Original subtitles

Хер тебе, я в тюрьму не сяду. Это ты сядешь в тюрьму. Ты меня понял?

Я скажу, что это ты меня заставил. Что деньги я все тебе отдавала.

Б…дь, ты понял меня?

Похоже, у нас есть нулевой.

У Федорчука СПИД нашли.

Это он, наверное, всю больницу и заразил.

А дети потом по городу растащили, в семьи.

Мы сделали все, что смогли.

Если человек умер — значит, мы не сделали все, что могли.

Я подыхать не собираюсь.

Если надо будет, так мы больницу подпалим,

пока эта зараза на весь город не разошлась.

Звонила Сарана Баировна.

Они перепутали анализы. У нас нет нулевого пациента.

Клим!

Клим!

Эй, Клим!

Ну что, утро стрелецкой казни?

А где Надя? Надя!

Я не знаю. Я пришел, не было никого.

Дверь нараспашку, и ты вон…

Надежда! Надежда!

Тимофей.

Надежда…

Че там?

К матери уехала. Тварь.

Вот так? Прям с утра?

Будешь?

Буду.

Ай, зараза… Ну что, пошли к обкому? Пора.

Этот СПИД — он не только их семьи разрушает, но и наши.

Угу. Да.

В больницу пойдем.

Клим!

Клим, слышь? Ты че, охренел? Зачем тебе ружье?

Тихо, спокойно. Они не понимают.

А если они не понимают, надо объяснить, чтобы дошло.

- Я объясню. Они навек запомнят. - Клим, хорош, ружье положи.

- Не буду я стрелять, просто попугать. - Ты куда, по детям стрелять будешь?

- Я не стрелять буду, я… - Ружье, я говорю, слышишь меня…

- Да что ты… - Отдай ружье! Отдай мне!

Да пошел ты.

Доброе утро. Где все?

Доброе. Так выходной же.

Марата Теменовича нет. Детей забрали. Сестры отгул взяли, кто мог.

Звонили из Москвы.

Они сделали новый анализ. Федорчука перепутали с Цереновым.

У Ивана ВИЧ.

- Она знает? - Только я и Шипов.

Я сам скажу.

- Здравствуйте, Гиляна. - Здрасте.

Вот привел вам новую помощницу. Знакомьтесь.

Алёна.

- Гиляна. - Очень приятно.

И мне.

Меня зовут Гиляна Дагановна.

Кто-то из вас меня помнит по четвертой школе.

С остальными познакомимся по ходу обучения.

А мы будем учиться? Какой в этом смысл?

Не поняла тебя.

Все прекрасно знают, почему мы здесь.

А вы делаете вид, будто все хорошо и ничего не изменилось.

Зачем?

Я не делаю вид.

У меня тоже ВИЧ, как и у вас.

Я сначала злилась. И не верила.

И мне казалось это ужасно несправедливым, как и вам.

Потом я подумала: ну, это уже случилось.

И что мне теперь, плакать всю жизнь?

Какой тогда смысл вообще жить?

А он есть — смысл?

Люди над этим тысячи лет бьются.

А ты ждешь, что я тебе отвечу?

Ну вы же для себя что-то решили.

Для меня смысл — это ценить каждый день.

Заниматься любимым делом.

Помогать тем, кому нужна моя помощь.

Санжик, что ты любишь делать больше всего?

Я очень люблю рисовать. В футбол играть люблю.

Угу. Айса, а ты?

Я лошадей люблю. Мой папа — зоотехник.

Привет. Я тоже люблю лошадей.

Кто еще любит что-то делать больше всего в жизни?

- Я плавать люблю. - Плавать? Угу.

- Я спать люблю. - Я люблю читать.

- Я петь люблю. - А я — танцевать.

А я люблю фокусы показывать.

Кто хочет, может быть, кем-то стать?

- Да? - Доктором стать.

Я мечтаю стать режиссером.

- Здорово. - А я — фотографом.

Здорово.

- От окна все! От окна! Забирай детей! - Быстро, быстро!

- Скорее, скорее, скорее! - В угол, в угол, в угол!

Лежать, фашисты! Я шмальну сейчас!

Все целы?

- Кто это? - Я не знаю.

- Дети, пожалуйста, тише. - Почему они это делают?

Вы че, нелюди, делаете? Людьми надо быть!

Мы поговорить пришли. Тихо!

Закрой входную дверь.

- Выходи! - Что вам надо?

Нам надо… Тишина, я сказал!

- Звони в милицию. - Угу. Да, да, да.

Тихо. Все хорошо.

Говорите, я вас слушаю.

Хорошо. Давайте-ка собирайте-ка вы манатки

и валите на хрен из города!

Нам никто ничего не говорит!

У нас в газетах тишь да гладь!

Увеличение продукта! А у нас дети мрут!

Я дверь закрыл, но это ненадолго.

От окна отошли! Тихо! Все хорошо! Все хорошо!

- Че там? - Они дверь закрыли.

Слушай, они сейчас ментов вызовут.

- Кто знает, где кабель телефонный? - Где кабель?

Топор дайте, топор!

- Здесь. Вот он. - Где?

- Этот? - Этот.

- Дежурная часть. - Алло, милиция?

Да что вы творите? Здесь дети!

У нас тоже дети! Вашим уже каюк!

А нашим что, помирать?

Вы, сволочи, из больницы по ночам трупы вывозите.

Это неправда!

Мы сейчас дверь сломаем к черту! Да, мужики?

- Дозвонилась? - Не дозвонилась.

- Почему? - Там связи нет, я не знаю.

Журналист, фотографируешь?

- Сейчас мы тебе дадим материал. - Вы охренели? Там дети.

- Вас в тюрьму посадят. - Ты что, провокатор, что ли?

- А ну, пошел отсюда! - Тихо, тихо, тихо!

- Пошел отсюда! - Тихо, тихо, спокойно!

Прекратите! Здесь дети!

- Выходи сюда! - Клим!

Ты с ума сошла? Ты что делаешь?

- Гиляна, возьми ее, уведи от окна! - Скорее, скорее, скорее!

Нормально? Выноси эту дверь!

Дверь на лестницу, быстрее!

Стой. Гиляна, смотри за ними.

Дверь стеклянная.

Вот так, ставь.

Нормально. Иди, иди, давайте!

Дай сюда. Дай сюда!

- Сюда нельзя. - Там в детской больнице

куча пьяных подонков, у них оружие.

Мы не имеем права оставить пост.

- Капитан! - Рот закрой.

Послушайте, вы знаете, что у вас там ЧП?

Спокойно. Нам уже поступил сигнал.

Меры будут приняты.

А, то есть будут, но потом?

То есть потом уже, да? К шапочному разбору?

Когда все закончится? Чтобы сразу с двумя проблемами разобраться?

- Где спидозники? - Я не знаю.

Говори!

Третий этаж.

Врачи-убийцы!

За мной, сюда, давай!

Назад! Вас посадят всех на хер!

Давай поговорим! Открывай!

- А то мы сейчас дверь сломаем! - Это больница!

Тут дети!

Ломайте, мужики!

Назад, я сказал!

Тихо-тихо-тихо! Ты мне еще по голове сейчас приложи!

Ты откуда взялся?

А я вижу, у вас тут весело. Вот решил на огонек зайти.

- Откуда ты зашел? - А вот это правильный вопрос.

Там черная лестница есть, там черная лестница!

Быстрее!

- Давай-давай-давай! - Скорее, скорее!

- Дети, пожалуйста, скорее! - Давай, давай, пошли, пошли!

Пошли! Ну! Сюда, сюда, сюда, пошли!

Давай, давай, давай!

- Быстрее, быстрее, быстрее! - Вперед, вперед, вперед, пошли!

Давайте сюда, там автобус!

- Скорее, скорее! - Как их спускать-то?

Ну, ну, пошли!

- Давай-давай-давай! - Взял! Держу!

- Давай-давай-давай! - Прыгай!

Все, пошла, пошла, пошла!

Вот они!

- Народ, сюда! - Иди сюда!

Давай, сука!

Уезжайте быстрее, быстро!

- Назад, я сказал! - Быстрей! Быстрей давайте!

Быстрее!

Ну давай! Давайте!

Надежда Анатольевна!

Спасибо, что согласились встретиться.

К чему такая конспирация?

В меня и так все пальцем тычут.

Представляете, что начнется, если ко мне еще домой милиция будет приходить?

Ну я не совсем милиция.

На.

Не надо ему мороженое, холодно.

Иди тогда погуляй немножко, а мы с мамой поговорим.

Иди, иди.

Понимаете, Гончаров — он врач.

Он идет по крови. А я — по людям.

Сейчас у нас нулевые — Цереновы.

Гиляна и Иван.

Оба больны, оба клянутся, что не изменяли.

Но ей я верю. А ему — нет.

Вижу, что страшно. Вижу, что стыдно.

А так бывает, когда с кем-то из близких — с сослуживицей,

подругой…

Я к нему на работу сунулся, но там коллектив мужской.

И тут меня осенило.

Приехал к вам в школу.

Поговорил, с кем дружила Гиляна.

И вдруг выясняется, что…

Ее лучшая подруга спешно уезжает.

Чего вы от меня хотите?

Правды.

Надежда Анатольевна, это и его касается тоже.

- Перфилов, на выход! - Начальник, а мы?

Успокоились.

Подходим.

- Ты че, Лёш? - Надевай.

Сядь.

…переходящее красное знамя

ЦК ВЛКСМ. За успехи…

Меня зовут Шипов Пётр Романович, КГБ СССР.

А почему нигде не указано, что вы были в Африке?

- Так я не был. - Угу.

Я год служил в торговом.

На берег не пускали. Считается, что не был.

Ну…

Мы в самоход ходили, конечно, пока разгрузка. Там шмоток купить, пойло.

Интимные отношения с местными были?

Нет.

Нельзя. Запрещено. Не положено.

У твоей жены ВИЧ.

Что?

То.

А у сына? У Тимы?

А у Надьки что, от меня?

Анализы сделаем — узнаем. Давай, говори правду.

Обещаю, останется между нами.

Вы и спидозникам так же говорили. А я эти списки…

Я собс… Я собственными глазами видел.

Один раз всего. Ну… Ну… Мы… Я…

Я не помню, я… Я пьяный был!

Мы выпили — и к местным.

Один раз!

Я же клялся, что больше никогда!

Один раз всего!

В Нигерии у Клима была связь с проституткой.

Он передал вирус своей жене. Она передала Цереновым.

А Гиляна и Бату пришли в больницу с вирусом.

С ВИЧ. А там им назначили уколы.

Да, у вас в больнице стерилизовали иглы, но не шприцы.

Так, собственно, вирус по больнице и распространился.

Я просто не понимаю, как от одного человека могло заразиться столько людей.

Ну послушайте, в день нашего приезда эта ваша Сатана Баировна

приказала сжечь шприцы, которые она использовала

для одного препарата без стерилизации.

Нет других объяснений.

Подождите.

А что, если мы ищем не в ту сторону?

Что, если…

Вирус пришел не в больницу, а из больницы?

Через иммуноглобулин.

Всем заразившимся детям назначали иммуноглобулин.

Я сам назначал.

Он делается из плаценты, так?

Чисто теоретически возможно такое,

что донор этой плаценты — носитель ВИЧ?

Ты сам говорил, что мы…

Понятия не имеем, сколько заразившихся в стране.

Послушайте, я понимаю, что вы ищете версию,

при которой персонал будет не виноват, но…

Нет, нет, нет, вы меня сейчас не слышите.

Если это так, то мы имеем зараженный препарат.

Который мы вкололи Бату.

Он заразил Гиляну, та — Ивана.

Надю, Клима — и по цепочке дальше.

Это объясняет случаи в Ростове и в Ставрополе.

Ну так конечно! И если препарат заражен,

то его можно было распространять и стерильными шприцами.

Весь препарат поставляется из центра. И если препарат заражен,

то он может быть везде.

По всему Советскому Союзу.

О, с ветерком поедете. Сам первый секретарь машину подогнал.

А вы с ним подружились после всего?

О, Алёна… Люди — как пластилин.

Я глаза на его грешки закрыл,

а он выделил зараженным детям целый корпус под школу и общежитие

рядом с пунктом милиции, что, кстати, неплохо — им здесь жить.

Ты когда в Москву?

Ну, через пару дней. Надо кое-что подчистить.

А почему их так мало? Остальные где?

Потому что мы берем только тех, кому нужна срочная помощь.

Остальные приедут с родителями позже.

- Всем привет. А чего вы стоите-то? - Привет.

Давайте, давайте. Проходите, садитесь.

Здрасте.

Давай, давай, проходи, садись.

- А вы как? - Спидозников привезли сюда.

Вы готовы к путешествию? К большому приключению?

Да? Интересно будет!

Я отправил иммуноглобулин в Москву самолетом.

Результаты будут завтра.

Здорово.

Спасибо.

Вот, возьми, доченька, угости ребятишек пирожками.

Ой, спасибо большое, спасибо.

- Спасибо! - Угощайтесь.

Так, смотрите, чтобы всем хватило, чтобы всем…

Послушайте.

Я ни в коем случае вас не обвиняю.

Мне ее жалко.

Она себя винит в смерти Бату.

Я и представить не могу, через что вам пришлось пройти.

Но она должна знать.

Либо вы ей скажете, либо это скажу я.

Кирсан?

Я сам.

Да, Гиляна. Здравствуйте.

Я буквально на минуту заходил. Мне уже пора.

Гиль, нам надо поговорить.

Они там что-то…

С анализами напутали.

У меня ВИЧ.

И я тебе изменял.

Полтора года. Почти каждый день.

Кто она? Я ее знаю?

С Надей Перфиловой.

Расскажи мне все. Я хочу знать.

Что ты хочешь знать?

Все.

Ладно.

Заехал за тобой в школу.

Пока тебя ждал, она там дежурила.

Ну что-то слово за слово,

а я смотрю, она меня хочет.

Ну хочет меня, прям видно.

Выбрал время.

Клим на работе. Пацан во дворе гулял.

Зашел к ней. Что сказать, не знаю.

А говорить ничего не пришлось.

Все само как-то, знаешь? Само собой, и…

Ты послушай.

Нам с тобой пришлось много чего пережить вместе.

Но я не люблю тебя, понимаешь?

Что-то пропало. Я не люблю тебя, понимаешь?

А с ней, с ней мужиком себя чувствую, понимаешь?

- Мужиком чувствую. К ней тянет. - Что ты говоришь?

Мы же ребенка потеряли.

А ты что, думаешь, я не помню?

Ты что, думаешь, мне наплевать?

Да я бы все отдал, чтобы это изменить.

Только это невозможно.

И я не буду просить у тебя прощения. Потому что за это не прощают.

Я сам себя не прощу.

Прости меня!

Прости меня, пожалуйста! Прости!

Прости! Прости!

Что, у вас одна медсестра на все отделение?

Так сюда идти никто не хочет.

По приказу тоже как-то не по-человечески.

У всех же дети. Мы сюда только добровольцев берем.

- И вот пока никто не отозвался. - Возьмите меня.

- А у вас есть образование? - Возьмите санитаркой.

Меня дети знают, им будет легче привыкнуть.

Ну хорошо. Оставайтесь, если можете.

И зайдите потом ко мне в сестринскую.

Угу, спасибо.

- На тебе лица нет. - Нет, нет, нормально.

Все в порядке. Мне на работу пора.

- Я тебя люблю. - Я знаю.

- Здрасте. - Здрасте.

- Я вам отправлял образцы. - А, да.

Результаты по иммуноглобулину.

И это еще не всё.

Вот новые. Вильнюс.

Санжик, ты что не спишь?

Я тренируюсь.

Фокусы показывать.

А мне покажешь?

Давайте.

- Ничего нету. - Угу.

- Оп! Монетка. - Ух ты!

Это как ты так делаешь?

Магия.

Ну, честно говоря, меня Кирсан Алдарович научил.

- Хотите еще покажу? - Да, давай.

- Ничего нету. - Угу.

Опять что-то у вас… О, монетка.

Ух ты. А я смотри, как умею.

Вау! А меня научите?

Только если ты научишь меня фокусам.

Давай спать.

- Все, спокойной ночи. - Спокойной ночи.

Что вы делаете?

Зачем вы это делаете? Это преступление, вы понимаете?

У меня есть приказ министра.

Уничтожить весь препарат.

И на что вы еще пойдете ради своего места?

Не смейте так разговаривать.

Сарана, можно мы…

Спасибо.

Ты еще слишком молод.

Я не должен перед тобой отчитываться.

Но надеюсь, ты поймешь.

Я никогда этого не пойму.

Привет. Сильно проголодалась?

Я там на кухне попытался сварить вермишель.

Такая каша получилась, мягко говоря.

Дим, я беременна.

Что?

Подожди, ты сейчас не шутишь?

Алёна!

Просто помолчи и дай мне сказать.

Я помню наш разговор.

Я не хочу вешать на тебя ответственность. Я…

И обманывать тоже не хочу. Я приняла решение.

И я не спрашиваю твоего мнения. Я его просто тебе сообщаю.

Я не готова.

Я этого не хочу.

Это нарушит все мои планы.

Я не могу, понимаешь?

Я с собой не справляюсь. Я с этим не справлюсь. Понимаешь?

После Элисты, после всех этих детей я не могу.

Алён!

Все, все, все, успокойся.

Я тоже не готов.

Но я думаю, мы как-нибудь справимся.

- Ответь. - Ну подождут, подождут.

А вдруг там срочно?

Да.

Что, Кирсан? Повтори еще раз, плохо слышно.

Здравствуй, Митя.

Здравствуй.

Хорошо за городом, да? Свежий воздух, лес.

А я, ну, считай, не был ни разу.

На дачу приезжал работать.

Окна на сосны. Голову поднимешь от бумаг — думаешь:

вот сейчас…

Пойду, буду бродить часами, до одури.

А так ни разу и не выбрался.

Мораль сей басни:

собираешься что-то сделать — не откладывай.

Я закончил расследование.

Поздравляю.

Не с чем.

Вот как?

Ты нашел нулевого, нашел…

Врачей, медсестер, распространивших заразу.

Чего тебе еще надо?

Есть нестыковки.

География. Шприцевой путь не дает такой картины.

И пробы иммуноглобулина дали положительный результат.

- Напишешь об этом? - Я не могу.

Был всего один анализ, результат может быть ложным,

нужно сделать повторный тест.

Ну, в чем же дело?

Вся партия иммуноглобулина уничтожена. По всему региону. Во всех клиниках.

В срочном порядке. На приказе твоя подпись.

Твоя подпись, папа.

Ну я обязан уничтожать потенциально опасный биоматериал.

Слава богу, теперь мы знаем:

- и иммуноглобулин ни при чем. - Мы не знаем.

И никогда не узнаем.

А в чем смысл разговора?

- Ты знал? - Нет.

Ты знал.

Ты зачем приехал, а?

Наорать на меня ты мог и по телефону.

Я тебе по телефону пощечину не смог бы дать.

Ух ты!

А сейчас сможешь, а? Родного папку?

Не боишься, что я тебя ударю?

Я не знал.

Клянусь тебе, что я не знал.

Тогда зачем ты приказал все уничтожить? Ты мог бы часть оставить.

Потому что я не хотел знать.

Потому что, если мы виновны, я не знаю, как с этим жить.

И как умирать.

Лучше я буду сомневаться. Я…

Я не мерзавец, Митя.

Хотел бы быть мерзавцем — тогда смог бы жить дальше.

Что, отряхнулся и дальше пошел, делов-то.

Я не тюрьмы боюсь, не хулы, я…

Я вины боюсь.

Потому что я не смогу с этим жить.

Даже самоубийство — не выход.

Я же не себя убью. Мать.

Да и на тебе пятно будет до конца жизни. Скажи, что это не так.

Ты уничтожил все, чтобы мы ничего не узнали —

и ты не считаешь себя мерзавцем?

У тебя нет детей.

- Это все меняет. - Не надо мной прикрываться.

Я не прикрываюсь. Всегда думал о тебе.

О тебе и о матери.

О себе ты думал.

Я ведь теперь тоже не смогу тебя обвинить.

Я ведь не знаю — может быть, ты и вправду невиновен.

Только знаешь что?

Я все равно все скажу.

И в прессе,

и на докладе.

Я не хочу быть твоим соучастником.

Я видел этих детей.

Я знаю их родителей.

В Элисте заражено 75 детей,

четверо взрослых. Мы не можем это утаить от людей.

В Элисте уже начались беспорядки, Михаил Сергеевич.

В Ростовской области население уже выходит

блокировать сообщение Калмыкии с другими регионами.

Если вы захотите рассказать всей стране,

я очень боюсь, что начнется другая эпидемия.

Эпидемия страха.

Это заставит их прислушаться.

Государство обязано финансировать борьбу с ВИЧ.

Закупать лекарства, одноразовые шприцы. Информировать население.

Все верно. А ты подумал,

что начнется, когда люди узнают, что это медики спровоцировали эпидемию?

Убийцы в белых халатах. М? Что будет?

Они перестанут им доверять, и все. Перестанут отдавать детей врачам.

Начнут рожать по бабкам, по повитухам.

И насколько у нас повысится детская смертность?

М?

Что вы предлагаете?

Ни слова в прессе.

Ни слова.

Всех инфицированных мы изолируем

и разместим в отдельных клиниках.

Мы можем обвинить Запад в развязывании биологической войны против СССР.

Ну а всех, кто орет об этом на каждом углу, мы назовем паникерами

и предателями нашей с вами Родины.

Предлагаете опять начать холодную войну?

Михаил Сергеевич, она что, закончилась, что ли?

Дим, только не психуй. Ты сам знаешь, как правильно и как нужно.

Я с тобой. Говори правду, это проще всего.

Правду? Ну что ж, прекрасно.

Расскажешь правду про иммуноглобулин,

обвинишь Минздрав, Горбачёв с удовольствием в это вцепится.

Разгонит министерство, система рухнет.

Я поступлю правильно.

Ты скажи, в какой стране живешь? Что здесь правильно?

Знаешь, кто здесь больше всего народу погубил?

Не, не фашисты с монголами.

А вот люди, которые стране добра желали.

А что ты мне предлагаешь? Соврать?

Сдать Кирсана? Всех этих врачей?

Как я потом детям этим буду в глаза смотреть? Родителям их? Как?

Смело.

Родина — это люди.

Людям нужно доверять.

Тогда они будут доверять нам.

А молчит тот, кто виноват.

Все рухнет, Дим.

Все.

У тебя сейчас выбор не между правдой или ложью.

У тебя выбор между…

…несколькими жизнями и миллионом.

Вот так.

В обмен на совесть?

Неприятный выбор, но…

Но он твой.

Перед нами была поставлена задача в кратчайшие сроки

найти источник заражения и выявить нулевого пациента.

Нами с товарищем Шиповым была проведена серьезная работа.

Эпидемиологическое расследование

выявило нулевого пациента.

Им оказался Клим Перфилов.

Он заразился в Африке. Его жена была в связи с Иваном Цереновым,

заразившим жену и ребенка, который попал в больницу в Элисте.

Также я хочу отметить, что другие инфицированные

заразились из-за тотального несоблюдения санитарных норм персоналом.

А именно: использование многоразовых шприцов,

не стерилизованных должным образом, привело к тому, что вирус

распространился внутри больницы.

Опять же, сам факт использования многоразовых шприцов…

Так, подождите.

А случаи в Ростове и в Ставрополе?

Михаил Сергеевич, случаи в Ростове и Ставрополе…

Детей из Элисты часто отправляли в ростовские и ставропольские клиники.

А я не вас спрашиваю.

Это в вашем ведомстве,

под вашим руководством допущена вопиющая халатность.

Просто вопиющая.

Продолжайте, Дмитрий Владимирович.

И пусть товарищ Чазов послушает.

Прошу вас.

- Это системная проблема. - Так, говорите погромче, пожалуйста.

У нас тут большая часть — пожилые.

Извините.

Евгений Иванович прав.

Вирус попал в больницы Ростова и Ставрополья с детьми из Элисты.

И распространился через шприцы.

Также я хочу отметить, что Евгений Иванович одобрил

мой план модернизации отрасли.

И утвердил финансирование на будущий год.

Мы закупим одноразовые шприцы,

тест-системы

и разработаем рекомендации для медиков.

Евгений Иванович, это правда?

Да. Это так.

Ну что, товарищи,

значит,

объявим людям правду.

Да, проблема была.

Но теперь все под контролем.

Я считаю.

Здравствуй.

- Привет. - Ты куришь?

А, да… А…

Зайдешь?

Да не, я… Я проститься пришел.

- Ты уезжаешь? - Угу, да.

Куда?

В Комсомольский. На базу скорой помощи.

Представляешь, они думают, что я тоже виноват.

Ты мне всегда таким умным казался. А такой дурак.

И не поспоришь.

Думаешь, в Комсомольском никто не знает?

Узнают, приехать не успеешь. И что, опять уезжать?

Ну ты же плохого ничего не сделал.

Не знаю, может, в прошлой жизни что-то натворил.

Не знаю.

Я поговорил с Дмитрием.

Он попросил тебе свой номер оставить.

На случай, если нужна будет какая-то помощь.

Или… У меня пока своего номера нет.

Я даже не знаю, когда он будет.

Не против, если я тебе позвоню?

Вот номер Дмитрия.

Звони ему.

Послушай, Гиляна.

Ты должна знать.

Если начнется вторая стадия,

тебе нужна будет помощь. Нужен будет человек рядом.

- Кирсан, все хорошо. - Пообещай мне,

что позвонишь.

Обещаю. Позвоню.

Это беспрецедентная ситуация,

с которой мы еще…

Не сталкивались в Советском Союзе.

К сожалению, в ближайшее время

количество зараженных может быть увеличено.

Эта трагедия стала результатом

халатности медработников на местах.

Мы приняли все меры.

Вот сука.

По результатам работы нашей комиссии было выявлено, что причиной заражения

являлось систематическое нарушение правил персоналом детской больницы Элисты.

Медперсонал больницы использовал не стерилизованные шприцы,

меняя только иглы.

Впоследствии через пациентов Элистинской больницы вирус распространи…

Привет!

- Кирсан Алдарович, здравствуйте. - Здравствуйте.

Спасибо, что согласились. Давайте начнем.

Итак, давайте пару слов. Перед записью поговорим немного.

Академик Гончаров опубликовал результаты исследования генома вируса —

он распространился от одного человека.

И это дает стопроцентную уверенность нам в шприцевом пути.

То есть получается, что иммуноглобулин ни при чем?

Сука…

Да неважно, в общем-то.

- Как неважно? - Сейчас.

Ну а какая разница?

Ну, Москва виновата или Элиста? Ну это…

Случилась беда, мы с ней…

Мы с ней не справились.

Мы — я имею в виду как общество, как страна.

Вот и все. Что…

Детей это не вернет.

Столько лет прошло.

Даже интересно…

Понимаете, в чем дело,

ни у кого не хватило смелости…

Даже задним числом взять на себя ответственность.

А что вы хотите?

Да чтобы услышали, хочу.

Чтобы услышали нас.

Чтобы по-человечески нам сказали,

что, мол, случилась беда, случилось несчастье,

простите нас,

чем мы можем вам помочь?

Да и… И все.