтобы он полез в горы убийцу ловить? -Нет, он не полезет.

-Вот и я о том же.

-Остановились.

-Чего делать будем?

-Будем брать.

-Возьмите деньги, заберите все, только не убивайте.

-Рот закрой свой!

-У меня жена и двое детей. -Сколько там народу?

-Какого народу? Где народ? -Товар везу.

-Понятно.

-Э! Ты чего делаешь? Озверел, что ли?

-Я спрашиваю, сколько там народу?

Говори, или я поджигаю!

-Четверо.

-Только пикни - и я тебя урою!

-Итак. Слушать меня внимательно!

Одно неверное движение - вы трупы!

Выбрасываем оружие и выходим по одному!

Даю пять секунд.

Один!

Два!

Три!

Четыре!

Пять!

-Мордой в землю! Мордой в землю! Руки за спину!

-Следующий!

Давай-давай, поживее!

-Спрыгнул, быстро!

-Следующий!

Следующий!

Я сказал, следующий!

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

-Лежать, сука, лежать, я сказал! Тихо!

-Жека!

Жек, ты живой? Жека!

Жека! Жек! -Оставайся с ними.

-Мордой в землю!

ТРЕВОЖНАЯ МУЗЫКА

УДАР

-Живой?

-Жень, ты в порядке? Ранили? -Ерунда.

-Прости, раньше приехать не успели. -Есть во что переодеться?

-У меня есть. Я тебе дам.

-Ну вы, мужики, конечно, и дали. -Чего теперь с ними будет?

-Они разберутся. Поехали.

Редактор субтитров А.Олзоева

Корректор В.Сухиашвили