Original subtitles

Творческое объединение "Троицкий мост"

Случайный вальс

Сейчас... Сейчас вспомню, что там было.

Гора.

Нет. Ну, может, она не гора была,

а что-то такое старое. Такой холмик. Тогда казалось, что гора.

Мы забирались туда наверх. Там слюда была.

Слюда. Знаешь? Я не знаю как это объяснить,

что такое слюда.

Ну, такое... Расщепляется.

Блестит на солнце.

Не помню... Сейчас...

Косточки.

Это не то.

Нет... Ну, у меня косточки на ногах есть.

Я когда ложилась с ним, так это...

подворачивала ноги под себя.

Боялась, что это...

До сих пор сплю с подвернутыми ногами.

Сейчас...

Там, ну... Нет бы... Как бы так...

Ну, сейчас, минутку...

Ну, а потом... Потом я уже...

Ой, я забыла сказать...

Это... Я вспомнила, что я...

Я вспомнила, что когда я маленькая была,

Так я, ну... ну...

плакать не любила.

Ну, не любила, вообщем.

Ну, буквально, что вот не увижу, на что не посмотрю, всё...

Ну, они меня...

Они меня... Как, ну... Били.

Нет, не хочу.

Потом я... Потом я разучилась.

А он говорит, что я

бесчувственная совсем, что...

что...

на его месте мог быть

ну, кто угодно, что мне всё едино.

Мне...

Мне всегда нравилось, как он говорил...

Он говорил не "всё равно", а говорил "всё едино".

На, а как на мне не женился...

- Ты куда меня привёл? - Кто, я тебя привёл?

- Подожди, вот... - Добрый вечер!

Добрый вечер! Вы меня извините, Бога ради. Он у вас вообще живёт? Твоя комната где?

- Что? - Ты наверху обитаешь, а?

- А мы что, внизу что ли? - Внизу пока. Пока внизу. Пока да.

Извините, можно я водички попью. Так пить хочу. Жажда мучит. Просто сил нет. Спасибо.

Татьяна Прокофьевна...

- Ой, спасибо большое. - Ты кто?

- Сергей. Сергей меня зовут. - Это мой друг... - Зачем его напоил?

Кто, я? Да Вы что?

- Что я сам выпить не могу что ли? - Подожди! Сам не можешь. Не можешь сам. Не обижайся.

Сейчас я Вам всё объясню. Понимаете, такая история произошла.

Подожди! Я Вам объясню.

Если бы он сегодня не напился, у него точно крыша бы поехала. Помолчи пока!

Ну, вот понимаете, его из института выперли

Он очень сильно переживает, очень сильно переживает. Понимаете?

Переучился. Он зубрит, а когда надо...

- Ну, что? - Что? Ну, хотел сказать...

Ну, вот видите? Вот так всегда!

Всё понимает, как собака,

а сказать... Сказать не может ни хрена вообще.

- Ну, хватит. Надоело. Исчезайте. - Какую собаку-то? Я вообще не понял.

- Ты слышал? - Ты слышал, что нам говорят?

У меня вообще три собаки было.

Татьяна Парижовна совершенно правильно ставит вопрос.

Всё, исчезаем, исчезаем. Вставай давай!

- Вставай! Ну, вставай! Что ты сидишь? - Куда ты меня тащишь вообще?

Давай! Ну, Петя! Ноги поднимай!

Слушай: я вообще-то думал, он в избушке снимает. А он такие хоромы отрыл.

Лена, иди-ка сюда.

Иди, чёрт возьми, иди.

Иди. Иди-ка, иди-ка, иди.

С прибавлением семейства Вас!

Спасибо!

Сколько лет не виделись.

Да уж многовато.

Вы-то как?

Да ничего.

А старшему... Как его...

- А, Ромке-то... - Ромке.

- 5 уже лет. - Уже 5 лет!

- Да. - Скоро в школу.

Скоро в школу. Через год.

А сейчас он где?

Так к матери отправила.

К матери - хорошо.

Да. Ну, а Вы-то как?

Ничего.

Ничего?

Здравствуй, Полина! - У нас "Здравствуй" не говорят.

У нас сразу угощаются.

Вот я Вам давлю изюмчика,

чтобы у Вас сердце работало правильно и хорошо.

Полина, Полина! Ну, не приставай к мужчине-то.

- Он не к тебе ведь приехал. - Ну и что?

А ну-ка, подожди, Полина.

Полина, иди-ка сюда.

Помоги мне картошку донести.

Ну-ка, пойдём, пойдём.

Я вам покажу, как раки зимуют!

Вы что в нашем дворе делаете, а?

Что вы делаете в нашем дворе?

Ну, не ори, Полина!

Вы что делаете?

Имеется вам управа или нет?

Мы найдём! И будет! И знаем, где взять.

Вот так! У нас есть и будет

управа на вас.

Нужно вас убивать уже давным давно.

- Ну, ты чего расселся-то? - Ну, Надя...

- Ну, ты что развалился-то? - Ну, что ты...

Отдыхаешь, да? На солнышке греешься, да?

Ну, ладно тебе, Надя.

- Да ничего! - Всё...

Какую тут перевалку устроили!

Не надо, Надя. Ну, что ты заводишься опять?

- Голова болит... - Да пошёл ты! Ничего!

Красота душевная. Вы что тут делаете?

Ну, ладно, не шуми! Ну, что ты?

Что вы делаете тут, а?

На вас нет никакой управы.

Я найду. Вот так сяду-посижу и выдумаю.

- Вот, давай! - Вот так. Давай! Давай!.

Всякие тут ходят тут это, разводят...

Я воюю-воюю...

- И что? Кого ещё тут... - Заткнись!

А ты-то что орёшь? А ты что идёшь?

Красота душевная. Все ходят тут.

Еще с какими-то блюдами идут.

Все хозяйки. Да.

Татьяна Прокофьевна.

Надька.

К Серёге приехала из нашего городка.

Её в общагу не пускают к нему. Вот припёрлась сюда.

- Здрасьте, Татьяна Прокофьевна! - Здрасьте.

Здрасьте.

Ещё раз явишься свиньёй,

- и вылетишь как пробка из бутылки. Понял? - Ага.

- Спасибо, Татьяна Прокофьевна. - Правильно, Татьяна Прокофьевна. Так ему и надо.

- Верни её. - Ага.

Надя. Надя!

Ну, постой, Надя!

Ну, чего вы скисли?

Да мы просто боимся не в жилу попасть.

- Да? - Ага.

Если будешь бояться, вообще не попадешь.

- Да? - Никогда.

Ты не бойся, попробуй.

Ну, что ж...

Ну, давайте попробуем.

Надя. Всё нормально, расслабься.

- Расслабься сам. - Чего? - А ничего!

- Ты чего заводишься? - Сидим нормально, чай пьём.

Гости. Чай пьём. Всё нормально. Что?

- Очень красиво себя ведёшь. - Да, очень красиво.

- А хотите, я вам историю расскажу? - А хотите, я вам историю расскажу? - Ну, расскажи!

Ну, давай, давай, расскажи, а мы послушаем.

Бросили меня ночью на вокзале.

Сволочи.

А теперь спрашивают.

Ай-яй-яй-яй-яй.

Свинство.

Извини.

А так не просят прощения.

Извини, пожалуйста! Я...

Ну, скажите, чтобы извинила. Ну, чего уж там.

Ну, извини.

Да чёрт с ними.

Ну, вот и прекрасно, ну...

Слушайте, а давайте в карты поиграем. А?

Сейчас "Кинг" в моде. Ну, игра такая.

- Мальчиков не брать, девочек. Ерунда но интересно. - О, нет. Я...

- Да давайте попробуем. - Мне уходить надо.

- Да? - Ага.

Жаль.

Ходи, Гена, ходи. Что ты думаешь? Совсем тупой что ли?

- Или голова не соображает? - А у тебя?

Ходи, говорю. Сразу он огрызается.

У меня свежая. Я её берегу.

Ну, ты ходить будешь или нет, а?

У нашей математички в четвёртом классе.

- Ты тоже... Помнишь? - Да.

Тётя Зина Чернова.

Гена, а что она гулять-то пошла?

А, Гена?

С ней мужик какой-то.

Мужик за ней приехал.

Говори тише. Она же услышать может.

Гена, ты у нас совсем плохой стал.

Ну, закрой.

Тебе говорю, Серёга.

- Ну, не лазь ты. - Ну, ладно тебе. Чего ты?

Что ты испугался-то.

Кстати, а куда она вообще на ночь глядя-то?

Она вообще где пашет?

Не знаю.

Пашет где-то.

- По-моему, она шлюха. - Сама ты шлюха.

Сейчас прощение просить будешь.

Она - человек.

А шлюха что - не человек?

Так, сейчас по тряпкам разберёмся.

Ну, не лазь, Надя.

Да отстань ты! Ты что? Она мне разрешила.

Когда это она тебе разрешила-то?

Когда? Тогда. Сказала: "Всё твоё -моё".

Серёга, ну хоть ты-то ей скажи!

Ой, надоели, ей богу.

Пришли тут, хозяйничают как дома.

Серёжа, сейчас примерим кофточку.

Вещь.

Так.

Серёженька. Серёженька.

Ну, подожди.

Ну, подожди, Серёжа.

Ну, вот что ты надела?

Ну, как?

Класс.

Как? Как корове седло.

По-моему, он с ней спит.

Совсем сдурела.

Ой, Гена, ты покраснел.

- Неужели ты всё ещё целка? - Тебе-то что?

А так... В "Красную книгу" занести надо:

Гена русский,

22 года,

- ...мальчик. - Ну, тогда и тебя туда же.

Ты-то трахаешься с пелёнок.

Ты чего? Чего? Чего ты?

Я тебе покажу...

Сдаешься?

Ну, всё. Ну, кончайте! Ну, всё!

- Ну, всё, ну... - Ну, ладно. Всё.

Не с пелёнок, а с 13 лет.

Я точность люблю.

Геночка.

Они что, от этого дохнут?

Да нет, от этого-то уже не сдохнут. Это так, для аромата.

Ароматная смерть.

- Они, знаешь, от чего дохнут? - От чего? - От резины.

- От какой резины? - От резины.

- Что, обыкновенная резина? - Обыкновенная резина.

Вот видишь: такая меленькая тертая резина.

Ты бы сдохла от резины?

- Нет. - А они дохнут, вот.

Что ты. Надо знать,

от чего дохнут братья по духу.

Сволочь!

Ой, Татьяна Прокофьевна!

Ну, что же Вы делаете? Это же вонять будет.

Как потом из этого есть-то?

Ну, убери.

А где вы работаете?

- Знаешь, что я люблю больше всего на свете? - Нет.

Заполнять анкеты.

С утра до ночи сижу и заполняю анкеты.

- А ты где работаешь? - Нигде.

Это нехорошо. Плохо.

Человек должен трудиться.

Потому что труд сделал из обезьяны кого?

- Человека. - Вот то, что мы имеем. То, что имеем.

А Вы были замужем?

Замужем? А что такое замужем? Я не знаю.

Что смеёшься? Я не знаю что такое замуж. Это когда клеймо на заднице ставят, что ли? А?

- Что смеёшься? - Почему на заднице?

Не на заднице? А где? Я не знаю. Я дикая совсем. Где?

Скажи, где ставят клеймо?

- В паспорте. - А, в паспорте...

Ну, вот видишь, а я не знала, видно.

Нет. Я люблю, чтобы у меня паспорт чистый был. Абсолютно.

А ты была?

- Нет. - Нет.

Ну, вот видишь, как хорошо.

А у меня мать какой-то гадостью травит.

- А, это бурой что ли? - Ага.

Бура - это так, грёзы любви, знаешь.

От буры они не дохнут. Они только кайф, кайф, кайф ловят.

- А у Вас был любимый человек? - Что?

Любимый человек был?

А что ты смеёшься, я не понимаю.

Что такой серьезный вопрос задала, а сама смеётся. Я не понимаю.

Ой, ты странная девушка.

А ты странная девушка.

А ну, странная девушка, это что здесь - театр что-ли? Ты чего сидишь?

А ну, встань, иди мой посуду! Иди мой посуду.

- Плечи мешают. - Ну, что плечи, Танюшка? Что плечи-то? Отпорешь потом плечи. Ну, Таня.

- Ноги расставь. - Да не могу я!

- Ну, Танька. Ну, вот как! - Могу! - Как кинозвезда!

Ну, Тань, ну, ра...

Ну, вот так вот.

А ну, расскажи про меня. Какая я?

Роскошная! Роскошная!

Только плечи расправь и грудь вперёд!

- Нормально. - И пошла, пошла. Вот. Вот.

Я пошла. Я пошла. Я иду. Вот. Хорошо иду?

- Дай мне. - На.

Так, это хорошо, но не для меня.

- Вот, понюхай. - Но это же для бритья. - Ну что для бритья-то?

- Что ты суёшь? - Что суёшь? Зато мужиком будет в доме пахнуть. - Отстань!

Вещь! Это мои.

Ритка зайдёт - отдашь ей. Хорошо?

- Шок! - А это "с нагрузкой". - Да брось ты!

Что? Что брось-то? У нас все хорошие вещи "с нагрузкой".

- Вот. - Подожди, подожди, подожди, ну, подожди. - Что подожди?

- Вот смотри, по цвету. - Что по цвету-по цвету. Закопай по цвету.

Вот оно. Вот оно, где Grande amore.

Cлышишь, что-то не хватает.

Это моя вещь!

Вместо воротника. Мне в чернобурке...

Попробуй.

- Здравствуйте. - О, здравствуйте.

Вот.

Смотри, смотри!

Кайф!

Смотри.

Вот, смотри. Слушай, а тебе какие нравятся - чёрные или белые?

Ужас!

- Нет, нет. - Ну, почему нет?

- Ну, нет. - Ну, почему нет? - Ну, потому что просто...

Вот это особенно классная!

- Кайф-девочки, да? - Нет, мне негритянки больше нравятся.

- А что так? - Ну, вот так, я не знаю, нравятся и всё.

Я вообще хотел бы негритянку встретить,

но в нашем городе негритянки не бывают. Жалость, конечно.

Жалко!

- Слушай, а вот это... Это сколько стоит? - Четвертной для тебя. - Ага, спасибо.

Модель "Вьетнам".

Классно.

Корейская.

Ты чего, сдурела что ли?

Ты... Иди отсюда. Иди отсюда на хер!

А почему мне нравится этот бархат? Я в 6 часов утра встаю, одеваю это бархатное платье.

Цвет... Выбираю цвет, который мне в данную минуту приятен.

И ложусь на кровать с утра.

Попью кофе, покурю, потом полежу.

А я же ленивая ужасно.

А бархат не мнется, ничего не надо: ни гладить, ни чего.

Одел на себя и пошёл в гости в бархатном платье.

Это французский бархат, но он лоснится.

Очень сильно. Потому что я лежу, люблю кувыркаться на кровати в бархатном платье.

Самая модная из всех

женщин. Только никому не нужна.

Мне ещё чёрную юбку нужно сшить, узкую.

С разрезом сзади.

Это руками можно, руками.

- А Вы о чём думаете? - Да вот сама не знаю.

- "Ночь коротка..." Знаешь? - Конечно, знаю.

Не можешь знать. Откуда ты знаешь? Слушай.

- Ночь коротка... - А я вот думаю, может, со стройотрядом двинуть?

- Бабок сшибу. - Да?

О, Серёнь, и меня с собой возьми.

- ... и лежит у меня на ладони - Куда же я без тебя.

Фиг тебе! Никуда ты не двинешь.

А то мать всё равно убьёт, когда про институт-то узнает.

А ты не пиши.

Татьяна Прокофьевна нас не выдаст.

- Правильно, Татьяна Прокофьевна? - Нет. Нет.

- Ну, вот. - Ну, нельзя же всё время скрывать.

Ты не думай про всё время.

День прошёл, и слава Богу. Жизнь коротка.

Что такое жизнь?

- Ты ничего не придумывай. Просто живи и всё. - И всё?

Хоть я с Вами совсем не знаком

и далёко отсюда мой дом,

я как будто бы снова

возле дома родного.

В этом зале пустом мы танцуем вдвоём, так скажите хоть слово,

сам не знаю о чём.

- Надя, крылышко будешь? - Не буду.

Спят облака.

И лежит у меня на ладони

Незнакомая Ваша рука.

После тревог

Спит городок.

Я услышал мелодию вальса

И сюда заглянул на часок.

Хоть я с Вами почти незнаком

И далеко отсюда мой дом,

Я как будто бы снова

Возле дома родного.

В этом зале пустом мы танцуем вдвоем,

Так скажите хоть слово,

Сам не знаю о чем.

Будем дружить,

Петь и кружить.

Я совсем танцевать разучился

И прошу Вас меня извинить.

Утро зовёт

Снова в поход.

Покидая Ваш маленький город,

Я пройду мимо Ваших ворот.

Хоть я с вами совсем незнаком

И далеко отсюда мой дом,...

А, вот она где птичка.

Ты что здесь делаешь?

Ревёшь.

Ой, но это ничего ещё.

Это хорошо, когда слезами выходит. У меня вон

всё в голову ушло. Как свинцом налита.

У, гады, что делают, а.

Ведь это же простое дело, для того кто хочет сделать.

Берёшь кусок мяса.

Отбиваешь его. Обваливаешь.

И на сковородку. И следишь.

Поджариваешь. С одной стороны.

И следишь.

Чтоб только не подгорело.

О, светло.

А эти двое где?

Не знаю.

Сходили, погуляли.

Что они там обваляли, один чёрт знает.

Нет, не заснуть.

Эй, что это вы здесь болтаетесь?

А чего хочешь, а?

Да пошёл ты!

Я б не приставала к мужчине. Не знаю почему.

Хоть я и неказиста...

А вот сын пошёл не в меня.

Женился. Взял с "довеском".

А она не хочет убирать в квартире.

Я ей говорю: "Таня, ты бы хоть раз в квартире убрала".

Всё-таки ребёнок. Ведь он же уже ползает, этот ребёнок.

"А я здесь не хозяйка".

Я говорю: "Ну, а гадить-то ты хозяйка".

Я же целыми сутками нахожусь на работе.

Девочка, так же нельзя.

То приду, квартира нараспашку...

Кастрат.

Слушай. "Кастрат - кастрированный мужчина, скопец".

Да ладно. Можешь не читать. И так понятно.

Давай 366, второе сверху.

- Второе? - Ага.

А, вот, вот, так, второе

Кретинизм -

заболевание, характеризующееся

задержкой физического и психического развития,

доходящего иногда до резкого слабоумия.

Ну что, ещё будешь?

Где ты была?

- Я проснулся, а тебя нет. - В городе гуляла.

А я просыпаюсь, а тебя нет.

Испугался?

Испугался.

- Ну, и что там в городе? - Ничего.

Ты для всех умерла, я знаю. Для меня ты жива, родная.

Интересно: за это вообще платят?

- За что? - За стихи.

Устроиться захотел.

Да нет, Гена, я о тебе подумал.

Иди ты. Я сам себе место найду.

А зачем мы сюда вообще пришли, а?

Все пути ведут в Рим, мадам.

А я не мадам.

- Мадам. - Ам.

Так. Воронин Сергей Сергеевич.

Надо же: моложе нас.

- Выходит, и наш брат мрёт. - Ещё как мрёт.

Я в земле ни за что не хочу.

Пусть лучше сожгут.

Ещё проснёшься.

А вот я не умру.

Никогда.

- Да? - Ага.

- Ну, будешь к нам приходить. - Приду.

С цветами.

Извините, Эмилия Андреевна.

Цветочки одолжу.

Придёшь как-нибудь навестить.

Ага. Приду и скажу: "Сереженька".

Гена, смотри-ка, тут ещё один молодой.

Не бери у него.

Спасибо.

Гусарская рулетка -

жестокая игра.

Гусарская рулетка.

Дожить бы до утра.

Так выпьем без остатка

за всех шампань со льда.

Ставки сделаны, ставки сделаны,

Ставки сделаны, господа.

Ставки сделаны, ставки сделаны,

Ставки сделаны, господа.

Ой, зайчик, котик!

Кто к нам пришёл!

Так, сейчас посажу.

Есть новость.

Посмотри: третий столик у колонны.

Посмотри, посмотри.

Здрасьте. Можно посидеть с вами чуть-чуть?

Ну, конечно. Садись, Танюша.

- А что шёпотом-то? - Можно даже не чуть-чуть посидеть.

Ой, никак ты мне рада?

- Очень. - Очень.

А что же ты не заходишь? Вот Виктор взял да и зашёл. А тебя всё нет и нет.

- Я зайду. Когда время будет. - Ну, я буду ждать.

- Добрый вечер. Что будете заказывать? - Добрый вечер.

- Это что, всё есть? - Угу.

Неси, всё, что нужно. Горячего чуть.

- Может, это лишнее, Таня? - Ну, почему? Я же люблю угощать, Виктор.

Сделайте даме такое удовольствие.

- Тогда пополам. - Хорошо.

Ну, что же...

Я тут должен кое-что объяснить Тане.

Мы ведь с Анной встретились, понимаешь,...

В моём доме.

Я помню хорошо, как вы встретились.

Удачно встретились. Правда?

Ну, так что? Выпьем за дружбу, а?

- Давайте. Как Вы сказали? - За дружбу! - Да.

Хорошо.

Ну, а ты, Танюша?

Как ты живёшь?

А тебе интересно?

- Интересно. - А я хорошо живу.

Я очень хорошо живу.

Я замуж сходила, Витя .

За генерала.

Он погиб. В больнице.

Да. От рака.

Вот только не помню, каких войск был генерал.

То ли танкист,

то ли артиллерист.

Но это не имеет значения, правда? Как тебе кажется?

Главное, что генерал был.

Разрешите Вас пригласить.

Наступают холода.

Зажигается звезда.

До свидания.

Ходит птица в вышине

с вышиной наедине.

До свиданья.

Солнце по небу пройдёт.

Ветер на воду падёт.

До свиданья.

Слава богу,

никого никто не ждёт.

До свиданья.

Слава богу,

никого никто не ждёт.

Дай твою руку левую посмотреть.

Зачем, Таня? Ты её столько раз видела.

Видела и забыла.

На.

Солнце по небу пройдёт.

Ветер на воду падёт.

До свиданья.

Слава богу,

никого никто не ждёт.

Таня, что ты хочешь?

Я не понимаю.

Ну, подобрала ты меня. Ну, жела я у тебя.

Ну, поила ты меня, кормила. Я всё помню.

Таня. Таня, ну, зачем ты? Таня.

Таня. Таня, постой. Таня, я прошу тебя. Таня, ну.

Таня, перестань, Таня!

Таня, я прошу тебя!

- Ну, что ты хочешь? Это ты за Витю? - Не знаю.

Что ты хочешь? Ну, что? Ну, что? Скажи мне, что, что, что?

Я всё сделаю. Таня, скажи мне, что?

Я сама не знаю.

Не стесняйтесь.

Так.

Раздеваемся.

Сюда можно повесить?

Ага.

- А ты какая! - А что такое, что случилось?

- Да туфли жмут. - Снять их да и всё.

А я что делаю? Я же снимаю.

Ну, что, полегче стало?

- А Вас как зовут? - Юра.

Ну, хорошо.

- Ну, что. Значит, вот здесь вот Вы и живёте, да? - Ага.

Так.

А второй этаж тоже наш?

- Ну, конечно. - Понятно.

Хорошо здесь, я смотрю, у Вас тут.

Уютненько. Замечательно.

- Ну что, значит, можно пройти, да? - Ну, конечно.

- Танюша. - Ну, что?

У меня предложение: давайте шваркнем немножечко, а.

Какой ты заботливый!

Ну, так, чисто символически. Чуть-чуть так.

И закусочка есть, а.

Огурчики вот тут, помидорчики.

Немножечко черешенки для девушки.

- А хорошо. - Ну, прекрасно!

Так, чуть-чуть совсем так.

А рюмочки. Рюмочки есть, рюмашечки, а?

- Рюмашечки есть? - Ну, пропусти же!

Да ты что, я могу сам достать. Только скажи где, а.

А?

Ну.

Вот.

Так-так-так.

Рюмочки.

Рюмашечки такие маленькие.

Ой, какие рюмочки замечательные.

Так, значит, Вам вот эту.

Под цвет платьица. Так.

Наливаем. Так.

Танечка, давайте перейдем на "ты", а.

Ну, со свиданьицем! За тебя!

Закусим немножечко.

Почему я так волнуюсь, а?

Очень волнуюсь.

Ты знаешь,...

Меня к тебе Бог послал.

- Зачем? - Зачем?

Чтобы защитить от ударов судьбы.

Ты же такая беззащитная.

Да. Да, беззащитная. И совершенно не знаешь жизни.

- Жизни не знаешь. - А ты?

- А я знаю. - А ну, расскажи.

Жизнь сложна и многообразна.

С одной стороны.

Лежат девчонки, задрав юбчонки,

мошонки в руках теребят.

Потому что на 10 девчонок

по статистике...

Вот ты. Ты совершенно беззащитна.

- А жизнь надо принимать такой, как она есть. - А если не хочу?

А если не хочу, то нечего ходить по ресторанам.

Я же всё же видел. Иди в монастырь.

Ну, что же ты такая диконькая?

Такая дикая-дикая. Мужиков всех разогнала.

Я только один у тебя остался, ну. Один только я.

Юрок, твой Юрок. Таня, Танечка. Таня.

Танюшка, Танюшка, ну, хватит, ну, прекрати, ну.

Таня, ну, ты зачем меня приглашала? Ну, хватит, ну.

Танюшка, родная, я очень прошу, ну. Ну, нельзя же так. Ну, что за разговоры такие: хочу - не хочу.

Таня. Ну, Таня. Ну, мы взрослые люди. Перестань. Ну, ничего же страшного, Танюшка.

Ну, Таня, ну, я тебя прошу, ну. Таня, ну, в чём дело?

Ну, зачем ты меня звала, Таня? Таня. Танечка. Ну, родная моя.

Ну, я тебя прошу, Танюшка. Ну. Ну, хватит, ну, хватит. Ну, милая моя, ну, нельзя же так, Таня.

Ну, зачем звала на самом деле? Ну, хватит, ну. Таня, я тебя прошу. Родная моя, ну, хватит, ну.

- Таня. Танечка. Таня. Ну, в чём дело? - Я сейчас собаку спущу.

Я твой собаке башку оторву.

Да и тебе тоже башку оторву. И удушу её. И тебя удушу.

К чёртовой матери! Собаку она позовёт.

Что такое? В чём дело?

Перестань коньяком плескаться, алё!

Завязывай плескаться, кому говорю!

В чём... Алё!

Крыса старая.

Паскуда чёртова. Кишка вонючая. Кончай плескаться, говорю!

Сволочь такая. Завязывай плескаться! Хватит уже. Алё.

"Сходил" называется.

Да заткнись ты!

Замолчи.

Ничего. Он меня иногда до школы провожал.

А я всегда старалась как-то так вот, когда подходим, немножко впереди.

Ну, так как-то, независимо от него.

Вроде как он не солидный.

За ворота выхожу уже. Поднимаюсь по ступенькам.

А потом дверь когда за собой закрываю (там стекло такое), смотрю: он стоит.

Стоит и улыбается.

Нет, у меня отец, конечно...

Он вообще, когда меня видел, всё время улыбался.

Вот улыбается во весь рот. И я вот смотрю на него: эта кепка, плащ, штаны.

Вот брюки, да, И вот видно прямо: а носок нет.

Я вообще из дома выходить... Как-то вот...

У меня такой момент всегда вот, когда вот выходишь...

Вот сам выход...

Вот в школу ты идешь. Просыпаешься. Вот ты утром дома, да.

И вот думаешь уже: "Сейчас выходить". Вот всё медлишь, медлишь.

Вот воду откроешь вот так вот в ванной вот и руку туда под воду...

Вот держишь руку и так вот думаешь:

Сейчас бы вот... Так вот идти не хочется. Ну, не хочется. Ну, вот не хочется!

Ой, вообще б туда не заходила.

Ненавижу я эту школу.

Не плачь.

Крики, лай всю ночь. А я ведь жду ребёнка, да.

Разве можно ждать в такой обстановке? Валь, ну, что ты сидишь, что ты куришь? Встань да скажи!

Полина! Полина, ты же всю ночь тоже не спала.

Ну, скажи ты ей, скажи, скажи!

Собаки. Мужики. Люди, что вы делаете! И не стыдно вам!

Наконец, прекратите вы это такое всё хулиганство?

Татьяна Прокофьевна, нет, ну, скажите всем нам, почему именно из-за вас весь двор не мог спать?

Ну, давайте, давайте. Ну, подходите, подходите ко мне.

Подходи ко мне.

- Не стыдно? Вот тебе-то не стыдно! - Ам.

Ну, подошла. Теперь говори.

Ну, так что же, миленькая Татьяна Прокофьевна, что будем делать? Что у Вас всю ночь делалось, а?

- Что же такое делалось, а? - Да замолчи, Полина, закрой своё хайло!

- Собака лаяла. - Ну, дружочек, собака на то и собака, чтобы лаять.

- Мужики бегали. - Мужики? Что Вы!

Не надо, Таня. Я тебя прошу, Танечка, не надо. Да замолчи, тебе говорят!

- Ну, что ты хочешь от меня? - Я хочу, чтобы ты просто потише жила.

- Да? - Да.

- Чтобы я такая маленькая была. - Совсем маленькая. - Исчезла совсем. Испарилась.

Понимаешь, у тебя там собака лает, а я ведь ребёночка жду.

- Ребёночка? - Да. Да.

- А кого ты ждешь: девочку или мальчика? - Девочку. - Девочку.

- Хочешь девочку? - Хочу.

Ну, будет тебе девочка.

- Обещаю девочку. - Ах, Танечка.

Хорошая девочка.

Красивая девочка.

Тихая девочка.

...И на пол бросает. Ну, невозможно.

До чего же она меня довела! До чего довела, Таня, ей богу!

Я бы на любого коня бы села и улетела. Что только не сделаешь, чтобы не видеть бы её.

Вот хитрая. До чего хитрая! Ведь знает, что я переживаю.

А она берёт, знаешь, голая из-за шкафа высовывается и меня дразнит.

До какой степени она меня довела! Я плачу уже, плачу, вся изревелась.

Она всё равно издевается прямо надо мной.

Я уже объявление начала писать, чтобы меняться.

Таня, злишься?

Нехорошо как-то всё получилось.

Я после этого всю ночь уснуть не могла.

Витька уснул, а я не могу успокоиться.

Я ему говорю: "Витя, нехорошо как-то всё получилось".

Надо бы хоть попрощаться.

А он говорит: "Да ладно, обойдётся". Ну, ты же его знаешь.

Я к тебе зайду на днях, ладно?

А то я соскучилась по дому и по всему.

Ну, пока!

Сволочь!

Ты почему кота убил, скотина такая!

Ты зачем замучил котёнка, я тебя спрашиваю!

- Ну, чего там? - Не знаю.

- Кажется, котёнка убили. - Весело у вас тут живут. - Пацана подозревают.

Я знаю, кто котёночка убил.

Котёночка убила Татьяна Прокофьевна.

- Ты чего? - Да, Татьяна Прокофьевна?

- Ты чего, Надя? - Серёженька, подожди только, пожалуйста. Хорошо? - Я не понимаю, ты шутишь что ли?

А чем Вам котёночек-то помешал, Татьяна Прокофьевна?

Что ж Вы ему головку-то открутили и убили, убили!

Маленький такой был котёночек. Головку-то ему открутили.

И убили!

- Надя. - Серёженька. Серёжа. Серёжа, подожди. Ладно? - Ты что, я не понимаю, Надя.

А ну, выметайтесь отсюда живо к чёртовой матери!

- Надя, пошли. - Серёженька, ну, подожди.

- Пойдём, Надя. Ну, что ты? - Ну, подожди. Ну, подожди, Серёженька, ну. Подожди.

Всё, Надя. Ну, успокойся. Что ты? Что ты заводишься?

- Гена, Геночка, Гена, пойдём! - Татьяна Прокофьевна! - Да пошли отсюда!

- Ну, пойдёмте отсюда, пойдёмте! - Надя, ну, перестань!

- Валим отсюда! - Татьяна Прокофьевна! Вы извините! Я не знаю, что...

- Надя, всё, успокойся. - Ну, это... Ну, вдень!

Убирайтесь отсюда живо! Сейчас же!

И я?

Все до одного.

Ну, что пошла? Нравится здесь?

Пиво хочу.

Ну, пей пиво.

Пиво она хочет.

- Пиво она захотела. - Серёнь.

А помнишь, у нас в детском саду девчонка такая была, беленькая.

Пришла, никого не знает.

- Сразу мне понравилась. - Пиво она хочет.

Глаза большие-большие.

Упрямая ты, как...

- Ты не видишь, у нас мужской разговор. - Вижу.

Ну, вот заткни уши и пей молча!

Заткни уши! Вот так.

- Не слышу. - Молодец.

- Я ещё песни тогда пел. - Не слышу.

- Что? - Песни пел. - Какие песни?

Ну, как: "Шёл отряд по берегу. Шёл издалека".

- "Шёл под красным знаменем командир полка". - Не слышу. - Ну, и что?

Мать совсем озверела. Денег не шлёт.

- Одно письмо, и всё. - Да ладно, не психуй.

Танька поорёт, что-нибудь придумает. Всё нормально будет.

Серёжа, ребята миленькие, давайте уедем отсюда.

- Куда уедем? - Давайте уедем. - Нудная ты, а.

Ну, что ты выступаешь? Куда уедем? Ни денег, ни хрена.

Давайте уедем отсюда. Уедем.

Кончай давай. Эта тётка для нас всё делает.

Да она же сука, Серёжа, сука.

Ты чего? Пивко хорошо пошло, да?

- Да. - Оно и видно.

Ну, ты что? Что она тебе сделала-то?

И вообще, где бы ты была без неё?

Гена, а, Гена.

А ты помоложе себе найти не мог?

- Нет. Ну, в крайнем случае я бы тебе дала. - Заткнись!

И Серёга супротив товарища возражать не стал бы.

Заткнись, а.

Заткнись, говорю!

Случайный вальс.

Автор сценария Павел Финн

Режиссер-постановщик Светлана Проскурина

Оператор-постановщик Дмитрий Масс

Композитор Вячеслав Гайворонский

В главных ролях:

Алла Соколова - Татьяна Прокофьевна

Татьяна Бондарева - Надя Алексей Серебряков - Сергей Сергей Парапанов - Гена

а также Виктор Проскурин в роли Виктора Степановича