Original subtitles

(музыкальная заставка)

(Kovacs - "My Love")

-Где он, б***, ваш это артистишка?

Я убью его! Оперативную группу вызову, б***!

Передайте ему, что его сейчас в разных сумках ко мне в кабинет привезут!

(сигнал чайника)

(гул чайника)

-Вы не могли бы прокомментировать убийство Кирилла Сомова?

Вам уже предъявлено обвинение?

-Я тебя убью! Оперативную группу вызову, б***!

-Это что такое?

Чего ты молчишь-то?

Этот балаган дорого тебе обойдётся, Игорь.

Подумай об электорате.

Как они могут доверять власти, если её представители лажают на каждом шагу?

Ты не только себя обосрал, ты всю вертикаль в говне искупал.

-Ну, уж не всю. -Да уж, слава богу.

Не всё можно замарать.

В нашей стране есть вещи, неподвластные времени и порче.

-Иннокентий Михайлович, я ему ничего не делал.

-Ну, это следствие разберётся, чего ты там делал, чего не делал.

Был бы поумнее - не натворил бы такой херни.

-Иннокентий Михайлович, вы же прекрасно понимаете, что это кем-то всё подстроено.

-Подстроено что?! Это не ты там на записи орёшь,

что убьёшь Сомова, которого через день действительно убивают?

Или это что там, твой двойник орёт? -Нет, не двойник, я.

-Ну, и чего ты теперь хочешь?

Сейчас у каждого дебила в телефоне камера.

Думать надо, Игорёк. Ну, тебе, видимо, нечем.

-Иннокентий Михайлович, я его не убивал. -Чего ты заладил: убивал - не убивал?

Умеешь ты себе, Игорь, на каблук насрать.

Не надо даже было пытаться давить на меня.

Не по силам тебе.

-Подождите, это, значит, вы запись нашли, да, и выложили?

Иннокентий Михайлович, какая вы сволочь.

(Иннокентий) -Ну-ка, рот закрыл. Рот закрыл!

Я тебе сейчас услугу окажу, но в последний раз.

Позволю написать по собственному, на увольнение.

А не услышишь меня - так по приказу пойдёшь пинком под зад.

Лишь из христианского милосердия делаю это.

-Конечно, Иннокентий Михайлович, вы же у нас просто святой.

Не мироточите ещё?

(фоновая музыка)

(хлопок двери)

(спокойная музыка)

-Фёдор Квитко, московская прокуратура. -Очень приятно.

Тебе не кажется, что здесь рискованно встречаться?

-Так у меня же официальная причина. Прятаться глупо.

Начальство твоё в курсе, что ведётся расследование.

Так что было бы странно, если бы я к тебе не подкатывал.

(гудки по телефону)

-Здравствуй, Максим. Это Оля.

(Максим) -Да, привет.

-Хотела уточнить: ты говорил,

что этот человек из прокуратуры заинтересовался Широковой?

(Максим) -Для допроса оснований нет, но он собирался с ней встретиться. А что?

-Не знаю. Ты же коп, тебе виднее. А это официально?

(Максим) -Да, официально.

-Ну, хорошо.

(Фёдор) -Слушай, старые дела пересматривал.

Так жалко, что ты не добила дело Левкоевой. Так хорошо шло.

Если бы этот Ольховский не сбил с панталыку...

-Данные по прослушке есть? -Есть.

Весьма любопытные.

Куратор Елена Широкова сливает нашему объекту своего любовника Глеба,

который устроил с ним войну.

Почему она его топит, не знаешь?

-Хочу вывести Глеба из игры, пока всё не началось.

-Я тебе гарантировал его безопасность.

-Не верю, что ты верил себе, когда давал гарантии.

-Понятно, решила подстраховаться.

(сигнал лифта)

-Здравствуйте, Игорь Дмитриевич.

-Я без адвоката вам ничего говорить не буду.

-Это разумно. Кстати, можете вообще ничего не говорить.

Самое важное вы уже сказали всенародно.

У меня есть основания поднять дело Левкоевой,

потому что она тоже состояла в связи с Сомовым.

Трахалась с вами, а забеременела от него.

-Послушай... Что?

-Анализ ДНК показал, что на момент смерти срок был где-то четыре месяца.

Потом Сомов сожительствовал с вашей женой. Ну, когда вы ещё состояли в браке.

Так что мотивов убить его у вас было достаточно.

-Сколько вы хотите? Ну, озвучьте.

Лучше напишите.

-Хм! Так не выйдет.

-То есть? -Ручку не убирайте.

Вот здесь подпишите.

-А что это? -Повестка.

Официально сообщаю вам, что вы являетесь подозреваемым

по делу об убийстве Кирилла Сомова.

Со мной лучше сотрудничать.

К делу подключилась прокуратура, а там на ваши привилегии плевать.

А адвокату позвоните.

Да, и ещё...

Если вдруг вспомните что-нибудь, вы сами ко мне приходите.

Так будет лучше. -Угу.

(медленная фоновая музыка)

-Ждал, когда заглянешь. -Ты мог вызвать.

-Нет, я хотел, чтобы ты сама.

А что надо от тебя прокуратуре?

-За что люблю современную архитектуру - всё видно насквозь.

В туалете присядешь - уже докладывают.

-А есть что скрывать? -Нет.

Прокуратура ведёт убийство Кирилла Сомова,

актёра, он был связан с моими старыми делами.

Попросили консультацию. -Ясно.

Что-то ещё? -Да.

Ты должен уволить Глеба.

-Чем же он так провинился?

-У Глеба есть компромат на Юрия.

Думаю, он будет его шантажировать, чтобы выведать информацию,

которая может тебе навредить.

-Уволить, значит? -Думаю, да.

Он нам мешает, тебе и мне.

-Знаешь, что заводит меня больше всего?

Я хочу не просто его раздавить,

я хочу отобрать у тигра тигрицу.

Ты меня поняла?

(фоновая музыка)

(Юрий) -Мои гарантии? -Какие тут могут быть гарантии?

-Жёстко играешь.

-С волками жить. А ты подумал бы пока, как меня удивить,

когда я буду решать, нужен ты мне будешь в качестве юриста компании или нет.

(звонок мобильного телефона)

Привет, ты где? (Лена) -В кластере, собираюсь в галерею.

-Отлично. Дождись меня внизу.

Прости, я должен сказать тебе одну вещь.

Обещай, что не обидишься. -Обещаю.

-Я ужинаю с Димкой. Он попросил.

Я хочу, чтобы ты знала, что я делаю всё, чтобы вас помирить.

Он хороший пацан. -Почему я должна обидеться?

-Ну...

Я подумал, что ты можешь воспринять это как интервенцию.

-А это не она?

-Я не пытаюсь заместить Диме фигуру отца,

но я хочу помочь ему установить баланс в ваших отношениях,

который был нарушен, когда вы расставались с Алексеем.

Я беспокоюсь о нём, понимаешь?

-Я очень рада, что вы встречаетесь. Для меня это важно.

-Люблю тебя. -А я тебя.

-Опозорился Игорёк.

Шуму натворил. Стыд один.

А мне на эту должность надёжный человек нужен.

-Вы это серьёзно? -Конечно.

Кино это твоё - сплошная порнография.

Негоже женщине этим заниматься.

А вот быть на руководящей должности в солидном ведомстве - это дело престижное.

-Я и так на себя ваши активы беру.

-Ты блага мои через свои руки пропускаешь.

А у денег, у них знаешь аура какая?

Это тебе только на пользу -

капитал под своим именем сохранить,

напитаться благодатью, свыше мне дарованной.

-Иннокентий Михайлович? -Да.

-Пройдёмте.

(Dick Walter - "The Money Song")

(Иннокентий) - Спасибо.

(сигнал открывающейся двери, хлопок)

И семье своей помочь - святое дело.

-Иннокентий Михайлович, давайте без проповедей.

Семья развалилась, детям я не нужна.

-Людмила, семья - это понятие широкое.

Отец твой это ох как хорошо понимал.

А дети - они что?

Погуляют-погуляют и вернутся.

Кстати, и им тут до самой старости хватит.

(сигнал двери)

(продолжает играть "The Money Song")

Неспроста тебе эти послания.

Так что задумайся и сделай выводы.

(музыка стихает)

-Павел Иванович, приветствую. Я... Спасибо. Я хотел с вами поговорить.

Павел Иванович, я хочу, чтобы вы знали: я с вами, я вам верен.

Я в деле, ну, в смысле, в деловом.

А Иннокентий Михайлович... -Иннокентий - говно, я понял. Дальше?

-У меня есть информация, что это он заказал Кирилла Сомова.

-Поясни?

-Для следствия у него есть железобетонный мотив.

После смерти Кира он перевёл все свои активы на мою бывшую жену, на Милу.

А она собиралась замуж за Сомова.

И если бы это произошло, то Сомов мог бы претендовать на её собственность.

А дальше, ну, вы сами прекрасно понимаете, что могло быть.

-А зачем ты мне это рассказываешь? -Ну, как зачем?

Я всё понимаю, Павел Иванович. Если это где-то всплывёт,

то у Иннокентия Михайловича там вряд ли будут союзники.

А вам это на руку. -И что?

-Мне нужна защита. Он организовал травлю в СМИ.

И меня, мягко выражаясь, и прокуратура, и полиция прессуют очень.

-Кто ведёт дело? Глушков? -Да.

-И ты хочешь, чтобы я разобрался? -Да.

-Не знаю, зачем мне это нужно, но я подумаю.

-Спасибо.

(медленная фоновая музыка)

(Лена) -Да? -Добрый день.

Это Елена Широкова? -Да, я вас слушаю.

-Меня зовут Илья Лагутин.

Я коллекционер, интересуюсь картинами Асфари.

Хотел бы приобрести всё, что есть.

-К сожалению, часть картин уже забронирована.

А то, что осталось, сейчас в Нью-Йорке на выставке. И владелец тоже.

(Илья) -В таком случае я бы хотел приобрести всё, что осталось.

Скажите, вы как агент можете это сделать?

-Вы хотите купить картины, не глядя?

-Увы, но я в Москве, а не в Нью-Йорке.

Пока смогу посмотреть, их все раскупят.

Я бы хотел предпродажу,

сделку заключить прямо сейчас.

Скажите, когда мы можем встретиться и обсудить детали?

-Ну, приезжайте в галерею в районе пяти.

-Всё-таки приятно, что мы с вами немножко уже знакомы.

(Лена) -В смысле?

-Мы виделись с вами на презентации кластера.

-Презентация? Шампанское?

(Илья) -Значит, помните.

-Странно. А почему вы мне сразу не сказали, что интересуетесь Асфари?

-Не хотелось портить вечер деловыми разговорами.

К тому же, когда увидел вас, немного отвлёкся от картин.

-Ну, хорошо, до встречи в галерее.

(фоновая спокойная музыка)

(девушка) -Пожалуйста.

(Глеб) -Красивая безделушка. -Угу.

В этом бренном мире люди мало думают о душе.

Судят друг о друге по безделушкам.

Ну, что ж, человек слаб.

Приходится с этим мириться.

Да, а принесите в платине, пожалуйста.

(Иннокентий вздыхает)

Ты уверен, что всё почистил по своему участию в этих схемах?

-Уверен. -О, фонд Алисы.

Звучит как сказка, а такая грязь...

Ох, Глеб, наркотики - это грех.

Отмаливать до гроба будешь.

-Всем нам воздастся за грехи наши.

Вам ли об этом не знать, Иннокентий Михайлович.

-Хитрожопые какие, сучьи дети.

Ну, ничего. Кому надо - разберутся.

-Как вы думаете, сколько уйдёт времени на это дело?

-Не терпится наказать обидчика?

-Не терпится вернуть своё.

(посмеивается)

(вздыхает)

(Иннокентий) -Кутузов выбил Наполеона из Москвы, это все помнят.

Никто не помнит только каково это - остаться на пепелище.

Победа, друг мой, - это самое лёгкое, что тебе предстоит.

Но, так или иначе, нас ждут великие дела.

С божьей помощью.

-Я больше рассчитываю на вашу.

-А это, считай, одно и то же.

С Богом.

(виброзвонок телефона)

Извините.

-Иннокентий Михайлович, я на минуту.

-А, слушаю тебя, Паш.

-Как говорят, на племянницу все активы перевёл.

И любовника её своевременно пришили. Прям всё одно к одному.

-Ну, неисповедимы пути Господни.

-Да хватит эту свою чушь пороть!

Ты меня понял.

Отзови прокурорских.

Думаешь, Эрнест тебя защитит?

Так, на него тоже рычаги имеются.

-Непочтителен ты, Паша, Господу.

Я это не одобряю.

И почему ты так уверен, что это я слил тебя прокуратуре?

Я человек маленький.

Я такие решения не принимаю.

Я, Паша, верю в божий промысел.

Это ты Эрнеста Романовича спроси. Может, он в курсе.

Возьму.

Да, ну, давай, с Богом.

-Давай попробуем выяснить твои уязвимости и сделать тебя неуязвимой?

В первую очередь это касается, очевидно, мужчин.

Давай начнём с твоего отца.

Расскажи мне про ваши взаимоотношения.

-В детстве он мало замечал меня.

Ну, всё время в разъездах, дела постоянные.

-А ты? Ты хотела ему понравиться?

-Да.

Всегда готовилась к его приезду.

И училась на отлично, только чтобы он похвалил меня.

Он по-своему любил нас. У нас всё было.

(Эмма) -Только его самого никогда не было.

-А он разруливал все дела с какими-то людьми, всё устраивал.

Ну, так и с нами.

После школы сразу квартира, МГИМО.

А я закончила с красным дипломом, хотела в МИД идти.

Ну, он быстренько организовал удачный брак, говорил: "Потом спасибо скажешь".

А по итогу...

двое детей, муж - мудак, развод.

Никакой профессии, денег до фига, но только одно желание - сдохнуть.

И ведь тебе тоже совсем не жалко меня, да?

-Ну, ты же понимаешь, что я сейчас твой врач, а не твоя подруга?

И жалость - это совсем не то чувство, которое тебе нужно.

Жалость - это унизительно.

Вот когда мы всё проработаем, жалеть придётся тех,

кто попытается сделать тебе плохо.

(напряжённая музыка)

-Павел Иванович, не надо, я вас очень прошу.

-Что в этой папке, которую ты передаёшь Ольховскому?

(напряжённая музыка)

-Пожалуйста, не надо!

Не надо, я вас очень прошу! Пожалуйста!

(кричит) Не надо!

(всхлипывает) Не надо!

(кричит) Не надо!

Документы по фонду Алисы!

(плачет)

Которые с вашей подписью...

-Так я и думал.

(плачет)

-Добрый вечер.

-Здравствуйте, Елена. Илья Лагутин.

(Лена) -Очень приятно, Илья.

-Ваши картины испарились так же, как полотна Бэнкси на "Сотбис"?

-Вы хотели подобраться ко мне поближе, Асфари - только повод?

-Я хотел подобраться к картинам Асфари, а вы - только бонус.

-То есть наша встреча - случайность? -Абсолютно. Просто я везучий.

-Странно, почему я ничего не слышала о вас и не видела на аукционах?

-Ну, может быть, потому что вы не так давно в этом бизнесе?

-А вы подготовились, как я вижу. -Конечно.

А не слышали и не видели вы меня потому, как я редко бываю в Москве.

-Где же вы живёте? -Предпочитаю подальше от Первопрестольной.

Там, где дышится легче.

-И зарабатываете вы в этом подальше столько, чтобы скупить всю Асфари?

-Скажем так, я очень высокооплачиваемый специалист.

-За что же вам платят?

-За нестандартные решения. -Как это?

-Ну вот представьте: обратилась ко мне компания по изготовлению кроссовок.

Воруют на фабриках. Страшно воруют.

Интересуются, как решить проблему.

-И как?

-Отныне они на одной фабрике делают только левый кроссовок,

а на другой - только правый.

-Смешно. Сами пробились? -Да. Как и вы.

-Врёте.

-Нарыли обо мне что-нибудь ужасное?

-Ваш отец - крупный чиновник Иннокентий Мещерский.

Почему вы это скрываете?

-Я не скрываю этого. Просто я не люблю об этом говорить.

(спокойная фоновая музыка)

-Добрый день. Прошу вас, сюда.

(Дима) -Здравствуй.

Только давай договоримся - я угощаю.

-Спасибо, это не обязательно.

(Дима) -У меня деловой разговор.

Мы с друзьями в Лондоне замутили мощный стартап.

И нам нужны инвестиции.

50 тысяч фунтов.

Я хотел предложить тебе его проинвестировать.

Вот бизнес-план.

-Мощный стартап? На 50?

-Да.

-Ощущение, что вы писали это как-то наспех.

-Всё рассчитано исходя из реалий английского рынка.

Просто тут, в России, всё немного иначе.

Ты, может быть, немного не в курсе?

-Вам ни к чему 50 тысяч. Это стоит дешевле.

Не хочешь поговорить о маме? -Нет.

-А вы как из ментов в галерейщицы попали?

Это ведь необычно, согласитесь?

Люди редко способны на такого рода перемены.

Как правило, ход своей жизни ломают, когда происходит что-то чрезвычайное.

Или в чём-то разочаровываются очень важном и очень любимом.

-Скажу одно: свою работу я очень любила.

Но жизнь оказалась важнее.

Когда будет готов договор, я вам пришлю.

-Спасибо.

-Вы ещё долго пробудете в Москве?

-Я всегда беру билет в один конец.

(шёпотом) -Ковбой...

-Гнев - не лучший советчик, Дима.

Я рано потерял свою маму.

Мы с отцом об этом даже не говорили. Каждый переживал по-своему.

Но однажды он, знаешь, что мне сказал?

-Что?

-Он сказал: "Я жалею, что редко дарил ей цветы".

Я хотел бы, чтобы мой сын тоже это понимал.

-Я тебе не сын.

(Глеб) -Хорошо.

Ладно, Дим, пока.

Подумай про маму.

(спокойная фоновая музыка)

-Судя по всему, Иннокентий не при делах насчёт прокурорских.

Это значит, за этим стоит сам Эрнест.

-Это усложняет дело. Эрнест Романович - крупная рыба.

-Я предупредил его, что у меня есть серьёзный компромат,

так называемый архив Филиппа Краснова.

Но он, видимо, не верит, что я им воспользуюсь.

С другой стороны копает Глеб.

Лена предупредила, сообщила о его телодвижениях.

Какой план действий?

(медленная фоновая музыка)

А... Ты опасный человек, Илья. С тобой лучше дружить.

-Мне лучше платить.

Друг предаст, любимый изменит, а человек, довольный своим гонораром, нет.

(задумчиво) -Хм... Так, выходит, Глеб всех грохнул.

Ай-ай-яй, нехорошо.

(Илья) -Выходит, так.

Кирилла Сомова и Филиппа Краснова - из ревности к Широковой.

А Никиту и Ульяну Лисиных - чтобы вернуть компромат

об отмывании денег через фонд Алисы.

Ну, а саму Алису - и мотив придумывать не нужно.

Он же её реально убил.

Не понимаю, зачем с такой доказательной базой

отправлять Глеба со взяткой к прокурору? Не проще ли сразу его размазать?

-Видите ли, ежели этот прокурорский Квитко возьмёт деньги,

вы сможете им крутить по собственному желанию.

А ежели откажется - Глеб скомпрометирует себя перед прокуратурой.

А мы, в свою очередь, передадим через Глушкова следствию

неопровержимые доказательства о том, что Глеб является серийным убийцей.

В любом случае вы в выигрыше.

-Изящно. Работай.

(Илья) -Хочу знать про архив Краснова.

Мне нужно максимум информации, чтобы не ошибиться.

Насколько всё серьёзно?

-В этом сейфе столько, чтобы отыметь всех от земли до неба.

Эрнест - только ступенька.

-Буду рад вам помочь.

(щелчок, сигнал блокировки)

(ритмичная музыка)

(сигнал входящего сообщения)

-Здравствуйте, Лена, это Ольга Крутова.

Я помощница Чистякова.

У меня есть к вам одно дело.

(спокойная музыка, песня на английском языке)

-Карина даже на церемонию не пришла.

-Я пригласила весь актёрский состав.

-Что она вообще думает о себе?

-Она думает, что она - жена инвестора.

(музыка, щелчки фотоаппаратов)

Так, всё, закончили.

(Алексей) -Пойдём? Всё, спасибо.

-Людмила Долгачёва... -Да.

-Продюсер картины "Первая нелюбовь".

Скажите, почему вы решили снять фильм по книге Алексея Широкова?

-Ну, просто книга имела большой успех, и коммерческий успех в том числе.

Мы решили повторить его в кино. Ну, по-моему, логично.

-А это... (Мила) -Это Алексей Широков.

Он автор романа "Первая нелюбовь", также он автор сценария

и шоу-раннер нашего проекта.

А это Катя Матвеева, она начинающая актриса.

И, собственно, она себя играет. -Добрый вечер.

-Да, скажите, что ждать зрителям от картины "Первая нелюбовь"?

-Секса.

-Номинация "Главный герой. Театр".

-"Главный герой. Театр". В номинации представлены...

-Евгений Стычкин, "Норма", театр на Малой Бронной.

-Владимир Машков, "Ревизор", театр Олега Табакова.

-Евгения Крегжде, "Пер Гюнт"... -Ещё вопрос о Кирилле Сомове.

Каково это - потерять не только актёра, но и близкого человека?

-Простите, без комментариев. Извините.

-Да, конечно, спасибо.

Извините, можно вас? У меня будет личный вопрос.

Вы меня помните? (Алексей) -Помню, конечно.

У вас очень знакомое лицо.

-И я брала интервью у вас на съёмочной площадке. Я Маша.

-А, ну да.

-Нас так неудачно прервали, я бы хотела взять у вас интервью, так сказать,

с глазу на глаз. Вы не против?

-Нет. Нет.

-Может быть, тогда вы дадите свой номер?

(Алексей) -Да, конечно. -Спасибо.

(ведущий) -Спектакль по определённым причинам не состоялся, но, тем не менее,

я без пяти минут театральный артист.

(ведущая) -Давайте поаплодируем.

Так получается, Игорь - секс-символ российского кино,

а так был бы ты - секс-символ венгерского кино как минимум.

Ну, что ж, дорогие друзья, мы продолжаем.

У нас следующая номинация.

(аплодисменты)

(торжественная музыка)

-Феномен Алексея Широкова в современной литературе заключается в простоте стиля,

простоте слова и восприятия.

Его проза - ироничная, парадоксальная, всегда с непредсказуемым сюжетом.

Яркий тому пример - роман "Первая нелюбовь".

Итак, мы приглашаем на сцену Алексея Широкова.

Алексей.

(аплодисменты, музыка)

-Спасибо этой замечательной премии.

Спасибо всем тем, кто за меня голосовал.

Спасибо всем моим читателям.

Я хочу сказать одно - что я пишу только о том, что знаю и чувствую.

И всегда говорю не о литературном герое, а о себе настоящем.

Спасибо, спасибо большое. Спасибо.

-Дамы и господа, Алексей Широков. -Спасибо.

(ведущий) -Удачи вам, Алексей.

(фоновая музыка)

-Может, тебе хватит?

У тебя лицо опухнет. Завтра рекламная съёмка для фильма.

-Да ладно тебе. Сегодня мой праздник.

-Праздник твой, деньги не твои.

Должен завтра нормально выглядеть.

Ты куда?

-В туалет. Можно?

-Можно.

-Ой, Алексей Игоревич, извините, там просто в женском всё занято, а мне срочно нужно.

Вы не против?

-Да нет, конечно. Проходи.

-Спасибо больше, Алексей Игоревич, а то я уже терпеть не могу.

Прям, вот, знаете, совсем не могу больше терпеть.

(тяжело дышат)

(стонут)

(быстро дышат)

-А почему по Долгачёву отбой? Я его повесткой уже вызвал.

-Так велел Павел Иванович. -А что поменялось-то?

-Любопытной кошке оторвали ножки.

-Так, хорошо, и кто теперь подозреваемый? -Подожди.

Во-первых, дело какого-то актёришки Павлу Ивановичу не интересно.

А вот то, что под него копает человек из прокуратуры, ему не нравится.

-Это я понимаю. Я что должен делать?

-Задача - войти в доверие и прощупать Фёдора.

-Он как себе это представляет? Это человек из прокуратуры.

-Павел Иванович это понимает и очень тебе доверяет.

Деньги тебе передаст человек Долгачёва. А вот теперь - по суммам.

Нужно перевести рельсы с Долгачёва на Глеба. Это понятно?

-В смысле? Вы... вы чего?

-Вы снимали отпечатки в квартире Сомова.

И среди них ты нашёл отпечатки Глеба.

Ты сравнил их с отпечатками с других мест преступления, и они совпали.

-Блин, на х*** такие дела вообще.

-Фу, Максим, как грубо.

На этих фотографиях ты гораздо обаятельнее.

(Ольга посмеивается)

Действуй, шпион.

(ритмичная фоновая музыка)

-Повторим как-нибудь?

-Блин... Я этого не хотел.

-А ваш член даже очень хотел. -Перестань.

Я пьян и не соображаю.

Я вообще не знаю, как всё это произошло.

Слушай, ну, ты же понимаешь, что об этом никто не должен узнать?

-Легко. 100 тысяч за моральный ущерб - и всех дел.

Карточка привязана к номеру телефона. -Чего? Не смей меня шантажировать!

-Ещё 100 за молчание. Вы же не хотите стать русским Харви Вайнштейном?

-Тебе никто не поверит.

Вот сука...

-Может, я и сука, а вы - озабоченный идиот.

Знаете, какая я, а всё равно норовите мне присунуть.

Так что переводите деньги на карточку, а то выложу всё в сеть.

-Сука!

(фоновая песня на английском языке)

-Спасибо, Алексей Игоревич!

(рычит от злости)

-Может, такси вызвать?

-Отвали от меня! Тебе своих мало?

Чего ты лезешь-то к натуралам?

(фоновая музыка)

-А Алексей Игоревич ушёл?

-А вы чего тут, прям трахались?

-Вот ещё. Он же старый.

(фоновая музыка)

-Какие красивые фотографии. Чьи?

(Лена) -Ольга Тупоногова-Волкова. -Хм...

Странный запах.

Как у предательства.

-В смысле?

-Мент под прикрытием - очень сексуально. Тебе идёт.

-Ну, если вы пришли с этим ко мне, а не к Чистякову,

значит, не собираетесь меня сдавать. Значит, вам что-то нужно?

-Одна маленькая услуга.

Вы знаете про архив Фила?

-Ну, что-то слышала. -Он мне очень нужен.

Точнее так: он нужен всем, но я бы хотела получить его первая.

Личный интерес.

Расплачиваюсь за ошибки молодости очень долго.

(вздыхает) Устала, хочется свободы.

-Ну, и причём здесь я?

-Вы очень нравитесь Павлу Ивановичу, значит, можете подойти к нему ближе всех.

Архив - там, куда я не могу попасть. Чистяков мне не доверяет.

-Я с ним не сплю, как вы, наверное, знаете.

-Ну, это нетрудно исправить, разве не так?

Я никому не скажу.

Мне нужно только то, что касается меня.

Остальное можете оставить себе или прокуратуре.

Можете дорого продать. Я не жадная.

(звонок в дверь)

(удивлённо) -О! А ты здесь что делаешь?

-Втираюсь в доверие. -Давай, проходи.

-Спасибо. На самом деле, у нас новость.

Пришли отпечатки из дома Сомова.

Среди них есть пальцы Ольховского.

-Неожиданно. -Угу.

-Что из этого вытекает?

-Из этого вытекает, что Ольховский тоже там был.

-А Долгачёв? -Там всё тухло. Я его допросил.

Он был сильно пьян, когда приехал на площадку.

Побуянил, успокоился и уехал домой отсыпаться.

Домработница подтверждает.

-Домработница что угодно подтвердит.

-Я проверил камеры видеонаблюдения рядом с его домом.

Он действительно был там.

-А камеры рядом с домом Сомова были отключены?

-Угу. Типа на ремонт.

Что примечательно, так же, как при убийстве Алисы Ольховской,

которая тоже спала с Сомовым. Почерк тот же.

-Отолью, извини.

(напряжённая музыка)

(щелчок фотокамеры)

(щелчки фотокамеры)

(фоновая музыка)

(шум спускаемой воды)

-А ты же сам говорил, что по делу Ольховской я был прав.

-Ты же хороший полицейский, Максим, не забывай.

-Конечно.

(хлопок двери)

(Дима) -У-у...

Я волновался.

Видимо, зря.

-Не спишь? -Не-а.

-Димка, я говно.

-Ну, чего ты? Что случилось?

-Ничего не случилось.

Просто я так сильно тебя люблю...

(вздыхает)

-Папа, папа...

-Димка...

(Алексей вздыхает)

Какой ты хороший человек, Дим.

(Дима) -Ну, конечно.

Должен же хоть кто-нибудь.

Давай на подушку.

-Дима... -М?

-Я так сильно тебя люблю.

-Я тоже тебя люблю. Давай, спи.

-Привет. Отлично выглядишь! Как Нью-Йорк?

-Даже лучше, чем я мечтала. Москва - такая провинция...

-Рада за тебя. Слушай, у меня отличная новость.

Есть покупатель картин Асфари. Илья Лагутин, коллекционер.

Мы уже провели с ним предварительные переговоры.

Я скину тебе его предложение по Асфари, хорошо?

-А почему ты сама занялась продажами, а не дала мои прямые контакты?

-Мы же с тобой договорились, что Асфари в Москве представляю я как куратор галереи.

-Знаешь, я всё никак не могу понять, зачем тебе это нужно?

Ты же теперь куратор целого кластера.

Интересно, почему они назначили на эту должность

не дипломированного искусствоведа, а бывшего мента?

-Может, потому, что дипломированный искусствовед в Нью-Йорке

в данный момент изображает из себя великую художницу?

-Кстати, весьма успешно.

-Должность мне предложил Чистяков. Если интересно - спроси у него.

(Даша) -Мы с ним не в таких близких отношениях.

А что Глеб думает о вашей дружбе? Вы же с ним снова вместе, так?

Я видела в светской хронике.

-Глеб не против. -Повезло тебе. Отличный он мужик.

Это же он мне помог с Нью-Йорком. Денег дал.

И любовник он потрясающий.

Он тебе не говорил, что мы трахались?

-Пожалуйста, напиши, что думаешь про Асфари. Пока.

(напряжённая музыка)

(Антон Восьмой - "Radioheart")