Original subtitles

ПЁС с Аленом Делоном в переводе Алексея Королёва

Сегодня утром я опять думал о нём.

Я часто о нем думаю. Я даже представить себе не могу его мертвым.

Такой хороший был пёс...

Он был так предан мне, что мне даже было стыдно, что я не мог остановить дождь, когда он на меня так (жалобно) смотрел.

Я любил его и все еще люблю.

Я перешел через мост Инвалидов, по пути в ресторанчик "Кедорсе", где я обычно завтракаю.

Я всегда стараюсь попасть туда пораньше, а то складывается впечатление, что куча народу ест в один ритм со мной.

Хозяин ресторана, месье Поль,- человек симпатичный и вежливый.

Он хорошо делает свое дело, не докучает лишними вопросами и пока еще не осаждает клиентов разными блюдами.

- Как ваши дела? - Хорошо, а ваши? - Хорошо, спасибо.

- Пожалуй я возьму салат из огурцов и помидор, и лисички под соусом.

- Хорошо, месье. - И грушевый компот, пожалуйста. - Хорошо.

- Сегодня, как раз потому, что думал о собаке, я завтракал поздно.

На этой бумажной скатерти, которая хорошо впитывает чернила, и на которой легко писать,

я начал сочинять историю, которая началась вот как.

Ален Делон

и

Эльке Зоммер

в фильме ПЁС

режиссера Франсуа Шале

Нет, это было уже позже...

А перед тем - всё остальное.

Все же мне было хорошо здесь...

Каждый вечер, в один и тот же час,

я возвращался домой, подзывал свистом собаку,

выключал свет, узнав из газет о всех неурядицах дня,

и думал: " Как хорошо что я жив, что живу там, где живу, живу как хочу".

Сначала меня тоже удивляло, что я могу жить здесь один, в компании собаки и книг.

Париж недалеко...

И Париж далеко, когда былинка прорастает между нами.

Конечно, иногда...это здорово, когда женщина любит нас...

Только у меня пёс...

Я ДЛЯ НЕГО здесь.

Иногда... я обижался на него.

Но он был так счастлив, когда клал свои пыльные лапы мне на колени,

которые он предпочитал ухоженным газонам.

Я убедился, что не смогу жить иначе.

Как юноша, влюбившийся в блондинку, в конце концов обнаруживает, что хочет быть преданным ей, и как боится предать ее,-

что он не сможет полюбить брюнетку.

Друзья тоже приходили ко мне и говорили: "Хорошо устроился, дружище".

"Ты самый умный".

Это одна из моих слабостей: я всегда хотел казаться умным.

Но как-то вдруг, в этот самый вечер, со мной произошло что-то странное.

Мне захотелось быть глупым.

Но, по правде, со мной такое уже бывало.

Особенно летом.

На ночь надо закрыть окна...

Эту немаленькую машину я купил только для того, чтобы мой пес кусал сзади подушки.

Я смотрел на него, как он на меня.

Иди, иди!

Иди домой.

Он как-будто говорил мне: "А не лучше ли здесь?".

"Ты будешь тратить деньги, которых у тебя уже и так немного."

"Ты не переносишь алкоголя, но будешь пить"

"Ты любишь выбирать женщин по достоинствам, и позволишь выбрать себя первой встречной"."

Я не мог ничего поделать...

На следующий день, хорошенько выспавшись, как я был счастлив! как МЫ были счастливы!

Опять я позволил ему одолеть меня...

Я был, конечно, тот еще тип!

Если б он опять на меня посмотрел, я бы больше не выдержал...

Но нет,- он спал.

Неплохо устроился.

Я, конечно, не виноват...

Ты что, дурак?

Ты милый.

Нет, ты никуда не пойдешь.

Нет!

Ты меня не разжалобишь!

Что ты о себе возомнил?

Хочешь, чтоб я тапочку взял? Смотри, дождешься!

Если мне нужно уйти, я не буду спрашивать у тебя разрешения.

И правда, мы в конце концов становимся рабами животных.

Видишь?

Мне тоже не трудно. Хотел шума - вот тебе шум.

И долго мы будем слушать друг друга?

Поверь мне - там не интересно.

Если б я мог удержаться...

Знаешь что?

Ты ведь сам потом пожалеешь.

Ну, будь послушным.

Охраняй лучше дом.

Что? Хочешь со мной?

Хочешь прогуляться?

Я предупредил тебя: сам потом пожалеешь.

Ну ладно...Пойдем!

А поводок?!

Забыл? Давай, неси.

Проходи.

Да уж, погодка неважная...

Еще было не поздно вернуться.

Я говорил себе: "Завтра ведь пожалеешь".

С этими их дорогами и не развернешься! Легко проектировать! Но неудобств от них порой больше чем пользы.

Последний вариант - делать вид, будто не знаешь куда едешь.

Я играл сам с собой в прятки.

Пигаль - от одного этого слова мне становится не по себе.

Вся эта литература о нем... Ловушка для туристов, равнодушных к замками Луары!

Паук из мрачных улиц, который того и гляди рассмеется.

Индустрия удовольствий, которая неизменно вызывает зуд.(?)

Вся эта красота - только внешняя, обманчивая.(?)

На мгновение я было подумал, что спасен.

Вот зачем я ехал!

Вот для чего я оказался там. Стыдиться больше нечего.

Позаниматься спортом. Только и всего!

Зайти на пару минут, потдянуть чуть-чуть мышцы...

Потом опять - дом, кровать...

Прежняя жизнь...

Надо будет еще как-то вырулить. Ладно, сейчас попробуем...

Поехали, дорогой мой. Это послужит нам уроком.

Домой.

Вот это странно...

Извини, старина.

Но это знак судьбы.

А судьбу надо уважить, а то обидится.

- Желаете развлечься, месье? Какой симпатяга (собаке).

Жаль только, что не говорит.

- Я на самом деле только... - Иначе нельзя здесь стоять, здесь место шефа, мсье Ноэля.

Вы наш старый клиент.

- Но я здесь первый раз, месье... - Понял - инкогнито. Проходите.

- Я на 5 минут. А? На 5 минут?

Чао. - Я посмотрю за ним, я люблю животных и они меня любят. Не беспокойтесь.

Теперь попробуй только открыть пасть!

- Гуд Ивнин, сэр! (англ). Гуттэн Абэнд.(нем)

БуОна сЭра! (итал)

Вы... возможно, говорите по-французски? - Теперь я начинаю понимать.

Ну вот. А это мои соотечественники... (?)

- Да-да, я вижу...(?)

- Все занято, но... - Я зашел на пару минут.

Там у нас бар.

- Добрый вечер, месье. - Добрый вечер.

Сложновато... Мгммм...сложновато...

- Извините, я... - Дайте я угадаю...

Месье, вероятно, желает элитного шампанского в полобутылках?

- И сколько это будет стоить?

30 новых франков плюс сбор. - Какой сбор?

- Ну сбор, месье, сбор.

- Просто... - Новые. Новые. (?)

А запах, месье! Понюхайте.

Мы шампанское никому не навязываем. Раз покупают, значит нравится. (?)

Мы клиентов насильно не завлекаем...(?) Может вам больше понравится "Ронжада"?..

- А сколько она стоит? - 30 новых франков. И сбор... А нет! нет! сбор уже учтен, зато нет сюрпризов (?)

И как вам? - Честно? Как на бале-маскараде.

- Вы же не собираетесь остаться здесь однин на ночь?

- Я далековато живу и... - Я не тороплю, но знаете, в баре так мало места, что...

что если не обновлять, то...

Все эти налоги... - И сборы... - Как раз хотел сказать...

Не хотите ли...заказать рюмочку для мадмуазель Жиннет?

- Коньячку? - Ой, нет... (?)

Вино. Вино, настоящее, очень вкусное шампанское.

Это хорошее. С выдержкой.

- Это хорошо...

- Та-ак...

Вторую... (?)

- Вы извините... у нас тут... жарковато. - Да уж. - У них тут привычка топить как в бане.

- Знаете о чем я подумала?

- Мне своих дум хватает... - Как? Хорошо здесь? а?

Тут не угадаешь...Вот если б вы пришли вчера... тут была атмосфера такая... семейная.

- Мне не то чтобы скучно... - Неужели уходите?

- Я просто не привык... - Да уж... и еще эти события...все эти события... (?)

Скажите, а что вы думаете об этих событиях? - Что их слишком много.

- Что творится сейчас! Все происходит без обсуждения... Демократия сворачивается, понимаете ли!

О, господи...

Хорошо есть чем утешиться...

Вот это другое дело...

Она недурна, но с ней не клеится... Что с ней поделаешь...

Если я вам расскажу... - Да тише!

- Еще есть у нее особенность: она все время недовольна, когда приходят мужчины...

- Кто это?

- Ничего не поделаешь... Такие вот дела... Если б она хоть слушала, ей бы дали здесь пару полезных советов.

- Ничего не понимаю... - Но она вернется?

- Завтра(?) Она чувствует и уить...Особенно в последние вечера... вы увидите...какое-то неуважение к клиентам(?)

- Что же с ней будет? А кто же знает?.. Все перепробовали, даже стриптиз...

Некоторые были так скованы, что не осмеливались смотреть на нее. Они все хотели перезвонить ей.

Ничего себе... Первый раз...

- И последний. Фруктовый сок.

- Извините...

- Нет, спасибо. - Ну почему же? Если он от чистого сердца... (?)

(по-немецки)

- Мадемуазель хочет сказать, что...что... - Я понимаю немецкий.

- Говорите по-немецки? - Нет, просто он начал меня донимать.

Я слышал вас. Здорово.

- И теперь вы наверно предложите мне путешествие на Восток...

Поздно: завтра уезжаю.

- К чему вы это сказали?

У вас проблемы?

- Внешне все хорошо. А посетителей интересует внешность. Вас - нет?

Может быть...

Вам правда понравилось, или вы просто хотели начать разговор?

- Да, понравилось.

Вы были, казалось, так далеко... а были так близко.

- Я не умею петь так как надо.

Я пою с 5-ти лет. Псалмы пела...

А! Вы знаете?..

- Не ожидал услышать это здесь.

- Во Франции ее тоже поют? - Не знаю... Наверно поют.

Но мне кажется, она все время со мной.

Вы немка?

- А что?!

- Нет, ничего, просто спросил.

- Извините, просто когда я пою, всегда кто-нибудь спросит.

Спросят, а потом перешептываются часа 4.

- Знаете, люди... - Не говорите, люди это... чего только не говорят Знаете, я, когда еще была оккупаия...Марки, знаете, мар...ки...

- Вам тяжело слышать немецкий?

Только честно: вас это все еще задевает?

- Я был совсем юн. Да нет...

О чем вы подумаете?.. Д(а) ДА (ды да),

Это меня задевало. Это всегда меня задевало.

Ничего не поделаешь...

Много воспоминаний...

Напрасно я говорил, что это несправедливо.

- А вы привыкли...

- А вы когда привыкнете?

- Я-то...что я?..

- Вы не подумайте... - Нет-нет.

- Это мне всё? В какую игру я тогда играл?..

Каждый вечер у нее было одно и то же. И в сговоре с барменом, конечно же.

И я шел на это.

И сколько это всё? - Уходите? - Сколько?!

480 франков - новых.

- Но... Может еще по рюмочке? (?) - Нет, спасибо. - (дальше неразборчиво,возможно по-итальянски)

- Мне понравилось, как вы поете...

- Я бы хотела только узнать...

- Что?

- Ваше... ваше имя.

- Нет.

На улице... я глубоко вздохнул.

На самом деле я еще легко отделался.

С этим было покончено.

Главное, что она не покорила меня своими глазами. И зачем все время подчеркивать, что она там по вине общества...

А почему не по моей?..

Я сел в машину... В тот момент я был счастлив.

Его уже не было.

Вам что-то еще нужно?

Эй! Где он? - Кто?

- Мой пёс! - Не знаю. Я отошел на минуту.

Так, я не только провел самый унизительный вечер в моей жизни,

но еще и потерял собаку.

И к тому же ЗДЕСЬ,- в этом квартале, который будто посмеивался надо мной.

Где мне не с кем было даже поделиться своей грустью.

- Вы ЖДАЛИ меня?

- Это вы?..

- Вы больны. Наверно плохое шампанское.

- Нет. Я потерял собаку.

- Собаку? - Да.

Он был там, сзади.

Окно приоткрыто, он облокотился лапами на стекло.

- Мы найдем его.

Найдем.

- Я искал всю ночь.

Не стоит здесь торчать. - Это единственное место, которое он знает. Он должен вернуться.

- Ну что ж, поищем?

- Вас и не узнать. - Гммм... Это похуже.

Я был груб сейчас с вами...

- Когда со мной слишком грубы, я забываю, что знаю французский.

Это помогает. - И как же вы выучили французский?

- Отказывая всем подряд (?)

- И что ему тут делать? - Мы найдем его, я уверена.

- Нет, здесь нам нечего делать, пойдемте.

Спасибо.

Здесь почти что хорошо... - Здесь хорошо.

- Здесь как-будто всё нам принадлежит.

А днем здесь дети - тогда всё их.

Даже воспоминания, которые останутся позже.

- Мои детские воспоминания -

это шум.

И дым.

И мама... старалась собрать обломки старого пианино,

в руинах, чтобы разжечь огонь.

- У меня воспоминания не лучше.

- Но вы не были хотя бы на войне...

- Иногда мне казалось, я воевал на всех (войнах).

1914-го- 1918-го

Нет. Мое поколение всё пропустило.

Даже войны.

Война в Испании... Это здорово, когда ты в возрасте Хемингуэя или Мальро:

можно написать интересную книгу.

В 40-м мне было 5 лет.

Освобождение для меня - это была раздача хлеба и сигарет, которые я даже не умел курить.

Индокитай, Алжир...

- Правда, что скоро опять война? - Говорят...

Жаль...

Мне нравился тот мир, в котором раз в год, поговорят о загадках озера Лохнесс...(?)

Где всегда какой-нибудь болгарин, доживет до 160-ти...

Благодаря йогурту.

Самое опасное, что там было - читать газеты.

- Вы здесь, и я - тоже здесь.

- Да. Сейчас перемирие...

Вы можете себе вообразить скандал?- вы и я, рядом...

если б это было лет 20 назад...

Наша любовь приговорена с отсрочкой.

Вот здорово.

Чтобы любовь родилась, должен быть какой-то источник.

В среде враждующих народов или в сердцах людей,

любящих.

Всё вдруг перемешалось, как во сне или в мечтании, когда не видно этому конца.

Что я сказал ей? Что сказала она мне?

Когда я теперь пытаюсь вспомнить, мне вспоминаются лишь отрывки фраз.

Как фрагменты фильма, для которого забыли сделать монтаж.

- Так странно...

Вы свободны, и я тоже...

- Да, у людей всегда куча проблем, которые мешают им быть счастливыми когда это особенно нужно.

- Вам нравится быть одному? - Нет.

Но я думаю, что не смог бы жить с другими.

- Это одно и то же?

- Ни одна женщина еще не угодила вам, верно?

- Женщины... - И они вас не любят?

- Женщины не любят нас.

Они любят свою влюбленность в нас.

Если мы уйдем, не нас им будет нехватать.

Они любят нас по привычке.

- Думаете?

- Скажем, мне так хочется думать.

- Что же вам так не нравится в любви?

Обязанностью делиться?

Или обязанностью получать?

- Делиться и получать... Люди часто стремятся соблюсти баланс, что б их не обокрали.

- Люблю, когда мужчина остается мужчиной, а женщина женщиной.

- А сколько вам лет?

- Я часто спрашивала себя, есть ли у меня возраст...

Возраст - это как платье, оно на каждый случай своё.

- Мне хорошо с вами.

- Вы ведь меня даже не знаете.

- Для меня люди существуют с того дня, как я их встретил.

Особенно женщины.

Если б мы всё знали о любимых женщинах, как мы могли бы их любить?

А если бы они знали всё...

- Мне тоже...

тоже хорошо с вами.

- Я вам правда нужен?

Вам нужно, что б мы ходили,

ели вместе, спали?..

Просыпались...

Вы замерзли?

- Нет.

- Я боюсь... - Чего?

Всегда немного страшно,

когда слишком счастлива...

- Сейчас, хотим мы этого или нет, мы связаны друг с другом.

У нас уже есть история.

Даже если мы расстанемся, что-то все-равно останется.

Что-то, что никто уже не сможет стереть.

- Я люблю тебя.

- Это не справедливо.

Я должен был первый признаться.

- Я люблю тебя.

- Я тоже... люблю тебя.

Прости, если я неловко сказал.

Я этого еще никому не говорил.

Я берег это для тебя.

- Да...

- Но зачем, черт возьми,- разве стоило в этот момент задавать ей этот вопрос?

- А где ты родилась?

- В Берлине.

Сейчас это восточный Берлин.

Ты не бывал там?

- Был раз.

Но давно.

- Что с тобой? - Ничего.

- Когда мы вернулись в Берлин, с мамой, дома начали отстраиваться кирпичик за кирпичиком. (?)

И я росла вместе с ними, как цветочек. (?)

Сначала еще вешали бумажки на деревья, чтобы сказать, что у тебя старая фуфайка... (?)

что нужна одежда... У кого было яблоко - уже считался богачом (?)

- Все спуталось у меня перед глазами. Я видел ее, но уже больше не слышал.

Я был в Берлине.

Восточный,северный,южный западный - какая мне тогда была разница?

Мне было 9.

Снаряды разрывались всю ночь.

Отца с матерью увидел в последний раз в концлагере.

Они лежали на земле, мертвые.

И я побежал.

Три дня спустя, русский дал мне шоколада.

Англичанин взял меня за руку.

В этот момент я заплакал.

Вот что для меня такое - Берлин.

- Когда я подросла, узнала что все это существует, все как-будто сияло.

На самом деле, этот чудный сон был кошмаром.

Мой город был лишен всего,

чтобы я не знала лишений.

В городе не было музыки, чтобы я могла танцевать, когда подрасту.

Ты что-то сказал?

- Нет.

- Где ты был?

- Теперь я здесь.

И навсегда.

Я люблю тебя.

Одна немка только что прогнала другую.

Может это было и не так плохо, что я влюбился... (?)

- Ты дрожишь?

- Я покажу тебе мой дом.

Хочешь? - Угу.

- Пойдем.

- Постой. - Зачем?

- Ты хорошо подумал? - Чего тут думать?

Это была правда про Восток? - Я должна была уехать утром.

- Но это безумие... Что это значит?

- Лучшего выбора не было.

- Теперь есть. - Этой ночью решалась моя участь:

или это любовь - настоящая,

или это смерть - ложная...

Та, что оставляет вам жизнь, что б она покрепче опротивила вам.

- Пойдем.

- Знаешь, твой пёс... Я очень хотела бы познакомиться с ним.

- Не знаю, что меня тогда охватило...

Ну зачем она заговорила о нем?

Не нужно было.

Он смотрел на меня с упреком.

Ведь я был так счастлив, когда ему было так грустно.

Это было абсурдно...

Что делал я холодным утром с незнакомкой?

Это мне больше всего терзало сердце.

Не мог же я в день, когда потерял единственного друга,

для которого я был всем,- мой пёс,-

не мог же я волочиться за женщиной...

- Что с тобой. - Ничего!

- Я что-то сказала? - Совсем ничего.

Все уже прошло... - Нет!

- Вы правы, нельзя вот так вот входить в чужую жизнь.

Без предупреждения, не сказав кто ты,

откуда ты...

Или это оттого, что я упомянула собаку?

- Нет, всё не то...

Когда мне надо сказать, я говорю.

- Не прикасайтесь ко мне.

- Я объясню, все очень просто...

- Слишком просто.

Девушка, которую вы постречали в баре,

стала угрожать вашему прелестному одиночеству...

- Если вам так кажется... - Мне так кажется.

И теперь вы убегаете.

- Я убегаю?

Если б вы знали, сколько я мог бы сделать для вашего счастья...

Вас смущает не то, что я несчастлива.

Вы боитесь плохо подумать о себе (?)

- Я был трусом... Впрочем, это не было трусостью.

Я не привык любить.

- Вы считаете, что любовь - привычка?

Что ей обучаются? Что ее можно тренировать, как мышцы?

Со временем?

- Забудьте, что я сказал.

Однажды, возможно, вы мне сами напомните. (?)

Чтобы опять остаться одному. (?)

- Пойдемте.

- Теперь нет...

- Дурацкий день...

Дайте мне еще день-другой...

- Чтобы изучать меня? Как иностранный язык?

Урок за уроком?

Простите.

Я знаю, что причиняю вам боль. Я не хочу этого.

Но было бы несправедливо, если б я грустила одна.(?)

- Мы еще увидимся?

- Конечно.

- Я провожу вас. - Куда?

Знаете... это очень странно.

Вы все же помогли мне.

Это уже здорово,

что на мгновенье я поверила, что любовь существует.

- Я мог догнать ее, сжать ее крепко в моих объятьях!

Она шла медленно.

Медленно!

Как будто ждала, что я окрикну ее. (?)

Но стоило ли?

В машине я пытался убедить себя, что, в сущности, так лучше.

Что так ДОЛЖНО быть лучше.

Я хотел вылечить болезнь, которую прежде считал неизлечимой.

Я остался один и страдал от того, что потерял собаку.

А не женщину. Собаку!

В этом страшном ночном поражении, я все-таки одержал победу.

Потом... все проплывало, как во сне.

Церковь...

Последние дома...

Последний повворот...

И тут!..

Рекс!

Конечно...Он бежал всю дорогу.

Всю дорогу от Пигаля.

Чтобы добраться до места, где меня точно можно найти.

Мой дом.

Наш дом. О, дорогой мой!

Дорогой мой.

Я люблю тебя.

И вот я опять повернулся к Парижу.

К ней. Почему я не назвался ей?..

Я ведь никогда не буду её...

Она не понимает(?)

Может хоть ты понимаешь?

Для него история закончилась.

А для меня?..

это был "ПЁС" в переводе Алексея Королева