Original subtitles

viruseproject.tv VК: vk.com/viruseproject ОК: ok.ru/viruseproject

(Муж.) - Здесь вы можете видеть реликвии второго порядка:

предметы, принадлежащие святым.

Но реликвии первого порядка...

Вот.

плоть и мощи. У каждой реликвии

своя история.

Они передавались из рук в руки, переносились из церкви в церковь.

В Средневековье появилось такое понятие, как кража предметов, связанных со святыми.

- Для продажи?

- Не всегда. Иногда их похищал какой-нибудь

священник, считавший, что в его приходе реликвии будут в бОльшей сохранности.

Вот что называли

"ФУрта САкра" -

кража священных реликвий.

- Нам сказали, в БуассЭ находятся реликвии святого Исидора.

Вам что-то о них известно?

- Нет, но я попросил навести справки.

(Жен.) - Как объяснить, что в таком маленьком городе хранятся такие ценности?

(Муж.) - Реликвии появились в нашей епархии в 1997-м.

- Как они к вам попали? - Отец БенуА тоже этим интересуется.

Я сделал запрос.

А теперь прошу меня простить,

меня ждут.

- Последний вопрос... - У меня нет времени.

- Адвокат вашей епархии погиб.

- Самым кошмарным способом.

- По-вашему, это было повешение или самоубийство?

- Только Господь...

- Оставьте Господа в покое. Что вам о нём известно?

- Немного. Жил один: ни жены, ни детей, как и у нас.

- Он имел какое-то отношение к реликвиям?

- Нет. - Почему он покончил с собой?

- Порой отчаянье человека так велико,

что он забывает об единственном пути к спасению -

Господе нашем.

Желаю удачи в ваших поисках.

До свидания.

(Муж.) "Стория ТелевизиОн"

совместно с "Мейз Пикчерз",

при участии "Франс ТелевизиОн"

и "ЦДФ ТелевизиОн АльмАнд" и "ЦДФ Энтерпрайзис",

ОливьЕ МаршАля

Эрику Сэнт в сериале

по сценарию Жана-Кристофа ГранжЭ.

(Оригинальная) музыка ДавИда РейЕса.

Продюсер - Сабина БартелемИ.

"Багровые реки. ФУрта САкра. Вторая часть"

(Жен.) - Я даже фотографию показать не успела.

Делая снимок пустого сейфа, мне даже

удалось сфотографировать лже-ФоржЭ.

Объявляем его в розыск? (Муж.) - Да.

Вероятно, он изменил внешность. Отправь снимок КорройЕ. Кто его знает.

Да?

Вы уверены?

Хорошо, мы приедем.

(Жен.) - Что там?

(Муж.) - Реликвии Исидора пропали.

(Жен.) - Уверена, здесь замешаны деньги.

(Муж.) - Нет, в этом случае не было бы всех этих декораций.

Все священники связаны с пропавшими реликвиями.

Всё дело в религии. (Жен.) - А при чём здесь ребёнок?

(Муж.) - Пока не могу сказать.

Ну что?

- То же, что и в Мосс-ЛянсьЕне.

- Слушаю.

- Ни свидетелей, ни улик. На сейфе стоял кодовый замок...

Доступ к нему есть

у пары человек в приходе. Сейчас их допрашивают.

- Ориентировка? - Уже разослали.

- Откуда тесто, выяснили?

- Его готовят в нескольких пекарнях.

Взять его можно было где угодно.

- Самоубийство ФоржЭ установили?

- Ждём результатов вскрытия.

Осмотр места смерти не оставляет сомнений.

- Что-то известно о Николау? Кто он? Откуда?

- Пока сказать нечего.

До того, как его сына Яниса положили в клинику,

они жили вдвоём. (Жен.) - Кто заботится о нём?

(Муж.) - Мы. У него нет родственников.

Ухаживают за ним монахини епархии.

Ему осталось недолго.

- Хорошо. Предупредите Шарлевиль. Едем туда.

Необходимо найти связь между жертвами.

А вы попытайтесь разузнать происхождение реликвий:

откуда они, их стоимость и тому подобное.

- Спасибо.

Командир!

- Лучше "комиссар". - Меня называют "святым отцом",

хотя своего прихода у меня нет...

- Идите.

Я вас догоню.

Вы что-то хотели сказать?

- Это касается посланий убийцы. Думаю, версия с инициалами жертв

и именами святых ошибочна.

- Почему?

- В католической религии Господь имеет имя, но, в иудейской,

наоборот, Его имя не называется.

Можно было бы представить, что существует какой-то код, как улика,

но он не имеет к нашим святым ни какого отношения.

- У нас и так с уликами туго...

Попытайтесь узнать, где раньше находились реликвии, хорошо? Спасибо.

Чёрт возьми!

(Жен.) - Высадите меня здесь.

(Муж.) - Здесь? (Жен.) - Да.

(Муж.) - Но участок не здесь. (Жен.) - Ничего, всё в порядке.

Янис?

(Муж.) - Привет. (Жен.) - Привет.

Меня зовут Камилла. Я принесла тебе вот это.

(Муж.) - Очень приятно, но здесь мне нельзя играть.

(Жен.) - А ты не попадайся.

(Муж.) - Ты из полиции?

(Жен.) - Да. Мне очень жаль, что...

(Муж.) - Я знаю, что отец погиб.

Одна из сестёр мне сегодня сказала.

(Жен.) - Знаешь, горевать - это нормально.

(Муж.) - Я не горюю. Скоро мы будем вместе.

Бывая в воскресной школе, я кое-что понял.

Мы все появились благодаря любви. И как опытные образцы

умираем, вновь рождаемся...

Но любовь остаётся. Это главное.

Вот я и не боюсь.

А вот папа боялся. (Жен.) - Правда? Чего же?

(Муж.) - Он говорил, что моя болезнь дана ему в наказание.

(Жен.) - Он сделал что-то плохое?

(Муж.) - Очень плохое.

Когда-то давно.

Он об этом никогда не рассказывал.

(Жен.) - Откуда же ты узнал? (Муж.) - Он звонил старым приятелям.

Я подслушал. Жен.) - Помнишь, о чём шла речь?

Кому он сделал плохо?

(Муж.) - Святому Исидору. Он украл его вещи.

(Жен.) - Реликвии?

(Муж.) - Да. (Жен.) - Что-то я не пойму...

Так это он украл реликвии?

(Муж.) - Не в этот раз. Раньше. В 90-х...

Мне нужно поспать.

(Жен.) - Хорошо. Извини. Спрячу это здесь.

(Муж.) - Ты ещё придёшь?

(Жен.) - Да, обещаю.

(Муж.) - Идём со мной, Камилла.

Идём.

(Жен.) - Кто вам сказал, что я здесь?

(Муж.) - Никто. Я так и знал, что ты поедешь сюда.

Я видел фотографии беспорядков в ГриньИ.

Ты не сказала, что Лео был там.

Что произошло?

(Жен.) - Два месяца назад он ушёл из приюта.

Ему уже 18 и он делает всё, что хочет. В том числе, всякие глупости.

Не знаю, что он забыл в ГриньИ, но его задержали.

И позвонили мне. Я приехала,

чтобы не дать делу ход.

Но когда мне стали читать нотации, я психанула.

- Он вышел из участка? - Да.

До того, как попал к судье. - И ты поколотила фликов,

задержавших твоего сына, подделала документы

и всё остальное. Не знаю, попадёт ли твой сын в тюрьму,

но ТЫ рискуешь оказаться в камере. Ты ЭТО понимаешь?

Сейчас он где? (Жен.) - В МАрне.

С моей старой приёмной семьёй. Решил залечь на дно.

(Муж.) - Нужно найти какой-то выход! Так продолжаться не может!

(Жен.) - Выхода нет: вся проблема во мне.

(Муж.) - Неправда, проблема не в тебе. Не плачь.

Камилла, я что-нибудь придумаю. Успокойся...

(Жен.) - Реликвии святого Исидора украл НиколАу.

(Муж.) - Когда? Перед смертью? (Жен.) - Нет.

Ещё в 90-х. Его сын Янис подслушал разговор.

НиколАу решил, что болезнь Яниса - Божья кара.

(Муж.) - Какая тут связь со СпАджио? (Жен.) - Не знаю.

(Муж.) - У КорройЕ появились новости.

- Вы что же, трубку не берёте? - Было срочное дело. Что у вас?

- Мы нашли связь СпАджио с Николау - Сербия.

Идёмте.

До того, как стать автомехаником,

Николау служил наёмником в Югославии.

- Как СпАджио.

- Вы знали?

Находился на хорватском фронте не в составе "Синих касок",

а военизированного формирования. (Жен.) - СпАджио предстал перед трибуналом.

(Муж.) - Вы и это знали? Трудно было мне об этом сказать?

(Жен.) - Я ещё жду материалы процесса. (Муж.) - Уже не надо. Они здесь.

У Спаджио было двое подельников: Николау и ещё один тип -

ЭмИр ДрАган, серб по национальности.

Всех троих судили за изнасилование? - (Жен.) Что? Всех троих?

(Муж.) - Да, за изнасилование АдриАны ВУкович, в городе

СубОтица, на севере Сербии.

(Жен.) - Их приговорили? (Муж.) - Нет, отпустили за недостатком улик.

Адвокат постарался. Угадайте его имя...

- МишЕль ФоржЭ.

- Именно.

- Что вам известно об Эмире? - Ничего. Собираем данные.

- Вы меня радуете, КорройЕ. Отличная работа.

- Не ожидали от жандарма? - Да, такое нечасто случается.

Если будут новости, звоните.

- Хорошо. - Продолжайте в том же духе.

Нужно опередить убийцу и найти этого серба.

(Жен.) - Только если он сам не убийца. (Муж.) - Сомневаюсь.

Трое мерзавцев заплатили за своё преступление.

Включая Форжэ. (Жен.) - По-вашему, это не суицид?

(Муж.) - Нет, косвенно он стал соучастником этих троих.

Я даже думаю, что ему помогли.

- Командир, собирался вам звонить. Я сделал токсикологический анализ тела.

Определённо, укол калия.

Думаю, у нашего нового клиента тоже.

Обезглавленные, обычно, и так выглядят не очень, но у этого...

Этого...

Некроз глазных сосудов.

- Я звоню насчёт повешенного. - Какого?

- Самоубийцы. - А! Вы им тоже занимаетесь?

- Это одно следствие.

- Дел у вас выше крыши! - На одном из снимков я заметил кое-что.

На шее будто след от плахи.

Понимаете, когда голова... - Спасибо, коллега, это уже моя работа!

- Конечно. Проверьте. Спасибо.

(Жен.) - БенуА хочет нам что-то сообщить. Наконец-то, сдвинулись с мёртвой точки!

(Муж.) - Не обольщайся! Наверняка, нашли третий труп.

(Жен.) - Нет, какая-то новая информация.

(Муж.) - Комиссар. - Господин кюре.

- Я воспользовался своими связями в епархии.

Удалось заглянуть в реестры и разговорить старожилов.

- Ну и откуда же реликвии? - Странно, но они с севера

Сербии. - Суботицы.

- Так вы знаете? Это в католической части страны - ВоевОдине.

Реликвии святых хранились в местном храме.

Исчезнув во время войны,

они объявились в реймской епархии в 97-м.

(Жен.) - Откуда их выкрали наши преступники.

(Муж.) - На тот момент все они находились в тюрьме.

- Поэтому передачу реликвий в епархию осуществил Форжэ.

(Жен.) - Всё сходится - для этой операции троица нанимает своего адвоката,

а вырученные деньги идут на их освобождение.

- Господин кюре, из нас получилась отличная команда! Браво!

- Погодите, у меня есть информация чрезвычайной важности.

Реликвии из СубОтицы включали в себя

предметы, принадлежавшие Святым Игнатию, ИсидОру и АнастАсу.

- Где хранятся ОНИ? - В КуртО, в 100 км отсюда.

Эти реликвии в целости и сохранности -

они выставлены в городском соборе.

- Есть ли новости о третьем преступнике?

- Точно неизвестно. Он находился в Сербии.

- Найдите его, КорройЕ, а мы едем в КуртО.

- Это не наш район. - Кюре вам всё объяснит.

Предупредите местную полицию. Понадобятся люди в штатском.

Один вид тачки нагоняет на меня тоску. (Жен.) - Думаю, дело тут

не только в ней!

- Да?

- У вас глаз алмаз! След от плахи... Браво!

Полагаю, это какое-то бревно или камень, на которые положили голову.

Но наш клиент был к тому моменту мёртв. - Ясно.

- И вам не интересно знать причину смерти?

- Готовы её озвучить? - Нет, но склоняюсь к версии с калием.

- Хорошо, спасибо. Пришлите заключение как можно скорее. Спасибо.

ФоржЭ также убит, но последний из троицы ещё жив.

Найти этого чёртового серба в наших интересах.

(Жен.) - В Сербии?

(Муж.) - Бьюсь об заклад, он где-то здесь.

Это пешеходная часть. Дорога перекрыта.

"Очаровательное" местечко.

Что ты делаешь?

(Жен.) - Сейчас два ночи. Может, вам не терпится постучаться в местное

отделение полиции или церковь, но я буду спать.

Только проверю кое-что...

Вот... Святой АнастАс... Погиб во время

нашествия варваров в 5-м веке от удара колом, который пробил

его голову насквозь.

Взгляните.

(Жен.) - Ну всё. Спокойной ночи. (Муж.) - Попробуй теперь усни...

Спокойной ночи, Камилла.

- Сюда! Налево!

Поезжайте за автомобилем впереди!

- Что это ещё такое?! (Жен.) - Ну, как их там... остЕнции.

(Муж.) - Этот бардак совсем некстати. Народ повсюду...

Камилла, наш внедорожник! (Жен.) - Точно!

- Предупрежу КорройЕ.

(Муж.) - Осторожнее! Куда прёте? - Полиция!

Простите!

Разойдитесь!

Стоять!

Стой!

Подними руки! За голову!

Повернись! Повернись!

Вот так! Стоять!

Стой!

Куда пошёл?

Руки за голову!

На колени!

На колени, гад!

Тихо.

Руки! - Мне больно, сукин ты сын!

- Заткнись, потерпишь.

Так носиться в моём возрасте, сволочь!

Камилла, это я. Он у меня. Спускаюсь.

Пиши адрес.

А я в мэрию насчёт охраны реликвий.

Я, хотя бы, могу увидеть мэра? (Жен.) - Он в отъезде.

Я за него. (Муж.) - Кто вы такая?

(Жен.) - Его помощница, АмандИна ФеррИ. Раз в десять лет

мы выносим реликвии святого АнастАса. Нас ждут 20 000 паломников.

А ваши люди всё испортят.

(Муж.) - Они будут в штатском. (Жен.) - Я вижу, как

какие-то типы бандитского вида в куртках зыркают по сторонам...

Поэтому, нет.

Мы должны уважать наших гостей и сохранять лицо города.

(Муж.) - Вот когда ваши реликвии пропадут, вот тогда и поговорим о лице города.

(Жен.) - Они замечательно хранятся в ковчеге из бронированного стекла.

(Муж.) - Вот оно что! Отличная идея!

В таком случае я звоню прокурору Республики.

(Жен.) - Он мой близкий друг. Передавайте привет!

(Муж.) - Законченная дура. (Жен.) - Простите?

(Муж.) - Я говорю: "Ну и на здоровье!".

До свидания.

(Жен.) - Ну что там? (Муж.) - Мэра нет на месте.

Наткнулся на какую-то грымзу.

Не знаю, где таких берут... А этот где?

(Жен.) - В участке. Молчит. (Муж.) - Заговорит. Это же в его интересах.

Лучше годы за решёткой, нежели кол в горле.

ДрАган, самое страшное случится, когда

мы тебя отпустим. Убийца тебя найдёт.

Я бы на твоём месте всё рассказал.

Так мы его поймаем.

- Спаджио позвонил мне на прошлой неделе. Сказал, ему угрожают.

Когда я приехал, он был уже мёртв.

Тогда я позвонил НиколАу.

Он не захотел меня видеть. Но я всё равно приехал к нему.

Он тоже был мёртв.

(Жен.) - И ты перевернул вверх дном его дом. Что ты искал?

(Муж.) - У каждого

из нас был ключ от одного и того же сейфа,

который открывается ими одновременно.

(Жен.) - Где этот сейф? (Муж.) - В одном из банков КуртО.

Всё придумал этот идиот Спаджио.

Я собирался за своей долей, когда вы схватили меня.

- Продолжай, если хочешь успеть забрать свои деньги.

Не забывай, ты последний.

- Мы познакомились в 93-м, в Боснии.

Завербовались в армию.

Нам не заплатили и мы отправились в Венгрию.

Сделали остановку в СубОтице, городе, где жили беженцы.

Весь день пили.

Спаджио сказал, что знает, как можно быстро заработать.

Он и нашёл реликвии.

Спаджио услышал, как кто-то говорил о них.

Смешно!

Он единственным из нас был католиком.

Николау был греком и православным, а я, серб...

Атеистом. Так что, религия...

- Мда, забавно.

Когда вы изнасиловали девушку?

- Таких, как она - беженцев из

Хорватии - в Суботице было полно.

Она думала, что нашла в церкви хорошее укрытие.

В итоге, это оказалось плохой идеей.

Мы немного развлеклись и смылись оттуда.

(Жен.) - Что потом? (Муж.) - Дело Адрианы Вукович

(так её звали) стало самым известным изнасилованием

во время войны на территории Югославии.

(Жен.) - Почему?

(Муж.) - Адриана забеременела.

Она была очень набожной и об аборте не было и речи.

В разгар войны

врачам было нечем делать ей аборт.

Всю беременность

она кочевала по госпиталям, мучаясь от депрессии,

накачивала себя всеми препаратами, какие могла найти.

Однажды,

в одном из мед. пунктов Сараево у неё началась ломка.

Она была на восьмом месяце беременности.

Умерла Адриана сразу. Врачи сделали кесарево сечение,

им удалось спасти ребёнка.

Мальчик родился у мёртвой матери.

После этого случая этой историей заинтересовался трибунал

и нас быстро обнаружили.

- Тогда, для защиты вы выбрали Форжэ.

- Это было его первым делом. А у нас не было денег.

Чтобы заплатить ему, пришлось продать реликвии.

Но на процессе он выложился по полной.

Нас освободили.

Оставшиеся деньги поделили между собой. Ну, хватит!

- После вы встречались?

- Не часто.

У нас был совместный счёт в банке, но они все плохо кончили.

Став священником, Спаджио стала

мучить совесть.

Форжэ чувствовал себя в долгу перед епархией

и он стал их адвокатом.

Николау... не повезло с сыном.

Он решил, что это чёртово проклятье!

- А тебя, что же, совесть не мучает?

- Это была война, приятель...

(Жен.) - Тебе известно, что стало с ребёнком Адрианы?

(Муж.)- Ещё бы! На процессе нам про него все ужи прожужжали.

Ребёнка взяли на усыновление во Францию.

- Как его зовут?

- Он оставил фамилию матери - ВУкович.

Уверен,

это он нам мстит.

- Ты можешь вернуться в тюрьму.

- Я ничего не сделал! Нас оправдали!

(Жен.) - И буквы имени отца ничего общего с Богом не имеют.

Любой из них троих может быть отцом ВУковича.

Осталось произнести третью букву.

- Да. Поэтому он попытается украсть реликвии святого Анастаса.

Выясни его имя. Мы знаем его фамилию. У нас есть его фото, откуда он родом...

А я соберу наших друзей жандармов. Удачи.

Наблюдение за церковью вести ночью и днём.

Ничего не упускать, понятно?

Завтра, когда откроют двери, начнём у всех проверять документы.

- А что с Драганом? - Никого к нему не подпускать. Никого!

(Жен.) - Я плохо объяснила? Что ваши люди делают в церкви?

(Муж.) - Это их работа.

(Жен.) - Распугивать наших прихожан?

(Муж.) - Повторяю, я делаю это ради вас и вашей общины, чтобы предотвратить

появление очередного тела.

Старшина КорройЕ вам всё объяснит. А мне пора.

Ну что? (Жен.) - Нам страшно повезло.

НиколЯ, так его зовут, рос в приюте к северу

отсюда, всего в 30-ти километрах.

(Муж.) - Это всё, что ты о нём узнала? (Жен.) - Да.

Директор приюта нас ждёт.

Да?

Это моя приёмная семья. Лео пропал.

Слушаю. (Муж.) - Даю тебе два часа. (Жен.) - Спасибо.

Когда?

Чёрт возьми!

(Жен.) - НиколЯ был очень странным ребёнком.

(Муж.) - В каком смысле?

(Жен.) - В 12 он узнал о своём происхождении.

В нём уживалось два человека:

один - чистый душой ребёнок,

другой - злобный и агрессивный подросток.

В 17 он умел говорить детским голосом и писать так, что

почерк напоминал руку восьмилетнего ребёнка.

Учился он блестяще, и всё предвещало прекрасное будущее...

Но юноша, которым он стал, дал обещание живущему

внутри него ребёнку.

(Муж.) - Какое обещание?

(Жен.) - Отдалиться, насколько это возможно, от того, кем он был

и трёх чудовищ, породивших его.

(Муж.) - Но как? Изменить внешность?

(Жен.) - Да, уничтожить любой намёк на того,

кто был его биологическим отцом. (Муж.) - У него для этого были деньги?

(Жен.) - Напротив! В 18 он ушёл из приюта и стал

зарабатывать на жизнь подопытным кроликом

для начинающих хирургов. С мешком за плечами и перевязанным лицом,

кочуя от института к институту, он напоминал мумию.

Это он? (Муж.) - Да.

(Жен.) - У него было совсем другое лицо.

(Муж.) - Вы держите с ним связь? Знаете, где он? (Жен.) - Зачем он вам?

(Муж.) - Рано или поздно мы найдём его. Так лучше для него.

(Жен.) - 7-8 лет назад он присылал открытки.

Он знаком с одним знаменитым пластическим хирургом -

Филиппом РестрепО. Он живёт у бельгийской границы.

Он должен знать больше меня.

(Муж.) - ФрансуА СедрИку. Сменю тебя через полчаса.

- Хорошо, приём.

- Добрый вечер. Прошу вас, входите.

- Комиссар НьемАнс, я бы хотел поговорить с господином РестрепО.

- Секунду.

- Месье?

- Добрый вечер, месье.

- Уже поздно. Чем обязан удовольствию видеть вас?

- Я приехал поговорить с вами о НиколЯ ВУковиче.

- Я не видел его уже пять лет.

- Вы оперировали его? - Да, неоднократно.

Когда мы познакомились, его лицо было изуродовано.

Студенты, набивавшие на нём руку, талантами не отличались.

- Он вам заплатил?

- Мы были не в тех отношениях.

Он был одержим ненавистью к мерзавцам, изнасиловавших его мать,

и хотел, чтобы ничто в его лице не напоминало ему о них.

- Где он сейчас?

- Понятия не имею.

- Вы не поддерживаете связь? - Нет.

Он ушёл после последней операции.

И я это понял.

Его поступок означал конец нашей истории.

- Идите за мной. Это в конце здания.

Заключённый общительностью не отличается.

- Вы подтверждаете, что Николя выглядит сейчас вот так?

- Гримироваться она всегда умела.

- Она? В каком смысле?

- Последним этапом преображения стал полный отказ от его изначальной личности.

Я провёл феминизацию лица и коррекцию пола.

Ему хотелось стать "матерью" для маленького мальчика, которым он всегда был,

повернуть время вспять и избавиться от кошмара.

- У вас есть фотография НиколЯ после операции?

- Конечно.

Это он перед уходом.

Эту фотографию я берегу.

- Спасибо.

Простите.

Да, Камилла?

- Мне очень жаль. Кто же мог знать?

"Третья буква имени отца произнесена".

viruseproject.tv VК: vk.com/viruseproject ОК: ok.ru/viruseproject