Original subtitles

- Почему я должна вам верить?

Через столько лет вдруг решили признаться.

Зачем?

Почему не раньше?

Вы сами говорите: мне сидеть до конца жизни.

А много ее осталось-то?

С таким воздухом, на таких харчах.

Года три? Пять?

Я тайгу хочу увидеть напоследок.

Воздуху вдохнуть.

Но не это самое главное. - А что?

- Покаяться.

Пока время есть.

Давай, доставай.

Ага…

Клади.

Главное в капкане - помнить, где ты его поставил.

Чтоб самому в него не угодить.

Держи. Первая твоя добыча.

Пойдем.

- Мы надолго тут останемся?

- Ты здесь про пшикалку свою сколько раз вспоминал?

- Пока ни разу.

- Ну вот.

Потому что жил…

среди сраного стада.

Дышал вонючим воздухом.

Да и в школе тебе вдолбили, чтоб ты варежку не разевал…

и всю жизнь пахал на чужого дядю.

Здесь ты по-другому дышишь, ходишь, спишь.

Мясо ешь, которое сам добыл.

Воду пьешь чистую.

Посмотри.

Нравится?

Я должен был тебя забрать.

Если б я рассказал, ты бы не поверил. Это можно только прочувствовать.

- Я маму увижу?

- Ты должен понять, Паш…

Женщина, она…

всегда предаст.

Они так устроены.

Они думают только о себе, о выживании.

Ты ее любишь - она твоя мама, это правильно.

Да и я ее люблю.

- Ты ее любишь?!

- Да, с первого дня, как познакомились.

Пацаном еще.

А потом она меня предала.

По-крупному.

- Юра, привет! - Привет!

- Па-па-па! Извини, дядь.

Такси!

Со мной езжайте.

- Поехали, до города за 500 довезу.

- Руку убери.

- Такси, уважаемый?

У меня иномарка.

- Клуб «Вьюга» знаешь? Да я сам.

- На Садовой? Конечно. За 300 долетим.

- Триста?! - Да.

- Ну, ты гангстер. - Да ну…

Непривычно после провинции?

- И че они все в Москву лезут?

- Ну как… возможностей больше.

Ну, взять меня. Я сам с Твери.

Завод закрылся… Я в оборонке работал.

Дочка сюда поступила на юриста.

Ну, переехали, сняли. Дорого, конечно. Но и заработать можно, если крутиться.

- Крутиться…

Ладно, я тут пешком дальше дойду.

- Да погоди, погоди. Ты звони, если повозить надо будет.

Ну там, культурная программа, Третьяковка, девочки.

- Спасибо. - Угу.

- А вы куда это? - В клуб.

- У вас сегодня пройти не получится. - Почему?

- А клуб полный, мест нет. - А-а…

- Проходите. - Рад вас видеть. Добро пожаловать.

- А они че, много места не занимают? - А эти по спискам.

- Ты в своих списках посмотри: к Арнольду, Юрий Олейников.

- Нет такого.

- Парни.

Посмотри «Краб».

Парни со мной.

Не охотник?

К Арнольду. Краб. - Сергей Владимирович ждет.

- Сергей Владимирович?

Юра. - Приветствую.

Ирин, погуляй.

- Ты че там, че-то выбрал, нет? - Да дорого всё.

- Ну не жидись. Че у нас, денег, что ли, мало?

Три текилы и колу. - И сок апельсиновый.

- Тунгус Джема пригласил на юбилей.

Я подумал, может быть, нам тоже под этот соус встретиться, познакомиться.

- Зачем? - Дальний Восток развивается.

Найдем точки соприкосновения, заработаем.

- Ты думаешь, мне бабки нужны? - Бабки всем нужны.

- Это да.

Юр, слушай.

Знаешь такую штуку - Пирамида Маслоу?

- Потребности человека от простых к сложным.

- Ну да, там, первая ступень - пожрать, чтоб не убили.

Середняк - там, привязанность… В банду попасть.

Но я это прошел. Меня сейчас другое интересует.

Наследие.

Я вот школу открыл.

Ну, школу искусств. На Арбате.

Ну, чтоб ребята занимались.

И вот она. Не потому, что пялю. Талант.

Хочу, чтоб песни в народ ушли. Наследие.

И вот с этой ступени, Юра, есть что предложить?

Ты че, бать, попса же галимая.

- Ника, привет. - Привет!

- Твой концерт - это всегда событие. - Спасибо.

- Несколько слов для зрителей телеканала.

- Слушайте классную музыку и кайфуйте от жизни.

А я вас очень люблю.

- Дай-ка сюда.

О, вот это дело. - Женя, блин.

- В Москве сейчас тихо. У меня с Тунгусом мир.

- Ты Тунгусу про пирамиду рассказывал?

Не-не-не, прости, просто тебе бабки не нужны -

Тунгусу тоже не нужны? Или всё-таки приходят мысли?

Вот ты говоришь, у тебя с Тунгусом мир. А мне кажется - перемирие.

С блатными мира быть не может. Мы для него глобально-то никто.

Прости, а можно поинтересоваться?

А правда говорят, что к тебе блатные подход воровской делали?

- Ну, раз говорят, значит, было.

- И че, ты отказался?

- Юр…

Я не блатной. И не буду.

Не хочу.

- Ну, Тунгус это тоже понял.

И вот это он и не простит.

Получается, ты себя выше него поставил.

Ладно, не буду отвлекать. - Погоди, погоди.

Присядь.

Ну, а ты что предлагаешь? - По мелочи.

Золото, платина, рыба.

Мы в Владивостоке собираем, а вы здесь распространяете.

- А есть другая тема.

Наркота.

Мы здесь, у себя в Москве собираем, а вы на Дальнем распространяете.

- Джем на наркотики не пойдет, ему не по понятиям.

- Ну-ну, подожди. Я же сейчас с тобой разговариваю, а не с Джемом.

Мы с тобой люди умные, понимаем: если человек слаб, он чем угодно убьется.

Героин. Водкой напьется. Без разницы.

А за наркотой перспективы.

- Я подумаю, но…

- Ну, давай так: мы завтра встретимся, пообщаемся…

- А давай ты завтра Джема встретишь в аэропорту.

- На глазах у людей Тунгуса?

- Евгений. Сергей.

- Здравствуй.

- Нравится?

- Да, вещь.

На такой этот… Брежнев ездил.

- На этой.

Ну вот. Первопрестольная.

Мой личный люкс в лучшем отеле столицы, только для вас.

Ну что, располагайтесь.

О делах потом. - Спасибо.

Ну че, Юр, по ходу, прокатила мутка твоя?

- Пока прокатывает.

А ты не знаешь, на хера в сортире два толчка?

- Бабский один. Безе, что ли, называется…

- «Безе»… Биде, блин, деревня!

- Вот цирк лилипутов!

- Да?

Здравствуй, Тунгус.

Без обид, Джем, на твою тушу это…

- А… че, потеряли меня?

Нет, меня встретили.

У трапа.

Арнольд.

Да, знакомы, знакомы.

А я тут в этом… в «Национале», в «Национале» остановился.

Хорошо.

Всё, договорились. Да, давай.

Давай.

Напрягся немного.

Завтра с ним встречусь. - Где?

- Не сказал. Сказал, машину пришлет.

- Давай, может, я ребят следом пущу - ну так, подстраховаться?

- Молоток, Юр.

Давай.

- Ну че, парни…

По ходу, Москва прогибается под нас?

- Юр, будешь? - Не, я ел уже.

Слушайте, че у вас тут так воняет, а?

- Да тут зверинец этот ***…

Нам так хату сдали, поэтому дешевле.

Вообще, они прикольные. Только воняют.

- Ну что, как Москва?

- ДомА видишь?

- «1605» панельки. - Такие же, как у нас.

Ну, не совсем.

Плотнее стоят.

Места меньше между ними.

Вот как они вообще тут живут?

- Они тут, Паш, не живут. Они бегают.

Ну что, расклад такой:

завтра дежурите у гостиницы вечером.

Мы как выйдем, езжайте за нами. А дальше по ситуации.

На сегодня свободны.

- Юр, а это… можешь меня до метро подбросить?

- Ну ты куда намылился-то? - Лизе подарок купить хочу.

- Я тоже поеду.

- А ты-то куда намылился? - Иди давай!

Ну что, не созрели насчет музея, сауны, а?

Да не, спасибо.

Ты мне на сегодня больше не нужен.

Меня до гостиницы довезешь, ну, а потом ребяток.

- Ну, насчет досуга точно?

Ну смотри, я многих вожу. Никто не обижался.

Красная площадь, ВДНХ. Полет Гагарина!

- Это… в смысле, че за полет?

- А-а, это он каждую ночь, в полночь

руки расправляет, как крылья у самолета.

И поднимается на постаменте.

Ну, там подсветка такая - типа он летит. Ну, впечатление у всех такое.

- Гонишь. - Что-то я тоже не слышал.

- Так недавно сделали, на юбилей Москвы.

Это сейчас главная достопримечательность.

Здесь в полночь все собираются.

Метро.

- Юр, ты, если товарища-то отпускаешь, может, он нас повозит?

Ну, если вы не против. - Ну так я только за. Если платите.

- Музыка есть?

- Какая именно? Музыка у каждого своя.

- Ну, эта… певица-то…

- Ника. - Ника, да.

Ну, наша. Русская. - А, попса.

Вот здесь смотри.

- Сколько? - Сто.

- Сколько?! - Сто.

- Ну че, всё, домой?

- Ну, ты иди, я прогуляюсь.

- Ну так че, давай я с тобой.

- Иди.

- Ладно.

- …совсем усох.

Он разложился на плесень и на липовый мед.

А перестройка всё идет и идет по плану…

- Лиза.

- Обознался. - Бывает.

Может, с нами?

- Нет.

- Пока! - Давай, давай, продолжай.

- Поехали. - Давай. И…

…Всё идет по плану!

- Бать.

Че, спать-то будешь вообще, нет?

- Езжай за ними.

- Ребят… там серьезные парни.

- Я на это не подписывался. - А на что ты подписывался?

Тебе платят - вот и рули. Надо еще - не вопрос.

- Че, куда едем-то? - Поужинать.

- Ну, это понятно. А территориально-то где?

- Да тут недалеко.

Клуб «Вьюга».

- Слышь, дядя, они вон тронулись уже.

- Если их упустишь, я тебя закопаю.

Че за херня?

- Не знал, что вы дружите.

Я другое слышал.

- А в жизни всякое бывает.

Нужно уметь перешагивать и дальше идти.

Ну ладно.

По делам здесь решим, сейчас. На празднике отдыхать будем.

Жень, сейчас мусора звереют.

Всё в мире меняется.

Контора всё под себя строит.

Принимать будет всех без разбора. Валить и мочить. Никому не отсидеться.

Но можно решить.

Это стоить будет.

У Арнольда там связи есть.

Но уделять надо будет больше.

- Сколько?

Двадцать процентов мне.

И столько же Арнольду.

- Джем, а не до хера ли, а?

- Ты скажи спасибо, что живой!

Вы че-то слишком борзые стали, комсомольские воры.

Правильно говорят: «Человека не *** - так он наглеет».

Я вас перед всем воровским миром отмазал, когда вы Бадрика под ножи пустили!

Я тебя, Джем, как родного брата, на праздник позвал.

А ты?

Шнырей своих послал, чтобы между мной и Арнольдом кол вбить!

Да вы что тут, ***, генералы песчаных карьеров какие-то, сами по себе?

*** там!

Тебя как короновали, так и обратно могут.

Вы гребаная пехота, Джем, знай свое место.

А место твое…

та земля, которую тебе дали.

Плохо будешь смотреть - другого найдем.

Ясно?

Ясно, Тунгус.

Не кипятись.

Юр, войдешь?

Ну че, Юр…

…охерительно скатались?

Ты мне объясни…

Ты меня подставил?

Или ты такой тупорылый…

…что нас развели из-за тебя?

Отвечай.

Ты, сука, вкидыш?

Или тупорылый?

- Тупорылый.

Джем.

Притормози, убьешь.

- Витя.

Водки нормальной закажи.

Он так, сука, всё выкрутил, что это моя ошибка.

Не простит по-любому.

Вернемся в Хабар - он нас грохнет, без вариантов.

У меня есть ход, как всё переиграть.

- Как?

- Арнольда завалить.

- Арнольда?

- И сделать это надо сегодня.

- Без подготовки?

Исполнить самого крутого бандюка в Москве?

- Или так, или домой мы можем не возвращаться.

- У него тачка бронированная.

У входа охрана. Три человека минимум.

- Не рассказывай мне, как это трудно.

Придумай, как сделать.

- Через бабу.

Ты говорил, что он с ней встречается.

С этой, как ее…

- Ника. - Да, Ника.

Там его надо валить. Туда он охрану не потащит.

- Не успеем.

Мы даже адреса не знаем, бать. - Жень, всё нормально.

Мы всё сделаем.

Я знаю, где она живет.

Ты вчера домой поехал.

Я в клуб пошел.

Она вышла… Я за ней.

- На хера?

- Да не знаю. Видишь, пригодилась.

Он у нее бывает. По вечерам.

Несколько часов.

Здесь нас жди.

- Долго? - Сколько надо.

Придем - еще получишь.

- Че, какой подъезд?

- Кодовый замок.

- И как ты хочешь? - Не знаю.

- А отходить как будем? - Не думал пока.

- Бать?

Валить надо. В тайгу прямо щас билеты возьмем.

- В тайгу? - Угу.

- И че потом? Прятаться?

- Ну, лучше, по-моему, чем на стволы лезть, не?

- А Лизу ты свою куда денешь?

Тоже в тайгу возьмешь? Пойдет она с тобой?

- Ты к ней хочешь?

Бать.

Я ж видел, как ты на нее смотрел.

Батя, нет. Нет!

Нельзя.

Стой!

- Тихо, тихо… - Дверь открывай.

Пошла на хер.

Можно.

- Вам если деньги нужны, они у меня в бумажнике и в комоде, я покажу.

У меня еще золото есть в шкатулке, немного.

Берите, что вам нужно, и уходите. - Замолчи.

Арнольд когда приедет?

- Я не знаю.

- Че ты гонишь тут?

- Я правда не знаю.

- Нам… - Пожалуйста…

- Чш-чш-чш-ш!..

Мы тебе ничего не сделаем. Нам нужен только он.

Когда он приходит?

- Не знаю.

- Когда?

- Он звонит мне всё время за час до того, как прийти.

Я должна всё время дома сидеть и ждать его звонка.

- Он с охраной?

Сюда заходят? - Один.

Осматривает квартиру и выходит.

- Ну вот. Умничка.

Жень!

- А можно мне в туалет? - Да, конечно.

Шубу сними.

Чш-чш-чш-чш…

А где туалет? - Там.

- Ну, пойдем. Идем, идем.

Угу.

Закрывать не надо.

- А хотите чай?

- Хочу.

- На место сядь.

- А имя такое странное… Ника.

Это сокращенное от какого?

- Нет, я по паспорту тоже Ника.

У меня папа латыш, а мама русская.

- Так ты из Латвии?

- Нет, мы здесь жили. В Железнодорожном.

А шесть лет назад родители в Даугавпилс переехали.

А я здесь осталась.

Ну, а сейчас вот радуются. Мы созваниваемся часто.

- Ясно.

- Вот. Я еще на радио местном выступала. Ну, и в ресторане пела.

Там с Сергеем и познакомились.

- С Арнольдом? - Угу.

У него там встреча какая-то важная была.

Ну, и он помочь мне предложил: концерты, клипы, телевидение.

У меня до него и серьезных отношений-то не было.

А я тебя помню.

- В смысле помнишь? - Ну… твои глаза.

Ты позавчера в зале был.

Я когда выступаю, нервничаю страшно, закрываюсь.

- Непохоже. - Правда.

Мне глазами нужно за кого-то зацепиться и для кого-то одного работать.

Я тогда зал не замечаю.

Я видела, как ты на меня смотрел.

Я для тебя пела.

- Отойдем-ка.

Слышь, ты че сопли на кулак наматываешь? Эта тараторка тебе лапшу на уши вешает.

А ты: «Ой, а че за имя? Ой, а где у тебя родители?»

Мы тут по делу, ты не забыл, нет? - Он будет звонить.

Надо, чтобы она ответила спокойно.

Еще вопросы будут?

Да, да.

Женя…

Говори.

- Да, да, просто… чайник.

Хорошо. Жду.

Будет через десять минут.

Ника…

- Ты должна помочь. Да? - Угу…

Чтобы прошло всё быстро, ты, главное, не волнуйся.

С тобой ничего не случится.

- Вы меня заберете? Я уеду с вами?

- Угу. Мы тебя заберем. - Я о тебе позабочусь.

- А я его вообще не люблю. Я никогда не любила.

Я хотела уйти от него. - Так че ж ты не ушла, раз хотела?

- Это Арнольд, как ты от него уйдешь? - Тихо, тихо, тихо, тихо.

Успокойся, успокойся, не переживай, я тебя заберу.

Ты уедешь с нами. - Я уеду с вами, да? Всё будет хорошо?

Я видела, как ты на меня смотрел. Ты мне очень понравился.

- Всё будет хорошо. Ты только соберись.

Соберись, не плачь.

Приведи себя в порядок. Да?

Ты же всё сделаешь? - Да, да, да.

- Отвернулись.

Чш-чш-чш! Тихо, тихо, тихо.

Пойдем оденемся, а то замерзла. Пойдем, пойдем.

Нет! Нет-нет-нет…

- Ну че, давай.

- Руслан Хасаныч, к вам.

- Ну? Че ты меня поднял-то?

Че случилось?

- Ой, слушай, там дела важные образовались.

Вылетать надо, вот попрощаться зашел.

- Стой, подожди, ты что, на юбилей не останешься?

- Не могу.

Вот, хочу поздравить тебя и подарок наш вручить.

много думал, голову сломал: что подарить человеку, у которого всё есть?

Побрякушки золотые, бирюльки…

А смысл?

Ты же не будешь, как цыганка, обвешиваться ходить.

Я решил подарить тебе то, что…

не измеряется деньгами.

Дружбу, верность и преданность.

Я че подумал…

Вы ж с ним грызлись сколько лет.

Он не наш… не вор.

Он бы на тебя всё равно прыгнул.

А я, как твой товарищ…

…и брат…

допустить этого никак не могу.

Тунгус, я отвечаю:

всё у нас будет так, как мы с тобой договаривались.

Я тебя признаю и уважаю.

И уделять буду, как и уделял.

Ровно столько же.

Перешагнули?

- Спасибо за дорогой подарок, Жень.

- Может, там че-то сломалось или… не знаю… профилактика?

- Да развел он нас.

Пидорасы-москвичи.

Я знаю, что вы все любите мечтать о космосе

и немножко завидуете нам. Особенно мальчишки.

А знаете, мы вам тоже завидуем.

Мы летаем в космос, но это начало.

Вас ждут планеты и неизвестные миры.

Вам и дальше штурмовать Вселенную.

Советские люди - мирные люди. И на Земле, и в космосе.

И еще об одном хочется сказать, дорогие друзья.

О счастье жить и трудиться в моей Отчизне.

Вместе с вами, моими соотечественниками,

строить самое светлое, самое прекрасное общество на Земле.

Слава нашей великой Родине! Да здравствует мир!