Original subtitles

Кто

Купил одну пиццу и получил две бесплатно?

Это я

Это я

Что, теперь вы ненавидите пиццу?

Или это песня?

Скажите «пицца», потому что в этот раз я отожгла.

Это твоя тетя Офелия. Она мертва.

Боже, мама, какой кошмар!

Это кто вообще?

Мы тоже ее не помним.

Это та тетя, что всегда носит желтый?

Это тетя Птица.

Та, что всегда находит способ тебя оскорбить?

Это тетя Стерва.

Значит, никто из нас ее не помнит?

О, тетя Офелия!

Такая трагедия!

Мы танцевали всю ночь на кинсеаньере Елены.

В детстве она переболела скарлатиной и лишилась правого глаза.

Офелия – это тетя с повязкой на глазу!

Тетя Джек Воробей!

Я называла ее Черной Бородой,

но возник конфуз,

потому что была еще тетя с настоящей бородой.

Прости.

По крайней мере, вся семья соберется на похоронах.

Будут все.

Мими, Маручи, Розита, дядя Хуанито, Малыш Хуанито

и его малыш Пухляш Хуанито.

Здорово будет повидать всех.

Кроме, разумеется, Дьяволицы.

Есть еще тетя Дьяволица?

Горячая штучка.

Это бабушкина младшая сестра, Мирта.

На которую мама уже 20 лет злится из-за глупой мантильи.

Мама, Мирта сказала, что не брала ее.

- Это потому, что... - Она лгунья.

Но ты же...

Обвинила ее в том, что она держала ее все эти годы,

потому что так и было.

- Приведи волосы в порядок. - Мне не нужно.

Что за мантилья?

Это что-то гейское?

Нет.

Но мне нравится ход твоих мыслей.

Мантилья – это вуаль, она передается из поколения в поколение в нашей семье,

на ней вышиты имена пар.

Это испанская традиция.

Поэтому мы прекратили всякое общение с Миртой и ее семьей.

Правда, Лупе?

Нет.

С этим покончено.

Кстати говоря,

поминки состоятся здесь.

Дьяволица у меня дома?

Этот крест не даст ей войти.

Мама, мы похороним на этих похоронах

вашу вражду и тетю Амелию.

- Офелию. - Да какая разница!

Как ты можешь быть не на моей стороне?

Семья – это главное.

Ты должна ненавидеть мою сестру.

Меня достали эта ваши разборки. Хватит.

Это стоило мне отношений с Этреллитой.

Это дочь Миртты, кузина твоей мамы.

Мы были лучшими подругами.

Она даже учила меня танцевать, как в клипе Джанет Джексон,

с которым я срывала дикие овации

в армии.

Вряд ли это движения Джанет.

Заткнись. Мы импровизировали.

Знаешь, что, мама?

Если ты не угомонишься,

я расскажу всей семье, что у тебя был инсульт.

Они же подумают, что я старая.

Значит, ты согласна.

Ты же не хочешь, чтобы тебя называли...

...тетя В-Любой-Момент.

ОРИГИНАЛЬНЫЙ СЕРИАЛ NETFLIX

Пенелопа, милая.

Привет, тетя.

Вижу, ты всё еще любишь вкусно поесть.

Привет, тетя.

Привет, Елена.

До сих пор ходишь с монобровью?

Видимо, это тетя Стерва. Поянтно.

Спрячьте меня.

Это «Ходячие мертвецы», а не похороны.

Ну, вы понимаете.

Вон тетя Пилар.

Я всегда думала, что она гей.

Ты о всех так думаешь.

Пилар просто эксцентричная.

Она водит мотоцикл.

У нее семь котов.

Она уже давным давно живет со своей подругой Сьюзен.

Что в этом гейского?

Ладно.

Мама, что это?

Пилар определенно гей, но мы об этом не говорим.

Все просто: «Ну, ты знаешь Пилар. Она такая...»

- Это так оскорбительно. - Правда?

Да, правда.

Ты открыла мне глаза.

Это нелепо.

Я просто спрошу у Пилар.

Ей нужно, чтобы кто-то из семьи ее принимал.

И я могу помочь ей вытащить это на свет божий.

Как лесбийский Иисус?

Мне нравится.

У меня длинные волосы, и я отличный плотник,

и мне идут Биркенштоки.

Детка, никому не идут Биркенштоки.

Это не наше дело,

это было бы грубостью с твоей стороны. Не надо.

- Ладно? - Хорошо.

Похоже, тебе нужен информатор, чтобы добыть сведения о Пилар.

Агент три нуля.

Два нуля?

Какая разница!

Дело в том,

что никто не заподозрит Красавчика в знании испанского.

Ты получишь свои сплетни.

Или chisme, как мы это называем.

У тебя плохой испанский, Шнайдер.

Как и у тебя.

Там моя сестра.

Дьяволица во плоти.

С ее глазками, как у ящерицы, когтями стервятника

и седыми корнями волос.

Вот и я.

Офелия, наконец ты упокоишься с миром.

Я бы ее в два счета сделала.

Мам, ты же хотела извиниться.

Ладно.

Я пошла.

- Мирта. - Лидия.

- Эстреллита. - Привет.

Боже! Нам столько нужно наверстать.

Я развелась. Стала сильнее.

В 2007 я делала бразильскую укладку. Не понравилось.

Что ты делаешь?

Позволяю им виться. Тебе не нравится?

Нет. Говоришь со мной. Нам нельзя.

Это опасно.

Всё в порядке. Я поговорила с мамой.

Она прямо сейчас этим занята,

и мы сможем общаться, как в былые времена.

Если она подойдет к гробу еще раз, я толкну ее на него.

- Правда? - Нет.

Я не знаю, что сейчас произошло.

Но сегодня с этим будет покончено.

Мы снова будем вместе.

Не давай мне пустых обещаний.

И мне травятся твои локоны.

Так было, и так будет.

Мама, ты же собиралась извиниться перед тетей Миртой.

Терпение.

Всё скоро закончится.

Что-то мне это не нравится.

Привет, Пилар.

Елена. Как дела, милая?

Я гей.

Я призналась в этом на моей кенсианьере.

Да, знаю. Я была там.

Я помогала завести машину твоей мамы.

Как дела в школе?

Как для гомосексуальной ученицы, совсем неплохо.

Я начала кампанию по сближению геев и натуралов,

никто не должен стыдиться того, какой он,

если он гей.

Это здорово.

Ну а ты как?

Моя тетя умерла, так что...

Точно.

Ну да.

О, смотри, кто-нибудь.

Бедная Офелия.

Знаю.

Повязка со стразами. Мило.

Дорогой.

Здесь слишком много народу.

Пора сделать то, о чем мы говорили.

Нет!

Должен быть другой способ.

Другого нет.

Кто хочет посмотреть мои фото со школьного бала?

Мои и кубинки, на которой я, возможно, женюсь.

Не трогайте волосы!

Она выглядит, как пуэрториканка.

Мама.

Мантилья всё это время была у тебя?

Нет, у нее!

Офелия.

Ты была единственной, кто понимал меня.

Воровка.

Мантилья всё это время была у Офелии?

Это логично.

Она давным давно положила на нее глаз.

Правда, после 1952 глаз у нее остался только один.

Лидия, все эти годы я винила тебя.

А я винила тебя за это, но можно ли меня винить?

Я бы извинилась, но не могу,

иначе мама с небес назовет меня слабохарактерной.

Я люблю тебя, мама.

Ты тоже прости меня,

и я никогда не произнесу этого вновь.

Всё прощено.

Обнимитесь, старушки!

Мы вернулись!

Нам столько всего нужно обсудить!

Кейдж перешел в новую школу.

Зуб умер, проблема решена.

В 2007-м я тоже делала бразильскую...

Внизу.

Больше никогда.

Теперь я позволяю им виться.

Боже!

- Как же мне этого не хватало! - И мне.

Что ты делаешь?

Мы обе не хотим, чтобы мантилья сгинула вместе с Офелией.

- Ты права. - Вот.

Нашу прабабку в ней выдавали замуж... и казнили.

Та еще кинсеаньера была.

Узнал что-нибудь?

Нет.

Все говорят гораздо быстрее, чем на моих записях.

Я вроде слышал, что Пилар переезжает в Тампу.

Что?

Нет!

Наверное, из-за того, что семья ее не принимает.

Я должна что-то сделать. В этой семье нас таких всего двое.

Елена, можешь одолжить мне бальзам для губ?

Если только он не от Рианны, иначе я даже смотреть на него не хочу.

Не сейчас, Флавио.

Может, мы и кубинки, но также и представители Rhythm Nation.

Разве не странно, что мы танцуем на похоронах?

Это похороны латины. Странно было бы не танцевать.

Нам не всегда это удавалось, но делали мы это с уверенными лицами.

Как и тогда, когда мы проходили на фильмы для взрослых.

Ты помнишь, что случилось потом?

Мы стащили холодильник для вина

и целовали фото Леонардо Ди Кприо.

Я и забыла, как весело нам было.

Мои лучшие годы.

Знаешь, я сохранила все письма, которые ты посылала мне в армию.

- Правда? - Да.

Они много значат.

У меня случались ночи, когда я рыдала под одеялом.

Тогда я брала одно из писем и начинала читать,

и мне казалось, что ты рядом, смешишь меня

и говоришь, что всё наладится.

Ого.

Моя лучшая подруга вернулась.

Так и есть.

Я провела в больнице неделю.

Мама, я так счастлива, что семья вновь объединилась.

Я хочу убить Мирту.

Она бахвалится своим подозрением на рак.

Рак – это страшно, мама.

Это пустяк.

Мими сказала, что ей вырезали родинку размером с тик-так.

Ты только посмотри на нее.

И я сказала Господу, что лучше умру, чем лишусь моих прекрасных волос,

и Бог ответил: «Об этом никто не знает,

но на седьмой день я не отдыхал, я создавал твои волосы».

А на следующий день рак исчез.

Какая наглость – превращать это в трагедию.

У меня был инсульт!

Мама, ты могла бы рассказать об этом.

Ни за что.

Я не хочу иметь с инсультом ничего общего.

Но Мирта... Она жаждет внимания.

Странно, что она еще не поет.

Сейчас я бы хотела почтить память Офелии песней.

Глупая клоунесса.

Она поет, как осел.

Надавала бы я ей шлепков.

Мама, нет!

Лидия, присоединишься ко мне?

Не знаю, получится ли у меня так же красиво.

Эй!

Ты не улавливаешь намеков, да?

Я хотела извиниться за то, что было,

я всё говорила и говорила о себе,

хотя мне хотелось побольше узнать о тебе.

Ты и Сьюзен.

Вы уже давно дружите.

Ты не думала провести по такому случаю церемонию?

Взять что-то синее, что-то новое, что-то взаймы,

немножко блефа?

Куда ты клонишь, Елена?

В общем...

Мне кажется, что ты живешь не так, как тебе бы хотелось,

потому что боишься, что тебя осудят.

Я права?

Ладно, кое-что я скрываю.

Давай же, сестра.

Я еврейка.

Что?

Как это так?

Я приняла иудаизм ради своей жены, Сьюзен.

Я тебя раскусила!

Это лесбийская шутка!

Нет, правда.

Я так рада, что мы можем это обсудить.

И мне жаль, что ты так долго хранила этот секрет.

Это не секрет.

Я давно рассказала семье.

Они просто не помнят.

Мама всё твердит,

что я боюсь мужчин, потому что один напал на меня.

Боже мой.

Нет. Это был не мужчина. Это была белка. Самка.

Ладно.

Твоей маме нужно перестать выдумывать.

Ты должна пойти туда и во всем признаться.

Заставь их принять тебя.

Елена.

Эти старушки не изменятся.

И если честно, мне плевать.

Я знаю, что они меня любят.

Слушай, я знаю, каково это – быть геем.

Когда до тебя начинает доходить, ты такой: «Я, возможно, гей».

Потом: «Я гей».

А затем: «Я гей!» И трусы с радугой.

Но в конце концов понимаешь, что ты просто человек,

и это действительно дает тебе возможность

не загонять себя в рамки.

Вот это да.

Может, я и лесбийский Иисус...

Но ты лесбийский Бог.

Да, мне это уже говорили.

Давай поддерживать связь, когда ты уедешь в Тампу.

Я не переезжаю в Тампу.

Мы со Сьюзен едем в отпуск в Буш Гарденс.

Ну да, конечно.

Я так рада, что эти глупости с мантильей остались позади.

- Правда? - Да.

А кстати, где она?

В маминой сумке. Но не бойся, мы ее сохраним.

Знаешь, мы можем ее забрать.

Я выходила замуж без нее,

и я бы хотела, чтобы на ней были наши с Хуаном имена.

Хорошо. А потом ты ее вернешь?

Ты повторно выходишь замуж?

Ну, я могу,

но мои дети старше и следующие в очереди,

так что это логично.

Неужели?

Как это понимать?

Ну, Елена, ты знаешь...

Прости?

Потому что твой сын....

Серьезно? Вся эта квартира желтая?

Кто-нибудь, дайте тете Развод цветовое колесо.

Отдай мантилью, Пенелопа.

Заставь меня, тетя Серый Зуб.

- Я его пролечила. - Не очень удачно.

- Я держу. - Лучше отдай ее мне!

Нет, никогда!

На ней будут наши с Хуаном имена,

а твое и Виктора я срежу!

- Что? - Она не смогла его удержать.

Зачем ей мантилья?

Это было гадко!

Клянусь вам!

Знаешь, что? Моника больше не Стерва. Теперь это ты.

Кто называет меня Стервой?

Скажи, чтобы отпустила. Мантилья принадлежит нам.

- У меня был удар! - Что?

Есть!

Вот так!

Прости.

Я имела ввиду, что меня осенило.

Мама, здесь нет никаких имен.

Нет.

Это не мантилья.

Она права! Это просто кусок кружева.

Так ты подложила какую-то тряпку

в гроб Офелии?

Ты знала?

Конечно, знала.

Никого не хоронят с мантильей.

Мы кубинцы, а не древние египтяне.

У кого же настоящая мантилья?

У Дьяволицы, конечно.

Лгунья! Она у тебя.

Как смеешь ты называть меня лгуньей,

когда сама притворяешься, что это твой натуральный цвет?

По крайней мере, я всё еще могу танцевать сальсу,

не боясь вывихнуть бедро.

Еще бы, с твоими-то копытами.

Я покажу тебе, как выглядит степ,

если у тебя ноги не чупакабры.

Так-то!

Просто признай, что она у тебя.

Стойте. Это всё из-за мантильи?

Да!

Она у меня.

С нашей со Сьюзен свадьбы.

Вы все там были.

Так это была свадьба?

Я думала, это очень торжественный пикник.

Боже мой!

Значит, мы 20 лет спорили ни о чем?

Нам всем должно быть стыдно.

К чему это привело?

Мама, ты лишилась сестры, я – лучшей подруги.

Да, Лупе права.

Я скучала по тебе, Мирта.

А я по тебе, сестричка.

Я была в коме после инсульта.

Знаю. Прости, что не сказала.

Пустяки! Я так рада, что ты в порядке.

Давай забудем обо всем.

Как знать, сколько нам отпущено?

Всё-таки у меня был рак.

Ты права. Хотя кома бьет рак.

Если смерть Офелии и научила нас чему-то,

так это тому, что жизнь слишком коротка.

Не стоит тратить ее на споры.

Да, у нас будут разногласия, но разве это важно? Мы семья.

Правда?

Семья важнее всего.

Я так рада, что мы снова вместе.

Пообещай мне не пропадать.

Конечно, ведь мы любим друг друга

и не позволим нас разлучить.

У меня есть тост.

За Офелию!

Она хотя бы увидела, что наш президент возродил Америку.

Прости, что?

Перевод субтитров: Татьяна Скарженовская