Original subtitles

-Ну тут вроде никто не живёт.

-Может, этот псих, который за кошками бегает?

-Нет, это в соседней квартире. А тут вообще никто никогда не жил.

-Пойдём проверим.

-А если там жмур?

-Тогда бы воняло на весь подъезд.

-Так может, он свежий.

-Сейчас проверим.

Карауль лестницу.

(металлическое позвякивание)

-Без болванки его так не откроешь. Там цилиндр нужен.

-Я болванку не взял.

(удары в дверь)

(смеются)

Ни *** себе! -Тихо-тихо!

-Добро пожаловать.

Может быть, это наш новый дом.

-Вроде не воняет.

-Мить! -А?

-Попарить тебя?

(смеются)

-И цветочки нашлись.

С новосельем тебя.

-Подаришь своей сухоцветы.

(смеётся) -Кому?

-Кому, матери.

-*** так шутить?

А что, менты к нам не завалятся?

-Да какие тут менты?

(смеются)

-Красавцы.

-Ребята, поверните тумбу. -Ставьте, что стоите?

(энергичная музыка)

-***! Вы что, ребят? -Да не задом, на бок её переверните!

-Положи её на пол!

-Тихо-тихо, не пали. Пусть думают, что дом с привидениями.

-С туалетом мы разобрались, ребят.

Вот это твой, Алик.

(грохот) -Вы там хату мне крушите?

-Ты что, ***?

Я всё хотел спросить тебя, а как ты первый раз попал в дурку?

(свистит)

-Это было ночью.

Мне стало страшно, я не понял почему.

Понял, что ночью что-то случится.

Мачеха вызвала санитаров. Санитары приехали.

Она сказала, что я разговаривал

с теми, кого в квартире не было.

-Так.

Ну и что, как там, жутко было?

-А я ни с кем не разговаривал.

Дома страшнее, чем в больнице.

-А второй раз?

-А второй раз мне ночью стало страшно, я дождался утра и сам приехал.

-Давно я, пацаны, с вами поговорить хотел серьёзно.

Но как серьёзно - с такими рожами?

Вот как вы думаете, что для человека главное вообще?

Но только без шуточек ваших обычных. Серьёзно спрашиваю.

Ни хера вы не знаете, короче. Самое главное...

Самое главное в жизни человека - это труд и справедливость.

Чтобы он мог нормально работать, достойно.

И чтобы вокруг было всё справедливо.

Правильно я говорю или нет?

Вот вы чем занимаетесь все? Вы ни хера не делаете вообще.

Кто-нибудь из вас хоть день в жизни проработал?

Хоть один день кто-нибудь из вас что-нибудь сделал для нашей страны?

Мы с Лёхой всю жизнь горбатились на этом заводе.

Пока его не разгромили и не уничтожили.

Вы же, получается, лохи и терпилы. Как и я, как и Лёха.

-А почему? -А потому что!

Потому что там воруют, государство раздербанили,

а вы тут непонятно чем занимаетесь. И думаете, что у вас свобода какая-то.

-Бать, можно спросить? -Спрашивай, сынок.

-Вот мне пацаны рассказали, что там...

Ну, твой этот Лимонов,

он в какой-то книге у себя пишет про свой гомосексуальный опыт.

Он как бы... А ты так о нём... Так его продвигаешь.

Как мне потом в глаза смотреть? -Сынок!

-Или это неправда? Может, врут? -Сынок!

Тургенев Муму топил?

Достоевский старуху убивал?

-Х*** он про члены пишет?

-А что Достоевский про старуху писал? За что он её убил, скотина такая?

-Про старуху можно ещё, но про *** писать?

-Дурака не включай, сынок, ***. Художественное произведение! Тебя не учили?

А этот, кто тебе это сказал - он и видит в этой книге только член.

Вы сейчас все такие. Все набыченные, умные больно!

Всё у них по каким-то понятиям! -А если я пишу книгу...

-Понятия только одни - человеческие!

Что ты мне докопался с этой книгой, ***?

Лимонова я в 1993-м у Останкино видел, под пулями. Понял, ***?

А вот этого твоего мудака, который члены разглядывает, я там не видел.

И не ему рассуждать, кто такой Лимонов. Тем более не вам.

А парни делом занимаются.

Это единственные люди, которые пытаются страну спасти.

-А мы тоже хотим. Возможно нам с ребятами в эту партию вступить, тоже как-то помочь?

-Что-то я тебе не верю ни х***. Вот рожа у тебя такая подозрительная.

-А можно? -Если на серьёзе, пацаны, я могу свести.

Лёха тоже их видел, знает, ребята нормальные. Хотите - сведу.

(смех) Ладно, понятно, ***.

С вами, тупарями, бесполезно.

Только вот, ***, когда станете взрослыми, такого возраста, как я,

вот вы вспомните, что я вам говорил.

Когда, ***, не будет ни России, и ничего не будет.

И будете вы тут бегать на побегушках у американцев, ***.

Чистить им ботинки.

Вот тогда вспомните, что я вам говорил.

-А как это - России не будет? -А вот так её не будет!

Ты не видишь, что происходит? Её расчленяют.

Америка - это и есть фашизм, а вы же всё на неё и ориентируетесь.

-Хорош ржать! -Я не ржу, например.

"Продиджи" - фашисты, получается?

-Ты не понял меня? Это так-то батя мой.

А вы сидите как будто в цирке, клоун перед вами выступает.

-Ладно, сядь тоже.

Я вот, может быть, последний раз вам говорю.

Если вы, сука, не одумаетесь,

вы будете потом об этом очень долго и очень горько жалеть.

-Дай, дай посмотрю.

-Только аккуратно. -Офигеть! А ты стрелял уже?

-Да так, брал пару раз пошугать.

-Что, можно как-то вписаться в эти темы?

-Ты в жизнь сначала эту впишись, Мить.

Не надо! Никогда так в жизни не делай, понял?

-Только из-за кота. Только из-за кота не буду.

-Дурак ты.

(Митя) -Легли мордой в пол!

-Пойдём на кухню отойдём?

На минутку.

-Пойдём.

-Короче, ты тут самый адекватный.

***.

Настоящая.

-Что, где достал? -Мне человечек подгоняет.

Короче, мне один бандос рассказывал...

***.

***.

***.

(Митя) -Руки! Руки!

(щёлкает курком) -Патроны тебе не выдали?

-В жопу засуну сейчас.

-Короче...

***.

***.

Короче, эти сейчас все рассосутся, а я отскочу.

Вернусь с тёлками.

***.

***.

Я как раз вернусь.

Ты что, зассал?

Зассал? Эй, евнух.

Да доверься. Всё окей будет, чего ты?

-Некоторым людям нельзя принимать *** или ***.

У них действие не проходит.

То есть они думают, что оно как бы проходит,

оно замедляется, почти исчезает, но не проходит.

Потом они куда-нибудь смотрят на стену с обоями

и понимают, что ничего не прошло.

(Руслан) -И я такой, да?

-Слушай, ну я не знаю. Надеюсь, что нет.

Это раньше думали, что всё просто.

В 60-е целое поколение принимали ***. Молочком на ночь запивали.

А всё непросто.

Не зря в американской психиатрии их запретили.

(энергичная музыка)

(открывается дверь)

-Блин, Химоз, ты что?

Дамы, всё. Чувствуйте себя как дома.

Дамы, садитесь, садитесь. Дамы, садитесь, садитесь.

-А это кто? -Это Химоз.

Сейчас-сейчас.

Блин... Вот, дамы, короче.

Это всё.

Пойдём-пойдём-пойдём.

Пойдём-пойдём-пойдём.

Русик, Русик. Ты как?

Тебе надо выбрать, короче.

Надо выбрать тебе. Вот там чёрная и эта, вторая.

-Ты чёрную откуда знаешь?

-Блин, надо... Надо...

Вот эта, которую ты выбираешь, надо в ванную с ней тебе пойти. Понял?

Тебе надо в ванную. Ты включи нам порнуху.

Ты должен пойти с ней в ванную. -Вот эту хочу.

-Мы в комнате останемся.

-Зачем? -В комнате.

Включи, короче, порнуху.

Можешь помочь? Русик, пожалуйста.

(смеётся)

Это всё любя.

Очень хорошо.

Ты пойми.

Прям пойми вообще.

(напряжённая музыка)

(тишина)

(смеётся)

-Какая ты красивая.

А ты по воде умеешь ходить?

Ну так, чтобы не проваливаться.

Давай пойдём вот как...

мы тогда шли.

Когда наша свадьба была.

(плеск воды)

А ты куда?

Вернись ко мне.

Вернись, пожалуйста.

Пожалуйста, вернись.

(девушка) -Лиза, посмотри, они нарики конченые.

Я не хочу здесь находиться. -Нет, я одна не останусь.

(Алик) -Стойте, стойте.

Русик, они уходят. Слышишь?

Русик, пойдём. Они уходят, всё.

Русик, их не надо никуда, вообще не надо искать.

Русик, пойдём. Они же никуда не ушли вообще.

Их вообще не надо никуда. Видишь, я тебя тяну. Пойдём, Русик.

Нам надо... Нам никуда не надо.

Они же ушли. Они вообще. Они все здесь.

Туалет, они куда его убрали, Рус?

Рус, они всё перестроили.

Вообще любой туалет, весь. Видишь, всё, нету.

Очень надо в туалет, Рус.

(журчание) Рус. Рус.

Рус, я как вода.

Слышишь, теку, вообще. Я река, Рус.

Слышишь?

(плачет)

Мы реки, выходит. Как вода мы идём, Рус.

(плачет)

Мы как... Мы, Рус...

(кашляет)

(шёпотом) -Обувь надо снять.

-Где ты был?

-Он просто устал.

-Ты где был? Посмотри на меня.

-Мам...

Мама... -Он был на работе.

-На какой работе? -В ординаторской.

-Идите домой. Посмотри на меня.

Открой глаза. Глаза открой, я сказала.

-У него просто сложный период сейчас. -Что происходит?

Так, ну-ка, пошли. Встал и пошли домой!

-Мама! -Домой, домой, всё.

-Мама, пожалуйста, не кричи на них.

(удары в дверь)

(смех)

-Мы принесли туфлю.

(смеются)

Туфлю вашего сына.

-Неясно? Домой, спать!

Я сейчас позвоню твоей мачехе. -Можно водички?

-Я дам водички, всё, иди. -Вы ей не звоните.

(смеются)

-Вы что смеётесь? Вы тронулись, что ли?

Сейчас мачехе позвоню.

Ты чего?

-Я ничего. -Вставай.

Давай, вставай. Раздевайся и спать. -Подожди, мне кроссовки надо...

-Куртку сними.

Спать. Сейчас воды принесу.

(Алик) -Он платить отказался.

Что тут ещё сделаешь?

-Что ты, поджёг его?

-Нет, не я.

Просто с человеком когда пытаешься по-человечески,

а он - нет,

ну что тут сделаешь?

(мама) -Я дома.

(Руслан) -Привет.

(звон осколков) Только аккуратно проходи.

-Что, разбил? -Угу.

-А у нас, представляешь, сегодня дальний павильон спалили.

Рэкетиры какие-то.

-Аккуратно.

Бывает.

-Не понимаю, что происходит. Просто не понимаю, что происходит.

Объясни мне, пожалуйста.

Это я про дядю Серёжу с тётей Викой.

Вот ладно мы, мы как бы жили неправильно.

Ну, ошиблись.

Нас есть за что наказать. А их-то за что?

Они же трудились. Они всё делали правильно. Утром на работу, вечером с работы.

Они все эти "Пионерские зорьки", съезд партии, всё это - трудящихся,

"Красного знамени" все эти ордены и всё это.

А сейчас они по помойкам побираются ходят.

Просто у них еды нет, у них ничего вообще нет.

За что им это?

-Ну а я при чём? Так говоришь, как будто это я им жизнь испортил.

-Надо пойти сейчас и извиниться.

-Перед кем? -Перед Викой.

Перед...

Я пойду сейчас и извинюсь, я еды ей возьму.

-За что ты извинишься? -Пойду и извинюсь.

-Мам, не надо вот этого начинать.

-Я встану на колени сейчас.

-Что сделаешь? -Встану на колени и попрошу прощения.

-Ты с ума сошла, что ли? Мам! -Дай сюда.

-Ты серьёзно? -Дай сюда. Ты не понимаешь.

Это человеческое. -Ты слышишь себя со стороны?

И что, им лучше станет, что ты будешь...

-Мне станет лучше, понимаешь? -Да?

-Я нечестно жила, и у меня всё хорошо. Сын растёт. А у них?

-Мне не станет лучше, что соседи скажут... -У них бабка умерла недавно.

-...упоролась чем-то и ходишь на коленях. -Они по помойкам ходят.

-Мы сейчас пойдём! -Ты не понимаешь, ты просто дуб!

Ты меня извини, но ты просто дуб. -Мам, ну хорошо, я тупой.

Но давай им хотя бы... -Отнеси. Ты идёшь.

Иди и встань на колени. Иди и встань на колени.

-Ещё чего! Заплакать ещё надо? -Отнеси еды.

-Ну всё, успокойся. -Отнеси еды людям! Люди ходят по помойкам.

-Мама, ты принесла домой еду!

-Да, у нас есть еда. -Да? Офигенно!

-Мы найдём. -Ты посмотри, что я ем.

Я вон тут обожрался весь.

Всё, пожалуйста, прекрати. -Ладно, всё.

-Иди лучше поспи. Ну что за бред, блин?

Мам.

-Вот так бы в солнце разок шмальнуть.

Мы приезжаем, они высыпаются со стволами.

Мы тоже стоим, они на нас зырят.

И, главное, в воздухе повисает вопрос.

А какая маза этих коммерсов сейчас разводить?

-А что, авторитеты эти были?

-Ну они приехали, что-то там поручкались, посмотрели на эту канитель.

Мы как *** стоим, я глаза наверх поднимаю, там эти типы с калашами стоят.

Я, главное, не понимаю, они за нас или они по нам сейчас шмалять начнут?

-Блин, я реально с тобой хочу как-нибудь съездить.

У тебя есть вариант? -Мить.

Ну, может, и есть.

(щёлкает курком)

-А ты стрелял вот просто по банкам хотя бы? Отдача сильная?

-И не только по банкам.

А прикиньте, мы же сейчас тоже внутри трупа ходим.

Типа это как жмур такой.

Этот дом для заводчан строили.

Но... У меня даже у бати тут квартира должна была быть.

Вот, может, мы сейчас стоим - это моя комната.

-Просто прикинь, реально.

Все эти дома заброшенные, заводы - это же тоже трупы своего рода.

Нет? Тоже после их разборок

посекли друг друга и вот стоят.

Гниют.

-А что с ними делать? Типа сжигать? Или...

-Кого? -Или закапывать? Ну, дома, заводы.

Хоронить эти трупы.

-Хоронить? -А если отреставрировать или доделать?

Что получается? -Франкенштейны.

-Да, прикинь. Ты оживляешь трупешник и продолжаешь в нём жить.

Как будто ничего не было.

-Надо эту память защитить.

-Да! -***!

(смеются)

(женский голос) -Там, где нет прощения, там болезни.

А будет прощение - не будет и болезней.

И вот ещё сказано... -Здрасте.

-Здравствуйте. -Здравствуйте.

-А это мой сын.

-Сказано: "Пустыня и безмолвная равнина будут ликовать и веселиться".

-Мам, пойдём.

-Сейчас, одну секундочку, хорошо? Пойдём.

Пойдём, пойдём.

-Кто это? -Я не знаю, но они уже второй раз приходят.

-Что это?

-Ну не выгонять же, они что-то рассказывают интересное такое, вот как-то...

-Мама, это что-то не то.

-Что не то? -Что они рассказывают тебе?

-Руслан.

-Так, а кто вы, расскажите?

-Дети человеческие. -Мы братья и сёстры ваши.

Мы к вам с миром пришли, со светом.

Вот смотрите. "Мы в кругу стоим..." -Я смотреть не буду.

Давай, братец, вставай. -Руслан, ты послушай.

-Послушайте. -Не вздумай, пожалуйста. Иди, я тебя прошу.

-Мам, я тебя тоже прошу, пожалуйста.

Вставай. -Простите, сидите. Сидите.

Руслан, это мои друзья. У меня могут быть друзья?

-Мы сейчас у твоих друзей карманы посмотрим.

-Какие карманы? Пожалуйста, выйди. Не позорь меня, пожалуйста.

-Да кто тебя позорит? Перед кем?

Мама, они сейчас у тебя квартиру просто уведут.

Вставай давай! -Послушай...

-Нет. Сядь, посиди. Пойдём поговорим. -Руслан! Нет, сидите.

-Как ты - братец? Какой там братец, ***.

Я говорю, на выход пошёл, ***! -Руслан!

-А сестрицу что ты не взял свою?

Я вас трогать не хочу. -Руслан!

-Встаньте, пожалуйста, сами. -Я тебя прошу!

Иди к своему Ласло! Уйди отсюда. -Мама!

-Что ты меня позоришь перед людьми? -Души наши вместе пламенеют.

-Вот когда у тебя ключи эти заберут, поговорим с тобой.

-Дай сюда ключи! Положи ключи! -Какие ключи? Мои они.

-Чаю хотите ещё? -Да, конечно.

-Спасибо.

-Пейте.

-Батя, можно я с тобой покурю?

-Ну спросил, ***!

У тебя же свои были, ***. -А откуда у меня?

-Вон тоже парень кайфовый.

Отморозок. От ментов бежал. Со второго этажа спрыгнул, ногу сломал.

Вот с ними встречаешься - хоть поговорить о чём есть.

Я их понимаю, хоть они и молодые.

А вот твоих балбесов я вообще не могу понять.

Вот на хера ты вообще с ними?

Ну ладно, этот - бог ты с ним, нормальный. А эти два вообще просто какие-то...

Отморозки. Ничем хорошим у вас не кончится, парень.

-Так было бы с кем ещё.

-"С кем ещё". Я тебе и говорю, уезжай в город.

А ты в Питере-то был? А, ты же и не был в Питере.

-Нет. -Мотал бы в Питер.

Я бы тебе телефон дал, пообщался бы с пацанами. Нормальные ребята.

Может быть, свалил бы в Питер.

Они, между прочим, в отличие от вас, учатся.

Из них половина студентов.

Вот этот парень хороший тоже. Серёгой зовут.

(выкрикивает лозунги)

Нет, нормальные ребята.

(Алик) -Мой батя искренне верил

в своё государство.

Основанное на иерархии,

на том, что кто-то над кем-то стоит и за него решает его жизнь.

Это государство развалилось и кинуло его.

Дальше всё, что он мне затирает про этих *** -

якобы они вершат революцию, и у них есть своя воля,

и они ни под кем не ходят.

Они глобально ходят под одним человеком,

который их, как слепых котят, просто кидает -

то в одну сторону, то в другую, и всё.

Он променял одну систему иерархии на другую.

В братве - читай "братство" - вообще нету такого.

Мы знаем, куда мы едем - мы туда едем.

Мы знаем, что мы решаем - мы это решаем.

-Вас даже в известность не ставят, что сейчас будет происходить.

Что ты там решаешь, если ты не знаешь, что будет через полчаса в твоей жизни?

-А кто тебе сказал, что нас не ставят в известность?

Вот мой батя - вот. Он остался у разбитого корыта.

Твой в этом отношении как бы...

Конечно, поспокойнее, получше.

В смысле он не угашен этим поиском новой иллюзии, иерархии, идеологии.

Но он в тюрьме сидит. А в тюрьме та же самая история.

Они как бы... "Мы не государство, мы не компартия" - то же самое всё.

(Руслан) -Ты уверен, что это не пока так?

Не пока так. Как бы, ты понимаешь...

-Я за судьбу не решаю.

-Ну это понятно. -Я не знаю, что будет завтра.

Я знаю, что есть сейчас. -Тебе не стрёмно?

-Не то что не стрёмно. Я знаю, что это единственно верный путь.

-Да? -Конечно.

-Это что такое?

-Скажи мне, что происходит?

-Что?

-Что происходит? Скажи мне.

Соседа помнишь нашего, Славика?

-Да. -Дядю Славика.

Конструктором который на заводе работал. -Да-да.

-Пистолет себе смастерил,

к голове поднёс...

Вон мозги его по асфальту. Всё красное, посмотри.

Вынес себе всё.

Жили же нормально когда-то. Ну к чему вообще вот это всё?

Просто к чему всё идёт? Я не понимаю.

-Может, вляпался во что-то?

-Я уже не знаю. Все вляпались.

Все вляпались.

Я просто не понимаю, Руслан.

Как можно взять...

Смотри мне, только вляпайся куда-нибудь.

(энергичная музыка)

-Опа, опа, опа!

-Что ты ходишь такой замороченный? Что ты ходишь такой?

Что, а это зачем?

-Сегодня всё начнётся.

(смеётся)

-Что начнётся?

-Вот это всё, что было до этого,

это, блин, просто...

Пугалки-машинки.

Очень серьёзные там ребята подъедут.

(смеётся)

-Что ты, всё нормально будет.

Ну.

Тогда чего так нервничать?

-Всё.

Пора.

(Алик кашляет)

С девками тогда не очень вышло.

Я получше намучу.

-Давай, удачи тебе.

-На окраине города были задержаны члены преступной группировки.

По данным следователей, они занимались вымогательством.

В ходе очередной операции удалось обезвредить и задержать

пятерых молодых людей.

В их числе оказались жители нашего города:

Еремеев Владимир Викторович

и Сидоров Александр Сергеевич.

Задержанным грозит до семи лет лишения свободы.

-Всё?

До семи лет.

-Это беспредел какой-то, грёбаный беспредел.

Какой он бандит?

Какой он бандит, это сын мой! Вы дети! Какие вы бандиты?

Сами вагонами воруют, суки.

Бандита нашли, ***!

Где адвоката искать, Лёха? -Знакомых поспрашивать придётся.

-Откуда у меня знакомые адвокаты?

-Адвоката в суде надо искать.

-Положнякового? Чтобы посадили подольше?

-Ну если он реально в братве... -В какой братве?

В какой братве? -Адвоката в смысле найти они могут.

-"В братве", блин.

Откуда она взялась, эта братва?

Ну вы врёте ведь. Знаете, с кем он был. Кто его туда послал.

-Нет, дядь, мы сказали бы.

-Чтобы я больше никогда этого в доме нашем не видела. Понял?

(тихая музыка)

(открывается дверь)

-Что, выпустили?

-Да.

Тюрьма сгорела, я освободился.

-Тебя же искать будут.

-Никто меня искать не будет.

(стук в дверь)

(стук в дверь)

(стук в дверь)

-Здорово.

Что такое?

-Алик в тюрьме умер.

-Как?

-Вряд ли от старости, да?

Убили, наверное.

Я у батька его был, хотел что-то выяснить, узнать.

А он в говно.

Ладно, давай.

-Давай.

(вспоминает) А ты думал, что будет, если тебя вальнут?

-Если что? -Ну, если вальнут тебя.

-Ну, думал.

И чё? -Ну в смысле "и чё"?

А что батя?

-Да что батя?

-А прикинь, тебя просто валят на разборках,

а потом какие-то призраки вот так же начинают ходить

внутри твоего трупака.

Ходят, ходят. Что-то там разгоняют.

-Разгоняют вот так же про авторитетов.

-Скорее, черви.

(эстрадная музыка)

-Мам, тебе зарплату выплатили? Что такое?

-Амнистия!

(смеётся)

-Серьёзно? -Да!