Original subtitles

ШТОРМ

ШТОРМ НА СУШЕ

В ролях: Митька - Саша Макарцев Пантюха - Саша Силин Костик - Илья Ермолаев

Алексей Хряпов - Г. Юматов Марфа Хряпова - Н. Меньшикова Иван Хряпов - С. Яковлев

Мавриди - Г. Лямпе "Дяденька" - С. Чекан Федя-утопленник - Ю. Чернов Мать Феди - М. Крепкогорская

В наш удивительный век пара и электричества Россия вступила обновлённой и словно помолодевшей.

Когда повсеместно проглядываются зримые черты необыкновенного прогресса.

Нынешний 1913 год привнёс в жизнь нашего города большое оживление.

Зримые черты необыкновенного прогресса.

- Метко выражено. Вы не находите?

Именно необыкновенного. Весьма точно подмечено, господин репортёр.

- А в Севастополе-то...

Начато слушание дела...

155 матросов

по обвинению в попытке ниспровержения существующего строя.

- Ну что вы всё о политике, маман. Надоело, право.

- Вот действительно любопытно:

На остров Джарылгач завезено стадо верблюдов обоего пола.

- Это для чего же? - А вот, сейчас.

- В виду целебности молока последних.

В Сингапуре живут малайцы...

А на Формозе - одни китайцы...

- "Пушкин" идёт? - Не видно.

- Кому же ещё? По времени должно быть он.

- Никак не могу название разобрать.

- Да "Пушкин" это. "Пушкин". Николай Исаич идёт.

- Пушкина, молодой человек, звали Александром Сергеевичем. К вашему сведению.

- Ходят-то не пароходы, а капитаны. К вашему сведению.

А на "Пушкине" капитаном - Стратонов Николай Исаич.

Верно, Пантюха? - Верно! Николай Степаныч.

- Исаич!

- Степаныч!

- Спорим - Исаич!

- Дмитрий! - Полундра!

- Дмитрий! - Он домой ушёл.

- Да он и не приходил сегодня.

- Так-с...

Ты что ж, сударь, шутки со мной шутить изволишь?

Что за вид, я спрашиваю? Где рубаха? Не врать!

- Да вот она.

- Сколько раз было сказано? Тебе что было сказано?

Не слышу.

- Здравствуй, Алексей. Садись, будешь гостем.

- Что тебе в этой гавани? На этой вот... С этими...

- Ну а что, лучше по слободе собак гонять?

- Я не с тобой разговариваю, сударь? - А... сударь...

- Да-с... Марш домой!

- "Марш домой", "марш домой"...

- Ну взялись качать, так качайте.

Сколько воды в трюме?

- Да футов пять, небось, осталось.

- Небось?

Небось да авось... мореходы.

- Ну?

- Семь.

- Замерить даже не умеешь. Это вчера было семь.

- Семь.

- Качать надо! А ну отдай!

- Нет уж, мать, не видать ему коммерческого как своих ушей.

В гавани со всякими босяками шляться - это его дело.

А чтобы экзамен выдержать... где уж.

Ведь коммерческое училище...

Он думает, там его таблицу умножения спросят.

Или стишки почитать.

Дроби! Сударь.

Десятичные.

Проценты. Счетоводство.

И прочее.

- Да он вроде готовится, отец.

- Знаю, видел. С босяками гаваньскими.

- Я ж у дядьки Ивана был.

- Да попадись он только на глаза господину инспектору в таком виде...

- Господин инспектор туда не ходит.

- Именно! Порядочные люди туда не ходят.

И прекрати мне плечами пожимать.

Дерзок стал! Да-с.

Я спрашиваю - что есть основа основ цивилизации и прогресса?

Не слышу.

- Ну коммерция.

- И торговля. - И торговля.

- Да-с. - Да-с.

- Я в твои годы уже соображал.

Вот только не довелось мне по коммерческой части. - И слава богу.

- Вам бы помолчать, сударыня.

Потакаете ему во всём.

Вот и растёт оболтусом.

Я, между тем, своим горбом в люди вышел.

Из простых почтальонов. - И слава богу.

- Я 20 лет... честно и безупречно... и неоднократно другим в пример был поставлен. Да-с.

Дмитрий!

Дмитрий!!!

Мерзавец.

- Вот он, вроде - узел. Пустяк.

А иногда из-за него жизнь решается.

Я помню, я ещё совсем салагой был.

Юнгой желторотым. Правильно.

Шло одно испанское судно вдоль берегов Суматры, курсом на Батавию.

- А ты что, и на испанских служил?

- А ты не сбивай.

Вот... одно значит итальянское судно...

Да что за чёрт?!

- Обжегся?!

Рубильники! Рубильники вырубай!

- Тут перегрелось! Ладошка не терпит!

- Провались они пропадом с паровиком этим вместе, отцы-радетели...

Подарили городу для культурного освещения - на тебе, боже, что мне негоже.

Захребетники. Прямо сказать - эксплуататоры.

- Может шатун опять заело?

- Ну ладно, завтра разберусь.

Ну а вы, давайте-ка, сыпьте-ка по домам. А то отцы-матери заждались.

- Да ну! Тут дел полно!

В трюме опять 7 футов. Качать надо!

- Да 7 было, 7 останется.

Кингстоны-то открыты.

- Так закрыть надо кингстоны и откачать.

И всё! А машину не наладим - паруса можно поставить.

- Вы что всерьёз наладились?

Да никуда этот "Витязь" не стронется. И нигде он не бывал.

Ни в каких там Сингапурах.

И я нигде не бывал.

Один раз возле Турции был. Да и то - штормом занесло.

Ну чего ты на меня смотришь, Дмитрий, как сумасшедший из форточки?

Не был и всё!

Вот и сказке конец.

- Так что же выходит, мы зря только мозоли набивали?

- Пригодится.

А вот пустяками вам больше заниматься не след. Не маленькие.

- Стучаться будешь?

- А я всегда через окошко - шасть. Никто и не услышит.

- Ну бывай. - Бывай.

- Карасин... Свечи, мыло.

Карасин. Карасин.

- Вот. Хоть один день пройдёт спокойно.

Гуманного обращения не понимает.

Иди, иди. Насвистелись уже.

Ему, вон, сегодня целый день отсиживаться. Кыш отсюда!

- Какого вам тут надо?! А ну!

- Эй, вы! За колонку не забегать! А то дяденьке попадёшься - живьём сожрёт.

- Дай мне разок!

- А тебя что, выпустили?

- Да не! Я разок только стукнуть!

- Митя!

Митька!

Митька!

Димитрий!

Ты там живой ещё?

- Сижу.

- Ну-ка выйди.

- Зачем?

- Ну выйди, тебе говорят.

- Сейчас.

Чего?

- Дело вот есть. А-то бы так не выпустила.

Сходи в лабаз.

Только смотри, чтобы к отцову приходу... - Сяду.

- Возьми осьмушку чая.

И сыру голландского фунт.

Только смотри, чтоб у меня... - Ну сказал же - сяду, мам.

- Смотри!

- Дай мне разок!

- На.

- Будешь играть, да?

- Да не. Я разок только.

- Ну-ка, Митька, шарахни.

- Полундра!!!

- Закрыт, закрыт. Пошёл в пристань товар получать.

Дай тебе погадаю. Ох, всю правду расскажу...

- Не надо мне!

- Счастье будет тебе. Ох, счастье будет.

- Видал?

- Кто такой?

- Мавриди сын. Костиком зовут. Из Питера приехал.

Гимназёр.

- А ялик-то чей?

- Да его же. Папаня прямо сейчас и подарил.

Будешь, говорит, за капитана.

- Господа! Из вас кто-нибудь умеет ходить под парусом?

Мне нужен один матрос.

- Я могу! - Я могу! - Я тоже могу!

- А Митьку Хряпова можно? А?

- Нет-нет. Потом, пожалуйста, мне не жалко. А сейчас только один.

- Мить! А Мить! Потом и ты. Слышал, а? Мить?

- Отдать швартовый. - Есть!

- Не больно-то и нужно. Верно, Мить?

- Да он и ялик-то - одна краска. А ходу небось и нет.

- Да откуда у него ход-то? "Дичка" - та волну режет! А этот брюхатик - плюх, да плюх...

- Он - только барышень по гавани катать.

- Эй! На ялике! Догоняйте.

- Ой, смотри как далеко заплыл.

- Так это ж Митька Хряпов, сосед мой. Он же почти же как я плавает.

- Эй, Митька!

- Действительно далеко. Придётся наверное взять на борт.

- К повороту! - Есть, к повороту. Только не пойдёт.

Сразу не взяли, теперь нипочём не пойдёт.

- Мить! Митька!

Митька! Давай сюда! Хозяин разрешает!

- Упал! - Человек упал! Человек упал!

- Человек упал! Вот он! - Помогите!

- Помогите же ему!

- Какой ужас! Он его утопил!

- За волосы, за волосы надо!

- Вставай! Дурак что ли? Ну?

Вставай на ноги!

- Держи, держи, держи, держи...

Давай! Давай. давай, давай...

Давай. Давай.

Давай.

- Вот он! Это он доставал! Я их знаю! Они на слободе живут.

- Эй, хлопчик! Иди-ка сюда. - Иди, иди!

- Выходи, выходи.

- Чего я сделал-то? - Иди сюда!

- Стой, тебе говорят!

- Спёрли...

- Так-с...

- Р-рраз! Это тебе за пропажу.

- А это за море, за гавань, за упрямство! Два!

- Четыре получилось.

- Нет. Два-с, сударь!

- А это вам!..

...за обман и за всё сразу - три!

Куда?!

- Никуда!

Обещали 20 горячих, так уж и порите. Мне всё равно не больно.

- Ах ты так, значит? Ну ладно, мерзавец.

- Балабан!

Эй, послушайте, Балабан.

- Да кто там?

- Эй, Балабан... Прошу вас...

Прошу, посечь надо.

Посечь мерзавца.

t- Беги, Митька, а то ((за него)) возьмётся ((Альба)).

- Никуда я не побегу.

- Чего надо-то, а? Не слышу.

- Я говорю, посечь, посечь мерзавца надо.

- Алексей! Опомнись!

- Никаких слёз, сударыня! Оболтусом растёт.

Отца позорит.

Отныне пороть за всякую провинность!

- Господи! Успокойся ради бога!

- За всякую провинность!

Сесть и пороть!

- Хряповы тут живут?

Мне бы Хряпова Дмитрия.

- Вот он, мерзавец.

- Так это вы значит?

- А это ещё что?

Что за балаган, я вас спрашиваю?

- Я Федя. А они меня из воды вынули. Спасли значит.

А маманя велели им в ножки. И молебны в церкви о здравии.

И ещё вот - благодарность нашу.

Тут вот выкуп, значит, по обычаю - за спасение моей души.

- Никаких мне тут утопленников, сударь! Вон!

- Как же вон? Мне маманя велели.

- Ежели мало вам принесли, так и скажите, нам ведь ничего не жалко.

- Чего ты, украл что ли, а?

- Вот так и спасай людей...

Спасаешь, спасаешь... А тебе за это чего?

- Ну, мам.

Ну не надо, мам. Давай подержу.

- Оставь, пожалуйста.

Видно отец правду говорит, мерзавец ты у нас, Митенька.

- Ну, мам...

- Кого ты там ещё спасал?

- Не спасал я его. Нужен он мне... Просто так получилось.

- Господи, что тебе там мёдом что ли намазано, в этой гавани?

На дядьку всё смотришь?

Всю жизнь по морю расплескал. Ты такого счастья себе хочешь, да?

- Да он не велел больше к нему ходить.

- Слава богу, значит совесть ещё у человека есть.

А у тебя-то ведь, совести этой нету.

- Есть.

- Нет.

- Есть! Да вот увидишь! Не пойду туда больше и всё.

Чего я там не видел в этой гавани?

Вот, ей богу! Чтоб меня громом расшибло!

Чтоб я провалился... - Что ты! Замолчи, дурачок!

Я тебе и так верю. - Ну в последний раз, мам. В самый последний.

- Ладно, ладно.

Ладно уж.

- Карасин...

Карасин. Свечи, мыло.

Карасин.

- Поклонись.

- Помню, помню, господин Хряпов. Ну что ж, приводите на экзамен.

Сразу видно, примерный у вас отрок. Приводите.

А ты готовься.

- До свидания, господин инспектор.

- Фу, что за дрянь у тебя?

- Господин инспектор дал. - Ну та съешь.

- Да не люблю я их.

- Посмотри, сколько ещё тут отпустить можно.

- Да-да, удались.

Как раз на вырост.

- Сегодня пускай поносит. А потом мы спрячем, до экзамена.

Верно, отец?

- Угу.

- Митька! Мить!

- Да не пойдёт! Штаны к-обедничные, видишь?

- Давай, давай. Пошёл.

Пошёл, пошёл, пошёл...

Ай-ай-яй! Поберегись! Дяденька!

Ай! Дяденька!

- Вот они, маманя! В аккурат у самого двора словил.

- Заложи калитку.

- Мадам, что вы хотите делать?

- Мы что хотим? Да ты сам-то чего хочешь, ирод?

- Бочку золота? Золото хочешь? Нет у нас золота. С огурцами у нас в кладовке.

Дак какого же рожна тебе подать, чтоб ты взял?

Христа на вас нету. На! Подушку бери.

Бери! Распуховая.

Мало? Самовар бери! Федька, тащи самовар!

Тащи! Эй! Стой! Куда?

- Подержи ведёрко, тетеря. В прятки потом играть будешь.

Что у тебя, руки отсохли? А ну держи ловчее.

- Беспременно! - Ну где ж ему больше быть-то?

- Маманя.

- Держи-ка.

- Эй, хозяин! Прими ещё пару тысяч черепицы.

- Господин Мавриди приказали.

- Куда? На палубу что ли?

- Да хоть на палубу. По пятаку за сотню прибавка будет.

- Берешь? А то другому отдам. - Да куда ж её брать?

- Судно перевес иметь будет. - Не ори.

- Не ори, Васька. Покудова я тут хозяин.

- Я говорю - судно перевес иметь будет.

- Перевес... Там ходу-то? Ходу-то всего часов пять.

- Эх, ты... жизнь наша...

Да чего там... Давай, грузи.

- Грузи!

- Тебе бы только пятаки считать. Завалят палубу, а как с парусами управляться?

- Управимся, бог даст.

- Управимся? С тобой управишься. От тебя толку-то что?

- Нет, хватит. Я у тебя своё отработал.

Брошу всё к чёртовой матери.

- Эх, Васька... Руки у тебя можно сказать золотые, а язык...

Змеиный у тебя прямо язык, прости господи.

- Дяденька, возьмите меня с собой! Я с парусами умею.

И кухарить, если что.

Мне ничего не надо. Возьмите за харчи только, а?

Всё равно куда, а?

Возьмите, дяденька!

- Подобрал? - Угу.

- Эх... жизнь наша.

- Жизнь, жизнь... ты и внучку-то за лишний пятак не пожалеешь. Не то что нас, грешных.

- Стаксель ослаб, не видишь? Иди, закрепи.

- На.

Мы поплыли далеко-далеко.

- Сингапуры, Ямайки, овершкоты всякие...

- Оверштаги.

- Сам всю жизнь прошаландался и мальчонку тянешь!

Мать вон глаза выплакала, тебя не дождалась.

- Ты чего тут орёшь?

- Он мне сын! - Мне он тоже не чужой.

- Господи, ну где же он может быть-то?

- Пантюша...

- Не врать!

- Паруса! Паруса убирать. Шквал идёт!

- Чего? Чего орёшь? - Шквал идёт с подветру!

- Паруса! А!

- Не погуби! Господи!

- Стойте! Стойте, где стоите! Митька!

Тихо!

- Зыбь в борта бьётся.

На плаву держимся. Надо верёвку. Ищите верёвку.

Ищите.

Ищите, ищите верёвку! Надо верёвку.

Скорее!

- Господи, помоги.

- Ты что? Дырку пробьёшь - воздух выйдет.

Не смей рубить!

- Отдай топор!

- Ради Христа!

- Выпустишь воздух - потонем как мыши!

- Сейчас я поднырну, потом по верёвке все выберемся.

Услышишь сигнал - сразу ныряй, не мешкай! Понял?

Ну, с богом.

- Есть сигнал! Есть!

- Давай! Держись.

Теперь не бойся, тут Джарылгач остров.

Тебя к берегу самого зыбью прибьёт. Сейчас остальных вытащим.

Рубит! Опять рубит!

Ей богу! Эй, перестань!!!

Могилу себе рубаешь!

Господи!

((Что ты делаешь-то?))

- Стой! Не руби!

- Заткни пробоину!

Эй!

Василий! ((?))

Василий!!!

Василий!

- Митя!

- Жизнь наша...

- Чего вам надо-то?

- Ну чего вы?

Чего я вам сделал-то? Чего? А?

- Мама!

- Выбрался на ночь глядя, лежебока.

Теперь вот ночуй здесь из-за тебя. - Ну ладно, ладно.

- Четвёртый день верблюды не поены. - Ладно. Эта скотина по неделе не пьёт.

- Ох... тебе бы вот так, окаянному. - Да иди уж, иди. Совсем рехнулась - неделю не пить.

- Ох, окаянный.

Понабросает где чего ни попадя.

- Тётенка... - Ай!

- Тётенька!

- Кому тут быть-то?

Ну где? Кто?

- Дедушка! Это я. Дедушка.

- Дедушка!

- Закрывай дверь на засов, окаянный!

- Кто там! - Ой, Николенька, миленький!

- Да я же - Митька.

- Не подходи! Стрельну! Кто таков?

- Митька Хряпов.

- Митька? А ну перекрестись.

- Эй? Эй.

- Лежи. Лежи, я здесь. Лежи.

- Мама...

- Ты один выплыл?

Я кого спрашиваю?

- Очнулся вроде.

- Так. Запишем...

- Ты, парень, учти - для расследования важно каждое слово.

Ты единственный свидетель, так что смотри.

- Господи, да оставьте вы его в покое.

Ведь судно перегрузил сам хозяин. Он и поплатился за это.

Пожалели бы всё-таки ребёнка.

- Мама!

- Здесь я, Митенька. Здесь.

- Как хорошо дома.

- Посиди здесь, я сейчас, мигом.

- Ну повезло нам с этим кораблём. С "Меркурием".

Народу на верфи набрали! Ужас.

Одних клепальщиков этих прорва-потоп. Да нас, подручных.

А они же глухие клепальщики. Ага. Глохнут и всё.

Так там и разговора-то никакого нету. Ткнул, пихнул, двинул - и готово. Только поворачиваться успевай. Вот так вот.

- Смотри-ка дядька Иван пришёл.

- Вот ещё к тебе гость проведать.

- О, я вижу он совсем молодцом. Скоро опять в море запросится. - Иван... - Да я в шутку.

Он теперь знает. Одно дело - море. А другое - матросская доля. Верно?

- Все задним умом крепки. Присядь.

- Я мимоходом. Мимоходом. А то Алексей Яковлевич нагрянет ещё, выставит взашей по-братски.

- Что же он зверь тебе какой?

- Да я в шутку. Верно?

А вот гостинец тебе.

- Дай-ка помою.

- Ну ладно, бывай моряк. Поправляйся.

В гавани поговаривают, что будто бы прямо на палубу валили черепицу. Это что, верно?

И по пятаку за сотню прибавку обещали?

- Угу.

- Это что, господин Мавриди приказал?

- Иван...

- А... да. Хорошо.

- Мавриди.

- Заходи. - Спасибо.

- Ну, пойдём. Тут недалеко. Отведу, устрою.

- Митька? Это, что, к вам что ли приехали?

- Не знаю я.

- Что это? - Да отойди.

- Что это? - Да подожди ты.

- А ну, с дороги!

- Дмитрий! - Митя! - Дмитрий!

- Чего, папа? - Господи! Что за вид?

- Немедленно мыться и одеваться! Господин Мавриди нас приглашает.

Одеваться и мыться!

- Я, Агафон Иванович, совершенно согласен в вами. В наше время отнюдь не происхождение важно, но исключительно, так сказать, личные качества.

В сущности всё, что требуется от нас, это честность и безупречность.

- Верно, господа, очень верно. Именно честность.

Честность и безупречность.

Я ведь, господа, своим горбом из простых почтальонов...

20 лет... - Похвально.

20.

- И достойно подражания.

- Любуетесь? Это мне папа подарил, когда я ещё был маленьким.

Я ей сразу "грот" сломал.

Вот посмотрите - подвязано шпагатом.

Видите?

- Вижу. Это "фок" подвязан.

- "Фок"? - Да, "фок".

- А вообще-то неплохая была шхуна. Мы её как-то запускали в бассейне.

- Это баркентина.

- Возможно-возможно, вы, как видно, в этом разбираетесь.

Кстати, вот тут у меня книжки есть. Лоции всякие. Не угодно ли взглянуть?

- Pourquoi вы не танцуете, господа? Это даже невежливо уединяться в компании. Pourquoi?

- Уж если не танцевать, то давайте в шарады поиграем?

- Чего? - В шарады.

- Я полагаю, сударыня, что сегодня есть кое-что поинтересней. Pardon.

- Не расскажете ли вы нам, как там, судно какое-то перевернулось? Шаланда что ли?

- Дубок? - Ну да.

- Да чего там рассказывать-то?

- Господа! Среди нас есть человек, который побывал в настоящей морской катастрофе.

И единственный спасся.

Ну расскажите, как это было. Вот и барышни просят.

- Просим. Просим.

- Как вы попали туда на судно? Из-за чего это всё произошло?

- Из-за штанов. - Как?!

- Из-за штанов.

- Из-за штанов судно перевернулось?

- Нет! Нет. Судно не оттого перевернулось.

- А отчего же? Ну расскажите.

- Судно оттого затонуло...

- Ну отчего же?

- Рассказать? - Конечно.

- Просим, просим.

- Из-за вашего папеньки.

- Папа!

Папа!

Там один господин утверждает, что это мы во всём виноваты!

Что будто бы судно утонуло из-за того, что будто бы вы приказали грузить судно сверх меры. Папа!

Это же низко и подло, если ради какой-то наживы, если ради денег... - Что ты хотел сказать?

Повтори. - Это же низко и подло, если...

- Папа! Я хотел сказать... Папа. - Ну?! Что?!

- Это же... - Что ты хотел сказать?

- Папа!.. - Ну что? Говори.

- Ну? Говори!

Что?!

- Я прошу прощения, папа.

- Марш на место.

- Господа, а в чём, собственно, дело?

Это же - море. Стихия.

Ну, погибли люди. Их уж теперь не вернёшь.

Катастрофа и есть катастрофа. Рок. Фатум. Судьба.

Зачем же теперь искать виноватого?

- Было официальное расследование. Если какой-то мерзавец позволяет себе нагло врать, то это...

- Я правду говорю!

- Дмитрий! - Я правду сказал, папа!

Эксплуататоры они!

- Pas des patineur, прошу!

- Быть этого не может. Глупость какая-то.

Предложить место почтальона.

Насмешка это что ли? Я начинал с разноски. Как они могут?

- Чуяло моё сердце, что-нибудь да случится.

- Нет. Нет, сударыня. Я это так не оставлю.

Дмитрий! Перо и бумагу! Я губернатору, я самому министру жалобу.

Так и так... почтальоном... Да никогда!

Я лучше вовсе от должности откажусь. Так-то вот!

Господи!..

Боже мой.

Что же это, боже.

Боже, Царя храни!

Сильный державный.

Царствуй на славу.

На славу нам.

Царствуй на страх врагам.

Царь православный.

Боже, Царя храни.

- Господин инспектор.

Господин инспектор, а Хряпова, Хряпова Дмитрия отчего же так?

- Ввиду отсутствия возможности принять на полное казённое содержание.

- Как же, а он все экзамены сдал преотличнейше, а отчего же?

- Дерзок. И глуп-с. Пошёл.

- Нет. Я этого так не оставлю!

В губернское управление - раз.

Министру просвещения - два. Не поможет - в Сенат напишу. Или самому государю.

- И про керосин не забудь.

- Что?

- Пускай, мол, керосину пришлют, хоть четверть, а то кончается.

- Шутить изволите, сударыня? А дело-то серьёзное.

И перестаньте глаза портить этими заказами.

Пока я жив, я... - Сколько раз уж ты писал, и всё отказ. Чего ж дальше-то ждать?

- Я на верфь работать пойду.

Пантик, вон, ходит. И другие ребята тоже.

- Ну ты себя с другими не ровняй. Ты - Хряпов.

Верфь?.. Да никогда!

- ((Анися)), кончай!

- А? - Кончай ((?)), говорю!

- Уйди. - Бери заклёпку!

- Бери заклёпку! Неси дяденьке, а то сам придёт по шеям надаёт! Понял?

- Давай!

- Чего хлебало-то раззявил?! Заклёпку давай!

- Бери быстрее заклёпку! Бери!

- А где твои щипцы, а? Где щипцы?

Беги быстрее за щипцами! Беги!

- Да заклёпку давай!

- Ну ты будешь ворочаться, чёрт безрогий! Давай!

Давай!!!

- Давай, Пантя, быстрее! ((?))

- Полундра!

- Я тебе, сопля безмозглая, морду набью! И за ворота!

Пошевеливайся давай!

- Поворачивайся быстрей! За тобой уже три заклёпки перекалил!

- Кончай работу! Обед.

Здесь пошабашили, теперь в другом закутке работать будем! Понял?

- Ковыряешься как жук в навозе.

Сейчас пойду в мастерскую, и враз с работы долой, чтобы тут тобой и не воняло.

- Не надо, дяденька! - Не надо? У меня разговору нет! Раз-два и готово.

- Безрукий ты ещё, Митька. Вроде как я с первоначала.

- Достать надо.

- Ты что, с ума сошёл? Они ж до дна пролетели.

Теперь в потёмках и не отыщешь. Другие возьмёшь. Ай-да!

- Ты, Митька, поворачивайся.

А то дяденька тебя живо научит.

У него жена помёршая, так он всех поедом ест.

То ему рано заклёпку дашь, то поздно.

- Я что ли убил-то?!

Чего ты меня-то ешь?

- А кого же?!

- Это тебе не в слесарной. Тут разговору нету.

Один, говорят, коники строил: "я" да "я"...

Так его клепальщик - раз, ручником по башке.

И готово. Так, говорят, в трюме и бросили.

А чего на дурака-то смотреть?

- Ну я пошёл, а то до гудка надо ещё горны развести.

- Сидишь, мерзавец?

Коники строишь...

Гудок отдудел, а кто горны раздувать будет?!

Я?!

- Стой! Не подходи, сорвёшься, дяденька!!!

Упал! Упал дяденька!

Упал! Упал там! Упал!

Дяденька упал! Дяденька.

Упал! Туда! Там!

- Отойди! Где? Тихо!

Не слыхать вроде ничего.

А кто видел? А?

Ты видел?

Спуститься надо, посмотреть. Если сорвался, так уж до низу.

- Меня, дяденька! Меня спустите, а?

Ну спустите! Я спущусь! Я!

Ну спустите! А? Дяденька!

- Дяденька!!!

Дяденька!

- Кто? Кто упал?

- Митька! Митька!!!

Митька упал!? Да? Слышите? Митька упал?! Да?

- Дяденька!

Дяденька!

- Подымай. Ежели нашёл, скажет.

- Кто упал? Малец что ли?

Ах ты, господи...

Это верно, вроде он сюда побёг.

Я было за инструментом сунулся, а его значит черти сюда и занесли.

Ах ты, господи...

- Ну что? Нашёл что?

Так что ж ты ваньку ломал?

Стало быть там и не было никого!

Ты кого видел? Кто упал?

- Дяденька.

- Тьфу!

- Дяденька! Миленький! Живой!

- Да вот же он, леший!

Куда тебя черти таскают?! Думал уж - ты в трюм загудел.

- Родненький!

- По местам! Разойдись! Сигналь "на воздух"!

- Воздух!

- Ну что?...

- Ну что ты? Шут с тобой. Ну чего ревёшь?

Чего ревёшь?

Дурачок...

Никто не упал и слава богу.

Ну?

Чего реветь-то?

Да милый ты мой...

Ну будет тебе.

Будет.

- Моё почтение, сударь.

Вам бандероль из Питера.

- А... Как же... Жду. Я, знаете ли, роман посылал поэтический.

А вы, стало быть, почту носите?

- Ношу. - Какое свинство, однако.

Ну где ещё? В каких европах, я вас спрашиваю, возможно такое?

- Да всё казалось, сударь, есть она у нас в России - справедливость...

- Нет.

К публикации не пригодно. - Видно нет.

- Но уж вы-то, уважаемый, сами в своей беде виноваты.

Честностью, видите ли, кичитесь.

Ну что вы, право, будто не понимаете...

Ну пусть ваш мальчик пойдёт к господину Мавриди,

Так, мол, и так - ошибся, перепутал...

Ну наврал, наконец, по-глупости. Простите. И дело с концом.

- Нет уж, сударь.

Мой Митька, хотя и мерзавец, но получше будет ваших толстосумов, честнее.

Мы Хряповы в холуи не годимся. Распишитесь.

- Тут за бугром глина есть. Кил называется.

Лучше всякого мыла мазут отмывает.

- Не хотите ли под парусом? Последний раз. До ужина ещё успеем.

- Эй, на пирсе! Примите швартовый!

Вы что там, оглохли что ли? Мне нужен матрос - две ходки под парусом. Ну? Пантелей?

Что вы, в самом деле? Я заплачу, наконец. Ну?

- Pourquoi они такие чёрные? А?

- Probablement это папуасы?

- Народу всякого развелось... Искупаться негде.

- Давай здесь! - Давай!

- Давай.

- А на той квартире появляться больше нельзя.

- Постой-ка.

- А? Дмитрий.

Ну проходи.

Это племяш мой.

Ты мне... это... одну книгу-то оставь. - Ладно.

- А ты чего там сел? Ну-ка иди сюда, похлебаем ушицы.

- Не, не буду.

- Ну как знаешь.

- Ты говорил: Старатонов - капитан...

...с тобой на "Витязе" плавал. Верно?

- Верно. Ходили вместе.

- Весной "Меркурий" доклепаем, вроде он судно принимать будет.

- Стратонов Николай Исаич что ли? - Да, Николай Исаич.

- А тебе чего до него?

- Сам, небось, знаешь.

- А... Ничего, иди.

- Эх как тебя. Как из моря вынули.

- Льёт. - Да. Ну-ка давай посмотрю.

- Да чего там смотреть? Там уж смотреть нечего.

- Ты говорят, уезжать надумал? - Не знаю ещё.

Марфа прихварывает. Да и смысл какой?

Нигде ни правды нет, ни людей честных.

- Слыхал такую байку: мой отец с царём судился...

- Ну что?

...Ну отца-то повесили, а вот царю не знаю, чего было.

- Да выбросить его давно пора.

- А... это ты про зонтик? Нет, послужит ещё.

Ты б его ко мне занёс, а то тут инструмента нет.

Или с Митькой. Во! С Митькой пришли.

- Ну а он, что же? Дмитрий. Всё бредит Сингапурами?

- Да. Упрямый мерзавец. Думаю, не отступится.

Хряповская порода.

- Это в нём есть.

- Подавай ему морскую науку. Приходится подавать.

Ну ладно. Сегодня прослужит.

А потом - заноси. - Мерси.

- Иван... Спасибо.

Как хозяева матросские души за копейки продают! ... Комитет РСДРП

В ближайшие дни компания судовладельцев во главе с господином Мавриди отправляет судно "Меркурий" в дальнее плавание.

С генеральным грузом бычьих кож. Так...

Истинно российский размах этого предприятия...

...вносит в жизнь нашего города большое оживление.

Большое оживление.

- Нравится? - Да, пап.

- Нет, папа. Мы сегодня на рейде погрузимся.

А завтра вы на пристань приходите. Вы меня увидите.

Я вам махать буду с самой верхней палубы. С мостика. Вы увидите.

- Ты фуфайку взял? Носки тёплые? - Взял.

- Сядь.

Что ж я матери-то скажу?

Ну да ладно, служба.

Помни, Дмитрий. Ты - Хряпов.

Мы... Хряповы.

- Лепков Сергей. - Проходи.

- Поган Иван. - Проходи.

- Смирнов. - Проходи.

- Курилов Иван. - Проходи.

- Парфёнов Никита. - Проходи.

- Ну, пора.

- Ершко Виталий. - Проходи.

- Степанов. Кочегар. - Проходи.

- Назарян. - Проходи.

- Хряпов Дмитрий. Юнга.

- Такого нет. Отойди.

- Как это нет? А юнга?

Юнга у тебя должен быть в списках?

- Есть юнга. Только совсем другая фамилия.

- Стой! Стой я тебе говорю!

- Что за чёрт? Мне же капитан обещал.

Ну-ну, не тушуйся, Дмитрий.

Ты что! Без нас, брат, ни одно колесо не закрутится.

Ни одни пароход не двинется.

- Ура, господа! Ура!

- Хряпов Иван?

- Иван, да.

- Пошли.

- Вон он! Вон он! Мерзавец!

- Митенька!

- Вон он, Митька! Вон он!

- Пантюша, дай же мне, детка! Дай посмотреть на него! - Дай биноклю.

- Ну?

- Ну, раззява. - Митя!

- Митя!

- Не жевать на мостике, юнга. Полный вперёд.

- Полный вперёд!

- А ну наддай! - Живей, ребята! Давай! Шевелись!

- Поживей!

- Давай, давай, ребята! - Давай!

- Малец ничего - работы не боится.

- Жилистый.

- Теперь пойдёт аж до экватора.

- До тропиков. - До Ямайки.

- До Сингапура!