Original subtitles

ЦИФРОВАЯ РЕСТАВРАЦИЯ 2018 г.

СЕДЬМАЯ ПЕЧАТЬ

И когда Агнец снял седьмую печать,...

сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса.

И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом;

и дано им семь труб... И приготовились трубить.

Кто ты?

Смерть.

Ты пришла за мной?

Я давно уже следую за тобой по пятам.

Знаю.

- Ты готов? - Телу страшно,...

но сам я не боюсь.

Погоди минутку.

Вот и все так говорят.

Я не даю отсрочек.

Ты ведь играешь в шахматы, правда?

Откуда ты знаешь?

Об этом поётся в песнях и картины я видел.

В самом деле, я недурно играю.

Да уж не лучше меня, наверно.

- С чего вдруг в шахматы? - У меня на то свои причины.

Что ж, дело твоё.

Условия такие: я буду жить, пока тебе не проиграю.

Если выиграю - ты отпускаешь меня.

Тебе играть чёрными!

Весьма уместно, не правда ли?

Лежать у шлюхи промеж ног

Всю жизнь, похоже, я бы мог.

Всевышний Бог, сдаётся мне, Меня не слышит в вышине.

А братца-сатану я сам Встречал не раз и там и сям.

Во Фэрьестаде всё о дурных знамениях толкуют и ужасах всяких.

Ночью два коня сожрали друг друга,...

на кладбище могилы разверзлись и повсюду валяются бренные останки.

А вчера вечером в небе сразу светило четыре солнца.

Не подскажешь, в какой стороне постоялый двор?

- Ну что, показал он тебе дорогу? - Не то чтобы показал.

- Что же он сказал тебе? - Ничего.

- Он что - немой? - Нет, это вряд ли.

Он, напротив того, очень даже красноречив.

- Вот как? - Ещё как красноречив.

Только вот беда, уж про очень грустные дела он мне поведал.

С добрым утречком. Позавтракала?

Сам-то я траву есть не привычен, вот беда.

А то б научила, а?

Дела у нас неважные.

Здешний народ, видно, мало понимает в искусстве.

Миа, проснись! Проснись, Миа!

- Что я видел! Что я тебе расскажу! - Что такое? Что случилось?

Послушай, Миа. Мне было виденье. Нет, даже не виденье.

Всё было на самом деле, ей-богу!

Ясно. Опять твои видения.

Но я же видел Её.

Кого? Кого ты видел?

Пречистую Деву Марию.

- Ты Её правда видел? - Да, совсем рядом, дотронуться можно.

В золотой короне и в синем платье с золотыми цветами.

Босая, а руки маленькие, смуглые,...

и Она держала Младенца и учила Его ходить.

А потом увидела, что я на неё смотрю, и улыбнулась мне.

Тут у меня на глазах выступили слёзы,...

а когда я их утёр, Она уже исчезла.

И так сделалось тихо повсюду.

На небе и на земле.

Ты понимаешь?

Ну и мастер ты сочинять.

Вот, ты мне не веришь! Но всё это было на самом деле.

В жизни не так, как всегда. В жизни бывает иначе.

Может, это так же было в жизни, как в тот раз, когда дьявол...

красил в красный цвет наши колёса и работал хвостом вместо кисточки?

Ну, чего ты всё про то поминаешь.

А потом у тебя под ногтями оказалась красная краска.

Ну, тогда-то я, может, и выдумал. Я тогда это всё нарочно рассказал,...

чтобы вы в другие виденья поверили, которые я не выдумал.

Ты бы поосторожней с ними. Люди ещё подумают, будто ты полоумный.

И ведь зря. Пока, во всяком случае, я за тобой...

ничего такого не замечала. Хотя, кто тебя знает.

Я не просил, чтоб мне были видения. Не моя вина, если я слышу голоса,...

если мне является Пресвятая Дева,...

если черти и ангелы ценят мою компанию.

Сказано вам или нет, чтоб давали мне выспаться по утрам?

Добром просил, Христом-богом молил - всё без толку!

Слышите вы, наконец, замолчите!

Мика... Мика... Микаэль!

Я хочу, чтоб у Микаэля жизнь была лучше, чем у нас.

Микаэль будет великим акробатом. Или жонглёром,...

которому удастся невозможный трюк.

Интересно, что за трюк?

Чтоб один мяч неподвижно повис в воздухе.

- Но это же невозможно. - Для нас невозможно.

Но только не для него.

Опять ты со своими фантазиями.

А я песенку сочинил. Ночью, пока не спал.

- Хочешь спою? - Спой.

Очень интересно.

В сирени птица-красота

Сладкою песнею

Славит Господа Христа

На всю поднебесную.

Миа! Ты спишь?

- Чудесная песенка. - Да я же ещё не кончил.

Я заметила. Но я, наверное, ещё чуть-чуть посплю.

- Конец ты мне споёшь отдельно. - Только и знаешь спать.

И это маска для артиста? Я вас спрашиваю.

Не расщедрись так святые отцы, я бы им сказал: нет уж, слуга покорный.

- Ты будешь Смерть играть? - Подумать только, эдакой дрянью...

стращать честной народ до помрачения ума.

- А когда нам выступать? - В Эльсиноре, на престольный праздник.

Прямо на паперти играть будем. Ей-богу!

Может, лучше бы что неприличное показать?

- И людям радости больше, и самим веселее. - Болван!

Говорят, в стране какая-то страшная болезнь,...

и попы перед неминучей скорой смертью толкуют про разные духовные муки.

- А у меня роль какая? - Коль дурак, играть тебе Душу Человеческую.

- Ну, это неинтересная роль. - Кто у нас роли раздаёт?!

Кто у нас главный в труппе, можно спросить?!

Запомни, несчастный:

жизнь твоя висит на волоске,

дни твои сочтены.

Ну как, понравлюсь я в таком снаряженье красоткам?

Я вас спрашиваю.

- Юф! - Что такое?

Сиди тихо. Не шевелись.

Я нем, как могила.

Я тебя люблю.

- И что это должно означать? - Пляску Смерти.

- Вот этот и есть Смерть? - Да. Пляшет со всеми вместе.

- К чему эту чушь малевать? - Пусть вспомнят, что умирать придётся.

- Счастливей люди не станут. - А что нам до чужого счастья?

Иной раз и постращать невредно.

- Глаза закроют и смотреть не станут. - Ещё как станут, уж ты мне поверь.

Череп, поди, даже бабы голой приманчивей.

- Но если ты их напугаешь... - Они призадумаются.

- А если они призадумаются... - Так ещё больше напугаются.

- И прямиком к попам в лапы. - А это уж не моя забота.

- Твоё дело нарисовать Пляску Смерти. - Моё дело нарисовать всё как есть.

- А ведь как кое-кто будет тебя честить. - Да уж не без того.

А я им тогда что-нибудь весёленькое изображу.

Пить-есть тоже надо.

Пока чума не подцепит.

Чума! Вот ужас!

Ты бы поглядел на язвы у тех в глотке, кто заболел.

И тело всё иссыхает, и ноги - будто их дёргает сумасшедший кукольник,...

вот вроде как у этого, которого я нарисовал.

- Какая мерзость! - Ещё бы не мерзость.

Он язвы расковыривает,...

руки кусает, жилы себе ногтями раздирает,...

кричит на всю округу.

- Страшно тебе, поди? - Мне? Страшно?

Да ты меня не знаешь. А это что ещё за пакость?

Всего чудней, что эти бедняги...

считают свои муки наказанием Божьим.

Целые толпы этого народа, себя называя рабами греха, бродят по земле...

и бичуют себя и других во славу Господню.

Сами себя секут?

Да, жуткое зрелище.

Я уж в канаву лезу, как их завижу.

У тебя горячительного не найдётся ли?

Весь день одну воду хлещу. Изжаждался, как верблюд в пустыне.

Ага, всё же я тебя напугал!

Я хотел бы открыть всё без утайки,...

но у меня так пусто на душе.

Эта пустота зеркалом стоит перед моим лицом.

В нём я вижу себя,...

и сердце во мне переворачивается от омерзенья и страха.

Безразличие моё к людям отделило меня от их среды.

Я живу в мире призраков.

Я в плену своих фантазий и снов.

- Умирать, однако, не хочешь. - Нет, хочу.

Чего же ты ждёшь?

Я хочу знания.

- Гарантий захотел? - Назови как угодно.

Отчего Бог так жестоко непостижим нашим чувствам?

Отчего надо Ему скрываться за дымкой...

невнятных посулов и невидимых чудес?

Как поверить верующим, когда и себе-то не веришь?

Что будет с нами, с теми, кто хочет верить, но не может?

И что будет с теми, кто и не хочет и не умеет веровать?

Отчего я не в силах убить в себе Бога?

Отчего Он больно, унизительно продолжает жить во мне,...

хоть я Его кляну, хочу вырвать Его из своего сердца?

Отчего вопреки всем вероятиям Он издевательски существует...

и я не могу от Него избавиться? Ты меня слышишь?

Да, я слышу тебя.

Я хочу знания.

Не веры, не допущения, но знания.

Я хочу, чтобы Бог протянул мне Свою руку,...

открыл мне Своё лицо, заговорил со мною.

Но Он молчит.

Я взываю к Нему во тьме,...

но часто мне кажется, будто там и нет никого.

- Возможно, там никого и нет. - Но тогда жизнь - бессмысленный ужас.

Нельзя жить перед лицом смерти, сознавая, что всё на свете - ничто.

Большинство живёт, не задумываясь ни о смерти, ни о бренности существования.

Но однажды им придётся дойти до края и заглянуть во тьму.

О, в тот день...

Я знаю, что ты имеешь в виду.

Мы создаём образ собственного страха,...

и кумир этот мы нарекаем Богом.

Ты, однако, мучишься.

Нынче утром я видел Смерть.

Мы начали шахматную партию. Она отложена.

Отсрочка мне нужна для одного дела.

Какого же?

Вся моя жизнь до сих пор была погоней за тщетой,...

слепым блужданьем,...

пустозвонством. Да,...

я признаюсь в этом без горечи.

Точно такою жизнью живут многие.

Но отсрочку свою я хочу употребить...

на осмысленный и важный поступок.

И для этого ты играешь в шахматы со Смертью?

Мой противник - испытанный игрок,...

но я не потерял пока ни одной пешки.

И как же ты надеешься её обыграть?

У меня готова одна комбинация коня и слона,...

которой она пока не распознала.

Следующим ходом я разбиваю её фланг.

Я это запомню.

Обман,...

предательство.

Но мы ещё повстречаемся.

Я найду новый выход!

Мы повстречаемся на постоялом дворе.

Там мы продолжим игру.

Вот моя рука.

Вот я ею двигаю.

Слышу, как в ней бьётся кровь.

Солнце стоит в вышине, а я...

я, Антоний Блок,...

играю в шахматы со Смертью!

Мы с хозяином были в чужих краях и вот только вернулись.

Тебе это понятно, художник от слова худо?

- Крестовый, значит, поход. - Именно.

Десять лет мы торчали в Святой земле...

и змеи нас жалили, звери жрали,...

поганые кромсали, вино нас губило,...

бабы нас награждали вшами, вши нас ели, нас трясла лихорадка.

И всё это мы терпели во славу Господню.

Слава Господня.

Крестовый поход - такая чушь,...

до которой мог додуматься только законченный идеалист.

А вот про чуму ты страшно рассказывал.

Да, уж куда страшней.

Эх ты, Господи.

Как ни поворотись, задница всегда сзади. Глубокая истина.

Задница всегда сзади, задница сзади -...

да, святая, истинная правда.

Вот вам оруженосец Йонс. Смерти он не боится,...

Бога не стыдится, над собой потешается,...

на девок зарится.

И живёт в своём мирке, и это мир Йонса-оруженосца,...

и никому его не понять, кроме Йонса.

И всем он кажется глупым, да и Йонсу самому тоже,...

и Богу на него чихать, а Дьяволу плевать.

Ну и смердит твоё варево. Это ещё зачем?

Она была в плотских сношениях с Нечистым.

И вот она в колодках.

Её поутру сожгут на краю прихода,...

а нам надо отогнать Дьявола подальше.

С помощью эдакой вони?

Самое верное средство: кровь и жёлчь большого чёрного пса.

Дьявол...

Дьявол этого запаха не выносит.

Я тоже.

Ты видела Дьявола?

- Не надо с ней заговаривать. - Неужто это так опасно?

Сам я не знаю, но говорят, она виною постигшей нас чумы.

Судьба-злодейка веселится,

И ты, приятель, не робей.

Сегодня праздник приключится,

А завтра нам кормить червей.

- Тебе непременно надо петь? - Нет.

Ну, и что ты на меня так уставилась? Да, я мародёрствую.

Прибыльное дело по нынешним временам.

В деревню бежишь? Донести? Ничего у тебя не выйдет.

Теперь каждый - спасай свою шкуру. Вот так.

И не вздумай кричать. Никто тебя тут не услышит, ни Бог, ни человек.

Ничего удивительного.

Узнаю тебя, хоть и давненько мы не видались.

Тебя зовут Равал, ты учился богословию в Роскильде.

Doctor mirabilis, cœlestis et diabilis.

Ведь я не обознался?

Ведь это ты десять лет назад втравил моего хозяина...

в наш прелестный крестовый поход во Святую землю?

Что-то вид у тебя неважный. Или живот схватило?

Вот гляжу я на тебя и начинаю понимать,...

за что нам достались эти жуткие десять лет.

Жизнь у нас чересчур хорошая была, чересчур мы были собой довольны.

Вот Господу и вздумалось нас наказать.

И наслал Он на нас тебя.

Чтоб ты выблевал благочестивую отраву на моего бедного хозяина.

Я поступал по чистой совести.

Ну, а теперь-то ты образумился? Я вижу, вором стал.

Это ремесло мерзавцу куда больше к лицу,...

да оно и прибыльней. Так что ли?

Ради Бога. Я не кровожадный.

Но запомни: в другой раз мне не попадайся -...

лицо клеймом разукрашу, как вору и положено.

А ведь пришёл-то я бурдюк наполнить.

Имя моё - Йонс.

Малый я добрый и поговорить не дурак,...

все помышления мои чисты, поступки благородны.

До свиданья, девочка. Я б тебя ссильничал в два счёта,...

да, между нами говоря, надоела мне такая любовь.

Она как-то быстро приедается.

А ведь мне, между прочим, не помешает домоправительница.

Стряпать умеешь?

Насколько известно, я пока ещё женат, но есть вероятность, что жена моя умерла.

Так что мне требуется домоправительница!

Э, к дьяволу! Пошли со мной!

Я тебе жизнь спас, так что за тобой должок.

Жалкие актёришки.

Всё дурака валяют.

Да что вы, болваны, понимаете в искусстве!

Дальше без меня. Пойду за кулисы.

А ты, дурень, что уставился?!

Лошадь сидит на дереве и кукарекает.

Дорога широка, да ворота узки.

Знать Нечистый танцует на берегу.

Курица мяукает в глубоком озере.

День красен, да рыба издохла.

Знать Нечистый присел на берегу.

Змея машет крыльями в небе.

Дева бледна, да мышь довольна.

Знать Нечистый шастает по берегу.

Козёл шипит двумя зубами.

Ветер тяжёл, волны бьют.

Знать Нечистый гадит на берегу.

Свинья несёт яйца, и хрюкает кошка.

Ночь как сажа, и рассвета всё нет.

Знать Нечистый остаётся, остаётся на берегу.

Господь нас всех обрёк наказанию.

Все страшной смертию погибнем.

Вы стоите, как скот несмысленный,...

вы погрязли в тупом довольстве.

Или не знаете, что вот он, вот настаёт ваш последний час?!

Смерть у вас за плечами!

Вижу, вижу Смерть. Венец Смерти горит на солнце.

Блестит занесённая над вашими головами коса!

Чей черёд? Кто первым падёт под ударом?

Эй, ты там, что стоишь и пялишься, как козёл?

Погоди, как бы ещё до темноты...

твой рот не исказился последним удушьем!

А ты, женщина,...

что пышешь радостью и довольством?

Не ты ли побледнеешь и угаснешь, не дождавшись первого утреннего луча?

А ты там -

с толстым носом, с дурацкой ухмылкой, -

доколе тебе ещё обременять землю...

и марать её своими нечистотами?!

Знаете ли, безумцы, что не сегодня- завтра умрёте, ибо все вы обречены?

Сегодня, завтра, послезавтра... Вы все обречены!

Слышите вы меня? Слышите слово?

Обречены! Обречены! Обречены!!!

Помилуй нас, Боже, по великой милости Твоей.

Не отврати лица Твоего от нас, но будь милостив к нам, недостойным,...

во имя Сына Твоего Единородного Иисуса Христа.

И не стыдно надсаживаться?

Разве такая пища подходит для современного разума?

Неужели они рассчитывают, что мы их примем всерьёз?

Ты вот всё смеёшься надо мной. Но позволь тебе заметить:

я-то чуть не все эти ужасы -...

либо по книгам, либо по слухам - знаю давно.

- Да-да. - Да-да.

А то и на своей шкуре испытал. Даже страшные сказки про Бога-Отца,...

ангелов, Иисуса Христа и Святого Духа меня не очень пронимают.

- Ты чего орёшь? - Я Плуг, кузнец,...

...а ты оруженосец Йонс. - Весьма возможно.

- Ты не видал мою жену? - Нет, не видал.

Но если б я её и видал, а она похожа на тебя,...

я бы поскорей постарался забыть, что её видал.

- Значит, ты её не видал. - Может, она сбежала.

- Ты что-то знаешь? - Я очень много знаю,...

да всё не про твою жену.

Пойди в трактир. Может, там про неё разведаешь.

И то сказать. Чума по западному берегу ползёт.

Люди мрут, как мухи.

Всегда в эту пору самая торговля,...

а нынче при мне весь товар непроданный.

Одно слово - Судный день.

Разные знамения жуткие.

Намедни женщина младенчика с телячьей головой выродила.

И люди-то с ума посходили.

С родных мест бегут, всюду чуму разносят.

По мне - лучше следи за своим хозяйством,...

да пользуйся жизнью, покуда цел.

Много кто огнём очистился, и все померли,...

а святые отцы толкуют - мол, лучше чистым помереть,...

чем жить и дожидаться ада.

Конец, конец, последние времена.

Вслух-то про это не говорится,...

да ведь известно - конец. И люди от страха с ума посходили.

- Тебе и самому боязно. - Как не боязно!

Падёт ночь после Судного дня,...

и на землю спустятся ангелы, и разверзнутся гробы.

Страшное дело.

Хочешь браслетку? Дёшево отдам.

- Мне она не по карману. - Чистое серебро.

Красивая вещица. Но небось для меня дорогая.

Прошу прощенья, никто не видал мою жену?

- А она что, пропала? - Да вот, сбежала, говорят.

- Бросила тебя? - С артистом.

С артистом! Раз у неё такой плохой вкус, так по мне, пусть бы и сбежала.

Твоя правда.

Но я сразу решил, что её убью.

Ах, ты задумал её наказать? Тогда дело другое.

- И артиста накажу. - Артиста?

- Ну, который её сманил. - Он-то чем не угодил тебе?

Ты что, совсем идиот?

Артиста! Ах, ну да.

Понял. Чересчур много поразвелось ихнего брата.

Так что виноват - не виноват, а надо его прикончить, это я согласен.

Эй, ты! Ты зачем морочишь кузнеца?

Я? Морочу?

Ты и сам артист.

И не иначе как твой приятель похитил жену кузнеца.

Так значит ты тоже артист?

Артист? Я? Это громко сказано!

Придётся нам тебя убить, логически рассуждая.

- Ну насмешил. - Однако странно,...

...ты побледнел. - Ну ты меня и насмешил.

Насмешил, правда? Нет, ты так не думаешь.

Возможно, мы тебя только слегка ножом пометим,...

как положено метить мелких мерзавцев.

Что ты сделал с моей женой?

Вы правда хотите меня обидеть? Зачем?

Разве я кого задел, кому повредил?

Лучше я сейчас уйду и больше никогда не вернусь, а?

Встань, тебя не слышно.

И говори громче.

Встань-ка на голову, артист, а мы полюбуемся на твоё искусство.

Что ты сделал с моей женой?!

Нечего выть. А ну вставай, танцуй!

Я не хочу. Я не могу.

- Представь-ка нам медведя. - Я не умею играть медведя.

А это мы сами решим - умеешь ты или нет.

А ну встать, тебе говорят! Что же это за медведь!

Не могу я больше играть медведя.

Ты помнишь, что я обещал с тобой сделать, если ещё раз повстречаю?

Я не из тех, кто бросает слова на ветер.

Как его имя?

Микаэль.

Сколько ему лет?

Ему скоро два годика.

- Крупный для его возраста. - Правда?

Да, пожалуй, и вправду он крупный.

- Вы нынче разыгрывали представление? - Ужасно было, да?

Ты красивей сейчас, когда не размалёвано лицо,...

да и платье это тебе больше пристало.

Ох, а Юнас Скат сбежал, нас бросил.

- Теперь нам туго придётся. - Это твой муж?

Юнас?

Нет, мой муж совсем другой. Юф его звать.

- Вот оно что... - Вот мы с ним и остались одни.

Придётся опять кувыркаться, такая морока.

- Вы и кувыркаться умеете? - Представь себе.

И ещё Юф замечательный жонглёр.

Микаэль тоже будет акробатом?

- Юфу так хочется. - А тебе - нет.

Даже сама не знаю.

- Может, он рыцарем станет. - Поверь, это тоже не так уж забавно.

- Да, вид у тебя невесёлый. - Верно.

- Утомился? - Да.

- Отчего? - От скучного общества.

- Это ты про оруженосца своего? - Речь не о нём.

- О ком же? - Обо мне.

Понимаю.

Ты правда понимаешь?

Да, ещё как понимаю.

Я и то думаю, и зачем это люди вечно себя мучают. Верно ведь?

Миа!

Юф! Что с тобой?!

Юф! Где ты был?!

Иди садись здесь. Где ты был?

Дай взглянуть.

И что тебя туда понесло! Опять небось нализался.

Ох! Я ни капли не выпил.

Ну, значит, хвастал про то, как с ангелами да с чертями хороводишься?

Люди этих фантазий терпеть не могут!

Хочешь, побожусь - ни словом ангелов не помянул.

Ну, значит, плясал и пел!

Ни на минуту не можешь забыть про своё искусство.

Тоже это людям не нравится, сам знаешь.

Смотри лучше... Смотри лучше, что я тебе купил.

- Ну да, тебе такое не по карману. - Но ведь купил же!

Юф!

Ох, как они меня били.

- Отчего же ты им сдачи не дал? - Просто я испугался и вскипел.

И мне не удалось дать им сдачи. Ты же знаешь, каким я могу быть.

Я ревел, как лев.

- Очень они тебя испугались? - Нет, они хохотали.

Ах, Микаэль... Микаэль.

Микаэль... Мика, Микаэль!

Замечаешь, как от него хорошо пахнет?

А какой он плотненький на ощупь. Ух, крепыш!

Настоящий акробат!

Да, вот он. Юф - мой муж.

- Добрый вечер. - Добрый вечер.

Я говорил, что у вас чудесный сын. Он принесёт вам много радости.

Да, сын прелестный.

- Есть у нас чем попотчевать рыцаря, Миа? - Благодарствуйте, я сыт.

Я нынче набрала полное лукошко земляники.

- И у нас есть парное коровье молоко. - Которую нам позволили подоить.

Если рыцарь разделит с нами трапезу, это будет большая честь.

Располагайтесь, пожалуйста, а я пойду ужин принесу.

Прошу.

- Куда же вы теперь? - На престольный праздник в Эльсинор.

Я бы не советовал туда отправляться.

- А почему, позвольте спросить? - Чума добралась туда,...

следуя к югу вдоль берега. Говорят, люди там гибнут тысячами.

Ох ты, Господи! Да, трудная штука - наша жизнь.

Могу ли я предложить, чтоб вы...

последовали за мной через этот лес и остановились у меня в доме?

Там, быть может, будет безопасней.

Земляника вон из того леса. Я в жизни такой крупной не видывала.

На горке растёт.

А пахнет! Вы только понюхайте!

Приятного аппетита.

Благодарствую.

Твоё предложение хорошее, но всё же мне надо поразмыслить.

Через этот лес страшно одним пробираться.

Говорят, там тролли водятся, и духи, и разбойники. Так я слыхала.

Вот я и говорю, хорошее предложение, но мне надо подумать.

Скат нас бросил, и теперь я отвечаю за труппу.

В конце концов, я теперь тут главный.

"В конце концов, я теперь тут главный".

- Земляники не желаете? - Этот человек спас мне жизнь.

Садитесь, друзья, вместе повечеряем.

Оруженосец рыцаря сочтёт это за честь.

Ох, хорошо.

- Да, редко так бывает. - Да почти всегда.

День за днём катится.

И ничего удивительного.

Летом, конечно, лучше, чем зимой. Летом мёрзнуть не надо.

А всего лучше, понятно, весной.

Я стих про весну сочинил. Хотите послушать? Только сбегаю за лютней.

Может, не надо, Юф. Может, нашим гостям твои песни ни к чему.

- Лично я тоже песенки сочиняю. - Вот видишь!

Я, кстати, знаю песенку...

про одну неряшливую бабёнку, которую вы не слышали.

Но вам и не придётся услышать.

Кое-кому не по нутру моё искусство, а я никого не хочу расстраивать.

Такой я человек.

Вечно мы горюем и суетимся.

Вдвоём всё легче. У тебя никого нет?

- Думаю, что есть. - И где же она теперь?

Не знаю.

Какое у тебя сразу стало лицо! Это твоя невеста?

Мы только что поженились и вместе играли. Мы всё время смеялись.

Я воспевал в песнях её глаза, её нос,...

её несравненные маленькие уши.

Мы вместе охотились,...

и по вечерам мы с ней танцевали. В доме кипела жизнь.

Ещё земляники хочешь?

Вера - это мученье. Ты не знала?

Будто любишь кого-то, кто прячется во тьме,...

и как ни кричи, его не докличешься.

Всё, что я говорю, делается бессмысленно и пусто,...

когда я сижу тут с тобой и твоим мужем.

Всё это делается вдруг неважно.

Ну вот, теперь у тебя лицо не такое серьёзное.

Я буду помнить эту минуту.

Тишь, сумерки,...

и миску с молоком и земляникой,...

и ваши лица.

И сонного Микаэля, и Юфа с лютней.

Я постараюсь запомнить и то, о чём мы говорили с тобой.

Я унесу своё воспоминание в ладонях так бережно,...

будто это чаша, до краёв налитая парным молоком.

И это будет мне верным знаком...

и великой наградой.

Я давно тебя дожидаюсь.

Прости. Я немного запоздал.

Я выдал тебе свой план и теперь отвожу фигуру.

Прошу. Твой ход.

- Чем это ты так доволен? - Это уж моя тайна.

Разумеется.

- Значит, я беру твоего слона. - И правильно делаешь.

- Ты меня обманул? - Разумеется.

Ты попалась. Шах!

Ты почему смеёшься?

Мой смех - не твоя забота. Ты лучше спасай своего короля.

- Что-то ты чересчур расхрабрился. - Меня забавляет игра.

Твой ход. Скорей, мне некогда.

Понимаю, у тебя пропасть работы,...

но игру нашу ты бросить не можешь. А тут нужно время.

Ты вздумал провожать скомороха с женой через лес?

Их ведь зовут Юф и Миа?

И у них маленький сын?

Отчего ты спрашиваешь?

Просто так.

- Ты не видел Йонса? Пора в путь. - Кажется, он ещё внутри.

Господи, да никак это Плуг-кузнец?

- Добрый вечер. - Слезу пускаешь в одиночку?

Да-да, гляньте на кузнеца.

Сидит и хнычет, как кролик, который в дерьмо вляпался.

- И всё из-за той же супруги? - Да я же её ещё не нашёл.

И с ними гадко, и без них гадко, так что,...

может, умней всего убивать этих баб, да и дело с концом.

Бабье нытьё и помои...

Пелёнки мокрые, дети орут...

Баба пилит, когтит ногтями, когтит словами...

И тут ещё эта чёртова бабушка - тёща...

А когда после эдакого дня спать наконец завалишься...

Тут новая песня...

Слёзы, всхлипы, стоны, да такие громкие, что мёртвого разбудят.

- "Почему ты меня на ночь не целуешь?" - "Почему больше песен не поёшь?"

"Почему ты не любишь меня, как прежде?"

"Почему ты мою новенькую рубашечку не похвалишь?"

"Вечно сразу отвернёшься и храпеть".

- Ох, ужас! - Ох, ужас!

И вот - её нет. Ну и радуйся!

Я по ним молотом бабахну!

Я по ихним башкам кувалдой пройдусь!

Я носы им отхвачу щипцами!

Глядите-ка, опять он разнюнился.

Может, я её люблю?

Ах, может, ты её любишь!

Так знай же, туша ты неразделанная, что любовь - это просто красивое слово.

А означает оно похоть, похоть и ещё раз похоть,...

сдобренную всякой ложью, враньём, обманом, хитростью, лукавством.

- А всё равно ведь от неё больно. - Ясное дело...

Любовь - самая страшная чума, и если бы от неё умирали,...

в ней хоть какой-то был бы толк. Да ведь она почти всегда проходит.

Нет-нет, у меня не пройдёт!

И у тебя тоже.

Редко-редко какие двое идиотов умирают от любви.

И всё-то несовершенно в нашем несовершенном мире,...

а уж любовь - само совершенство в своём совершенном несовершенстве.

Счастливчик, так красно говорить умеешь,...

и главное, сам веришь в свою околёсицу.

Верю?! Кто сказал, что я в это верю?

Попроси у меня совета, и за те же деньги получишь два.

На то я и образованный человек.

Слышь-ка, Йонс. Можно и я с вами через лес?

Тяжко мне, а домой неохота, засмеют они меня.

Только чур не хныкать! А то сразу от тебя разбежимся.

Йонс!

- Мой маленький братец! - Йонс, ты поосторожней!

- Этот в драку лезет. Он немного того. - Да что ты, наоборот, он всё хнычет.

Ты прости, друг, если чем обидел.

- Уж больно нрав у меня горячий. - Ясненько!

Давай мириться.

- Дай-ка, братишка, я тебя обниму. - Спасибо, как-нибудь в другой раз.

Сейчас нам, ей-богу, некогда. Спасибо, спасибо.

- Нет, вы только посмотрите! - Что там?

Вон, идут по тропинке, моя любимая жёнушка...

и актёришка в придачу!

Попался!

Так это ты тот вонючий кузнец, который посмел оскорбить...

...мою несравненную Кунигунду. - Как ты её назвал?

Кунигунда! Ты что, совсем оглох?!

Кунигунда!

Лиза её зовут. Просто Лиза. Лиза-дура,...

Лиза-потаскушка, Лиза-неряха. Толстозадая Лиза!

- Вот грубиян! - Можешь подобрать имя и похлеще,...

кривляка расфуфыренный! - Да он просто хам!

А ты, гнусное отродье непотребной девки...

и тринадцати блохастых кобелей,...

лучше сиди в своей выгребной яме,...

где тебя обливают смердящими помоями,...

и жри тухлые объедки.

На твоём месте, я бы не стал осквернять этот мир своим присутствием.

- Полегче, ты, надушенная... - Навозная куча.

Навозная куча или я просто рыгну на тебя,...

и ты улетишь к чёртовой матери, прямо в преисподнюю,...

...где со своими дружками будешь... - Толкать монологи.

Толкать монологи, пока самому Дьяволу тошно не станет.

- Браво, Плуг! - А я заткну тебе дырку в заду,...

что у тебя газы из ушей попрут.

А я тебе так рожу расквашу,...

что ты не сможешь паясничать даже перед турками с каннибалами!

Что ты смеёшься? Дело серьёзное.

В южных странах водятся звери, похожие на людей. Обезьянами называются.

- Это ты к чему? - Да так, просто.

Плуг, мой милый Плуг.

Чего?!

Милый Плуг, прости меня за всё.

Ещё секунду и она заревёт.

Это было так ужасно, не могу сдержать слёз.

Ты не представляешь, что мне пришлось вытерпеть!

Слушай, Кунигунда, по правде говоря...

Сейчас зайдёт разговор про его любимые блюда!

Милый Плуг, вот вернёмся домой,...

и я приготовлю клёцки с брусничным сиропом.

Твои любимые, верно, Плуг?

Хорошо, но сначала я прикончу его.

Да, прикончи. Хорошенько прикончи его.

Ох, ох, я больше его не люблю!

Боже, зачем ты сотворил женщину?!

У него всё фальшивое. И борода, и зубы, и улыбка.

И слова не свои говорит. Пустой кувшин!

Прикончи его, милый!

Дорогой Плуг,...

если ты думаешь, что я буду оправдываться, то ты просчитался.

Убей меня. Я скажу тебе только спасибо.

Ты чего несёшь?

Актёр оказался достойным противником. Ловко играет на чувствах.

Делай что-нибудь! Не стой как истукан.

Пускай дерётся, а то как я его убивать стану.

Или пусть хотя бы обзывается.

Друзья мои, одно движение и вот из фальшивого существа я сразу превращусь...

в кое-что неподдельное.

В самый что ни на есть неподдельный труп, без обмана.

Нет, подожди. Я уже не хочу этого.

Я не держу на тебя зла, Кунигунда.

Прощай, мой друг. Помолись за меня.

Ох, Господи, Господи!

Я не хотел! А ведь он мне было даже понравился.

Он мёртвый! Совершенно, до жути мёртвый.

Я в жизни не видывал такого мёртвого артиста.

Ладно, хватит убиваться. Сам виноват, и больше никто.

И с этой бабой мне жить!

Зато ты получил назад свою дорогую Лизу.

Ты не доволен?

Дружище Йонс, тебе не кажется, что в этой жизни всё так...

Да, вот именно. Но не думай об этом.

Глупо. Вот как.

Да, недурно разыграно.

Я и впрямь недурной артист.

Сейчас найду дерево,...

чтобы медведи, волки и привидения не достали меня.

Завтра Юфа с Мией найду,...

и поедем мы все вместе на престольный праздник в Эльсинор.

Спою-ка я покамест песенку.

Я певчая лихая птаха, Знать не хочу ночного страха!

Лес пилят. Тут люди. Хорошо.

Эй, какого чёрта... Они же моё дерево пилят.

Эй, ты! Ты меня слышишь, вредоносный ты ублюдок?

Что ты с моим деревом делаешь?

Ты кто вообще?!

Я пилю твоё дерево, потому что твоё время истекло.

Но у меня ведь дела.

Ах, у тебя дела?

Да, у меня представление.

Оно отменяется по причине смерти.

- Но ведь контракт... - Контракт расторгнут.

Семья, дети...

И не стыдно тебе, Скат?

Да-да, мне стыдно.

Неужели нет никаких скидок?

Никаких льгот для артистов?

В данном случае - нет.

Никакой лазейки, никаких исключений?

Месяц из-за туч вышел.

Вот и хорошо. Дорогу лучше видно.

Не нравится мне нынче месяц.

И деревья как мёртвые.

Это потому, что ветра нет.

Он, наверно, хочет сказать - что-то чересчур они притихли.

Совсем мёртвые.

Услышать бы хоть, как лисица тявкает.

Или как сова кычет.

Или как человек голос подаёт.

Только бы не свой.

Куда путь держите?

- К месту казни. - Ага, вижу. Ведьма, что ли?

Зачем ночью-то жечь? В эдакую пору? У людей теперь так мало развлечений.

Ради всех святых, замолчи ты.

Говорят, где бы она ни была, Дьявол тут как тут.

Да, то-то выходит, все вы храбрецы.

Нам за это деньги плочены. Доброхотно нанялись.

Ты слышишь меня?

Говорят, ты спозналась с Дьяволом?

- А тебе на что знать? - Я спрашиваю не любопытства ради.

Для меня это важно.

Я сам хотел бы встретиться с ним.

Зачем?

Чтобы выспросить про Бога.

Уж он-то про Него знает. Кто же ещё.

Ты и сам можешь его увидеть.

- Каким же образом? - Только сделай, как я скажу.

Глянь мне в глаза.

Ну, что видишь? Видишь его?

В твоих глазах я вижу страх,...

немой пустой страх.

И ничего больше.

Никого? Ничего? Никого?

Никого.

И за спиной у себя не видишь?

Нет,...

и тут никого.

Но он повсюду со мной.

Протяну руку и вон она тут, его рука.

И теперь он со мной.

- Мне не будет больно на костре. - Так он тебе сказал?

- Я сама знаю. - Сказал он тебе?

Я сама знаю, я сама знаю.

Погоди, ты ещё увидишь. Ты его увидишь.

Попы вот его видят. И солдаты.

Так его боятся, даже до меня не смеют дотронуться.

Зачем вы изранили ей руки?

- Это не мы. - А кто?

Вон, монаха спроси.

Что сделали вы с этим ребёнком?

Когда тебе надоест задавать вопросы?

Никогда...

Никогда не надоест.

Но ответа ты не получишь.

Хотел я перебить всех солдат, да что толку-то,...

она уже всё равно что мёртвая.

Сказано, с ней поосторожней! Не подходить!

На, возьми. Тебе не будет больно.

И что она видит? Можешь ты мне сказать?

- Она уже не чувствует боли. - Это не ответ на мой вопрос.

Кто примет этого ребёнка?

Ангелы? Или Бог? Или Дьявол? Или...

одна пустота?

- Пустота, хозяин! - Быть не может.

Загляни ей в глаза, хозяин.

Её бедному умишке кое-что открылось.

- Пустота под луною. - Нет!

Мы стоим бессильно, у нас опустились руки,...

и видим мы то же, что видит она, и нам точно так же страшно.

Бедный ребёнок.

Не могу я больше! Не могу!

Сладкою песнею Славит Господа Христа

На всю поднебесную.

Вот скоро и рассветёт,...

и снова нас, как периной, накроет эта жарища.

Мне страшно.

Чувствуется, вот-вот с нами что-то стрясётся, а мы не знаем что.

- Может, это Судный день. - Судный день...

Воды у вас нет? Воды у вас нет?!

У меня чума.

Не подходи. Держись по ту сторону дерева.

Мне страшно умирать!

Не хочу! Не хочу умирать!

Пожалейте меня. Помогите.

Хотя бы поговорите со мной!

Незачем. Незачем.

Я знаю, незачем.

Я умираю. Я... я... я...

Что со мной случится?

Неужели никто не утешит меня?

Неужели в вас нет ни капли жалости?

Неужели вы не понимаете, что я...

Неужели никто... Хоть глоток воды.

Без толку. Всё без толку.

Без толку, тебе говорят.

- Помогите! - Слышишь ты, как я тебя утешаю!

Доиграем нашу партию?

Твой ход.

- Я беру твоего ферзя. - Я не заметил.

- Миа. - Ну что?

Я что-то такое страшное вижу. Даже сказать не могу.

- Что же это ты видишь? - Рыцарь сидит над шахматной доской.

Ну да, я и сама вижу, и ничего тут страшного нет.

Да ты не видишь разве, с кем он играет?

Сам с собой. И нечего, слышишь, меня пугать!

Нет-нет, совсем не с собой.

- А с кем же? - Со Смертью.

Сидит и играет в шахматы со Смертью.

- Не смей так говорить. - Попробуем, убежим от Смерти.

- Но это ведь невозможно. - Надо попробовать.

Они так увлеклись игрой, что, если не шуметь, нас не заметят.

Твой ход, Антоний Блок.

Тебе что, играть надоело?

Надоело?

Напротив.

Ты чем-то встревожен.

Что-то скрываешь?

От тебя ничто не ускользнёт. Верно?

Ничто от меня не ускользнёт.

Никто от меня не ускользнёт.

Да, мне, в самом деле, страшно.

Тебе страшно.

Я позабыл, где что стояло.

Я зато помню.

Так легко ты меня не проведёшь.

- Я вижу кое-что интересненькое. - Что ты видишь?

Следующим ходом я объявляю тебе мат.

Верно.

Ну как, хорошо попользовался своей отсрочкой?

Да.

Приятно слышать.

Теперь я оставлю тебя.

В следующий раз, когда мы встретимся, тебе и твоим спутникам настанет...

срок.

И ты разгласишь свои тайны.

У меня нет тайн.

Значит, ты ничего не знаешь.

Да, мне нечего рассказать.

Замечаешь, какой странный свет?

Вот совсем развидняется, и гроза, небось, ударит.

Нет, не то. Тут что-то страшное.

- Слышишь, как ревёт лес? - Дождь, наверное.

Нет, не дождь.

Смерть за нами гонится. Нам не убежать! Догонит!

Миа, залезай в фургон! Скорей!

Это Ангел Смерти над нами пролетает, Миа.

Ангел Смерти, и он очень большой.

Чувствуешь, как холодно?

Те, кто вернулся из Святой земли, рассказывали, что и ты собрался домой.

Я осталась тебя дожидаться.

А все бежали от чумы.

Или ты меня не узнаёшь?

Ты и сам переменился.

Да, теперь я вижу, это ты.

Что-то хоть таится,...

что-то хоть и прячется,...

но осталось в лице, в глазах,...

от того мальчика, с которым я когда-то прощалась.

Со всем тем покончено,...

я немного устал.

Твой поход оказался напрасным?

Нет,...

но я немного устал.

Я немного устал.

Я вижу, ты устал.

Там со мной мои друзья.

Пригласи их, пусть войдут. Пусть разделят утреннюю трапезу.

"И когда Агнец снял седьмую печать,...

сделалось безмолвие на небе,...

как бы на полчаса.

И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом;

и дано им семь труб... И приготовились трубить".

"Первый Ангел вострубил,...

и сделались град и огонь, смешанные с кровью,...

и пали на землю.

И третья часть земель сгорела,...

и третья часть дерев сгорела,...

и вся трава зелёная сгорела.

Второй Ангел вострубил,...

и как бы большая гора, пылающая огнём,...

низверглась в море.

И третья часть моря сделалась кровью..."

Там кто-то был?

Нет, мой господин. Я никого не видел.

"Третий Ангел вострубил,...

и упала с неба большая звезда,...

горящая подобно светильнику.

Имя сей звезде...

полынь".

С добрым утром, Повелитель.

Я - Карин, жена рыцаря.

Милости прошу ко мне в замок.

Я - по кузнечному делу...

и работу свою, я так скажу, справляю неплохо.

А это жена моя Лиза.

Лиза, поклонись благородному господину.

Иной раз с ней сладу нет, ну и пошумим когда,...

да ведь с кем не бывает.

Из тьмы взываем к Тебе, Господи.

Помилуй нас, ибо мы слабы,...

мы боимся, мы ничего не знаем.

Из тьмы, где ты, оказывается, пребываешь,...

где мы, стало быть, все пребываем,...

в этой тьме никто тебя не услышит, не разжалобится твоими страданиями.

Утри слёзы, и любуйся на свою бесчувственность, как перед зеркалом.

Господи, где бы Ты ни был, ведь есть же Ты где-то,...

Господи, помилуй нас.

Эх, дать бы тебе слабительного, вымыть все заботы о вечности.

Да, видно, уж поздно.

Ладно, понаслаждайся хоть последней минуткой,...

пока глаза ещё видят да пальцы шевелятся.

Молчи, молчи.

Умолкаю, хоть и не по своей воле.

Это конец.

Юф... Юф!

Миа! Я их вижу, Миа!

Вижу!

Там, в бурном, грозном небе.

Они там, все вместе.

Кузнец, и Лиза,...

и рыцарь, и Равал, и Йонс, и Скат.

И грозный повелитель, Смерть, их приглашает на танец.

Всем велит взяться за руки...

и вместе танцевать.

И первым идёт сам Повелитель...

с косой и песочными часами,...

а Скат упирается, он позади со своею лютней.

Они танцуют.

Танцуют и уходят прочь от восхода...

в тёмную страну.

И дождь умывает им лица...

и стирает солёные слёзы со щёк.

Какой же ты у нас выдумщик...

Автор перевода: Елена Суриц Москва, 1985 г.