Original subtitles

(настороженная музыка)

(женщина) -Все полки посмотрел, точно?

(мужчина) -Во все уже залез, нет его!

(шум голосов вдалеке)

(шум толпы, недовольные голоса)

(мужчина) -Что ты мне тыкаешь? Зачем мне Жуковский?

(продавец) -Нет, нет ни одной книжки!

-Да когда начнут продавать? -Сколько можно?

-Четыре! Четыре цены!

(продавец) -Дамы и господа, не буяньте!

Может быть, через неделю!

-Да какая неделя?

(возмущённые крики)

-Юноша, ну нет Пушкина, говорю же.

-Вот, нашёл.

-О, так вы везунчик! Дайте заверну.

Смертоубийства мне ещё здесь не хватало.

Забирайте, забирайте.

Пожалуйста, не толпитесь!

Не толпитесь!

-Молодой человек, что это у вас?

(разговоры в толпе) -Нет, вы слышали?

-Вообще говорят, у него некрасивая жена. -Наталья Николаевна красавица!

-Он великолепно учился. -Он ненавидел свой лицей всей душой.

-Мне рассказали, что он фантастический бездельник.

-Правда! Последние штаны пропил. -Бесконечно суеверный.

-Нет, этого не может быть! -Дорогая, погляди, тут опять про Пушкина.

-Весь город только о нём и говорит!

-Я слышал, он чёрен лицом. И росточком по плечо. Почти карлик.

-Никогда он бы не написал такой пошлости. -Какая наивность, мон шер!

Пушкин писал порой такое, что нельзя при дамах.

Кстати, сколько их у него?

-Страсбургский пирог! Любимое блюдо Пушкина!

-Рубленые котлеты! Любимое блюдо поэта!

-Говорят, будет сам император. -А разве они не враги?

-Нет, вы только посмотрите. И куда все идут?

-А я, наоборот, слышал, что у него была сотня дуэлей

и он не пощадил никого!

-Сперва прочтите, а потом судите. -Не хочу я ничего о нём знать.

-Я не читал, но теперь грех не заинтересоваться.

-Покупайте газету! Пушкин — солнце русской поэзии!

(толпа скандирует) -Пушкин! Пушкин! Пушкин!

Пушкин! Пушкин! Пушкин!

Пушкин! Пушкин! Пушкин!

-Саш, посмотри!

(толпа) -Пушкин! Пушкин!

-Саша?

(величественная музыка)

(отдалённое скандирование) -Пушкин, Пушкин, Пушкин…

(голос шёпотом) -Пушкин…

Пушкин?

(стук в дверь)

(стук) Пушкин?

Пушкин!

(говорят на латыни)

Как знаешь. Но они уже ушли.

(Пушкин, шёпотом) -Костя! Данзас!

-Тихо! -Скажи, кто с ним пошёл?

-Пущин. -Пущин? Как он мог согласиться?

-Тс-с-с!

-Хм!

(осторожная музыка)

-Сегодня прибудет сам Державин. Уберите это!

(хлопает дверь)

-Они уже в парке. -Дай ключи!

Ну что, Данзас, я вижу, среди нас предатель. Иван Пущин.

-Ты не сказал, где и когда будешь драться. Я был вынужден.

Это настоящее оружие. Я боюсь тебя потерять.

-Погоди, Пушкин. То есть я рискую, краду ключи и шпаги,

а он что-то промямлил — и ты забыл все оскорбления?

Жребий брошен.

-Господин Корф, я готов выслушать все ваши извинения.

-За что именно мне нужно извиниться? За то, что назвал вас глупцом?

Или, может, бедняком?

Или обезьяной?

-Господа, прекратите.

-Постойте! -Остановитесь!

-Прекратите, хватит! -Стойте!

-Стой, стой, стой!

-Это не по правилам.

(кричит по-французски)

-Его Величество строжайше запретил дуэли.

Но для Александра Пушкина слово императора ничего не значит.

-А можно сразу в карцер? (смех)

-Запретили розги? Вот и получайте.

Ужасный характер!

Последний почти по всем предметам.

Ноль талантов.

Ну ничего.

Я возьмусь за него.

-Мартын Степанович,

я не хочу умалять проступка Александра…

Вы сегодня на экзамене услышите его поэзию.

Она… удивительная.

-"За ужином объелся я, А Яков запер дверь оплошно —

Так было мне, мои друзья, И кюхельбекерно, и тошно"?

(смеются) -Почему кюхельбекерно? Я при чём?

-Как вы посмели читать мои личные записи?

-Александр бережёт лучшее для нашего почётного гостя. Верно?

-Выступать перед Державиным? Великим поэтом?

Не многовато ли чести?

-Да что вы знаете о чести, Пилецкий?

-Я предлагаю вам вновь обратиться ко мне.

Как подобает.

-А как подобает?

Месье тюремщик? Месье надзиратель? Месье, как бы вас назвать ещё поделикатней?

-Прошу прощения? -Прощаю. -Саша, хватит!

-Пока вы не считаетесь со мной, Я не согласен.

-Молодой человек, это наглость. -В самой высшей степени.

Но хуже было б промолчать О том, как вы наглеете.

Я понял ваши ценности. Готовы все писать? Говорите о свободе, но суёте нос в тетрадь.

-Если вы сейчас же не замолчите, я отстраню вас от экзамена.

(динамичная музыка)

-Вот что и требовалось доказать.

Того, кто говорит правду, Заставляете молчать.

Нас с детства в лицее учили свободе, И вам не удастся её отобрать.

(хором) -У нас впереди великие цели,

И мы не позволим о них забывать.

Нас с детства в лицее учили свободе,

И вам не удастся её… -Молчать!

Сложили пару слов в жалкую рифму и возомнили себя поэтом?

Хм! Пушкин, я вас насквозь вижу!

Лентяй без таланта, хам, да вам лишь бы

Не учиться, кутить и драться на дуэлях.

Смотрите, как бы вы сами не пожалели.

Ведь я скажу, что вряд ли Можно успешным стать.

И если так продолжать, Врагу и не пожелать такой участи.

Мальчик, вот вам мой совет: Слушайтесь меня и прекратите этот бред.

-Благодарю за предложение, Но вынужденно откажусь.

Да и чему нас может научить какой-то трус?

Который очень поздно по ночам, устав, Обнимает не жену, а полицейский устав!

Да, легко, конечно, выйти победителем, Когда поддакиваешь человеку в кителе.

Заткнуть меня неудивительно. Делайте что хотите вы.

Лишайте прав, но от правды не отстраните.

Будет так вот, и точка. Скорее, мы в одиночку

Своей свободой и силой Станем великими точно.

Вас, конечно, много, но и я тут не солист, Ведь подтвердит мои слова каждый лицеист.

-Как император Александр, Победим Наполеона.

-Напишем новую историю страны, Как Карамзин.

-Будем продвигать науку мы, как Ломоносов.

-Как Державин, напишем великие стихи.

-Месье Державин, для нас честь вас видеть.

(решительная музыка)

-У нас впереди великие цели,

И мы не позволим о них забывать.

Нас с детства в лицее учили свободе,

И вам не удастся её отобрать.

(лицеисты, хором) -У нас впереди великие цели,

И мы не позволим о них забывать.

Нас с детства в лицее учили свободе,

И вам не удастся её отобрать.

(все, хором) -У нас впереди великие цели,

И мы не позволим о них забывать.

Нас с детства в лицее учили свободе,

И вам не удастся её отобрать.

(плеск)

(слуга) -М-да, африканская кровь.

Побелели вы, барин. Климат у нас такой, да? -Никита…

-Аж на себя не похожи. Что?

Хорошо всё. (треск ткани)

-На славу пришил! Низкий поклон тебе.

-Сами чините эту тряпку половую. Аль не научились в богадельне?

(гусиный гогот)

-Здравия желаю, Пушкин!

Кажись, из лицея до Петербурга было бы ближе?

-Данзас! Не слушай его.

Хороший район, очень самобытный.

(лошадиное ржание)

(размеренная музыка)

(Пущин) -У тебя дыра в воротнике. -Я знаю. И что?

Да не надо, всё! (Данзас) -Отличный костюм.

(смех Данзаса)

(вдохновенная музыка)

(шум толпы, смех)

(французская речь)

(оживлённые голоса)

Дамы, здравия желаю!

-Ты всем будешь здравия желать?

-Ты не бубни, а учись. У тебя один шанс

произвести первое впечатление на столичных дам.

-Да, я уже начал. -Саш, не одежда красит человека.

Зато ты служишь в министерстве иностранных дел.

-В низшем чине. -Но с большими перспективами.

Я тебя представлю своим друзьям, важным людям.

Почитай им чего-нибудь.

-Дамам лучше читай про кота, дуб, цепи.

-Приглашение? Прошу вас. -Идём.

-Месье, приглашение?

Приглашение?

А, прошу. -Добро пожаловать в Петербург!

(смех, гам)

(оживлённые голоса, смех, музыка)

-Прошу шампанское.

-Что ж, друзья, в атаку!

Дамы, здравия желаю! -Саш, Саш! Жуковский!

(оживлённая музыка)

(Жуковский) -"И знаю: будет добрым пир

В небесной стороне.

Там буду праздновать и я;

Там место есть и мне".

-Браво-браво! Великолепно! -Ах, оставьте, не стоит.

-Василий Андреевич, поздравляю вас с назначением.

Обучать великую княгиню — это большая честь.

(шёпотом) -Пошли.

-Иван Пущин. Помните меня?

-Нет, но благодарю. Волей божьей. (смех)

-Я хотел представить вам своего друга. Тоже поэт. Александр Пушкин.

-Не тот ли Пушкин, кем восхищался покойный учитель наш Державин?

Замечательно. И что вы, пишете?

-Он пишет поэму. -Поэму? Какая амбиция.

(смеются)

Прочтите.

-Ну, я только начал.

"У лукоморья дуб зелёный. Златая цепь на..."

(музыка)

(сказочная музыка)

(аплодисменты гостей)

-Браво!

-Авдотья Ивановна, это пошло — так любить внимание.

-Авдотья Ивановна… -Так что там про лукоморье?

-Что ты делаешь? -Избавляю тебя от страданий.

Господа, дамы!

Минуту внимания.

Её сиятельство, блистательная княгиня Голицына,

открывшая нам всем свой прекрасный дом,

приготовила сюрприз гостям.

Сегодня для вас выступит молодой поэт,

которому рукоплескал сам великий Державин.

Александр Пушкин!

И его поэма

"Руслан и Лариса".

(шёпотом) -Идиот.

(сдержанные аплодисменты)

-Державин-то под конец совсем сдал.

Оборванцев в поэты стал записывать.

(гости смеются)

-"Беги, сокройся от очей,

Цитеры слабая царица!

Где ты, где ты, гроза царей,

Свободы гордая певица?

Приди, сорви с меня венок… (нарочито кашляет)

Разбей изнеженную лиру…

Хочу воспеть Свободу миру,

На тронах поразить порок.

(ритмичный стук) Увы! куда ни брошу взор -

Везде бичи, везде железы,

Законов гибельный позор,

Неволи немощные слезы;

Везде неправедная Власть В сгущённой мгле предрассуждений

Воссела — Рабства грозный Гений И Славы роковая страсть.

И преступленье свысока Сражает праведным размахом;

Где не подкупна их рука Ни алчной скупостью, ни страхом.

Владыки! вам венец и трон Даёт Закон — а не природа;

Стоите выше вы народа, Но вечный выше вас Закон.

И днесь учитесь, о цари: Ни наказанья, ни награды,

Ни кров темниц, ни алтари Не верные для вас ограды.

Склонитесь первые главой

Под сень надёжную Закона,

И станут вечной стражей трона

Народов вольность

и покой".

(тишина)

(тихо) -Саш,

пойдём.

Надо было про кота.

(тихие аплодисменты)

(гости начинают аплодировать)

-Очень смело.

Пушкин — певец свободы.

(аплодисменты)

-"Но вас я вижу,

Вам внимаю,

И что же?

Слабый человек.

Свободу потеряв навек,

Неволю сердцем обожаю".

-Вы очень талантливы, мой мальчик.

Но своё сердце я вам не подарю.

Не печальтесь. Я подарила вам гораздо больше.

-Что же?

-Внимание Петербурга.

-Браво, Александр! -Браво!

-Браво! -Потрясающе, великолепно!

(одобрительные возгласы, аплодисменты)

(энергичная музыка)

(The Hatters - "Город поёт")

Его путь лежит по грани,

Не меняются маршруты.

Вся провинция в Шампане

Пьёт за то, как он рискует.

Все кричат: "Безумец,

Пропадёт в пучине бури".

О, пролетели мимо пули.

Он любимец этих улиц.

Город поёт со мной в унисон.

Город поёт со мной в унисон.

Город поёт со мной в унисон.

Город поёт!

Город поёт со мной в унисон.

Кто ставит на всё — тому и везёт.

Белая ночь, пьяный восход.

Город мостов поёт над Невой.

-Саш, пора подумать о будущем России.

-"Товарищ, верь: взойдёт она,

Звезда пленительного счастья,

Россия вспрянет ото сна,

И на обломках самовластья

Напишут наши имена!"

-Александр, когда же вы допишете "Руслана"?

-Никогда!

В Петербурге вновь потоп,

Пробки рвутся в потолок.

Он откроет дверь ногой,

Если ключ не подошёл.

Если ищет даму сердца,

Бьются дамские сердца.

Жизнь — игра, сценарий — пьесы,

Дело рук его пера.

Город поёт со мной в унисон.

Город поёт со мной в унисон.

Город поёт со мной в унисон.

(гулкий удар)

Город поёт со мной в унисон.

-Урок царям!

-Александр, кто это? -Лувель!

Убийца наследника французского престола.

Белая ночь, пьяный восход.

Город мостов поёт над Невой.

Город поёт!

(пьяный смех)

(Данзас) -Стоим на ногах, стоим на ногах!

(Пушкин) -Послушай, закажи мне пирог с морошкой.

(Пущин) -К ней все ходят, сам увидишь.

-Мадам!

Великий Пушкин.

Прямиком с Олимпа.

Желает развеять мглу

над своим блестящим грядущим.

-Великий не вспомнит ничего с утра.

-А мы на что?

Дельфийский наш оракул.

Записывайте, Иван Иваныч.

-Благодарю.

(смеётся)

-"Великий Пушкин"!

Дар и вправду есть.

(мистическая музыка)

Дикий, непокорный дух.

А где он —

там и опасность.

И…

долгий путь.

Далёкий, не всегда желанный.

Страданий много.

Женщина.

Сестра? Нет. Подруга? Нет.

Жена.

Кто-то уйдёт.

Близкий? Родственник? А может, друг?

Да, друг.

Счастье…

Сильно позже. Или…

Смерть и вечность.

Сможешь выбрать?

Белок глаз, кровавый узор сосудов.

Бойся белого цвета!

Белой лошади, белой гривы.

Белой головы!

(храп)

(смеётся)

(Пущин) -Опасность, долгий нежеланный путь,

страдания, жена… -Сочувствую.

-Уход друга. -Это не дождёшься.

-Потом счастье или смерть и вечность.

Бойся белой лошади, гривы или головы.

-Саша, Саш! -Ай!

Хватит лупить.

Мы едем есть пирог?

(фыркают)

Едем к Беранже!

-Беранже! -Беранже!

(смеются)

-У! -Господин Пушкин?

Вы задержаны.

(смеются)

-Вас Кюхля подослал? Передайте — поклоняемся.

-Паф-паф-паф! -Да, низкий поклон.

-Остаёмся.

Остаёмся.

(тревожная музыка)

-Я цилиндр забыл. -Пошёл.

(смеётся)

(кашель жандармов)

(смех Пушкина)

(угрюмая музыка)

(безумно хохочет)

(узник) -Я не виноват! Я не виноват! Я не виноват!

(удары, крики)

-Подождите, мы же сняли этого карлика со столба.

Мы дали ему десять рублей.

Шутки в сторону.

Я верну Трубецкой её кошек.

Могу идти?

Ну хорошо, я всё понимаю.

Портрет Лувеля, "обломки самовластья".

Весело же было.

-Весело?

Тогда, я полагаю, вы и в Сибири не заскучаете.

(грохот двери)

-Позвольте…

-Василий Андреевич!

-Александр Христофорович!

Когда уже на новый кабинет насажаете?

-Как раз нахожусь в процессе.

-В таком случае переезд придётся отложить.

-Благодарите господа, что княгиня Голицына пока ещё не поняла,

за кого её попросили заступиться.

Но я вам обещаю, она поймёт.

И я дождусь момента… -Ждите.

А пока дадим юноше шанс.

-Василий Андреевич!

А в столице

не сложно ли будет использовать этот шанс?

Всё-таки кровь молодая, много соблазнов.

-Ничего, с божьей помощью.

-Да, всё в его власти, я понимаю,

но и мы с вами можем помочь.

Отправим молодого таланта послужить куда-нибудь, где поспокойнее.

Княгиня ведь не сочтёт неуважением к её просьбе

такую нашу с вами помощь, правда?

-Полагаю, что нет.

-Постойте. Вы высылаете меня из Петербурга?

-Давайте, барин.

-Господин Пушкин!

Надумали улизнуть?

-Александр!

Запоем прочёл "Руслана".

Сражён.

Вот вам для вдохновения.

Победителю-ученику от побеждённого учителя.

А это — в дорогу.

Новый Байрон.

(по-английски)

-Ну, за ум, что ли, взяться?

А то потом скажешь: "Что я за Сашку заступался?"

-Дурак.

-Прощай, братик.

-До встречи.

-Кончай, Иван. Дай я его обниму.

(смеются)

-Ну, дружище!

"Всё дрянь и гадость..." -"Стакан и красота..."

(вместе) -"Вот жизни радость! Да!"

-Ещё покуролесим! -Да.

(задумчивая музыка)

"Друзья мои, прекрасен наш союз!

Он, как душа, неразделим и вечен —

Неколебим, свободен и беспечен,

Срастался он под сенью дружных муз.

Куда бы нас ни бросила судьбина

И счастие куда б ни повело,

Всё те же мы: нам целый мир чужбина;

Отечество нам Царское Село".

Ну что, господа?

Коллежский секретарь Пушкин

прибыл по приказу генерал-губернатора Воронцова.

Кто может объяснить, что тут у вас?

-Ну, вота она сюда,

а он фьють — и тудой.

Ну мы это и всё сожгли, да.

Вот так.

(недовольное мяукание)

-"Саранча прилетела, села, Всё съела и снова улетела"?

Это шутка?

-Записано почти дословно.

-Напомните-ка, Пушкин,

есть ли у вас состояние?

-Увы, не дал господь. -Зато долгов аж за воротник насыпал.

Говорят, ваше благородие извозчики уже возить отказываются?

Три года вы ездите по южным губерниям.

Везде с вами носятся как с писаной торбой.

И стишки ваши.

Но мне здесь поэты не нужны.

Не будете работать —

вмиг лишу жалованья.

Чтобы к вечеру был готов отчёт.

-Мама, леденцы!

-Ах!

-Не догонишь, не догонишь!

-Эй, куда? Куда побежал?

(свистит)

(извозчик) -Заплатишь когда, ваше благородие?

(вздыхает)

-"Прими с улыбкою, мой друг, Свободной музы приношенье".

Написал некий Пушкин.

Читали?

-Боюсь, не имел счастья.

А он хорош?

-Великолепен. "Кавказский пленник" — чудная вещица.

Словно из-под пера великого поэта.

-Как стыдно за невежество.

Но, может быть, вы найдёте время почитать мне этого Пушкина?

Хочу быть просвещённым.

-С удовольствием. Люблю просвещать.

-Лизон!

Прости, я не смогу обедать.

-Как? -И буду поздно, не жди меня. Ложись.

Пушкин, работать! Отчёт вечером.

-Ну вот у меня и появилось немного свободного времени.

Или Байрон потерял интерес?

(чириканье)

-То есть вам по нраву героиня, которая погубила друга?

-Готовая на всё ради любви.

-"Когда же мы поймали на лету

Крылатый миг небесных упоений

И к радостям на ложе наслаждений

Стыдливую склонили красоту..."

-Заинтриговать и уйти.

Стойте.

Читайте мне это.

Сейчас.

-Боюсь, для чтения уж поздно. Не так ли?

Лизон?

Лизон! Вы что?

Наслушались про гаремы?

Решили завести себе наложника? -Да.

Теперь вы мой литературный раб.

Не будьте таким скучным, Байрон.

-У вашего Байрона нет времени. Ваш муж дал ему дел до конца дней.

-А вы наплюйте на эту ерунду. Поэт вы или нет?

-Лизон,

эта ерунда поэта кормит. -Какая скука.

Если бы у меня была хоть капля вашего таланта,

я бы писала день и ночь, я бы бросила всё, я бы колесила по миру.

Строчить отчёты — не дело Байрона.

-Так Байрон не живёт в России.

У нас стихами не заработаешь.

Державин был сенатором. Жуковский воспитывает великую княгиню.

Вяземский — князь с десятком тысяч душ. А я…

пишу отчёты.

-Нет, вы не Байрон.

Вы не герой.

-Я не герой?

А почему все покупают Байрона?

-Он великолепно пишет.

И у него такая яркая интересная жизнь. О ней все говорят.

-Все говорят и поэтому покупают.

А о ком у нас все говорят?

-Ох, Саша!

Об этом я знаю всё.

Он расстался с любовницей,

Схватился за ножницы,

Остриг себе голову,

И этим же вечером все обсуждали его.

Другой хотел войти в моду, но

О ней он знал ровно ничего.

Костюм сидел, если б не одно —

Цвет просто ужас, весь год обсуждали его.

Скучно, им так скучно,

Что с рассвета до заката

Обсуждать кого-то надо.

Страшно, им так страшно

Быть мишенью слухов громких,

И поэтому всех нужно обсудить.

Эти острые языки,

Чтоб избавиться от тоски,

Маски срывая, жадно и бешено

Вешают всем ярлыки.

Безумцы и гении

Без доли сомнения

Рискуют всем до последнего, стоят на своём,

И о таких мы хотим говорить.

Скучно, им так скучно,

Что с рассвета до заката

Обсуждать кого-то надо.

Страшно, им так страшно

Быть мишенью слухов громких,

И поэтому всех нужно обсудить.

-Пушкин! Благородный дуэлянт Пушкин!

-Дамы и господа!

Вскоре, благодаря моему участию,

будет опубликована новая книга великолепного Пушкина

"Бахчисарайский фонтан".

(восторженные крики)

Скучно, нам так скучно,

Что с рассвета до заката

Обсуждать кого-то надо.

Страшно, нам так страшно

Быть мишенью слухов громких,

И поэтому всех нужно обсудить.

(женский смех)

-Ну что, пора завоевать весь мир?

-Ты неугомонный! (вскрикивает)

-Эй!

Слышишь, Париж, слышишь, Лондон! Открывай ворота, мы едем!

(мужчина) -Заткнись! -Сам заткнись!

(стук)

Лизон, открывай!

-Саша!

Тише. Что случилось?

-Случилось то, что должно.

Сейчас — в Кишинёв, оттуда — в Вену и Париж.

Карета ждёт, я же тебе написал.

-Да, но я подумала, не слишком ли далеко зашла наша шалость?

-Ты представляешь, что тут начнётся, когда они поймут, что мы сбежали?

А где шампанское?

Так.

-Саша… Саша, прости, но я не брошу мужа, с которым стояла под венцом.

Такого у нас не прощают. -Да это чепуха.

Мы их герои, они нас любят.

-Да.

И смешают с грязью, как только оступимся.

Наблюдать падение героя — нет ничего веселей.

Слух обо мне дойдёт до Парижа.

И это меня погубит.

-Ну…

Ну хорошо.

Я всё отменю.

(печальная музыка)

-Не надо.

Ты езжай.

И живи.

Веселись в салонах по всей Европе.

-Лизон,

на чёрта мне эти салоны без тебя?

-Саша.

Пусть этот талисман

хранит вас в ваших странствиях.

-Он мне не нужен.

Я не еду никуда.

-Едете, Александр.

Я запрещаю вам приходить в этот дом.

-Лизон…

-А если увижу вас ещё раз, пожалуюсь мужу.

(печальная музыка)

(цоканье лошадиных копыт)

-"Но я другому отдана.

Я буду век ему верна".

Разворачивай!

-Понял, барин.

Что, разворачивай.

(мрачная музыка)

-Господин губернатор.

Я думал, по ночам вы крепко спите.

-Вы уволены со службы.

Эти офицеры проводят вас

в ваше родовое село, Михайловское.

В ссылку.

-Из ссылки в ссылку? Ну не смешите меня.

У нас же не ссылают за уязвлённую супружескую гордость.

-Барин! -Стой-стой.

-Глупый мальчик.

У меня не меньше связей, чем у ваших покровителей.

Бенкендорф просил кланяться.

И ещё кое-что.

Совет на дорожку.

Будьте милее с теми, от кого зависит ваша судьба.

(угрюмая музыка)

(Пушкин) -"Храни меня, мой талисман,

Храни меня во дни гоненья,

Во дни раскаянья, волненья:

Ты в день печали был мне дан.

Пускай же ввек сердечных ран

Не растравит воспоминанье.

Прощай, надежда; спи, желанье;

Храни меня, мой талисман".

-Ну что, барин, куда писульки ваши ложить?

А?

(скрип двери)

(шум ветра)

(скрип пера)

(свист ветра за окном)

(плеск воды)

(вкрадчивая музыка)

-Эй, я поэт, ничтожнейший из людей,

Пустослов и шут, не герой и не злодей.

Если вдруг огнём будет объят твой дом,

Позови — я сочиню тебе стишок в альбом.

И пока к священной жертве Аполлон

Не зовёт меня, я пьяный мчу в салон.

И проклятый дар, что в себе ношу,

Словно угль пылающий тушу, тушу, тушу.

Ай, ай, горячо, божественный глагол.

Горячо, божественный глагол.

Горячо, горячо, божественный глагол.

Горячо, горячо, горячо, горячо, ай, ай!

Горячо, божественный глагол.

Горячо, горячо, божественный глагол.

Горячо, горячо, божественный глагол.

Горячо, горячо, горячо.

Взаперти, в изгнании, в глуши немой,

Дар взыскательный, зачем же ты со мной?

Для того ль, чтоб душу из любых темниц

Стаей белоснежных выпускать страниц?

Лишь с тобой я птицею могу лететь.

Если ж в мире этом буду пойман в сеть,

Сотворю десяток я миров других —

Не лишит никто меня свободы в них.

Не бросай меня, божественный глагол… -Барин?

-Не бросай, не бросай, божественный глагол.

Не бросай меня… -Цензурики прислали.

-Не бросай, не бросай, не бросай.

"Печатать не дозволено".

Воскуряй стихи мои в ночи слепой,

Плюй в алтарь мой, Слившись поутру с толпой.

О, священный дым в кадильнице моей

Я б на дым сигарный променял, ей-ей.

Как же я устал от пошлости мирской.

Мне бы враз расправиться с земной тоской,

Пусть хоть даже в сердце получив дыру.

Мне, поэту, можно — весь я не умру.

Я служу тебе, божественный глагол.

Отпусти меня, божественный глагол.

Отпусти меня, божественный глагол.

Отпусти, отпусти, отпусти.

-Сегодня я Руслан! -Нет, я!

(поп смеётся)

-Сам в нём стирай, окаянная душа!

(звон колокольчиков)

-Пущин?

-А я всё думал, куда наш Пушкин делся?

А он тут на полу валяется. -Да оставь, брат.

Не читай, всё равно печатать никогда не разрешат.

-Но по друзьям-то раздать можно? -Ага, и в Сибирь потом со мной поедешь?

Давай рассказывай, что там в столице?

-В столице слух пошёл, что император устал или болен,

скоро отречётся.

Будет Константин, который примет наш проект конституции,

а там — свобода слова.

А это значит, что и цензуре, и ссылке твоей скоро конец.

-А-а-а!

(вместе) -А-а-а!

-"Вновь лиры сладостной раздастся голос юный!"

-Именно этот голос нам сейчас и нужен. -Сейчас…

Так! Да кому он нужен? -Нам всем.

Ты для меня всегда героем был, а сейчас не только для меня.

Мы все твои стихи читали.

У тебя что ни слово — то прямо в сердце.

Мы благодаря тебе свободою горим.

Благодаря тебе Россию ото сна будим.

И твоего голоса нам сейчас очень

не хватает.

-Цензура прочитает — я до конституции твоей не доживу.

-"Разоблачался ветхий трон;

Оковы падали..."

"Андрей Шенье".

Я буду осторожен.

(шум ветра)

-Доедешь по такой дороге?

(драматичная музыка)

(кучер) -Пошли, пошли!

(перезвон колокольчиков)

(тревожная музыка)

(голос гадалки) -Долгий путь, далёкий, не всегда желанный.

Кто-то уйдёт. Близкий? Родственник?

А может, друг?

Да, друг.

-Барин! Если помирать решили, сразу идите на мороз!

(гадалка) -Бойся белого цвета, белой лошади, белой гривы.

Белой головы.

(беспокойная музыка)

-Согласится ли он?

-Это правда?

-Не спим, барин! И защита ещё! Вот!

-Император Александр скончался.

-Царствие ему небесное.

И да здравствует Константин Павлович.

-Бреемся и выезжаем.

-Куда, барин? Пока мы доедем, его уже похоронят.

-Да меня не интересует мёртвый император!

Пришло время присягнуть живому.

-Как отрёкся? -Секретным отречением.

Аве Николай Первый Павлович.

(раскаты грома)

(крики ворон)

-Дурной знак. -Хуже не бывает.

Этот никогда на перемены не решится.

-"Бойся белого цвета". -Тогда надо выходить.

Требовать Константина

и конституцию.

-Едем.

-План у нас есть. Полки готовы.

(лошадиное ржание)

-Тише-тише. -Белого не бери! Давай другого.

-Ну что? Выходим, друзья?

(лошадь храпит)

-Лошадь встала.

-Да дай сюда, ты, дурной! -Барин!

-Пошла!

(напряжённая музыка)

-Ваше Императорское Величество, в городе бунт.

Вас проводят в безопасное место.

-Всё будет хорошо.

-"Постой, постой; день только, день один:

И казней нет, и всем свобода,

И жив великий гражданин Среди великого народа".

-Тихо-тихо.

За Константина и конституцию!

(солдаты) -Ура!

(тревожная музыка)

(крики)

-Разворачивай.

(бой колоколов)

-Ваше Императорское Величество, заговорщики арестованы.

-Давай!

-В их домах были найдены произведения Пушкина.

В том числе и те, что не прошли цензуру.

-А это я написал.

-Я думаю, что он в неменьшей степени виновен в этом досадном инциденте.

-Собирайтесь.

-Что стало с бунтовщиками?

-Зачинщики повешены.

-И Иван Пущин?

-Сибирь, каторга.

(трагичная музыка)

(Пушкин) -"Мой первый друг, мой друг бесценный!

И я судьбу благословил,

Когда мой двор уединенный,

Печальным снегом занесенный,

Твой колокольчик огласил.

Молю святое провиденье:

Да голос мой душе твоей

Дарует то же утешенье,

Да озарит он заточенье

Лучом лицейских ясных дней!"

(карканье ворон)

Кто вы? Думаете, я упаду к вам в ноги и буду умолять о милости?

-Зачем же в ноги, Александр Сергеевич, никто не просит.

Здравствуйте.

-Ваше Императорское Величество? -Николай Палыч.

Кажется, вы знакомы?

-Переехали в новый кабинет? -Да.

Бенкендорф у меня теперь шеф жандармов.

Главный по крамоле и поиску.

Даже графа ему дал. -Обращайтесь соответствующе.

-Бросьте, Пушкин. Играете в теннис?

-Во что?

Николай Палыч, я не понимаю.

-Поймёте, Пушкин.

Вот этой ракеткой бейте по мячу и перекидывайте через сетку.

И постарайтесь не попасть в лоб Бенкендорфу.

Ваше место.

(сдержанная музыка)

(ритмичные удары мяча в такт музыке)

Что, в вашем лицее не было спорта? Одно вольнодумство и только стихи?

-Ну как же не было? Стучали ботфорты, Мы фехтовали, звенели клинки.

-Не надо так сильно. С ним нужно хитрее. Граф отбивает всегда в слабый угол.

Я мог бы с вами учиться, болтать о хорее, А может, и вовсе быть вашим другом.

-Но мы не учились и не болтали. И другом моим вы не были тоже.

Такое случиться могло бы едва ли, Ведь вам ваша власть свободы дороже.

-Я изнутри поменяю систему.

-А я предпочту судить по делам.

-Я предлагаю вам сменить тему. Что ж в этом лицее так нравилось вам?

-Учителя и уроки свободы, Равенство разных и братства кураж.

-"Свобода, равенство, братство" - я годы Твердил про себя, как "Отче наш".

(Николай посмеивается)

И если бы вам дали корону — Был человеком, стал королём —

Что бы вы сделали с властью престола? Как бы вы сели на трон?

Если бы вам дали корону — Был человеком, стал королём —

Что бы вы сделали с властью престола? Как бы вы сели на трон?

Я знаю, стране нужны перемены. И кстати, с чего бы мне лучше начать?

-Я слышал, цари бывают надменны. Зачем вам советы? Вы и есть власть.

Ну а России нужно образование. -Вот и для вас мы нашли дело.

-Рабства отмена, долой бичевание. -Эта идея давно мной владела.

-Повсюду и разом отмена цензуры. -Конечно же, нужно, и прямо сейчас.

-Цензура ломает фундамент культуры. -Отныне я лично читать буду вас.

В стране мы попозже ослабим дозор, Отменим цензуру, даю вам зарок.

-Я правильно понял? У нас договор. -Слово царя. Удивить я вас смог?

-И главная просьба. Как можно скорее Верните из ссылки бунтовщиков.

-Хоть я отличаю ямб от хорея, Но к этому даже и я не готов.

-Я поручусь за Пущина лично. Несправедливость мне так надоела.

-"Я поручусь"? Вы играли прилично. Я обещаю изучить его дело.

Вам разрешено в Петербург возвратиться. -Спасибо, простите за этот скандал.

Имение мне давно как темница. Такого от вас я не ожидал.

-Я никогда не хотел быть царём. Царей все только ругают, увы.

Живём как цари, но как люди умрём. Как бы правили вы?

Если бы вам дали корону — Был человеком, стал королём —

Что бы вы сделали с властью престола? Как бы вы сели на трон?

Если бы вам дали корону — Был человеком, стал королём —

Что бы вы сделали с властью престола? Как бы вы сели на трон?

Замечательная всё-таки игра, правда?

Жалко, у нас не приживётся.

Александр Сергеевич!

Окажись вы в Петербурге в день восстания,

что бы вы делали?

-При всей преступности замысла,

стоял бы рядом с другом.

-Верные люди нынче на вес золота.

(приветственные крики)

-Это Пушкин! Это Пушкин!

(шум толпы)

(ахают)

(посетители) -Пушкин! Пушкин!

-За день всё продано. Никогда такого не было.

Ай да Пушкин! -Ай да сукин сын.

-Все вас хотят. Но вот мы "Фонтан" третий раз печатаем.

Как там "Годунов"? -Николай Палыч читает, не поторопишь.

-Конечно-конечно. Но мы очень ждём.

-Александр Сергеевич! Подпишите, будьте добры!

-И вот здесь, пожалуйста. -Вы лучший!

-Спасибо, Александр Сергеевич.

-Ещё одна! -Пожалуйста!

-Александр Сергеевич, когда ждать новую главу "Онегина"?

-Мадам! Пропустите гения.

Ну что, сорвал банк? -Угу.

-Так, едем выпить, а потом плясать. Там и девушки получше будут.

-Давай поедем к Беранже просто поедим? -Отставить!

Друг вернулся с войны. С ранением и наградой.

Он выбирает. Трогай!

(музыка вальса, женский смех)

Добрый вечер! Что ж, давай по шампанскому?

-Пушкин! (девушки визжат)

-Вы нам прочтёте, пожалуйста? -Просим!

-Катюш, пойдём скорее, там уже танцуют.

-Ты не трактирная девка — пускаться в пляс при первых звуках музыки.

(по-французски)

(музыка вальса)

…Весь день за вышивкой. Читает, но немного.

Не дочь — ангел!

-Все они ангелы. До первых…

(девушки) -Пожалуйста, прочтите одну, одну!

-Простите, здесь будет крайне неудобно.

Простите. (девушки) -У-у-у…

-Ну что ты ёжишься, Саш?

Дамы просят.

(девушки смеются)

-"Как сладостно! Но, боги, как опасно

Тебе внимать, твой видеть милый взор!

Забуду ли улыбку, взор прекрасный

И огненный, волшебный разговор!

Волшебница, зачем тебя я видел —

Узнав тебя, блаженство я познал —

И счастие моё..." -Ах!

-"...возненавидел". Простите.

-Ты куда? Они почти готовы.

-Ну давай, дальше сам.

-Да что с тобой? Где тот Александр, который каждое утро встречал с новой мадам?

-Костя… -А ну, пошёл! -Да успокойся, хватит.

Ты вообще уже не просыхаешь.

Хватит шампанского.

Езжай домой.

-Бросаешь друга на поле битвы?

Предатель!

-Извинись.

-Пущина предал, а теперь и меня?

(девушки перешёптываются)

-Ты совсем в горячку впал?

-У тебя же теперь новый дружок — Николашка.

Обезьянка ты наша!

(ахают)

-У барьера повторишь?

-Прости.

(музыка вальса в зале)

-Извините, можете отойти?

Ну отойдите на шаг, пожалуйста.

-"Блажен, кто в шуме городском Мечтает об уединенье".

-Красиво, а это кто написал?

-Александр Пушкин.

-А, что-то слышала о нём.

(смех гостей)

-Я — Александр Пушкин.

-А… Ой, простите.

Наталья Гончарова.

-Боитесь, там всё выпьют?

-Нет.

Маман сватает меня к старику-генералу,

но шампанское пить не даёт, а я только так вытерплю.

-Стоит ли терпеть?

-Конечно. Выйти замуж — мой долг.

-А второго бокала не припасли?

-Увы.

(музыка замолкает, гости аплодируют)

(музыка следующего вальса)

(ахает)

Вас что, тоже кому-то сватают?

-Да нет, я что-то стал уставать от общества.

-Ах…

-Нет, я имею в виду — от балов.

-А мне нравится.

Даже со стариком плясать лучше, чем сидеть взаперти с маман.

-Я как будто и здесь взаперти.

-А вы попробуйте тоже потанцевать.

Так легко, свободно, про всё на свете забываешь.

Будете должны мне бокал.

До встречи, Александр Пушкин.

-Пойдёмте скорее. -Позвольте мне?

(музыка вальса)

(взволнованная стремительная музыка)

-Катрин, домой!

-Мадам, мадам!

Я никак не хотел оскорбить ни вас, ни вашу дочь.

-Месье, она ребёнок. Не знает, с кем связалась.

-Да… Но…

Мадам, это в прошлом. Я сейчас-то более чем благонадёжен.

-Ссыльный писака!

Трогай!

-Его Императорское Величество изволили отойти ко сну.

-Опять.

(выстрел) Меня к нему не допускают!

А вы воспитываете великого наследника.

Видите его каждый день.

Попросите принять меня. -Боже, что вы опять наделали?

-Да… Ничего.

-В таком случае, вероятно, у него просто нет времени.

Но тут я бессилен.

-Хорошо. Значит, я могу к нему просто ворваться.

-Никогда не рискуйте расположением императора.

Разозлите его — и все, кто целует вам руки, в них же плюнут.

Дайте.

Как же хорошо, что у вас есть такой наставник, как я.

А что вам неймётся?

У вас всё прекрасно. Всё, что вы пишете, — прямиком в историю литературы.

-Да к чёрту эту литературу!

(вздыхает)

Мне уже который месяц не дают с ней увидеться.

(ахает) А может быть, он напишет письмо?

А? Мол, он меня читает и готов поручиться.

-Боюсь, он вас не читает. -Нет, он меня читает.

Попросите его написать письмо,

что он готов поручиться о моей благонадёжности.

Попросите?

-Николай Павлович все решения по вам изволил доверить вашему любимому жандарму.

Вам нужно идти к нему.

-Хм!

(оживлённая музыка)

Моё почтение.

Прекрасный кабинет.

Я узнал, что император доверил вам цензуру моих произведений.

Что ж.

Очень рад, что теперь их кто-то читает.

Я вынужден потребовать… -Остановлю вас.

Требовать не стоит.

-Прошу прощения, Ваше Высокопревосходительство.

Если Ваше Высокопревосходительство не сочтёт это большой сложностью для себя,

я нижайше прошу вас

засвидетельствовать в письме мою благонадёжность.

Ради счастья с девушкой, которую я люблю,

мать которой считает меня ссыльным писакой.

-А вы благонадёжны?

-Всегда был и остаюсь.

-Личное дело Пушкина.

(треск завода пружины, тиканье)

Пушкин, вы, как всегда, бьёте Наглости все рекорды.

Бунтовщик, дуэлянт, клеветник царя И болван упёртый.

Позёр, атаман картёжный, На уме лишь одни частушки.

Вместо слова "неблагонадёжный" Впору писать "Александр Пушкин".

-Обвинения справедливы, Но, помилуйте, это дела минувших дней.

Искупил их я ссылкой, В которую был отправлен вами!

-И бросились писать "Во глубине сибирских руд",

Чтоб тут же декабристам Посвятить сей дерзновенный труд!

-Я посвятил его друзьям. -А не в "Годунове" ли говорится

О том, что за ирода-царя Грешно молиться?

-Годунов умер 200 лет назад! -Но государство живо до сих пор.

Народ единым должен быть, А вы, Пушкин, сеете в нём раздор.

Вам это нелегко понять: Моя задача - охранять

Людское хрупкое сознание От сумбура мироздания!

Я забочусь лишь о том, Чтоб тот, кто обречён скитаться

В мире бренном, мог хвататься За порядок и закон!

-За пару строк вы мне навесили Клеймо бунтовщика!

Мои стихи, меж тем, любят все — От генерала до ямщика!

"Граф Нулин", сказки, "Онегин", ну же — Неужто вы их не оценили?

-Вещицы милые, но едва ли Они кого-то объединили.

-Да ну? А ну-ка! "Чем меньше женщину мы любим…"?

-"…Тем легче нравимся мы ей".

-"Они сошлись. Волна и камень…"? -"…Стихи и проза, лёд и пламень".

-Хей, граф, подключайтесь! Или вы не привыкли с народом хором петь?

А "Привычка свыше нам дана…"? -"…Замена счастию она".

Я разве спорю? В стихах вы гений, это известно.

-"А гений и злодейство…"? -"…Вещи несовместные".

-Вам это нелегко понять: Моя задача — охранять

Людское хрупкое сознание От сумбура мироздания!

Обречён каждый из нас По миру бренному скитаться.

Я здесь, чтоб могли спасаться Мы стихами в трудный час!

-Ну так напишите что-то, Что объединит и утешит всех до одного

В уваженьи к отечеству, И правителям его.

Пётр Великий, к примеру, как вам? Царь весьма высоко его чтит.

Такая поэма народ наш, Безусловно, поддержит и сплотит.

-Строчить стихи на заказ? Увольте! Я поэт, а не портной!

-А если этим докажете благонадёжность свою Вы ещё особе одной, помимо царя?

Что скажете, Пушкин? Никто не хочет в мужья бунтаря!

Что скажете, Пушкин? Неужто мы встретились зря?

Вам это нелегко понять: Моя задача — охранять

Людское хрупкое сознание От сумбура мироздания!

Я забочусь лишь о том, Чтоб тот, кто обречён скитаться

В мире бренном, мог хвататься За порядок и закон!

-Мне муза фальши не простит. -К чему фальшивить? Будьте честным.

-Но гений и злодейство… -Я союз их вижу повсеместно.

-Я памятник себе воздвиг… -Он может мной снесён быть вмиг.

-Блажен… -Кто до седин дотянет.

-Мороз и солнце… -Кнут и пряник.

(шелест бумаг)

-Я просил Николая Павловича пересмотреть дело бунтовщика Пущина.

Ответа не получил.

Не могли бы вы напомнить ему об этом?

-Не принимайте милосердие за слабость.

(звон колоколов, приветственные крики)

(лиричная музыка)

-Как вы смотрите на то, чтобы пропустить оставшуюся часть торжества?

-А я вам хотела предложить то же самое.

(плавная музыка)

(Пушкин) -"Нет, поминутно видеть вас,

Повсюду следовать за вами,

Улыбку уст, движенье глаз

Ловить влюблёнными глазами,

Внимать вам долго, понимать

Душой всё ваше совершенство,

Пред вами в муках замирать,

Бледнеть и гаснуть... вот блаженство!"

-Ну, неплохо.

-"Неплохо"? -Угу.

-Ах ты… "Неплохо"!

(смеются)

Неплохо?

(лиричная музыка)

-Ты "Онегина" закончил?

(рычит)

Нет… Саша! Подожди, ну мне интересно… Саш! Подожди!

Саш? -Наташ!

Ну зачем ты встала?

Я мигом. Заеду к Смирдину, сыграю в карты, сразу обратно. Что привезти?

-Ничего не надо.

-Я тебя люблю.

Верхом не езди. -Угу.

(ржание лошади)

Саша! -Карету сломали, представляешь?

Доехали без одного колеса! -Посмотри, кто приехал.

Саша, я так соскучилась!

Как ты съездил? -Ой, Урал прекрасен.

Люди — ух!

Дороги…

Я такую вещь придумал! Про Пугачёва.

-Саш?

-Сейчас-сейчас, ангел мой.

Не мешай.

-Саш, а как ты думаешь, мы бы могли переехать в Петербург?

-Ну, во-первых, это дорого. -Я всё посчитала, нам вполне хватит.

-У нас есть наш мир, мы счастливы. Зачем нам это?

Я никогда в жизни не был так счастлив. -Я тоже очень счастлива.

Но я немного устала.

Хочется, чтобы было живее.

Город, свет, люди.

Давай на месяц? Мы натанцуемся на год вперёд.

Нам будет весело. Мы устанем, вернёмся — ты и я.

Давай?

Да!

(лиричная музыка)

-Возьмите. -Спасибо.

-Это вам. -Как это мило.

-Саш, пойдём? -Иди. Я пока поздороваюсь со всеми.

-Хорошо, но приходи скорее. Я жду. -Хорошо.

-Как же повезло Пушкину с женой.

-Блестящая пара.

(оживлённая музыка)

-Это Пушкин.

(плавная музыка)

-"Лиру лаская свою, Рифму для гостя сложу я.

Дайте лишь имя своё. Кто же стоит предо мной?"

-Никто, не надо. -Ну почему же "никто", Александр?

Не никто, а главный придворный поэт.

-При всём уважении к вам и к вашему двору,

просто поэт. -Александр скромничает.

Этому, как и многим вещам, он научился у меня.

-Вынужден перед вами извиниться.

Обещал читать все ваши произведения, но не было ни одной свободной минуты.

Страна не ждёт.

-Ничего.

Мы с Александром Христофоровичем тоже нашли некое взаимопонимание.

-Да, знаю об этом не понаслышке.

И "Историю Петра" прочёл.

Интересно, но есть ещё над чем поработать.

-Над чем? -Пётр — великий правитель.

И я надеялся увидеть своего героя.

Но увидел совершенно незнакомого мне человека, понимаете?

-Не хотелось делать из него памятник, всё-таки он был интересный, сложный…

-Да, но не уверен, что публике нужно сейчас именно это.

-Не волнуйтесь. Я много лет пишу и точно знаю, что нужно публике.

-Александр, а где же ваша супруга? Вы так нам её и не представили.

-Натали!

(плавная музыка)

-Браво, Пушкин! Такой бриллиант достоин не поэтического взгляда,

а императорского внимания.

-Николай Палыч,

а вы знаете, по моему опыту,

дамы чаще предпочитают поэтов властителям.

-Правда?

Надеюсь, не все?

Веселитесь. Пойдём…

-Что вы наговорили?

Идите и немедленно извинитесь.

-Боитесь, он подумает, что дерзости я тоже у вас научился?

-Александр, я забочусь о вас. Вам ещё столько предстоит написать.

-Напишу. Литература не пострадает, ваше имя — тоже.

(по-французски) -Смотрю на вас, так сразу улыбаюсь.

(по-французски) -Я вас понимаю. Я дома так же на неё смотрю.

Добрый вечер. -Добрый!

Жорж. Жорж Шарль Дантес. -Очень приятно. Александр.

-Пушкин? Я вас знаю, я ваш поклонник.

(по-русски) -Я о вас совсем не слышал.

(с акцентом) -Я только мечтаю

получить хотя бы часть той славы, что есть у вас.

(Натали, по-французски) -А ты боялся Петербурга.

Кругом одни поклонники.

-Наташ… -Я потанцую.

-Месье, простите. Я не предполагал, что у Натали столь знаменитый супруг.

И такой уважаемый. -Всё в порядке.

-Надеюсь, вы не осудите молодого человека за хороший вкус?

-Вы тоже простите. Я принял вас за охотника до чужих жён.

-Вы не ошиблись.

В свою защиту скажу, что вы сами в юности таким не брезговали.

Я знаю всё о ваших похождениях.

Или это гнусная ложь?

-Нет-нет, был грешен.

-Да в чём тут грех?

Интрижка с чужой женой — самый верный путь получить внимание общества.

-Узнаю свои же мысли.

Но теперь я муж

и отношусь к таким интрижкам иначе.

-Но вы-то дали Натали всё, о чём она мечтала, я уверен.

Посмотрите.

Обычная история.

Старик, без денег, женился на красивой девушке,

но тоже бедной.

Подарков ей не дарит, она скучает.

Как не помочь бедняжке?

Или этот старичок. Смотрите, какой смешной.

-Но этот — не старик.

-Практически. Сколько ему? Лет 35?

-Мне 34.

-Вам год остался!

Шучу.

-Господин Пушкин,

Его Императорское Величество желает вас видеть.

-Простите, месье Дантес. -Счастья вам!

И вашей прекрасной жене.

-А, Пушкин!

Проходите, друг мой, выпейте со мной.

Угощайтесь.

Я много думал и решил, что вам нужен новый чин.

-Служу отечеству.

-Вы много трудились, это правда.

И заслужили быть

камер-юнкером.

-Прошу прощения?

Но…

я слишком стар для камер-юнкера, это стало бы мне унижением.

-Нет, напротив, это великая честь.

Виват! (гости) -Виват!

-Николай Павлович,

я не могу её принять, это придворный чин,

а мы с Натали не думали оставаться в Петербурге.

-Обращайтесь ко мне как подобает.

(настороженная музыка)

"Ваше Императорское Величество".

Всё же хорошо, что меня не отдали в этот ваш лицей.

Иначе бы тоже не знал своего места.

И да, по моему опыту, женщины предпочитают императоров камер-юнкерам.

-Николай Па…

Ваше Императорское Величество,

позвольте поинтересоваться, вы приняли решение

относительно судьбы бунтовщика Пущина?

-Да.

Мне помнится, я его тогда помиловал.

Я думаю, этого довольно.

(зловещая музыка)

(беспокойная музыка)

-"Знай же, надменный поэт,

Вчерашней фортуны любимец!

Лира твоя болваном отныне тебя наречёт!"

(смех гостей)

(треск фейерверка)

(детское хныканье)

-Катюш.

(по-французски)

А вот ещё, Катюш.

Знаешь, кто пригласил?

Саш, не нужно начинать день со счетов.

-Нужно начинать с приглашения на бал?

-Саша,

я ищу супруга для Кати.

Бедняжке 25 лет.

Ты же не хочешь, чтобы она у нас вечно жила?

-Супруга для Кати?

Или поклонников себе?

-Дорогой мой муж!

Дала ли я вам хоть одним своим словом или, может быть, действием

повод усомниться во мне?

-Нет, прости.

-Саша.

Саша, ну зачем эта ревность? Я же тебя всегда зову.

Пойдём сегодня с нами?

-Я постараюсь.

"Толпа глухая,

Крылатой новизны любовница слепая,

Надменных баловней меняет каждый день,

И катятся, стуча, с ступени на ступень

Кумиры их, вчера увенчанные ею".

-Господин Пушкин! Вы месяц назад обещали заплатить!

-Вы мне тысячу рублей уже полгода вернуть не можете!

-Пушкин, сколько можно? В долговую тюрьму хотите?

-Извините, не возьму.

-Почему? -Название непонятное.

"Капитанская дочка"… -Говорите прямо.

-Александр Сергеевич,

серьёзные исторические темы от камер-юнкера

публика воспримет с улыбкой.

А вы лучше напишите что-нибудь простое.

С оригинальным сюжетцем.

Пока вы были их героем,

они глотали любое ваше слово.

Но времена меняются.

(Пушкин) -Сколько за кольцо?

Простишь ли мне ревнивые мечты,

Моей любви безумное волненье?

Ты мне верна: зачем же любишь ты

Всегда пугать моё воображенье?

Окружена поклонников толпой,

Зачем для всех казаться хочешь милой,

И всех дарит надеждою пустой

Твой чудный взор, то нежный, то унылый?

-Он здесь! -Приехал? -Пушкин идёт.

-Ах, что будет? Неловко-то как.

-Он знает? -Тихо! -Вот идиот.

-Большой талант, большие рога.

-Он здесь! -Приехал? -Пушкин идёт.

-Ах, что будет? Неловко-то как.

-Он знает? -Тихо! -Вот идиот.

-Большой талант, большие рога.

-Он здесь!

-Неловко-то как.

-Большой талант, большие рога.

-Конём пошла твоя королева.

Раз налево и снова налево.

Конём пошла твоя королева.

Раз налево и снова налево.

Упал поэт, момент настал. Сноси его к чёрту пьедестал.

Упал поэт, момент настал. Сноси его к чёрту пьедестал.

Упал поэт, момент настал. Сноси его к чёрту пьедестал.

Упал поэт, момент настал. Сноси его к чёрту пьедестал.

(без звука)

-Умоляю, перестаньте.

Сжалься, время и пространство.

Умоляю, перестаньте…

-Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя.

То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя.

-…Сжалось время и пространство…

-Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя.

То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя.

Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя.

То, как зверь, она завоет, То заплачет, как дитя.

Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя.

То, как зверь, она завоет, То заплачет, как…

(женский смех)

(Дантес, по-французски) -Так приятно быть сегодня с вами.

-Саш, помнишь Жоржа Дантеса?

-Да-да, мы оба ценители женской красоты.

-Что вы здесь делаете? -У нас хорошая новость.

Жорж пришёл сделать предложение нашей Кате.

(по-русски) -Нравится?

-Очень.

-Оно великолепное. -Стоило целое состояние.

Вы создаёте у меня чувство,

как будто мне не рады в этом доме.

-Саш.

-Ваше чувство, дорогой друг, вас не обманывает.

-Саша!

Саша! Саш, поговори со мной.

-Наташ, дай, я просто убью его. -Нет, я тебе не дам.

-Хорошо, я вызову его на дуэль и там убью. -Нет!

Я тебе не позволю.

-Ты что?

Любимого защищаешь?

-Он оказывал мне знаки внимания, но я всегда говорила "нет".

-А потом ты привела его к нам в дом. Да?

-Да. Решила женить на Кате, чтобы слухи прекратились.

-Наташа, это чушь! Да это чушь, Наташа!

Я был таким же Дантесом для графини Воронцовой,

и я знаю всё, что у него в голове.

-А я не Воронцова, Саш.

Саш, почему ты не веришь мне? -А как?

Как я могу тебе доверять, если я тебя вижу только по утрам?

Если ты пропадаешь на балах целыми днями?

-Саш, но я же всегда тебя звала, я каждый раз тебя просила ехать с нами.

Я всегда тебя звала с собой. -Ладно, пусти меня.

-Нет, я не пущу.

-Пусти меня.

Наташ, пусти меня.

Пусти меня.

Хорошо. Я напишу ему письмо.

Такое, что он меня сам вызовет.

(скрип пера)

-Саш, а что будет, если ты погибнешь? -Я не погибну.

"Бояться белой головы".

А у Дантеса не белая голова.

-"Опасность, долгий нежеланный путь…"

Саш, что это за бред?

-Это не бред.

Ты что? Уход друга.

Жена.

Ну посмотри, здесь всё сбылось.

Посмотри.

-Саш, я поняла…

Я вижу, как трудно не верить

Тому, что они говорят.

И будут повторять,

И будут повторять

Просто для забавы.

Ты так любишь сражаться,

Ты веришь в свободу

Всегда оставаться собой.

Бросаешься в бой,

Но враг так огромен.

Он больше, чем мы с тобой.

В эту пропасть так просто упасть.

Эта пропасть — открытая пасть.

Если сделаешь шаг,

То окажешься в ней.

Мы стоим на краю, не держась,

В полной темноте.

В полной темноте

Найди мою руку

И знай, что я рядом,

Хоть ты и не видишь.

В полной темноте,

Где всё исчезает,

Мы кружимся в танце,

Я здесь, я с тобой

В полной темноте.

В полной темноте.

В полной темноте.

Не оставляй меня

В полной темноте.

Не оставляй меня

В полной темноте.

Не оставляй меня.

Не оставляй меня.

Не оставляй меня.

Не оставляй меня.

Не оставляй.

Не оставляй себя

В полной темноте.

(спокойная музыка)

(музыка обрывается)

Саш, пойдём спать, завтра всё доделаешь.

-Ложись, я поработаю немного.

(тихая музыка)

-Саша…

Саша?

(стук в дверь)

-Сколько лет.

(осторожная музыка)

Почему я, а не Жуковский? -Отговаривать будет.

Императору жаловаться побежит.

Ты мне нужен.

-А если… -Брат!

Я не умру.

Не сегодня.

Не судьба.

(тревожная музыка)

-Немедленно говорите, где он! Где Саша?

-Не имею понятия.

Дьявол!

-Дуэль? -Умоляю!

Подумайте, кого мы рискуем потерять!

-Его экипаж видели на пути к Чёрной речке. -Обыщите всё.

Остановите эту дуэль.

-Давайте начинать?

(тревожная музыка)

(стремительная музыка)

-Саша! У тебя дуэлей было много, но ты же не убивал никого!

-Костя!

-Да тебя наизнанку вывернет, это очень сложно пережить.

-Ну, жребий брошен.

(музыка обрывается)

(стремительная музыка)

(выстрел)

(ржание лошадей)

Попал.

Я готов.

Я буду стрелять.

(выстрел)

-Саша!

-Убил я его?

(стоны Дантеса)

-Нет.

-Хорошо.

Хорошо.

Поправимся и продолжим?

-Вот ты болван!

Держись.

Так-так, ещё немножко.

Сейчас, сейчас.

-Держите его, я дверь открою. -Саша!

Саша!

Саша? Саша!

-Что ты делаешь? -Вся голова в снегу.

Держись, слышишь?

-Белая голова.

-Саша! -Барин, стоять!

-Пушкин! -Барин!

-Саша, Саша!

(задумчивая музыка)

-Барыня, Христом Богом прошу, отойдите отсюда, отойдите.

-Доктор, сюда! -Дайте осмотреть!

Полотенца, воды!

-Да, сейчас я!

(стон) -Тихо-тихо.

-Вот.

-Ну что?

(доктор) -Всё будет хорошо.

Будете ещё много лет раздражать окружающих.

-Где он? -Это правда?

-Как ты себя чувствуешь? -Промойте, побольше воды!

-Уйдите, немедленно!

Больному нужно отдохнуть!

-Ждите здесь.

-Барин, лежи-лежи!

-Наташ! Никита! -Что?

-Уберите это, я с женой побуду.

-Так, а ну-ка, давайте оба отсюда!

-Я пытаюсь помочь. -Ему надо с женой побыть, давайте!

(тишина)

(шёпотом) -Дай морошки.

-Что?

-Морошки.

-Да, сейчас я…

Вот.

-Вкусная.

Попробуй.

-Сейчас.

Кислая.

-Всё будет хорошо.

(открывается дверь)

-Хватит! -Наталья Николаевна, Христом Богом прошу.

Давайте, давайте.

Ничего-ничего.

(мрачная музыка)

(тишина)

-Саша?

Тебе лучше?

(мирная музыка)

(с улицы) -Пушкин! Пушкин! Пушкин!

(толпа скандирует) Пушкин! Пушкин! Пушкин!

Пушкин! Пушкин! Пушкин!

-Саш, посмотри!

(осторожная музыка)

(Пушкин) -"Духовной жаждою томим,

В пустыне мрачной я влачился, —

И шестикрылый серафим

На перепутье мне явился.

Перстами лёгкими как сон

Моих зениц коснулся он.

Отверзлись вещие зеницы,

Как у испуганной орлицы.

Моих ушей коснулся он, —

И их наполнил шум и звон:

И внял я неба содроганье,

И горний ангелов полёт,

И гад морских подводный ход,

И дольней лозы прозябанье.

И он мне грудь рассёк мечом,

И сердце трепетное вынул,

И угль, пылающий огнём,

Во грудь отверстую водвинул.

Как труп в пустыне я лежал,

И бога глас ко мне воззвал:

"Восстань, пророк,

И виждь, и внемли,

Исполнись волею моей,

И, обходя моря и земли,

Глаголом жги сердца людей".

-Василий Андреевич!

-Да, юноша?

-Александр Сергеевич меня так вдохновлял,

и я написал тут стихотворение о нём. Не прочтёте?

-Как вас зовут?

-Михаил Лермонтов.