Original subtitles

День 2 Здорова!

Вася Иосифович!

Вася Иосифович!

Здорово, Катукайз!

Здорово, Кузьмич!

Ай, как ты?

Ты еще живой?

Ну зачем вы так?

Я из слов-то таких не знаю.

Да?

Ну давай я тебе еще что ли обниму?

Давай!

О, стукач ты наш!

Гражданин, ребра трещат.

Да?

С приездом!

Спасибо.

Всегда рады видеть вашу лучезарную личность.

Ну а я-то как и рад, Кузьмич.

Твою-то рожу лицезреть.

А?

Ну как вы тут, пыловые крысы?

Ты мне вот что, Кузьмич, скажи.

Ага.

Че новое-то?

Да... Кого расстреляли?

Кого посадили?

Ты знаешь, как наш дом называют?

Допор.

Дом предварительного заключения.

Вон оно как.

Понимаешь, да?

Товарищ генерал, собаку-то куда?

Давай в квартиру неси.

И, кстати, чемоданы и вещи тоже туда загружайте.

Кузьмич, ты мне вот что скажи.

Мы чего стоим, как невеста на выдании?

Вещи разгружайте!

Есть!

Ну, привет.

Саша, кто приехал?

Никто!

Папа приехал!

Ура!

Папа!

Папочка!

Фибровый чемодан 7.

Маленький чемодан 4.

Больший корзин 5.

Дом опять.

Тюков 6.

Крусталем там поаккуратней!

Здрасте.

Здрасте.

Хорошая страна Германия.

Богатая.

Чего ж не поживиться?

Только... Только мы должны доложить.

Без этого никак нельзя, Василий Ость.

Знать бы еще что там в этих тюках и чемоданах.

Здравствуйте.

Радость-то какая!

Радость!

Какая радость!

Василий Ость вернулся!

Ух ты!

Это красиво!

Наденька, смотри!

Смотри, как он едет!

Видишь?

Сравится?

Гальчик хороший.

Смотри, здорово?

Куда, куда, куда?

Куда поехал?

Давай, давай, давай!

Вот так!

Тихо, тихо, тихо!

Куда?

Вот туда давай!

Вася, что это?

Трофеи!

Мадам!

Их не детишки играли, теперь пусть наши поиграют.

А нашим зачем столько?

Гошей!

А это кто?

Это?

Ганс!

Это ж Ганс!

Ганс!

Ганс!

Вася!

А Саша с Надей в детский сад-то ходят?

Ну, ходят.

Ну вот, в детский сад все это отвезем.

А Наденька с Сашей будут детишкам игрушки раздавать, да?

Вот логота будет!

А мы по Берлину едем, значит?

И увидели, в дом бомба попала.

А на первом этаже магазин игрушек был.

Галка, я столько игрушек...

Ну, я в жизни столько не видел.

Ну, посмотри!

Смотри!

Ну?

Смотри, все, все механические.

Смотри, видишь?

Солдаты идут, офицеры смеются.

А мы четыре тюка набили, набили и смеемся, представляешь?

Да, здесь на несколько детских садиков.

Сань!

Санек!

Ну, что, повезешь подарки в детский сад?

Конечно, повезу, только себе сначала выберу.

О, собственник ты мой!

А щенка мы никому не отдадим!

Ну, конечно, зайка, конечно, никому мы щенка-то не будем отдавать.

Смотри, какой красивый!

Ганчик, Ганчик хороший!

А мне ты что привез?

Себя.

Тебе мало?

Мне тебя всегда мало будет, Вася.

Эх, ребята, с войны не виделись!

Васька!

Ну, что, рад, что мы все эту мясорубку прошли и в жилих остались.

Страшная война была, страшная.

Ну, к друзей наших на этой войне полегло, но мы всегда их помнить будем.

И сыновей в их честь называть.

За это выпьем.

Да.

Не чокайся.

Ну-ка, селедку передай.

Дай огурчики.

На, держи.

Спасибо.

Ребят, про Лунькова кто слышал что-нибудь?

Ты знаешь, я десять запросов отправлял.

На один ответ пришел.

Мол, пропал без вести.

Но ничего.

Будем дальше искать.

Обязательно найдем.

Найдем.

Вась, слышал?

Говорят штрафники на паркованных самолетах летали.

Это правда?

Да.

Правда.

Ты знаешь, я на одном авиационном заводе был.

Но директор меня в цех повел.

А там дети маленькие.

На ящиках от снарядов стоят.

Стоят и работают.

Совсем маленькие.

До сих пор больно вспоминать.

А сейчас?

Сейчас тоже одни дети работают?

Почему самолеты падают?

Да ладно.

Для чего ладно?

Яки новые, как пирожки пекут.

Сверхмощные двигатели не поставили.

Только три из четырех самолетов падают.

Они не могут летать.

Вон у нас недавно тренировочные полеты были.

И чего?

Так два самолета вернулись через десять

минут, потому что у них двигатели забарахлили.

Третьи вообще в воздухе развалились.

А почему молчите?

Почему жалобы никто не пишет?

Да почему не пишем?

Пишем, Вася.

Мы полковникам, полковники генералам.

А то, что генералы пишут, под сукно маршалу ложится.

И на этом затихает.

Новиков, да?

Новиков.

А Шухарину писали?

Да что Шухарину?

Мимо Новикова писать?

Ты измеешься, что ли?

Нет, я это дело так просто не оставлю.

Я сам лично буду разбираться.

Слышите меня?

Я к отцу поеду.

Я уверен, что он просто ничего не знает об этом.

Я этого маршала...

за товарищей наших.

Которые погибли в мирное время.

Ты хоть помнишь, в каком состоянии ты вчера был?

Не начинай.

Каждый день не просыхаешь.

В войну столько побед не было, сколько бы сейчас их праздновать.

Галь, ну я попросил, не начинай.

Ну что это за жизнь?

Мы никуда не ходим.

Ни в кино, ни на выставке.

Я в театре два года не была.

Хорошо, понял.

Сегодня вечером сядем, поедем.

Куда поедем?

В театр.

Обещаешь?

Обещаю.

Вась.

Что?

Пообещай, что пить не будешь.

Тебя, кажется, дети зовут.

Вась.

Ну все, все, понял.

Хорошо.

Будет у тебя трезвый муж.

Театр...

Хорошо.

Я к отцу еду.

Тебя отвезут в театр, там мы увидимся.

Я успею.

Только не надо из меня дуру делать.

Если не хочешь ехать в театр, не надо отца приплетать.

Галь.

Ты понимаешь, что я здесь совсем одна?

Что я, кроме меня, ни дворников не вижу, никого.

Мне в зеркало страшно смотреться.

Потому что, мне кажется, я в старуху превратилась.

Галь, ну что ты выдумываешь?

Какая ты старуха?

Почему ты тогда на меня не смотришь?

Даже забыла, как ты целуешься.

Не уезжай.

А то я скоро совсем забуду, как ты выглядишь.

Я исправлюсь.

Ну все, меня отец вызвал.

Да врешь ты все.

Не звонил сегодня телефон, понимаешь?

Ну да, не звонил, но мне срочно нужно к отцу, Галя.

Ты понимаешь, самолеты падают, летчики бьются.

Какие самолеты?

Война закончилась, это не смешно.

Еще летчиков приплел.

Галя, ты вообще думаешь, о чем ты говоришь?

Соображаешь?

Я такими вещами не шучу.

Ей ты, куда хочешь, к отцу, к бабам своим иди.

А я останусь здесь, я не поеду никуда.

Так все, хватит.

Хватит, я сказал.

Через два часа жди меня у театра.

Бровкин!

Я не поеду!

Здравствуй, отец.

Можно войти?

Почему не предупредил, что приедешь?

Ну потому что тогда ты не сможешь сказать мне, что ты занят.

Я занят.

Отец, это очень важно.

Вопрос жизни и смерти не моей, других.

Садись.

Что случилось?

Я хотел бы знать.

Знаешь ли ты, что наша авиационная техника выпускается крайне низкого качества?

Ты что, меня допрашиваешь, что ли?

Да нет, я просто хочу понять, что происходит.

Если ты хочешь поговорить о твоих самолетах, иди к Новикову.

Отец, ты можешь меня просто выслушать?

Это проект 9.

По данным испытаний он показал отличные результаты.

А вот отчет о том, что с ним происходит в летных частях.

3 марта.

Не выполнив задание с полета, вернулся лейтенант Машков.

Тряска мотора.

10 марта.

У капитана Храпова на самолете отлетел патрубок.

11 марта.

Вернулся на аэродром лейтенант Казаков.

Задание не выполнил.

На машине обнаружена течь бензина из-под пробки бензобака.

15 и 16 марта.

Практически та же история.

26 марта.

Сразу три отказа боевой техники.

28 марта.

Из-за неисправности мотора погиб младший лейтенант Воробьев.

Слушай, Василий, вернулся бы ты домой.

Отдыхай, воспитывай детей.

Это дела главкома ВВС.

А ты пока еще не главком.

Зачем взваливать на свои плечи чужие обязанности?

Не чужие, это мои обязанности.

Помогать товарищам.

И за последние полгода разбилось больше самолетов, чем в 43-м.

Мы либо на старье летаем, либо на сырых моторах.

Новиков жалобы под сукно кладет, а потом зад им подтирает.

Ты думаешь, что говоришь?

А я думаю, отец.

Я хорошо думаю.

Война закончилась.

Я не допущу, чтобы мои друзья вылетали на учебное

задание и не знали, вернутся ли они домой живыми или нет.

Ладно, ладно.

Красиво говоришь.

Иди.

Иди, я что-нибудь придумаю.

Иди давай.

Спасибо, отец.

Соединитесь с Берии.

Послушай, Лаврентий.

Только что у меня был Василий.

Бумагу принес.

Интересную, да.

Нужно проверить маршала Новикова.

Серьезно проверить.

Я хочу знать, почему постоянно падают наши самолеты.

Вот пусть он нам этой объяснит.

Галка приедет, проводи ее в ложу.

Здравия желаю, товарищ генерал-майор.

Вольно.

А покрепче-то выпить есть что-нибудь?

В буфете есть модера, портвейн.

Коньяк есть, Клим Ворошилов.

Как ты сказал?

Клим Ворошилов, что это значит?

Прошу меня извини, товарищ генерал-майор.

Коньяк крепкий, выдержанный.

Клим Ворошилов крепкий, выдержанный?

Вот сукины дети, обязательно ему расскажу.

Как тебя зовут?

Александр.

Василий, очень приятно.

Владимир.

Василий.

Ну что, может быть выпьем за победу-то, а?

Я сейчас быстренько все организую.

Красавица, принеси нам две бутылочки Клима Ворошилова, ну и закусочки какой-нибудь.

Сейчас принесу.

Люба!

Люба!

Вот мы и свиделись, Василий Иосифович.

Товарищи, поторопитесь, спектакль начинается.

Я вспоминал тебя, честно вспоминал.

А вы-то думали, что я померла?

Разрешите идти, товарищ генерал?

Что?

Спектакль начинается.

А, да-да-да, да-да, идите.

Есть, есть.

А ты знаешь, Люба, я ребятам постоянно рассказывал,

как мы с тобой на Виллисе на танке поперли.

Ты такая отчаянная была.

А я и сейчас отчаянная.

Я же вам говорила, забыли.

Прости, забыла.

В старомонетном приемке.

В старомонетный, гони.

А ты где был, скотина?

Там я был, в вестибюле сидел.

Курить в уборную выходил.

Да не проходил он.

Скажи сразу, не видел?

Не видел.

Не видел?

Вот, вот, вот.

По твоей велосипеде мы сейчас будем все копаки прочесывать.

Короботенка-то, а.

Это ж надо.

Дома жена молодая, нецелованная, ждет.

Двое пацанов в маленьких.

Я должен этого Янова Кобеля по всей Москве искать.

Значит так, сейчас поедем в ораги, потом в савой.

А может в дом актера?

Там просто допоздна, всегда пьют.

Может там какую-нибудь актрису поймал и с нее и мотал.

Ладно.

В дом актера.

В дом актера!

После этого разделимся.

Ты в савой, я в дом актера.

Так точно не боишься.

Свободен.

Ну что, Любаш?

Не хочешь меня пригласить к себе?

Хочу, но боюсь.

Муж?

Нет, ухажер.

Зато любит меня очень.

Так он сейчас у тебя?

Нет, но может заявиться в любой момент.

У меня знаешь какой?

Какой?

Фронтовый разведчик.

Да.

Капитан.

У него медали.

Кило на два веса.

Ух ты!

Отчаянный ужас.

Любка, ну ты меня прям совсем запугала.

Что, может мне уйти по добру по здоровому?

Уйти?

Так я уйду.

Вась, Вась, ну что ты?

Ну Васянка, прости меня, слышишь?

Ну прости меня, Вась.

Ты не поверишь, я когда в госпитале подыхала, я же только об одном и думала.

Неужели тебя так близко больше никогда я не увижу?

Ну ты прости меня, слышишь?

Прости меня, Вась.

Я уже не знаю, где его искать.

Ну ей-богу не знаю.

У него в Москве столько девиц, сами знаете.

Неделю все придется обещать.

Адреса знаешь какие-нибудь?

Да знаю.

Давай, поехали.

Что это вы здесь делаете?

Здрасте.

Приперлась, потасковка.

Дверь закрой.

Сейчас милицию вызову.

Не тихо мне тут.

Солнышко мое.

Вот и все.

Что все?

Теперь сколько не проживу, буду эту ночку вспоминать.

Спасибо тебе, Вась.

Я буду вспоминать.

Да брось ты.

Завтра все забудешь.

И правильно.

Таких, как я, много.

И это он.

Опять ночью приперся?

А что за дела такие, Вань?

Сколько раз говорить можно?

Нет, он является как к себе домой.

Это что?

Что?

Ух ты.

Генерал-майор.

Он что, настоящий?

Настоящий, Вань.

Настоящий.

Ну, понятное дело.

Пришел, значит, генерал в театр культурно развлечься.

Тут ты его и подлагила.

Что ты делаешь-то, Вань?

Ну вот что ты делаешь?

Не трогай.

Подними китель, друг, не доводи до греха.

Твой, что ли?

Да мой, мой.

Подними китель.

Ты, значит, генерал?

Я.

Подними китель.

А то что?

А то в глаз получишь.

Ну, давай.

Вася!

Что, доволен?

Вася, ну что ты сделал?

Ванеку больно, да?

Вася!

Вань, ты с ума сошел?

Хватит!

Сейчас драку строите, да?

Познакомились и будет.

Все, я сказала, Вася, хватит.

Уйди.

Что, квиты?

Нет.

Ты что сюда пришел?

У тебя что, своего дома нет, что ли?

А у тебя?

У меня?

Я в сорок втором году всех потерял.

Отца, мать, жену беременную.

Думал, что все жизнь кончена.

Потом вот, Любашку встретил.

Как будто бы заново родился.

Люблю я ее, понимаешь?

Люблю.

Ты вот сейчас пришел, ей голову задурил.

А мне все равно, что она с тобой была.

Я убью за нее, понял?

Убью.

Хоть генерала, хоть маршала убью, понимаешь?

Я жить с ней хочу, умереть хочу в старости, понял, нет?

Ни хрена ты, генерал, не понял.

Ты прости, Иван.

Ошибочка вышла.

Заигрались мы с тобой, Любаш.

Войну вспомнили.

А война уже прошла.

Выходи за него замуж.

Хороший муж тебе будет.

Подарок на свадьбу.

Смотри, не потеряй именные.

Прощай, Любаш.

Сына Василия от отца Сталин.

Что-то я не пойму, это кто написал?

Товарищ Сталин.

Он что, его сынок получается?

Как-то так.

Ты медленно соображаешь, Ваня.

О, как.

Он, значит, сын товарища Сталина, а я ему в челюсть.

Дурак ты.

Дурак.

Дурак.

Только знаешь что?

Я ведь теперь никуда не уйду.

Генерал сказал, жениться.

Значит, будем жениться.

Приказначасть надо выполнять, да, Люб?

Ну, ты даешь, Николай Сидорович.

Ну, никуда от тебя прям не скроешься.

Как же ты меня нашел?

Я все-таки не в МХТ работаю, а в МГБ СССР.

Ну, прости, Николай Сидорович.

Не бойся опять.

Полночи из-за меня не спал.

Ну, прости ты, дурака.

Да иди ты.

Нос вытри.

Че стоишь-то?

Поехали.

Галя, я дома.

Бровкин.

Я.

Все, свободен.

Есть.

Ну, чего ты так смотришь?

Ну, встретился я с друзьями старыми.

Ну, и выпили чуть-чуть.

По-моему, ты не только с друзьями встретился.

Галя, Галя, ну, перестань.

Ну, что ты?

Ты думаешь, я не знаю про твои похождения.

Все.

Мое терпение закончилось.

Ну, перестань ты, Галя.

Че ты опять начинаешь?

И так башка болит.

Спать теперь будешь здесь.

Отдыхай.

Будьте любезны.

Лаврентий, зачем мы из машины вышли?

Это ж небезопасно.

Здесь гораздо безопаснее.

Не хочу, чтоб нас кто-то слушал.

Да.

По лезвию ножа ходим.

Эти Новиков и Шахурин меня под монастырь подвели.

Не могу же я за ними каждый самолет проверять.

Да не волнуйся ты, Георгий.

Повторение 37-го года не планируется.

Я тебя ответственно заявляю.

Хорошо бы, если так.

Вот о чем я хотел с тобой поговорить, Георгий.

Ты все-таки хорошо кадры знаешь.

Как думаешь, кого лучше сейчас назначить главкомом ВВС?

Мне кажется, Вершинин это временная фигура.

Может быть, Жигарева стоит вернуть?

Жигарева, Лавренть, ну ты что?

Ты же знаешь прекрасно, его хозяин при всех под лицом назвал.

Хорошо, он назвал.

Но не посадился, правда?

А вернуть его можно, кстати, через Васю, потому что они с ним друзья.

Понимаешь?

Что ты конкретно предлагаешь?

Я конкретно предлагаю назначить Жигарева

главкомом ВВС, а Васю бросить на московский округ.

Вот что я конкретно предлагаю.

Васю?

Командующим авиации округа?

Да ты что, какой он командующий?

У него один ветер в голове.

Ну, какой ветер?

Какой ветер?

Ветер он, а не ветер.

А через него, зато, мы сможем обеспечить самолету строению безопасность.

Вот, вот.

Ну да.

Хозяин с сыном что может сделать?

Пожурить, да и все.

На фоне Василия, остальным будет легче дышать.

Хорошо сказал.

Хорошо-то хорошо.

Только все равно риска много.

Слушай, риск есть везде.

И всегда.

Даже когда хинкали кушаешь.

Ты еще скажи, лишь бы войны не было.

Да, да, да.

Ну, знаешь, вот сейчас лучше подумать о другом.

Хорошо бы рядом с ним иметь своего человека.

Один какого-нибудь хорошего парня, летчика.

Девушку.

Летчицу.

В каком смысле?

Ну, как?

Ты же знаешь, он слабоват насчет женского пола.

Уж я-то знаю.

Слушай, Георгий, ты просто прирожденный интриган.

Ой, конечно, столько лет ЦК на кадрах.

Это что-то значит.

Так... Документацию на представление.

Георгий, пойдем в машину сядем.

Зачем?

Здесь небезопасно.

А?

Ну, пойдем.

Ой, красавец!

Красавец ты мой!

Егорыч, это он со мной или с тобой здоровается?

А чего ему со мной здороваться?

Ой, красавец!

Он меня каждый день видит.

Это он вас признал, Василий Иосифович.

О, как радуется.

Выпить-то есть, Егорыч?

Ну, а как же.

Давай неси.

Мигом.

Тихо, тихо, тихо, рыжик.

Ух ты мой сладкий.

Вот так вот, вот так вот, вот так вот.

Эх, рыжик, рыжик.

На, хорош.

Как же я рад тебя видеть.

Ты знаешь, я думал, с войны приеду.

По-другому все будет.

Думал, любить меня будут.

Понимать.

Нет, ошибался я, рыжик.

Никто меня не любит.

Никому я не нужен.

Там я нужен был, а здесь нет.

Только ты меня и понимаешь.

Ты меня и любишь.

Рыжик.

Ничего, все будет хорошо.

Я тебе еще Буденову покажу, вот он обзавидуется.

Егорыч, давай выгуляем его.

А чего ж не выгулять?

Пойдем.

Давай.

Ну-ка давай, давай.

Ой, красавец ты мой, рыжик.

Гуляй.

Ну, давай, давай, пошел.

Ой, красавец мой.

Да, Егорыч, смотри, как идет.

Мама.

Мама, ты слышишь?

Какой?

Рыжик.

Рыжик, стой.

Стой, я гоню.

Саша.

Рыжик.

Рыжик.

Стой.

Рыжик, стой.

Саша.

Рыжик, стой.

Все, все, все.

Саша, все хорошо?

Ничего не болит?

Ничего, мамочка.

Да все уж хорошо, Галь.

Ты пил.

Да...

Ну не плачь, мамочка.

Зачем ты побежала?

А то чего?

Я считаю, авиация Московского военного округа не должна

быть самая многочисленная по количеству самолетов.

Но она должна быть знаменем авиации для всей

остальной части военных округов нашей страны.

В ней должны быть самые знаменитые наши летчики, герои войны.

Не даром наши летчики пользуются особым уважением в народе и любовью.

Как вам кажется, товарищи?

Не возникнут ли обиды у летчиков в других военных округах?

И принесет ли пользу передислокация кадрового состава наших ВВС?

Несомненно, Иосиф Виссарионович, польза будет.

Более того, это поможет концентрации всех асов нашей

авиации для подготовки будущих кадров в академии ВВС.

Ты что скажешь, Лаврентий Павлович?

Военно-воздушная академия у нас только одна.

Асы нужны и в Ленинграде, и в Саратове, и в Ташкенте.

Но я согласен с тем, что лучшие из лучших все-таки

должны обучаться в авиации Московского военного округа.

Командующий авиации округа у нас товарищ Сбытов?

Так точно.

Генерал-лейтенант авиации Сбытов, начальник штаба, генерал-майор авиации Воронов.

Ну, они давно уже, с сорок первого года.

Вот я и говорю, засиделся у нас товарищ Сбытов в одной должности.

Может нам лучше сменить руководство авиации округа?

Назначить туда более молодых, перспективных.

Разве нет таких людей?

Есть.

Есть, Иосиф Виссарионович.

Его все знают и уважают.

Я даже больше скажу, его любят.

Генерал-майор авиации Василий Сталин.

Иосиф Виссарионович, твой сын будет достойным

командующим авиации Московского военного округа.

Молодой, талантливый, перспективный генерал.

Наполеон.

А что?

Я же его еще мальчонкой помню.

Отчаянный паренек.

Отчаянный.

Хулиган, самодур.

Привык, что само все в руки идет.

Мало наказывал, любил.

Справится.

Справится, Иосиф Виссарионович.

Голова отвечаю.

Смотри, Лаврентий Павлович, голова у человека одна.

К сожалению.

Нет, ты мне скажи, ты кто?

Председатера исполкома или говно на палочке?

А?

Так, ты мне обещал в этом квартале 27 квартир для моих летчиков.

Обещал или нет?

Ты мне скажи.

Да для фронтовиков, твою мать!

Для орденоносцев!

Где квартиры, я тебя спрашиваю?

Слушай, Тимофей, не доводи ты меня до белого коления.

Первого мая я должен вручить своим летчикам 27 ордеров на жилье.

Ну как, как?

Как им к верху, как?

В торжественной обстановке.

И тебя туда приглашу.

Что значит, зачем?

С трижды героем Советского Союза к Эжедубам чокнешься и на бродушах выпьешь.

А если не будет ордеров, ты мне партбилет на стол положишь.

А то и на Лубянку повезут.

И там.

Ты объяснение давать будешь.

Я ведь не шучу, Тимофей Григорьевич.

Я ведь, что обещаю, то делаю.

Вот про хендеи.

Твою ж мать!

Бровкин!

Бровкин, ну что так долго-то?

К вам зам по тылу генерал-майор Терешенко с докладом.

Каким еще докладом?

Ну как же, Василий Васильевич, по проекту двукрытых спортзалов.

Ах да, я вспомнил.

Ну давай его сюда.

Есть.

Повтори.

Решите, Василий Васильевич, я с докладом по вашему порту.

Заходи.

Кстати, Василий оказался отличным командующим авиации округа.

Его все хвалят.

Только пьет не по генеральски этот командующий.

Куба, ну, друзей у него много.

Все хотят угостить, ему же трудно отказываться.

Да нет, парень хороший, парень хороший, а как, как спорт у него пошел, а?

Хочешь, чтобы его ВВС во всем первыми были?

Динамовцев мои хочет обогнать, наверное.

Куба, но ты ж понимаешь, когда у мужика в семье не все в порядке.

Подожди, Семен, он у меня спросил, когда женился.

Вот теперь пусть сам получает то, что заслужил.

Да, согласен, у меня с сыном то же самое.

Да?

Я ему говорю, посмотри, какая красавица дочка у маршала Тимошенко.

Нет, Геть, даже смотреть не буду, сам разберусь.

А у маршала Тимошенко есть дочка?

Да, от первого брака.

Катя.

Красивая?

Очень.

Девушка, будьте добры, мне коньячок пять звездей.

Василий.

Идите к нам.

Алиса, какая встреча?

Знакомьтесь, Василий Иосифович.

Это моя подруга Катя, Катя Тимошенко.

Тимошенко, знакомая фамилия.

Мой папа, маршал Тимошенко.

Присаживайтесь к нам.

Самая лучшая женщина ходит, может быть, тут рядом, а мужчине не суждено с ней.

Встретится.

Коба, разреши считать это тостом.

Хорошо.

Давайте выпьем за женщин.

Мы уже виделись с вами.

Простите.

На первомайском параде.

На Мавзолее?

Ну, на Мавзолее тогда другой Сталин стоял.

Вы стояли на трибуне гостей.

Так.

Недалеко от моего отца.

В общем, вы меня совсем не замечали, а я, между прочим, на вас часто смотрела.

А он рядом с Буденом стоял.

Его усы они ж все на свете застилают.

Да не смотрел я на его усы, Алис.

Да нет, Алис, просто такая дурнушка тогда была.

Спасибо.

Только девушка, уверенная в своей неотразимости, может назвать себя дурнушкой.

Правда, Василий?

Да, да, конечно.

Давайте выпьем за победу.

За победу.

Давайте.

Как хорошо, что война закончилась.

За победу.

Давайте на Бурдершафт.

Давайте.

Девушка, еще шампанского.

Василий, мне пора домой.

Кать, еще рано.

У меня отец, Алис, очень строгий.

Ну, строгий.

Ну, я думаю, что не более строгий, чем мой.

Позвольте вину за ваше опоздание, я возьму на себя.

Ну, позволяю.

Все, Васенька, все, мы едем домой.

Поехали ко мне на дачу.

Ты с ума сошел?

Я ночую только дома.

А как жилья?

А ты со мной.

Здрасте.

Вась, чего?

Ну, что?

Ну, чего?

Доброе утро, папочка.

Это кто?

Муж.

Муж.

Он ж не как-то еще не бывал, а уже муж.

Не беспокойся, папочка.

Он нашего породу не подпортит.

Это сын Сталина.