Original subtitles

[Музыка]

[Музыка]

- Тпру! Тихо ты.

Иди сюда, иди сюда.

Чего глаза вылупили? Делов нету?

Ты теперь у главных ворот.

Смотри, кто незванным проскочит, головой ответишь.

Ты и ты в дозорные.

Чего встали? Грузите!

- Что-то ты и вправду разошёлся. Своих-то почто?

- Своих тут нет. Есть те, кто верно служит, а есть предатели.

- Везти-то куда?

- Ну не к попу же везти!

- Счёты сводит, падаль такая!

[Стук в дверь]

- Батюшка! Батюшка!

[Стук в дверь]

Батюшка!

[Музыка]

[Скрип телеги, лай собак]

- Что это, бабоньки, везут?

- Бревна.

А может, покойников. Будто им есть разница.

- Так ежели покойников, церковь-то там, в другой стороне.

- Видать, с печки убились. Да все разом.

Вот и везут на болото к русалкам на отпевание.

- Господи, помилуй.

- Что ни день, то покойники. Так ведь никого не останется.

- Наталья, куда ты? Не велено! Не гневи ты её!

- Не гневить? А если там моя Фёкла?

Мы докуда молчать-то будем? Бабы, пойдёмте к барыне.

[Музыка]

[Звук телеги]

[Плеск воды]

[Плеск воды]

- Как посмела без спроса войти?! Пошла вон!

Думала, не вижу? Авдотьино место занять хочешь?

- Ничто не стоит ваших слез, госпожа. Вот, лучше выпейте.

Доверьтесь мне. Выпейте.

- Никому не верю!

Себе только верю.

И Ивану...

Иван где?

- Зачем вам Иван? Теперь я буду при вас денно и ночно.

Ко мне Ивана!

- Не жалей, не жалей!

Ты не грусти, ты не жалей мне воды!

- Ермолай!

- Ты, ведьма старая, не Ермолай я тебе, а Ермолай Архипыч.

- Ивана сыщи, да поскорей, не то обоим нам не сладко будет.

[Свист]

[Музыка]

[Скрип дверей]

- О, а мы уж думали, ты сбег. Давай, спускайся.

Пошевеливайся, барыня заждалась.

[Лай собаки]

- Вот оно что.

- Ванюша...

Ванюшенька... Ванюшенька... Ванюшенька, как же я забыла, совсем?

Совсем.

Пойдем сюда.

Садись, садись.

Один ты меня пожалеешь.

Я знаю, через жалость, через жалость полюбил.

Верно говорят: жалеет - значит любит.

[Плачет]

Бедный мой и верный мой, один ты у меня.

Я тебя мучаю, прости.

[Плачет]

Власть... Власть...

Власть - это всё, что у меня осталось.

Предали меня все. Предали...

Неужели ты?

Посмотри на меня.

Посмотри на меня!

Да что с тобой?

- Известно что! Ему теперь девка дворовая дороже вас, госпожа!

- Что ж ты за дурак такой, Иван?

То сидел бы при барыне.

А теперь кого винить?

- М-м-м!!!

- Только себя.

Верно говорю?

- Здорово, бабоньки?

- Наталья, чего тебе?

- А где Фёкла моя? Не видали, а? И Ивана нигде нету.

- Нам почём знать?

Ну что встала-то? Иди давай!

Некогда лясы точить. Работать надо.

Работать.

[Музыка]

- Я пришла простить тебя.

[Музыка]

Накажи её.

Видишь? Она и сама знает, что виновата.

[Музыка]

- У-у-у!!!

- На! На!

- Вольную дам.

Клянусь.

- У-у-у!

Не...

- У меня сердца нет?!

У меня сердца нет?!

А у них?! У них есть?!

[Плачет]

- А! А! А!

Не! Не! Не!

[Крик, плач]

[Трагическая музыка]

[Стук сердца]

- Если письмом завладеют враги, я стану игрушкой в чужих руках.

Павел станет игрушкой. Как я могла допустить такую ошибку?

- Вопрос, как эту ошибку теперь исправить?

Теперь все, как на бочке с порохом.

Один мой неверный шаг и чего ждать? От кого?

Шантажа, удара в спину, огласки?

Вы знаете, вдова эта не проста. Что же мне теперь делать?

Под дудку её плясать?

- Да, и нахрапом не возьмешь.

Небось не дура, подстраховалась.

- Стой! Стой! - Пропустите!

- Что происходит? - Ваше величество, прошу вас!

Ваше величество, прошу вас!

- Убрал руки! - Да кто ты такой?

- Да что вы делаете?

- Пустите, я буду говорить только с ней!

Слово и дело!

- Стоять!

- Да знаешь ли ты, наглец, что грозит заявителю сих громких слов,

если он под пустым предлогом посмел позвать самой государне?

- Да знаю! И весть моя об угрозе империи,

в которой власти правосудия столь продажны,

что лишь государня может править суд

и имя ей вдова Салтыкова.

- Кто таков?

- Тючев, губернский секретарь межевой канцелярии.

Простите нам эту дерзость, но у нас не было другого выхода.

Обратись мы в сыск или канцелярию,

и все вернулось бы на круги своя.

А наше дело не ждет промедления.

- Речь идет о жизнях ее невинных крепостных.

- Что же она натворила, эта ваша Салтыкова?

- Госпожа, вам надо отдохнуть. Вы устали.

Вы устали. Вот средство верное - нечуй-трава.

Выпьете.

- Сама сначала.

- Все, все, до конца, до конца.

Надо подготовиться. Понадобятся силы. Силы понадобятся. Хорошо.

Много сил. Для многих дел понадобятся силы.

- Что ты все бормочешь?

- Силы понадобятся для многих дел. Для многих понадобятся силы.

[Музыка]

- А-а-а-а!

- Тихо, тихо, тихо.

Всё хорошо. - Не хорошо.

- Тихо. - Не хорошо.

- Тихо, тихо. - Они меня ненавидят.

- Всё хорошо.

- Они ненавидят меня!

Ничего, ничего... Ничего, мы их всех найдём.

Всех найдём, всех уничтожим. Всё будет хорошо.

Всех врагов уничтожим, всех врагов.

- Ты со мной будешь?

- Всех! Я с тобой. - Со мной будешь?

- С тобой буду, с тобой.

- Со мной будешь? - Буду, буду.

- Куда идёшь? - Как же? Бурчуку поесть.

- Туда больше не носить. - Пропадёт мальчонка с голоду.

- Я сказала, туда больше носить не надо.

- Это я её послала. Авдотья сказала, два раза в день во флигель еду носить.

- Я теперь заместо Авдотьи! Все слышали?

- Где же Авдотья?

Авдотья пропала. Девки малолетние разом сгинули.

А ну, отвечай, что с ними сталость, ведьма проклятая?!

- Ты, правда, хочешь знать?

Я тебе скажу. Хочешь, своими глазами посмотришь.

Только вряд ли тебе это понравится.

[Музыка]

[Плачет]

- Думали, хуже, чем при Авдотье, не будет.

А то цветочки были. Вот тебе и ягодки пошли.

- Права была Наталья - живодеры. На вилы ведьму!

- На кол ее.

- Ой, замолчите дуры.

Вот не дай Бог, Авдотья вернется, вдвоем за нас возьмутся.

Дочери она своей не пожалела, зверюга, неужели о нас подумает?

[Плачет]

[Кряхтят]

[Музыка]

- Не знаю, как ее и за что, все же мне теткой была.

Не поеду я. Пусть хоть режут.

Давай бери там слева.

[Сергей:] - Она царица! Она власть! - Она никто!

- Ты сумасшедшая! Ты оглянись вокруг, во что ты себя превратила!

Верни мне это чертово письмо и больше не увидишь меня никогда!

- Замолчи!

- Продолжай.

- Недоброе у меня предчувствие, госпожа.

Не знаю, что в письме, но гонца за ним уже шлют.

- Пусть шлют. Не впервой.

- Нет! Надобно избавиться от него, пока не поздно.

В нём твоя смерть!

- Моя смерть?

- Ну что, тетка Авдотья? Давай на выход.

[Музыка]

Барыня об тебе вспомнила.

Давай, давай, давай!

- Встань.

Не права я была. Одна ошибка -

не повод заботить о твоей верной службе.

Ты вольную хотела.

Я даю тебе вольную.

Всё, ступай. В городе себе место найдешь.

Авдотья...

Об одному тебя попрошу: вот, передай это Салтыковым.

Скажи, я их взяла. Они знают, что с этим письмом делать.

Щедро тебя наградят. Ермолай тебя отвезет. Прощай.

[Плеск воды]

- Завтра глянешь не так, освежуют тебя, как свинью, и не поморщатся.

- Да. У нас скотобойня.

Вот теперь поразмысли, что дальше будет, на кого народ укажет.

- Кто приказы давал, на того и укажет.

- Не будь ты дураком. Ей ничего не будет, а нас всех под гребенку.

Все припомнят.

Бежать надо. Бежать надо, пока не поздно.

- Ермолай-то не дурак, на нас двоих всё скинет. А что делать-то?

Так и до нас очередь дойдёт.

- Да дошла уже.

Все вы уже покойники.

- Тетка Наталья, ты жива?

- Жива, как видишь, если сам не добьешь.

- Убивать меня везёшь, Ермолай, подальше от дома?

- Ты что такая пугливая? По себе, что ли, судишь?

- В город везу, как велено. Я барских приказов не нарушаю.

- Салтыковские мы, ребятушки, к начальнику.

- Куйда прешь? - К начальнику самому главному.

Салтыковские мы, салтыковские. Защиты, защиты просить.

Помещица лютует, людей погубляет, начальник.

- Не положено! Челобитную через писаря поутру.

- Никуда не пойдем. Здесь ждать будем.

- Пошла вон! - Нам назад нет ходу! Начальник!

- Что за бардак?

- Салтыковские, ваше благородие.

- Вижу, что салтыковские.

Буйная баба, не в себе.

Помню, помню я тебя.

- Небось помнишь, барин, ведь ты у нее пирогов и ел.

- Эй, что это делается?

- В Сибирь бы тебя! Да теперь, слава Богу, не наша забота.

Вижу, ты у них атаманша.

Так я вот тебе скажу, а ты всем передашь.

Согласно новому указу государыни императрицы нашей

и высочайшего Сенатского совета,

отныне жалобщиков надлежит возвращать обратно помещику,

дабы место свое знали.

А то, видишь, повадились, волю почуяли. Только успевай разгребать.

- А кому жаловаться теперь, братцы?

- Так Господу Богу!

Разговор короткий. Вяжи их, да с утра обратно барыне.

Пускай сама решает, как из вас дурь выбить.

- А ну, ступай в околоток! Пошла вон! - Да как же это? Как же это?

Братцы, как же это?

- Ни малейшей лазейки, не малейшей.

И Кобзев не принимает, подлец.

Больным сказался. Известно, что за болезнь-то.

- Все кончено.

[Стук в дверь]

- Господа! - Что?

- Извините, к вам тут...

- Авдотья? Зачем пожаловала?

- Да она ее прислала.

- Грехи мои меня привели. Своих много, так вот хоть чужие отмолю.

- Не пойму я, о чем она, дура баба!

- Что у тебя, Авдотья?

- Вот, барыня письмо послала. Сказала, что знаете, что с ним делать.

- Знаем, знаем. Было уже письмо.

- Чую каверзу. Она что-то замыслила, нельзя ей верить.

С чего она передумала?

- Барыня не желают больше враждовать.

- Значит, мир предлагает? С чего бы это?

- А может, одумалась? За убийство-то кому отвечать охота?

Да и перед царицей в страхе жить... Ну-ка...

- Может быть, может быть.

- Да что там?

[Музыка]

- Э.... Что это?

Что это? Что это?

- А-а-а-а!

[Крик]

[Разговоры, смех]

[Смех]

- Там что-то есть. Там что-то...

- Эй! Ты чего?

Ты чё это удумала, баба?

Все хорошо, все хорошо. Тихо, тихо, тихо. Все, все, все...

- Виноватая я. Я людей знатных убила. Колдовство!

Захаркино колдовство!

- Что это с ней?

- Да пьяная, видать! Пойдем! - Да ну тебя!

[Музыка]

- Ну, свёз?

- Свёз, свёз.

Что, избавилась от Авдотьи? Добилась своего, ведьма старая.

- Погоди!

Я и до тебя доберусь.

- Ха-ха! Это мы ещё посмотрим, кто до кого раньше.

- Посмотрим, посмотрим.

- Так, вы говорите, московский сыск с ней чаи распивает?

- Про всех я не знаю. А вот что следователь приезжал, так всё впустую.

- Все её боятся. Она мужа убила.

- Вы действительно считаете, что на Салтакову можно найти управу?

- А вы думаете, почему вы не в остроге, а в карете канцлера?

А?

- Ваше благородие, ищут повсюду.

По описаниям слуг, вроде баба деревенская.

- Двое потомственных дворян мертвы. А ты - "ищут".

[Стук в дверь]

- Ваше благородие, баба из Троицкого.

- Да что ж такое? Как сговорились.

Ну тебе-то чего надо? Тоже на барыню жаловаться приехала?

- Я убийца князьев Салтыковых. [Плачет]

Барыня меня послала письмо снести!

Я снесла. Не на мне этот грех, ей Богу!

- Не виновата, значит?

Барыня твоя - святая женщина.

Ограбить, небось, Салтакову хотела? Так скажи.

- Нет, нет. За девок не на мне грех.

- В камеру ее. - Вот вам крест, не на мне грех.

Ну что встали? В камеру, говорю!

- Я, я, я...

[Настасья:] - Господи, только бы успеть.

- Непременно успеем.

Вот только заберем одного любителя чая и в Троицкое.

- Что на этот раз доносят на барыню?

- Лютует, говорят, представьте себе. - Что еще?

Другая баба, Авдотья, у них в Тройицком за главную, кажется, была,

созналась в убийстве братьев Салтыковых. Говорит, барыня приказала.

Но я думаю, ограбить хотела, да слуга спугнул.

- Час от часу не легче. А эти-то что говорят?

- Что ни день, то покойники. Говорят про колдунью какую-то да болота.

- А вы что? - А мы что?

Ночь для острастки подержали, а с утра обратно уже отправили.

Пускай госпожа Салтыкова сама с ними разбирается.

Вам спасибо скажет. Так что не извольте беспокоиться.

Как ни как, а она ваш добрый друг.

- А...

- Ваше превосходительство?

- На выход, генерал.

- Куда? Зачем? - Мы едем в Троицкое чай пить.

Помещица Салтыкова Дарья Николаевна

подозревается в убийстве своего супруга,

а также в мучительстве и истязании своих крепостных.

Как до Петербурга дошло, хотите спросить? А вот я бы спросил иначе.

Как в Москве могли не знать?

- Ваше превосходительство, при всем уважении вижу подвох в ваших словах.

Мы тоже тут не лапти вяжем, мы давно к ней присматривались.

И я понял, что это дело государственной важности. Извините.

Царицей себя объявила. Власть, говорит, моя.

Сейчас в поместье следует отряд гвардейцев

для задержания подозреваемой.

Вот следователь Хлыщинский подтвердит, он за это ответственный.

Готовы поступить в ваше полное распоряжение.

- Вот теперь я понимаю, генерал, почему вы занимаете это кресло.

- Служу Отечеству!

- Поторопитесь, генерал.

Отличились вы, Хлыщинский!

Что встал, тетеря? Быстро беглых догнать, развязать!

[Музыка, шепот]

[Звон разбитого зеркала]

[Плачет]

- Тихо, госпожа.

Госпожа, успокойтесь.

Вам некого больше бояться. Они не смогут вам навредить.

- Чего? - Чего слыхал!

- Барыня велела народ собирать. - На что?

- На что - не твоего ума дело. И чтоб всех.

Всех до единого. И деревенских.

- Барыня наша точно ума рехнулась. - Чего?

Не нравится мне твой тон.

- Я разве отказываюсь? Я ж так только.

Ты это...

Слаова мои не передавай. Я тебе еще сгожусь.

Ну, так где собирать-то?

- Известно где - в церкви. Там места всем хватит.

- Куда там собирать? Барыня работы остановила.

И батюшки нет. Ума лишился, взаперти сидит.

- Ты делай, что тебе велено, а батюшка вам будет.

Так всем и говори, будет батюшка, едет батюшка.

Церковь будем освещать, праздник большой будет.

Всех батюшка благословит, всех. Ну!

[Свистит]

- Давай сюда, дело есть.

- А делов теперь только и успевай.

- Где Савелий и Федот?

Как давеча уехали, так и не вернулись.

А ты вот и подумай, сколько веревочке не виться, и вокруг нас совьется.

- Ну и что? Барыне нашей никто не указ.

- Ну-ну.

- Ты давай без ну-ну. Опасные разговоры заводишь.

Любишь кататься, люби и саночки возить!

Ты чего сидишь?

Барыня велела всех в церкви согнать:

дворовых, деревенских - всех до единого.

- Зачем?

- Ты поди, да и узнай, зачем. Известно, зачем.

Церковь освещать будем. Батюшка новый в Троицкое едет.

[Музыка]

- Неужели ж достроили церковь?

И батюшка, сказали, из города приедет.

Неужто закончились мучения-то наши?

То и на воскресню не пускали,

а то вон чуть не силком молиться барыня гонит.

- Неужто раскаялась? Ведь богомолицей была.

- Дай Бог, батюшка вразумит барыню.

- Ну дай Бог, дай Бог.

Дай Бог, дай Бог.

- Дождались.

- Не напирай.

- Заходи, заходи. - Поочереди.

- Да сколько нас в церковь-то не пускали?

К иконам бы приложиться, да батюшкино благословление получить.

Слава тебе, Господи!

- Где же батюшка?

- Батюшка! Батюшка!

- Где же батюшка?

- Ну что они там?

Так, давай, пойди угомони их. Давай, давай, помоги. Давай.

- Ермолай! Ермолай, не балуй! Открой!

Еромлай! Ермолай, открой! Ермолай!

Ермолай, открой!

[Стук в дверь]

- Открывай!

Уснули вы там все, что ли? Барыня ваша где?

- Да не принимает никого сегодня барыня! Праздник у нас!

- Говори, что надобно! - Беглых привезли.

- Пошел! Что ж вы думали: от барыни сбегли и ничего вам за это не будет?

Пошел! Пошел! Давай, пошла, пошла. Давай.

- Господь Бог, он все видит.

- А ты куда собрался?

[Заперли дверь]

- Э!

[Стук в дверь]

- Барыня! Я здесь!

[Музыка]