Original subtitles

Степа! Смотри, девять раз!

Вадим, чем не второй век до нашей эры? Глянь. Рома!

Некогда.

Иду!

- Варвар! - Обедать-то будем?

Опа!

Все идет как надо.

Режим же нарушен, кормилец.

Неужели опять будем питаться концентратами, как в Антарктике?

Дорогой товарищ дипломат, мы привезли с собой столько каш и супов! Их надо уничтожать.

- Ну ладно. - Обратно я их не повезу.

Дежурный Любешкин, что у тебя сегодня на обед?

Сейчас выясним.

- Ну? - Пища богов.

Да? Интересно. А что на первое?

- Суп-пюре гороховый. - На второе?

Макароны.

- Ну а на третье? - Тебя третье интересует? На третье - секрет изобретателя.

- Ну! - Да. Иди сюда. Главная задача...

Что-что?

- Не понимаешь? Объясню. Главное... - Рома, убери руку.

- Сигналь. - В мою пользу.

- Ладно. - Учтем.

- Что за ерунда!

Где Сундуков пропадает? Каждый день исчезает. Давай сигналь, сигналь.

Сейчас.

Что вам, делать нечего, что ли?

Ироды, с ума посходили, аккумулятор мне хотите разрядить, бессовестные!

Я предупреждал, не сигналь.

Что ни говори, а частная собственность отражается на психологии человека. Верно, Рома?

- Я с тобой абсолютно согласен. - Голос бережете, машину не бережете.

- Ну-ка. Что это у тебя? - Краб.

- Живой? - Живой.

- Дай мне его. - Возьми.

- Прошу к столу. - Обед готов?

Давно уже готов.

- Музыка. - Пожалуйста.

Кушать подано. И...

Клянемся не бриться, не пить, не курить...

И остаться...

...и остаться дикарями. - Аминь. То есть... Ура!

- Второе. - Сейчас.

- Пожалуйста. - Берем. - Дальше.

- Прошу. - Спасибо.

А ресторане-то сейчас небось духотища. То ли дело на свежем воздухе.

И простые макароны, а кажутся шашлыком. Верно говорю?

Безусловно.

- Степ, ну не хамство, а? Да я тебе... - Но! Согласен.

Я за третьим пошел.

- 1:1. - Я помню, помню.

Вот, пожалуйста. Секрет изобретателя.

- Что это за трясущееся? - Ешьте, ешьте, ребят, не бойтесь.

- Какая-то розовая медуза. - Не порть товарищу аппетит. Ешь.

Это без хлеба едят, не приучайся.

- В Риме однажды я пробовал вареных осьминогов.

Он никогда в Риме не был, треплется.

- На, за здоровье, мамы! - Ешь сам.

- Да, сам попробуй. - Пожалуйста!

- Вкусно. А дальше? - Я? Пожалуйста!

Я чай принесу.

- Рискнем? - Давай.

- Ничего. - Вкусно?

- Так вот, про осьминогов. - Ну-ну?

Едем мы из Милана в Рим. Дороги потрясающие.

Из-за поворота вдруг низкий белый "фиат".

Ну, как наш "запорожец". Степа, за рулем!

Ребята, а кто вылил всю воду?

Дежурный по кухне не должен задавать подобных вопросов.

- А что он должен делать? - Обеспечивать лагерь водой.

Да?

- Да. Завтра моя очередь. - Это единственное, что меня утешает.

Можно шляпу не портить?

А ну-ка, встань. - Пожалуйста.

- Сдурел, что ли? - Пресную водичку надо беречь, дорогой.

- Чтоб у вас руки отсохли, черти полосатые!..

Простите, пожалуйста. Я думал, что это ребята.

Ничего. Здравствуйте, товарищи.

- Здравствуйте. - Добрый день.

Вы здесь надолго расположились?

- Кажется, это вас не устраивает. - Вы догадливы.

- А что тут смешного? - Мне смешно, потому что это место - наше.

- Какое место? - Вот это.

- В каком смысле "наше"? - В прямом.

А, на Земле сейчас тесно.

Нет, просто каждый год мы отдыхаем именно здесь.

- Простите за нескромный вопрос. - Пожалуйста.

- Кто это "мы" и сколько вас? - Нас двое. А что?

Нет, ничего.

- А кто вы такие? - Это неважно. И давайте не будем.

О!

А вы, случайно, не из милиции? Сейчас мы паспорта покажем, минуту.

Слушайте, граждане, это место наше, и заняли вы его незаконно.

- Как вы сказали? Незаконно? - Да.

- Слышите, доктор? - Не глухой.

- Пять лет мы живем здесь. - И что же?

И не собираемся изменять нашей привычке.

- Оригинально. - Милая девушка, не смешите нас.

Любешкин, иди сюда!

- Что? - Не падай в обморок, нас выселяют.

- Кто нас выселяет? - Пожалуйста.

- Простите, это вы нас выселяете?

Мы вас не выселяем.

- Ну что же вы, ребята? - Мы просто просим вас отсюда уехать.

Здра-а-авствуйте!

- Здравствуйте. - А куда уехать?

Да куда угодно! Найдите другое место.

- Почему мы должны уехать? - Детский лепет.

- Вы, кажется, мужчины? - Нет.

Мы не мужчины.

- Как? - Так. Мы дикари.

Неважно. Вы должны уступить нам это место.

- Простите-простите, пардон. - Пожалуйста.

How can you explain that's your ways?

Он спрашивает, чем вы можете доказать, что это ваше место?

Да.

- Вам нужны доказательства? - Да.

- Не верите? - Нет. - Нет. - Да.

Ну, хорошо. Докажем. Разрешите?

Закрой рот.

Три, четыре, пять, шесть, семь. Так...

- У вас есть лопатка? - Что?

- Лопатка есть у вас? - У нас лопатка есть?

- Доктор, у нас есть лопатка? - Есть.

"Наше место"! Что это, золотой прииск, что ли? Нашли Клондайк.

Пожалуйста.

- Будьте любезны. - Что?

Выкопайте ямку.

- А, это у нас Рома большой специалист. - Пожалуйста.

Помоги девушке, Рома. 2:1.

Мы доказательства ищем или памятники старины?

Зря острите.

- Ну что же дальше? - Доказательства...

Натик!

- Муж. - Утомился?

Устал.

Бедняга. У-у...

Сидеть!

Не муж.

- Зоя, ну что ж ты? Куда пропала? - Наташа, наше место заняли!

- Как это? - Вот так, заняли - и все.

- Кто? - Понятия не имею. Какие-то ребята.

Но здесь каждое дерево знает, что это наше место. Здравствуйте, товарищи.

Яму не там вырыли. Там!

- Вы что, не верите, что это наше место? - Нет, мы охотно верим...

- Тогда в чем дело? - Но где же доказательства?

Ах доказательства? Пожалуйста! У вас есть лопатка?

Девушка, а экскаватор вам не нужен? Доктор, у нас есть экскаватор?

Пожалуйста.

Зоя, пошли. Благодарю вас. Спасибо.

Прошу.

Благодарю вас. Спасибо.

- Уберите машину. - Доктор, машину уберите.

Нет, пожалуй, можно оставить.

- Нет, доктор, можно оставить. - Спасибо.

Так. В прошлом году...

Вот она! Вот вам доказательства, НЗ. - Доктор, у нас стаканчики есть? - У вас есть штопор?

- Рома, дай штопор. - Минуточку.

Ну вот же штопор, вот.

А, конечно.

Пожалуйста.

- Что это? - Читайте.

Самодеятельность! На.

- "Крым, Новый Свет"... - Ну-ка, читай вслух.

"Советское шампанское полусухое".

Да не ты! Вадим, читай.

"Мы, презирающие и осуждающие все виды отдыха, кроме дикого,

открыли это место на берегу Черного моря 20 июля 1956 года

и в тот же день закрепили его за собой пожизненно.

Каждый год обязуемся использовать для этого все средства и возможности, отдыхать вместе и только здесь.

В закрепление данного обязательства распита бутылка шампанского, и в нее вложено данное охранное свидетельство".

Детский сад! Ясли.

- Теперь убедились? - Ну, допустим.

- А в чем мы должны убедиться? - Что это место - наше.

Девушки, милые, дорогие...

- Мы вам не милые и не дорогие. - Еще не хватало.

Минуточку. Давайте посидим за круглым столом и разберемся.

- Зачем? - Тсс. Прошу.

- Пошли, Наташа? - Пошли.

- Присаживайтесь. - Садись.

- Можно мне начать? - Давай.

Товарищи, я выражу общее мнение...

- Ну ладно, Рома, погоди. В конце концов, в этом году вы можете отдыхать в любом другом месте.

- Конечно. - Безусловно.

Нет, не можем. И не будем.

- Ультиматум? - Как хотите.

Интересно получается.

- Знаете, что я скажу? - Что? Странные люди - думают, что мы шутим.

- Удивительно даже. - Ну, хорошего понемножку, пошутили - пора и честь знать.

- До свидания! - Good-bye!

Ну что, можно считать, что беседа прошла в теплой дружеской обстановке.

Ну ладно.

- Наташа, пошли. - Конечно, пошли. Ой...

Дипломат, ты что-нибудь понял?

Ну как тебе сказать? Биноциклизм, который является таким образом.

- Неописуем. - Неописуем? - Нет. Три.

- Кончайте. - Перестань.

Авантюристки они. Две авантюристки, вот увидите.

- Да? - Точно.

Наташа, как ты думаешь, кто они?

Понятия не имею.

Эта мрачная личность, по-моему, торговый работник. Мясник, точно!

Почему ты думаешь, что он мясник?

- Нет, не похож. По-моему, полярник. - Нет, не может быть. - Нет? Ну а кто же он тогда?

- Они называют его доктором. Он врач. - А, может быть.

- А кто же второй? - Спортсмен.

А третий - парикмахер. Причем дамский.

Посмотри, вылитый парикмахер! - Пока ясно одно: они заняли наше место. Пошли отсюда.

Дипломат, принимай дежурство.

- Выкатились. - Да, уехали.

Довели нас до курения.

Да.

Ну?

Тебе говорят.

- Ну что, ребята, после такого нервного потрясения морская ванна была бы весьма кстати.

- Так, приехали. - Мы же могли там остановиться.

Нет, только здесь. У них под носом.

- Почему? - Мы должны создать им все условия для невыносимой жизни.

А, это мы сумеем. Значит, решили: здесь, да?

Конечно.

- Зоя! - Наташа, мы должны их уплотнить.

Ты знаешь, они, оказывается концентратами питаются.

Бродяги.

- Все-таки ты зря это придумала. - Да брось. пойдем лучше скорее купаться.

Нам придется с ними разговаривать.

Зачем? и о чем? Они для нас не существуют. Их нет.

Главное - выдержать характер.

Да, столбик надо докрасить. Сейчас займусь.

- Это ты указатель сделала? - Я. Ничего?

- Ничего. - А если они отсюда не уедут?

Ну как это - не уедут?

Не уедут, да и все. Положись на меня.

Уж если я дрессирую настоящих львов,

то с дикобразами как-нибудь справлюсь.

Откровенно говоря, они ничего особенного из себя не представляют.

Не скажи.

- Да-да, шаблон и стандарт. - Нет, внешне они вполне. А вообще - конечно.

- Та, которая Наташа, значительно симпатичнее той, которая в полосочку.

Зои?

- Зоя ее зовут? - Это которая?

Лохматая, которая заставила его яму копать.

Так они обе лохматые.

Договорились.

А ну, пошли.

- Ну что, пойдем, что ли? - Пойдем.

Пошли.

- Уже падаешь? - Ну ладно!

О, консервная банка системы "запорожец".

- Новой марки? - Старье.

- О, яичницу едят. - С ветчиной.

Нет, с колбасой.

- Рома, пересолишь. - Да.

Ну ладно, я пойду, пожалуй, приглашу.

Потанцевать?

- Пошли. - Ты что?

- Разрешите? - Что такое?

-5:1. - Читаю дальше.

Давай.

"Джексон смутился. Перед ним стоял беззащитный Петерсон.

Кровь у него отлила от головы, мысли прояснились, и он значительно успокоился.

Он очутился под длинным сводом в полной темноте и тишине.

Дрожа всем телом, с замирающим сердцем Джексон ощупью выбрался... "

Говорит Москва. Московское время 22 часа 31 минута.

Сегодня исполняется 85 лет со дня смерти великого поэта...

- Рома, ты что не спишь? - Нет, почему? Я сплю.

- Дипломат, физик, Роман... - "Человекообразная обезьяна".

Три небритых дикаря.

- Как называется человекообразная обезьяна?

Горилла.

- "Горилла" не подходит. Шимпанзе. - Мы должны избавиться от них.

- Как? - Любым способом.

- Ну, будем спать? - Спокойной ночи.

Пока.

Да, нарушен нормальный отдых. Все нарушено, я так и знал.

Им только этого и надо.

Лично меня это мало беспокоит, не на того напали.

Какой-то ты за последнее время стал нервный.

- Степа, перестань трястись. - Ладно.

- А ты куда смотришь? - В море.

Брось смотреть. Дай бинокль.

- Интересно, что ты там потерял? - Что?

Положи бинокль.

- Пожалуйста. - Полтора часа прошло.

- Час. - Час?

Ну и что? Вам-то какое дело?

Да так.

- Грустно. - Что "грустно"?

Посмотри, эти нахалки плавают как дельфины-шизофреники.

Сейчас посмотрим на дельфинов.

Плывем обратно.

Подождем еще немножко. Пусть поволнуются.

Забыла рассказать, я вчера заплыла, смотрю - а дипломат за мной.

Ну я дальше плыву. Отплыла метров сто и легла на спинку.

- А дипломат? - Подплывает и говорит: "Не боитесь утонуть?"

Потом снова вокруг меня, и спрашивает: "Вот где-то я вас видел. Где? Ну никак не могу вспомнить".

Ну ты сразу напомнила, что ты актриса кино?

- А дальше что? - Пожал в воде плечами и поплыл к берегу.

- И все? - Нет, не все. Глупо получается:

живем рядом и даже не здороваемся.

- Да? - Конечно. Как дикари какие-то.

Любой нормальный человек не смог бы остаться спокойным, если бы на его глазах утонули два...

- Две. - Ну две.

- Показуха. - Да, простой расчет, ясно.

- Какой? - Точно.

Дипломат, соображать же надо.

- Нет, пускай он скажет. Какой расчет? - Что ты хочешь от меня?

Какой расчет?

- Игра на чужих нервах. - Пожалуйста!

Лично меня это мало трогает.

- Ну! - Я был женат и знаю.

- Ни слова. - Хорошо.

Ай-ай-ай! Девушки, разве можно так далеко заплывать?

А ну, хватайтесь за веревочки.

Ну, как хотите.

Ребята, мы каждый день будем ходить в обход?

Я же сказал, нормального отдыха не будет.

Ну, можно было бы уступить им это место, а самим найти другое,

но, по-моему, это будет неумно с нашей стороны.

- Что ты предлагаешь? - Подождать. Посмотреть, чем дело кончится.

Все-таки это даже в какой-то степени интересно. Лично я настроен оптимистически.

Мирное сосуществование двух различных систем.

В какой-то степени - да. Но не нужно разжигать страстей и превращать наш лагерь в коммунальную квартиру.

Но на уступки тоже идти не надо. На уступки не пойду!

Боже сохрани! Что вы, ребята?

Я говорю не об уступках, не об отходе от принципиальных позиций,

а об установлении элементарных норм общения в общежитии.

- Понятно? - Нет.

Elementary norms of conduct in the hostile.

Не морочь голову, говори яснее.

Ты по-русски сказать не можешь? Смотри, всю машину поцарапал!

Испортил машину, пора продавать. Так что ты говорил?

- К примеру, надо ли утром здороваться? - Он прав.

- По-моему, надо. - И по-моему.

- Не надо. - Не обязательно.

- Предатель.

Да...

- Ребята, у меня есть идея. - В самом деле?

Интересно.

- Я предлагаю провести границу. - Так есть же граница.

Это воздушная, а я предлагаю по земле.

- Чем? - Консервными банками.

- Пустыми? - Ну конечно!

Правильно!

- Помогай.

- Смотрите, губная помада. - О, женщины есть женщины.

Ну?!

- Точно тебе говорю.

- Ну хватит философствовать. - Доктор камешек нашел. Подходит?

Как раз.

Сейчас...

- Что ты пишешь? - "Ж".

- Ну-ка, давайте я столбик оформлю. - Давай.

- Все, границы на замке. - А по-моему, мы глупостями занимаемся.

Какая разница? Отдыхаем.

- Готово. - Приступаем.

Насколько я успел заметить,

они здороваться с нами не собираются. И вообще мы не знаем, с кем имеем дело.

- Ну как же, фамилии нам известны. - А меня их анкета не интересует.

Кого в наше время может интересовать анкета?

- Рома, давай для кресла кусочек отрежем.

- Да-да. Сундук, банку. - Держи. На еще.

Так.

А как быть с деревом? Минуточку.

Давайте отдадим, а?

Одно?

- Ну их же двое. - А, отдайте оба.

Ну ладно. Это я возьму себе.

- Да? Степа, работай, работай. - Хорошо. Туда, значит?

- Хорошо. - Так, сюда баночку.

Да, давай прямо.

Действительно, мы до сих пор

не знаем, с кем имеем дело и кто они такие. Кто, я тебя спрашиваю?

Спокойно. Вскрытие покажет.

Покажет! Лично я свой багажник запираю в бумажник.

Степа, бумажник в багажник значительно удобнее.

- Ну да. - Между прочим, я при них себя чувствую как дурак.

- В чем? - В этой бороде.

- Вот-вот... Предупреждаю: разложение в наших рядах начнется именно с бритья. Иди сюда.

- Степа, я вообще бриться не люблю, у меня кожа нежная.

Вот это принципиально.

- Ну а я как все, но, по-моему, это глупо.

Как сказать.

- Идут.

- Зоя, смотри.

- Тише.

- Что? - Подожди.

Пусти руку!

- Пульс нормальный. Ты что в машину залез? Ты что, испугался?

Из принципа.

- Принципиальный человек, ничего не поделаешь.

- Ты знаешь, Наташа, просто не знаю, что делать. Меня так волнует здоровье моего Левушки.

- Я понимаю тебя. - Как он там без меня?

Не волнуйся. Пошлем телеграмму.

- Думаешь? - Конечно.

- Слушайте, мне кажется... - Ну?

Зоя!

- Их идейный вдохновитель - этот мрачный бородач.

Да, очень серьезный.

- С ним будет потруднее. - Жалко.

Зоя, мне очень нравится эта музыка!

- Так сделай громче, Наташа! - Пожалуйста!

Вылезай.

О, внешний раздражитель включили.

Сто раз вам говорил, не обращайте внимания. Ну перестань дергаться!

- Степа, выходи. - Не буду.

- Ну ладно. - Вылезай.

Сказал, не буду!

- Раз-два, взяли! - Отпусти!

Еще взяли!

- С ума посходили! - Серьезный человек.

Ученый, физик.

- Неврастеник. - Будьте любезны, музыку выключите.

Девушки, ну вас же просят, выключите,

пожалуйста, музыку.

- Выключите приемник, пожалуйста. - Громче.

Если не можете выключить, сделайте хотя бы тише.

- Рома, ладно. Сейчас мы им устроим. - Давай, Вадим!

И... - Погоди. Последнее предупреждение! Начали.

Рома, давай сильнее, еще! Там никого нет, давай, давай! Там никого нет, что ты дергаешься?

Там никого нет! Тебе говорят, там никого нет, иди выключи приемник. - Как - нет?

- Вот так. - А где они?

Испарились.

- Что, зря играли, что ли? - Ну, входи, входи.

Ну что ты там, уснул, что ли?

Рома, ну выходи! Они же скоро придут, неудобно.

Любешкин, что ты там делаешь?

Ну давай быстрее выходи!

Ну Рома, что ты там делаешь? - Степа! Вадим! - Что?

- Она милиционер! Ты понял теперь? - Кто?

Подожди, узнаешь.

- Покажи! - Что случилось? Что вы раскричались?

Товарищи, сенсация: она - старшина милиции!

- Кто? - Наташа.

- Сержант. Теперь все ясно. - Что ясно, Степа?

Что они с нами так разговаривали.

- Никогда бы не подумал, что она милиционер. Вот Наташа так Наташа.

А кто такая Зоя?

- Два сапога пара. Лейтенант, вместе проводят очередной отпуск.

Диагноз правильный. Ребята, может,

нам лучше с ними не ссориться? Нет, лично я пас. - А вы знаете, что это такое?

- Что? - Типичное превышение власти.

- Товарищи, но она же милиция! - Ну и что? Женщина-милиционер - она ведь тоже женщина.

- Вообще, да. - Идут. Быстро положи в палатку, на место.

- Раз, два, три... Так, немножко расширим. Так, сюда... Степа, читай, очень интересно. Читай.

- "Мы одни. Джексон выстрели ему в затылок... "

Ой, какое безобразие! - Что случилось? Ах, выключили радио! - Кто выключил наше радио?

- Кто выключил наше радио? Граждане! У вас есть мужество признаться, кто выключил наше радио? Ну!

- Я. Наташа, проверь, вещи целы?

Сейчас проверю!

- Это слишком. Обыщите!

- Безобразие! Съели наш шоколад!

- Немножко пригубил, капельку! - Наташа, эти вещи нужно убрать.

Ну что вы из-за шоколада шум

поднимаете? Я вам сахаром верну. - Можете оставить себе. - А французские духи?

- Что? - Брали?

Кто?

- Вы. - Я?! Ну случайно подушился.

А...

- Могу извинения попросить. - Кому нужны ваши извинения?

- Ну что им еще предложить? - Желе.

Сто раз вам говорил, не лезьте туда.

- Ступа, ну немножко пригубил, так... -5:0?

Пять лет.

- Год условно. - Да, ребята. Вот и решили с ними не ссориться.

- "Поднималась кровавая заря... " - Перестань ты со своим детективом. Надоел.

- Что ты читаешь все время? Отдохни, хватит.

- А наш метод, кажется, действует. А? - Все-таки дипломат симпатичный.

Когда мужчина небрит, я не могу

понять, симпатичный он или нет.

- На чем ты остановился? - Ох, Рома, на самом интересном месте. Джексона помнишь? Сбежал из тюрьмы.

- Мне бы его заботы.

Степа...

Сундук!

Поднималась кровавая заря. Джексон стоял напротив тюрьмы рядом с Петерсоном. Он целовал ему руки.

Петерсон говорил ему: "Я люблю вашу бороду, я люблю вас нос, ваши волосы, но я убью вас, я ненавижу вас,

я вас буду душить. Всю жизнь я буду мстить вам". СУНДУКОВ СТОНЕТ

- Рома... Рома, ты спишь? - Да.

Слушай, Джексон в меня сейчас

стрелял во сне. - Не попал? - Нет.

- Возьми себя в руки, спи, маленький. - Ребята, что случилось?

Джексон стрелял в Сундукова.

- Что ты говоришь? Убил? - Промахнулся. Спи, маленький, спи.

Ага.

- А, ерунда, дурачатся. Давай спать.

О, ледис, ай эм сорри.

Би кеэфул, ю мэй гет донт. - Не волнуйтесь, не обгорим.

- Мое дело - предупредить, а там как знаете. Мое почтение.

Мы с вами не знакомы.

Зоя, скажи, пожалуйста, а ты очень любишь своего Левушку? - Очень. Очень люблю.

Разве можно его не любить, Наташа? Он очень умный и способный лев. - Да?

- Но характер у него - у-у-у! Посложнее, чем у Цезаря.

Почему же он тебя слушается?

- Наташенька, главное - дать почувствовать зверю, что человек сильнее его. Хочешь яблоко?

- Не-а. Значит, в нашей ситуации мы должны дать почувствовать мужчинам, что женщина сильнее их.

- Да. Но в данном случае нам придется несколько изменить метод нашей дрессировки.

- Что предлагаешь конкретно? - Нужно изменить тактику.

Как?

- Настойчивость у нас есть. - Думаешь, есть?

Конечно.

- Самообладания хватает. - Так.

Чего нам не хватает?

- Не знаю. - Нам не хватает ласки.

Чего-чего?

- Ласки. - Этого действительно у нас нет.

- Ну что ж, пожалуй, начнем с доктора.

- Может, лучше с дипломата? - С доктора.

Доктор!

Доктор! Можно к вам?

Войдите.

Простите, но вы ведь, кажется, доктор?

- Доктор. - Разрешите обратиться?

- Попробуйте. - Мы не собираемся мириться...

Мы с вами не ссорились.

- Да, но между нами сложились такие отношения!..

Что их лучше не выяснять, иначе наговорим друг другу дерзостей.

Но вы же не имеете права отказать человеку, который обращается за помощью.

Вы же не тонете.

Не шутите. Зоя тяжело заболела, ей нужна ваша помощь.

Да? В таком случае вы обращаетесь не по адресу.

- Как это? - К сожалению, ничем не могу помочь.

- Не поняла.

- Осторожно, попадетесь на крючок. - Этого еще не хватало! Вот уж никогда не думала, что среди людей такой

гуманной профессии могут быть такие, как вы! Обращаешься с элементарной просьбой, неужели трудно помочь?

Оказывается, еще не перевелись на нашей земле грубияны. - Это вы про кого?

- Про вашего друга, доктора. - Какой же он грубиян? Это милейший человек, добрый, воспитанный, отзывчивый.

- Да? Как раз этого я не заметила. - Что произошло?

- У Зои очень высокая температура. - Позвольте?

Спасибо.

- Заболела? - Да, перележала на пляже, вся сгорела.

От нее хоть что-то осталось?

- Что вы смеетесь? Вы не представляете, как она страдает.

Что же вы молчали?

- Я?! Я как раз обращалась к вашему доктору.

К какому?

- Вон к тому. - Ах к Сундукову!

Это уж я не знаю,

Сундуков или Петров... - Какой же он доктор? - Вы его называете так.

- Он и есть доктор, только физико-математических наук.

Жаль.

- Не волнуйтесь. Если вам нужен настоящий врач, то среди нас есть...

Вы?

- Нет. Правда, он... - Что?

Он... Минуточку, извините.

- Пожалуйста-пожалуйста.

- Есть дело. - Какое дело?

Убери копыта.

- А, уже по ниточке ходишь. - Зоя сгорела.

Как - сгорела?

- Перележала на пляже и вся сгорела. - Что смеешься? Что я должен делать?

Ну как? Ты же врач.

- Надеюсь, ты не сказал, что я ветеринар, хватило совести?

Конечно.

- Чем же мне ей помочь? - Пропиши мази, лекарства.

С Сундуковым надо посоветоваться.

- К чему тебе Сундуков? - Ни к чему.

Товарищ Вадим, я ведь вас жду.

- Одну минуточку, я сейчас иду. Я пошел.

Давай-давай.

- На чем мы остановились? - Вы сказали, что среди вас есть...

Врач. Он с удовольствием согласился

вам помочь. - Спасибо. - Надо было сразу к нему обратиться.

- Я же не знала. Простите, я думала, вы врач.

Я так и понял.

- Степа, Зоя заболела. - Ай-ай-ай-ай!

Пойдемте. Товарищ Вадим,

я очень волнуюсь, помогите нам, пожалуйста.

Все, что от меня зависит, я сделаю.

- Большое спасибо. - Рома!

- Больная у себя? - Да, пройдите.

Давай.

- Кто там? - Это врач. Можно к вам?

- Одну минуточку. - Пожалуйста, я подожду.

Войдите, доктор.

- Здравствуйте. - Здравствуйте, доктор. Садитесь.

Ничего, я постою. Что с вами?

- Ой, доктор, сгорела на солнце. - Нехорошо. У вас спирту не найдется?

- Вы можете взять духи, доктор. - Можно, да?

Пожалуйста.

Простите.

Голову поверните.

Ага... Откройте рот. "А"... - А-а-а.

- Закройте рот.

Дышите, пожалуйста.

Еще раз.

Ослы, понимаете, и те от солнечных лучей прячутся. Уж на что ослы, а вы...

- Доктор, чем вы можете мне помочь? - Сейчас.

- А! - Тпру!

У вас бумажки не найдется? - Вон, доктор, под шоколадом возьмите. - Извините, случайно получилось.

- Что вы, угощайтесь. - Нет, что вы, я его терпеть не могу.

Я вас очень прошу.

- Прошу, Наташа. - Спасибо. Всего хорошего.

До свидания.

- Ну перестань, ну зачем? - Уть!

- Можно? - Кто там?

Это врач.

- А, пожалуйста. - Я не к вам.

Зоя, к тебе врач.

- Проходите. - Заходите.

Вот, два раза в день принимать.

Спасибо, доктор. Вы не боитесь испачкать карман?

- Вы на что намекаете? - На чернила, доктор.

А, ручка...

Случайно. - Скажите, как вас зовут?

- Паспорт? - Да нет, просто.

Роман.

- А почему вы испугались? - Нет, что вы, я не испугался. До свидания.

- Доктор, дверь налево. - Спасибо.

- Ну как, доктор? - Думаю, все будет в порядке.

Я так волнуюсь!

- Ну что вы, я прописал мазь. - Большое вам спасибо.

Нет, ни к чему. Что вы? Зачем?

- Да я рецепт прошу. - А, он у больной.

Тогда спасибо.

- Я попал в глупую историю. - Что она тебе сказала?

- Нет, спасибо. Я лучше напишу рецепт.

Протягивает руку...

Лечите?

- Степа, у Зои ожог. - Ай-ай-ай.

А что тут особенного, если Роман

как врач оказал девушке медицинскую помощь?

И теперь на ней все заживет как на кошке.

- Не остри. - Выбирай выражения.

- Значит, я куплю хлеба, печенья и закажу в аптеке мазь.

Только свежий хлеб купи.

- Угу. - Наташа, не задерживайся.

Я ненадолго, скоро вернусь.

- Журнал купи! - Хорошо!

Рома, по-моему, у нас тоже хлеба нет.

- Зачем хлеб, когда есть сухарики? - Знаешь, надоели твои сухарики, пора перейти на свежий хлеб.

Ну-ка, отойди.

- За хлебом? - Да.

Пожалуйста.

- Что еще прихватить? - Иди-иди.

Все, лед тронулся.

- Наташа! - Да?

Ничего, что я вас Наташей называю?

- Пожалуйста. - У нас тоже хлеба не оказалось.

Пойдемте вместе, вдвоем веселей.

- Да, но, по-моему, мы зря так идем. Что такое?

Ничего.

- Вот так будет короче. - Вы думаете?

Уверен.

- Пойдемте.

- В конце концов, зачем сидеть на сухарях, когда можно есть свежий хлеб? Это не роскошь.

- Хватит! - Слушай, ты все время нас терроризируешь. Мне это надоело.

Не бриться, не пить, не курить, не... Ладно, не будем. - Покачай, пожалуйста.

Вторую неделю только этим и занимаюсь.

Я сам во всем виноват. Мне же говорили: "Рома, поезжай в санаторий".

В ВЦСПС, ВТО, МПС, УКК, ДДТ, ОТК...

Четырехразовое питание, пижама в полоску, культурный отдых! - Хватит качать.

- Ты на что намекаешь? Притащил нас в дыру...

Протри лучше колпак.

- Кто это?

Ты узнаешь? Кто это? - А! - Посмотри, на кого я стал похож.

Тьфу! Я же потерял свое лицо. - Его надо иметь. - С большим юмором.

Ух, старик! Я тебе этого никогда не прощу. Никогда! - Принеси лучше воды.

- Да, ты дежурный, а я, значит, за водой. Приготовь ужин.

Опять?

- Да!

- Зарема Павловна... - Просто Зоя.

Ах да, просто Зоя.

Вам пресная водичка не нужна?

Будьте любезны. Вы знаете, где стоит ведро?

- У "запорожца". - Совершенно верно.

Да... Вот так.

- Пока мазь будет готова, у нас целых два часа свободного времени. Куда бы нам пойти?

- Ой! - Ой!

Простите.

- Это вы простите. - Вы говорите, что заканчиваете Институт международных отношений?

- Да. - Очень интересно.

Что вы ищете?

- Я? - Да.

Как "что"? Рецепт.

- А, рецепт. Он у меня. - Я забыла.

Наташа, я предлагаю пойти в кино.

- В кино? - Да. Пойдемте?

Ну что вы, зачем нам ходить в кино, что мы можем сейчас там смотреть?

Конечно. Ой!

- Что такое? В чем дело? - Да ну вас, вы мне наступили на ногу.

- Я? - Да.

Извините, по-моему, я далеко стоял.

Значит, это не вы. Ну все,

я пропала. Пойдемте в столовую. - Куда? - Я очень кушать хочу.

- Пойдемте. - Пойдемте лучше в новый ресторан "Чайка", недавно открылся на берегу

моря. Говорят, что очень красиво. Я там еще не была. Прекратите меня обнимать.

- Я вас обнимаю? - Конечно.

- Ой, товарищи, этот не обслуживается. - Нам только бутылочку сухого вина.

Никаких сухих вин.

- Почему? - Иностранных гостей ждем.

Вот ю тел ми?

- Как-как? - Вот ю тел ми?

Ах, бутылка сухого вина.

- Йес. - Секундочку.

Здорово у вас это получается.

- А что остается делать? - В каких вы были странах?

О!

- Неужели весь мир объехали? - Да.

Могу разлить?

- Да-да.

- Благодарю вас. - Пожалуйста. Кушать будете?

У вас тоже неплохо получается.

Вот я смотрю на вас и думаю: что, если бы все милиционеры были на вас похожи?

Как? Вы меня узнали?

Если бы я не знал, кто вы такая, я бы никогда не смог представить себе вас в роли милиционера.

Почему? Как раз с этой ролью я неплохо справилась.

- Вам нравится ваша специальность? - Странный вопрос. Конечно. Очень.

Но почему вы избрали именно эту профессию?

Я о ней с детства мечтала.

Что вы говорите! И родители не были против?

Нет. Моему отцу даже нравится моя профессия.

- А кто ваш папа? - Подполковник милиции.

- Кто? - Подполковник милиции. А что?

- Хотите еще? - Да, немножечко.

- Достаточно. - Пожалуйста.

За ваше здоровье, моя милиция меня бережет. - С удовольствием.

- За вашего папу, за наследственность.

Я вам не помешаю?

Скажите, вы действительно тот самый физик? - Какой "тот самый"?

- Который знаменитый - Сундуков. - Тот самый.

Над чем вы сейчас работаете, если вы, конечно, не в почтовом ящике?

- Сейчас? - Угу.

- Расщепляю ставридку. - Да нет, я серьезно. Что у вас сейчас в физике новенького?

- Слушайте, когда я на отдыхе, я на темы, связанные с моей биографией и профессией, не разговариваю.

Даже с милицией.

Что? - Нет, ничего. Можно вам посоветовать?

- Нет. - А я все-таки вам посоветую. Вы знаете, для отдыха вы место

неподходящее выбрали.

Для вашего здоровья карловарская вода была бы незаменима.

Мне морская вода больше нравится.

- Да? - Да.

- Ап!

Что "ап"?

Что вы все время апаете? - Нет-нет, ничего.

Солнце вам противопоказано. Ну посмотрите, посмотрите.

Ну, убедились?

Все говорят, любовь - это...

"- Последние "Известия". - Сегодня на заводах и стройках. - Светлогорск - самый юный город

Белоруссии... "

- Вы уходите? - Да, мне уже нужно идти. Спокойной ночи.

- А мазь! - Тише, Зоя спит. Давайте.

Тсс.

- Наташа... - Что?

- Может, пойдем купаться? - Куда?

Купаться.

- Что вы, я поздно не купаюсь. - Хотя бы на волну посмотреть.

Нет уж, завтра успеем посмотреть

на волну. Спокойной ночи. - Да... - Ну что вы стоите? Идите.

- А, иду. - Да не сюда, туда, к себе.

А, не сюда, понятно.

- Я говорю, спокойной ночи. Все. - Спокойной ночи.

Ведь не любить...

- Извини, пожалуйста, Зоя. - Что это?

Мазь.

Мазь, лекарство. - Мазь? - Ну конечно.

- Спасибо. Как не вовремя ты меня разбудила, на самом интересном месте.

Прости.

- Какой мне сон приснился! - Какой?

Кто это там стонет?

- Это Роман поет. - Ах он уже поет?

Мне кажется, он ужасно в тебя влюблен.

- Да? Очень хорошо. Все идет по плану.

Ведь не любить - значит не жить...

- Ну а как Вадим? - Дипломат?

Угу.

- Мне он нравится. - Что-что-что?

Да, нравится. Да нет, я шучу.

Пока что держится мрачная личность.

Слушай, ты сегодня стонал всю ночь?

Где стонал?

- На берегу. - Я пел.

Этот стон у вас песней зовется.

- Начинается. - Посмотри на себя в зеркало.

Что такое?

- Посмотри. - Ты что, сказать не можешь? Интригуешь.

- На кого ты стал похож? Осунулся, похудел, будто желтую лихорадку перенес.

- Ребята, потише, мы же не одни. - Степа, ты полнеешь - я худею. Каждому свое.

- Доброе утро. - Доброе утро.

Здрасте.

- Какой это отдых, если человек чахнет? - Чахнет!

Доброе утро.

- Здрасте. Что ты кричишь? Отдых давно кончился, мы живем иллюзиями.

Лично я отдыхаю нормально,

а ты занимаешься самоедством, сам себя ешь. Разве я не вижу? Скелет. - Потише.

- Кто скелет? Я скелет? - Да, скелет, а не мужчина.

Где ты видел таких скелетов?

Мне осточертели игры в Робинзонов! - Да? - Да!

- Вот-вот-вот, бациллы разложения дают о себе знать. Беспринципные люди.

- Брить или не брить?

Предатели.

- Разрешите? - Спасибо.

- Позвольте еще вопрос. - Пожалуйста.

- В вашем обществе часто повторяется одно имя.

- Подслушиваете - нехорошо. - Нет, что вы: Просто волей-неволей до нашего слуха иной раз долетают

обрывки отдельных фраз. Зоя часто вспоминает имя какого-то Левушки. Это ее муж?

- Не совсем. - Понимаю.

Друг. И вы знаете, очень ревнивый.

- Что вы говорите! - Я бы никому не посоветовала с ним встретиться с глазу на глаз.

- Ах вот как! - Она его так любит, так скучает...

- Наташа... - Да?

Простите.

... что я просто удивляюсь.

- Можно с вами откровенно поговорить? - Почему бы нет?

- Давайте присядем. - Пожалуйста.

Дело в том, что... Да, то, что я вам сейчас скажу, пусть останется между нами.

- Ну конечно. - Речь идет об одном из наших

товарищей. - О ком? - Не о том, который физик,

а наоборот. - Я не понимаю. - А, да. Ну, Рому вы знаете.

- А, врач? - Да.

Как интересно! Ну?

- Вы знаете, он погибает. - То есть как - погибает?

Вот так, погибает, и все.

- В чем дело? Почему? - Я расскажу все по порядку. У Ромы когда-то была любимая девушка.

- Так. - Но, когда она узнала, что он не обыкновенный врач...

- То есть как - необыкновенный? - Ну, не человеческий, что ли.

Не понимаю.

- Ну, ветеринар. - А-а.

Она почему-то постеснялась выйти за него замуж.

- Просто не любила, вот и все. - Да?

Ну конечно.

Но для него это оказалось травмой. Он поклялся не обращать на женщин никакого внимания.

И стал убежденным холостяком.

- Печально. - Да.

Но сейчас произошло сверхъестественное. Он по уши влюбился.

В кого?

В вашу подругу.

- В Зою, да? - Да.

- Понимаю. - Я теперь не знаю, как ему помочь.

Я сейчас пойду и все ей расскажу.

- Ну что вы, мы же договорились. - Ой, я забыла. Ну хорошо, хорошо.

Отвори потихоньку калитку...

Рома!

Эгоист, педант проклятый! Пусть зарастет с ног до головы. С меня довольно.

- Рома, ты что? - Хватит! Бриться, мыться, стричься,

делать то, что ты делаешь, и правильно делаешь. Не быть дикарями.

- Может, мне тоже? - Побриться?

Да.

- Давай, кому нужна твоя козлиная борода?

Молодец, долой рабство!

- Вадим... Вадим! - Что?

Ты с ней говорил?

- С кем? - С Наташей.

С Наташей? Говорил.

Ой, что-то кусается. - Что Зоя? - В общем, к ветеринарам относится

положительно. Только этот, как его... действительно есть. - Кто такой?

- Насколько я понял, артист цирка. Свиреп, своенравен, ревнив. Не человек, а лев.

- Так что я должен предпринимать? - Как - что? Наступать. Насколько я понял, он ей не муж.

- Да? - Только если тебя не смущает, что она милиционер.

В конце концов, любой женщине свойственны черты милиционера.

Вначале она говорит: "Давайте не будем", а потом: "Следуйте за мной".

Мрачная личность - великий труженик, все время с зонтиком возится.

Что ты от него хочешь?

- Да нет, ничего.

Пошли. - Слушай, ничего? - Да, хорошо.

Готовы.

- Все! - Не дай бог, Сундук увидит.

Ай! Ну-ка, ну-ка?.. Ну!

Слушай, у меня то же самое? - Хуже. Надо срочно загар принять. - Где солнце?

- Здравствуйте. - Мое почтение.

Здравствуйте.

- Добрый день. - Когда вы уберете свои часы с нашей территории?

- Сегодня обязательно уберу. - Девушки, вы ничего не замечаете?

А что случилось?

Нет, ничего. - Мы совсем не изменились? - Мы не понимаем, о чем вы говорите.

- Нет. - Ну...

С бородой вы были гораздо интересней.

Ну вот!

- А я его предупреждал. - Вы с бородой тоже были значительно симпатичней.

- Да? - Но так тоже ничего.

Ну хорошо, Зоя, пошли.

- Вы далеко собрались? - В санаторий ВЦСПС, смотреть фильм "Старшина милиции".

- "Сержант милиции". - Да, прости.

Вадим, неужели мы пойдем в кино?

- Ты что, с ума сошел? пойдем гулять. - Но только ты начинай.

Ну... Пойдем, пойдем.

- Да? - Иди-иди.

- Неужели на этом можно суп варить? Остроумно Сундуков придумал.

Изобретатель.

- Делать нечего, он развлекается. - Где он взял столько зеркал?

Привез.

- Из Москвы? - Конечно.

Вы туда, а я...

- Что вы говорите? - У Романа есть предложение.

Интересно.

- Я предлагаю не ходить в кино. - А что?

Почему?

- Вадим, что? - А пойти погулять, говорит.

Ну что ж, можно.

- Многим моя профессия не нравится. - Это у вас призвание или?..

Нет, призвание. Я хотел быть

не обычным врачом. - А выдающимся? - Нет, просто ветеринаром.

- Интересно, а почему? - Видите ли, в детстве у меня была собака. Я ее любил.

Да. А мой товарищ ей отрубил хвост. А я взял... - И зажило как на собаке.

- Да. Знаете, с животными значительно проще, чем с людьми.

Вы так думаете?

- Да. Боль они хорошо переносят, начальству не жалуются.

Я с вами совершенно согласна.

- Вы говорили, что это северная страна. А что дальше?

Экономика которой зависит

от иностранного капитала США и Англии. Наташа, может, я неинтересно рассказываю?

- Нет, почему, очень познавательно. - Да?

Ну, пойдемте.

Вадим, вы идете? - Иду-иду.

- И что дальше?

Вадим, помогите, пожалуйста развязать платок. - С удовольствием.

- Ну это уж...

- Ну что вы, я хотел зубами.

Все. Совсем снять? - А как вам больше нравится? - Мне?

- Да. - Мне...

Вот так.

Так. - Что ты там делаешь? - Ничего.

Не думала я, что вы такой.

- Какой? - Ну такой, какой вы есть.

- А какой я есть? - Ну... симпатичный.

Что вы сказали?

- Я говорю, что в отличие от вас... - Нет, вы перед этим что-то сказали.

По какому поводу?

Ну ладно, не важно.

Я говорю, в отличие от вас, я своих подопечных не лечу, а воспитываю и укрощаю.

- Понятно, вы смысле... - Да-да-да. И дело я имею не с кроликами и даже не с овцами.

- Скажите, пожалуйста, Зоя... - Просто Зоя. Ой, поздно. Пойдемте, Рома.

- А вам случалось бывать в серьезных переделках?

- Случалось. Мои артисты... - Артисты?

Да, мы их так называем.

...клыкасты и злопамятны. И все-таки я их очень люблю. Каждый раз, когда я вхожу к ним за решетку... да-да,

я испытываю волнение, которое не имею права им показать. - Понятно.

- И они платят мне за это благодарностью.

Прям как у Макаренко.

- Да. Элемент воспитания играет немаловажную роль.

Но и дружинники помогают.

- Какие дружинники? - Ну...

А, униформисты - конечно.

Скажите, Рома, как вы думаете, что главное в нашей профессии? - Главное?

- Да. - Не знаю.

Терпение...

- Так. - ... настойчивость и...

Бдительность.

- Ласка. - Ласка.

Как - ласка? Я не понимаю. В милиции - ласка? - Почему в милиции? В цирке.

"Вечерний звон...

Как много дум... "

- Так что же император? - Какой император?

Вечерний звон...

Ну вы же говорили, Константин Великий.

А, да. Во время его походов на скифов и сарматов у него

служил ветеринаром некий Апсирт.

И он написал большое количество статей по вопросам ветеринарии.

- Это вы в энциклопедии прочли? - Спасибо. Да. Нет, просто это моя профессия, я обязан знать такие вещи.

А вот на целине у меня من был интересный случай... - Рома! Вы увлеклись.

Простите.

"... а будет он

В раздумье петь вечерний звон!"

- Представьте себе!.. - Представьте себе, что человек уснул, а его разбудили.

- Т-ш-ш. Извините, пожалуйста. - Ну кто спит в такую ночь?

Все нормальные люди.

- То же самое мог бы сказать интеллигентнее.

Рома!

- Да-да?

Степан Иванович. - Степан Иванович! - Степа, к тебе обращаются.

- Да? - Степан Иванович, а где ваша обещанная живая рыба?

- Я вам ничего не обещал. - Ну, извините. Спокойной ночи.

Спокойной ночи, говорят.

- Угу. Ни сна, ни отдыха. Лунатики несчастные, бродят по ночам.

- А у вас нет желания еще пойти погулять?

Уже поздно, пора спать.

Спокойной ночи. - Спокойной. - До свидания.

Что? Кто? Куда мы едем? Останови машину, что ты делаешь?! Ты что, ошалел?

- Бессовестный ты человек, Сундуков! У тебя сколько лошадиных сил?

У меня?

- В машине. -70.

А у Зои? В "запорожце"?

- Ну 25. -18!

Свихнулся парень, все.

- Маленький, трогательный, беззащитный, стоит на ветру, на солнцепеке, в то время как твоя, извини за выражение,

"Волга"... - Рома, кто это? - Я, но без бороды.

- Я с тобой после этого разговаривать не хочу!

Спокойно, Степа.

- Ну? - Тихо. Мне нужно с тобой посоветоваться.

- Что случилось? - Я ее люблю, понимаешь?

Люби себе на здоровье, только

- Что случилось? - Я ее люблю, понимаешь?

Люби себе на здоровье, только

не мешай мне спать. - Сундук, для меня это вопрос жизни.

Ты же знаешь мою ситуацию. - Ты в уме или нет? Ты что, сейчас в загс собрался бежать, до утра подождать не можешь?

Нет.

Все, завтра сажусь в машину и уезжаю. Оставайтесь здесь вчетвером,

делайте что хотите: влюбляйтесь, женитесь, разводитесь, сходите с ума. Хватит, с меня довольно!

- Подожди, ты должен меня выслушать. - Ну что случилось?

- Только тихо. Я решил сделать ей предложение. Как ты считаешь?

Я-то тут при чем? Решил - делай.

- Да? - Конечно.

Спасибо.

- Рома, а как ты это будешь делать? - Предложение?

Да.

- Ну как? Ну я...

- Не так-то это просто. Слушай меня. Рома, ты меня не слушаешь?

А, нет, не слушаю.

- Как хочешь. - Вообще-то, интересный вопрос.

Вот, представь себе, что я Зоя.

- Ты? - Да.

- Перестань, что ты... - Рома, я серьезно. И ты мне делаешь предложение. Давай.

Кто там? - Я. - Войдите.

- Рома! - Слушай, давай я уже внутри палатки...

Пожалуйста, но стучал очень хорошо. Давай.

- Зоя, можно с вами быть откровенным? - Конечно.

- Дурацкая фраза. Нет, я так не начну.

Как хочешь. Ты не волнуйся.

- Я не волнуюсь, с чего ты взял, что я волнуюсь?

Давай другой вариант.

- Зоя, вы любили когда-нибудь? - Нет.

А если она скажет: "Да, любила,

была замужем и у меня трое детей"? Что тогда? - Да...

- Ты мне лучше скажи, если она откажет, что мне делать?

Ну...

А...

- Принесешь ей свои извинения... - Так...

... и утопишься, море рядом.

Тьфу! Не тонкий ты человек, Сундуков. Сундук, а не человек.

Так пойдете завтра с нами в санаторий ВЦСПС?

- А цель? - Танцы.

- С удовольствием. Но я приду не один. - А с кем это?

Можно с Романом?

Пожалуйста. Простите, как отчество Сундукова?

Степан Иванович.

Степан Иванович, мы очень бы хотели, чтобы вы пошли завтра с нами на танцы.

Вы обращаетесь не по адресу, простите.

- Извините. Почему он такой сердитый? - Знаете, он у нас не танцует.

- Понятно. - Наташа, так мы с вами договорились?

Да, в 12 на пляже. Уже поздно, до свидания.

Спокойной ночи.

Степа... Сундук, слушай, это ты нарисовал? - А, тебе тоже посоветовать?

Сейчас. Теперь я Наташа. Женись, топись, море рядом. - Ты сбесился, что ли?

- Бродят по ночам, один приходит - будит, другой приходит - будит.

Ладно, не бурчи, хватит.

- Вот именно, хватит. Отдых, называется!

Злишься, завидуешь, да?

- Есть чему завидовать! - А еще товарищ, называется.

Ну конечно, вы бы гуляли до утра,

а я бы поджидал вас с чашечкой горячего кофе...

- И ты побрился? - Да.

Да ну вас!

- Эх, дикий ты человек, Сундук.

Ну, как успехи? - Что? - Ну...

- Вадим, перестань. - Смотри, доктор развлекается.

Несерьезный человек.

- Натик, тебе не кажется, что наши отношения зашли слишком далеко?

Кстати, это ты во всем виновата.

- Почему? - Просила ласки? Вот тебе, пожалуйста. На, подержи.

- Ты что, полюбила? - Не знаю. Во всяком случае, так больше продолжаться не будет.

- Хорошо, завтра выясним. - А что выясним?

Как они к нам относятся.

- Дверь закройте!

- Как я люблю грозу. - Ненавижу.

- О, Джексон явился. - Ух природа разбушевалась!..

Ты-то что бушуешь?

- Братцы, сейчас дождь пойдет.

- Дай гитару. О, прости, пожалуйста. - Ничего-ничего.

- Рома... - А... Что?

Как ты думаешь, любовь - это тоже стихия?

- Слушайте, куда я дел квитанции? - Что?

Ребята, вы не помните, куда я дел квитанции на прокат наших лодки и акваланга? Вадим, ты не помнишь? - В багажнике.

- Ну ладно, давайте спать, братцы.

Что, свет никто так и не погасит? Что вы балуетесь все время?

А ты видел когда-нибудь счастливого человека?

Нет, не видел.

Так вот, смотри - перед тобой.

Да, дипломат, я, кажется, все...

Что, по уши влюблен?

- Откуда ты знаешь? - По тебе, что ли, не видно? Так весь и сияешь.

- А ты? - А что я? Я тоже влюблен.

- Я заметил, что Зоя даже обрадовалась, когда узнала, что я ветеринар, понимаешь?

- Ты чудак, Роман. Что ты стесняешься своей профессии? Слушай, пойдем в лагерь.

- Вадим, смотри. А где "запорожец"?

Палатки тоже нет. Зоя!

Зоя! - Наташа! Может быть, они нас разыгрывают?

- Не похоже, что ты? - Странно...

Так, ну все, уехали. - Да не может быть, что ты? - Прочитай записку.

- Где? "Милые ребята... " - Читай, читай дальше.

"Мы уехали и решили вам не мешать.

Найдем себе тихое место. Не поминайте лихом двух милиционерш, которые нарушили ваш покой. Будьте счастливы".

Уехали. - Вот этого я никогда не ожидал. - Нет, я не верю, подожди.

Здесь что-то не так. Что ж такое, а? Вадим, никаких следов.

- Смотри, чистая работа. Рома...

Что?

- А может, ты их чем-нибудь обидел? - Я?

Да.

- Ну что ты? Я лечил, я... - Тогда в чем дело? Мы за ними честно ухаживали, не грубили.

Все было так культурно... Ничего не понимаю. - Не знаю. Уехала, даже не попрощалась.

Какой я дурак! Какой я олух! Зачем я сказал, что я ветеринар? Вадим, второй раз, ты понимаешь?

- Слушай, мы их найдем, мы их догоним. - Ну где мы их найдем? Где догоним?

Читай записку, читай.

- "Милые ребята... " - Дальше, в середине. "Найдем себе тихое место". Они не могли далеко

уехать, не могли. Надо быстро сниматься с якоря и за ними в погоню. Собирай вещи. Ух, какая подлость...

Собирай вещи, говорю! - Какая фальшь! Какая ложь! Вот это цирк! "Тихое место... "

- Заморочила мне все мозги. "Знаете, Вадим, я не милиционерша, а артистка кино... " Артистка...

Программа телепередач с субтитрами на страницах 200-209 Телетекста и на сайте www. s-tv. ru

Теперь я вижу, какая ты артистка. Вот это кино... Поехали! - Куда поехали? Галстук надеть...

Степа!

Сундуков!

"Просто Зоя... " Банальная откровенность. Ничего, подходящая пара - укротительница львов

и ветеринар. Она выступает со львами на арене, а я их лечу от переутомления. Ох, ненавижу львов,

ненавижу женщин, всех, всех до единой. Ничего, я им покажу, кто из нас укротитель.

- Где же Сундук, а? - Да ну, Сундук с места не тронется. СИГНАЛ КЛАКСОНА

Степа был прав, он нас предупреждал. И я ему верил. - Ну я же просил не разряжать

аккумулятор. Прочитал, мура какая-то. - Степа, Степа... - Джексон оказался женщиной,

авантюристкой. Пожалуйста, обещанная рыбка. - Степа, протри глаза.

- Что? - Смотри, палатка, запорожец" - смылись.

- Уехали. - Куда?

Куда...

- Куда... - Что такое?

Да-да-да.

- Что такое? - Никогда этого не прощу. Ну, если я ее увижу когда-нибудь...

- Странно. Что же это получается? Жили-жили, и вдруг на тебе - уехали. Зря вы за ними здесь ухаживали...

- Да, зря. - Зря бороды сбрили.

Ты был прав.

- Вообще, вы себя тоже как мальчишки вели. Ну никаких улик не оставили.

Да ничего, ничего.

- Плохо. - Письмо.

Какое письмо? Где?

- Записка. - Ну что же вы молчите, братцы?

Ну-ка, посмотри, посмотри.

- "Милые ребя... " - Ну!

Так, теперь кое-что ясно. - Вот видишь?

- На, сохрани. - Давай, пригодится.

- Я же сказал, что они авантюристки. Вещи все собрали?

Все, Степа, все.

- Хорошо. - Время, время...

0 минут второго.

- Да мало времени осталось. - Конечно, мало. Где прицеп?

Да вон прицеп, прицепили давно.

- Хорошо, молодцы. - Степа, дорогой, надо...

Да что надо?!

- Я знаю. Так... - Ну что еще?

По коням!

Значит, все собрали, да? - Да все! - А это?

- Извини, случайно. - Поехали.

Куда?

- Только вперед. - Но направление?

Не важно.

- Хотя бы приблизительно. - Какое это имеет значение?

Я знал, что ты нас поддержишь.

- Куда я поеду? Видишь, провод натянут? - Давай через провод.

- Наташа... - Ну?

Теперь по всему берегу будут искать нас. А сюда не вернутся.

Подумаешь, победа...

- Пропал. - Что?

Конец отпуска.

- Неделя. - Да.

- Зачем мы затеяли эту погоню? - Едем обратно?

Что ж остается делать?

- Действительно.

- Выяснили... - Наташа, палатку будем ставить?

Как хочешь, мне теперь все равно.

Зоя, ты их адреса не записала? - Я не думала, что мы уедем. - Ты же этого добивалась?

- Да, глупо получилось.

- Зоя, скажи... - Ну что тебе сказать?

Только честно. Ты хотела бы еще увидеть Романа?

Конечно хотела бы.

Ты меня просто поражаешь!

Скажи, ну кому нужна была эта твоя принципиальность? - Ну мы же все-таки добились.

- Чего мы добились? Одиночества? И вообще, ты с людьми обращаешься как со львами.

- Наташа, успокойся. Наташа...

Приехали.

Все говорят, любовь - это яд. Любовь - это яд, любовь - это яд.

Но сердцу любить нельзя запретить, Нельзя запретить, нельзя запретить.

Ведь не любить - значит не жить. Кто даст ответ, так или нет?

Ведь не любить - значит не жить. Кто даст ответ, так или нет?

Тот, кто влюблен, навек покорен, Навек покорен, навек покорен.

Он ночью и днем м любовью вдвоем, С любовью вдвоем, с любовью вдвоем.

Ведь не любить, значит не жить. Кто даст ответ, так или нет?