Original subtitles

- Сыночек, просыпайся.

Я иду к тебе.

Так...

Так-так. Ну, вставай.

Я жду, ах ты хитрюля, не спишь.

- Мааам... - Иди сюда.

- Мам. - Хитрюля.

- Мам, ну не надо. - Вставай, вставай.

- Не хочу. - Вставай. Через полчаса нужно в школу.

- Меня папа отвезет? - Нет. Папы нет.

- Он не ночевал?

- У него такая работа. Ты же знаешь. Вставай.

- Мам, пять минут. - Нет.

- Ну пожалуйста. - Нет.

Нет, мое солнышко.

Просыпайся. Ну просыпайся, котик. Просыпайся.

Просыпайся. Игорь. Тебе надо проснуться.

- Стоять!

- Все нормально. Все нормально.

Все в порядке.

- Соколовский? - Что?

- Похож. Сводки сексуального маньяка. Даня, ну-ка посмотри.

- Точно мажор. А что он натворил?

- Ночью бегал голый, потом напал на женщину в автомобиле.

- Да, поведения схожи.

- О, Вик, не поверишь, чем наш мажор по ночам занимается.

- Пьет. - Ну это само собой. А потом...

- Так, не до шуток. У нас труп. Собираемся и поехали.

Соколовский.

- А? - Собираемся. Давайте, поехали.

Ты опять пил? - Да. - Так. Для коллекции.

- Игорь. - Я в порядке.

- Ладно. Тогда к делу. Квартира сдается.

Соседи услышали трупный запах, участковый связался с хозяйкой.

Здрасте. Второй этаж? - Да. Второй.

- Сегодня утром квартиру открыли.

- Мда, подозреваю, что мы там увидим.

- Здрасте, Иван Петрович. - Вы даже не подозреваете, что там увидите.

- Доброе утро.

- Ну и что тут у нас?

- Скажу вам, Виктория Сергеевна, что в квартире больше ничего нет.

Нормальных отпечатков, ничего. Только тело.

- Тут в руке что-то зажато. - Телефон. Я не трогал пока.

- Причина и время смерти? - Дня три назад, позже скажу точнее.

Причина смерти… ту тоже…пока не готов сказать.

Странно все это… - Что странно?

- То что мне показалось. Пока не готов озвучить.

- Хорошо, хозяйка где? - Была на кухне.

- Даже чашки нет, видите? - Почему?

- Мое вывезла. Жалко. Так квартиру сдаю.

- Так это жилец. - Жилец.

Теперь запах будет. Кто квартиру снимет?

Не дай Бог еще привидение заведется.

- Скажите, он давно у вас квартиру снимает? - Дней десять как,

и вы знаете такой приличный с виду, молодой человек.

Ну, кто знал, что вот такое вытворит, а?

- А есть у вас его паспортные данные? - Да, конечно.

Я все переписала. Только у меня все дома,

ведь к вам прям с работы приехала.

Теперь у меня на работе будут неприятности.

- Хорошо, тогда вы сейчас проедете с нашим сотрудником.

- Я-то здесь причем? Я, честное слово,

ничего не знаю, клянусь вам. - Вас никто ни в чем не обвиняет.

Сейчас вы поедете с нашим сотрудником к себе домой,

нам очень нужны данные вашего жильца. Хорошо?

- Что это? - Цитрамон магний похмелью Игорь помогает.

- Спасибо - Гуляешь по ночам?

Да, дело молодое.

- Да не, я просто пью. Дома, один. - Есть причины?

- Да - Из-за матери?

Я в душу не лезу, у каждого своя. Мои советы для моей души тебе не помогут.

Ну, попробуй, попробуй работать.

Работа она, от мыслей отвлекает. Всяких…

Если помощь нужна ты говори, не стесняйся.

- Знаешь, нужна.

- Жека привез договор. Тело принадлежит Симонову андрею Викторовичу.

81-го года рождения. Местный.

- Квартиру снимал? - Снимал последние 11 дней.

Ни хозяйка, ни соседи ничего не видели, ничего не знают.

В квартире ничего не обнаружено. Вся надежна на вас, Иван Петрович.

- Ну, многим не помогу, В квартире ничего нет, абсолютно.

Из личных вещей - телефон,

расческа, пара тысяч рублей и ключи от этой квартиры.

Отпечатки только Симонова и хозяйки квартиры, но немного.

- Причина смерти?

- Обезвоживание. - В смысле?

- Симонов умер от жажды.

- Там же в квартире вода была. - Тем не менее. Крайнее обезвоживание.

Дней 5-7 не пил, не ел.

- То есть, получается, фактически с самого начала аренды квартиры?

- Может, болезнь какая-то? При холере бывает обезвоживание.

- Нет холеры и нет болезни. Просто не пил.

- Игорь, может быть, хочешь вопрос задать?

- Да. - У него тоже обезвоживание.

Как бы наш мажорчик не загнулся.

- Очень смешно. Мне нечего сказать.

- Профнепригодность.

- Так и у меня вопросов нет. Просто, ничего не понимаю.

- Телефон смотрели?

- Да. Ничего в адресной книге, смс и тому подобное.

Штук пять входящих звонков с одного номера,

больше ничего. Отпечатки я снял, они только.

Симонова. Так что, пользуйтесь. - Спасибо, Иван Петрович.

- Ну, скажете потом, что там. Самому интересно. - Скажем.

- Новый и дешевый. - Нужно пробить его историю у оператора.

- Сделаем. - И узнать все про номер, с которого звонили.

Жек, ты давай в квартиру, где был Симонов прописан,

- все что сможешь - узнай. - Ясно.

Чего сидим?

- Игорь, что-то случилось?

- Можно мне на пару часов уехать? - Это ответ на мой вопрос?

- Нет. Это просьба. Мне очень нужно уехать на два часа.

- Может, расскажешь?

- Личное. - Ладно. Полтора часа.

- Два.

- Да, да, я сексуальный маньяк. - Одну минуту.

Подождите коллега. - Я вам не коллега.

- Ну, я в смысле, не моя коллега, а по службе коллега.

- Про фоторобот я в курсе. На службе уже тоже все смеются. А сам живу здесь.

А девушка, наверное, видела меня пару раз, да и перепутала.

Она же здесь живет, правильно?

- Работает там, в офисе. Допоздна задержалась, ехала ну и.

- Ясно. - А не подскажите, где именно офис?

Ты вообще представляешь, как у неё... - Ирина Николаевна, вот отчет, который вы просили. - Спасибо.

- Увидит, что девушка за рулем, и бросился на капот.

- Голый. - Совсем?

- Совсем.

- Ужас. - Глаза красные, бешенные. Рожа вся перекошенная.

- Надеюсь, он преследовать тебя не будет.

- Нет.

- Это он. Он меня проследил.

Здравствуйте, извините пожалуйста.

- Выходим. Бегом, бегом, бегом, бегом. Выходим оттуда.

- Вы вообще чем думаете, когда в закрытом помещении

балончиком брызгаете? - А что я должна была делать?

- Разобраться, поговорить с человеком. Я. Между прочим,

- поговорить пришел. - Да7.

- Да. Вы когда меня на машине сбили, я за человеком бежал.

Он ко мне в квартиру залез.

- А я когда должна была узнать про квартиру, про человека? Когда вы

ко мне голый на капот прыгнули или когда вы дырку у меня

в лобовом стекле сделали?

- Какую дырку? - Да такую дырку. Настоящую.

- Вот видите? Хорошо, хоть капот не помяли.

А вы знаете, сколько стоит новое лобовое стекло?

- Откройте.

- Не столько. Это много.

- Ну там еще за обшивку. - За обшивку?

- Что ищешь? - Э… Да так...

- А я тебя ищу, ты ж попросил приехать.

- Следов взлома я не вижу. Замок открывали

либо родным ключом, либо хорошим дубликатом. Что-то еще?

- Да нет. Собственно, это я хотел узнать.

- А из тебя, Игорь, хороший сыскарь получится. Это уже видно. - Где видно-то?

- И вопрос правильный задал. Для сыскаря главное, правильные вопросы задавать.

Если замок открыли родным ключом, значит, замешан кто-то из своих.

У кого есть этот ключ, верно? - Да. Ну ладно.

- А… Вот еще, мне Вика звонила. - И что?

- Ну… Ну…

- Здрасте Иван Петрович. - Добрый день,

- Игорь, личное дело, это когда сам этим занимаешься.

А если просишь помочь сотрудников - это уже не личное.

- Угу. - Ты, Игорь, не запрещал мне говорить,

куда мы едем? - Да нет, вроде. Главное, что получилось.

- Мне можно идти, Виктория Сергеевна? - Да.

- Я тебя подвезу, может? - Не нужно. У меня еще одно дело рядом.

- Ладно. Спасибо. До свидания. - До свидания.

- Это как-то связанно с твоей мамой? - Не знаю.

- Игорь, может, стоит рассказать? Я чем-то помогу, не только Смоленцев.

Последний раз твое личное - это встреча с Карасевым.

Потом мы всем отделом с самоубийством разбирались.

- Это не самоубийство.

- Орловский умер. Доказательств никаких. Официально - это самоубийство.

Игорь, рассказывай.

Я смогу дать профессиональный совет. У меня опыт, в конце концов.

- Ну, в общем, я разговаривал перед смертью с Орловским.

Ему заплатили, чтобы он убил Карасева.

Его сыну деньги очень нужны.

И те, кто предложил, знали, кому предлагать. Орловский умирал.

- Кто заплатил? - Не знаю. Не успел сказать. Умер.

А сегодня ночью, около трех, ко мне пытались вломиться.

Я услышал, погнался. Догнать не успел.

Даже не успел разглядеть, кто там был.

Все. - Смоленцев осматривал замки, да?

- Да. Следов взлома нет.

- Понятно. И ключи ты, конечно, не терял.

- Нет, не терял. - Еще что-то?

- Что там? - Показалось.

- Ты чего-то не договариваешь. - Есть одна мысль.

Мне надо съездить, проверить. - Разрешу, если поеду с тобой.

- Я сам справлюсь.

- Не забывай, что сейчас рабочий день, а я твой начальник.

- Так что, едем вместе.

- И что здесь? - У моей бывшей ключи от моей квартиры.

- Невеста? - Собирались пожениться.

Ну, как сейчас понимаю, я ее не люблю.

- Да мне все равно. Надеюсь, ты ее не переубедил в разговоре.

- Нет, конечно. Она в тот салон ходит, постоянно в одно и тоже время.

Каждую неделю - Понятно.

- У! Кто это пришел? Здрасте. - У тебя ключи от моей квартиры остались, где говори?

- А где привет? - Ты вчера была не особо приветлива.

- А это кто? - Тебя не касается.

- Как это не касается? Нет, мы с ним жениться собирались, а меня это не касается.

Мне же интересно на кого ты меня променял. - Капитан полиции Родионова.

- Да… Вижу что из полиции. Зарплаты маленькие.

Ой, а не хотите прическу сделать, я угощаю. - Обойдусь, спасибо.

- Где ключи от моей квартиры? - Я не знаю где твои ключи! Дома, наверное.

- Значит поехали. - Вот сейчас я прям все бросила и поехала.

Вообще то у меня свои планы. - Простите, можно?

- Продолжайте, продолжайте.

Спасибо. - Мне нужны ключи от моей квартиры, и сейчас. - Игорь.

- А то что? Арестуешь как Стаса?

Только братика моего выпустили под подписку.

А скоро еще и оправдают.

- Не забывай, что папа заплатил, вот и отпустили.

- Нет, не виновен Стас. Не виновен. И я с тобой никуда не пойду.

Так что свободен. Мент. - Послушай, ты…

- Игорь, успокойся. Поехали.

- А я смотрю тебе нравится, когда тобой баба командует. - Игорь.

- Соколовский, ты - тряпка!

- Номер новый. Куплен. Подставное лицо.

Звонили с него только Симонову. Номер активен.

Оператор локализует этот район. - Жек, ты был у него дома?

- Сын один. Мать, отец. Отец на работе, мать была дома.

Ну, пришлось сказать. Ну, сама понимаешь, Вика, что из этого

разговора вышло. Истерики, слезы.

- Понятно. Что, совсем ничего?

- Нет. Мать точно ничего не знает. Все вещи дома, телефон тоже.

Вышел за пивом и не вернулся. - На 10 дней?

Что она в розыск не подала? - Почему? Подала.

И он действительно в розыске. Мы же проверяли.

- Мы вчетвером тут неделю провозимся. Пусть мажор начинает,

а мы делами займемся.

- Позвони. - Не понял.

- У тебя номер телефона этого есть. Вот и позвони на него.

- Не слышно. - Гудки идут.

- Звони все время.

Расходимся по территории. Кто-то что-то услышит - зовите.

- Пусти - Я соскучился.

- Звони. Люди ведь ищут. - Звоню.

- Перестань, мы на службе.

- Тут же никто не видит.

- А ты меня напугал. - Прости, прости.

Давай, может быть, сегодня вечером в кино. - Нашел, вроде здесь.

- Опять мажорчик влез.

- Откуда звонок шел? - Где-то здесь.

- Вызывайте полицию.

Бинго.

- Еще что-то при нем было? - Вот телефон,

- и паспорт. - Мажор.

- Нет, можно уже, можно.

- Ковалев Денис Игоревич. Местный.

- Все то же самое. Время и причина смерти.

Похоже, опять обезвоживание. - Ну, бред какой-то, а?

Ну гараж же не закрыт был.

- Ну, может дверь после его смерти открыли, еще кто-то?

- Я осмотрю двери. Если есть следы, что их закрывали, я скажу.

- Так, понятые. Следим внимательно за нашими действиями,

но руками ничего не трогать. - Ясно.

- Жека, а Симонов где работал? Ты спрашивал у матери?

- Программистом где-то. Но она не знает где.

- Понятно.

- Скажите, а Ковалев жил один? - Один.

- Я уже успел с соседями по-быстрому поговорить. Ничего особенного.

Достаточно тихо, По ночам девок... девушек не водил.

Музыка иногда. А так все...

- Не трогай там ничего. Отпечатки.

- Ума, что ли нет? - Игорь, оставь все, как было.

- Арестуйте.

- Две одинаковых смерти.

Двое, умерших от обезвоживания, при странных обстоятельствах.

При этом Ковалев из гаражей несколько раз звонил Симонову

в арендованную квартиру.

Смоленцев что говорит? - Гаражи никто не запирал.

Я же говорю, бред какой-то. Замков нет,

если бы подпирали двери снаружи, остались бы следы.

Следов нет.

И Ковалев мог самостоятельно выйти из гаража.

- Как и Симонов с квартиры. Но оба этого не сделали.

Если был бы один умерший от обезвоживания,

можно было бы сказать, что с ума сошел. А тут двое.

Меж ними никакой разницы.

- Ну, у обоих телефоны с левыми номерами. И оба официально

нигде не работают.

- Мать Симонова сказала, что он работал где-то программистом.

- Нет, она говорила, что сын так сказал.

Программистом он мог работать, только не официально. Квартиру все видели.

Соседи по подъезду видели там Симонова.

Значит, он часто к Ковалеву ходил.

- Два программиста-надомника. В квартире зацепок никаких.

Ладно, давайте по домах. Завтра подумаем об этом.

- Дань, подожди минутку. Не ревнуй, пожалуйста.

- Игорь, ты куда сейчас?

- Мне нужно заехать в одно место. - Куда?

- Служба, вроде, закончилась.

- Если что-то случится, позвони мне сразу.

- Хорошо, позвоню. - И лучше езжай домой. И не пей.

Тебе сегодня и так было не до службы. Больше на это я глаза

закрывать не буду.

- Постараюсь не пить.

- Так куда ты сейчас? - Домой.

- А ты отдыхай.

- Это мое личное дело. Уважай это. - Не вопрос.

- До завтра. - До завтра.

- Что? - Да я все думал, обернешься ты на него или нет.

- Я же просила тебя не ревновать. - Очень сложно не ревновать.

- Научись.

- У него просто какие-то проблемы сейчас.

- У него проблемы?

У нас сдаёт другим.

- Ты... - Рад, что в тебе не ошибся.

Лежать! Руки!

Так, понятые. Следим за моими действиями.

- Видели?

- Ты сел, красавец. - Это мы еще посмотрим.

- вышли отсюда. Вышли, вышли. Никого не пускать сюда.

- Че, перешел на герыч, да? Дальше на машине поедешь детей давить?

- Пошел ты!

- Не, я не пошел. Я произвел изъятие героина.

При понятых.

- Молодец. - И еще. У меня денег больше, чем у твоего бати.

Никто тебя не вытащит.

Я об этом позабочусь. Понял?

- Мстишь, мразь? - Не. Ты сам себе мстишь.

Герычем и убитыми детьми.

- Я никого не убивал.

- Ты сел, понял? Сейчас об этом подумай. Ты сел!

- Игореныч, ты чего? Ты же мой дружбан.

- Я мент. Мусор. Ты же первый об этом кричал. Мусор!

На зону хочешь? - Кто же туда хочет?

- Сядешь. - Ну не говори так.

Если дело в этом, так я завяжу, клянусь.

- Я уже это слышал. У тебя есть один шанс

сказать, куда сеструха твоя дела ключи от моей квартиры.

- Так выкинула она их.

- Откуда ты знаешь? - Так при мне ж выкинула. Вспылила, да выкинула.

Клянусь. - Знаешь, когда ты говоришь "клянусь"

я тогда знаю, что ты врешь.

- Дружбан... Не говори ты...

Так что, про герыч забыли?

Да?

- Я правды еще не слышал!

- Ну прости.

Игореныч, ну я виноват.

Блин, ну я же от обиды. - Я тебя не понимаю.

- Ну я у сеструхи ключи взял и торчка нашел.

- Какого торчка?

- ну, который должен был к тебе в квартиру пробраться.

- Убить меня? - Нет, нет. Ты что...

Должен был наркотики подбросить. Ну, спрятать.

А я потом в ментуру отзвонюсь и...

и все.

- Врешь?

- Кто второй был?

- В смысле? Кто второй был?

- Второй, кто мне в спину стрелял? Их там двое было.

- Нет, Игореныч, один. Нарик только и все. Клянусь.

Честно.

- Игоряныч.

Ты слово дал. - А я слово свое держу.

- Это за дверь. А у того парня не наркота была. Ошибся я.

- Не спится?

- Нет. - Смс пишешь?

- Да. - Кому?

- Не важно.

- Два часа ночи, ты пишешь кому-то смс, а я спросить не могу?

И я после этого ревнивый? - Даня, я тебе ни одного повода не давала.

- Слушай, просто кому смс?

- Игорю.

- Обалдеть. - Послушай. У него какие-то проблемы.

Я хотела узнать, все ли в порядке.

- Дань, ты опять? - Сейчас останусь - совсем поссоримся.

- У меня с ним ничего нет и не было.

- Но не будет, не сказала.

- Даня, пожалуйста. - С одним встречаешься, а другого

в голове держишь, да?

- Игорь. Не разбудила? У тебя все в порядке?

А ты где сейчас? Ты что там делаешь?

- Слушай, да, я извращенец.

Какая тебе разница? Тебя все равно на видео нет.

Хорошо. Пускай меня это заводит.

Заплачу я, не бойся.

- Не кину. - Ты с ума сошел?

- Я не шучу. Серьезно.

Короче, тысяча баксов зелени. Я тебе обещаю.

Записывай номер. Договорились.

- И кто это? - Это свидетельница.

- И что она видела?

- Угу… Они с Ковалевым любили по вечерам виртуальным сексом баловаться.

Когда мы днем приезжали, я заметил, что веб камера не выключена.

Потом приехал сюда, и проверил с кем последним наш сухофрукт общался.

- Так, во-первых не сухофрукт, а человек, а что дальше?

- Хорошо, человек Ковалев, общались они с этой девушкой.

Потом звонок в дверь. Вышел, зашел, поговорил по телефону.

И все. - Что нам дает этот свидетель?

- Записи. У нее остались записи их разговора.

Я договорился сегодня в семь утра ее забрать.

- До семи осталось недолго. - Ну да.

- Ждем?

- Я думал, я один разучился спать по ночам. - У нас работа такая.

Часто приходится до утра, светает уже.

- Еще кофе? - Нет, спасибо. Хватит!

- А можно еще чашечку. Спасибо.

- А… Что там на счет твоей мамы? Есть что то новое? - Ничего.

После смерти Карасева не знаю, за что браться.

Кого искать, где искать...

- Попробуй искать среди тех, кто был рядом с твоим отцом тогда.

- Он тогда новую жизнь начал.

Новую жизнь, новую работу, новые друзья. Я ничего не помню, маленький был.

- Всегда можно узнать с кем он работал тогда.

У него же была фирма своя. Крупная. - Да.

- Должны остаться следы.

Подумай над этим.

- Звонок. - Угу.

- Еще раз, как он его назвал? - Арнольд Викентьевич.

Я прослушал раз 10, и он говорит что-то вроде.

"Что еще за Арнольд Викентьевич."

Вот. Еще немного слушает, ну и все, собственно.

- Все. Запись прервали с той стороны.

- И телефон, кстати, тот же, что мы нашли при нем.

- Я обратила внимание.

Теперь осталось узнать, кто такой Арнольд Викеньтьевич.

- Имя отчество редкие. Думаю, начать с интернета.

- Вдруг всплывет. - Займись.

- Хорошо.

- Вика, а ты Даню куда отправила? Я с утра

ему дозвониться не могу. - Никуда не отправляла.

- Не знаю, где он. - Странно.

- Да. Соколовский. Я звонил, хотел передать Аркадию Викторовичу,

что хочу с ним встретиться.

Во сколько? Спасибо большое.

- Лен, твой приехал.

- Здрасте. - Здрасте.

- Как машина? - Вечером забираю.

- Угу. - Извините, я все-таки должна спросить.

Это в вас стреляли или.

- В меня. - В вас, да? Хорошо.

Ну, в смысле, плохо. Но хорошо, что не в меня.

- Ну да. Послушайте.

У вас есть видеорегистратор? - Да.

Но только запись я отдала. В полицию. Когда заявление писала.

Только вас там плохо видно.

- Да? - Да. Ну, в смысле, лицо плохо видно.

- Доброе утро. - Доброе, ты как раз вовремя. Нам пора выезжать.

Помогла запись - Да. Интересная?

- Потом посмотришь. На записи Ковалев разговаривает по телефону

с неким Арнольдом Викентьевичем.

Имя редкое. Пробили по базе, оказался только один.

Действующий профессор психиатрии.

- Круто. Можем с тобой вдвоем поговорить?

- Что-то личное?

- Ну, так... - Ну, если "так", то давай при Жеке.

- В общем, в сводке сексуальный маньяк - это я был.

- Я даже не сомневался. - Что?

- Там ошибка была. Она уже забрала свое заявление.

Но запись с видеорегистратора осталась.

Она отдала ее в другое отделение. Мне бы как-то эту запись посмотреть.

- Зачем?

- Он зачем.

- Что это?

- Той ночью ко мне не только забрались в квартиру, но и

пытались стрелять в спину.

Я сначала думал, что это месть Стаса.

- Но... это может быть кто-то еще.

И этот кто-то, возможно, есть на записи регистратора.

- Почему сразу не сказал?

- не хотел грузить своими проблемами.

- покушение на убийство сотрудника полиции. Ты это понимаешь?

Теперь это наши общие проблемы.

Ладно, поехали. Собирайся. - А с этим?

- В сейф.

- Дане звонишь? - Не отвечает.

- Может дома... - Слушай, давай лучше этот разговор строить.

Доказательств у нас мягко говоря мало.

- Прямо в лоб, один из этих двух выжил них вышел, дал показания. Вот и все.

- А он скажет а кто такой этот выживший?

- Тогда извинимся, и уйдем, я других вариантов не вижу.

Извините пожалуйста, здравствуйте. Не подскажите где найти профессора Добролюбова.

Арнольда Викентьевича. - А.Так вот же он, который лысенький.

- В очках такой. - У. Спасибо.

- Пожалуйста.

- Добрый день, Добролюбов Арнольд Викентьевич.

- Коллега, давайте договорим позже.

Да он самый. А с кем имею честь? - Капитан полиции Радионова.

- Это мои коллеги - Соколовский и Аверьянов. - Ну, и чем могу?

- Коволев жив.

- Как вы сказали?

- Один из парней в гараже выжил и дал показания.

- Я арестован? - Чистосердечное признание может облегчить вашу вину.

- Ну… Они сами виноваты.

- Их наняли делать компьютерную сеть,

а они узнали номера кредитных карточек моей и других порядочных людей.

Ну, одним словом мы очень много потеряли. Очень много.

Вернуть деньги было невозможно, доказать их вину.

Тоже. Они просто смеялись над нами.

- Как они умерли?

- Они? - Да, они оба умерли. От обезвоживания.

- Как же вы меня просто провели. М так… Умерли…

Значит, все было не зря. Я владею техникой внушения.

Гипнозом. Было ключевое слово, и они оказались полностью под моей властью.

- Как они услышали это слово? По телефону? - Ну да.

Каждому из них я дал по телефону.

Велел им, ему одному снять квартиру, другому отправиться в отдаленные гаражи.

А я им велел не выходить из дому, потому что за дверью их ждет смерть.

Есть пить тоже нельзя, еда отравлена.

Они умерли от страха. - А… скажите…Зачем они перезванивались?

- Я хотел, что б они знали, что

другому так же плохо. Так страшнее.

- Вы жестокий.

- Слушайте, с виду, типичный маньяк.

А ты что ей денег дал, чтобы она заявление забрала?

- Вика, я могу перемотать.

- Нет. Смотрим внимательно.

Смотрите. У подъезда. Стоп.

Далеко, лица не видно, конечно.

- А дальше? - Все.

- Да, товарищ подполковник. Нет, не знаю.

А что с Королевым?

Да, хорошо.

- Что-то с Даней? - Пока не знаю.

- Ну и что мне с этим делать? - А сделайте мне копию.

Можно? - Сделайте, Иван Петрович.

- Пропустишь?

- Здравствуйте. - Соколовский. У меня назначено.

- К сожалению, рабочий день уже закончен.

Аркадия Викторовича уже...

- Игорь?

- Ты меня, конечно, не помнишь.

А я тебя вот таким вот.

- Здравствуйте, Аркадий Викторович.

Я знаю, вы начинали с моим отцом.

- Похож.

Я на сегодня закончил. Пойдем, посидим где-нибудь, поговорим.

- Да я бы не хотел отнимать ваше время.

- Так что там у тебя был за вопрос?

- Вы не знаете, что случилось с моей мамой?

- Разве он тебе не сказал? - Нет.

- Она вскрыла себе вены, Игорь. - Это я знаю.

Я бы хотел узнать, почему.

- Да кто его знает почему.

Говорят, была какая-то записка. А может, я что-то путаю.

Столько времени прошло.

Но скорее всего, она просто устала.

От постоянных измен твоего отца.