Original subtitles

Фантазия Нельсона Родригеса полна жестоких событий и безнравственности, это правда. В жизни также. Но кто, веруя в Бога, осмелился бы искать безнравственность в жизни, созданной Богом, полной жестоких событий и безнравственности? Мануель Бандейра

Семейный альбом

- Не заботишься о своей дочери. Тебе всё равно.

- Кто это был?

Говори.

- Это был Теотоньо.

- Журналист.

Сбежал.

- Олигархия.

Это чума Бразилии.

- Теотоньо! Теотоньо! Прекрати это!

Теотоньо. Ты пьян.

- Во имя Отца.

Я благодарю Господа за пищу, которую мы принимаем.

- Аминь. - Аминь.

- Отец.

- Я присоединяюсь к Семинарии.

- На твоём месте, мне было бы стыдно.

- Стыдно? Почему?

- Иметь такого сына, как этот. Думаешь этого мало?

Бродит по дому, как сумасшедшая лошадь.

- О чём ты говоришь?

- О тебе, наверное.

- Почему ты это терпишь?

- Не вмешивайся Эдмундо. Оставь.

- Я не позволю.

- Рут.

Когда мать умирала, просила тебя заботиться обо мне...

Как старшую сестру.

Ты была второй после матери.

Ты обещала, Рут.

- Обещала. Клялась матери.

Ты права.

Поклялась, потому что она уже умирала

Я нашей матери никогда не нравилась.

Всё тебе, тебе.

Она чрезмерно заботилась о твоей красоте.

Купала тебя,

тёрла спинку.

Скажи, почему она никогда не заходила ко мне в ванну?

Она, папа - все.

Никто никогда не любил меня.

- Ты не верно всё понимаешь.

- Ещё ребёнком, я завидовала её красоте.

Она была красива до аморальности.

Потому что ни один мужчина не приходил к ней, не думая о постели.

А ко мне никогда.

У каждой женщины есть мужчина, который хочет её. Даже если это негр, потный негр.

- В этом нет моей вины.

Если ты некрасива. Разве я в этом виновата?

Скажи?

- Отец.

- Убирайся!

- Не позволю.

- Стреляй.

- Убирайся сейчас же.

Довольно.

Чтоб я больше тебя не видел в моём доме.

Ничего у тебя нет.

Всё принадлежит мне.

- С сегодняшнего дня она будет здесь.

В этой постели.

- Ты клянёшься?

- Клянусь.

- Именем Бога.

- Я клянусь именем Бога!

- Что я никогда не выйду замуж.

- Что я никогда не выйду замуж.

- Что буду верна тебе до самой смерти.

- Что буду верна тебе до самой смерти.

- Я никогда не целовалась в губы.

Это первый раз.

- Твои губы холодные.

Я хочу сказать

влажные.

- Конечно, это слюна.

- Эдмундо Перейра де Альбукерке.

Хотите ли вы взять Элуизу Гимарес Жункейра

в жёны и жить с ней в законном браке?

- Да.

- Во имя Отца,

и Сына, и Святого Духа.

Аминь.

- Это нормально.

Мама сказала, что в первую ночь...

- Тихо!

- Я люблю тебя.

Это нормально.

- Сукин сын!

- Всё в порядке, мистер Джонас? - Всё!

- Так мы стараемся.

Сеньор сделает очень хорошо, если не станет связываться с людьми Мариажина Бушига.

- Старый дурак!

Исчезни, пока я не...

- Радуйся, Мария, благодати полная, Господь с Тобою. Благословенна Ты

между женами, и благословен плод чрева Твоего, Иисус

- Святая Мария, Матерь Божия, молись за нас грешных ныне и в час нашей смерти. Аминь.

- Радуйся, Мария, благодати полная, Господь с Тобою. Благословенна Ты

между женами, и благословен плод чрева Твоего, Иисус

- Святая Мария, Матерь Божия, молись за нас грешных ныне и в час нашей смерти. Аминь.

- Радуйся, Мария, благодати полная, Господь с Тобою. Благословенна Ты

между женами, и благословен плод чрева Твоего, Иисус

- Святая Мария, Матерь Божия, молись за нас грешных ныне и в час нашей смерти. Аминь.

- Радуйся, Мария, благодати полная, Господь с Тобою. Благословенна Ты

между женами, и благословен плод чрева Твоего, Иисус

- Святая Мария, Матерь Божия, молись за нас грешных ныне и в час нашей смерти. Аминь.

- Когда ты целуешь меня,

я думаю о папе.

- Нет.

Не думай ни о каком человеке.

Тело человека уродливо как животное.

- Я вся мокрая.

- Позор!

- Какой позор!

- Этот доктор не пришёл.

- Он пошёл в "Три Сердца" и вернётся

только завтра или на рассвете.

- Ты присмотри за ней пока.

- Самая лёгкая вещь в мире заиметь ребёнка.

- Печально, что многие спешат.

Я никогда.

Доктор сказал, что мои размеры вызывают опасение.

Что мой живот огромен.

Трудно было, когда Глория появлялась на свет.

- Он испортил мне всю жизнь.

Он должен заплатить за это.

- Ноно сегодня как одержимый.

- Кричит по делу, Рут?

- Я сомневаюсь. - Неужто?

- Конечно!

Правда, понятия не имею.

У каждого свои заморочки...

- Люблю бесстыдных девушек.

Женщин нет!

Что за причина так орать ни с того ни с сего.

Он сошёл с ума?

- Он вообще необычный.

- Известно, что любовь лишает человека рассудка.

Но это бывает редко...

- Ты тоже сходишь с ума? или нет?

Он-то уже готов.

Сумасшедшие ничего не понимают в любви.

Это ужасно.

- Есть обязательства, если женщина забеременела от вас, и родила, то нужно заботится о своём ребёнке.

- Нет, если получился придурок.

- Я пойду разыщу девушку, Джонас.

- Бесстыдница.

- Что?

- Ты.

- Не связывайся, Рут.

- Кто это бесстыдница и почему?

Я?

Ты утверждаешь.

Ни один мужчина не коснулся меня.

- Потому что ни один не хотел.

Ты не похожа на женщину.

Ты не имеешь

ни причёски, ни груди, ничего.

Доска.

Ничего важного.

Смотреть хотят на важное и прекрасное.

Желают.

Мужчины все сходят с ума и возвращаются.

- Всё, достаточно!

- Ты,

ты очень добродетельна.

О той ночи?

Нино уже забыл конечно, что было той ночью.

Но есть кое-что, чего ты не знаешь.

Тико сказал ему, что он никого не коснулся.

- А, значит было что-то.

- Только однажды.

Но это не важно.

Ни один мужчина

не обращал внимания на меня.

никто.

Даже негры.

Но факт состоит в том, что мной обладали.

Он поцеловал меня в губы.

Как будто я была одной из тех действительно желанных женщин, как ты.

Этот человек - твой муж.

- Не надо рассказывать.

- Поэтому он мне нравится. Он делает то, чего хотела я.

Он приводит в порядок девочек 13-14 лет?

Девственниц?

Конечно.

Он для меня святой. И это всё.

- Ты когда-нибудь любила меня?

Было время, когда вы...

Сеньорина вы смогли бы...

смогли искать женщин, особенно девственниц, для мужчины, которого любите? Я сам искал.

Сеньорина,

вы назвали её бесстыдницей.

Теперь вы скажите мне одну вещь.

Кто здесь бесстыдница

на самом деле?

- Я не знаю.

- Вы это знаете.

- Мы трое.

- Скажите это.

- Я.

- Бесстыдница я.

- Но если ты не желаешь, сын мой, не делай этого.

Нет Эдмундо, не надо!

- Когда я был маленьким,

он меня унижал.

Бил меня.

Но теперь я больше не ребёнок.

Что заставляет мальчика брать благословение отца?

Дети должны получить только благословение матери.

У их разума

нет ни волос, ни крупных вен.

- Ну хватит уже.

Я поцеловал потную руку отца.

- Если ты терпишь всё это,

то должна быть причина.

Причина, которой я не знаю.

- Никакой причины.

- Было бы лучше, если бы в каждой семье, кто-то убивал отца.

- Ты что хочешь, чтобы я что-то сделала?

- Почему бы не убить себя?

- Хочешь, чтобы я себя убила?

На это ещё будет время.

- Нет.

- Видишь?

- Если ты умрёшь,

это немыслимо!

Не хочу чтобы ты умирала, никогда.

Не могу представить тебя мёртвой.

Хочу чтобы ты жила

Чтобы... ты однажды переехала в дом Мариажина Бушига.

- Иногда я думаю.

Просто представляю,

ты становишься женой Мариажина Бушига.

Выходишь перед домом.

Пьёшь вино.

- Я бросил Семинарию.

- Я же говорил!

Я знаю почему ты бросил Семинарию.

Потому что расхотел быть Священником

Да!

Он ушёл из-за какой-то шлюхи.

Кто она?

- Меня не интересуют никакие проститутки.

- Лжец!

Я люблю молоденьких женщин.

А из вас?

Никто не знает причину?

А ты?

Ты такой же как я.

Так же как тот парень бросил свою жену.

Тоже и здесь.

- Не примешивай сюда мою маму.

- Также как и Глория.

- Глория - нет!

Глория уехала по другой причине.

Глория - ангел, идеал.

- Ну не знаю.

- Задела за живое.

- Продолжай в том же духе.

- Этот кретин доктор так и не пришёл.

- Страшное дело, не иметь таза.

Таза для ребёнка.

- Если бы я не вкалывал,

всё бы живое погибло.

- Это тоже твоя работа. Трудолюбивый отец.

- Сеньор Джонас,

Мне кажется я

не вынесу.

Но вина лежит на вас.

- Я позволил тебе находиться здесь, потому что дал своё благословение.

Но не смей вмешиваться, потому что в следующий раз я тебя прогоню.

- Я знаю, что должен сделать.

Что я сделал в тот раз с немой.

Если ты помнишь, отец.

Та немая.

- Не понимаю, о чём ты говоришь.

- Точно помнишь.

Та что не говорила. Почти слабоумная, косоглазая.

Все уважали немую. Никто не обижал.

- Это не я!

- Ты, да.

Немая не простила тебя.

- Немая женщина?

- Во время схваток, она уползала.

Желая, таким образом, сохранить ребёнка.

Я столкнулся с ней на пол дороги.

Я увидел её. Узнав меня, она испугалась.

Хотя она пыталась убежать,

я наступил ей на живот.

Бил её ногами по почкам,

по животу.

- Убийца!

- Не важно.

Бог - свидетель, что я себя не простил.

- Мои дети меня критикуют.

Если бы вы знали о мотивах, которые мной движут.

Больших мотивах.

О делах, которые служат причиной.

О том, что могло быть и хуже.

Я - отец. Отец - это святое. Отец как Бог.

- Это всё?

Или есть что ещё добавить?

- Всё.

И сейчас я ухожу.

Твои высочайшие требования,

Упираются прямо вот сюда.

Вот сюда, сюда.

- Что-то не заметно.

Не выходи!

- Кто ты такой, чтобы отдавать приказы своему отцу?

- Кто выйдет из этого дома, так это вы.

- Я не сделала ничего, ничего.

- Вы потеряли свою душу здесь. Не спорьте, убирайтесь!

- Только если Джонас хочет. Если он прикажет.

- Или я вытащу силой.

Убирайтесь отсюда сейчас, и больше никогда не возвращайтесь.

- Довольно!

- Ты выгоняешь меня.

Но мне некуда больше пойти.

Нет ни родственников, никого.

Вы не можете так поступить со мной.

Я знаю все тайны семьи.

Знаю почему ты, Эдмундо, вернулся.

Знаю почему Ноно сошёл с ума.

Знаю почему ты, Джонас,

отправил Глорию в школу-интернат. - Если ты скажешь хоть слово про Глорию! - Все против меня.

Против меня и против тебя, Джонас.

Позволишь уйти, Джонас?

Скажи!

- Никогда не защищал женщин, которых не хотел.

Даже ненавидел свою мать и своих сестёр.

И ты, Рут,

существо крайне неприятное.

Хуже, чем некрасивая.

Женщина,

которую мне никогда не хотелось.

- Ты однажды любил меня.

- Я был пьян.

- Я знаю.

Я знаю чего вы хотите.

Чтобы я себя убила.

Но, прежде чем я уйду, я

прокляну вас всех.

Всю семью.

- Не счесть всех девушек, которые мне достались.

И девственниц.

- Глорию исключили из школы.

- Глорию что? Исключили!

- Исключили.

- Ты сошёл с ума.

Что она натворила?

- Она спала с другой девушкой.

Сестра обнаружила.

- Не понимаю, она такая невинная.

Эти Сёстры настоящие суки, очень скверные.

Они все такие.

О чём говорить,

что они сделали с Жанной Д'арк.

- Глория не может жить в этом доме.

Позор тебе! Ты осквернил всё здесь. Дом, мебель, стены, всё!

- Глория - всё для меня.

Она - единственное, что у меня есть в жизни.

Приведи Глорию сюда.

Пожалуйста!

Иначе я здесь сгнию.

- Не начинай больше Эдмундо. Я не могу.

Однажды я,

нет, я не знаю.

Если бы я не была настолько религиозна,

если бы я не верила в Бога.

Есть вещи о которых я думаю,

хочу сделать, но...

Не знаю, если бы у меня хватало мужества.

- Что сдерживает сеньору?

- Я боюсь Эдмундо, что ты станешь таким же.

Женщины испортят тебя в одночасье.

- До сих пор мне нравилась только одна женщина,

клянусь.

Это ты.

- О чём ты?

- Ты кого-то любишь?

- Однажды, я расскажу тебе кое-что.

Не сегодня...

Тайну всей моей жизни.

Очень личное.

- Так скажи. Сейчас.

- Что случилось когда-то в этом доме с этим человеком.

- Мама, ты должна уехать отсюда.

- Он станет преследовать.

Не из-за любви,

а ради мести.

- Только, если мы...

Если я... - Нет, Эдмундо.

Я не хочу так.

- Возможно, это единственный выход.

- Ты должен поклясться мне. Что никогда, никогда не будешь пытаться сделать это.

Но, если сделаешь.

Не подходи спереди.

Он сможет защититься.

Со спины, слышишь?

Спящего.

Чтобы не успел закричать.

- Джонас...

A!

- Как ты мог!

Девушка в таком состоянии.

Мама.

Нельзя этому человеку позволять так себя вести.

Делай что-нибудь. Уходи отсюда.

Это человек, который развращает девочек.

А ты святая.

- Святая!

Ты назвал её святой?

Ты святая? Отвечай. Я хочу слышать ответ!

Да!

- Ответь, мама.

Скажи... так?.

- Так.

Нет.

- Теперь скажи, что случилось с Теотоньо.

- Он покончил с собой.

- Я убил.

Он был любовником твоей матери.

Для меня было удивительно,

что она так холодна в постели.

Практически мёртвая.

- Это личное.

Личная тайна, о которой я хотела рассказать тебе, в конце.

Я всегда холодна.

- Могу я или нет делать то, что делаю?

Приводить сюда женщин.

- Мама, скажи, что всё это ложь.

- Не могу,

это всё правда.

- Отрицай это, ради бога.

- У меня был любовник.

- Почему ты это сделала?

- Я не сделала ничего.

- Расскажи мне.

Я не хочу, чтобы ты стыдилась меня.

Не бойся.

- Если бы ты знал, сколько сил я потратила, чтобы не думать об этом.

Я абсолютно уверена, что она покончит жизнь самоубийством.

- Расскажи мне.

Вы делали это?

Она просила меня во имя всего, умереть вместе с ней.

- Бог не хочет этого.

- Она так огорчилась.

Так огорчилась

из-за того что я сказала, я сказала... - Что сказала?

- И каждый раз, когда мы целовались.

Когда закрывала глаза.

Я очень хорошо видела лицо папы.

- Папы?

- Есть что-то настолько красивое, что я испытываю к папе.

Настолько чистое.

Что никто никогда не поймёт.

Ни ты.

Никто.

Я никогда не говорила ничего никому.

Я всегда скрывала,

но сейчас я скажу.

Я не люблю маму.

Она плохая.

Я чувствую, что она способна убить кого-нибудь.

Я всегда испытывала страх, находясь рядом с ней.

Боялась, что она меня убьёт.

- Папа ещё хуже!

Ему самое место в клетке.

- Папа может быть любым.

Не имеет значения.

Мне не интересно мнение других.

Своё собственное мнение тоже не интересно.

Даже если он сам дьявол.

Даже так, он мне нравится.

Обожаю!

- Нужно снять эту одежду.

Выглядишь что-то странно.

- Меня немного знобит.

- Знаешь, почему я решил стать священником?

Почему решил уйти из мира?

- Не интересно.

- Причина в тебе.

- Не правда!

- Из-за тебя, да.

Я не мог видеть тебя.

Думал только о тебе.

Я не выдержал, не мог больше.

- Теперь я понимаю, почему ты хочешь, чтобы я сняла одежду.

- Глория,

мы можем уйти отсюда.

Убежать очень далеко.

Подальше от папы.

- Что за ненависть, боже мой!

- Если ты хочешь мы сможем сделать всё, что хотим, семью.

Мы сделаем этот шаг вместе, вдвоём.

- Папа, где папа?

- В последний раз,

идём со мной!

- Нет.

Нет.

Нет.

- Значит, ты не выйдешь отсюда. Никогда.

- В детстве,

я думала, что никогда не умру,

что мы убежим вместе с папой.

Какая боль!

- Негодяй.

- Глория,

хочу, чтобы ты знала,

ты единственная женщина, которую я любил.

- Я считаю,

что человек не должен покидать утробу.

Он должен оставаться там всю жизнь.

На Небесах,

не после смерти.

На Небесах,

ещё до рождения.

Иду к своему началу.

- Я должна была благословить тебя.

После этого у меня был любовник.

- Любовник.

- Я не была с ним холодна.

Просто любила этого человека.

- Кого?

- Не скажу.

- Я знаю.

- Если знаешь, зачем спрашиваешь? - Хочу услышать от тебя.

Мне это важно.

- Ты знаешь.

- Шлюха. Шлюха.

Моя.

Моя.

- Я

тебя ненавижу.

- Поскольку Глория начала оживать.

Я поцеловал её, как женщину.

Я закрыл глаза.

Увидел её лицо.

Тебе я обязан только дочерью.

- Если бы ты знал, какое отвращение

я всегда испытывала к тебе.

И всем мужчинам.

И только однажды я любила.

- Почему бы тебе не убить меня?

Почему бы тебе не убить меня сейчас?

Да,

вот.

Видишь,

просто нажми на спусковой крючок.

- Нет, Джонас.

Нет.

- Возьми, держи.

- Прежде, я хочу сказать имя моего любовника.

Настоящее имя.

- После смерти Глории, для меня не имеет значения имя твоего любовника.

- Мой любимый,

мой любовник...

Ноно.

- Теперь стреляй.

Стреляй!

Я пойду следом...

на Небеса.

Самоубийцы не попадают на Небеса...

Только если меня убьют.

Шевелись! Что ты, боишься?

Прояви милосердие Господи. Синьорина стреляй.

Пожалуйста!

Перевод с португальского © Elvette, 2011, e.lv@bk.ru