Afrikaans
Akan
Albanian
Amharic
Arabic
Armenian
Azerbaijani
Basque
Belarusian
Bemba
Bengali
Bihari
Bosnian
Breton
Cambodian
Catalan
Cebuano
Cherokee
Chichewa
Chinese (Simplified)
Chinese (Traditional)
Corsican
Croatian
Czech
Danish
Dutch
English
Esperanto
Estonian
Ewe
Faroese
Filipino
Finnish
French
Frisian
Ga
Galician
Georgian
German
Greek
Guarani
Gujarati
Haitian Creole
Hausa
Hawaiian
Hebrew
Hindi
Hmong
Hungarian
Icelandic
Igbo
Indonesian
Interlingua
Irish
Italian
Japanese
Javanese
Kannada
Kazakh
Kinyarwanda
Kirundi
Kongo
Korean
Krio (Sierra Leone)
Kurdish
Kurdish (Soranî)
Kyrgyz
Laothian
Latin
Latvian
Lingala
Lithuanian
Lozi
Luganda
Luo
Luxembourgish
Macedonian
Malagasy
Malay
Malayalam
Maltese
Maori
Marathi
Mauritian Creole
Moldavian
Mongolian
Myanmar (Burmese)
Montenegrin
Nepali
Nigerian Pidgin
Northern Sotho
Norwegian
Norwegian (Nynorsk)
Occitan
Oriya
Oromo
Pashto
Persian
Polish
Portuguese (Brazil)
Portuguese (Portugal)
Punjabi
Quechua
Romanian
Romansh
Runyakitara
Russian
Samoan
Scots Gaelic
Serbian
Serbo-Croatian
Sesotho
Setswana
Seychellois Creole
Shona
Sindhi
Sinhalese
Slovak
Slovenian
Somali
Spanish
Spanish (Latin American)
Sundanese
Swahili
Swedish
Tajik
Tamil
Tatar
Telugu
Thai
Tigrinya
Tonga
Tshiluba
Tumbuka
Turkish
Turkmen
Twi
Uighur
Ukrainian
Urdu
Uzbek
Vietnamese
Welsh
Wolof
Xhosa
Yiddish
Yoruba
Zulu
Перевод студии: ViruseProject.TV Сообщество ВКонтакте: vk.com/viruseproject
Алессандро Гассман
КОМИССАРИАТ ПИЦЦОФАЛЬКОНЕ 2-й сезон, 4-я серия
КАРОЛИНА КРЕШЕНТИНИ
АНТОНИО ФОЛЕТТО
ТОСКА Д'АКВИНО
МАССИМИЛИАНО ГАЛЛО
ДЖАНФЕЛИЧЕ ИМПАРАТО
при участии СИМОНЫ ТАБАСКО
И ДРУГИЕ
ТАНГО
ПО РОМАНАМ МАУРИЦИО ДЕ-ДЖОВАННИ
СЦЕНАРИЙ СИЛЬВИИ НАПОЛЕТАНО, ФРАНЧЕСКИ ПАНЦАРЕЛЛА И МАУРИЦИО ДЕ-ДЖОВАННИ
Синьора?
Вы уже здесь?
КОМПОЗИТОР МАРКО ЦУРЦОЛО
Синьора Роберта?
Слушаю.
Что случилось?
РЕЖИССЁР АЛЕССАНДРО Д’АЛАТРИ
Привет.
Доброе утро.
Кто она?
Роберта Де-Анжелис, преподавала танго. Убита серебряной заколкой.
Удар прямо в сердце.
Похоже была борьба.
Да, но на теле нет свежих следов.
Есть лишь гематома на затылке, но она получена раньше.
Когда наступала смерть?
Вчера между восьмью вечера и двумя часами ночи.
Мы позвонили мужу, он уже едет.
Я здесь убираюсь с восьми и до одиннадцати.
Я...
Она у меня до сих пор перед глазами.
Успокойся, Салима, успокойся.
Легко сказать. Я все еще дрожу от страха.
Синьорина, успокойтесь и постарайтесь рассказать, что вы видели.
Значит...
Утром, когда я пришла,
то сразу поняла, что что-то не так.
Музыка играла, да и свет горел. Только...
синьора Роберта всегда всё выключала перед уходом.
Потом?
Тогда я подумала, что синьора Роберта утром пришла пораньше.
Я заглянула внутрь
и увидела её, она лежала на танцполе и не двигалась. Боже!
Тише, тише, Салима, Салима...
И что ты сделала?
Я позвонила вам, что я должна была сделать?
Это единственный вход в школу?
Да,
им все пользуются.
Хотя там, дальше, есть запасной выход.
Но через ту дверь никто не ходит.
Её сделали ради пожарной безопасности.
И она открывается только изнутри.
Расскажите о синьоре, вы давно у неё работали?
Почти... почти два года.
Синьора Роберта была хорошим педагогом. Очень.
Танго было всей её жизнью.
А с мужем она ладила?
Пропусти! Это моя жена!
Дайте пройти, это моя жена!
Пропусти! Чёрт, дай пройти, это моя жена!
Успокойтесь!
- Я же сказал, это моя жена! - Стой, стой!
Мать твою, дай пройти!
Роберта!
Идите сюда, потом подойдёте к жене.
- Любимая! - Синьор Моралес... - Любовь моя!
- Потом подойдёте к жене. - Тише, тише, успокойтесь.
Что с ней случилось?
Её убили. Мне очень жаль.
Использовали её заколку как кинжал.
Да, синьор Моралес, вы...
не знаете, кому ещё можно сообщить? У вашей жены были родители, родственники?
Да, у неё сестра в Милане и тётя здесь, в Неаполе.
Вы им сообщите?
Я не могу, нет...
Простите, я не готов, позвоните вы.
Я дам номера.
Как я буду жить без тебя?
Да...
Да, я ещё здесь.
Простите, я в больнице.
Я прошу вас, подождите. У меня сын серьёзно болен.
Да, я в Милане.
Хорошо.
Я что-нибудь придумаю и приеду завтра в Неаполь.
Спасибо.
До свидания.
Мам, что там такое?
Солнышко...
Ничего,
всё в порядке.
Зайчонок,
мама тебя очень любит. Понимаешь?
И как она отреагировала?
А как думаешь?
Начала плакать.
У неё сын очень болен,
и умерла единственная её сестра.
Когда она приедет?
Завтра.
- Спасибо. - Спасибо.
Как там с Маринеллой? Всё в порядке?
Всё в порядке, насколько это возможно с Маринеллой.
С ней сложно.
- А ты? - Что я?
Как ты? Как дела?
Я в порядке, у нас здесь всё спокойно.
Я понял, ты сердишься.
Конечно, с тех пор как приехала Маринелла, у нас всё усложнилось.
- Но она же моя дочь, что я могу... - Всегда есть "но".
И в какой-то момент эти "но" всё меняют.
Я же сказал, всё сложно.
Я лишь хочу понять насколько я важна для тебя.
Так ты ещё не поняла?
Джузеппе, я не дура, я всё понимаю, но Маринелла уже не ребёнок.
Стоит ей появиться, и тебя нет.
Твоя жизнь заканчивается, вот что меня бесит.
НОВОЕ СООБЩЕНИЕ БУФФАРДИ
Сегодня я тебя не понимаю.
Как и всегда.
Послушай,
давай на выходных поедем в Костьеру,
и всё пройдёт.
Надо идти?
Да.
Как всегда.
Спасибо.
Прошу прощение за опоздание.
Понравилась книга?
Ваши друзья из Агридженто использовали Ло-Монако чтоб разрушить мою жизнь.
А теперь хотят купить её за пару евро.
- Думаете, у меня проблемы с ипотекой? - А разве не так?
Ваши грязные деньги мне не нужны.
Да, это я.
Боюсь, Лойаконо стоит дороже.
Ну да, он же благородный человек.
Я тут подумал.
Бедная Робертина.
- Я так её любила. - Когда вы виделись в последний раз?
Семь месяцев назад.
Она пришла
поздравить меня с днём рождения.
Я запомнила, потому что она не часто заходила.
Как же так? Она жила рядом.
Что вы хотите, юноша. Все вы, молодые, одинаковые.
Ничего не понимаете.
Ясно, но я-то здесь при чём?
Она всегда была занята.
Времени ей не хватало.
Это правда?
Ну конечно! Она же с утра до вечера танцевала.
Танцы - разве это работа?
Для вашей племянницы да, она преподавала танго.
Эти танцы её и погубили.
Танцы и её аргентинец.
- Даниэль Моралес? - Да, её муж.
До знакомства с ним Роберта была хорошей девушкой,
благоразумной.
Она встречалась с адвокатом.
А если это любовь?
Какая любовь?
Вы говорите слова, смысла которых не понимаете.
Да, простите.
Арагона!
Он подчинил её себе.
Поссорил с семьёй.
Он паразит, вот кто он, паразит.
Он не работает?
Распевать эти заунывные песенки, разве работа?
И София, сестра Роберты, видеть его не могла.
Хотя...
она и сама наломала дров.
В каком смысле?
Она без мужа родила ребёнка.
И у него редкое заболевание. Вот бедняжка.
Мне очень жаль.
К счастью, мой брат рано умер.
И ничего этого не увидел.
Обе его дочери сломали себе жизнь своими же руками.
Благодарю вас синьора.
- Арагона? - А, шеф.
Что, завелись лишние деньги?
Да нет, просто у мамы день рождения.
- И мне нужно купить подарок. - А!
- Но, конечно, откуда такие деньги! - Это точно.
- Да, я поговорил с Лойаконо. - И?
И он сказал, что тётя Де-Анжелис много чего наговорила.
Эта тётя Де-Анжелис просто ненавидит аргентинца.
- Так надавите на него завтра. - Да, конечно, я им займусь.
- Пока, Арагона. - Пока, шеф.
- Арагона! - А?
А витрина для мамы, она вон там.
Спасибо, шеф.
- Всего хорошего. - Всего хорошего!
Маринелла!
Маринелла!
Алло! Да, пап!
Солнце, где ты?
Я в клёвом местечке, с Шанель. Здесь вечеринка против насилия.
Тут так по кайфу!
Ты говоришь, как эти неаполитанцы.
Что там за шум? И во сколько ты вернёшься?
В час.
В час? Нет, даже не мечтай!
Но вечеринка только началась, к полуночи не приеду.
Ладно, в полпервого.
Нет, без пятнадцати час.
Хорошо, в ноль сорок пять и ни минутой позже.
- Всё ясно? - Я люблю тебя.
Я тоже тебя люблю. Я тоже тебя люблю!
Ну что, разбесился?
Нет, всё прошло отлично.
- Марине... - А?
Видела саксофониста?
Да.
- Ты с ним знакома? - Нет.
- Но он мне так нравится. - Шанель, тебе нравится этот?
Ой, Маринелла, уж помолчала бы. Ты вообще в парнях не разбираешься.
- Эй! - Ой!
- Шанель! - Макс? - Глазам не верю! - Привет!
А ты откуда здесь? Ты же как бы в Лондоне?
Был, потом помотался по Парижу немного и вот, вернулся.
- А ты-то как? - Я нормально, так здесь и живу.
- А это Маринелла. - Привет, Маринелла.
- Привет. - Так значит, ты здесь, больше не уедешь?
Куда мне ехать? Я поступил в архитектурный, торчу там сутками.
Тогда, если не против, как-нибудь затусим?
Отлично, тогда увидимся, буду очень рад.
Ладно, мне пора, моя очередь. Идёте смотреть?
- Ты тоже играешь? - Нет, я делаю пантомиму.
Ну ладно.
Стой, давай селфи.
- Только быстрее. - Так, давайте. Маринелла!
Ой, какие мы милые.
- У тебя номер не изменился? - Нет. Пришли мне потом фотку.
- Конечно, пришлю. - Ладно, потом поболтаем.
Эй, Маринелла, всё в порядке?
Да, в порядке. А он откуда?
Из Калабрии.
Ладно, идём смотреть?
Доброе утро. Дай я, это мужское дело.
- Я тебе что, Барби, что ли. - А тогда кто?
- А я должностное лицо. - Ну да.
Можно угостить должностное лицо чашечкой кофе?
Ни в коем случае! Кофе, при исполнении, ни-ни.
Пока.
Эй, бравый инспектор, ты в курсе что вчера сюда заходила твоя дочка?
- Да ну? - В компании очень милых ребят.
Ну вот, испортила мне весь день.
Радоваться надо, она здесь освоилась.
Так освоилась, что до сих пор дрыхнет.
А вы неплохо спелись. Ладно, пока, счастливо.
Пока!
Сюда.
Где Даниэль Моралес?
А вы кто такие?
- Полиция. - Второй этаж.
Спасибо, будьте здоровы.
Синьор Моралес?
Синьор Моралес?
Моралес!
Когда вы последний раз видели жену?
Ближе к вечеру, где-то...
в полседьмого.
Я заходил к ней.
И о чём вы говорили?
Ни о чём.
У неё был урок, и я ушёл.
Как думаете, кто мог её убить?
Если б кого подозревал, то давно бы сказал.
А часто ваша жена оставалась в школе после занятий?
Да, она любила свою работу.
Задерживалась там допоздна, писала на своём сайте.
Готовилась к занятиям.
Роберта любила танго больше всего на свете.
Своим танго она меня и покорила.
Я был в европейском турне.
И вскоре собирался возвращаться в Аргентину.
Успех был скромный.
Та ночь стала роковой.
Как только я её увидел,
то понял, что она женщина моей жизни.
И я так и не уехал из Неаполя.
Ты слышишь, любовь моя, ты не можешь остаться.
В тот вечер я подарил ей заколку для волос.
Она принадлежала моей бабушке.
Бабушка была превосходной танцовщицей танго.
Роберта сразу же заколола ей волосы.
И с тех пор всегда её носила.
Снимала только, когда шла спать.
С тех пор лишь я её видел с распущенными волосами.
Она стала её амулетом.
Говорила, что она её от всего защищает.
А вышло, что именно ею её и убили.
Может, кто-то из учеников обиделся на неё?
Нет, её все любили.
Все приличные люди, местные ребята,
женщины, которые хотят похудеть. Они не разбираются в танго,
но они точно не убийцы.
Моралес,
ясно одно: она не могла убить себя сама.
Синьор Моралес, у вас есть алиби?
Где вы были вчера с восьми до двух ночи?
Вы что, думаете, это я убил свою жену?
Это стандартный вопрос, мы обязаны его задать.
Я был дома.
Один?
Нет... с ней.
По-моему, вы много пьёте.
А что, вы думаете,
есть другой способ притупить боль этой жизни?
- Я думаю, это аргентинец. - Да, а какой мотив?
Ревность, измена...
Мужики, они такие, на ровном месте заводятся.
Может, она хотела уйти.
Ты знаешь, сколько жён хотели бы уйти от мужа?
Слава Богу, что не все их убивают.
- Поэтому я и одна. - Умница, правильно делаешь.
- А ты давно замужем? - Да уж, давно, даже слишком.
Смейся, смейся, посмотрим, что будет, когда выйдешь замуж.
Я? Даже не мечтай!
Да ладно, вот влюбишься, потом свадьба, дети, дом...
Господа, прошу тишины!
Тихо!
Прошу, потише!
Сколько нам ещё здесь торчать? Мне в магазин надо!
- Мы все спешим! - Эй, успокойтесь!
Речь идёт об убийстве.
Проявите уважение!
Я уже целый час сижу, сколько ещё ждать!
Я же сказала,
Роберта для меня была что-то вроде гуру.
Она учила нас выражать себя через танго, раскрывать свой потенциал.
Она была очень хорошим человеком.
Мы спрашивали, нет ли у вас подозрений насчёт убийцы синьоры Де-Анжелис,
а все эти духовные аспекты танго нам не интересны.
У вас есть подозрения, да или нет?
Нет, подозрений нет.
Какие подозрения?
Мне до сих пор не верится, что Роберту убили.
Мне нравилась эта школа танго.
Ограбление? Да нет, какое ограбление!
Она с трудом сводила концы с концами.
Роберта была моим учителем жизни. Она была особенной.
Она собиралась...
выпустить коллекцию обуви, боди, в общем, одежда и аксессуары для танго.
Может, тут кому-то перешла дорогу.
Да нет, точно, этого быть не может, она была такая хорошая.
Школа, это как семья.
Вряд ли там были завистники.
Я никого не хочу обвинять, только
я должна вам кое-что рассказать, раз все молчат.
Рассказывайте.
В общем, такое дело...
Мы только начали урок, в тот день...
- В день убийства? - Да, верно.
Так вот, в тот день урок начался в шесть.
Спасибо, Мауро.
Ну что, ребята, вы видели?
Вам не показалось, что Мауро не танцует, а рассказывает?
- Да, да. - Вот!
Вы должны думать о танго, как о диалоге.
Движения — это фразы, а техника — это грамматика.
Вот так.
Даниэль?
- У меня урок. - Выйди, нам нужно поговорить.
Поговорим позже.
Роберта, я прошу, выйди на минуту!
Я же сказала, поговорим позже. Уходи!
Продолжим. Отпусти меня!
Отпусти меня! Отпусти!
Ничего страшного, ничего, всё в порядке.
Простите.
Подойди, Мауро.
Продолжим.
Мы все растерялись.
А она встала, будто ни в чём не бывало
и продолжила занятие. Но было заметно,
что она была в шоке.
Синьора, вы...
рассказали о серьёзном факте.
Муж, который бьёт жену за два часа до её убийства.
Это фактически признание в убийстве.
Нет, я не хотела... Как бы сказать... Даниэль хороший человек.
По-моему, мужчина, бьющий женщину, не может быть хорошим человеком.
Да, конечно, я с вами согласна.
Тогда помогите нам разобраться.
Понимаете, у Даниэля в Аргентине
было имя, была хорошая карьера.
Но потом он приехал в Неаполь, бросил всё ради неё, ради любви.
Почему он бросил петь?
Насколько я знаю, он здесь пытался...
Выступал на каких-то тусовках в провинции.
Потом стал петь на свадьбах, и вот уже три года сидит дома...
Я постоянно видела его пьяным.
И поэтому он начал срывать досаду на Роберте?
Я... не это хотела сказать.
Но сказали.
Мы лишь пытаемся понять, кто мог убить Роберту.
Вы ведь тоже хотите это понять?
Он ревновал Роберту?
- Привет. - Привет.
Ой...
Нет, в смысле ты просто отлично выглядишь.
- Тебе нравится? - Очень.
- Я купила его на развале. - А, на развале.
Ну, и куда поедем?
Куда пожелаешь. Сегодня...
я в твоём полном распоряжении.
- Серьёзно? - Да.
Так я решаю?
Ну да, я же сказал, куда пожелаешь, я в твоём распоряжении.
Отлично. Тогда...
- Езжай прямо. - Прямо? - Да.
Видишь, что происходит? Прокатимся, и сменю её.
Едем.
- Ирина! - Привет, Наташа!
Давай, давай, давай!
Давай, давай, давай!
Смерть наступила, как я и говорил, между девятью вечера и полуночью.
- Орудие убийства - заколка? - Да, она вошла прямо в сердце.
Удар был весьма сильный.
Смерть наступила мгновенно.
Следов волочения не обнаружено.
Трупные пятна подтверждают что тело не двигали.
Что ещё?
Помимо гематомы на затылке есть и другие, более старые.
Следы падения?
Нет, похоже, её били. Но есть ещё кое-что.
У жертвы перед смертью был сексуальный контакт.
- Когда? - Прямо перед смертью.
Контакт добровольный или насилие?
Нет, добровольный. Следов насилия не обнаружено.
- Остались следы? - Нет, они использовали презерватив.
Значит, ДНК нет?
Увы, нет.
Ничего нет.
- Спасибо. Пока, всего хорошего. - До свидания.
До свидания.
Похоже, картина складывается. Моралес человек ревнивый, алкоголик, ради неё
он пожертвовал своей карьерой, а она стала пользоваться успехом...
Значит, он её убил. Он же аргентинец.
При чём здесь это?
У аргентинцев кровь горячая.
Ну что за предрассудки!
Это не предрассудки. У каждой породы свои недостатки.
Породы? А ты у нас какой породы будешь?
- Неизвестной. - Всё ясно. Поехали.
- Куда? - К дикарю. Ты доволен?
- Вот, я прав. - Иди ты, знаешь куда...
- Это хоть в Италии? - В жопе.
Моралес!
Надрался.
- Говори нормально. - Опять пьяный. - Пьяный?
Моралес!
Бесполезно.
Ладно, пошли.
Вышибаем.
Раз, два, три.
Звони в скорою, звони скорее.
- Алло! - Пульс есть.
Немедленно высылайте машину на Виа Монте-ди-Дио 14.
Красный код.
Откуда мне знать, это попытка самоубийства.
Быстрее.
- Что это за триаджа? - Триаж. Не знаю.
- Вы родственники Моралеса? - Вовсе нет.
Полиция. Это мы звонили. Как он?
Пуля прошла по касательной.
Вы чудом успели.
Он сейчас в алкогольной коме. Возможно, опьянение его и спасло.
Он ещё в опасности?
Содержание алкоголя в крови больше 4 промилле.
У него переохлаждение и гипогликемия.
Но, похоже он с алкоголем на ты, так что ничего страшного.
Будьте добры, дайте нам знать, когда он сможет разговаривать.
Если ночь пройдет без осложнений, то завтра ему станет лучше.
Благодарю.
- Спасибо, до свидания. - Всего хорошего.
- Так что, мы свободны? - Не понял.
- Да так... - Ясно. Пошли.
День будет длинный, смирись.
- Я и так пашу, как вол. - Ну да, конечно.
Здравствуйте, синьора Мартоне.
Привет, Лойаконо. Я как раз собиралась звонить.
Здравствуйте, синьора.
Пришли первые результаты экспертизы, увы, неутешительные.
Смотрите, какая рукоятка: вся покрыта
орнаментом, с неё невозможно снять отпечатки.
А что по другим отпечаткам?
Рядом с телом, на столе и других предметах их слишком много.
Потребуется два дня минимум.
Подождём.
- Спасибо. - До встречи, инспектор.
Знаете...
я очень вас ценю, не знаю, говорил ли я это.
Арагона!
Звонил Лойаконо. Моралес вне опасности, но в алкогольной коме.
Должен выкарабкаться.
Пока он единственный подозреваемый.
Да, но попытка суицида не доказательство.
Посмотрим, Пизанелли. Придёт в себя, мы его расколем, и дело закрыто.
Шеф, помнишь, я на сегодня отпрашивался.
Да, иди Романо.
Спасибо.
- Всем пока. - Пока, Романо.
Пока, Романо.
- Привет, я Лука. - Очень приятно, Джорджия.
Франческо там, я провожу.
Вот он, здесь.
Смотри, кто там.
Привет.
Я рад, что ты пришла.
Спасибо.
Я тоже рада тебя видеть.
Как ты?
Помаленьку.
К счастью, я получаю удовольствие от своей работы.
Ты заслужил это.
Говорили, что нас закроют.
Но мы пока ещё здесь.
Если всё работает, то зачем закрывать.
Да, мы же всё ещё здесь.
Франче,
мы ведь живём отдельно.
Знаешь, сколько ночей я не спал, спрашивая себя, почему?
Можно догадаться.
- Да, конечно, из-за пощёчины... - Франческо, я не хочу об этом говорить.
Зачем ты меня сюда позвал? Что хотел сказать?
Что мы должны были сделать больше, если хотели ребёнка.
Прости, у меня встреча, мне пора...
Я лишь хотел сказать, что с тех пор, как я нашёл эту девчушку,
моя жизнь изменилась.
Полностью.
Она многому меня научила.
У неё нет ни отца, ни матери.
Не понимаю, к чему ты клонишь.
Мы должны ещё раз попытаться спасти семью.
Не только ради неё, но и ради нас.
Мы... мы же ещё женаты.
Мы можем её удочерить.
Я не прошу тебя отвечать мне сразу.
А только подумать.
Думай столько времени, сколько нужно.
Только подумай.
Алло, да, Шанель, у меня такая новость!
Нет, не по телефону.
Да, иду к тебе. Сейчас, уже бегу.
Откуда такая спешка?
Папа, я побежала. Прости, пока.
- Так сейчас время ужинать. - Всё, пока.
Потом позвоню, прости! Пока!
- Я люблю тебя! - Но я купил тортеллини!
В детстве ты их любила.
Я думала, что такого уже не случится.
Я тоже.
Мне кажется, это чужая жизнь.
Но это наша, Оттавия.
И мы её проживаем.
Отта...
Больше ничего не говори.
Почему?
Потому что нет таких слов, чтобы описать всё это.
И мы не будем их искать.
Просто насладимся этим моментом покоя.
А он бывает?
Бывает, ещё как бывает.
Отта...
- Помолчи. - Почему?
- Потому что ты болтун. - Как грубо...
Какой ты милый.
Синьора, заполните это заявление.
- У вас есть квитанции? - Да, вот они.
Фото?
Вот, держите.
- Они же все разные. - Но на всех я.
- А вот на этой вы вообще смеётесь. - А что тут плохого, так нельзя?
Идите, может, и так примут. В четвёртый кабинет.
Всего хорошего.
Здравствуйте.
Вид на жительство на втором этаже.
Вы сами просили прийти, если я что-то вспомню.
- О чём это вы? - Об убийстве Де-Анжелис.
Инспектор Лойаконо на месте?
Одну минуту.
Ну что, рассказывайте, зачем пришли.
Я ещё вчера хотела прийти.
Только засомневалась очень.
Я никогда не сплетничала.
Синьора Роберта хорошо ко мне относилась, я не хочу пачкать её память.
Но есть нечто, что вы должны знать.
Синьора, рассказывайте, что хотели, уверяю, синьора Роберта не обидится.
Ладно, в общем...
- Начну сначала. - Прошу вас.
Где-то две недели назад
я возвращалась вечером домой,
и вспомнила, что забыла книжку, которую читала в школе.
Это был детектив, до конца чуть-чуть оставалось, и я за ним вернулась.
То есть, это был не Даниэль?
Нет.
- Вы уверены? - Конечно!
Синьор Даниэль покрупнее, у этого была отличная фигура.
И на голове хвостик.
- Вы его узнали? - Нет.
Я его видела только со спины.
А потом? Вы кому-нибудь рассказали об этом?
Нет. Да и кому мне рассказывать?
Когда я видела синьора Даниэля или синьору Роберту, эта сцена всплывала перед глазами.
Но я никому не говорила.
Даже не знаю, почему, но мне было стыдно.
Салима, вы хорошая девушка,
и очень нам помогли.
Спасибо.
Как камень с души упал.
Но... мне пора идти.
Скоро начнутся похороны синьоры. А вы не пойдёте?
Салима, здесь есть кто-нибудь, похожий на него, вдруг узнаешь по причёске?
- Нет. - Нет? - Его здесь нет.
Я бы его точно узнала, хоть и не видела лица.
Спасибо.
Здравствуйте, синьора.
Здравствуйте, инспектор.
- Можно задать вам вопрос? - Конечно.
В последнее время, вы не видели Роберту вместе со стройным
мужчиной, волосы собраны в пучок, может, в школе или ещё где?
- Нет. - Нет?
По-моему, нет. Нет.
- Это он убийца? - Пока мы ничего не знаем.
Почему Даниэль не пришёл на похороны?
Вы его арестовали?
Если вспомните про мужчину с пучком, сообщите мне или коллегам. Хорошо?
- Хорошо. - Спасибо. Всего доброго.
Синьора Де-Анжелис?
Да.
Здравствуйте, я комиссар Лойаконо, комиссариат Пиццофальконе.
Это агент Арагона. Примите соболезнования по поводу кончины вашей сестры.
Мы должны задать вам несколько вопросов.
Вы готовы ответить?
У моего сына гликогеноз второго типа.
Я вас очень хорошо понимаю, у меня у самого дочь.
Эросу семь лет.
И с двух лет мы боремся с этой болезнью.
Ваша сестра вас поддерживала?
По-своему, да.
В детстве мы были очень близки.
Потом я переехала в Милан,
а она вышла замуж за Даниэля.
В общем, танго нас разлучило.
Роберта постоянно была занята.
Что вы можете сказать о своём зяте?
Не очень много хорошего.
Почему?
Я всегда считала его паразитом.
Он ничего не делал,
жил за счёт моей сестры.
Даниэль прекрасно знает, что я о нём думаю.
Это он убил её.
Вы считаете, он на это способен?
Роберта мне говорила, что он её поколачивал.
Тумаки, пощёчины.
Мужчина, поднимающий руку на женщину, недостоин уважения.
Ещё он пьёт, и, думаю, крепко.
Вы знаете, что он пытался покончить с собой?
К счастью, сейчас он вне опасности.
Игра на публику.
У вашей сестры был любовник. Вы это знали или нет?
Правда?
Надеюсь, с ним ей было лучше.
Она вам не рассказала?
Нет.
Она бы никогда о таком не сказала.
Роберта была... очень, очень гордая.
О чём вы думаете?
Если бы Даниэль узнал об этом,
то убил бы её без всяких раздумий.
Как вы?
- Ужасно. - Зачем вы это сделали?
- Это моё дело. - Моралес, это и наше дело.
Откуда у вас пистолет?
Он принадлежал родителям Роберты.
Вы нам много раз говорили, что любили свою жену.
И что?
Хотите, чтобы я ещё повторил?
Нет, хочу, чтобы рассказали, почему её били.
А вы всегда поступаете правильно? Никогда не ошибаетесь?
Я постоянно ошибаюсь, только никогда не бил женщин.
Что вы хотели сказать жене, когда пришли в школу и ударили её?
Ладно, я сглупил.
Но я попросил у неё прощения.
И купил ей тюльпаны, она их очень любила.
Моралес, плевать нам на тюльпаны, отвечайте, что вы от неё хотели?
Я был взбешён, потому что...
она столько денег тратила на школу, и я...
Я не мог этого допустить.
А может, вы взбесились, узнав, что она вам изменяет?
Что вы говорите!
Моралес,
в тот вечер вы ведь тоже были пьяны? Да?
Вы зашли в школу, увидели её с любовником и убили.
Так было дело, да?
- Я не убивал жену! - Ага...
И у Роберты не было любовника!
А теперь оставьте меня в покое. Уходите.
Если вы невиновны, то помогите найти убийцу.
Будьте благоразумны.
Мы скоро вернёмся.
Пошли, Арагона.
- Привет, Отта! - Привет, Пизанелли!
Да,
я пару дней ношу ручку в кармане, всё забываю вернуть тебе.
Мой друг, падре Леонардо вернул её.
- Какая ручка? - Ручка Риккардо.
А, эта! Она ему больше не нужна.
Он рисует красными чернилами, а здесь они закончились. Спасибо.
Пизанелли, что с тобой? Тебе плохо?
Мир вам, это брат Леонардо, хотите оставить сообщение...
Слушаю.
Кто это? А!
Да, я помню вас, Гарджулло, да. Слушаю.
Ещё бы,
конечно, нужно.
Минутку, я дам вам электронную почту.
Ком, как комиссариат, с одной эм.
Точка,
Пиццофальконе, собака,
полиция-ди-стато, в одно слово, маленькими буквами, точка ит.
Спасибо, синьор Гарджулло, спасибо.
Пизанелли, что с тобой?
- Да нет, всё в порядке. Пальма на месте? - Да, да.
Загляни к нему.
- Входите. - Шеф, важное дело.
Говори.
Звонил Гарджулло.
Кто это?
Пару лет назад его грабили четыре раза за два месяца.
Я тогда поймал воров, и он остался мне благодарен.
Пизанелли...
Арагона, дай ему рассказать.
Арагона, сейчас не время.
- Гарджулло. - Да.
Гарджулло живёт напротив школы танго.
И еще тогда он установил камеру на балконе, чтоб снимать улицу.
Теперь понимаешь, что к чему?
- Значит, есть запись того дня? - Именно.
Камера спрятана среди цветов, и о ней никто не знает.
И он только сейчас решил нам рассказать?
Он просто утром вернулся из-за границы, и как узнал про убийство, сразу позвонил.
- И когда мы получим эту запись? - Он её уже выслал.
- Оттавия! - Да?
Посмотри, там должны прийти пара файлов от Гарджулло.
- Хорошо. - Пизанелли,
можно было короче?
У меня есть запись.
Арагона, у тебя есть терпение?
Прости, Пизанелли, спасибо.
Восемнадцать сорок пять...
Моралес выходит из школы. - И не возвращается туда.
Прокрути вперёд, ещё, ещё, ещё.
Вот, восемнадцать пятьдесят, урок окончен, все расходятся.
- Теперь... - Постой, постой...
А вот и тюльпаны Моралеса.
Да, цветочник сразу выходит.
Теперь на двадцать один ноль семь, когда Гарджулло кого-то увидел.
- А вот и мужчина с хвостиком, о котором говорила Салима. - Точно.
- А теперь на двадцать два сорок пять. - Зачем?
- Здесь кто-то выходит. - А.
Это опять он.
И всё, больше никто не выходил до восьми часов пяти минут, когда пришла уборщица.
Отмотай на этого с хвостиком.
Увеличь.
Вот он.
Теперь хотя бы знаем, как он выглядит. Это уже кое-что.
Так это он, а не аргентинец.
Арагона...
Да, но если Де-Анжелис была убита
между девятью и полуночью,
а этот хвостик пробыл с ней с девяти до без пятнадцати одиннадцать...
И больше никто не входил...
- То весьма вероятно, что он убийца. - Вероятно.
Тогда вызываем всех учеников школы и посмотрим, узнает ли его кто-нибудь.
- Арагона, займёшься этим? - Да, шеф.
Постой, уже не нужно. Я скажу его имя. Это Тони Руссо.
Откуда ты знаешь?
Недавно я собирала информацию про танго в Неаполе.
- В общем, вот он. - Молодец, Оттавия.
Лучшая академия танго! Этот танец захватит вас, и пронзит ваше сердце.
Прямо как заколка.
Подождите, есть ещё кое-что.
Сегодня танцуем милонгу на площади, организатор - маэстро Тони Руссо.
- Пизанелли... - Что?
Ты составишь мне пару для этой милонги?
Господи, вот достал!
- Что, не хочешь быть моей парой? - Ну, Арагона! - Оставь его в покое!
А что, всего пару па.
Ты не поверишь,
а уж мне-то каково!
Один друг был у меня.
И он оказался лжецом, сволочью и ублюдком.
Прости.
Не стоило ругаться.
Но он разозлил меня, понимаешь.
Кармен, как мне гладить манжеты? С лицевой стороны
или с изнанки?
С изнанки?
Спасибо, любимая.
- А вот и он, видишь? - Ну.
Который делает так?
Стой спокойно, не дёргайся.
Тони!
Прости, я на минуту.
Вы Антонио Руссо, или просто Тони?
Да, а вы кто такие?
Полиция.
Инспектор Лойаконо, комиссариат Пиццофальконе.
В чём дело?
Думаю, вы знаете, зачем мы здесь.
Нет, не знаю.
Странно, ведь три дня назад убили женщину, с которой у вас был роман.
Роберта?
А что, в последнее время много подруг убили?
Арагона...
Я прочитал в газетах и очень расстроился.
Она моя подруга.
Такая подруга, что ты даже не захотел с ней попрощаться.
- Я посчитал это неуместным. - И даже к нам не зашли.
- Я не думал, что вам интересно со мной говорить. - А нам интересно.
Это муж убил её?
Тони, здесь мы задаём вопросы.
Как давно у вас начался роман?
Да какой там роман, так, симпатия между коллегами.
Я хочу понять, ведь муж знал об этих ваших отношениях?
И если, как вы сказали, это была лишь дружба
между коллегами, то почему он так напрягался?
Потому что он был ревнивцем, следил за каждым её шагом.
Когда вы последний раз видели Роберту?
Давно дело было...
я не припомню. - Не помните, значит.
Ты уверен?
Да.
А это тогда что?
Повторяю вопрос.
Когда вы последний раз видели Роберту?
Я клянусь чем угодно, мамой, Мадонной, я не убивал её!
В тот день я зашёл к ней поговорить о школе.
Дела шли не очень, и она...
Роберта предложила идею,
сделать, своего рода франшизу, школу танцев под нашими именами.
Именно поэтому, после многих лет, мы и встретились.
Синьор Руссо, тем вечером у вас с синьорой Де-Анжелис был секс.
Немногим раньше, чем её убили.
Да, мы с ней переспали, но сначала мы говорили о школе. Клянусь!
И вы поругались.
Да нет же, эта идея с франшизой была выгодна нам обоим!
Голова у неё работала отлично!
Значит, вы не в первый раз так встречались?
Мы встречались периодически, я заходил в школу после занятий.
Роберту убили между девятью вечера и полуночью.
Синьор Руссо,
в это время вы были там.
Мой клиент вышел без пятнадцати одиннадцать, как видно на записи.
После него к синьоре Де-Анжелис мог зайти кто угодно.
Адвокат, на записи видно, что после него никто не входил.
- Но зачем мне её убивать? - Эй, не надо орать!
Какой у меня мотив?
Мы с ней спали, и что? Нам обоим это нравилось.
Она не хотела бросать мужа, а я не хотел расставаться со свободой.
Но ведь Даниэль, муж Роберты, узнал о ваших отношениях.
- Да, поэтому Роберта хотела расстаться. - И что?
Он знал, что вы не расстались?
Она говорила, что нет, но насколько я знаю,
он не хотел ничего ни слышать, ни видеть, боялся её потерять.
Значит, Моралес мог узнать, что вы продолжаете встречаться.
Да, мог.
Вы знали, что муж бил её?
Он же алкоголик.
И ревнивец.
Так что, по-вашему...
это он мог убить её?
Я не знаю.
Но это первое, о чём я подумал.
Вы задержаны.
Арагона, что там у нас?
- Патрульная машина. - Позови их.
- Ты разобрался? - Нет, ещё нет.
Пока у нас нет мотива.
Возможно, это преступление на почве страсти.
Ревность, конкуренция, обманутая любовь.
- Невыносимые муки. - Да уж...
Ты устал?
Не могу себе позволить. А ты?
- Я - да. - Да...
Но как подумаю о наших выходных...
- Что, уже забыл? - Я многое могу забыть, но не это!
Я забронировала маленький, но милый отельчик.
Прямо у моря.
И вдалеке от любопытных взглядов.
Жду не дождусь.
Люблю зимнее море.
С тех пор как работаю здесь, я вижу его лишь издали. Правда.
Обещай, что мы не выйдем из номера. Доставка еды, и в номере лишь я и ты.
А что, программа мне нравится.
- Только телефоны выключить. - Обязательно.
Ты понимаешь, что тебя пришлось уговаривать?
- Потому что я зануда. - А то!
Поэтому ты влюбилась в меня?
Да, только не натягивай сильно поводья, а то придётся снова меня соблазнять.
Это я с радостью.
- Всего хорошего, инспектор. - И тебе тоже, прокурор.
Привет, пап!
Привет, солнце, уже встала?
Вижу, ты тоже.
Бурная ночка?
Какая бурная? Всю ночь одного кололи, ладно, не будем.
- Он виновен? - Пока не знаю.
Они все кажутся невиновными, но кто-то ведь убил.
А я ждала тебя, чтобы кое-что рассказать.
Рассказывай.
- Я буду участвовать в танцевальном спектакле
- Да как они посмели? - Ну, пап, я же серьёзно.
Это классный спектакль.
В общем, нас двое.
А знаешь, сколько ребят душу бы продали, чтобы участвовать?
- А они выбрали меня! - Умница моя.
- Значит, нужно там быть? - Да, именно об этом я и хотела просить.
- Я хочу видеть тебя в первом ряду. - Обязательно. Когда спектакль?
В субботу.
- В субботу. - Да.
- В какую субботу, в эту? - Да, в полдесятого.
Только ничего на это время не планируй.
Да, конечно.
- Пойду сварю кофе, ты будешь? - Да, спасибо. - Хорошо.
- Если не придёшь, пожалуюсь маме. - Ты очень любезна.
- Здравствуйте. - Здравствуйте.
Я ищу заместителя комиссара, Пизанелли, он здесь?
- Сейчас проверю, подождите минутку. - Спасибо.
Отец Крещенцо, что вы здесь делаете?
Извините, что отвлекаю, но дело очень срочное, я как раз вас искал.
Вы не отвлекаете, а что за дело?
Мы немного обеспокоены.
Ясно.
- Брат Леонардо. - Именно он.
Он исчез из монастыря, его телефон выключен.
Я тоже постоянно звоню, но он выключен.
- Куда он мог уйти? - Не представляю. Его нет несколько дней.
Даже не хочу думать, что случилось что-то плохое.
И так, столько всего плохого случилось.
А вы его старый друг, и в полиции работаете.
Помогите нам найти его.
Конечно, помогу.
- Я хочу его найти не меньше вас. - Спасибо огромное.
Пойдемте, напишете заявление, и мы сможем начать расследование.
Конечно.
Алекс!
Луиза?
Луиза?
Ну и странная у тебя подруга.
- Какая подруга? - Криминалистка, Мартоне.
Собирает информацию обо мне.
Приревновала?
Ты с ней встречаешься?
Какую информацию? Я ничего не знаю.
Так узнай, может, избежим проблем.
Кому они нужны, проблемы.
Через месяц у меня свадьба, Лукка Стелла, из наркоконтроля.
А если он услышит, что меня преследует какая-то женщина,
то может не то подумать.
Ты права, мне жаль.
- Я попрошу её прекратить. - Вот и правильно.
Так что лучше нам больше не встречаться.
Это и так создало кучу проблем.
А сколько проблем ты создала мне, когда я тебя защищала!
Да иди ты!
А вот и мы.
Ваша жена встречалась с неким танцовщиком Антонио Руссо.
Вы это знали, так почему не сказали?
У них давно всё закончилось.
- Так что, это было не важно. - Только ничего не закончилось.
- Кто это сказал? - Тони Руссо.
Они продолжали встречаться.
Он приходил к ней в школу после занятий.
А ты, значит, не знал?
Роберта поклялась, что с ним всё кончено.
И я поверил.
Руссо приходил к ней и в тот день, когда её убили.
Так это он! Он убил её.
Если это так, я убью его этими руками!
А вот другая версия.
Предположим, вы узнали, что Роберта и Руссо опять встречаются.
Вы стали следить за женой.
Увидели, как Руссо входит в школу, зашли туда же с чёрного входа,
дождались, пока Руссо выйдет с главного входа.
И убили её.
Эта дверь, запасной выход, открывается лишь изнутри.
Роберта бы её мне не открыла, раз она была там с любовником.
Только я любил свою жену. Любил!
Как я мог убить её?
Знаете, сколько мужчин убивают женщин, которых любят.
Моралес, у вас такой явный мотив и совершенно нет алиби.
Сегодня вас выписывают. Так что, будьте готовы, мы скоро к вам придём.
Посмотрите на меня.
Не натворите ещё глупостей.
Значит, у нас ни на кого нет прямых улик и нет отпечатков на орудии убийства.
И даже отпечатки пальцев на ручке запасного выхода ничего не докажут,
они могли открыть её в любой момент, до или после, когда угодно.
И что?
И то. Либо мы находим что-то, чем можно прижать убийцу,
либо ждем, пока он признается.
Лойаконо, ты видел Моралеса? Он же зверь, такой не признается.
И Тони Руссо тоже.
И что мне сказать префекту?
Что у нас двое подозреваемых, но мы так и не решили, кто из них виновен.
Арагона, да положи эту штуку!
Видели, вы сами сломали, а скажете, что это я.
Арагона, у меня было тяжёлое детство.
Я сама могла бы допросить Моралеса, что скажешь?
Да, мне кажется хорошая идея, сама скажешь Пальме?
Всё в порядке?
Какие-то проблемы?
Да, одна.
Какая?
Лаура, я знаю, ты рассердишься, но я сделал всё что мог...
Если это то, о чём я думаю, то рассержусь точно.
На этих выходных я не смогу поехать в Костьеру.
Маринелла попросила прийти на её первый танцевальный спектакль.
Я обещал ей, что в субботу...
я к ей приду.
- Танцевальный спектакль - Да.
А в Костьеру...
Мы можем поехать на следующие выходные.
- В субботу я еду на совещание в Перуджу. - Тогда поедем позже, когда ты сможешь.
- Привет, София. - Привет.
Заходи.
Зачем ты меня позвал?
Хотел отдать тебе вещи Роберты.
Семейные драгоценности, одежду.
А ты?
Ничего себе не оставишь?
Мне ничего не нужно.
Что ты теперь будешь делать?
Если не посадят, вернусь в Аргентину.
Тебя посадят?
Они думают, это я убил её.
У меня нет алиби.
И мотив железный, я так любил жену,
а она мне изменяла.
А это был не ты?
Нет, София,
я жил ради неё.
Как думаешь, кто её убил?
Её любовник.
- Ты знал, что у неё был любовник? - Конечно.
Но я проглотил и это, чтобы не потерять её.
Я думал, что всё кончено.
Кто он?
Один учитель танго.
Тони Руссо.
Посредственность, она была лучше его.
Я знаю, ты никогда не хотела меня видеть.
Прости.
Драгоценности.
А одежда - там.
Я всегда думала,
что это ты отдалил от меня Роберту.
У Роберты просто не было времени.
В последнее время даже для меня.
Только танго было важно для неё.
Роберта очень изменилась.
Она хотела зарабатывать на танго.
Возможно, Роберта всегда была такой.
Возможно.
Я всегда думала, что ты меня не любишь.
Как твой сын?
Врачи...
говорят, что несмотря на лечение ему стало хуже.
Я просто в отчаянии.
Я делаю всё возможное, но все говорят, что надежды нет.
- Я должна что-то для него сделать. - Он твой сын, София.
Только ты знаешь, что для него лучше.
Да.
Ты первый, кто мне это сказал.
Спасибо.
Прости.
Да.
Здравствуйте, инспектор.
Да.
Комиссариат Пиццофальконе.
В одиннадцать, хорошо, я буду.
Как знать, вдруг завтра
меня убедят, что это я убил её.
Привет, Роберта.
- Добрый день, синьора. - Добрый день.
Спасибо, что пришли сюда.
У меня скоро поезд на Милан, а я хотела поговорить.
Конечно.
Говорите.
Вы удивитесь, но я...
хотела поговорить о Даниэле.
- Вы что-то узнали? - Да.
Я поняла, что он не такой, как я думала.
Я ошибалась на его счёт.
И должна была сказать вам это.
И что вас заставило изменить своё мнение?
Он сам.
Он позвонил, попросил зайти забрать вещи Роберты. Я пришла, и мы поговорили.
Думаю, он много страдал.
У сестры был сложный характер.
В общем, я не верю, что это он убил Роберту.
Он хороший человек. Это всё.
Даже хороший человек может совершить убийство в состоянии аффекта.
А вы как думаете, кто мог убить вашу сестру?
Я не знаю.
Но Даниэль сказал, что он бы её не бросил, даже после измены.
Может быть, Тони Руссо?
Может, он хотел, чтобы она ушла от мужа...
Я не знаю.
Хорошо, будем иметь в виду ваше мнение.
Можно задать последний вопрос?
Вы принесли сестре жёлтые тюльпаны, такие же, как ей дарил муж.
Да.
- Это совпадение? - Нет.
Роберта любила эти цветы.
Других вокруг себя не терпела.
И, к счастью, они были рядом с ней до последнего.
Теперь мне пора, а то опоздаю на поезд.
- Счастливого пути. - До свидания.
Всего хорошего.
Что будем делать, пойдём?
Одну минуту.
- Не рассиживайся! - Да подожди ты, что-то здесь не так.
Тебе показалось.
Почему она сказала: "До последнего"?
Откуда она узнала, что на месте убийства были жёлтые тюльпаны?
А разве не ты сказал, что их принёс муж?
Да, но я не говорил, что он подарил их в день убийства.
- И ещё кое-что. - Что?
В день похорон, когда мы с ней встретились, она говорила
о жестокости Даниэля, что он был агрессивным,
она сделала вот такой жест.
Как будто...
она знала про синяк на затылке сестры.
Я это подметил, но значения не придал.
Думаешь, её убила сестра?
Тогда один вопрос: зачем ей убивать единственную сестру?
Вот именно, нет мотива.
И что?
И что?
- Значит, мы должны его най... - Должны най...
Най...
Ну, Лойаконо, кончай глотать слова, мы должны най...
ти. Мы должны его найти.
Ну вот видишь, напрягся и получилось.
Мой брат оставил небольшое наследство
своим дочерям Роберте и Софии.
Они сразу его промотали.
Одна купила помещение для школы,
вторая отправилась по всем врачам мира.
Сейчас собралась в Бразилию.
Ещё к одному целителю.
Ей нужды двадцать тысяч евро.
Двадцать тысяч евро на целителя-шарлатана.
А могла София попросить деньги у сестры?
Конечно да, именно это я и хотела сказать.
И не в первый раз. Она много раз уже просила помощи у Роберты.
Но у Роберты больше не было ни евро.
И тогда София сказала, что нужно продать школу танцев.
Но вы можете такое представить?
Чтобы продать школу танцев!
Она никогда бы не согласилась.
Даже после смерти.
Список пассажиров "Скайлайна" от 10 декабря.
Где это, вот, Де-Анжелис София.
Вылетела из Милана в двадцать ноль пять, приземлилась в Неаполе, в Каподикино
в двадцать один тридцать, точно по расписанию.
Взяла такси, из аэропорта ехать меньше часа.
Значит, она приехала где-то в десять тридцать - десять сорок.
Чуть раньше, чем ушёл Руссо.
В тот вечер София была в Неаполе.
Вот распечатка, Аматуро битый час возился, но распечатал, так что она была в Неаполе.
Да, в двадцать один тридцать. Прилетела из Милана.
Но, может, вы не знаете, что она без десяти десять позвонила сестре,
а на рассвете, в пять десять уже села на обратный поезд.
Билет забронировала по телефону, по имени, фамилии и номеру кредитки.
Так надо заставить её признаться.
А то у нас столько косвенных улик и ни одной прямой.
Как и с теми двумя.
Значит, София Де-Анжелис может стать третьим кандидатом в убийцы.
Пока нет, надо проверить, есть ли её отпечатки на двери запасного выхода.
Ей нужно было открыть её, чтобы выйти.
София Де-Анжелис?
Да.
Прошу вас, пройдёмте с нами.
- Но мой поезд отходит. - Поедете на следующем.
У нас постановление о задержании.
Как вы могли подумать, что я такое сделала?
Надеюсь, мой адвокат скоро будет, мне нужно ехать в Милан, к сыну.
Мы тоже ждём его.
Входите.
Всем добрый вечер.
Здравствуйте.
- Госпожа прокурор. - Здравствуйте.
- Садитесь. - Спасибо.
Для начала я расскажу вам, что послужило причиной задержания синьоры Де-Анжелис.
Синьора Де-Анжелис вечером десятого декабря,
в двадцать один тридцать прилетела в Неаполь.
В двадцать один сорок пять она позвонила сестре,
и уехала в Милан на поезде в пять десять.
За это время её сестра была убита.
Да, я приехала с ней поговорить, но она не захотела меня видеть.
Как можно обвинять мою клиентку, базируясь лишь на косвенных уликах.
А вы, прежде чем сесть в самолёт, не предупредили сестру, что едете к ней?
- Нет, не предупредила. - Почему?
Хотела сделать сюрприз.
Неприятный сюрприз.
Прошу вас, это всё домыслы.
Я понимаю, это ваша работа, но нам нужно задавать вопросы.
Речь идёт об убийстве, понимаете?
Прошу вас, не отвечайте на вопросы без моего согласия.
Можно?
- Прошу. - Спасибо.
Вы приехали к сестре просить денег в долг?
Нет.
Я приехала за советом по поводу моего сына.
Совет на двадцать тысяч евро?
Откуда вы знали, что у вашей сестры был синяк на затылке?
Это чистые домыслы.
Откуда вы знали, что сестра умерла рядом с любимыми жёлтыми тюльпанами?
Это тоже домыслы?
Конечно, чистые домыслы.
Моя клиентка признала, что приехала в Неаполь и говорила с сестрой по телефону.
Но она с ней не виделась, значит, не могла убить.
Адвокат, у нас нет доказательств, лишь косвенные улики и некие домыслы.
Я полагаю, что вашей клиентке лучше признаться.
В чём я должна признаться?
Как я могла убить единственную свою сестру?
А как же ваш сын?
Ведь сын для вас важнее всего, так?
А что в этом плохого?
И ради него вы готовы на всё?
- Конечно. - Вот.
И что?
Вы говорили, у вас есть дочь?
В общем, я думаю, вы встретились с сестрой.
И в это время Роберта была, так сказать, занята.
Поэтому она впустила вас через запасной выход.
Чтобы вы не столкнулись с её любовником.
Что вы говорите, это ложь!
Это абсурд, всё высосано из пальца!
- Я могу продолжить? Могу я продолжить? - Лойаконо!
Я думаю, вы попросили у сестры двадцать тысяч евро,
чтобы отвезти сына к целителю в Бразилию.
И ради этого предложили ей продать школу.
И думаю, что сестра отказалась дать вам такую сумму.
И тогда вы
вышли из себя.
Вы обвиняете меня в том, чего я не делала!
Отпустите меня к сыну, вы не имеете права удерживать меня.
Синьора Де-Анжелис, выпейте немного воды.
Ладно, сейчас мы вас отпустим.
Но сначала, сдайте отпечатки пальцев, чтобы мы смогли сравнить их с теми,
которые найдены на ручке двери запасного выхода.
Криминалисты уже идентифицировали все отпечатки пальцев,
кроме этих, самых свежих,
оставленных неизвестным.
Или неизвестной.
Вот именно.
С этого момента ни слова.
Я понимаю вас, синьора Де-Анжелис.
Иногда мы чувствуем себя свободными, как личности, как женщины.
Но мы не свободны. Совсем не свободны.
Нас будто опутывает паутина, она держит нас в заложниках
и не позволяет действовать свободно.
Мы двигаемся в границах этой паутины, периодически пытаясь освободиться,
но на её месте появляется новая, и так постоянно.
Мы заложники страданий своих детей.
И тогда мы можем потерять голову.
Такое случается, София.
Потому что нам не освободиться,
пока наш ребёнок страдает.
Ведь так, София?
Я не просила её продавать школу.
А лишь заложить её, чтобы получить кредит.
Речь шла о жизни моего сына, но она этого не понимала.
Ты с ума сошла.
Ты можешь не верить,
но я говорила с человеком, который вылечился от этой болезни.
Бред!
Я хочу попытаться.
- Ты бы поняла, будь ты на моём месте. - К счастью, это не так.
Речь идёт о жизни моего сына.
Роберта, умоляю...
Прошу, я же всё верну.
Да? И как же? Ты не работаешь, у тебя ничего нет!
Клянусь, я найду способ.
Ты знаешь, сколько денег мы тебе уже дали?
Хочешь денег? Найди работу.
Но это для тебя слишком?
Но у кого мне ещё просить?
У того неудачника, который сделал тебе ребёнка.
Ты меня ненавидишь.
Ты хоть понимаешь, что пришла просить заложить мою школу,
чтобы взять в кредит деньги, которые не спасут твоего сына! А?
Я бы сделала это для тебя.
Эта школа для меня всё, как твой сын для тебя!
Не смей сравнивать школу с ребёнком.
Не надо было рожать этого ребёнка, я тебе говорила!
Сделай аборт, не рожай, а ты упёрлась как ослица!
А теперь новый каприз – целитель в Бразилии.
Ты должна смириться с реальностью.
У твоего сына нет надежды.
У кого это нет надежды?
У кого?!
А теперь,
что будет с моим сыном?
Что будет с моим сыном?
Держись, София.
Алекс!
Я весь день тебе звоню.
Почему не берёшь трубку?
Не отвечаю, потому что видеть тебя больше не хочу.
Скажи, какого чёрта ты решила наводить справки о Фрателли?
Что ты хотела найти?
Я сделала глупость.
Это была ошибка, Алекс.
Прости, я приревновала.
Что такое?
Я же извинилась, что ещё надо сделать?
Ты не видишь, что со мной?
Знаешь, что мне больше всего жаль? Что ты ни черта не поняла обо мне.
Если бы ты хоть раз спросила, что для меня Фрателли, я бы сказала: ничего!
- Почему ты так говоришь? Я же знаю тебя лучше тебя самой! – Ах так?
Тогда ты бы знала, что я не терплю, когда меня контролируют.
Меня всю жизнь контролировали, и теперь, освободившись, я больше этого не потерплю.
- Я с ума схожу от контроля. - Знаю, ты права, это была ошибка.
Ты решила, что из-под контроля отца я должна перейти под твой?
Мне показалась, что я вернулась в прошлое.
А я не хочу туда возвращаться, понимаешь?
Ты что, так просто уйдёшь?
Алекс!
Эрос, привет,
это дядя Даниэль.
Как ты?
Хорошо, ясно.
Я скоро буду.
Ладно, до скорого.
Пока.
В аэропорт.
Последняя наша встреча прошла не так, как надо, инспектор.
Но я вас понимаю.
Лживые обвинения Ло-Монако разрушили вашу репутацию.
Помимо моей жизни это разрушило и жизни дорогих мне людей.
Вы бы хотели всё исправить, чтобы было, как до Ло-Монако,
вернуться в Агридженто, без тени подозрений, полностью чистым?
Это бы означало, что справедливость существует.
Нет.
Как писал Джованни Верга, справедливость покупается и продаётся.
Как душа Иуды.
Но если раскаявшийся уголовник опровергнет сказанное его предшественником,
и расскажет правду о вас...
- Я бы хотел очную ставку с ним. - Вы её получите.
Естественно, помимо финансовой выгоды, о которой мы говорили.
И что я должен взамен?
Пока не могу сказать.
Ничего серьёзного.
Никакого кровопролития.
Никакого греха на совести.
Мне надо подумать.
Удача посещает лишь однажды, инспектор.
Второго предложения не будет.
А, смотри-ка кто здесь.
Монах.
Разве ты достоин находится у рождественского вертепа?
Пока я поставлю тебя сюда.
А там посмотрим.
Мама...
- Зайка... - Мама.
Мама
Как хорошо ничего не делать.
- Пирас? - А?
- Пойдём, поедим что-нибудь? - Куда?
Вся Костьера наша.
Перевод студии: ViruseProject.TV Сообщество ВКонтакте: vk.com/viruseproject
Перевод: gatto-matto, редакция: Михаил Евсеев при финансовой поддержке участников группы МИР ИТАЛЬЯНСКОГО КИНО https://vk.com/kino_italii
Can't find what you're looking for?
Get subtitles in any language from opensubtitles.com, and translate them here.