Afrikaans
Akan
Albanian
Amharic
Arabic
Armenian
Azerbaijani
Basque
Belarusian
Bemba
Bengali
Bihari
Bosnian
Breton
Bulgarian
Cambodian
Catalan
Cebuano
Cherokee
Chichewa
Chinese (Simplified)
Chinese (Traditional)
Corsican
Croatian
Czech
Danish
Dutch
English
Esperanto
Estonian
Ewe
Faroese
Filipino
Finnish
French
Frisian
Ga
Galician
Georgian
German
Greek
Guarani
Gujarati
Haitian Creole
Hausa
Hawaiian
Hebrew
Hindi
Hmong
Hungarian
Icelandic
Igbo
Indonesian
Interlingua
Irish
Japanese
Javanese
Kannada
Kazakh
Kinyarwanda
Kirundi
Kongo
Korean
Krio (Sierra Leone)
Kurdish
Kurdish (Soranî)
Kyrgyz
Laothian
Latin
Latvian
Lingala
Lithuanian
Lozi
Luganda
Luo
Luxembourgish
Macedonian
Malagasy
Malay
Malayalam
Maltese
Maori
Marathi
Mauritian Creole
Moldavian
Mongolian
Myanmar (Burmese)
Montenegrin
Nepali
Nigerian Pidgin
Northern Sotho
Norwegian
Norwegian (Nynorsk)
Occitan
Oriya
Oromo
Pashto
Persian
Polish
Portuguese (Brazil)
Portuguese (Portugal)
Punjabi
Quechua
Romanian
Romansh
Runyakitara
Russian
Samoan
Scots Gaelic
Serbian
Serbo-Croatian
Sesotho
Setswana
Seychellois Creole
Shona
Sindhi
Sinhalese
Slovak
Slovenian
Somali
Spanish
Spanish (Latin American)
Sundanese
Swahili
Swedish
Tajik
Tamil
Tatar
Telugu
Thai
Tigrinya
Tonga
Tshiluba
Tumbuka
Turkish
Turkmen
Twi
Uighur
Ukrainian
Urdu
Uzbek
Vietnamese
Welsh
Wolof
Xhosa
Yiddish
Yoruba
Zulu
Имейте в виду, у меня очень мало времени.
Позвольте представиться.
Франциско Хартман.
Управляющий отелем "Адлер Хоф".
Хорошо быть управляющим отеля в военное время.
Но кто-то должен выполнять и эту работу.
А что вы делаете в православном храме?
Я был в России, к тому же моя жена русская.
Вот как.
Она погибла в сорок первом.
В Смоленске. Её убили эсэсовцы, предварительно разбив лицо прикладом.
По правде сказать, у меня уже есть мотив вызвать сюда полицию.
Вы этого не сделаете.
У Чеховых не принято заниматься доносительством.
Вы неплохо подготовились к нашей встрече.
О человеке полезно знать не только плохое,
но и хорошее.
Пойдите к чёрту.
Ваша тётя, Ольга Леонардовна Книппер,
рассказала моим друзьям, как в детстве ваш отец поймал ящерицу.
Это было в Царском селе.
Вы взяли ящерицу за хвост, хвост оторвался,
и вы были так потрясены,
что вас никак не могли успокоить,
вам казалось, что это вы оторвали ей хвост.
Отец сказал, что через месяц хвост отрастёт заново,
но вы не поверили.
И вот когда родители ушли,
вы попытались приклеить его обратно.
Казеиновым клеем.
Поехали.
Серия расчётов подтвердила твою правоту, Игорь.
Самый быстрый путь к результату -
нарабатывать плутоний.
Хорошо, очень хорошо.
Но работы по обогащению урана тоже бросать не будем.
Пойдём двумя путями, в надежде получить искомое.
Так, что ты решил насчёт замедлителя?
Я по-прежнему настаиваю на тяжёлой воде.
Абрам прав.
Графит, чтобы его использовать как замедлитель, необходим сверхчистый,
с примесями не более сотен доли процентов,
но беда в том, товарищи, что наша промышленность
такого не делает.
Ефим Павлович, идите же к нам.
Товарищи, знакомьтесь, товарищ Славский,
заместитель наркома цветной промышленности.
Спасибо.
Абрам.
Юлий.
Анатолий.
Георгий.
Ефим Павлович, очень рассчитываю на вашу помощь с графитом.
Товарищ Славский, графит какой чистоты мы можем производить?
По примесям - два-три процента,
это на Московском электродном заводе, он лучший.
Очень хорошо.
Но нам нужно, чтобы примесей было в сто раз меньше.
Вы шутите?
Нам не до шуток, знаете, нам нужен чистейший графит, как слеза, и как можно скорее.
Но технологии такой глубокой очистки в стране нет.
Ну нет, нет.
Так будет, да?
Пойдёмте.
Ну и задачки вы ставите, товарищи учёные.
(звонит телефон)
(звонит телефон)
Нет!
(смеётся)
Да.
Кубель, штурмбаннфюрер Шульц.
Я выслал за вами машину, через полчаса вы должны быть в кабинете криптографии.
Я буду ждать вас там.
Нет, это...
Это абсолютно невозможно, я...
У меня, у меня сегодня официальный выходной.
(девушка): У нас сегодня выходной!
(смеётся)
Я его официально отменяю.
Но...
Я немножко.
Я недомогаю сейчас, давайте ну хотя бы чуть-чуть позже.
Это исключено, через пятнадцать минут машина будет ждать вас внизу.
Но...
Послушайте, если через полчаса вас не будет в кабинете криптографии,
ваши присутственные часы переместятся в гестапо навсегда.
Вы меня поняли?
Я даже не знаю, почему я согласилась вас принять.
Ваша тётя часто вспоминает вас.
Ольга Леонардовна ждёт вас к себе, когда кончится война.
А ещё, возможно, вы помните актёра Художественного театра Сосновского?
Он поцеловал вас после спектакля, а вы залепили ему пощёчину.
Да так неловко, что поцарапали щёку.
И тогда уже вы сами поцеловали его, чтобы загладить свою оплошность.
А ваш брат, Лев Книппер, служит в Красной армии.
И зачем же я понадобилась Земле обетованной, позвольте узнать?
Имейте в виду, что я, как семья убиенного вами государя императора,
чистокровная немка.
И отношения с родиной у меня сложные.
Понимаю.
А раз понимаете,
то постарайтесь уяснить, что все долги перед Россией я отдала.
Ясная поляна погибла,
а дача Антона Павлович в Ялте стоит невредимой.
Послушайте, я, конечно, могу вам что-то сказать из того, что я знаю.
Но знаю я совсем немного.
И не рассчитывайте, что я буду исполнять ваши поручения.
Я не буду работать осведомителем ни для той, ни для этой стороны.
У нас нет к вам поручений.
И наши вопросы не касаются государственных тайн.
Вы - великая актриса, никто не собирается втягивать вас в политическую
интригу, которая могла бы окончиться катастрофой.
Только маленькая просьба,
которая никак не повлияет на вашу безопасность.
Говорите.
В круг ваших знакомств
входит некто Зейблад.
Рихард Зейблад, он врач, у него широкая практика в высоких кругах.
Да, есть такой.
Ну он то появляется, то пропадает.
Пригласите меня в числе других гостей туда, где я смогу
с ним познакомиться.
Это не вызовет никаких подозрений,
ведь мы теперь с вами тоже знакомы.
Увы.
Проблема только в том, что это нужно сделать как можно скорее.
Да нет никакой проблемы.
Я уезжаю на съёмки через три дня, и у меня здесь будет приём.
Он будет тут.
Я пришлю вам приглашение в отель.
Вы не могли бы дать какую-то характеристику этому человеку?
Чтобы мне был понятен его моральный облик.
Моральный облик?
Ну как нашептала мне одна подруга, он равнодушен к женщинам.
И тайно встречается с секретарём румынского посольства.
Очень красивый молодой человек.
Больше о его моральном облике мне ничего не известно.
Благодарю вас.
Этого достаточно.
Операция с управляющим "Адлер Хоф" идёт хорошо.
Вам есть, что рассказать?
Американцы и англичане перекормлены готовностью самых различных людей из верхушки Абвера вермахта
сдавать им даты операций,
информацию по передвижению войск и прочую оперативную информацию,
взамен на скромные гарантии, в случае поражения Германии.
Через Хартмана мы рассыпали перед ними урановую приманку,
что вызвало у них подлинный интерес.
Хорошо бы закрепить эти позиции.
Это даёт возможность выстраивать доверительные отношения.
Хотите сделать что-то конкретное?
Говорите, Вальтер.
Нам крайне нужна победа.
Они хотят знать, что было в папке.
В секретном докладе, который мы передали Гитлеру четырнадцатого мая.
Если мы хотим повернуть англичан и американцев против Советов,
это хорошая приманка.
А откуда они знают про папку?
От нашей военной разведки.
Я же вам говорил, рейхсфюрер,
наших врагов осаждают люди,
готовые сдать рейх за пачку папирос.
Ох, Вальтер.
Иногда мне кажется, что верных фюреру людей рядом с ним не осталось.
Но, кроме нас, разумеется.
Конечно.
Мы перевернём эту игру в пользу рейха, фюрера и
окончательной победы, но пока надо начать эту игру.
Значит, вы говорите, что англичане интересуются, что в папке?
Очень.
Полагаете, стоит рассказать им?
Полагаю, это можно сделать.
Действуйте, Шелленберг.
И помните, что вкус победы более пресен,
чем вкус предвкушения.
(романтичная музыка)
(смеются)
Вы можете примерить его.
Там.
Спасибо.
Это было довольно хлопотно,
успеть практически за день.
Благодарю.
Хайль Гитлер.
Я расшифровал часть текста одной из шифровок.
Какой из двух передатчиков?
Почему только часть?
А я начал с того передатчика, который вы меня особенно просили.
Эта шифровка не из последних, я выбрал для работы сообщение от
двадцать третьего июня.
Хорошо.
Мне кажется, радист - женщина.
Знаете что-нибудь о том, кто это?
Я так чувствую, женщина.
Угадал?
(читает): "Источник лаборатории Гейзенберга,
материалы, заказанные лично Гейзенберогом:
алюминиевый цилиндр диаметром
около трёхсот килограммов, природного урана шестьсот..."
И этот шифр, я его обязательно раскушу до конца.
Но не сейчас.
Сейчас я устал.
Мне нужен отдых.
Горячая ванна.
Лёгкий вечерний флирт.
Скажите, зачем вам женщина?
Они сил мне придают.
Большим себя чувствую.
Большими и злым.
Помоги мне, пожалуйста, застегнуть платье.
(смеются)
(слышно женский голос): Я думаю, нам надо дождаться,
когда портниха отдаст твоё платье...
Она обещала, что будет готово на следующей неделе.
Может быть, хотя бы духи?
Кубель расшифровал часть одного из сообщений радистки, которую видел мальчик.
Атомный проект.
Мы имеем право предположить, что это Хартман.
Его игра вместе с Шелленбергом.
Если предположение верное...
Шелленберг с Гиммлером затеяли опасную игру с врагами рейха.
И мы должны узнать деталей этой игры.
Нас не выкинут из-за игрального стола, Шульц.
Партия продолжится с нашим участием.
Скорее ищите связного и радистку.
Добрый вечер.
Браво.
Господин Хартман.
Познакомьтесь, Доротея Сюргет, моя невеста.
Очень приятно, Доротея.
Фрау Чехова, вы моя самая любимая актриса,
особенно в "Милом друге".
Спасибо, милочка.
Вы знаете, у вас немножечко растеклось вот здесь вот, тушь.
Вы можете воспользоваться дамской комнатой.
Она там.
Спасибо. Я сейчас.
Я сейчас буду говорить с Зейбладом вот там, за той колонной справа.
Вы подойдёте, я вас представлю, оставлю наедине.
На этом, думаю, всё.
Да, и пускай будет так, мы с вами познакомились неделю назад, в "Адлер Хофе", куда я заехал пообедать.
Господин Хартман.
Вы знакомы?
Виделись в прошлом году на премии у Элины фон Осси,
жены бедного Генриха.
Господин Мюллер.
Ну, в таком случае, я могу вас оставить.
Ну, как поживаете, господин Хартман, как ваши дела,
как ваша работа Шелленберга?
Хорошо.
Благодарю, группенфюрер.
Ну вообще, мне немного обидно.
Вы посвящаете себя СД и совсем забыли про нас.
Очень много работы.
Понимаю.
Одну из ваших работ мы на днях расшифровали.
"Материалы, заказанные лично Гейзенбергом:
алюминиевый цилиндр около трёхсот килограммов,
природный уран..."
Весьма любопытно.
Может зайдёте все-таки к нам побеседовать?
В этом нет необходимости.
Шифровка наша, подтверждаю.
А поговорить о ней или о чём-нибудь другом вы всегда можете с Шелленбергом.
Смотрите не заиграйтесь там.
Дружеский совет, пока дружеский.
Познакомься, группенфюрер Мюллер.
Доротея Сюргет.
Очень приятно.
Что же, Франц, не смею больше вас задерживать
Если захотите поговорить, вы всегда желанный гость.
Что с тобой?
Ты, кажется, побледнела.
Нет, ничего, просто не привыкла к таким большим собраниям.
Франц, а ты...
Назвал меня своей невестой...
У меня ещё одно дело, Дори.
А потом мы поговорим.
Хорошо.
Я скоро.
Хорошо.
Как вы это делаете?
Ваш веер, фрау Ольга, вы обронили.
Благодарю вас...
Хартман.
Франциско Хартман.
Ну и как вам вечер, вы довольны, господин Хартман?
Вечер великолепный.
Прима.
Мой друг, Георг Якоби, как то сказал:
"Лучшее лекарство от хандры - это Ольга Чехова".
Ну да, судя по всему, Якоби хандрой не страдает,
перестал совсем звать меня в свои картины.
(смеются)
Ах, да, я же забыла вас представить.
Господин Хартман.
Оберштурмбанфюрер Хартман.
Какая разномастная публика здесь сегодня.
Да, для меня эта атмосфера.
Господа, Приехала Эмилия Геринг, мне нужно её встретить,
прошу прощения.
Скажу вам, если нам сегодня повезёт, то мы можем увидеть
Еву Браун, они старые друзья с фрау Чеховой.
Что вы говорите?
Впрочем, в этом нет ничего удивительного.
Одна моя знакомая актриса рассказывая о встрече с фюрером
на каком-то важном приёме,
назвала его человеком богемным.
Мне кажется, это очень верное определение, его мягкость, внимательность,
его не пруссачество, а скорее этакая изощрённая австрийскость.
Как отмечают многие, располагают к нему людей
тонкого темперамента.
Полагаю, Ева Браун близка фюреру именно
по этим характеристикам.
Как вы точно заметили.
Благодарю.
Благодарю.
Прозет.
За неповторимый аромат богемы.
Прошу прощения, я не успел представиться.
Рихард Зейблад, член НСДП с 1934 года,
врач высшей категории.
Замечательно. А вы врач какого профиля, позвольте узнать.
Немаловажно для любых условий, любого времени.
Я уролог. У меня своя клиника в Берлине.
Что вы говорите!
Какая удача! Вы-то мне и нужны, дорогой доктор.
Вот как.
Понимаете,
мой отец давно лечит пиелонефрит.
Не хочется омрачать столь прекрасный вечер разговорами о болезнях.
Давайте как-нибудь пообедаем вместе, если вы не против.
Я с большим удовольствием.
Вам будет удобно, скажем, послезавтра, часа в четыре по полудню.
Да, с удовольствием.
Держи.
Это фотографии, которые сделают Зейблада сговорчивее.
В архивах берлинской полиции хранится и не такое.
Мюллер мне сказал что они перехватили,
а главное расшифровали наше сообщение.
Судя по всему, частично.
Или он соврал, что частично.
Какое именно сообщение?
Одну из наших шифровок, которые уходили и в Лондон и в Москву.
И я очень надеюсь, что эта шифровка
с моего британского передатчика.
И они не у тебя на хвосте, Олли.
Но в любом случае, они уже очень близко.
Они все.
Вы как то быстро пролистали предыдущее.
А там такой страстный поцелуй.
Это было всего лишь один раз.
Казнят вас тоже всего лишь один раз.
Чего вы хотите?
Вы лечите физиков из института Кайзера Вильгельма
и Высшей технической школы, так?
Да.
Меня допустили до обслуживания учёных
этого подразделения.
Решением сводной комиссии
Департамента здравоохранения и третьего управления РСХА.
Кого именно вы лечите?
Риль?
Дивнер?
Там в основном пожилая профессура.
Кеплер, Айсхов.
Есть ещё двое сравнительно молодых, с осложнением после трипперной болезни.
Дибнера я консультировал,
но вмешательства не потребовалось.
И я с ним больше не общался.
Вы же не станете меня губить?
Господин Хартман...
С кем-нибудь вы общались по поводу нового оружия?
Конечно, то есть, а как же?
Об этом все говорят, это чудо-оружие.
Именно с ними и именно об оружии?
Что-то прорывалось, ну так, в качестве общей болтовни.
Хорошо, на какой стадии находится разработка ядерного оружия?
Я доктор.
Я не физик.
Все эти термины мне сложно запомнить.
Придётся.
У вас сейчас две задачи.
Узнать, на какой стадии находится разработка атомного оружия,
второе - что было в папке, которую Гиммлер передал Гитлеру
на совещании в рейхстаге четырнадцатого мая.
На всё про всё у вас только неделя.
Это понятно.
Да, конечно.
Где Берг?
Йонес, здравствуйте.
Франц, где Берг?
Я встречаюсь с ним завтра.
Он обещал много нового из лаборатории Гейзенберга.
Почему я связан?
Болтовня, болтовня, болтовня.
Вот где сейчас Берг, вот прямо сейчас
где он находится?
Давайте с ним встретимся.
У вас странное представление.
Берг - самостоятельная фигура.
Он не сообщает мне, где находится и чем занимается.
У нас есть установленный порядок.
Хватит.
Генрих, связной вашей ячейки,
он не ездил в Лейпциг.
Я с ним вчера разговаривал и спросил у него про Берга.
Он никогда не слышал такой фамилии.
Он никогда не был в Лейпциге, он никогда не встречался с агентом, попросившим о помощи,
он вообще всю эту историю слышит впервые.
Впервые! Вот поэтому вы связаны, Хартман.
Всё верно, Йонес.
Генрих не ездил в Лейпциг.
Туда ездил я.
Я знаю, что я нарушил правила, поэтому не хотел вам говорить об этом.
Когда Берг попросил о помощи, я решил, что
я должен сам лично с ним встретиться.
Вы думаете, что я не доверяю Генриху,
не доверяю ячейке?
Но эта ситуация с Бергом показалась мне слишком ответственной.
Я...
Беспомощная попытка, Хартман, беспомощная попытка.
Ваша ячейка уже больше двух месяцев работает с Бергом.
Вы получаете от него информацию из лаборатории, но это, если конечно верить вашим словам.
При этом связной ячейки ничего не знает про Берга.
Вы даёте ему какие-то никчёмные поручения.
Сами контактируете с радистом, хотя это против всех правил.
Что вообще происходит, Хартман?
Вы начнёте наконец говорить или нет?
Хорошо.
Я могу вам всё рассказать, но вы мне не поверите.
Хватит валять дурака.
Это действительно совершенно невероятно, чтобы верить на слово.
Но у меня есть документальное подтверждение.
В углу стоит сейф.
Код - А975.
Откройте, достаньте документы,
прочтите, и мы с вами всё обсудим.
Аккуратно.
Букву и цифру нужно выставлять точно.
И слышать каждый щелчок.
Иначе замок заклинит.
Не слышал.
Йонес, остановите его.
Он заблокирует сейф.
Получается у тебя или нет?
Лучше пускай сам его откроет.
(напряжённая музыка)
Куда, иди вместе со стулом.
(выстрел)
(выстрелы)
Приезжай ко мне.
Да.
Хотелось бы побыстрее.
На непредвиденные.
Один кавер я вижу.
Нужен ещё один.
Франц, что ты собираешься делать?
Поезжай.
Кроме того, в Берлине, как я говорил,
продолжает активно работать ещё один передатчик.
С него удалось запеленговать в общей сложности семь сообщений.
Он выходит в эфир с похожей периодичностью.
Но почерк, по словам Кубеля, совершенно другой.
Почерк - это моторика радиста, которая связана с его другими занятиями.
Если у медсестры почерк похож на игру на фортепьяно,
при этом по-женски эмоционален,
то второй радист - размеренный рационалист,
который работает при этом на невероятной скорости.
Не замечал за вами склонности к лирике, Шульц.
Такая разумность в сочетании со скоростью
свойственная, например, шахматисту, который играет блиц.
Увлекаетесь шахматами?
А это просто успокаивает.
Что-то вроде чёток.
Ну и удалось что-нибудь расшифровать у этого шахматиста?
Пока нет.
Так когда же?
С этим есть проблемы.
Кубель перестал выходить на связь.
У него что, свободный график?
Хочет приходит, не хочет не приходит?
У Кубеля проблемы с выпивкой.
Ни запугивание, ни поощрение, ничего не действует
Его муки совести из-за предательства в
сочетании с неуёмным потреблением алкоголя привели его в состояние, напоминающее безумие.
Опять лирика, Шульц?
Вы что, с пьяницей не можете справиться?
Прошу прощения, группенфюрер.
Я хочу умереть.
Действует как у фюрера...
У меня!
Моя работа важна не меньше, чем их.
Понятно? Понятно?
(девушки шумят, смеются)
За фюрера!
Ура!
(стучит)
Танцуем все!
Танцуй, танцуй!
(девушка визжит)
(слышны крики за дверью)
(стучит)
Чего встали, танцуйте!
(стучит)
Тихо, детка!
(стучит)
Тише, тише, сделай тише, делай тише!
(стучит)
Нашли...
Нашли, гады.
Ну, что?
Меня так не возьмёшь.
Эй!
Решили провести хитрого Кубеля?
Кубель, не валяйте дурака.
Нацепили партийные значки и думали всё?
Да вы хоть форму СС напяльте!
По вашим рожам всё равно всё видно будет!
(смеётся)
Коммунисты!
Стоять, спокойно!
Давай, иди сюда!
Ну, кто смелый из вас?
Кто из вас смелый, давай, давай!
Красное отродье.
Давай, ну!
Ну!
Пу!
Кубель, послушайте.
Послушайте.
Быстро справились, Рейнхарт.
Даже неделя не потребовалась.
Что нового вы узнали?
Не волнуйтесь так, доктор.
Я тоже сказал нашему любезному доктору, что волнение лишь портит нервы.
Нет, спасибо.
Меня зовут Хелена Геснер.
Я хотела бы поговорить с вами напрямую.
О чём же, фрау?
С вашего позволения фройляйн.
О том, что вам хотелось бы, чтобы доктор
работал на вас, но он уже давно работает со мной, а я не разрешаю ему отвлекаться.
А кто вам сказал, что он работает на меня? Откуда такая информация?
О вашем шантаже и вопросах, мне всё рассказал наш
сладострастный уролог.
Будьте добры, мне тоже кофе.
И что?
Я сразу скажу на кого работаю.
Сэр Повялен Донован.
Дикий Билл.
Личный друг президента Рузвельта.
Верно.
И будь это не так, ваш разговор, например, с гестапо
выглядел бы сейчас совершенно иначе.
Вам очень повезло, что Зейбланд давно и с потрохами продался разведке США.
И вас, наверное, не удивит, что я без труда узнала, на кого
работает управляющий "Адлер Хоф"
Степень родства наших спецслужб, думаю, вам известна.
Хорошо.
Вы зачем сюда пришли?
По-родственному обнять?
Мне уже показывали эти фотографии.
Той женщины тут нет.
Ну, посмотри на эти открытки.
Ты видишь, какие у них головные уборы?
У той женщины был такой же?
Да.
А теперь представь, у той женщины, которую ты видел,
нет головного убора.
У неё причёска.
Представь, что у неё чёрные, рыжие или белые волосы.
Это она.
Точно.
Мне нравятся конкретные люди.
Вы не просто бываете в конторе Шелленберга,
вы даже приятельствуете с ним.
Следите за мной?
Вы не скрываетесь.
Смею предположить.
У вас есть что-то интересное, благодаря контакту с руководителем внешней разведки Третьего рейха.
И что?
Спасибо.
Вы задали Зейбладу два вопроса.
Один из них я могу ответить прямо сейчас.
В ответ я жду такой же откровенности от вас по Урановому проекту немцев.
На какой же из моих вопросов вы можете ответить?
Вы знаете что Дикий Билл до того, как возглавить разведку США,
занимался частной адвокатской практикой?
К чему вы это?
Так вот, одним из его клиентов был сэр Уинстон Черчилль.
Это помимо хорошо вам известных, я думаю, официальных контактов наших служб.
Я готова сказать вам, что было в папке.
Can't find what you're looking for?
Get subtitles in any language from opensubtitles.com, and translate them here.