Original subtitles

В предыдущей серии.

На этой неделе впервые в истории города начальником

- полиции стала женщина. - Абигейл Томас.

Смирно!

Не надо так, иначе скоро все будете коленные чашечки менять.

Вы новый охранник?

- Абнер Диас. А вы? - Кен Роузи. Я спичрайтер.

- Дон Купер, начштаба. - Очень приятно.

Блейк Салливан, помощник мэра.

Артуро Лопес. Очень поддерживает мэра.

Я же завела дело на друга мэра.

Вы думаете, я знал, что Артуро Лопес тайно перевёз несовершеннолетнюю?

Позвоню дочери. Она школьный психолог. Замужем.

Мой брак рушится.

Я хочу, чтобы ты пожила у нас.

ЗАЛ ОТЕЛЯ "АМЕРИКАНА".

Покойный отец говорил:

"Городом управляет мэр,

а безопасность - в руках начальника полиции".

Наш город в безопасности.

Он в руках женщины, которую я вам с гордостью представляю.

Начальник полиции,

Абигейл Томас. Томми, выходи.

Спасибо, господин мэр.

Вы сейчас поймёте, что меня взяли не за умение произносить речи.

И вы уже слышите, я не местная.

Говорят, у меня акцент.

О, ужас!

И как вы, наверное, видите, я женщина.

Ой, зря я это сказала, да?

Я из Нью-Йорка. Там я, как и отец, работала в полиции.

Я коп во втором поколении.

Но сегодня работа не такая, как была в папины времена.

Всё меняется - надо меняться и нам.

Ты пропустила про работу с людьми.

"Браво, босс, ты молодец, так горжусь".

Ну да. Отлично.

Тебе что, не понравилось про работу с людьми?

- Пятнадцатый канал просит интервью. - Как тебе речь, Блейк?

Ну, хорошо.

Ясно. Я тону в дифирамбах.

А если перефразировать, то...

Слушай, Кен. Речь длинная, я сократила.

Отстань или я найду пистолет.

- Это фантастика. Ты талант. - Спасибо.

- Не хочешь в политику? - Машина ждёт. Едем.

Вот! Шеф, моя жена Рони.

- Шеф Абигейл Томас. - Привет.

Ну? Уже хотите убить моего мужа?

- Нет, мы с ним приятели. - Везёт вам.

Пойду в машину. Пока.

В общем, хорошая речь.

Серьёзно, может, всё же в политику?

- Нет, господин заммэра. - Правильно.

Босс. Нам звонили. Офицера ранили.

Боже. Как он? Его увезли?

- Погиб на месте. - Так, где выход?

За мной.

Пожарных вызвали тушить машину.

Они приехали и поняли, что это наша машина.

Офицер Эдвард Гусман.

Восемь лет в отделе Хувера, его отец - сержант на пенсии.

Детективы говорят, множество выстрелов в грудь.

Кто с семьёй?

Командир подразделения и капеллан уже там.

Стреляли в него через окно и подожгли машину.

Похоже на то.

Кто-то хотел убить Эдди Гусмана или просто хотели убить копа?

Вот в чём вопрос.

Так. А ты кто?

- Спокойно. Я в охране босса. - Что тебе нужно?

- Вы уже описали телефон? - Да, на нем ничего. Выключен.

- Правда? Босс, ложись! - Стрельба!

- Все из машин! - Ложись!

Стреляют! А откуда?

Видели?

- Кто-нибудь ранен? - Крышу проверь!

Все целы?

ТОММИ

Офицер Эдвард Гусман вырос в Торренсе

и ходил в школу Сейкред-Харт.

В феврале две тысячи семнадцатого он был вызван на ограбление,

был ранен в руку и плечо,

но не прекратил стрелять,

убил одного и разоружил второго грабителя.

За это он был награждён орденом мужества.

Он воплощал идеал Лос-анджелесской полиции.

Это ужасная потеря.

Вопросы? Винсент.

Говорят, на месте преступления позже произошла стрельба.

Это так? Это связано с убийством?

Стрельба была. В том районе это обычное дело.

Никто не пострадал.

Хороший вопрос, но я не могу ответить более развёрнуто.

Шесть девятимиллиметровых гильз у машины.

И ещё - на крыше в сотне метров к северо-западу.

Баллистика совпадает.

То есть в Гусмана и с крыши стрелял один человек. Что за пистолет?

Пробиваю гильзы по базе, пока ничего.

Декер, а что по камерам?

В квартале - ни одной. Здания заброшены.

Проверяем окрестности, там будет видно.

Что мы знаем про Гусмана?

Хороший коп, правильный.

Были гражданские жалобы, но никаких обвинений.

Стоит проверить. Может, гражданский разозлился.

Когда люди злятся, они добывают оружие.

Про баллистику. Проверьте архивы, если в базе данных пусто. Вопросы?

Мэм. Извините, но как это понимать?

В смысле, Стэн?

Коп попал в засаду, а нас волнуют какие-то пустые жалобы?

Мы не знаем точно, была ли засада. Может, и не было.

В наших офицеров стреляли с крыши. Что вам ещё нужно?

Узнать, что случилось с Гусманом.

Мы все знаем, что сейчас люди празднуют убийство копа.

Мы все знаем, кто эти люди, -

и, держу пари, убийца празднует с ними.

Нам нужны аресты и имена -

люди должны понять, что полиция этого не стерпит.

Поезжайте в квартал и покажите им!

Не уточнишь, в какой именно квартал, Стэн?

У кого-нибудь ещё есть мысли?

Свободны.

Стэн ведь собирается в отставку.

Поэтому он не боится говорить всё, что думает.

Но это у многих на уме.

Мне плевать. Я не устрою погром, чтобы порадовать наших динозавров.

- Грустный день. - Ещё какой.

Ваш отряд проверяет ваш дом.

Вы попросили напомнить дочери. Мне позвонить?

Нет, я сама. У неё будут вопросы, вам это ни к чему.

Слушай. Я знаю.

Люди боятся. Напуганный коп - опасный коп.

Кто-то спросит дорогу - и ему снесут голову.

Что, по-твоему, случилось?

- Есть одна странность. - Ну?

Телефон был выключен. В машине - и выключен? Как?

Мой включён, пока я живой.

Говорят, выключил, когда вышел в патруль.

Чтобы не отследили по телефону.

Не хотел, чтобы знали, где он.

Собирался с кем-то встретиться?

Да, похоже на засаду.

Пусть отдел убийств рассмотрит версию, что Гусман знал убийцу.

Собирай остальных. Надо съездить к дому.

- Чего, Кен? - Что включить в надгробную речь?

- Сколько ты их написал? - Парочку.

Лики любил военные образы.

Павший герой на собственном щите и всё такое.

Хочу узнать Гусмана. Не хочу говорить о незнакомце.

- Класс. Я поговорю с ребятами. - Давай. Спасибо.

Кто из вас с вопросами?

Так. Один. Ты.

У Артуро Лопеса, которого арестовали за ввоз

и развращение малолетних, сегодня суд. У нас просят комментарий.

Он прекрасный человек.

Суд идёт!

Америка против Артуро Лопеса,

дело номер 12-Цэ-А-800 895.

Итак, котятки. График давайте.

Ваша честь. Просим отложить до следующей недели.

Мы ведём переговоры с юристами Лопеса - статья может измениться.

Хотите сделку, мистер Лопес?

Ваша честь, мне просто нужна справедливость.

Умничка.

Следующий четверг?

Это мэр Бадди Грей. Добро пожаловать в аэропорт Лос-Анджелеса.

Помните: Увидите что-то не то - не молчите.

Давайте ещё раз, но только подобрее.

Я прошу примечать террористов - как тут подобрее?

- Да. - Как мы и думали.

Артуро идёт на сделку.

Хотелось бы больше подробностей.

- Привет, ребята. - Шеф.

Привет, Эми. Я шеф Томас.

Соболезную насчёт Эдварда. Ничего, если я присяду?

Нет. То есть, да.

Для нас это ужасная потеря.

Спасибо.

Мы должны провести расследование.

Я обещаю, мы постараемся побыстрее.

Но пока что...

не смотри новости, не ходи в сеть. Даже свои письма не читай.

Будут говорить много неправильного - тебе не стоит слушать.

Мы с Эдди собирались сегодня в магазин.

За детскими вещами.

Он такой внимательный.

Так печётся о безопасности ребёнка.

Прочитал все обзоры колыбелек,

а я ничего про это не знаю!

Шеф.

Алекс Гусман. Отец Эдди.

Мы все опечалены, сержант. Соболезную.

- Вы выпьете за сына? - Да, конечно.

За Эдди.

Весь ужас в том,

что в последнее время Эдди был невероятно счастлив.

Он страшно хотел стать отцом.

Кто-то должен за всё ответить.

Скажите, что вы с этим согласны.

Обещаю: Мы найдём того, кто виноват в смерти вашего сына.

Слушай. Прости, тут срочное дело.

- Какое? - Лики тебя в подкасте поливает.

Я тебе говорю, она настоящая угроза для департамента.

Какой-то упырь убил нашего парнишку.

Почему-то шеф Томас не может этого сказать.

Мои источники в департаменте говорят,

что она вообще не в курсе, что происходит.

Это опасно для героев и героинь, которые трудятся каждый день...

Пусть Блейк позовёт прессу.

Добрый день.

Хочу поговорить о трагической смерти офицера Эдварда Гусмана.

Я не могу разглашать деталей,

но мы делаем всё, чтобы офицеры и гражданские были в безопасности.

Нет ничего важнее, чем безопасность

- героев и героинь департамента. - Что вы намерены делать?

- Спасибо. - Есть улики?

Значит, на Гусмана правда напали из засады?

- Нет, не значит. - Хоть какие-то факты будут?

Шеф, говорят, вы попросили отдел убийств рассмотреть возможность,

что Гусман знал убийцу. Вы в это верите?

- Кто вам сказал? - Так это правда?

- Нет, я... - А за что его убили?

- Расскажите что-нибудь! - Подробности!

Ребята, пожалуй, хватит. Время вышло, спасибо.

Вы все решили молчать?

Да, ты разозлилась, но прессу звать незачем.

Лики обвинил меня в халатности. Да, я разозлилась.

Он же троллит. А ты его кормишь.

Спасибо, Блейк.

Дело не только в Лики, да?

Кто-то в отделе слил информацию прессе.

- Я хочу знать кто. - Нет.

Даже не начинай.

Я хочу говорить с командой и знать, что это не убежит в сеть.

Даже я разговариваю с прессой.

Ты не найдёшь, кто это сделал, и выставишь себя обиженкой.

Да, я новенькая.

Да, многие считают, что я этого не заслужила.

Я хочу знать, скоро ли команда начнёт мне доверять.

Простите, Мэм. Вам дочь звонит. Говорит, что дома проблема.

- Что происходит? - Кейт, извини.

- Он заявился. - Привет, босс.

Говорит, из-за тебя нужно усилить охрану. Чья идея?

Милая, я хотела предупредить, но столько дел. Прости.

Он говорит надо ещё пятнадцать камер и тревожную кнопку у двери.

Если вдруг что случится и надо вызвать машину.

А, машину. И рядом будет стоять машина с вооружёнными людьми!

- Мы в опасности? - Разумеется, нет.

Это просто стандартные правила.

Меня это не устраивает.

Детка, ты меня сюда позвала.

Я позвала маму,

а не всю полицию Лос-Анджелеса.

- Мне продолжать или... - Вперёд.

Генри, прости.

Тревожная кнопка - это круто.

Будет, чем заняться.

Не знаю, сказала ли Кейт,

но я, видимо, съеду в гостевой дом.

Нам сложно быть в одном пространстве.

Да, Купер, что там?

Два офицера обстреляли фургон, который не остановился.

Водитель не знает английского.

Всадили семнадцать патронов.

О боже. И как?

К счастью, водителя не задели, он цел.

Я поговорил с офицерами.

Ходят слухи, что мы прямо живые мишени,

так что, когда он не остановился, они...

- Ну вот. - Бардак.

Да уж. Надо раскрыть дело Гусмана.

И побыстрее. Иначе будут ещё трупы.

Передай Кейт мои извинения.

Я не хотел ее злить.

Ну, это не твоя вина, а моя.

Как-то мне не верится.

Это правда.

Мы с ее отцом были совсем молоды, когда она родилась.

Было сложно вообще во всех смыслах.

Мы развелись, когда ей было десять. Он переехал сюда.

Я думала, что справлюсь с ролью одинокой матери.

Но меня повысили на работе, и честно говоря...

скажем так, детектив из меня лучше, чем мать.

Когда ей исполнилось четырнадцать, она сказала, что хочет переехать к отцу,

и я согласилась.

И, кажется, она так и не смогла мне этого простить.

И все-таки она попросила тебя переехать к ней, верно?

- Уже кое-что. - Да, видимо, совесть замучила.

Мы смотрим в сети всё, что может быть как-то связано с Гусманом.

Посты в Фейсбуке?

Ну, если стрелку за шестьдесят.

Реддит, Форчан, Эйтчан и так далее.

А потом прогоняем скрипт, который делает привязку к географии.

Декер, я даже фото на телефон не сделаю.

- Что нашли? - Имя.

Кит Калберсон. Живёт на юге.

Много критиковал полицию.. За стрельбу в людей.

- И жёстко. - Он не один такой.

Ну. А ещё он подал на Гусмана жалобу.

А через час после убийства вывесил это.

Покойтесь с миром, Гусман. Как говорил Малькольм:

"Курица кончает свой путь на тарелке".

Реальная цитата?

Малькольм Икс...

Воздастся по заслугам, пришедший с мечом от меча и погибнет.

Взял ответственность?

Возможно.

Я передал это в отдел убийств.

Скоро мы сможем останавливать людей ещё до совершения чего-то.

Искусственный интеллект будет сам искать и выбирать опасных людей.

Будем их брать до стрельбы.

А за какое преступление?

За задуманное.

Ты меня пугаешь.

Но...

Я предупреждаю.

- Господин мэр. - Поздравляю.

Спасибо. А с чем?

Пресс-конференцию Томми вчера не заметили.

Думаю, из-за тебя.

А! Это несложно. Пара звонков.

Знаешь, чего никто не замечает?

Сколько нужно труда, чтобы люди ничего не заметили.

Надеюсь, Томми оценила.

Как знать. Она не любит хвалить.

Как дела?

Пытаюсь понять, что делать с Лопесом. Похоже, он пойдёт на сделку.

Хорошо бы знать, как карта ляжет.

Сюрпризы убивают. Ты что-нибудь слышала?

Я по связям с общественностью, мне ничего не говорят.

Ну, может, от журналистов.

Услышишь, поделишься? Буду благодарен.

Конечно. Если услышу.

Спасибо.

Всё равно не понимаю. Позвони Флейку.

- Он расскажет. - Наш дорогой прокурор Флейк...

не умеет держать язык за зубами. Разболтает.

А вот Блейк ко мне никак не привязать.

И ещё: Мне нравится с ней общаться.

- Винсент, не кради наш кофе. - Арестуйте!

Ты же обозреваешь дело Лопеса?

Во всей его мерзости, а что?

Босс интересуется. Мы только знакомимся, хочу её порадовать.

А что будет мне?

Первое эксклюзивное интервью с шефом, так пойдёт?

Посмотрю-подумаю. Спасибо за кофе.

Вор.

В оперпункте что-то происходит. Давай туда.

Передняя дверь заперта. Я проверю.

Придётся выбивать.

- Результаты? - Пока нет.

Что происходит?

Возможно, в Гусмана стрелял Калберсон. Мы нашли его посты.

Говорят, у него в доме оружие.

Детективы хотят пообщаться, но он не открывает.

Спецназ готов, ждём ордера.

Ясно.

Ордер есть. Судья дал добро.

- Вперёд. - Стоп, не гоните.

Что у нас на него - пост?

- Говорят, там оружие. - Говорят то, что мы хотим слышать.

- Он не выходит. - Так это не преступление.

Он не привлекался?

Ни арестов, ни ордеров, насилия тоже не замечено.

Он не любит копов. Ругает их жёстко.

Если выбить дверь всем, кто нас ругает, дверей не останется.

Да чего мы ждём? Ордер есть.

Нет, Стэн. Мы входим, он вооружён, стреляет - плохо дело.

Мы входим, он невиновен и безоружен - плохо дело.

- Чего ты хочешь? - Хочу подход получше. Идеи?

Посмотрим на него.

Он ведёт прямую трансляцию.

Пять или шесть до зубов вооружённых копов говорят выходить,

хотя я ничего не нарушил.

Вы знаете, к чему всё идёт.

Что бы ни случилось, я буду стримить, чтобы вы сами всё видели.

Я не вижу оружия.

- Можно с ним поговорить? - Можно написать.

Пиши: "К вам обращается шеф полиции Абигейл Томас".

Пусть вся Америка видит. Я не стану молчать!

Так. Якобы мне тут пишет начальник полиции.

Шеф. Отгони от меня своих вонючих козлов.

Козлов. Нравится?

Пиши, что я хочу пообщаться.

Если он придёт, я лично гарантирую его безопасность -

после законного обыска.

И опубликую гарантии в любой интернет-штуковине.

Я перефразирую конец.

Ну же, мистер Калберсон.

- Садитесь. - Не буду.

Мне сказали, что оружия у вас не нашли.

А говорили, что оно у вас есть.

Мы ошиблись, простите.

Не подскажете, где вы были, когда убили офицера Гусмана?

Позавчера.

В Риверсайде с семьёй сестры.

Вы публично обрадовались его убийству. Скажете, почему?

Я не рад ничьей смерти.

Но когда напали на того, кто напал на меня,

- это справедливо. - Как он на вас напал?

Я болтал с друзьями. Он спросил меня, замешан ли я в одном деле.

Я сказал, что нет.

Он впечатал меня в стену.

Три раза. И надел наручники.

Я подал жалобу - и ничего.

Я её рассматриваю.

- Мы на вас не нападём. - Мне лучше знать.

Это не так.

Это здание построено для тех, кто будет на меня нападать.

Четыреста лет в этой стране люди хотят

контролировать с помощью насилия, нет?

Кто вы такая?

Вот моя визитка.

Если офицер будет груб, звоните.

Я возьму трубку и разберусь с ним.

А вы их всем чёрным раздаёте, да?

Ну, начну с вас.

Миссис Гейтс.

- Шеф Томас. - Эми? Чем могу помочь?

Вы сказали не смотреть новости. Но...

офицер в доме сказал,

что Эдвард мог знать своего убийцу.

И мог сам на всё нарваться. Это правда?

Мы всё ещё не знаем, что случилось.

Прости, пока это всё.

Эдвард считал, что...

ребёнку нельзя волноваться.

И не рассказывал мне ничего негативного.

Даже если был расстроен. Он всё отрицал.

Да, у меня отец такой же.

Копам сложно обсуждать работу с гражданскими.

Просто...

я знаю, что-то было не так.

Особенно в последние месяцы.

Он плохо спал и...

Но он говорил, что всё хорошо.

У меня сердце разрывается.

Я хочу всё знать.

Даже если он влип.

Я не хочу, чтобы от меня скрывали.

Я сообщу, как только мы всё выясним. Даю слово.

Офицер Милкович.

- Вы были напарником Гусмана? - Да.

Соболезную.

Я от шефа Томас, помогаю ей с речью.

Поговорим? Может быть, выпьем?

- Зачем? - Хочу узнать, каким он был человеком.

Просто назови его героем.

Офицер, я хочу помочь семье вашего напарника.

Чтобы в службе был смысл.

Я всё сказал.

Калберсон не врёт, он был в Риверсайде.

А баллистика наконец-то нашла совпадение по гильзам.

Пистолет использовался в ограблении в девяностом. С тех пор тишина.

Видимо, где-то лежал.

Да. То есть глухо.

- Мы не оттуда заходим. - В смысле?

Мы смотрели на других, а надо - на Гусмана.

Описание Калберсона совсем не соответствует тому,

что все о нём говорят.

Ни единой гражданской жалобы за восемь лет -

и вдруг три за два месяца?

Что-то изменилось.

- Я подниму жалобы. - Давай.

Я случайно подслушала.

Значит, убийца ещё на свободе?

Да. Кто-то на свободе.

Прости за вчерашнее. Мы с Генри ругались,

пришёл твой парень и начал про тревожную кнопку, и...

- Ничего. - Терять офицера тяжело.

А у тебя ещё и папа.

Что было, когда он умер?

Не так уж и много было.

Я была мелкая, только потом всё узнала.

Если хочешь, поговорим?

А это что?

Сейф для оружия. Биометрический, открою только я.

- Ты принесла пушку? - А куда мне её деть?

- Не знаю. Оставь на работе? - Это недальновидно.

- В одном доме с Луной - пистолет! - Она его не увидит, обещаю.

Не обещай. Вдруг случайно не уберёшь?

- Я знаю, что делаю. Уберу. - Ты не слышишь меня!

Зачем тебе тут пистолет? У тебя же только...

- собрания и речи. - Я коп, Кейт.

У меня есть оружие. Ты не знала?

Я о тебе ничего не знаю.

Ты постаралась.

Приветик.

- Я неудачница. - Не может быть.

Я ничего не узнала про Артуро Лопеса.

Мой источник говорит, замешан генпрокурор.

Всё на замке. В общем, ты прости.

Я всегда считала, что нам...

- надо больше сотрудничать, теснее. - Да-да.

- Ты сказала "генпрокурор"? - Да, да. Да.

Спасибо. У меня тут просто люди. Потом поболтаем, ладно?

Пока.

- Генпрокурор? Серьёзно. - Правда, что ли?

Серьёзно - если Артуро Лопес расскажет им то, что знает?

Да ты просто гений.

Надо поговорить с Бобом Флейком.

Ладно. Говори.

Но если он разболтает, я выбью ему зубы городской печатью.

Вот твоя речь.

Это черновик, но там много про Гусмана.

Я говорил с коллегами и командиром.

- И что они? - Любили. Классный парень и коп.

А эмоциональные проблемы были?

Да, ему после ранения было плохо. ПТСР, но вроде терапия помогла.

- А как насчёт последних месяцев? - Ничего не говорили.

А напарник что?

Он отказался говорить. Будто я ему нахамил.

- Ты не коп, ты не поймёшь. - Понимаю.

Ты не знаешь, каково это.

Да я семь лет на департамент работаю.

Ты рыба-лоцман. Есть акула, а есть рыбка, которая рядом плывёт.

Тусит с акулой, ест ту же еду - но не акула.

- Я не рыба-лоцман. Я не рыба-лоцман! - Хватит.

По-моему, напарник знает больше, чем говорит.

Разговори его. Я хочу знать, что творилось с Гусманом.

- Да? - Абнер Диас, охрана шефа.

Я насчёт Эдди Гусмана.

- Я выходной. - Я - нет.

Мне нечего сказать.

Ты меня бесишь. Я тебе что, гражданский?

Кен с блокнотиком? Ну уж нет.

ПТСР не прошло.

Он год не спал. Были панические атаки. Но он всё скрывал.

Да, "я крутой коп" и все дела.

Жесть. Это было секретом - и Милкович молчал.

Значит, год. А недавно что-то случилось?

Четыре месяца назад был вызов. Девочка подавилась зефиркой.

Приехал только Гусман. Скорая опоздала.

Он не смог помочь. Она умерла на руках у матери.

О боже.

Это его доконало. Милкович гнал его к врачу, но нет.

Говоришь, жена не знала, что случилось?

Говорит, нет. Я ей верю.

А отец сказал, что Гусман был счастлив?

Специально подошёл сказать.

- То есть соврал. - Похоже.

Ты сказал, гильзы связаны с ограблением в девяностом году.

- Узнаешь, кто тогда производил арест? - Да.

И скажи Декеру, что его ждут новые записи с камер.

Просмотрели всё вокруг места преступления.

А мне оно не нужно.

Он посмотрит на камеры у дома Гусмана.

Хочу знать, чем был занят в ночь убийства Алехандро Гусман.

Лики, ты что тут забыл?

Пташка напела, ты разнюхиваешь про Алекса Гусмана.

Только зачем - когда надо искать мерзавца, который убил его сына?

Я сказал Алексу. Он меня пригласил.

Отстань уже от них.

- Нет. А теперь пропусти. - Зачем?

Затем, что я шеф полиции.

Сержант, простите, вам сейчас не до нас,

но надо поговорить. Эми дома?

- Нет, вышла. - Хорошо.

Это...

с камеры наблюдения в десяти кварталах.

Вы едете от места преступления через пятнадцать минут после стрельбы.

Есть и другие фотографии. На них вы...

едете к месту и обратно.

И зачем мне это видеть?

Мы отследили пистолет, из которого убили вашего сына.

Его использовали при ограблении в девяностом

и арест производили вы.

Подозреваю, вы забрали пистолет и оставили его себе, так?

Сержант, мы знаем, в каком состоянии был ваш сын.

У него была травма и депрессия.

Он заступил на смену - и тут же выключил телефон.

Мы гадали, зачем он так сделал.

Я думаю, он решил покончить с собой -

а любой звонок мог бы помешать.

Он поехал и выстрелил себе в грудь.

Сержант, ваш сын был прекрасным, смелым офицером.

Одним их лучших.

Достойным человеком, как вы.

Он заслуживает правды.

Эдди совсем ушёл в себя.

Смерть этой малышки...

Он... так испугался.

Он думал, что не справится с ребёнком.

Я его уговаривал,

но ему становилось хуже и хуже.

Как вы его нашли?

Он оставил записку.

Сообщил, что он сделал и где.

Хотел, чтобы я его нашёл.

Доверил мне это.

Я нашёл.

Он был в патрульной машине.

Застрелился из старой...

трофейной пушки, которую я ему подарил.

Конечно, если узнают о самоубийстве...

он лишится пенсии.

А жена беременна.

Эми совсем не нужно...

самоубийство мужа.

И...

Я тоже этого не хотел.

И вы всё обставили иначе.

Выстрелили в окно,

подожгли машину

и стреляли с крыши - будто это засада.

Я не хотел никому навредить.

Я... Просто...

Я не хотел, чтобы Эдди таким запомнили.

Мой сын был героем!

Послушай.

Естественно, я не знал.

Но это хорошая полицейская семья.

- Они страдают. - Страдают.

И у меня есть предложение.

Алехандро Гусман пришёл с повинной.

Он освобождён под подписку о невыезде.

Прокурор определяется с обвинением.

Но сперва послушаем объявление от бывшего шефа Милтона Лики.

Спасибо, Блейк.

Давно я тут не стоял.

Вместе с департаментом

я создаю фонд в поддержку

вдовы Гусмана Эми Парк и их ребёнка.

Если вы меня где-то увидите, открывайте кошельки - или быть беде.

И...

Я особо хочу поблагодарить

шефа Абигейл Томас за её поддержку.

Без неё ничего бы не вышло.

Зачем ему на сцену? Идея твоя.

У Лики тысяча приятелей, он соберёт больше денег.

И он же так хотел сюда вернуться, я его пустила, он мне должен.

- Умно. - Да, со мной бывает.

Речь просто чудесная, Кен.

Хорошо. Рад был стараться.

Лики никогда не говорил про самоубийц, он...

считал, что не заслужили. Старая закалка.

Да уж, знакомо.

Я кое-что добавлю.

Мы осознаем всю трагичность смерти Эдди.

Это ошибка. Не его.

Наша. Наша ошибка.

Мы не заметили его боль.

Боль, знакомую каждому копу.

Мы ходим туда, куда никто не ходит.

Мы видим такое, от чего все бегут.

Это хороший, честный труд.

И от него больно.

Слишком многие носят боль, как клеймо.

Один поэт сказал:

"Здесь нет незнакомцев -

только друзья, которых мы не знаем".

Я согласна.

Если мы правда друг другу друзья, делитесь

правдой...

увиденного...

и сделанного.

Без стыда.

И боль поутихнет.

И мы пойдём на поправку.

Взвод! Козы-рёк!

Я здесь, начальник.

Да ладно. Вы чего? Нет, нет! Погоди!

Педофил!

Молодец.

Стэн. На минутку.

Привет, Куп.

Некоторые из наших сливают прессе информацию о шефе,

и держу пари, один из них - ты.

Не пытайся отрицать.

Хватит говорить о пенсии.

Бумаги мне на стол завтра.

А теперь пойду поболтаю с кем-нибудь приятным.

Стой. Слышала новость?

Артуро Лопеса в тюрьме зарезали насмерть.

Как? За что?

Не знаю, он педофил, это вполне ожидаемо.

Однако. Многие точно рады.

Артуро знал про кучу скелетов в шкафу.

Помочь?

Не надо.

Иногда я притворяюсь своей пациенткой.

Говорю себе: "Кейт",

почему ты так себя ведёшь?

Зачем орёшь на мать, когда она принесла домой то,

что у неё есть по праву"?

- И каков ответ? - Говорю себе:

"Может, ты так долго с ней не жила,

что боишься".

Боишься?

Да.

Похоже.

Я тут только что тебе открылась. Ответа ждать?

Я тоже на иголках, потому что живу тут, с тобой.

Но я хочу тут быть.

Хорошо.

Я тоже хочу.

Значит, можно вечером пострелять?

Прости. Это...

шутка.

Отец всегда был для меня загадкой.

Может, я вообще стала копом, чтобы его понять.

Но я не хочу быть, как он. Хочу быть...

с тобой открытой, если можно.

Да.

И да, помоги.

Нам с Генри

нужно поговорить где-нибудь.

Посидишь с Луной?

Конечно.

А есть какие-нибудь тонкости?

Просто общайтесь. Если...

будет буянить,

надень наручники.

- Приветик. - Привет.

- Чем занята? - Рисую.

Можно с тобой порисовать?

Давай.

Так, ну-ка. Какой бы цвет взять.

Я беру сначала красный.

Красный?

Ладно. Будет красный.

Что это, лицо?

Это я на пляже.

Милота.

Хорошая пижама.

Спасибо.

ТОММИ