Original subtitles

Лена!

- Я думала, ты уже уехал. - Нет, но теперь уезжаю.

- На работу? - Увы.

Везет!

Мы найдём тебе работу, не переживай. У тебя впереди полно дел.

Ты переезжаешь ко мне, ты разводишься, ты выходишь за меня замуж.

Ну а что мне ещё остаётся?

Мне пора. Машина в твоём распоряжении.

Забери всё что нужно из дома, скажешь когда нужно, ребята подъедут.

Если у меня будет время, я тоже подъеду.

Хорошо.

Тебе ещё нужно поговорить с Димой и Лёшей.

Если хочешь, я возьму это на себя.

Посмотрим. Поезжай, опоздаешь.

Господи, какое же у тебя там всё нежное…

Всё, мне пора.

А вечером пойдем в кино?

Вечером не могу занят. Юбилей музея.

А можно мне с тобой?

Ну если хочешь, приходи. Только не одна.

А с кем приходить?

Придумай. С подругой какой-нибудь.

Или парня какого-нибудь найди.

С Борей приходи.

С Борей? Он же мертв.

А ты с мертвым приходи.

Игорь, Игорь! Игорь!

Игорь, у тебя телефон звонит!

Телефон!

Долгачёв… Долгачёв, слушаю.

- Здравствуйте! - Здравствуйте!

- Вас вызывают. - Что случилось?

- Приезжайте, узнаете! Будете? - Буду!

- Что случилось? - Не знаю.

- У тебя проблемы? - Не знаю я!

- Это с работы? - Да. Где костюм?

Внизу.

Трусы чистые принеси мне! Быстро!

Сейчас.

Алиса не была наркоманкой. Вены чистые.

Ну а конкретно причина смерти установлена?

Ну…

По первым признакам передоз героина,

но я тебе чуть позже экспертизу по наличию средств в крови.

Передоз героина при том, что она никогда не кололась.

Ну ты ж сам говоришь, там кокаин был дома.

- Ну да, и что? - Значит нюхала.

Может, первый раз и укололась неумело.

Не знаю, я в это не верю. Вообще, все это странно.

- Что? - Семейка странная.

Муж какой-то темный.

- Ты с ним говорил? - Да. Фальшивый. Склизкий.

- Ты ревнуешь? - Нет, ты чего.

Не к кому.

Ну не знаю… Может и убийство. Посмотрим.

- Ладно, я пойду. - Смотри не свались.

- И про Сомова не забудь! - Да, завтра!

- Хотя это не так важно уже. - А на хера я это делаю тогда?

Жалко что ли?

Ой, вы вернулись?

Вернулись. Ты тоже?

Нет, прости, я хотела просто кое-какие вещи забрать. Думала, никого нет.

Понятно. Забирай!

- А Димка где? - Пап, кто там?

- Мама. - Я, сынок! Ну как он?

Ниче, мы решили в другую школу перейти.

Завтра пойду оформлять, уже созвонился.

Ну да, наверное, это правильно.

Ну давай проходи, че ты… Валяй, собирай.

Перестань, при нём не буду. Я документы кое-какие заберу и всё.

М, хотя бы поговори с ним тогда.

Хорошо.

Дим, можно к тебе?

Да-да.

Петр Сергеевич, доброе утро! Разрешите?

И тебе доброе! Да!

- Ну вы же в курсе, да? - А… а в курсе чего?

Ну как же! Уволили меня! Разве не знаете?

Хм, нет, ничего не знаю. А за что?

Теряюсь в догадках!

- Угу… Расстроен? - Очень.

- Ну, проходи, садись! - Спасибо.

Давай, рассказывай. Что да как…

Ну, значит, меня вызывали наверх сегодня...

Ну как?

Угу, все нормально. Я с ним поговорила.

Завтра заеду, заберу его. Мы пойдем с ним погуляем, если ты не против.

Прекрасно!

Ну и надо, наверное, нам начать развод оформлять.

Как скажешь.

Я перееду к Глебу, а ты можешь оставаться здесь.

Спасибо!

Ну надо с Димкой понять…

В принципе я бы хотела, чтобы он жил со мной. Но может и с тобой.

Ну там по-очереди…

Хорошо, пойду вынесу мусор, воняет адски.

Здравствуйте! Лена сейчас придет. Она с Димой разговаривает еще.

Простите!

Если вы позволите, я бы хотел познакомиться с Димой.

Я был бы вам благодарен,

если бы вы могли как-то помочь наладить мне с ним отношения.

Вряд ли я могу вам в этом помочь.

Я думаю, у вас будет возможность с ним поговорить.

Извините. Бредовый разговор. Я пойду.

- Всё в порядке? - Да, забрала.

- Ну, пока. - Пока.

Скажи спасибо, что так. Они тебя спасли.

Завтра эта история была бы в сети.

Покупает любовнице галлерею!

Как они узнали то? Как?!

- Ну неужели ничего нельзя исправить? - А как?

- Я не знаю. - И я не знаю.

У нас был опыт создания арт пространств.

Но как правило это «сделайте мне как у Пупкина».

- Или «вот я видела в Лондоне»… - Нет, нет.

Я не хочу ещё одну галерею Современного искусства. Это большее.

Я слышу. Образовательно просветительский проект. Круто.

Спасибо.

Это вам спасибо. Поверьте это редкость встретить человека,

для которого это серьёзно и который чётко знает чего хочет.

- А что, может быть по-другому? - Легко! Как правило по другому.

Ведь это обычный способ приложения сил для скучающих жён.

Люди имеющие малое отношения к искусству

множат галереи от безделья не зная куда деть лишние деньги,

или отмывая их.

А вдруг я тоже отмываю чью-то деньги?

Даже если. Идея того стоит.

Петр Сергеевич, это не самодеятельность.

Я просто позвоню ему, предупрежу, чтоб он остановил все это.

- Что остановил? - Передачу галереи.

Ты вообще соображаешь немножко? Ни в коем случае!

Зачем обижать талант?

Пусть девочка открывает галерею, если ей так подфартило.

Она же не виновата.

Ты сделал больно одной женщине. Из-за тебя погибла другая!

Из-за меня? Я с ней все равно расстанусь.

Это твое дело.

- Мила со мной разведется, да? - Тоже не знаю. Не знаю!

Петр Сергеевич, помогите, пожалуйста.

В чём?

Вернуть Милу. Вернуть ваше доверие. Вернуть положение.

Игорь!

Почему ты вот все время торгуешься, а? Почему?

Попытайся сделать хоть раз в жизни что-то просто, не за бабло!

Не за обещание каких-то плюшек!

Мне очень плохо, Петр Сергеевич.

Плохо… И мне плохо. И Миле.

- И детям твоим. - Я очень раскаиваюсь.

И я! Что когда-то поверил тебе.

Обратной дороги нет, да?

Слушай, ты вообще соображаешь, а? Ты что, младенец?

Вот как ты себе это представляешь?

- Ты что делаешь? - Звоню.

Куда?

Нам надо будет съездить, посмотреть помещение,

и тогда я смогу приступить к работе и прочее…

Когда мы сможем это сделать?

- Да хоть сейчас. - Отлично.

- Алло, это я. - Привет, милый, как дела?

Значит слушай, а…

Собирай свои манатки и вали! Поняла?

Что?

Че, плохо слышать стала?! Я сказал — собирай манатки и вали!

Игорь что случилось?

Я не хочу тебя больше видеть! Тварь!

- Игорь! - А?

Хуй на! Пошел вон отсюда!

- Петр Сергеевич… я, пожа… - Я говорю, пошел вон отсюда!

Вон!

- Все в порядке? - Да.

- Поехали. - Да.

А она была дома у погибшей за полчаса до убийства.

Так вот она рассказала, что Глеб Ольховский,

разводясь с женой лишил ее всех средств.

Поэтому Алиса Ольховская отказывалась подписать бумаги о расторжении брака.

- Она шантажировала его? - Вероятно.

Дайте ход делу, и я допрошу и Ольховского,

и его адвоката и всех имеющих отношение к семье.

Есть какие-то реальные улики против Ольховского?

Пока нет. Но есть мотив… Шантаж.

Наркоманкой не была, в крови эфир.

Мне нужны ордера на все – на обыски у Ольховского,

на задержание в случае чего. Если серьезно браться за дело.

- Лена - все еще с ним? - Да, а причем здесь это?

Вот у кого есть реальный мотив посадить Глеба Ольховского —

- так это у тебя, Макс. - Борис Маркович!

Ладно. Сначала допросите Ольховского. Потом посмотрим.

Иди.

Есть еще вариант Мише Скарину позвонить.

Он ведь в 1789?

Только тебе самому придется ему набрать. Я с ним не разговариваю.

- Точнее он с тобой. - И он со мной.

17 лет прошло.

Это он на меня обиделся, не я на него.

Я даже не помню что там у вас произошло.

- Ну как… - А... да...

Работу ты быстро найдешь. Ты же звезда теперь.

Кроме шуток. Телевизионщики мне предложили вести

передачу о половом воспитании детей.

Лучше б “Спокойной ночи, малыши!”.

Так, заявление я заполнил на перевод Димки.

Что-нибудь ещё нужно от меня?

Да нет, все вроде.

ОК.

- Ты же не обижаешься? - Нет, ни разу.

- Добрый день! - Добрый день!

Мне нужен номер на одного человека.

- Вы бронировали? - Нет.

- А на сколько дней? - На две недели.

Угу, две недели.

Да, я пока не знаю, сколько пробуду в Москве.

Понятно. На такой срок мы можем предложить вам только номер люкс,

либо номер полулюкс, с переездом в другой номер

комфорт-класса через пять дней.

И потом снова полулюкс, ещё через три дня.

Ох, знаете, я устала от переездов, давайте люкс.

- Ваш паспорт, пожалуйста. - Угу.

Благодарю.

Простите, а этот отель, он принадлежит Ольховскому?

Простите, я не знаю.

- Спать не собираешься? - Пока нет, я почитаю немного.

- Нормально все у тебя? - Да, все хорошо.

Придется попросить тебя о помощи меня вызвали на допрос.

- Какой допрос? - По делу Ольховской.

Зачем? Почему тебя?

Они подняли ее звонки, СМС, поняли, что я была у нее утром в день убийства.

- Ты? - Да, я приходила.

Зачем?

Поговорить.

О чём?

О тебе. О нас. Попросила, не лезть в нашу жизнь.

И она пообещала, что больше не будет. Потому что не любит тебя.

Так и сказала?

Да, так и сказала.

Поздравляю!

Ты хотела идти спать, иди спать.

Игорь, пожалуйста, перестань. Давай не будем, а?

Я люблю тебя, Мила, мне очень плохо.

Все нормально.

Я люблю тебя.

Нет. Ты меня не любишь. И я тебя не люблю.

Я очень тебя люблю.

Да что ж ты заладил?

Даже если сто раз скажешь, ничего от этого не изменится.

Как мы дальше жить-то будем?

Как жили, так и будем.

Я виноват.

Прости меня.

Я люблю тебя.

Мил, мне и правда очень плохо.

Мне тоже.

Мой папа прав — надо перетерпеть, есть дети.

Забудешь свою Марину, все наладится.

Да... Да не помню я Марину!

Я не люблю ее, не любил никогда!

Не правда, ты ее любил и любишь.

Хорошая, видимо, девка была. А я убила ее.

В смысле?

Ну не я — папа. Я попросила, он заказал.

- Зачем? - Она была беременна.

Кто? Марина? Ну…

Да, папа рассказал. Он давно на тебя досье собирал.

Зачем?

А ты папу не знаешь? Он на всех собирает досье. Старый разведчик.

Так вот он сказал, что твоя любовница

стала часто ходить к врачу в акушерство.

Я попросила ее убрать.

Но зачем?

Милый, для твоей же пользы!

Она бы стала тебя ребенком шантажировать. Ее убрали.

- А Даша не беременна? - А я не знаю.

Я думаю, она сама еще этого не знает.

- Привет. - Привет.

Так рада тебя видеть, прям соскучилась.

- Я тоже. - Добрый день.

Что-то из напитков?

- Для меня бокал просеко. - Виски с колой.

- Хорошо. Меню оставить? - Нет, спасибо.

- Ну, что… - Ну, э...

- Как дела, рассказывай. - Так, нормально.

- А подробней? - Мила пропала.

Не отвечает на звонки, не перезванивает.

- Давно? - С позавчера.

- Ну... теперь понятно. - Что теперь понятно?

- А Игорь меня бросил. - Опа!

Ага. Вчера. Семья восстановлена.

- Ну, снимай все деньги с карты. - Было б что снимать.

Чё, он тебе ничего не оставил?

- Ничего. - Но ты же отложила?

Ничего я не откладывала.

Ну ты реально странная.

- И чё теперь? - Не знаю, ничего.

В деле вашей жены, Алисы Ольховской, обнаружены новые обстоятельства,

неопровержимо доказывающие, что это было убийство.

Вам есть что сказать по этому поводу?

- Какое убийство? Почему? - Заказное.

Ну, жена давно употребляла наркотики, в этот раз переборщила.

Героин она ранее не употребляла. Он был вколот ей насильно.

- Вы уверены? - Я это знаю.

В крови обнаружен эфир, значит она была усыплена перед уколом.

- Кому это было нужно? - Это я и хочу выяснить.

Вы собирались развестись со своей женой.

Да.

Она была согласна, не ставила никаких условий?

Мы обо всём договорились.

А у нас есть информация, что она была несогласна с условиями развода.

У вас неверная информация.

Алиса приняла развод и приняла все условия.

Мы согласовывали детали.

Это была единственная проблема —

согласование всех юридических тонкостей.

Но Алиса изменила мне и по условиям брачного контракта

не могла претендовать ни на что, кроме того, что я готов ей был отдать.

- А что вы готовы были ей отдать. - Ничего.

- А вы сами ей не изменяли? - Какое это имеет отношение к делу?

А как давно и при каких обстоятельствах вы познакомились с любовницей?

- Недавно, на вечеринке фонда Алисы. - Вы сами её туда пригласили?

Нет. Я же вам сказал, мы там познакомились.

Она пришла, чтобы сбежать от мужа, от вас и прочих мудаков.

Она там расследовала дело Левкоевой.

Макс, милый, зачем вы это всё делаете?

- Что именно? - Ну вот это всё. Зачем это нужно?

- Вы ревнуете? - Я нет.

Я своё получил, теперь ваша очередь.

- Всего хорошего. - Куда? Стоять!

Вы такой наивный, Максим. Это даже обаятельно.

- Здравствуйте. Можно? - Добрый день.

- Ольховский Глеб Витальевич. - Очень приятно. Присаживайтесь.

Только что имел беседу с вашим сотрудником,

- Максимом кажется, Глушковым. - Я в курсе.

Отличный парень. Вцепился в меня зубами.

Других не держим.

Ну, мне кажется он не вполне адекватен.

Что это значит?

Молодость. Желание сделать карьеру,

он пытается доказать, что это убийство.

Я его понимаю, громкие фигуранты и прочее.

Мне кажется, нужно сохранять человеческий облик.

И согласен, и нет. В деле есть странности,

Максим, он просто делает свою работу.

Наверное.

И я бы хотел просить учесть мои чувства при принятии решения.

Я понимаю, что у вас есть основания не закрывать дело,

хотя мне абсолютно очевидно, что это самоубийство.

Но если вы поймёте, что ваш подчинённый

в большей степени из резонанса пытается высосать уголовку из пальца,

чем дать реальную оценку происходящему,

я бы хотел обратить ваше внимание лично

и попросить, чтобы вы поскорее закрыли это дело.

Мне очень хочется похоронить жену по человечески.

Пока, простите, её черви не съели.

И мне тяжело осознавать, что это до сих пор не произошло.

Да, я всё понимаю.

Но вот пока следствие не закончено, к сожалению, это невозможно.

А вы полагаете, что есть основания считать это убийством?

Так полагает Максим.

Я пока ещё не ознакомился с материалами.

Если возможно, возьмите на свой контроль.

Хорошо.

Я буду вам очень признателен.

Ну, не буду вас задерживать.

- До свидания. - До свидания.

- Ну, в общем, я съехала. - Куда?

- В отель. - Отель?

- Почему отель? - Ну а куда же ещё? Не к тебе же.

Деньги будут — милости прошу. А пока только в гости.

- В гости? - Да.

- Теперь это так называется? - Называй как хочешь.

Я подумаю над вашим предложением, молодой человек.

Подумайте.

Вообще, для справки, я предпочитаю более постепенное развитие.

Цветы, театр, кино на худой конец.

Кино? Ну, кино так кино.

А Семён утверждает, что вы сговорились.

И он под твоим давлением внёс в протокол ложные данные о том,

что в крови у Ольховской обнаружен эфир.

Если Семён утверждает, значит так и есть.

А ты понимаешь, чем тебе это грозит?

Плюс эта самодеятельность с Сомовым.

Это вообще запредельная история. Просто дикая.

Сам идёшь, допрашиваешь, берёшь образцы,

договариваешься с лабораторией. Без санкций.

Значит так. Дело сегодня же должно быть закрыто.

И отдать тело Алисы Ольховской мужу.

- Ольховский - убийца. - Макс.

Успокойся. Я всё понимаю.

Но я не могу допустить, чтобы следователь использовал

своё служебное положение для сведения личных счётов.

- Я понял. Я могу идти? - Иди.

Итак, подведём итог. Закрытый белый гроб.

- Да. - Отпевания не будет.

- Нет. - Поминок не будет.

Нет. Сразу после церемонии я уезжаю отдыхать, помяну там.

Гости приходят только с красными розами.

Да, она ненавидела их.

- Прекрасно. Кремация. - Да.

- Прах развеять над Дзержинском. - Да.

- Она что, из Дзержинска что ли? - Ну да.

- Да, и список гостей, пожалуйста. - Он короткий, вот.

Это всё?

Да, это те, с кем она спала. По крайней мере, те кого я знаю.

Понятно. А родственников у неё нет?

Бог знает, я никогда не видел даже на свадьбе.

Странно будет первый раз встретиться с тёщей на похоронах жены.

Ну а гости могут с собой привести спутниц?

- Конечно. - Хорошо.

А теперь давайте перейдём к финансовой стороне вопроса.

А... такие адские похороны впервые в моей практике

и это ущерб для репутации.

Я понимаю, что клиент всегда прав, но однако…

Не переживайте, я заплачу как за роскошные похороны.

Это будет компенсацией репутационных потерь.

Да, малыш, я выезжаю. Где-то через час буду.

Хорошо. Хорошо, целую.

- Мои соболезнования. - Спасибо.

Держись.

- Я до сих пор не верю. - Я тоже.

- Я не знала, что там были наркотики. - Никто не знал.

- Почему в закрытом? Всё так плохо? - Нет. Просто видеть её не хочу.

А этот что здесь делает?

Я пригласил. Они с Алисой всё же были не чужие люди.

Вы все извращенцы. Все.

Хорошо ты ещё бабу свою сюда не привёл. Сам пошёл.

- Здрасте. - Здрасте.

Здравствуйте.

- Глеб, примите соболезнования. - Спасибо, Даша.

- Как ваши дела? - Неплохо.

Всё в порядке с галереей?

Да, всё идёт, встречаемся с архитектором всё согласовываем.

Звоните в любой момент, если какие-то проблемы.

Всё хорошо, проблемы только бытовые.

У вас есть бытовые проблемы?

- Да, представьте, квартиру ищу. - Вам помочь?

Нет-нет, у вас жильё очень дорогое,

я ищу что-то подешевле и не купить, а снять.

А разве Игорь вам не помогает?

А почему Игорь должен мне помогать?

Ну, мне казалось, что он принимает участие в вашей судьбе.

Вы неправильно поняли наши отношения,

он просто поверил в мою идею и да,

он разрешил пожить у себя в квартире, но не более того.

А сейчас почему вы переезжаете?

Ну, чтобы вы, например, не подумали дурного.

- Я не думаю. - Хорошо, это приятно.

Но если всё-таки вам нужна помощь…

Нет, спасибо, разве что я живу сейчас в отеле, в вашем отеле.

- И? - И по глупости сняла номер люкс…

И вам не хватает денег на оплату?

Я не знала, что в Москве такие дорогие гостиницы.

Не переживайте.

Ещё раз примите соболезнования.

- И ты здесь. - Меня Глеб позвал, прикинь?

- Извращенцы. - Кто?

Все.

Все извращенцы.

Примите мои соболезнования.

Глеб Витальевич, примите мои соболезнования.

Спасибо. Хорошо, что вы пришли оба. Мне очень это приятно и важно.

- Привет. - Привет.

Привет.

- Ну что, собрались? - Да.

- Да. - Документы, доверенность, всё.

В рюкзаке у него.

- Ну что, сядем?... На дорожку? - Да.

Давайте. Двигайся давай.

Ну давайте, пишите, звоните.

Димка, купайся!

- Всё, пока. - Пока.

Возьмёшь всё?

Хорошо.

- Пока. - Пока-пока!

Алло.

Привет. А где Лена? Я всё утро звоню, она трубку не берёт.

- А она уехала с Ольховским. - Куда?

На море, в Испанию. А что?

А у неё там есть номер?

Да она ещё тут, недавно уехала в аэропорт.

Понятно.

Всё, поехали.

- Привет, старик! - Привет.

- Я Глеб. - Я знаю.

- Ты уже летал самолётами? - Летал.

- В кабине пилота сидел? - Нет.

- Хочешь посидеть? - Да.

А тебе мама сказала уже, каким мы самолётом летим?

Да.

А это ваш самолёт или арендованный?

- Арендованный. - Понятно.

- Алло? - Привет.

- Добрый день. - Ты с Ольховским?

Я слушаю вас.

Я звоню с другого номера, на всякий случай.

Лена, я прошу тебя, не нужно никуда ехать с Ольховским, он убийца.

Он убил Алису, он нанял киллера.

Результат экспертизы — усыпление эфиром до укола героином.

Он пришёл к Марковичу и проплатил ему.

Маркович заставил Семёна заявить,

что я просил его сфальсифицировать экспертизу.

Они уничтожили предыдущую экспертизу,

а в новой нет ничего ни про усыпление, ни про эфир.

И это после того, как я прижал Ольховского, понимаешь? Он убил её!

Спасибо, меня не интересует ваше предложение

и я прошу вас не звонить мне больше с этими глупостями.

Лена, он убийца! Он убил, наверное убивал и убьёт ещё, понимаешь!?

Он очень опасен, Лена!

Да, вы совершенно правильно меня поняли. Спасибо, всего доброго.

- Что это? - Кредит предлагали.