Original subtitles

68 ВИСКИ

Переведено проектом MENINSUB — vk.com/meninsub —

Знаю, ты против, но у меня есть план.

Ты прав, я против, так что давай помолчим.

Что это, блядь, такое было?

Перед тобой

один из лучших шафранов на рынке.

– Шафран? – Просто представь.

Эта штука словно красное золото.

Это самая дорогая специя на планете.

И угадай, где он растёт?

Прямо здесь, на плодородной, пропитанной кровью почве Афганистана.

Как удачно.

Одна унция этой дряни стоит 500 баксов.

А кое-где – вдвое больше.

Мы зря тратим время на гашиш.

Слушай, что бы ты там ни придумал –

я в этом не участвую.

Я должен деньги многим людям.

Очень много денег.

Слушай, я уже всё подсчитал.

За каждые полкило этой дряни –

мы получим 8 штук чистыми.

Его выращивают местные фермеры.

Мы купим подешевле и продадим подороже.

– Всего-то? – Да.

Всё продумано.

Будем продавать элитным ресторанам по всему миру.

Во-первых, у нас нет контактов

этих самых ресторанов.

Во-вторых, в этих краях

шафраном торгуют талибы.

И в-третьих, ты забыл упомянуть

о том, что нужно несколько сотен тысяч цветков,

чтобы собрать один фунт этой дряни.

Откуда ты об этом знаешь?

Мы с тобой ходим в один туалет,

и я тоже читал статью в журнале, который там валяется.

Просто я дочитал её до конца.

Чувак, я лишь хочу тебе помочь.

И я это ценю, но все твои прошлые планы полностью провалились.

Всё, что я знаю наверняка, это то, что я на мели,

и моя семья вот-вот потеряет дом.

Больше потерь я не выдержу.

Мы с этим разберёмся.

Как и всегда.

Можно сесть рядом с вами?

Здесь, блядь, не школа.

Не нужно спрашивать.

Я не ходил в школу.

Видели те крутые тачки на улице?

– Забей, пацан. – Что? Почему?

Тебе и так есть, куда выкинуть

бабки, которых у тебя нет.

Ясно, но могу… могу же я просто посмотреть?

Только не трогай.

Ладно.

А знаете что, я не хочу есть.

Лучше пойду заценю.

Держи себя в руках, пацан.

Красотки, правда?

Не кажется ли тебе, что после того, как ты рискуя жизнью

пропагандировал свободу и демократию,

ты заслужил вернуться домой

с одной из этих красоток?

Если мне разрешат родители.

Не хочешь сесть в неё? Давай.

Как же мне нравится этот звук.

Я могу отдать её тебе

за взнос в размере пяти тысяч.

Ого, это многговато.

Это трёхмесячная зарплата.

Покупка не облагается налогом,

а ещё я сделаю тебе скидку 500 баксов.

Закройте на секунду глаза. Просто представь.

Ты возвращаешься домой героем войны.

Останавливаешься у светофора на своей новой тачке.

А в соседней машине – твой соперник.

– Но у меня нет соперников. – Включается зелёный,

и ты давишь на газ.

От нуля до 60 за 3,5 секунды.

Это видит весь город.

Девчонки начинают драться.

Они дерутся за то, что сесть к тебе в машину.

Спасибо вам за всё. Огромное спасибо.

Спасибо. Как дела?

Рад познакомиться. Ешьте, господа.

Как видите, это мультинациональная

база, со множеством деталей,

которые создают единый механизм.

В этом и ваша заслуга тоже.

Делаю всё, что в моих силах.

Спасибо.

Избегаете неприятностей, сержант?

Избегаю, как могу, сэр.

Я провожу мистеру Гудллу, новому министру армии США,

экскурсию по нашей базе.

Добро пожаловать в детдом, сэр.

Детдом?

Это неофициальное название.

Да, находясь

в чужой стране посреди пустыни,

чувствуешь себя брошенным.

Детдом звучит уместно. Мне нравится.

Сержант Альварес – одна из лучших штатных медиков.

Удачи вам в этой войне, господин Министр.

Думаю, вам нужно сделать с ней фото.

Сержант, вы не против сфотографироваться со мной?

Сара, мой личный ассистент,

давно говорит, что нужны новые фото

для моих соцсетей.

– Конечно. – Милтон!

Знакомьтесь, это Аллен Милтон –

лучший военный фотожурналист

на всём белом свете.

Станьте поближе.

Полковник Остин, вы не могли бы… Спасибо.

Скажите «слишком стар для этого дерьма».

Есть? Отлично.

Сержант, если вам что-нибудь понадобится –

свяжитесь с моим офисом.

Благодаря таким, как вы, наша армия остаётся великой.

Сэр, могу я задать вопрос?

Да, конечно.

Почему Минобороны закрывает программу MAVNI?

– Альварес… – Нет.

Я люблю прямые вопросы.

Может, когда-нибудь, мы ещё встретимся

и я дам вам развёрнутый ответ

насчёт этой ситуации.

Господин Министр,

давайте я вам покажу Центр тактических операций.

– Отличная мысль. – Согласен.

Господин Министр…

Я понимаю, у вас много дел,

но, может, выделите минутку, чтобы полетать

с нами на вертушке.

Мы покажем вам, каково

военным медикам в Афганистане.

Это было бы очень любопытно.

Сара, свяжись с командиром полковника Остина,

чтобы всё это устроить.

Хорошо.

Вы настоящие занозы в моей заднице!

Мне стоить напоминать, что вам запрещено

покидать базу после инцидента с морфином?

Не лезь не в своё дело, сержант! Это приказ!

Так мы сможем снова полетать.

Может, нам удастся надавить на него

и, возможно, ситуация с MAVNI поменяется.

Потому что нет никакой гарантии,

что ты получишь грин-карту

и тебя не депортируют.

Ничто не заставит его передумать.

Мы попытаемся.

Он права. Те ублюдки меняют политкурс.

Он не сможет этому помешать.

Тогда я хотя бы получу особое разрешение

для своей жены.

Ты просто хочешь поскорее развестись.

Повышаю до пятидесяти.

– Заставляешь идти ва-банк. – В этом и смысл.

Идёт.

Показывай карты.

Погодите. Что случилось?

Почему ты избегаешь меня,

словно вчера у нас было дерьмовое свидание?

Избегаю?

Кажется, люди так делают,

когда больше не хотят с кем-то разговаривать.

Да пошёл ты на хуй.

Ты же знаешь, что тебе сюда нельзя.

Ну так попробуй выгнать.

Почему ты сказал после боя:

«Ты всё им слила»?

Это была такая шутка.

– Да ну? – Зачем ты пришла?

– Ты поддался? – А?

Ты слышал, что я сказала.

Ты специально проиграл в бою?

Отвечай, сука, на вопрос.

Зачем мне так делать?

Именно это я и хочу выяснить.

Как Робак догадался поставить на меня?

А мне откуда знать?

После того, как я рассказал об уязвимости головореза,

ты побежала и рассказала ему.

Ладно, да.

Я рассказала, потому что Дэвису нужны деньги.

Банк скоро заберёт у его семьи дом,

и я хотела ему помочь.

Пиздёжь! Дело не в Дэвисе.

А в Робаке.

Ведь ты трахаешься с ним за моей спиной

всё это время, что мы встречаемся.

Я покончила с Робаком.

Это ведь не ответ на мой вопрос, да?

Да.

Я нутром чуял, что обо всём, что я тебе сказал,

обязательно узнает Робак.

Так это была проверка на преданность.

– И ты её провалила. – Тогда и ты иди на хуй.

Я хочу это услышать.

Ты трахалась с Робаком у меня за спиной,

в то время, когда мы встречались?

Шлюха!

– Привет. – Привет, привет.

Я уж начал думать,

что ты больше не позвонишь мне.

Как там игра Макса?

Отлично, он забил победный хоумран.

Да.

Он настоящий молодец.

Тренер был без ума от счастья.

Здорово.

Я задержусь ещё на 3 месяца.

Ты, блядь, издеваешься? Почему?

Ты знаешь, что произошло,

поэтому мне придётся остаться.

Не могу поверить, что всё повторяется.

– Да, знаю. – Что мне сказать детям?

То, что и всегда.

Что мама их очень сильно любит.

К тому же, три месяца – это не так уж и много.

А что мне сказать себе?

Ну…

ты сам знал, что такое будет,

когда женился на мне.

Ясно, пока.

Благодаря сержанту Робаку,

министр Гудлл связался с моим командованием,

чтобы полететь вместе с моими медиками.

А точнее – с вами.

Я думал, нам нельзя покидать базу, сэр.

Да, но, вопреки здравому смыслу,

мне придётся дать вам разрешение.

Если это была уловка, чтобы вас восстановили –

поздравляю, она сработала.

Но если бы у меня хватало людей,

я бы ни за что не дал вам разрешение.

Мы готовимся к одному, а судьба

– преподносит нам совсем другое. – Но кое-кому больше остальных.

Мы счастливы снова полетать, сэр.

И не сомневаюсь.

Значит, нам снова начнут платить?

Да.

Я не могу послать министра всей чёртовой армии

с командой, которая наказана по статье 15.

– Согласен с вами, сэр. – Дэвис, ты свободен.

А вы двое останьтесь.

Капрал Доркин только что сообщила мне,

что вам дали разрешение на собеседование

по поводу получения грин-карты.

– Отлично, сэр. – Капрал отправится

с вами обоими, чтобы договориться

о поставке в Баграм и посольство.

– Спасибо, сэр. – Мы очень благодарны.

Вы не понимаете.

У моей мамы рак,

она борется за свою жизнь.

Моего отца недавно уволили с завода,

где он проработал 35 лет.

У них едва хватает денег на еду, не говоря уже о том,

чтобы оплатить ипотеку

и гору медицинских счетов.

Да, я понимаю, что больница

наложила арест на дом,

но там живут ещё и мои племянники.

Если вы заберёте этот дом,

то оставите детей без крыши над головой.

Послушайте, я бы с радостью пришёл к вам,

но сейчас я нахожусь за границей.

Совершенно верно, сэр.

Я служу в армии Соединённых Штатов.

Спасибо.

Хорошо, я скину вам полторы тысячи до первого числа.

И какая общая сумма долга?

152 тысячи?

Это на 12 тысяч больше, чем было месяц назад!

Проценты?

Слушай сюда, гондон ты штопанный,

это, сука, грабёж чистой воды!

Мне насрать, что разговор записывается!

Хорошо, что записывается!

Переслушивай его, сколько влезет,

чтобы не забыть, какая тебе будет пизда,

когда я вернусь в Америку!

Слышишь меня? Алло?

Какого хера вы уставились?

Эй, мы можем поговорить?

Это как-то связано с заданием,

которое мы будем выполнять?

Не совсем.

Тогда нет, не можем.

Мы сейчас при исполнении.

Так что давай не будем говорить об этом,

договорились, приятель?

Мы всё порешаем, амиго. Слышишь?

– Вам тоже выдать жилет? – Нет, спасибо.

Полагаю, вы не в первый раз летите.

По вашему жилету это хорошо видно.

Мы готовы лететь, ребята?

Всегда готовы, сэр.

– Могу я дать один совет? – Да, конечно.

Профи здесь вы. Я просто пассажир.

В следующий раз,

когда вы захотите покинуть базу –

надевайте камуфляж.

Туфли и брюки слишком заметны.

Вы же не хотите стать лёгкой мишенью.

Я же говорил, Райан.

Он никого не слушает.

Не волнуйтесь, мы будем в воздухе,

так что нас убьют вместе с вами.

У Крэша немного чёрный юмор.

Они называют тебя Крэш?

Интересное прозвище для пилота.

Потому что я постоянно разбиваюсь.

Статистическая аномалия.

Боже ж ты мой.

Как вы?

Нужно посадить эту штуку. Мне нужно отдышаться.

Нам нельзя садиться.

Сейчас же.

Крэш! Садись.

Всё хорошо?

Да.

Прости, зря я…

Дело не в тебе. То есть, в тебе.

Я лучше пойду.

Нет! Нет, нет, нет, нет.

Я…

я объясню.

Я всё объясню.

Когда я учился в Гамбургском университете,

там была девушка. Ты мне очень её напоминаешь.

Мы собирались пожениться, но потом всё отменили.

Что случилось?

Она хотела заняться сексом

до того, как мы вступим в брак,

но из-за своих религиозных убеждений

я не смог.

Так ты девственник?

Да, именно так.

Господи.

Я не думаю, что смогу это сделать.

Я понимаю.

Нет.

Нет, ты не должен этого делать.

Не отказывайся от своих убеждений из-за меня.

Если бы мои родители были живы,

и могли бы тебя увидеть,

то поняли бы меня.

Куда ты?

Возвращаюсь к своей обычной жизни,

чтобы понять стоит ли отказываться о неё,

ради парня, с которым я не могу заняться сексом.

Мне очень жаль.

Ещё один совет.

Если у вас слабый желудок, ешьте бананы перед полётом.

Во время рвоты у них не меняется вкус.

Спасибо.

– Сэр, не отходите. – Да, хорошо.

Мне просто нужен свежий воздух.

Не так уж и страшно, как говорят, да?

Нет. Нет, нет, нет.

Наше пребывание здесь было нелёгким,

но оно того стоит, раз мы

можем помочь этой прекрасной стране избавиться от террористов,

чья задача: уничтожить

наш американский образ жизни.

Да.

Раз уж мы об этом заговорили, господин Министр,

есть несколько чертовски хороших солдат,

которые каждый день рискуют жизнью

борясь с террористами.

Они просто родились на чужой земле.

Но они такие же американцы, как мы с вами.

Мне о них известно, сынок,

и я благодарен за их жертву.

Почему вы хотите избавиться от них?

Как я уже говорил ранее,

сейчас не время и не место обсуждать это,

но скажем так, это касается

национальной безопасности.

И я не имею права об этом рассказывать.

Сомневаюсь в этом, сэр.

Мне кажется, вы хотите обвинить иммигрантов

в проблемах, созданных политиками,

которых заботит лишь переизбрание,

а не национальная безопасность.

Но к счастью для вас,

это всего лишь мнение солдата, да?

Не смей так больше со мной разговаривать, сопляк.

Переведено проектом MENINSUB — vk.com/meninsub —

Можно задать тебе личный вопрос?

Ну, это зависит от того,

насколько он личный.

Ты верующий человек?

Да, я считаю себя набожным мусульманином.

Хоть иногда я грешу,

но верю, что Аллах благосклонен ко мне,

потому я придерживаюсь Пяти столпов.

Пяти столпов?

Мы декларируем нашу веру в Аллаха,

даём деньги нуждающимся,

постим во время месяца Рамадан,

и совершаем паломничество в Мекку.

Это четыре.

Мы молимся пять раз в день.

Никогда не видела, чтобы ты молился.

Ну, да, я не идеал.

Хорошо...

А как у вас с сексом?

С ним всё не так просто.

Секс возможен только в браке.

Ты воздерживался до свадьбы?

Нет! Нет, конечно.

Нет, я учился в Кембридже

и трахал всё, у чего был клитор,

пока не женился.

А она знает?

Она то же самое делала, но с мужчинами.

Одна из многих причин, по которым мы сошлись.

Если серьёзно, соблюдение Пяти Столпов –

настоящее испытание характера.

Такой человек определённо

сделан из более твёрдого материала, чем я.

Похвально, что тебя так интересует

местная культура.

Можно узнать, почему вдруг?

Нельзя.

Ну и ладно!

Не знал, что тот молодой человек,

который был со мной так суров, ваш муж.

Это не такая важная информация, сэр.

Теперь понятно, почему он так взъелся.

Видно, что он очень вас любит.

Это что-то меняет?

Для меня? Да.

На ситуацию – нет.

Я так и подумала, сэр.

Мне показалось, вы лучше понимаете

глобальную картину, чем он.

Наверное. Нам пора обратно.

Нет. Последнее фото.

Противник сзади!

– Я ранен! – Пригнитесь!

Сторожевой пост, обстрел вертолёта 3-1.

– Кидаю шашку! – Уходим немедленно!

Скорее!

Скорее!

Пуля жилет пробила.

Милтон!

Он мёртв.

Господи.

У нас двое: один погиб,

у второго огнестрельная рана.

Сквозная, на правой руке.

Наложен жгут, угрозы для жизни нет.

Понял.

Сделай КТ, будем оперировать.

Так точно.

Что у вас там стряслось?

Он настоял на посадке.

Мы высадились там, где раньше было безопасно.

Наткнулись на снайпера.

Он выживет?

Ему повезло.

Чего не скажешь о его попутчике.

Мне нужно позвонить.

Гудлл сам заставил нас спуститься.

Я пытался отговорить его.

Во-первых, это была твоя идея –

взять его на вертолёт.

Я правда надеялся, что ты сможешь поговорить с ним.

Откуда мне было знать,

что мы попадём под обстрел?

– Всегда есть возможность. – Ну, да.

Разницы, в сущности, нет.

Мы все попадём под раздачу.

Я же просила тебя не лезть.

Ничего из этого не могло получиться.

Я пытался помочь!

Ты всегда пытаешься помочь,

и каждый раз это катастрофа.

Без комментариев.

Теперь нам остаётся

только ждать.

Я приму удар на себя.

Ты права.

Я взял его на вертолёт,

я и возьму на себя ответственность.

Это уже не тебе решать.

Что сделано – то сделано.

К сожалению.

– Я всё исправлю. – Хватит!

Ты постоянно что-то пытаешься исправить!

Мир так устроен, что не всё в нём можно исправить!

Я участвовал в твоих аферах,

и это привело меня в тупик.

Я не только остался в жопе,

но и погрузился ещё глубже

после всех твоих «исправлений».

Наверное, мне повезло,

что я остался жив, но с меня довольно.

Тоже на меня наорёшь?

Мне это не нужно.

Мне насрать, что разговор записывается!

Хорошо, что записывается!

Переслушивай его, сколько влезет,

чтобы не забыть, какая тебе будет пизда,

когда я вернусь в Америку!

Слышишь меня? Алло?

Простите, я проявил несдержанность,

но поймите меня,

моя семья в беде,

и я изо всех сил бьюсь над тем,

чтобы у них всё было хорошо.

Это непозволительное поведение,

несоответствующее званию сержанта

армии США.

Ты должен это понимать.

Это был первый

и последний раз, обещаю.

Первый и последний?

Сделал на досуге подборку.

Лучшие из твоих телефонных фиаско,

так сказать.

Слушай сюда, гондон,

тебе, блядь, деньги не нужны?

Не хочешь чек принимать,

примешь мой ботинок в свою жопу.

Выбирай, ублюдок.

Что?

Мы тут не подачки выпрашиваем!

У тебя явно что-то с башкой!

Не хочу я говорить с твоим менеджером.

Чего я хочу, так это придушить тебя.

Мы получили несколько жалоб.

Тебе известно, что гражданский проступок

может привести к увольнению?

Известно, сэр.

Тогда вынь голову из задницы, сержант.

Тебя могут освободить от службы на основании

финансовой безответственности

или безрассудного поведения,

и тогда пацан, не окончивший колледж,

будет понукать тобой в забегаловке,

где ты будешь жарить картошку.

У армии нет возможности мне помочь?

Твоя помощь перед тобой.

Армия бесплатно предоставила тебе адвоката,

и мой бесплатный совет тебе:

никаких больше угроз гражданским,

либо тебя ждёт военный суд,

а затем, скорее всего, и гражданский.

Откуда у вас этот ковёр?

Произошло недоразумение.

Какое он вообще имел отношение к коврам?

Бедняга пытался заработать

немного денег для семьи.

У его родителей антикварная лавка в Техасе,

а эти афганские ковры можно дорого продать.

БАкли тайком ходил покупать ковры,

а потом отправлял их домой.

Смышлёный был парень. Жаль, я не додумался.

Может, и к лучшему? Зато ты жив.

Ты случайно не знаешь, где эти ковры?

Их положили на складе,

медсёстры взяли по штучке в общежитие.

Могу показать, где оставшиеся.

Будь так добра.

Если тебе интересно,

мы с Сасквочем больше не встречаемся.

Что?

Робак! Быстро сюда!

Разрешите говорить, сэр.

Разрешаю.

Просто хотел сказать,

что это было моей идеей

взять министра на борт вертолёта.

Никто из экипажа,

кроме меня, не виноват...

Я вызвал тебя не поэтому.

Выдохни.

Министр понимает, что на войне

может случится и случается всякое.

Он оплакивает своего друга,

но, между нами,

он рад своей новой репутации

человека, побывавшего на войне.

Тогда в чём причина, сэр?

Я прочёл твой отчёт об операции,

написанный в день, когда умер БАкли.

Нет ли деталей, о которых ты умолчал?

Если только я их не знал, сэр.

Я видел отчёт одного из наёмников

по итогам того же дня, из той же деревни.

Там было написано,

что на них устроил засаду противник,

и это интересный поворот.

Бакли был не там, где положено,

но он был в полном оснащении,

так что его никак не могли

принять за врага,

и он не представлял угрозы.

Ни он, ни абориген Касим,

ни остальные жители деревни.

Я тоже так думал.

Слышал, они говорили что-то

о зачистке всего района.

Возможно, это связано с тем,

что мы той ночью видели.

– Какой ночью? – Никакой, сэр.

– Я так. – Ты что-то знаешь.

– Говори уже. – Я перепутал, сэр.

Всё, что знаю я, знаете вы. Всё в отчёте.

Сражаться и побеждать и так тяжело,

а тут ещё эти наёмники

со своими тайными операциями.

Что-нибудь ещё, сэр?

Больше ничего, сержант.

Свободен.

Сэр.

Вы с Сасквочем расстались? Почему?

Капрал!

Тебе пора.

Я буду снаружи.

– Что ты здесь делаешь? – Я не вовремя?

На самом деле, мне всё равно.

Нам нужно поговорить.

– Заходи. – Хорошо.

То, что ты делаешь, опасно.

Не для меня, а для тебя.

Я хочу делать то, что ты скажешь,

я знаю, что это губительно для меня,

но меня это не останавливает.

– Мне кажется, должно. – И всё же, нет.

Посмотри на меня.

Я сбегаю в зону военных действий,

чтобы подержаться за руки с тем,

кто никогда не понравится моему отцу.

Я чувствую себя подростком.

Что именно ты хотела мне сказать?

Если ты хочешь подождать, я не против.

Переживу.

Поверь, мне достаточно просто представить, как мы

занимаемся сексом.

Не обещаю, что приму ислам,

но я хочу стать хотя бы на полпути ближе к тебе.

Как отмерить полпути к исламу?

Понятия не имею.

Но я хочу продолжать

делать то, что мы делаем. А ты?

И я. Даже очень.

Я так на это надеялась.

Давай быстро.

У нас пять минут до пересменки.

Поговори со мной.

Сасквоч проиграл специально.

Мудак ёбаный. Это шутка?

Я примерно так же отреагировала.

Я виновата в том, что вы потеряли деньги.

Ничего страшного.

Ты же не знала?

Но лучше не говорить об этом Дэвису.

Поняла.

Зачем ты мне это рассказываешь?

Хочешь меня вернуть?

Нет.

Ты всё ещё женат на Альварес,

и ей всё ещё нужна грин карта.

Нельзя, чтобы нас видели вместе.

– Никогда. – Если помнишь,

у нас хорошо получалось прятаться.

Не так хорошо, как нам казалось.

Я не могу с этим смириться.

Пора бы уже.

Ты опоздал.

Привет, я снова за М-18.

Спасибо.

Пуля повредила плечевую кость.

К сожалению,

восстановление будет нелёгким.

Скорее всего, последствия

останутся на всю жизнь.

Это была хорошая новость?

В нашем случае, да.

– Вызывали, сэр? – Да, капрал.

Необходимо отправить медицинскую карту министра

в медцентр имени Уолтера Рида.

Это поручение я могу доверить только вам.

– Есть, сэр. – Хорошо.

Постарайтесь отдохнуть.

У вас впереди долгий перелёт.

Капрал.

Да, сэр?

– Можно задать один вопрос? – Конечно.

Вы знаете, зачем вы здесь?

Я должна переслать вашу карту...

Нет, я имею в виду Афганистан.

Вы знаете, зачем вы в Афганистане?

По-моему, мы боремся с террористами.

И как, по-вашему, удачно?

Не могу сказать, сэр.

Вот и я не могу.

А это моя работа.

Уверена, вы с ней справитесь.

Хоть кто-то уверен.

Это всё, сэр?

К сожалению, добавить мне нечего.

Какие роскошные ковры.

Да, моя мама коллекционер.

Решил сделать ей сюрприз на День рождения.

Заполни форму, а я пока их взвешу.

– Куда отправляем? – Чикаго, Иллинойс.

Сержант Дэвис.

Чего тебе, рядовой?

У меня денежный перевод на пять тысяч долларов.

Пожалуйста, скажи, что не стал покупать машину.

Как раз наоборот,

купил.

Петрочелли, это же просто развод.

Это все знают.

Они приезжают продавать своё барахло

наивным солдатикам, которые впервые в армии.

С чего ты взял?

С того, что машинами компании откупаются

от кого-нибудь в Пентагоне, а детишки, вроде тебя,

обожают спускать деньги на ветер.

Продавец скинул мне пятьсот долларов, и ставка низкая,

всего лишь двадцать процентов.

Это не низкая процентная ставка.

Погоди секунду, рядовой.

Сержант,

ковры весят примерно сто фунтов.

Доставить их в Америку

будет недёшево.

Ты нашёл ковры БАкли?

И оправляешь их его семье?

– Ну... – Как здорово.

Ты хороший человек, сержант Дэвис.

Я не про то, что у тебя снаружи,

а про то, что внутри.

Ты правда хороший человек.

Ничего, если я там буду заполнять?

Конечно, я только стоимость рассчитаю.

Говоришь, в Чикаго, Иллинойс?

Да

Бакли живёт не там.

Он из Техаса.

У него большая семья, повсюду родственники.

Правда?

Да

Прикольно.

Напиши, что я передаю привет.

Что каждый день вспоминаю их сына.

Ладно.

Слушай.

Не посмотришь адрес

покойного Джона Бакли из Техаса?

Хочу перенаправить посылку.

Пожалуйста, сэр.

Вы нас звали?

Да.

Хотел поблагодарить, что спасли мне жизнь.

Это наша работа, сэр.

Всем бы иммигрантам

быть как вы, сержант.

– Таких много, сэр. – Знаю.

И всё же, если хотя бы у одного иностранца

есть скрытые мотивы, это тоже

уже очень много.

После случившегося на Форт-Худ

мы не можем рисковать.

Позвольте возразить.

Эта логика ошибочна.

Мне так не кажется.

Мне жаль, сэр.

Вертолёт готов, сэр.

Понял.

Спасибо за службу, сержант.

Желаю вам всего наилучшего.

Если бы это было правдой,

вы бы ей помогли!

Когда у меня будут спрашивать,

что там произошло,

я не скажу,

что ваш аттракцион закончился смертью

моего друга.

Вместо этого я хорошо о вас отзовусь,

потому что восхищён отвагой и чувством такта вашей жены.

Вы счастливчик, сержант. Во всех смыслах.

Прости.

Я пытаюсь тебя спасти, в итоге ты спасаешь меня.

Когда-нибудь мы научимся

спасать себя сами.

Да.

Добро пожаловать в нашу семью.

Тебе выпишут премиальный чек,

как только закончат оформление,

и будет собрана вся документация для теста.

Всего через несколько месяцев.

Скоро будешь бабки зарабатывать

за ту же работу, которую выполнял почти даром.

В этом, блядь, и план.

Ладно, будем на связи.

Хотел бы я видеть,

как он сообщает это Робаку.

Думаешь, ещё не сказал?

Уверен.

Переведено проектом MENINSUB — vk.com/meninsub —