Original subtitles

Дания оккупирована немцами. Народ покорился.

Теперь люди безропотно живут бок о бок с нацистами.

Датское правительство призывает к взаимопониманию и сотрудничеству.

Мальчики из церкви Святого Петра

перевёл adelstein_s

Конец лета 1942

Да, да.

Такое случается в семье.

У людей должна быть личная жизнь.

Личный тайник?

Ларс, пошли!

- Кто остальные? - Мой брат и его девушка.

Они ничего не сделают.

Я ничего не забрал.

Но ... есть и другие люди.

Я ничего не скажу.

Дьявол.

Ты должен продержаться 30 секунд.

- Это всё ещё высокая планка для тебя. - Да.

Всё готово наверху?

Увидимся. Ты знаешь правила. Удачи, братишка.

Клянись, что будешь соблюдать правила клуба.

Подумай об Отце в Царстве Небесном.

Он очень щедрый, Он очень добрый.

Что бы ни произошло, ты будешь держать рот на замке.

О, слава Богу.

Что ты не признаёшь немецкое вторжение.

Что ты вступишь в борьбу с Гитлером и его прихвостнями.

- Время, Луффе! - 10 секунд.

Нет, воздух для органа!

Птаха спит так мило на камне,

как и под крышей, и на ветке.

О, слава Богу.

Она не пашет и не сеет,

ничего не копит из года в год...

- Что там происходит? - Бог наказывает неверующих, Розен.

Добро пожаловать в клуб!

Выше ноги.

Не шевели руками и сконцентрируйся.

Это стимулирует кровообращение и полезно для твоей психики.

- Моей психики? - Да, это важно.

Если ты хочешь прожить жизнь.

Я думал, ты фаталист.

Это было бы слишком хорошо для меня. Но...

Я думаю о концепции "ödet". О судьбе.

Ты веришь в то, что всё предопределено?

Возможно, я выражусь неудачно, но да, я верю в это.

Почему тогда ты имеешь все эти вещи?

Потому что вполне можно быть любопытным.

Я любопытный.

- Покажи мне этот фильм. - Этот момент наступит.

Всему своё время.

Мы благодарим тебя, Господь, за каждодневный хлеб. Аминь.

- Ты заказал псалтыри? - Они появятся через 14 дней.

Хорошо. Спасибо за угощение.

Если судьба предначертана, то можно ничего не делать.

Если всё предопределено наверху,

то бояться всего не нужно.

Я думаю, я фаталист.

... саботаж будет преследоваться...

Мы можем обойтись заменой двух басовых труб.

Когда трубы будут соединены с воздуховодом, тогда...

Как Вы можете сохранять такой энтузиазм?

Гитлер марширует вперёд и говорит сплетни.

Это один из лучших органов в Европе.

... или против немецкого вермахта...

Розен, Розен.

... это в интересах датчан - избегать саботажа.

Это часть приёмного испытания.

- Это, как всегда, будет бюстгальтер? - Сотый размер.

- Кто купит его? - Ларс.

Чего ты боишься? Даме 108 лет.

Ты скажешь: Я хочу приобрести гигантский бюстгальтер.

- Что тут происходит? - Гранаты Адольфа.

Что он будет делать?

- Давай, проходи. - Спокойно.

- Вы достали это? - Да.

Сейчас.

- Долой это! Немедленно! - Слушаюсь, господин генерал.

- Стой! - Полк, стой!

Я победил! Отдай мне королевский значок.

- Пожалуйста. - Спасибо.

Вы - сосунки. Давайте!

- Я почтительно откланиваюсь. - О, я прошу.

Он поклонился самому себе.

У птенчика скорлупа на голове.

Он сделал поклон соскам своей матери.

Заходишь или выходишь, Бальструп?

Да, это очень, очень смешно. Пройдёмся заново.

Ой! Новый разносчик газет.

- Разносчик газет обычно кричит. - Как насчёт этого:

Хайль Гитлер, скинь рубашку и ходи в робе.

Я не хочу слышать этого в школе.

Ты понял?

Штаны, жилет и жакет! И штаны.

О, Гильденстерн, избавь меня от мучений.

Мы в газете.

"Мальчишки-сорванцы выступили против вермахта.

Кроме вандализма, воровство дорожных знаков и автомобильных номеров.

Город претерпел противоправные действия,

граничащие с саботажем."

Саботажем!

Са-бо-таж!

Куда вы делись?

О, я зверь, которому не хватает благоразумия.

Моя слабость, имя твоё - женщина. О, сердечный изъян...

Саботаж?

Там трое часовых. В четверг там ни души.

Это саботаж или трикотаж?

Я не могу в четверг.

Это та самая!

Это в воздухе...

Андерс, замолчи.

- Луффе, ты не можешь в четверг? - Нет. Как насчёт среды?

- Или субботы. - Среда - то, что надо.

- Как насчёт часовых? - Попробуем использовать рогатки.

Я был там вчера. Это место кишит дворнягами.

Просто отвяжем их, а потом мы...

- У меня есть график смены караула. - Собаки знают его?

Мы поднимем плакаты и уберёмся восвояси.

Что если объявится какая-нибудь шавка?

Что если появится ротвейлер?

- Тогда мы застрелим его. - Из чего?

- Из нашего нового пистолета Люгера. - У нас есть он?

- Нет, у нас его точно нет. - Мы получим один, если захотим.

- Это было бы умопомешательством. - Мы хотим...

- Разумеется, мы хотим. - Чем мы занимаемся?

Рисуем отличные плакаты и вешаем их.

- Мы боимся тупой сторожевой собаки! - Трёх тупых сторожевых собак!

- Это мистик в тебе заговорил? - Нет.

Он стащил его у немцев.

- Думаешь, им покажется это забавным? - Что кого-то покусает ротвейлер?

Да, бах, Луффе! Ты будешь стрелять по всему, что движется, не так ли?

- Тогда мы будем в безопасности. - Оге, ты будешь на стрёме.

Я знаю! Но этого не будет. Как раз наоборот.

Ничего не понимаю. Я был уверен, что...

Вот так посмешище.

Гуннар! Ты не мог бы...

Исчезните!

- Я думаю, ты должен попытаться... - Вон отсюда!

Это Парабеллум.

Не могли бы мы поболтать об этом?

Невероятно, что ты послушался этого засранца.

Мы поймаем тебя!

Всё будет по-старому, Герда.

- Подожди. Дай посмотреть. - Ты болтаешь чепуху.

Не болтают чепуху насчёт будущего.

- Что это значит? - Ничего.

У тебя будет счастливый брак.

Скажи, что это значит.

Ларс... Ларс!

- Ты отрубился, Ларс? - Нет, просто так...

- Ты шутишь надо мной. - Дай посмотрю снова.

Давай.

Надо постараться.

Сейчас посмотрю.

Это твоя линия любви.

Однажды один парень ... один красивый парень прискачет на коне.

Он умеет гадать.

У меня глубокая линия любви.

- Сказал фаталист. - Я не верю в случайность.

- Разве он может что-то увидеть? - Я могу увидеть всё.

- Я вижу всё. - Вздор.

- Нет, ну же. - Ирене, прекрати.

Речь идёт о постоянных акциях саботажа. Пока больше ничего не скажу.

Но нам нужен ординарец.

Нам нужны различные вещи и оружие.

В этом деле ты будешь играть роль ... поставщика.

- Я могу достать многое. - Вот именно.

Мы хотели бы получить пистолет.

Сейчас я возьму тебя.

Иди сюда, золотце.

Любимая ... я люблю тебя.

Подстилка!

Они этого достойны!

Ты ведь ничего не говорил? Либо...

Наш долг - научить, как следует вести себя. Не правда ли, Франц?

Раз, два, раз, два, раз, два.

Извинись перед Францем.

Скажи: Я извиняюсь за своё недостойное поведение.

Извините.

Что делают с такими нахалами, Франц?

- Оставьте его. - Как насчёт поцелуя?

Как ты считаешь, Франц?

Хмм.

Остальные пришли?

Ты взял с собой владельца пушки?

Это Отто. Спросишь у остальных, это нормально?

Мы подождём здесь.

Дверь открыта.

Собаки - не проблема.

Проблема в том, что Ларс стоит там с тем парнем.

- С Отто... - Я думал, он знает правила.

- У него есть пистолет? - Я думал, Ларс знает правила.

- Никаких чужаков на чердаке. - Они ещё не здесь.

- Будем обзаводиться тем пистолетом? - Это ошибка.

- Гуннар! - Мы проголосовали против.

Крылатая бабочка привиделась в Хаге

посреди морозной мглы.

Она устроила зелёное убежище

в цветке - свой шатёр.

Крошечное создание ...

На тебя можно положиться, Отто Хвидманн?

... к новому праздничному периоду

созревает под сапфировым опахалом.

Не сорвать ли нам с него повязку?

Ты знаешь, что делать, Хвидманн?

Он слишком слаб. Ему не под силу обойтись без него.

Ему не под силу обойтись без подъёмного устройства.

- Обопрись хорошо ногами, держи крепко. - Да.

Отлично.

Отто Хвидманн на пути к доверию.

Клянись, что ты будешь соблюдать правила клуба.

Крылатая бабочка привиделась в Хаге...

- У вас не все дома! - Вставьте клин. Сейчас же!

- Я же говорил, он слишком слаб! - Клин, Сёрен!

Чёрт побери, освободите его!

- Клин, Сёрен?! - Ты с ума сошёл!

Кто-то идёт!

Мы обещаем, этого больше не повторится. Никогда.

Я думал, честно говоря, что у вас головы варят.

Добро пожаловать в клуб, Отто Хвидманн.

Спасибо.

Хорошо, вы знаете, что делать.

Я не понимаю.

- Поторопись! - Дай мне.

- Выбей дверь ногой. - Закрой рот! Отменим операцию.

Давай уйдём отсюда. Оге, пошли.

Кнопки, Луффе.

- Зачем взял, не выдернув провод? - Почему сам этого не сделал?

Мы собирались только испачкать помещение смолой и стружкой!

Да, мы хотели превзойти свой стиль!

Посмотрите, что там происходит!

Возьмите с собой собак.

- Теперь всё! - Уходим!

Хвидманн!

- Что это за хрень? - Это бензин.

Об этом мы не договаривались.

Мы должны встретиться с остальными в церкви Святого Петра.

- Хочешь кое-что послушать? - Что?

Это там наверху, в пивоварне.

- В пивоварне? - Пошли.

Я обоссался в штаны.

Я убью его.

Этого пролетария. Сопливого пролетария.

- Да, да. - Это то, что ты можешь сказать?

Это то?!

Ты истеришь.

А почему я истерю?

- Прекрати, Сёрен. - Отпусти!

Ты хотел заиметь пистолет. Безумие!

Я совершенно согласен.

- Успокойся. - Успокоиться?

Нам надо наверх.

Здесь ни души.

Рассредоточьтесь. Это замок Кронборг.

Память о смерти нашего брата ещё свежа...

Спасибо. Очень слабо. Где Лаэрт?

- У него коклюш. - Что у него?!

Коклюш?!

Ларс, двигай сюда. Ирене, сделай ему усы.

Повторим эту сцену ещё раз. Не надо уходить.

Я похорошел?

Да.

Ты сам веришь в гадания?

Я думаю, хватит.

Мы вряд ли продолжим сегодня. Увидимся.

Вам не позволено!

Вот. Вон. Будьте добры, покиньте помещение.

У меня нет времени доказывать Вам.

Всё в порядке. Мы остаёмся здесь.

- Что это? - Кронборг захвачен.

Я сожалею. К сожалению, в представлении будет большая пауза.

Давай, вперёд.

Кюлле забрала мой леденец.

- Ты стащила его. - Я и тебе дам кое-что. Отдай.

Кюлле ... перестань.

Мне по барабану велосипед. Меня заберут.

Да, меня заберут сегодня.

Мастер Якоб, мастер Якоб,

ты ещё спишь, ты ещё спишь.

Ты не слышишь звон колокола, ты не слышишь звон колокола.

Бим, бам, бум...

- Вот как, у вас банно-прачечный день? - Нет.

Это Биттен.

И Кюлле.

Зайди в дом.

- Я хотел показать тебе вот это. - Насчёт нас?

- Ларс Бальструп. - Добрый день.

Я и не знала, что у тебя есть такие благородные друзья.

Мастер Якоб, мастер Якоб, ты ещё спишь...

Они музыкально одарённые, не так ли, Отто?

"А потом она побежала своей дорогой так быстро, как могла ...

домой к папе и маме.

Это было в последний раз, когда Златовласка выбегала одна

в лес без разрешения."

- А теперь вам пора спать. - Нет, ты обычно читаешь больше.

Нет, не сегодня вечером.

Кюлле...

Вам пора спать.

Выше ноги.

Спокойной ночи.

Вот поворот. А сюда прибывает состав Луффе...

Очень убедительно, Луффе.

Добрый день, добрый день.

- Что это, Луффе? - Железная дорога.

- Я же не идиот, правда? - Ну да.

- Казарма на улице Торгсгаде. - Сегодня?

Луффе, ты же не начал думать вот об этом, правда?

Нет, нет.

Это было самовозгорание.

- Ну, начнём? - Первый пункт называется "Отто".

Что ты можешь сказать, Отто Хвидманн?

Я не знаю, нужны ли они нам.

Есть кое-какие автоматы.

Возможно...

- Автоматы? - Они есть в насосной станции.

- Ты уверен? - Туда ведь так просто не зайдёшь?

Я что, невидимый?

Нет ведь?

Почему мы говорим об автоматах, если...

Сёрен, расслабься.

Благодарю, Гуннар. Отлично.

Там двое часовых.

- Я пошёл. - Будет не трудно...

- Сёрен, присядь. - Почему?

- Вообще есть лидер в этой группе? - Разумеется, есть.

Потому что мы собирались поговорить о морали, планировании и дисциплине.

Как насчёт того барака?

Этот дурачок теперь в команде?

Почему ты не сказал это по-датски?

Я хотел бы сделать это в воскресенье.

Приз!

Хотел бы в одиночку?

Это слишком опасно. Не думаю, что он должен сделать это.

Я предлагаю проголосовать.

Ты в меньшинстве, Ларс.

... обещаниями и наградой,

общий язык дарует нашим мыслям воплощение,

общая воля украшает дни борьбы.

Новые воины там,

новые воины здесь

объединятся вокруг знамени, которое мы любим.

Да, эти сады недавно ...

... и мы знаем эти слова:

Не надо спешить тем, кто верит.

Пошли, идём. Идём домой.

Мы придём позднее.

Галстук, Ларс. Узел ненормальный.

Это очень хорошо.

Все ходят туда-сюда и влюбляются,

сердца стучат на проезжей дороге...

Здесь... Свет!

Подожди, Дитер. Вот карманный фонарик.

Эй? Здесь есть кто-нибудь?

... и пошёл в зелёный лес,

и пошёл в зелёный лес.

Вы, девушки дорогие, мы потанцуем с вами,

старик разрешил.

Мы закружим вас в танце

как пушинок.

Потом мы попарно пойдём в лес,

затем поговорим об оглашении брака у пастора.

Завяжи свою юбку, заплети волосы,

одень головной убор.

Ларс в церкви.

- На здоровье. - Спасибо.

Ты ничего не будешь?

Тебя волнует мировая война, Отто Хвидманн?

- Хмм. - Я любительница поговорить.

- Розен. Якоб Розенхайм. - О чём идёт речь?

Дело в его виде на жительство.

- Это Отто. - Вот как.

Если есть проблемы, тогда я мог бы...

Нам не хотелось бы терять органиста.

Будьте добры, позвоните, когда он вернётся.

Мы уходим.

Отто хотел бы передать вот это.

Пошли.

... ты должна быть моей девушкой ...

Прекратите немедленно! Дитрих и Майер!

Исчезните отсюда.

Теперь можешь извиниться перед этим господином.

Ты не хочешь? Хорошо. Тогда придётся мне.

Я извиняюсь за поведение этого молодого человека.

Всё в порядке.

Хорошо, Ларс.

Потрясающе! Зачем они вмешиваются не в своё дело?

Мой вид на жительство?

Спуститесь на землю, Розен.

- Вы еврей. - Да, я еврей. Дьявол!

- Мы не можем держать это здесь. - А где тогда?

Отто должен подыскать тайник.

Ирене сказала, что ты был взбешён.

У нас есть небольшая проблемка с Сёреном.

- Его надо выгнать. - Он мой лучший друг!

Я доверяю всем в группе.

Это из-за Розена они были здесь?

Что ты имеешь в виду?

Я думаю, нам следует выдержать паузу.

И убери это из дома.

Как змея.

Балда ты, Хвидманн.

- Можно я подарю это? - Кому?

Это секрет. Подожди две минуты. Побудь на стрёме.

Ларс?

Ларс, Ларс!

Ларс...

- Что-то случилось? - Нет.

Что ты вытворяешь?

Я просто хотел подарить тебе вот это.

Мы не можем общаться за спиной у Гуннара.

Нет.

Я обещала ей эту фотографию. Она спрашивала о ней сто раз.

Я знаю, у нас есть одна.

- Значит, она должна быть в подвале. - Я не пойду туда одна!

Глянь, что мы будем смотреть вечером. Фильм на все времена.

- Ты так не говори. - Ты не хочешь посмотреть его?

Я сожалею, но глупая сестрёнка

не заслужила варенье, которое я сейчас принесу.

Конечно, она заслужила.

- Хотите последить за бельём? - Да.

Ты со своими фотографиями.

Как насчёт этой со мной?

- Как насчёт варенья из ежевики? - Отлично.

Пошли.

- Куда он? - Отто кое-что разнюхал.

- Сёрен хочет поговорить с тобой. - Где?

- Мы можем поговорить? - Сёрен хотел поговорить со мной?

В кабинете физики.

Я хочу иметь гарантию, Гуннар.

- Гарантию? - Да.

- Мы отнесём что-то, не так ли? - Мы заберём товары и уйдём.

Ты будешь стоять на стрёме.

- Что за товары? - Автоматы.

- Их надо просто забрать? - Да.

- Ладно, я с вами. - Я этому рад.

Всё чисто...

Вы на стрёме. Применишь его в случае необходимости.

- Это и есть "отнесём"? - Мы попробуем, Ларс.

- Это собирались сделать ты и я! - Я и Ларс сделаем это.

Давай, братишка. Вы ждёте здесь.

От этого не будет никакого толку. Никакого толку.

Откуда ты знаешь?

Это безумие.

Они внутри.

Ты рехнулся?

О нет.

Гуннар, чёрт побери!

- Какого чёрта ты делаешь? - Это бабахнет через час.

Ты с ума сошёл!

Пойдём, поможем. Пошли.

Нет, Гуннар!

Всё в порядке.

Идём отсюда.

Остановитесь. Стоять!

Спустить собак.

Поживей.

- Ларс! Ларс! - Отто?

Осторожно. В укрытие.

Не сюда.

Заблокируйте задний выход!

Сёрен!

Убираемся отсюда.

Уходим!

Открой дверь!

Эккарт! За рельсами.

... эй, призрак, одетый в доспехи...

Заткнись, Оге.

Луффе?

Это он! Чёрный порох, чёрт возьми. Вы знаете свежеиспечённого учителя физики.

Дверь!

- Мы должны выбраться отсюда! - Заткнись, Луффе.

- Нет, пожалуйста, не надо! - Гуннар, помоги мне.

Гуннар!

- Откуда он взялся? - За занавеской.

Он был за занавеской.

- Он может опознать нас, не так ли? - Разумеется!

- Балбесы, балбесы! - Что будем делать?

Отто! Ты не можешь.

Гуннар, чёрт возьми. Мы не можем застрелить его!

Мы не можем убить его!

Здесь, выход здесь! Мы можем выбраться отсюда!

Встать!

Прожекторы! Включите прожекторы!

Быстро. Убираемся отсюда!

- Ты дурак. - Заткнись, Сёрен.

В следующий раз мы управимся с поездом.

В следующий раз? Не будет никакого следующего раза.

Мы возьмём поезд в следующий раз.

Какого чёрта происходит там, в твоей голове?

Он может указать на нас когда угодно. Вы это прекрасно знаете, не так ли?

Вы понимаете, что вы наделали?

Луффе, нам хана!

Нам полная хана!

- Мы возьмём поезд, как намечено. - Я не буду брать никакой поезд!

Я не буду, чёрт возьми, брать никакой поезд!

Отто Хвидманн.

Отто Хвидманн...

На что уставился? А?

- На что уставился? - Догадайся и смойся отсюда.

Я больше не желаю слушать тебя.

Вон!

Всё в порядке, Гуннар. Ты должен это знать.

Вон... Живо!

И с этого момента ты ничего не знаешь. Вообще ничего.

Ларс!

"Птица, птица."

- Почему он говорит "птица"? - Это английское слово. (английское "fool" - дурак созвучно датскому "fugl" - птица)

Ты когда-нибудь задумывался о том, что нас могут застрелить?

Мы можем погибнуть.

Пойдёшь со мной домой, попробуешь более благородные напитки? Бренди?

Это твоя мама выпивает?

Выпивает?

Нет, она не пьёт ... дома.

Откуда у вас это?

Алкоголь? Она достаёт его...

- Хочешь посмотреть, откуда? - Да.

Что теперь?

- Чем они здесь занимаются? - Погляди.

На ту, с тёмными волосами.

Я думаю, нам надо валить отсюда.

Отто, чёрт возьми.

Господа из вермахта и их датские коллеги

попросили об обычном визите.

Благодарю, господин директор.

Извиняемся за беспокойство.

Я уверен, это займёт всего лишь одну минутку.

Мы найдём их. Всегда объявится тот, кто много болтает.

Благодарю.

Уходим.

Я останусь в городе

до тех пор, пока мы не найдём тех, кто противодействует вермахту.

Как вы знаете, саботажников всегда задерживают ... или уничтожают.

Да ... можете идти, мальчики.

Берегись их.

Разве я настолько важен? Высылка из страны!

Высылка из страны - большое дело ... дьявол в преисподней ... большое дело.

- Обязательно надо ругаться? - Да, надо ругаться.

Сквернословить, петь и целоваться.

Но это бесполезно, Герда.

- Нам пора выдвигаться, Розен. - Невозможно убежать.

Можно притвориться как будто ... и сделать, как там сказано.

Но линии ... они предначертаны.

Спасибо.

Он твой.

Бери, что хочешь ... и избавься от всякой дряни.

От меня они так просто не избавятся.

Дьявол... Праздник, чёрт побери.

Жизнь - это праздник.

Выйдем вдвоём и поговорим об этом?

В кубок жемчужину он бросит ...

бросит такую драгоценную,

какую в датской короне не носил ни один король ...

какую в датской короне не носили четыре короля...

Они допрашивали Отто. Ты слышал, что я сказал?

Разумеется. Что мне с этим делать?

- Они нашли пилотку. - За это ведь его не повесят.

- Это отразится на наших планах! - Он что-нибудь рассказал об этом?

- Ты же знаешь Отто! - Да, он преданный.

Да.

Они арестовали Розена в Копенгагене.

- Что мы можем сделать? - Сделать... Что ты будешь делать?

Наша страна оккупирована. Это серьёзно. Ты понимаешь это?

- Разумеется, понимаю. - Правда?

Понимаешь, что это серьёзно?

Да, но я не признаю это.

Ты не признаёшь? Что это значит?

Статьи в "Stiftstidende". Ты читал их?

Да, разумеется.

Тебе знакомо то, о чём в них пишут?

Гуннар, тебе знакомо то, о чём в них пишут?

Я не могу ответить тебе ...

так, как ты хочешь.

Пообещай, что ты не будешь впутываться в это.

Он лежал у вас в ящике на чердаке.

Гуннар, я не слепой.

- Я прошу отдать его мне. - Я не могу.

Ты должен.

Дай мне обет, что ты не будешь впутываться в это.

Этого я не могу.

Сейчас!

- Всё в порядке, Отто? - Да.

- Вы знаете, что предполагается. - Ладно. Что мы сделаем с Герингом?

Сначала мы схватим Геринга за его толстые ноги.

Затем мы схватим Геббельса и прибьём его камнем.

Потом повесим Гитлера на ремне

рядом с Риббентропом.

Вот будет потеха

над четырьмя нацистскими свиньями.

И насчёт этого у меня есть наказ

от того, к голосу которого прислушиваются многие.

Пусть это произойдёт сейчас, пока народ взволнован,

чтобы невежество и сплетни не принесли больше несчастий.

Пусть четыре капитана отнесут Гамлета,

как хорошего солдата, на помост.

Стал бы он королём, проявил бы себя достойным государем.

Ныне его кончину по воинскому обычаю

почтят во всеуслышание. Отнесите покойников прочь.

Ибо сие зрелище достойно поля битвы, а не залы.

Идите, и пусть войско даст салют.

И пусть войско даст салют.

- Я уйду на несколько часов. - Куда ты собрался?

Просто прогуляюсь.

Отто ... весь город полон немцами.

Это было посреди рождественской ночи.

Все звезды сверкали слабо...

Десять минут.

Мы добились успеха. Благодарю за это.

- Желаю повеселиться, мальчики. - Спасибо.

Да, посмотрим.

Мы сейчас поедем домой.

- Вы мастерски сыграли. - Спасибо.

- Куда вы? - Прогуляться.

Домой вернёмся не слишком поздно.

Мне не хотелось бы прощаться со всеми.

Посвети.

Он держал призрака за руку?

Да, тебе надо было его видеть. Он был бесподобен.

Прогнило что-то в Датском королевстве.

Три минуты, Луффе.

- Сигнал выставлен? - Нет.

Так сделай это.

Сейчас, Луффе!

Кто-то идёт!

Вон они. Около рельс!

Огонь!

Ларс!

Отто! Отто!

- Вот дьявол. Давай! - Убираемся отсюда, Луффе.

- Что с Отто? Отто? - Идём, Ларс!

- Поставь эту. - Нет, Сёрен.

- Может, потанцуем? - Нет.

- Герой не пришёл? - Отпусти меня, Сёрен.

- Герой ещё не пришёл? - Отпусти!

Ту-ту-ту! Герой не пришёл.

Давай немного успокоимся.

Я не пойду с тобой. Я вернусь в школу.

Это безумие.

Мне необходимо.

Ты знаешь, чему быть, того не миновать.

Береги себя.

Мы скроемся.

Почему? Почему вы?

Кто-то же должен что-то делать. Кто-то же должен начать.

Я люблю тебя.

- Когда мы увидимся? - Скоро.

Ларс Бальструп?

Слава богу. Хорошо, что вы добрались.

Гуннар Бальструп, Вы арестованы.

Прежде чем мы споём нашу утреннюю песню,

городской совет попросил меня дать слово начальнику полиции.

Это письмо от городского совета.

Оно подписано бургомистром и мной.

"Городскому совету стало известно, что некое количество юношей

нанесло очень серьёзный вред

немецкой армии. Городской совет выражает большое сожаление ..."

В Дании я рождён, тут мой дом.

"... из-за случившегося,

вызвавшего горе и замешательство во многих домах."

Ты, датский язык, - ты голос моей матери,

такой милый и благословенный, ты трогаешь моё сердце.

Ты, датское прохладное побережье,

где древние курганы

стоят между яблоневых садов и зарослей хмеля.

Тебя я люблю!

Тебя я люблю!

Дания, моё отечество.

Остановись! Назад. Остановись.

Остановись.

Следующий.

Это Гуннар Бальструп, Андерс Мёллер,

Оге Теркильсен, Олуф Юль и Ларс Бальструп.

Мы их всех задержали?

Давай.

Дальше, дальше, дальше!

Ваши документы?

Сначала мы схватим Геринга за его толстые ноги.

Затем мы схватим Геббельса и прибьём его камнем.

Потом повесим Гитлера на ремне

рядом с Риббентропом.

Вот будет потеха

над четырьмя нацистскими свиньями.

Так была арестована группа юношей в Ольборге в 1942 г.,

что положило начало датскому движению Сопротивления.