Original subtitles

Стоять!

Живо, давай!

Привет, Саня.

Не помнишь меня?

Мы с тобой учились вместе.

Ну, ладно, хорошо...

Давай, расскажу тебе, как всё будет.

На свободу ты уже не вернешься. Тут без вариантов, просто забудь.

Придется выбирать, исходя из...

...новой реальности.

То, что было утром - это только начало.

Они тебя в покое не оставят.

Но у тебя, всё же, есть выбор.

Ты же - ненормальный.

Раз такое натворил.

Тебе в тюрьму нельзя. Тебя надо на больничку положить. Навсегда.

Твой мозг изучать.

Добрый доктор в белом халате, прогулки...

А главное - ширево и колёса.

Ты ведь об этом мечтал?

Ну, или - следствие, суд, тюрьма.

Дело громкое, улик - вагон. На судью будут давить - за полгода управимся.

И мордовская зона, Саша.

И весь остаток жизни - в камере. По коридору - только раком.

Встать!

Саша, я помочь хочу.

Ну?

Что выбираешь?

Больничку.

Расскажи мне всё.

Ты поможешь мне - я помогу тебе.

Таблетки...

...забрали у меня...

Можно?..

Нет, брат.

Из наркоты здесь только кофе.

Хочешь?

Я сейчас.

Сука, прикидывается. Под дурачка косит.

Гена, дай мне с ним поговорить. Он у меня вмиг запоёт.

Тихо.

Гена!

Экспертиза пришла.

Из областной.

Что там, Гена?

На одеяле Вити Баранова везде в копанке его отпечатки пальцев с отличным ДНК.

Чудно. Для суда полный комплект.

Дай, посмотрю.

Дай, дай.

Разница между последними убийствами небольшая.

Две недели.

Ускорился под конец, сука.

Педераст, блядь...

Эй, Сергей!

Пусти меня, сука!..

- А, блядь!.. - Стоять!

Сука, убью!..

Сергей!

- Гандон, блядь... - Стоп!

Давай, с самого начала.

Что?

Всё.

Знаешь, как их звали?

Помнишь, как их брал?

Так ведь...

...бог послал.

Бог?

А он как тебе - заранее говорил? Бог?

Или, может, знамение какое-то было? Голоса?

Как ты выбирал: кого брать?

Так они сами...

...падали.

Падали?

Падали.

Откуда?

С неба.

Сколько их было?

Шесть... Шесть.

Точно?

Четверых я у тебя в копанке нашел.

Плюс Лисовец.

Витю Баранова ты отпустил.

Шесть.

Шесть.

А первым ты кого убил?

Я не убил.

Это не я.

Кто?

Другой.

Ну, другой. Кто?

Саша...

Я хочу помочь.

А они - нет.

Если я сейчас уйду за эту дверь - я больше не вернусь.

Придет кто-то другой.

Тогда ты знаешь, что начнется, и как с тобой будут разговаривать.

Как ты их брал?

- Падали... - Нет, нет, Саша! Правду!

- Падали! - Правду!

У тебя 5 минут.

Подумай,

куда тебя отсюда повезут.

Падали...

В больницу,

или в камеру.

Падали...

Падали...

Падали!..

Ваня...

Так... Садись туда.

Ванечка мой...

А где он?

Я ему говорил: не ходи один!

На связь когда последний раз выходил?

Вчера выходил. Вечером. Около семи.

Тихо, тихо...

Позвонил, сказал, что погуляет с ребятами в парке,

а потом - к бабушке, ночевать.

Она живет там рядом...

Вы понимаете - мы не волновались, такое бывало.

А утром бабка звонит...

Не приходил он к ней. Не приходил!

Ваня...

Ванечка... Ваня...

Ваня!..

С этой школой поговорите, за партой кто с ним...

- Да, я понял. - Ну, давай.

- Я к бабушке. - Да.

- Вот, в аптеку. - Друзей надо опросить.

Проверьте, пожалуйста: телефон правильно указали?

Посмотри. Я не могу...

Серёга!

Серёга!

Уроки закончились в 6.30. Это вторая смена.

Одноклассники сказали, что домой он ходил через парк.

А патруль?

Людей не хватает искать везде.

А я тут при чём?

Если с ребенком что-то случится, я уже не смогу тебе помочь.

С каким?

Которого ты взял.

Вчера.

Я... Я не...

Где он, Саша?

Я не... Я не брал.

Где он? Говори!

Где?

Где?!

Отдохни. Третий час долбишь.

Нет, его надо сейчас давить.

Мы подхватим.

Всё нормально?

Я думаю, я его понимаю.

Того, кого мы ищем.

Ты Головченко имеешь в виду?

Если это он.

Если?

А чего тебе не хватает?

Отпечатки пальцев на одеяле. Тебе мало?

Всё.

Устал.

Давай, отдохни. Мы поработаем.

Устал.

- Стой! - Встал, и сел на место.

Стой! Хочешь, чтобы он заговорил?

Я хочу, чтобы он правду сказал, а не то, что из него выбьют!

Встал!

Открывай.

Вышел!

Я только начал.

Вышел! Немедленно!

Ты оставил мальчика без воды и еды.

Сколько он еще протянет? День? Два?

Вернешь его - станешь героем. Ты же отпустил Витю.

Я... Я...

...спас.

Вот и его спаси.

Его зовут Вадим.

Мама и папа - они его очень ждут.

Они его любят. У них хорошая семья.

Где он?

Я... Я не... Я не знаю.

Могли бы у меня собраться, Пётр Леонидович. Позавтракали бы.

Так...

Прежде всего - меня здесь не было.

Это всё между нами.

Результаты есть, Геннадий?

Допрашиваем. Молчит.

Заставь говорить.

Это не так просто. Знаете, мы не уверенны...

...что он вменяемый.

Не уверенны?

Серьезно?

Да он ебанутый!

Он детей убивает. Он мумии из них делает.

Но мы здесь не поэтому собрались. Пропал ребенок.

Нужно его найти. Что с этим?

Отработали маршрут предполагаемого похищения.

Сейчас работаем с родителями. С одноклассниками, с друзьями во дворе.

Просматриваем телефон, странички в социальных сетях.

Пока ничего.

Так...

А есть доказательства, что это Головченко похитил?

Это единственная версия?

Ну, когда стало известно - он уже был задержан. Так?

То есть, теоретически, может быть совпадение.

Ни хера себе - совпадение.

Пётр Леонидович, ну дураку же понятно.

Я не с тобой говорю.

Можно ли допустить, что...

...Головченко не похищал этого ребенка?

И мы ищем связь там, где ее нет?

Что это даст?

Порядок в городе!

Преступник схвачен, кошмар закончился.

Короче,

рабочая версия: сбежал.

Пётр Леонидович, люди этому не поверят.

Так заставь поверить!

Короче, отрабатываем версию побега. Вокзалы,

трассы.

Нет. Мы просто потерям время и ресурсы.

Допустим, это не Головчнко.

Значит, настоящий маньяк еще на свободе!

Хорошо. Займемся.

Дай прикурить.

Я уеду завтра.

Не испытывай терпение.

Барс и губер что-то не поделили.

Проблемы у Барса.

Говорит, что думает.

Барс, значит...

Слушай, зачем ты сюда приехал?

Мстить, да?

Кому?

Ну, не знаю... Всем, кто тебя обидел там.

Мне. Барсу.

Ты для этого к Алёне полез, да? Чтобы мне отомстить?

- Она тебе так расска... - Закрой рот, сейчас! Вот, сейчас!

Закрой свой рот!

Она для меня - всё! Всё!

Она и дети. А ты для меня - ничего!

- Да... - Ясно?

Я тебя сразу не прибил только потому, что ты брат мне.

Если ты еще раз раз на нее хоть косо взглянешь...

Гена!

Тренера нашли.

Почему вы уехали?

- Я что, не имею права? - Имеете.

Но, понимаете, как это выглядит, с учетом происходящего?

Я отказываюсь отвечать.

Без адвоката вообще ничего говорить не буду.

Вы это в кино в каком-то услышали?

Вы правда думаете, что я вам сейчас за адвокатом побегу? Серьезно?

Иван Севостьянович...

Мы вас ни в чём не подозреваем.

Подозреваемый у нас есть.

Вам ничего не грозит.

Но вы что-то знаете. Что-то видели.

Вы можете нам помочь.

"Помочь"...

Нет, я больше вам помогать не буду.

Хватит с меня.

Что это значит?

В 1993, когда Прасевича искали...

Меня прессовать стали.

Я же у тебя, и у мальчишки этого, погибшего,

в школе физру вёл.

Жил я один.

Кто-то решил, что тут что-то не так...

Две недели мурыжили...

Как на работу ходил на допросы.

Потом следак говорит мне:

"Хочешь, что бы всё закончилось - подпиши бумажку".

Какую?

Такую, что я видел гражданина Прасевича с мальчишкой погибшим.

Такого-то числа.

Мол, у нас всё есть...

...но для суда требовалось больше.

Чтоб не отвертелся.

Ну, я... и подписал.

А что я должен был делать?

Что?

Я же думал, что вы тоже меня будете прессовать.

"Подпиши то", "подпиши это"...

Нет...

Я больше этот грех на душу не возьму.

Прасевич был виновен.

Я просто рассказал вам, как всё было.

Кто на вас давил?

Федотов, следак из области.

Он вроде умер недавно.

В газетах печатали.

Большим начальником стал.

То, что вы сказали, ничего не меняет. Спасибо, можете идти.

- Я... - Идите. Я распоряжусь.

...Да, скорее всего меня нет в этих списках...

Здравствуйте.

Здравствуйте.

- Это ко мне. Откройте. - Ага...

Пойдемте.

Выйдите.

Дай наручники.

Если хотите, я могу остаться.

Не волнуйтесь. Если что - я позову.

А можно чаю нам?

- За тортиком не сбегать? - Тортика на надо.

Вы извините, не положено.

- А... - Оставьте.

Я буду там.

Закрывай.

Здравствуй.

Саша, верно?

А я - Розалия Львовна.

Можно просто - Роза.

Ну, и почему она здесь?

Я позвал.

Это зачем?

Контакт налаживает.

Он нездоров.

С ним должен работать специалист.

Нет времени.

Потом, я клянусь, он получит всех врачей на свете, и все колёса в придачу.

Сейчас он должен нам рассказать, где Вадим.

Дайте ему успокоиться.

Его с детства били и унижали. Он от этого под землю спрятался.

Ему нужно показать: мы здесь друзья.

Если давить - он замкнётся.

Хорошо.

Я буду с ним до вечера.

Если нужно будет - утром снова приеду.

- Взяли его на шахте "Западная"... - Сергей...

Минуту дай мне.

До этого он прятался вот здесь.

Тут ограбил аптеку.

Вадим пропал приблизительно вот здесь.

Не раньше половины седьмого.

Если он его похитил, то где он его спрятал?

Почему сам там не спрятался?

В чём логика?

Он сумасшедший, и к тому же обдолбанный, если ты забыл.

Да.

А тот, кого мы ищем - нет.

Ты сам нашел тела.

Это не значит, что он их убил.

Кого мы ищем -

осторожный, умный, везучий.

Он годами похищает, насилует и убивает детей.

И ни разу не прокололся. Он всё для этого выстроил.

Меняет места, время, чтобы избежать статистических пиков.

Чтобы никто не заметил закономерностей.

На теле Вити Баранова мы не обнаружили ни грамма его генетического материала.

А он насиловал его каждый день. Ни волоска, Гена!

Он всё продумывает до мелочей.

А теперь скажи:

это он?

Он двух слов связать не может.

Как он их брал?

Где он их пытал? Где клеймил?

Мы ничего не нашли.

Преступник найден и задержан.

На телах детей его пальцы, и его ДНК.

В его яме книги по Египту, которые он воровал,

для того, чтобы узнать, как бальзамировать.

Тебе мало? Мне - вот так.

Ну да, конечно.

Тебе же здесь жить, да?

А тебе - нет.

- Геннадий Александрович... - Да!

К вам с телевидения приехали...

Две минуты.

...Нет никаких оснований полагать, что эти случаи связаны.

На момент подачи заявления о пропаже ребенка,

преступник уже находился под стражей.

Мы прорабатываем все версии.

Я призываю хрустальчан не поддаваться паническим настроениям.

И позволить нам просто делать свою работу. Повторяю...

Дальше в том же духе.

Выставляет, будто мальчик сам сбежал из семьи.

Да ты сам-то как думаешь?

Ну, если твои сомнения верны,

чему я склонен верить, - значит, Головченко не виноват.

Возможно.

Но если не он - то кто?

Я пока не знаю.

Серёжа, а ты чего от нас ждешь?

Мне помощь нужна.

У меня руки связаны, а времени нет.

А это что такое?

А... Это, Серёжа, отряд "Орлята".

"ОРЛЯТА" - НАША ГОРДОСТЬ.

Патриотическое шефство. Сейчас это очень поощряется.

Любовь к отчизне с младых когтей.

- Давай... - Спасибо.

О, прости...

Дай!

Пап!

Чего?

Ты видел?

...Анонимный источник в полиции рассказал нам,

что задержанный не является единственным подозреваемым.

А это значит - вероятно преступник до сих пор на свободе.

В этот момент мы должны все объединиться.

Я призываю всех, кто готов помочь полиции,

в поиске преступника, в поиске пропавшего Вадима,

прийти в школу №4 к Вячеславу Игоревичу Синькову.

Он является руководителем поискового штаба.

Приходите.

Давайте поможем найти пропавшего Вадима.

Дай!

Дай!

Что вы делаете?!

Я тебе помогаю.

А разрешение почему не спросили?

- Разрешение искать ребенка? - Вячеслав Игоревич!

Я вас очень уважаю. Но это сейчас не то, что нужно.

Кому? Тебе?

Городу!

- Гена, городу нужно знать правду. - Какую правду?

Вы слепо верите человеку, Сергею. Откуда вы знаете, что он прав?

Не знаю.

Но если всё скрывать, я точно этого не выясню.

А люди, Гена, имеют право знать правду.

А если я сейчас всё это запрещу?

Ты знаешь, я даже посмотрю, как это у тебя получится.

Ну, посмотри...

Люди никогда вместе не собирались.

А теперь они все здесь.

Друзья мои!

Каждая группа получила точные координаты поиска.

Приоритетами в поиске являются лесные территории,

заброшенные территории, и обследование копанок.

Всё, пусть отдохнет.

Уводи.

Есть что-то?

Ничего.

А сейчас я бы хотела поговорить с вами.

- Вы?.. Нет-нет, Розалия Львовна... - Вам нелегко, а дальше будет только труднее.

Если вы начали, то нужно закончить.

А если бросите - уже не вернетесь.

Хорошо.

Я рассказал, что отец ушел из-за меня.

Я всегда верил брату.

Он был старше, сильнее, увереннее.

Он...

Он светился. Понимаете?

Мы перестали играть вместе.

Потом вообще перестали общаться. Я остался один.

Уходил в лес...

Ну...

Не в лес, там у нас посадки...

Представлял себя героем... Волшебником.

И в один момент это всё закончилось.

Тот день...

Что вы помните?

Я мало помню.

Я как будто всё время упираюсь в стену...

И...

...как-то не хочу ее ломать.

Нехорошо...

Я помню лес...

Помню... шалаш или хижину...

У меня не получается!

Я не помню!

Я помню, как со мной говорят следователи,

и как меня поддерживает учитель. Всё!

А вы с ним обсуждали это?

После?

Нет.

Здорово.

Чего нового? Тоже в волонтёры записался?

Поохочусь на выходных. Башку проветрю.

Тарелку Дяде Стёпе!

Баранина парная, Ашот сам резал.

Извините, мужики. Ужинаю дома.

Правильно.

Семья - главное.

Гена...

Мы как-то в последнее время...

Не с той ноги, да?

- Всё нормально. - Дослушай.

Я на твоей стороне.

На вашей.

На нашей?

Твоей семьи.

Алёны.

Детей твоих. Серёжи.

Семья же - главное, да?

Знаешь, что это?

Волонтёры. Мы работаем вместе.

Можно по-разному смотреть на вопросы, но решать их должны мы.

И держать всё вот так.

А брат твой нам могилу роет.

Это - беспорядки.

- Мне кажется, ты сгущаешь. - Не сейчас. Потом.

Ты же - начальник.

Ты знаешь, что самое сладкое - власть.

Попробовал - не слезешь.

Вот он им дал попробовать. Думаешь, слезут?

Думаешь, губеру это понравится?

Я вижу, что тебе это не нравится.

Гена, я не хочу крутить тебе яйца. Ты мой друг.

Так же, как и Сергей.

Было всякое.

Но, блин, сколько лет прошло...

Время лечит.

Но кончится тем, что ему будет хуже.

Я поговорю с ним.

Говорить мало, Гена.

Ты его брат. Ты должен позаботиться о нем.

Ты должен думать, как его из это херни вытащить.

Он против всех рогом уперся.

Пока не нарвется.

Гена, ты должен делать, как для него лучше.

Даже, если ему не нравится,

и он не поймет.

Гена, убери его из города.

А дальше мы сами.

Алёне привет.

Спасибо.

Странно...

А я думал, ты не хочешь вспоминать.

Раньше не хотел.

Сейчас...

Да, жизнь...

Я сюда переехал с Севера.

У меня там проблемы со здоровьем начались, я решил подыскать чего-нибудь поюжнее.

И мне название понравилось - "Хрустальный".

Под вашим солнцем всё расцветало...

Ну, и пороки, как выяснилось потом.

Третий "Б"...

А ты знаешь, что вы у меня первенькие были, третий "Б"?

Ты был самый способный.

Ну, и естественно - самый несчастный. В общем, не такой уж сильный парадокс.

И в конце сентября ты почему-то замкнулся.

Я хотел с тобой поговорить, а ты... мне не ответил.

А через полгода

мальчика нашли убитого.

Над ним надругались...

Следователи прилетели из области. Там шум, гам, тарарам...

Ты себя как-то очень странно вёл...

Как будто тебе что-то известно...

Что-то известно больше, чем остальным.

А потом ты подошел ко мне и сказал, что...

...с тобой что-то случилось в лесу.

И мы с тобой долго разговаривали...

И ты вспомнил.

Но не всё.

Ты вспомнил шалаш. Прасевича.

Его лицо.

Это я помню.

Только смутно.

Я не хотел предавать это дело огласке...

Для тебя так было бы лучше.

Пошел к следователям,

и взял с них честное слово, что никто ничего не узнает.

Но это как-то всё выплыло наружу.

- Причем, я даже знаю - как. - Как?

Ну, следаки-то были из области.

А опера-то - наши, местные.

Ну, и разболтали.

Прости.

Мне очень жаль.

Нет-нет, вы ни в чём не виноваты.

Сейчас, я схожу...

Сделай одолжение.

Обезболивающее?

Ну, Пронченко! Ты и мент, конечно...

Я решил: не буду больше бороться.

Но боль - просто терпеть уже сил нет.

Вячеслав Игоревич...

Глиобластома. Неоперабельная. Увы и ах.

Я, конечно, могу изобразить упорную борьбу и протянуть еще год.

Но это - химия. В результате - хоспис.

А я прожил чертовски хорошую жизнь, Серёжка.

И уйду, как победитель.

- Вячеслав Игоревич, давайте в Москве... - Молчи. Ничего не говори.

Всё. Всё!

Пронченко! Серж! Хватит, тебе сказали!

Не надо меня жалеть.

Я ни о чём не жалею.

Я молодой, здоровый мужик.

И уйду...

Как это вы говорите...

...На стиле.

Ну, или, во всяком случае - постараюсь.

Ну ты же в курсе, что я могу с тобой сделать.

Ничего.

Народ за меня.

Поэтому, ничего вы мне не сделаете.

Ну, сейчас, точно - нет.

Вот тут ты прав. Тебя сейчас смотрят, как никогда.

Нужное дело делаешь. Народ тебя любит. Молодой, борзый.

Такие нужны.

Перед тобой сейчас дверочка откроется, не сильно, вот так.

Глава городской телекомпании.

Для начала.

Через полгода, если будешь хорошо себя вести, -

областной.

Я замолвлю словечко. Ну, а дальше...

Всё только от тебя.

Так кто твой источник?

Брат твой сказал.

- Да ты и сам это знаешь. - Знаю.

Теперь всё это надо написать.

Ну, а как ты хотел, Вова?

Он уедет.

А мы останемся.

Теперь ты водишь!

Стой, подожди!

Не догонишь, не догонишь!

Так, так, так... Это что такое?

Всё. Стоп!

Садитесь.

Ужинать пора.

- А я здесь сяду. - Ты туда хочешь?

- Ну, ладно. - Мама, налей мне сока.

ЗАЯВЛЕНИЕ ШАЛИМОВ В. О СМИРНОВЕ С.

ДОВОЖУ ДО ВАШЕГО СВЕДЕНИЯ, ЧТО СЛЕДОВАТЕЛЬ СК РФ КАПИТАН СМИРНОВ СЕРГЕЙ АЛЕКСАНДРО...

ОТПРАВИТЬ.

Мужчина!

Всё-всё, хватит.

Спасибо.

Мы вас ждем.

- Пап, иди скорее! - Да, я иду.

Извините...

Да, алло.

- Это кто? - Это Геннадий Пронченко. Брат Сергея Смирнова.

Я послал вам мой доклад руководству. Я не хочу его отправлять. Но у меня нет выхода.

Чего ты хочешь?

Помочь брату. Вывести его из-под удара.

Благодаря Сергею мы взяли убийцу. Но он не унимается.

Шантажировал местную прессу.

Теперь у него проблемы.

У вас они тоже начнутся.

Сергей всё время пьяный. С оружием. Беды бы не случилось...

Отзовите его. Прошу.

Пока мы можем сами всё уладить.

Как у тебя с ним было?

Я не хочу об этом говорить.

Я хочу.

Прекрати.

Ну, зачем, а?..

Перестань.

Как?

Я не помню.

Ира...

Мы отъехали от города...

На меня смотри!

Правду, Ира.

Мы отъехали от города.

По грунтовой дороге.

Он... тогда только новый дом построил.

Там еще деревом свежим пахло...

Мы выпили.

- Потом еще выпили. - Дальше.

Он любит делать больно.

Играть в изнасилование.

Попросил, чтобы я сопротивлялась.

Он всё-таки бил тебя?

Я разрешила.

Сказала, что мне нравится.

Да, Розалия Львовна.

Хорошо, я приеду.

Где этот дом? Помнишь?

Помню.

Ира...

Что случилось?

Саша...

Саша...

Расскажи Сергею то же, что и мне.