Original subtitles

Без винта.

Реактивный.

Да он с дыркой.

А как летать?

Что-что? Как вы сказали?

Извините, это я так.

Непривычно без винта. А что... что делать-то?

Сейчас, главное он весь исправный.

Вы откуда, товарищи?

Прямо с Сахалина.

- Домой идете? - Так точно.

Поздравляю.

А как там японцы летают?

Ничего, по своей оси.

Но аэроплан у них не тот.

А вы на какой машине летали?

Я больше на земле, а то...

Последние 2 года на вашей, товарищ главный конструктор.

Да? Ну как она вам?

Спасибо, жив.

Товарищ главный конструктор,

а можно ее поближе посмотреть?

Да.

- А вы, товарищ капитан? - Ты со мной, со мной.

Вы куда, товарищи?

Нельзя, нельзя.

Мы же договаривались.

Договаривайтесь со мной.

А про вас ничего не сказал, так что нельзя.

Ну понимать надо, ну, нельзя.

Ну да, вон машина какая.

Охраны понаставили.

Алексей Седых, ты за всех?

Пашка!

Ай думаю кто же это свистит, а это оказывается ты.

- Ну машина у тебя! - Ну, вот доверили.

А ну-ка разбирайте машину и готовьте к отправке.

Хорошо, Георгий Васильевич.

Ну, до встречи.

А вы что вместе с ним служили?

Летали.

Мы же еще с ним до войны!

Я еще до войны у него в испытатели просился.

Ну ладно. Ну, всего.

Здорова!

В общем, аэроплан во.

Сейчас к вам на завод вернемся, там будем испытания совершать.

Сроки знаешь какие?

Ну, удивился, сроки, сроки.

В самолетиках всю жизнь.

Давай, давай, а в Москву погулять завернули?

Ну что ты?

Мы даже как путь выписали, чтобы через Москву.

А тут Женька разнюхал, что Заводской домой летит, ну...

И Женька здесь?

И Женька, и Витька.

И Витька.

Слушай, Алексей,

я тут у вас на заводе был,

поговаривают как будто Тамарка с Виктором разошлись.

Да, но она его всю войну ждала-то.

Да, встретятся, разберутся.

Не разберутся, не пойдет он к ней.

Он тихий-тихий, а упрямый как козел.

Веришь, домой силой везли.

Ну да.

Я так понял, что мы вместе летим.

Ну да.

Что за детский сад?

Кто просил вас возвращаться, а?

Домой полетел!

А что мне дома делать?

Теперь как хочешь вот и добирайся.

Отдай документы!

Отдай документы, отдай!

А что мне делать-то?

Женя пойдет ко мне на завод.

Свадьбу устроим!

Пить без остановки мы с тобой вот так вот будем!

Я вам уже сказал дней 10 назад.

Мне к жене, она не сегодня-завтра родит.

Ну и что?

А свадьбы-то у тебя не было.

Хочешь ты свадьбу или нет?

А пусть он попробует не прийти!

Свадьба это свадьба!

А вам не горько? Мне лично горько.

Горько! Горько!

Горько! Горько!

Королева!

Горько!

Горько!

Ну что, как там у них с Тамаркой?

Да ну их, сидят как индюки.

- Да? - Угу.

Зиночка.

Говори давай.

Спасибо. Тетя Люда, пирожка дайте.

Студня одного сколько наварили.

И все зря.

Он патефон заводит на танцы.

Правильно делает.

Мне очень нравится эта песня и следующая.

Я такая счастливая!

Ну-ну.

Как видишь.

Смотри как Виктор с Тамарой хлопочет.

Ну, помирятся они.

Не выйдет у вас ничего.

Выйдет.

Все у нас теперь выйдет.

Зря что ли на войне отшагали.

Люся, вы стихи Пушкина любите?

А что?

А музыка Чайковского?

Подумаешь.

Мне бы Катерину.

- Уходи. - Никита.

Подожди.

Кто здесь?

Ой! Ой Полина!

А что?

Ничего, красиво, да?

Женька привез, Боже мой!

Ты мокрая какая!

Женя, Женя, Евгений, посмотри кто приехал!

- Я не знала что у вас гости. - У нас свадьба.

Да.

Идем, я тебя переодену.

Сапожки нечего жалеть.

Здравствуйте.

Может хватит, Виктор?

Хватит.

Нет-нет, мне нельзя. Я не умею пить.

Ну все равно же.

Ребятишки одни остались.

Я ведь как услыхала, что ты приехал,

так и погнала в город.

Давай-давай.

Думала, может про Степана что узнаю.

Мы с ним на разных аэродромах стояли.

А в том полете с ним Алексей был.

Подожди, сейчас. Алексей! Леша!

Познакомься, тут вот Полина.

Старикам моим соседка, она с ними рядом живет.

Вот, смотри.

Алексей Седых.

Я Алексей.

Когда у него машина задымила,

Степана в сторону потянуло.

Это я еще успел заметить.

Бидоном его прикрывало, это точно.

А вот прыгнул он с парашютом или нет,

это я уже не видел.

Там такая карусель была.

А когда вернулись - ждали, ждали,

троих так и не дождались, Степана тоже.

К соседям он не садился, у пехоты и партизанов запрашивали,

тоже ничего.

Так что вот все, что я знаю.

Вот жизнь, ядрёна палка, сегодня свадьба, завтра похороны.

Нет-нет-нет, не тебе.

Не мысль.

С одной стороны, конечно, жизнь коротка.

А с другой, вот, вот смотри.

Я уже не пацан был, мне еще только

самолет Ильи Муромца собирали.

Чудо техники Первой Мировой войны.

Нам это очень нужно было.

А сейчас реактивные начинаем.

А ты говоришь жизнь коротка.

Так это ты говоришь, дядя Костя?

Не я говорю, зять мой говорит.

Переходи, говорит к нам на мясокомбинат, у нас и то, и се.

А я ему сказал... в общем, я ему сказал:

"Самолетчик я. Новую авиацию начинаем, вот."

Жизнь.

В военкомат тебе надо, Полина.

Считай, он без вести пропал.

Вот видишь, Катя.

Веселье вам сбила.

И то верно.

Погодите, ребята.

Тут же свадьба! Танцуем! Валюша.

Не провожала ты никого и не ждала.

И встречать тебе некого.

Много ты про меня знаешь! Ждала-не ждала!

Я тебя больше ждала, чем она своего Степана ждет!

Но не любила ты никогда!

Я знаю как она за него выходила! Ну как же, летчик!

Ты мне даже ни одного письма не написал!

Ничего, Полина, не обращай внимания.

Никто ее не слушал.

Ну зачем так уж.

Никого я дегтем не мазала, что было - то было.

Да, не любила, жила.

Да разве же я одна такая?

Вернись он сейчас, все по-другому было бы.

Вернулся бы только.

Так кто из девчонок о любви-то не мечтал?

Только вон как вес непросто.

Что случилось? Отвечайте!

01, слышите меня?

01, 01!

Без тебя не выйду!

Ручка! Открой дверь!

01, я Алмаз. Алексей, что случилось?

Тумблер триммера срабатывает наоборот.

Я его еле отжал.

Работу могу продолжать.

Прервите задание, пусть садится.

Где главный по управлению?

Они триммера перед полетом проверяли?

А как же.

Георгий Васильевич, я сразу заметил,

на маркировке написано "верх", а проводка проведена наоборот.

Я перепаял концы.

Все там было правильно!

Летчику спасибо скажите.

Георгий Васильевич, очевидно, мастер решил, что

маркировка относится к самому рулю,

там можно понять и так.

Нам нужно в дальнейшем это учесть.

Учитывать вам надо квалификацию работников.

А вы ставите на контроль случайных людей.

Я же как лучше хотел, думал там ошибка.

Что вы дурачком прикидываетесь?

Близко к заводу его не подпускать!

А вы на меня не кричите.

А что прикажете? Целоваться с вами?

Машину чуть не угробили!

Директору передайте: отстранить от работы.

Дядя Костя, что с тобой?

Дядя Костя.

Дядя Костя!

Ну возражай, возражай.

Но приказ есть приказ.

Константин Иванович, миленький, ну зачем вы встали?

Вам лежать нужно.

Выгоню сейчас! Ложитесь.

Ну прошу тебя, ну, две минуты прошу тебя.

Витька, ну брось, ну что ты как маленький, честное слово.

Ну.

Под ранок!

Видал? Радости сколько.

Ну и на кой тебе?

Ладно.

Домой возьму.

Пусть прыгает по комнате.

Выходит, по-твоему, главный прав?

Конечно прав.

Вот-вот, он ходит, а ты лежишь.

А потому что никакой он не прав.

Вот и разбери тебя, дядя Костя.

Он человек и я человек.

Его фамилию на самолетах пишут.

Высоко летает, согласен.

Но крылья-то на земле делают.

Вызови и поговори!

Как у тебя все просто.

Ну если ты не будешь, я сам поговорю.

Не лезь, Лешка.

А я не с ней.

Я с ним поговорю.

О чем?

Не знаю, пойду и поговорю.

Не пойдешь.

А вот пойду.

Семью фронтовика разрушаете.

Смотрите.

За это по головке не погладят.

На наших глазах мир рушился.

А ведь он и обновлялся.

А вот вы прошли все.

И опять,

опять эти трусливые привычки.

Может вы по этому поводу в инстанцию обратитесь, а?

Да не в этом дело.

Тут, понимаете.

Простите.

Тут наверное надо как-то возраст учитывать.

Мы с Виктором в один класс ходили, учились вместе.

А вы пока он воевал,

вы тут пристроились.

А ну пошли отсюда вон!

Тамара, ты дома?

- Убирайтесь! - Тамара, Тамара.

- Убирайтесь! - Тамара!

- А ты что стоишь? - Тамара.

Негодяи! Что вы сделали? Что вы сделали?

Эй вы!

Когда меня сюда в госпиталь привезли,

я совсем мертвый лежал.

Мертвый, она-то меня

месяц не отходила.

Вы, фронтовички-друзья.

Я тебе говорил, что нужно уезжать отсюда.

Говорил.

Трудно тебе будет.

Не выдержишь.

Если бы я уехала, ты бы...

Я бы могла вообще уйти.

Но это было бы подлость.

Почему? Ну почему ты оправдываешься?

Перед кем?

Здесь тебя что-то держит.

И почему ты чувствуешь себя виноватой?

А может я не виновата.

Здравствуйте.

Да что же вы так испугались?

А? Что же вы так испугались-то?

Вы что? Вы наверное меня не помните?

На свадьбе у Женьки мы вместе были, а?

Лешка я Седых!

Вы помните меня?

Господи.

Да как же это я?

Не зашибла вас?

Ну, ерунда.

У меня ягоды.

Спасибо, что проводили, Алексей Иванович, до свидания.

До свидания.

Ну что же не уходите?

Нехорошо.

- Ну, Женька! - Что?

Ну зачем завязал?

Это моя.

- Что? - Что?

Что?

Умнее не мог придумать?

Чего ты пристал до меня?

Зубами будешь...

- Примерь! - Примерю.

Наша родная, держи.

Женька.

Вот это кто?

Пашка Дёмин!

Здравствуйте. Вы Леша?

Летчики не умирают, Нюся.

Они просто улетают.

Георгий Васильевич, положение сложилось трудное.

Ну как же прикажете доложить?

Машина будет готова.

Какие гарантии?

Мы знаем машину, верим в нее.

Ваши аргументы, Георгий Васильевич,

к сожалению, пока только эмоции.

Так что вынужден доложить, вы

не можете участвовать в показе новой техники.

Слушай, Жилин, ты что вздумал меня за горло брать?

Из-за одной, другая там

ну, трагическая случайность.

Решил крест на машине...

Не преувеличивай моих возможностей, Тимофей.

Слушай, брось же, брось ты эти гонки.

Приезжал заместитель министра.

Комиссия установила причину аварии.

Мы все ушли, тебе мало.

Директору завода может и хватит, а летчикам?

- Ты комиссии не веришь? - Комиссии да, машине нет.

Вот и ко мне такие же приезжали, но машина...

чудом, можно сказать, я выжил.

Это что?

Ошибка пилотирования.

Твоя ошибка, капитан.

- Не так сработал триммер руля. - Ну вот, пожалуйста.

Типичный конструктивный просчет.

Никак нет.

Садись.

Товарищ генерал, здесь дело не в конструкции.

Садись, капитан.

Послушайте, товарищ Жилин.

Почему вы ко всем относитесь с таким предубеждением?

Сомневаетесь, подозреваете всех.

А вы, Петр Иванович?

Что?

КБ выгораживаете.

Или честь своего гера бережете?

Вряд ли это входит в обязанности партийного руководителя.

Мои обязанности и права, между прочим,

определенны центральным комитетом.

Вот он, видимо, и придет с вами разговаривать.

Ладно.

В конце концов, мне ваше производство не подведомственно.

Но показывать новую технику доверенно моей части,

а у меня всего одна голова.

Вот-вот.

Так сразу бы и сказали.

А то конструкция, технология.

Перестраховываетесь.

Так...

А если кто в небе да кувыркнется?

Что тогда скажете?

Нужен вам такой цирк?

Так что говорю прямо, и буду доказывать, что

на вашу машину рассчитывать сейчас не приходится.

И поэтому не стоит зря тратить средства и силы сейчас.

Не притворяйся, Жилин.

Ты прекрасно знаешь, что если вовремя машину не показать.

У нас фонды срежут,

у меня производство развернуто.

Значит так, наше дело - поиск риска, поиск риска,

и опять все сначала - поиск риска, а по-вашему так:

прогорцевала сегодня лошадь - мешок овса,

не готова к манежу - на бойню.

Действительно цирк.

Лошади?

Это кто же лошади?

А цирк? Что, собственно, называете цирком?

А ведь это ваше выражение на счет цирка, товарищ Жилин.

Георгий Васильевич развил ваше,

так сказать, образное сравнение.

- Я же не в этом смысле. - Так ведь он тоже не в этом смысле.

Георгий Васильевич пытался вам объяснить

что показ новой техники для нас

это прежде всего показ достижений всей промышленности, науки.

Страны, если вам угодно.

И не приложить к этому максимум усилий

ради собственного спокойствия

это, по меньшей мере, просто безнравственно.

Нравственно-безнравственно.

Институт благородных девиц.

В общем, я свое мнение начальству выскажу.

Посчитаются с ним или нет - не знаю.

Но с тем, что я буду возражать, чтобы мои летуны

на этой машине гробились, вот с этим, будьте добры, посчитаются.

У меня все.

Георгий Васильевич, разрешите продолжить работу.

Я бы на вашем месте не торопился, Георгий Васильевич, людей жалко.

Дайте разрешение на вылет.

Почему он нарушает полетное задание?

Куда попер? Куда попер?

Превышает и высоту.

Почему нарушаете полетное задание?

Случилось что?

Порядок!

Порядок!

Ты что делаешь, а?

- Какая петля? - Петля? Это мне петля!

Ты понимаешь, на реактивном такое делает он.

Да легко было.

- Повторить сможешь? - Да хоть сейчас.

А в Москве?

- Небо везде одинаково. - Не скажи, не скажи.

Если там не подведешь, мы с тобой на таком коне, капитан.

Пиши на память.

Спасибо, товарищ генерал.

Слушай, Седых,

чего ты здесь небо коптишь?

Переходи ко мне в часть, в порядке будешь, а?

То, что мы совершили, это же... показуха.

Кто вам дал право рисковать самолетом?

Годы работы, репутация КБ, интересы завода.

Я не могу с вами больше работать.

Я не могу вам больше верить.

Отстраняю вас от испытаний.

Дальше посмотрим.

Я вам не мальчик, Георгий Васильевич,

чтобы меня в угол ставить.

Недолго тебе летать.

995, 995,

идете в пограничной зоне.

Не уходите вправо, граница.

Я повторяю: вправо не уходить, граница.

Как понял?

Понял вас, близка граница.

107, 107, вылет парами.

Вот! Можно спокойно возвращаться в Москву

и докладывать генералу!

337, 337, выруливайте, выруливайте.

Быстро пересели ребята на новую машину!

С вашей помощью, майор.

Должность такая!

Одна полсотни шесть, она полсотни шесть, вылет через 5 минут.

- Руднев! - Иду!

Ну что ты, ждем тебя.

- Руднев. - Да.

Хочу на завтра попробовать на слетанность, пойдете со мной в паре.

Вы готовы?

Я что-нибудь смешное сказал?

Нет?

Ну что вы, товарищ инспектор?

Не в этом дело, товарищ инспектор,

это мы на счет слетанности.

Сережа, расскажи.

Да прекратите вы, ну.

Понимаете, товарищ инспектор, это еще когда было, перед Испанией.

Они тогда втроем летали.

Вот, Сергей Николаевич, Туржанский и Серов.

- Тот самый Серов? - Ну да.

Сережа, расскажи. Ну что ты на самом деле?

Он у них 4 ужина выиграл.

Да мы не про это говорим.

Просто мы тогда высоко только-только пересели,

а скорость по тем временами сами понимаете.

Не как сейчас на сверхзвуке.

Ничто не держит, то один отвалит, то другой.

Что делать?

Мы решили ленточкой связали и значит,

взлет, пилотаж, посадка, все есть.

А кто ленточки порвет, тот

вечером на всех в ресторане ужин ставит.

Да, я тогда только 4 раза и поужинал.

Потом все больше облизывался.

А чего? Выдохлись?

Нет, ленточки просто рвать перестали.

Да, летали рядом, что топором не отрубишь.

Товарищ командир, в погранзоне неизвестный самолет.

На запрос не отвечает, идет к нам.

Явно нарушитель.

Нарушитель?

Посадите первое звено. Готовность 1.

В воздухе.

Пара 205, 7, 11.

Всем говорю: 205 приказываю направить на перехват.

Я выезжаю на КП.

Две сотни пять, две сотни пять, я заметил 20 нарушений.

Цель реальная, приказываю перехват.

Курс?

Курс 160, высота 4.

Как поняли?

Повторите.

Реальная цель? - Цель реальная, перехват.

Две сотни пять, две сотни пять, я за ним.

Поверни вправо. На 7 до цели 10.

На 7 до цели 10.

Руднев, видишь кто там?

Вижу.

До цели километр.

Руднев, не давай уходить ему влево.

Подсекай его справа!

Что случилось?

Алексей, что случилось?

Ранил он меня.

Я две сотни пять, я две сотни пять,

заводите нас на посадку сходу.

Вас понял, заходите, посадку обеспечу, заходите сходу.

Эх ружьишко.

Хорошее ружьишко.

Вылитое ружьишко-то.

Надолго в наших краях?

Да вот отпуск дали на лечение.

Говорят на какие-то грязи надо ехать.

Так что же вы? Врачи знают что надо.

Думаете что знают?

Поленька, Поля!

Гляди что мне подарили! Ружьишко прикладистое.

На стол накрывать пора.

Надо всем показать что мне подарили.

Приходите к нам сегодня.

Ребята уток настреляли, все будем очень рады.

Я в общем-то из-за вас приехал.

Придете?

Мы все ждем.

Полина!

- Ой, тетя Валя! - Ну, стой!

Тамара.

Здравствуй, здравствуй!

Ой какие же вы большие стали!

Да какие мы хорошие! Это куда мы с бантиками направились?

Витя, по-моему, Тамара идет.

Леша, мы эту шутку уж забыли когда шутили.

Зря ты, Леша, зря. Он только дает вид, что ее забыл, ну, зря.

Верно, Тамарка.

Ой, Тамара.

Что?

У вас дома что-нибудь случилось?

Да нет, к Виктору я.

Ой, здорово.

Тамара, здорова! Ну ты как? Чего?

Понимаешь, да?

Здравствуй, Тамара.

Все как положено.

- Леня. - Молодец.

Как нога-то?

- Тамарка! - Догнали?

Собрали, медицина.

Нашли вон запчасти.

Витя!

- Здравствуй. - Здравствуй.

Тебе срочно надо ехать в город, тебя из института отчисляют.

Откуда ты знаешь?

У меня в палате лежит жена твоего профессора.

Он ее сегодня навещал и при мне рассказывал.

Тебе надо срочно переменить тему для диплома.

И защищать в положенные сроки. Тебя везде ищут,

вот я и приехала, чтобы сообщить.

Значит все такие решили отчислять.

Ну не знаю, не знаю.

Слушай, Витька,

ты же говорил, что у тебя все нормально.

У нас в экспериментальной группе

четыре дипломника было.

Но эксперимент вдруг дал отрицательный результат.

Ну а что делать?

Все в кусты, диплом горит.

А я остался.

Ты что с неба свалился?

Кто же тебе даст диплом за участие в неудачном эксперименте?

Вот-вот.

В науке отрицательный результат

иногда не менее важен, чем положительный.

Ну ты мне прописных истин-то не говори.

Ну тогда в чем же дело?

В общем, я своего шефа не брошу.

И работать буду столько,

сколько нужно, пока мы

необходимого результата не добьемся.

Мне с ним интересно.

Тебя же отчислят!

Как школьника за двойки.

На завод пойду.

А защищаться потом буду.

Мне дело сделать надо.

А не бумажки защищать.

Ты меня извини конечно.

Но у тебя в жизни все шиворот-навыворот.

Леша, ну ты пойми,

то, что я сейчас делаю,

это ведь такая перспективная работа.

Если получится, это может измениться

технология сборки самолета.

Ты у нас от скромности не умрешь.

Ну не знаю, не знаю.

Когда-то скромность,

а когда-то надо понимать

меру того, что можешь сделать.

Я, Тамара, против совести не пойду.

За стол-то когда-нибудь будем садиться или как?

Мама, так Полину надо подождать.

Полину?

Так а я ее сейчас встретила за деревней,

она с детишками шла к крестной.

В Осокино?

Ну тогда может быть...

сядем, не дожидаться же, а?

Я не знаю, может быть действительно, Женя?

Или подождем?

Совесть, совесть.

Это уже демонстрация, а не совесть.

А демонстрация это и есть совесть.

Да брось ты эту демагогию.

Ты бери новую тему и строгай свой диплом.

А твой шеф и без тебя проживет.

Он же профессор, а ты еще никто.

Леша, что ты говоришь-то?

Бросить? Это же предательство какое-то.

Это больше по вашей, по женской линии.

Леша, ты бы полегче.

Ишь ты по женской линии.

Как слова-то у вас легко выскакивают.

А вы что вообще про нас, баб, понимаете, а?

Что там понимать?

Не охайничай, не охайничай!

Ладно, ладно, маманя, не буду, не буду.

- Вот ты, Екатерина... - Подожди, маманя.

Ишь ты, предательство, а?

Тебе после Пашки Дёмина машину доверили, а ты...

фыр, блеснул крылышками да в Москву.

А я для машины сделал все.

Ты для машины?

Может машина для тебя?

- Да Боря. - Погодите, маманя.

Ты, Лешка, кто?

Вот смотрю я на тебя, а тебе поделом,

это уж ты потом парить-то начал.

А Витька сам!

Разбег берет, сам летит!

А ты хочешь ему крылья оторвать?

Умные вы все стали.

Слушать вас...

Завтра в Москву уезжаю.

Ну а чего ты поедешь?

Отпуск у тебя не кончился.

Дела.

Да...

Спасибо что побеспокоилась, приехала.

Да и на работке с вами не соскучишься.

Не вздумай со своей мордой перед начальством вылезать.

Ну, отличился он на границе,

ну, небосклон его перетащил, ну,

зачем сейчас ему ножку подставляешь?

Биографию его знаешь.

Знаю, а что биография?

Знаешь.

Да не все.

Тебе в генералах ходить а он капитан.

Была у него красивая история.

Но ты именно показательный бой предлагаешь.

На праздники кто смотрит?

Смотрят.

Сиди, сиди.

Тебе сейчас положено.

Нога-то как, а?

- В санаторий посылают. - Жаль.

На параде не пролетишь.

Ты вот что,

на всякий случай прихвати-ка новые погоны в санаторий.

За внедрение реактивной техники,

это на четверг.

Есть.

- По чужакам особо. - Есть.

Кого вместо себя на показательный перехват предложите?

Начинается следующий номер программы -

воздушный бой.

Посты наблюдения донесли о приближении бомбардировщиков

условного противника.

Вступили в бой истребители.

Летчик это концентрированная воля,

характер, умение идти на риск.

А смелость и отвага это только одна сторона героизма.

А другая сторона, не менее важная, это - умение.

Юрий, куда это вы?

Елизавета Андреевна, что случилось?

Вам лучше знать.

Сергей, что происходит?

Можешь объяснить что случилось в конце концов?

Отчислен из ВВС.

Как это отчислили?

Не желают показывать.

И от техники отстранили.

Тем самым поставил под сомнение мои летные качества.

Сборы мои, как понимаешь, не соответствуют сроку службы.

Неперспективный офицер.

Да что они там в кадрах

с ума посходили?

Куда ты собираешься звонить?

Жилину.

Он не допустит.

А Жилин твой...

Это я возьму.

Это я отнесу сам.

Ты же у нас тоже лейтенант, а он не знает как избавиться.

Случай искал.

Ну вот ты и помог.

Сережа, Сергей Николаевич.

Это недоразумение какое-то, поверь.

Он сам говорил, что для тебя же лучше не участвовать в этом параде,

чтобы не ворошить прошлое.

Да и страшно что-то.

А вдруг спросят кто представляет новые машины.

Вспомнит, неизвестно как все для тебе обернется,

ты понимаешь о чем я говорю?

Так вот я решил.

Ну вот.

Ты решил, а меня спросил?

Ты же прежде всего человек, потом уж командир.

Это Жилину нужно, чтобы они вспомнили как он у меня в замах ходил.

Жилин у тебя в замах?

Когда?

Да перед самым увольнением.

Вот тогда толк от тебя был.

Думал, ну все, ухватил птицу за хвост.

Как же.

- Бригаду дай. - Подожди.

Дальше что?

Ну дальше пошел в отпуск,

а тут инспекция на высшем уровне,

мы тогда новую машину осваивали.

Потихоньку.

А этот, Жилин,

выскочить захотел.

Доложил о полной готовности, в общем.

Устроил показуху на полную катушку.

Ну, нас, соответственно, вызвали из отпуска,

и это все понятно было.

Только вот характера не хватило.

В результате две аварии,

сам в кусты,

стал рапорты писать, что я его не предупреждал.

Он ведь так оправдывается.

А люди-то погибли.

В общем, он на мое место рад.

Спасибо, хоть самолет в конце нам дали.

Ну и будь здоров.

Служи.

А Жилин не пропадет.

Требуешь разбирательства?

Так точно, товарищ генерал.

Ну-ка.

Мотивы?

Они вам известны.

Хоть вы раз подумал за кого на рожон лезешь?

Зачем он тебе?

Ты же молодой.

Вот подполковник, вот шагай.

Держись своих.

Забирай свою бумажку и считай, что ничего не было.

Прошу дать рапорту ход, товарищ генерал.

Смотри, Седых.

Забыл с чего начал.

Никак нет.

Помню.

У меня срочный груз!

Без второго пилота никак!

Какой второй? Какой второй?

Его уже забрали!

Без второго пилота никак, поехали!

Нас на заводе ждут!

Меня с собой возьмешь?

Пойди.

Леха?

Леха, ты?

Стой!

Стой!

Теперь этот второй есть! Он первый! Стой, эй!

Вот такие дела.

Ну нам теперь нового назначения ждать.

Он махнет.

Чего? Ты чего?

- Видеть тебя рад. - Та ладно тебе.

Здорово.

Ты не думал вообще? Может осядем?

Не думал.

Ну у них-то с Тамарой!

А Кравцов как? Уехал в Москву?

Вы общались?

- Второе дыхание. - Завидую.

Завидую!

Ты там видал?

Откуда ты знаешь?

А новую сборку любишь?

Такая машина пойдет, сам главный приезжает.

Леша.

Помирился бы ты с ним, а?

Может обратно к нам, а?

После всего, что было?

Что ты там крутишь?

В чем дело?

Жесты не выходят.

Может на бревна сажать?

Нельзя с таким грузом.

Переломимся как спичка.

У меня дома жена рожает.

Она и без тебя родит!

Сама!

Женька! Евгений!

Ты вынужден это сделать, помнишь?

Точно!

Передайте: будем сажать на реку,

у плотины провал.

Потонем!

Ты не потонешь!

Соображай хоть немного!

В пожарном отношении безопасней.

А переломимся - станки все пропадут

На лодке.

Давай!

Женя, красиво!

Да что ты? Что ты? Ну я же никогда не прыгал.

Прыгай, ничего с тобой не будет.

- Прыгай! Что такое? - Да нет, не могу!

Пошел!

Слушай, может я здесь пригожусь?

Давай, Женя, давай!

Ты смотри, зря не рискуй!

Ну а как же твои способности уникальные? А ну пошел!

Прыгаешь лучше, чем он!

Вот, видал?

А говорят, что вода мягкая.

Винты-то как ножом срезало.

Скорее!

Ягоды...

Как я тебя тогда корзинкой-то.

Думала кровище, а то ягоды.

Добрый был.

Нерешительный.

- Влюбленный. - Так уж сразу?

А я как тогда тебя у Евгения увидел,

так, думаю, все.

Что же так долго молчал?

А я таких слов никогда никому не говорил.

Я их даже читать стеснялся.

Услышал, думал, любовь.

Не это главное.

Как есть, не главное.

А для меня сейчас это самое главное.

Это в разное время по-разному.

Вот я когда училась,

так главнее любви для нас, девчонок, ничего не было.

Вот замуж и повылетали.

Потом Степан на фронт.

Я здесь оказалась, старики померли,

все хозяйство на мне, тогда думала

хозяйство главное, дети.

Дети - это всегда главное.

Потом ты появился.

Совсем все перепуталось, Алеша.

Неужели Георгий Васильевич до сих пор Лешке забыть не может?

Бывает такое, что и не забудешь.

- Да? - Угу.

Что же, выходит, раз споткнулся,

вся жизнь кувырком,

а как же это у нас "человек нам дороже любой машины"?

Это разные вещи.

Да?

Одно на витрине, другое в магазине, так что ли?

А что, так не бывает разве?

Таким как Алексей Седых,

это не по-хозяйски и не по-человечески.

Тем более, у него такие личные обстоятельства возникли.

Человечески, по-человечески.

Мы с его отцом вместе с Гражданской вернулись.

Так его отец свою пайку

мне за коня отдал,

чтобы у них молоко не пропало.

В армию их-то теперь поставить, это лошади.

Евгений, ох и мальчишка ты все таки.

Очень удобная позиция, между прочим.

Так всю жизнь с тобой в мальчишках и проходит.

Вот...

Зачем уж так, Виктор Николаевич?

Ты еще о поколениях расскажи.

Ну а это зачем, Петр Иванович?

Не надо нам приписывать того, чего не было.

И это верно.

Солдат, генерал.

- Одного Ромку жаль. - Вот-вот.

Мальчишка ты-не мальчишка, все равно штык.

Если вы так с дедушкой, извините.

У мамки вспоминаю.

А как коммунист с коммунистом

о человеческой судьбе разговариваем...

Здравствуйте, Георгий Васильевич. С приездом вас.

Говорят, ваши новые машины в Сирию поедут?

Спасибо, Константин.

- Игнатьевич. - Константин Игнатьевич.

Константин Игнатьевич, могу в любом случае вам сказать,

что я тогда был не прав походу.

Прошу меня извинить.

Чего уж теперь вспоминать?

Что было, то прошло.

- Георгий Васильевич. - Да!

Простите, можно вас по личному делу?

Здравствуйте.

Здравствуйте.

Слушаю вас.

Мы на счет Алексея Седых.

А что он сам ко мне обратиться не мог что ли?

Так ведь непросто ему, Георгий Васильевич.

А, гордые стали? Вот они все за счет других.

Вон мастер ваш чтобы просто уж руки не подает.

Я у него, понимаете, прощения попросил,

а он руки не изволил подать.

Георгий Васильевич, он наверное не хотел вас

в неловкое положение поставить.

Он когда занервничает, у него руки ходуном ходят.

После той истории.

Ты с ума сошел.

Да, сошел.

Ну а что, я соскучился.

- Но они... - А я соскучился.

Ну что ты делаешь?

Ты зачем шпангоут пилишь?

Ты же сейчас нанесешь глубочайшую травму самолету.

Соображать все таки надо.

Я-то соображаю не первый год.

Ты мне такую смазку дай, чтобы точно все совпали.

Подгоняешь тут после вас, а вы там диссертации пишете.

Сказал бы я тебе.

А ты куда смотришь, мастер участка?

Тихо-тихо.

Ты вон спасибо скажи, что

мы ваши технологические ошибки исправляем.

Еще дома должны.

Как поработаешь, не учи меня.

Но он замечательно сказал.

"Наносите глубочайшую травму самолету."

Это наверное, Виктор, носатый такой.

Да-да-да.

Вот вам и сведения за него.

А рабочий тоже не просто вопрос задает.

А замыкает на обратную связь.

Требует технологического обоснования.

Подталкивает нас, а мы все удивляемся

и удивляемся.

Я вот туда то ли на лекцию, то ли на диспут попал.

И какой-то в этом роде тест был предложен.

В реке тонут двое. Один слесарь, другой физик.

Вопрос: кого спасать первым?

Ну я по простоте душевной подумал: "Ну кого?

Того, кто хуже плавает".

И тут слышу, многие кричат: "Физика".

Это что же право, исключительность?

Жутковато.

Да, да, вот вроде работаешь, не досыпаешь,

мучаешься, а где-то в глубине души понимаешь,

что тебе разрешено больше, чем другим.

А ведь в жизни все копится, все копится.

Хорошее и плохое.

Хорошим прикрываемся, дурное прячем.

Не стыдимся, а прячем.

И как иногда от этого своего права

раз, раз, раз, а людям все равно.

Георгий Васильевич Витьку вызывал, про диплом у него расспрашивал.

Он сказал, что у него большие перспективы с этой идеей.

Что наш Витька вообще молодец.

А потом почему-то

про меня спросил.

Почему?

Мне завтра явиться.

Зачем? Виктор не спросил?

Если мы снова...

Я бы все отдал, все.

Кроме тебя.

- Здравствуйте, девушки. - Здравствуйте!

Поздравляю, Алексей Иванович!

Спасибо.

- На свадьбу-то позовете? - Да все приходите, все!

- Здравствуй, Леша. - Здорова.

- Леша, как слетал? - Нормально.

Нормально?

Катюша, ты там смету составила сколько чего надо?

Не волнуйся, одной зарплатой не отделаешься.

А ты студню приготовь, вот и уложимся в смету.

- Здравствуй, Седых. - Здравствуйте.

Значит опять тут?

Опять тут.

А я вот отлетался.

Идите, товарищи, я вас догоню.

Всего хорошего.

Меня в должности понизили.

Слыхал?

Слыхал.

В полете управлении разжаловали.

Ты?

Я.

Смотри, Седых,

наши дорожки еще сойдутся.

Как из вас пар-то выпустили.

На твой век хватит.

Леша! Леша!

Там чего-то Полина к тебе приехала!

Деньги-то эти приходили раньше, я когда первый перевод получила,

ошибка, думаю, на почту вернула,

а его обратно принесли. Вот теперь - вот.

Все из разных городов.

Люди какие-то неизвестные посылают.

Что бы это могло значить?

Вот и я все думала, думала.

Сегодня ночью как ударило.

Степан это.

Да ты что? Да ты что? Да если он жив?

Да и разве может человек так поступать?

Столько лет!

Вот опять.

Неужели не понятно было кто это, что, зачем?

Я про всякое думала.

Про всякое.

Жерехов!

Седых!

Здорова, ты что это к нам? Вроде не сезон.

Сезон-не сезон.

Тебя ищем.

Твои, твои.

Выходит, денег не захотела взять.

С милицией что ли искали?

Да всякое было.

Эти люди говорят, что ты им деньги давал.

И просил, чтобы они под своей фамилией из своих городов посылали.

Так или нет?

Один крохобор нашелся, не перевел.

Ну а твой интерес здесь какой?

Ну, это долгий разговор.

Пойдем-ка выйдем.

А домой-то я приезжал.

Два раза.

Смотрел издали.

Шофер в машине ждал, а я через стекло.

Митьку Томушка еще в коляске возил.

Потом Полина пришла.

Молодая, красивая.

Крыльцо кривое, хозяин нужен.

Они сейчас ведь так...

Все в сторону, к пирогу рвутся, а я что?

На шею садиться?

Вот в беде мы все равны были.

А сейчас вон каждый за своим счастьем гоняется, а?

- Ну это ты брось. - Что брось?

- Ты вон подполковник. - Ну и что? В этом дело?

В этом.

В этом.

Пей. Оно слабенькое.

Шумит.

А я не слышу, привык.

Ты знаешь почему я сюда забрался-то?

Почему?

Самолеты не летают.

Так ты мне так и не сказал какое твое-то место в этом деле?

В 46-ом, когда вернулись,

она к Евгению прибежала.

Да.

Узнала, что мы с тобой в одном полку летали.

Пытала про тебя,

расспрашивала.

Ну?

А потом переводы пошли, догадалась, что ты.

Просила меня разузнать.

А почему тебя?

Я же тебе говорю: однополчане.

Второй раз, когда приехал...

Танюшка бегала уже.

Ничего, веселая, ухоженная.

Только ботинки на ней Митькины.

Одни, значит, ботинки у них были.

Вот я и затеял эту историю с переводами.

На свою голову.

Ну что, любовь что ли у вас?а

Она о тебе все время думает.

Врешь.

Ты мне одно скажи, честно,

ждет?

Ждет.

Все равно не поеду!

Степа?

Евгений, ты спать еще не устал?

Устал ужасно.

Чего говорить, уже десятый час в воздухе.

А ты приляг отдохни.

Посиди часок-другой, я сменю за штурвалом.

Случилось что-нибудь?

Полетели.

Что за волнения?

Хочет, чтобы я снова все проверил.

Да, я понимаю, конечно противно.

Я на земле проверял: все в норме.

А я здесь замерял на разных режимах.

Все в пределах допустимого.

Ну это на верхних пределах нагрузок.

Ну ладно, Леша, ну о чем разговор?

О совести, ребята, о совести.

Летчику здесь работать.

Натаскает такой штурвал,

который формально в пределах допустимого.

Не тебе они уволят, меня.

Завод поминать будет.

А если за границей купят?

Ты нам еще о престижах фирмы расскажи.

Ерунда.

Ты за окошком что видишь?

Сплошная облачность.

Ну а за облаками?

Небо.

Земля.

Снег вон лежит, березы.

Люди живут.

Вот это и есть, братцы, Россия.

Авиация, престиж.

Короче говоря так: если машину не доведете,

я у вас ее не приму.

(говорит по-английски)

Чего-чего?

Не дать ли им холодного молока?

Штаб, Витя, штаб.

Нет, ну Женя, ну это же...

Ну, помолчи.

Почему вы здесь? Почему вы здесь, Алексей Иванович?

Зачем?

Не знаю.

Хожу вот здесь и не знаю.

Не могу я без тебя.

Столько времени прошло.

А не могу.

Надо на что-то решаться.

На что?

На что? Все уже решилось.

- Не мог я тогда по-другому. - Ты не мог.

Ты же хотел человеком остаться, а теперь хочешь, чтобы я...

чтобы что?