Original subtitles

- Игорь Владимирович. Запачкаешься.

Приятного аппетита.

- Это что кровь? - Это?

Это кровь, кровь, да. - Чья кровь?

- Нужно как всегда отмазывать? - Я никого не убивал. А ты?

- Ты пьяный или хуже? - Нее, я наркотики не употребляю.

- Пойдем отсюда Игорь.

- Карасев мертв - Какой Карасев?

- Опер, который дело мамы вел. Это его кровь.

- Э! Эй, легче там. Легче Игорь.

- Он умер так же как и мама. Вены порезал в ванне.

Он мог все рассказать - Что все?

- Что было. - Все, что было, он бы тебе не рассказал,

потому что все, что было, уже рассказал тебе я.

- Плохо верится.

Смешно?

- Слушай, Игорь, ну, скажи, ну сколько это будет продолжаться?

Как долго ты еще будешь меня мучать своими пустыми дурацкими обвинениями.

Ну, скажи, я правильно понимаю, что по твоему мнению Карасева убил я?

Потому, что тебе он мог рассказать, что то такое. - А что бы ты думал?

Когда человека, который знает о смерти твоей мамы все, умирает

за несколько часов перед тем, как ты должен прийти, чтобы думал. У?

Все что угодно только не то, что твой отец может от тебя скрывать

что-то о смерти твоей матери, которую он всегда любил,

и будет любить всю жизнь.

- Так значит всю жизнь...

- Да, представь себе сын, всю жизнь.

- Это ты про кого рассказываешь?

- А это кто? - Инга, а вы, наверное…

- А я сын. Сын женщины, которую он любит, любил и

будет любить всю жизнь.

Игорь. Ой. До свидания.

- Вечер добрый. Распиваем?

- Свои. - Считай, что поверил. Ваши документы.

- Пожалуйста.

- Случилось чего? Может, помощь нужна?

- Сам разберусь. Вы не хотите? - На службе. Всего доброго.

- Поехали.

- Эй, заканчивай. В интересах следствия, красавчик, чтобы от улик не избавился.

- Каких улик еще?

- Похоже, ничего не помнит. Под аффект косить будет.

- Слушай, вы везде парой ходите или только на гей парады?

- Ээээ! Руки убери, слышишь! Даня.

- Вика попросила без драк привезти.

- Куда привезти еще? - Поехали, покажем.

- Руки! Не у себя дома. Чего пихаться то?

- Спал дома, одежда в крови.

- Я тебе звонила.

- Я видел. 18 пропущенных. Но не слышал.

- Да он еще не проспался полностью. Пил ночью?

- Вот что, Соколовский.

Ану, пойдем. Родионова, со мной.

- ты искал Карасева. Это я знаю.

- Смоленцев сказал? - Он обязан был сказать,

после всего, что тут увидел.

- На тебе кровь Карасева? - Да. Так вышло.

- Да, я конечно, чувствовал, что пожалею, что тебя оставил,

но не думал, что так быстро.

Рассказывай, как вышло. Всем.

- Я приехал к нему вечером. Позвонил, стучался. Смотрю - дверь открыта.

Зашел. В ванной вода шумит. Думал, что живой. Пытался ему помочь.

Отсюда и кровь. - А почему же ты не сообщил никому?

- Почему? - Растерялся.

- Тебе сколько лет, Соколовский?

Ты где служишь? Хочешь, чтобы я поверил во всю эту...

во все это?

- Я его не убивал. - Так. По времени во сколько тут был?

- Часов в 8 вечера, может позже. - Потом, поехал домой и пил...

- Потом поехал к отцу. - Убил и поехал к отцу, чтобы он его отмазывал.

- Нет. Он был уже мертв. - А почему же ты не сообщил никому?

Почему сразу к отцу поехал?

- Это личное. - Личного у тебя больше нет.

Теперь, это криминальное.

Это был единственный человек,

который мог рассказать правду о смерти моей мамы.

Я расстроился от того, что здесь увидел.

Потом поехал к отцу, потом пил. Все.

- Уйди.

- Одежда нужна. И смывы рук.

- И чего делать? - Раздевайся, одежду снимай. Ты же слышал.

- И обувь. - А обувь зачем?

- Топтался тут? Значит, снимай.

- Только сначала, я тебя сфотографирую. Общую картину.

- А у меня есть один, когда тебя посадят,

буду смотреть и улыбаться.

- С Соколовским как быть? - Отстранить его надо, если правильно.

- Угу - А у него деньги и связи.

Останется один, начнет выкручиваться.

Отстранить - только себе навредить.

Лучше его держать под постоянным присмотром. Что тогда выползет?

- Это, если он виновен. - Ну, тебе разбираться,

при себе его держи постоянно, и смотри внимательно.

Или проколется или нервничать начнет.

Или и то и другое, или еще что.

Не первый год работаешь, сама знаешь.

- А где?

- Вон.

- Сенатор Сокол Максимус Собстенной персоной.

- Недавно Цезаря зарезал. - Здесь ваш бывший коллега умер, никто не забыл?

- Иван Петрович, это обязательно было?

- Вы же знаете, Виктория Сергеевна, порядок такой.

- Что-нибудь нашли? - Пока ничего.

- Посмотрите двери, следы взлома замка.

Кухню, посуду, окна. Ванную еще раз внимательно.- Конечно.

- Даня, Жека, на обход соседей.

Соколовский со мной. Встречаемся в отделе.

- До свидания.

- Ну, куда? Так и будешь дальше ходить? Заедем к тебе - переоденешься.

По дороге поговорим.

Здравствуйте. - Мне до дома минут 40 без пробок ехать.

Магазин рядом.

- Ну как Вам? Да, нормально, я возьму. И еще что-нибудь сверху накинуть придумайте.

- Посмотрим, одну минутку.

- Тебя вообще не волнует происходящее?

- Послушай, ну не убивал я его... - Почему о трупе не сообщил?

Ты понимаешь, как это выглядел? - Да я растерялся.

- Ты уже не первый раз труп видишь.

- Он умер так же, как умерла моя мама. В ванной. Вскрытые вены.

Он ее дело вел.

- Что было после того, как нашел?

- Я подумал, что он живой, пытался его вытащить.

Отсюда и кровь на одежде.

Да, я сглупил, уехал.

Еще и напился. - Извините. Вот, посмотрите, возможно, это подойдет? Давай.

- Вик, может, тебе что-то нужно, раз в магазине?

- Ты с ума сошел? - Ну, мне не сложно.

- Ты подозреваемый в убийстве. - Я никого не убивал. Че мне париться?

- Ладно. Давай покупай и поехали. - Мне примериться надо.

- померяй.

- Девушку видите? - Угу.

- Проследите за ней. Все, что она посмотрит, все, что ей понравится,

запаковывайте. Доставьте по адресу. Я вам позже скажу.

- Я оплачу. - Хорошо.

- Ну все правильно, если его тупо отстранить, то это дает ему дает

возможность скрыть улики и найти себе алиби. - Ты о чем сейчас?

- Да я про то, почему Вика сейчас с ним куда-то поехала.

Она присматривает за подозреваемым.

- Да пошел ты со своими успокоениями.

- Дань, ты на меня-то чего злишься? Я тебе друг или как?

Я помочь могу, совет дать.

- Слушай, если бы нужен был твой совет, я бы тебя спросил.

- А я бы тебе ответил.

Любовь на работе не надо крутить. Сначала, работать мешает,

а потом, когда вы расстанетесь, работу сменить придется.

- Мы расстанемся? - Дань, чего ты нервничаешь из-за этого мажорчика-то?

- Кто нервничает? Он сядет и все. - А если он Карасева не убивал?

Вот тут-то на что обижаться?

- Дети, давайте там поиграйте.

- Здрасте. Здравствуйте. Мы из полиции. А, полиция.

- Полиция. - Я не виноват.

- В чем? - Ни в чем.

Оболгали завистники. - Понятно. А Карасева знаешь из того подъезда?

- Поверхностно. Он же не пьет...

в моих количествах. - Вчера вены себе вскрыл.

- Помянуть надо. - А не знаешь, почему?

- А притомился он, надо думать. Непьющему тяжко жить.

- а подозрительное видел что-нибудь? Или кого?

- А как же. Видел.

- Кого? - Ошивался тут один. Я, говорю, на этой лавочке уже 10 лет сижу.

Тебя первый вечер вижу. Так вот он посмотрел на меня зло, погрозил.

Я и отошел.

- Суровый он. - А выглядел как?

- Худой, лысый. Выглядел плохо.

- А Карасев тут при чем? - А мажор тот в его подъезд пошел.

Я все ждал, когда он отсюда уйдет.

- И пьёт в другом месте. Понятно.

- Погнали, нет ничего.

- Стоять. Ты кто?

- Курьер. - Какой курьер?

- Вы из этой квартиры?

- Да.

- Это подарок. Вы распишитесь.

- Извините.

- Привет. - Привет.

- Прости. Дань... Прости за все.

- Проходи.

Спасибо.

- Я виноват, Вик.

- Дань, я тебя уже простила. Давай не будем.

- Да, знаешь я с этой ревностью совсем с ума сошел. - Дань, ты меня слышишь?

- Я свидетеля скрыл. - Какого свидетеля?

- Сегодня на обходе у меня был свидетель.

Он видел, как кто-то терся возле дома вечером,

потом вошел в подъезд Карасева. Я не знаю, может, он связан, но...

я не сказал. Хотел, чтобы у мажора было больше проблем.

- Теперь стыдно. - Ты понимаешь, что это перебор?

- Знаю, ну я же сказал.

- Ты меня удивляешь. - Чем? Что люблю тебя?

Ты понимаешь, что я себе места не нахожу. - Я все понимаю.

- Дорогой у тебя шопинг.

- Это подарок. Я не знаю, от кого.

Принесли только что. Вернее, догадываюсь, от кого.

- Я тоже догадываюсь. - Я действительно ничего не знала. Ни что это, ни от кого.

- Но не выбросила.

- Дань, Даня, перестань...

- Это от тебя?

- Ну, я как лучше хотел. Просто дружеская благодарность.

- Только материально умеешь благодарить.

- Та, я не знаю, просто некому подарки дарить. Иногда, хочется.

- Больше не делай так никогда. От некоторых подарков бывает только хуже.

- Окей. Давай хоть до работы довезу.

- В метро быстрее.

- С добрым утром.

- Удачи. - Спасибо.

- Игоречек, это тебе.

- Хорошего дня, мусор - Спасибо.

- Поехали.

- Хоть мусор научились выкидывать.

- Доброе утро.

А в ответ тишина.

О, мент родился.

- Всем доброе утро.

- И вам доброе, Иван Петрович. - Вот. Результаты вскрытия по Карасеву.

В целом, ничего особенного. Самоубийство.

- Вы сказали, в целом. - Да. Есть нюанс. Я его в заключении не отобразил.

- Что это? - Кровь. Ее немного меньше, чем должно быть вне тела.

Горячая ванна, вскрытые в ней вены. Крови он должен был потерять больше.

Не намного, на грани погрешности, но все-таки.

Неофициально, я именно это хотел отметить.

- Что это значит? - Ты здесь не следователь. Без тебя спросят.

- Вопрос правильный. - Мое предположение то, что сердце остановилось раньше.

До того, как были вскрыты вены. Минут за 5-10.

- Ну, после остановки сердца, он бы себе вряд ли вены вскрыл...

- Ну я бы не делал, таких громких выводов по поводу убийства,

все очень тоненько.

Я мог и ошибиться. - А что могло вызвать остановку сердца?

Лекарство, инъекции... - На теле следов инъекции нет.

Я все внимательно изучил. Родинки и тому подобное.

Правда... - Следы могут быть на месте шрамов от порезов.

- Совершенно верно. - В крови?

- В крови ничего нет. На моем _. - Что значит, на вашем?

- есть вещества, которые очень сложно определить в наших условиях.

Почти невозможно. Нужны серьезные лаборатории. Это все, что я хотел сказать.

В квартире больше ничего интересного.

Следов взлома на дверных замках нет, отпечатки пальцев только двух человек.

- Карасева и мажора. - И Игоря. Есть пара отпечатков.

- А время смерти?

- Около восьми. Может, раньше. Может, позже. Тут сложно определить точно.

Я не знаю первоначальную температуру воды в ванной.

- А Игорек наш в это время к Карасеву нагрянул, да? - Ну, выводы без меня.

Мое дело - факты. - Спасибо вам, Иван Петрович.

- Все, чем мог.

- Ну что, у нас появился неожиданный свидетель,

видевший подозрительного человека у подъезда.

Мне кажется, тот, кто его нашел, должен привезти его,

составить фоторобот. Да, Дань?

- Так точно. - Выполняйте.

- Есть, товарищ капитан.

- Вик, я... - Какие-то вопросы, Жек?

- У меня есть вопрос. - Да.

- А можно сделать анализы в другом месте? - В смысле?

- Ну... в лаборатории получше.

- если только в ФСБ. Но нас туда не пустят.

- Это вас не пустят...

- Они? Угу.

- Похоже на то.

- Сергей Федорович. Сергей Федорович.

- Привет, Игорь. - Здрасте, Сергей Федорович.

- Это очаровательная спутница - твоя жена? - Начальник.

Виктория Сергеевна. - Добрый день.

- Добрый день. - Слышал, пошел на работу?

- Служу в полиции. - Ну, удивил.

В любом случае, это нужное дело. Нужнее, чем по офисам штаны протирать. Да.

Как отец? Я его давно не видел. С дня рождения.

- Нормально. Помните вы мне оставили свой телефон?

- Ну, я все помню, что делаю. Иначе, не стал бы начальником. Тебе нужна помощь?

- если возможно. Нужно заключение вашей лабораторной

о наличии любых веществ в крови.

Прежде всего, вызывающие остановку сердца.

Можно это сделать быстро?

- Ну, для сына Соколовского все можно. Поляков займись.

Передадите ему образец крови.

- У нас с собой.

- Ну, если все, разрешите откланяться, передавай привет отцу,

ну успехов по службе. - Всего доброго.

- А как вы с нами свяжитесь? - Не переживайте, я вас найду.

- Знаешь, я бы осмотрел квартиру Карасева. - Ее уже осматривали.

- Я нет и ты нет.

- Два часа уже возимся. Бессмысленно.

С комнатой заканчиваю и все. - Хорошо.

Вик, а вы из-за меня поссорились? - С кем?

- С Королевым. - А что мне с ним ссориться?

- Видно же, что у вас что-то есть и...

он ревнует. - Личное я не обсуждаю.

- Значит, из-за меня.

- Я же сказала...

Все. Заканчивай и поехали.

- Это Пряников?

- Похож. Молодой.

Я не знала, что они у нас в отделении сидели. - Кто они?

- Карасев и опера его. Пряников у нас сторожил отделение.

Ладно, все. Ничего тут нет.

Завязываем и поехали.

- Еще раз здравствуйте.

Что касается вашей просьбы.

Образцы крови, следы спецсредств... Вводится инъекцией.

Вызывает остановку сердца. Следы минимальные.

Нужно знать, что искать. Это все.

Официально, никто вам ничего не говорил и не скажет.

- А кто имеет доступ к этому спецсредству?

- Я же сказал, никто вам ничего не говорил.

Всего доброго.

- Никто ничего не говорил, не официально.

Значит, нет оснований считать это убийством.

- Чего теперь делать?

- Только Данин свидетель.

- Следующий. Узнаете?

- Да. - Тогда, следующий.

- Угощайтесь.

- Да спасибо, я еще эту не сжевал.

- Угощайтесь еще.

- Да? Ну, давай.

- Следующий...

- Что у вас? - Это я. У вас в гостях.

- Это свидетель по делу Карасева? - Что-то есть, Королев?

- Свидетель, товарищ капитан, к фотороботам не способный. Но

татуировку на руке запомнил. - Он этой рукой мне страшно угрожал.

Поэтому запомнил.

- Давайте, смотрите, смотрите. - Что это?

- Перо, нож, похоже наш незнакомец из сидельцев,

поэтому возникла мысль, что Карасеву могли отомстить.

Я поднял по базе всех освободившихся за последний год,

осужденных при Карасеве.

- И результат? - Вик, мы работаем.

- Даня, можно тебя на пару слов? - Мне с тобой разговаривать не о чем.

- Это ты так думаешь. - Сидите оба.

- Хотя, знаешь, разговор с товарищем по службе - долг офицера полиции.

- Чего хотел?

- Зря ревнуешь. - Кто ревнует? Я тебя?

К Вике? Было бы к кому ревновать. - У нас с ней ничего нет, не было и не будет никогда.

- Это все? - Из-за подарка поссорились?

Я сглупил. Это мой косяк, но я искренне

по-дружески хотел. - Бабло свое засветить?

- Ты меня слышишь? - Это ты меня послушай.

Еще раз рядом с ней тебя увижу... - Ничего страшного, что мы вместе работаем?

- Не? - Ты меня понял.

- Да точно вам говорю, это он вчера на моем месте ошивался!

- Орловский Петр Валерьевич, шестьдесят второго года рождения,

кличка - Орлик, и сажал его Карасев.

Квартирные кражи, разбой, тяжкие телесные, так соучастие в 105-ой.

Ну что, мог убить. И освободился месяц назад.

- Вперед иди. Чего.

Вперед.

- Ну кажется здесь. Жека, оставайся здесь. Даня и Игорь, со мной.

- Привет. - Здрасте.

- А папа дома?

- Мама, опять менты пришли.

- Иди в дом. - Добрый день.

- Здравствуйте. - Мы из полиции.

Орловский Петр Валерьевич здесь живет?

- Из полиции? Понятно. Кому он еще нужен.

- Он недавно освободился. - А я знаю.

Он приходил один раз. Только к сыну я его не пустила.

Да и он сам сына не хотел видеть.

- Может, вы знаете, где его искать? - Не знаю. Мне он, откровенно говоря,

не интересен.

- Орлика еще мог знать Бетмен. - Или Человек-паук?

- Бетмен.

Кривицкий Андрей Петрович. Вор-форточник.

Сорвался с балкона, упал с четвертого этажа и выжил.

Но сел.

Вот за этот легендарный полет его и окрестили Бетменом.

- Да... В колонии общался с Орликом, а вышел за полгода до этого.

Так... и того, вместе с нашим Бетменом 17 человек,

шестерых опросить в первую очередь.

- Ну значит надо искать возможных знакомых. Угу.

Игорь, это тебе. Держи.

- Что это? - Подарок.

- А че за повод такой?

- Пытаюсь объяснить Игорю, как должен выглядеть подарок сослуживцу.

- Спасибо. - Тем более, ручка тебе пригодится. Заполняй.

- Что это? - Психологический тест.

Извини, сказали, чтобы ты заполнил.

- Даня, Жек, через 15 минут в машине.

- А, тут ничего сложного. Простые вопросы.

Ну там... брал ли тебя дядя Петя с собой в баню.

- Нравилось ли тебе это...

- Доказательств против Орловского никаких.

Ну, кроме свидетеля, который видел его у подъезда. - Ну, мотив у него есть?

Сажал-то его Карасев - Да.

Я должна доложить, товарищ подполковник, возможно смерть Карасева

наступила в результате применения некого спецсредства.

- Какого еще спецсредства?

- Знакомые Соколовского из ФСБ, не официально конечно,

установили наличие такого вещества в крови Карасева.

- Подожди, он что, шпион какой?

Или простой уголовник? - Понятия не имею.

- А Соколовский что уже сюда людей из конторы таскает?

- Ну Смоленцев не смог ничего в крови найти. - А контора нашла?

- Не официально без бумаг - Вик,

ну, ты же опытный сотрудник, надеюсь, ты понимаешь, что анализ делали знакомые,

и возможно в его интересах.

- Я все понимаю.

- Короче. Ищите Орловского. И как можно быстрее.

Не удивлюсь если и он будет мертв. - Андрей Васильевич,

я сомневаюсь, что Карасева убил Соколовский. - Да почему нет?

Карасев вел дело о самоубийстве матери Соколовского.

Тот поехал к нему - нужна была информация. Разговор не сложился,

парень молодой, горячий. Ссора. Карасев мертв.

- Хорошо, но если все-таки допустить применение спецсредств,

получается Соколовский ехал не разговаривать с Карасевым,

а убивать его, уже со шприцем. Но ему нужна была информация.

- Да не логично, вот что, Вик разбирайся.

Но не забывай он хоть и мажор, но, похоже, мажор умный,

как бы он нас всех не переиграл.

- Сокол...

- Я.

- А мы что вместе вчера пили? Нет.

Это хорошо.

А ты как вошел? Я что, дверь не закрыл?

- Слышь, командир, я дверь вставлять не буду. Я могу идти?

- Да, давай-давай. - Замки в дверь иногда нужно менять.

Хороший повод.

- Сокол, ты умом тронулся?

- Вопрос есть. - Так позвонил бы.

- Не отвечаешь - Так рано же.

- Время - час дня. - Вот я и говорю.

- Че?

- Здрасте. Ага.

- Тем более, я с дамой.

- Как зовут? - Да какая разница... Дама же.

- Слушай, а там воды нет?

- Вряд ли.

- В общем там. Ты помнишь, ты с уголовником терся в клубе?

- Какой уголовник? Вор в законе?

Тридцать лет, а уже уровень. - Телефон есть?

- Сокол, а тебе зачем? - Надо.

- Не знаю.

- По-моему, я воду нашел.

- Здрасте.

- Дато Батутский?

- Меня не так называют, Игорь Владимирович Соколовский.

Присаживайтесь.

- Готовы заказать? - Нет, спасибо.

- Этот не должен был давать мой номер никому. Но тут я удивлен.

Сын самого... - Мне нужна ваша помощь.

- Вряд ли я могу то, чего не может ваш отец.

- Мне нужно найти человека по кличке Орлик.

Я думаю, вам это будет проще.

- Если нужно, я... - Мне деньги не нужны.

Мне нужна благодарность хорошего человека.

- Чем? - Не знаю. Жизнь длинная.

- Не вопрос. Договорились.

Так поможете?

- Я не знаю, зачем вам Орлик, Игорь Владимирович.

- 20 лет назад умерла моя мама.

Я думаю, он может знать что-то про это. - Вам не трудно будет подождать?

Мне нужно сделать один звонок.

- Конечно.

- Гамарджоба. Человек хороший, только у него сейчас проблемы.

Так что никогда никому не говори, что ты его видел.

- Я услышал. - Он знает Орлика, и он поможет.

- Здравствуй, Дато. - Здравствуй, я к тебе человека привел Брусок,

поговори с ним.

- День добрый.

- Эд! Ты в курсе, что у тебя там дверей нет? - В курсе.

Сокол вынес, если бы был кто-то другой, я б его в ментовку.

- Ну ладно.

- Он же сам...

- Зачем он вам? - Нужен по личному вопросу.

- Ну всё-таки.

- Я уверен, что он причастен к смерти моей матери. - Спасибо.

- Месть - это святое.

Тут говорят, не человек ты.

- Это какая-то дискриминация. - Приносим свои извинения.

- Нехорошо поступаете Игорь Владимирович.

Добрый вечер.

- Его отпустили. - На него ничего нет.

А этот в розыске за разбой. - Как вы меня нашли? Следили?

- Подарок.

- А внутри... - Микрофон и маячок.

- Вот так вот, да? - Это было необходимо.

- Не веришь мне? - Теперь верю.

- А я думал, подарок. Знаешь, от тебя было бы приятно.

- Слушай, мы сегодня все сделали тебе подарок.

Иначе бы, тебя пристрелили.

Чего один пошел? Почему не сообщил?

- Так же, это все слушали.

- Значит так, Женя Брусилов - пистолет с твоими пальчиками в наличии.

Хочешь, прибавим покушение на убийство сотрудника полиции. - Не было этого.

- А в деле появится.

- Или... - Или...

- Орлик. - Ну ты сказала...

Не знаю зачем, но он вам не пригодится. - Где он?

- Добрый день. Капитан Родионова.

- О, нормальная экскурсия нарисовалась.

- Орловский Петр Валерьевич?

- Что? Живодеры не знают, кто я?

- Скажите, фамилия Карасев вам говорит о чем-нибудь?

- Знал одного типа с такой фамилией.

Двенадцать лет мне пошил. - Вышли и не смогли забыть?

- Гостил недавно у Карасева, да?

- Ты на меня начальник в оба смотри.

Мне пыль еще неделю осталось топтать. Рак у меня.

Колеса жменями ем.

- Только у дома Карасева тебя видели, Орловский.

- Было дело. Хотел к нему зайти, в лицо посмотреть.

На дело он пошил мне, не по моей статье. Мокрого тогда на мне не было.

Месяц как вышел. Меня там, в больничке, оставить хотели.

Но воля есть воля, понимаешь? Да и сын у меня тут. Без меня растет.

- И за это ты его решил завалить. - Кто сказал, свидетель?

Дома его не было. Или не открыл.

- Что ты врешь? - Зеленый совсем.

Ты сначала докажи, потом шей. А то как Карасев станешь.

- Мы докажем. - Не успеешь, начальник.

Ты у этих живодеров спроси. Я вот два дня хотел, а теперь под себя хожу.

Так что не успеешь.

Не успеешь. Не успеешь.

- Соколовского проверила, как могла, он не убийца.

- Про ручку в итоге догадался, а если догадался раньше.

- Тогда у меня остается только моя интуиция.

Соколовский здесь не при чем.

- А кто при чем! Орлик этот?

Он помрет через два дня и все. Дело закрыто. Как самоубийство.

Правду не узнать.

- Вы меня слышите?

- Что тебе? Звездочку пришел заработать? Не успеешь.

- Знакомая вещь? - Когда я садился - таких не было.

- А теперь есть. И у сына твоего есть. Дорого стоит.

У него новая такая.

Живут они бедно. Жили.

Может быть, деньги у них появились недавно... - Рад за них.

- Может, тебя кто попросил Карасева убить? Откуда у тебя спецсредство

которое в шприце было?

- Шел бы ты... тяжко мне.

- Знаешь, мне когда, как твоему сыну было, когда мать умерла.

Автокатастрофа. На жалость давишь?

Только не пойму расклада.

- Недавно я узнал, что это не катастрофа была.

Она себе вены перерезала. Как Карасев.

Карасев ее дело вел. Хотел у него правду узнать, пришел,

а он мертвый.

- Да... судьба-злодейка, жизнь-копейка.

- Ты просто скажи. Попросили тебя убить или нет.

По-человечески прошу, помоги.

- Умираю я., а бредишь ты.

- Знаешь, что это? - На зоне и не такое есть.

- Там забит только один номер. Мой.

Если что-то вспомнишь - позвони. А я твоему сыну помогу.

Деньги у меня есть.

- Разрешите. - Да, Соколовский.

- Я по вопросу Карасева. - Ты пока вне подозрений.

- Я по другому вопросу. Это же вы?

- Да, я и что? - А говорили, мало были с ним знакомы.

- Ты мне допрос решил устроить? - Нет я просто спросил.

- А я тебе уже ответил, мало был знаком. Я пришел на службу, он увольнялся.

Еще вопросы?

- Нет - Свободен.

Стой. Запомни, к начальству только по служебным вопросам ходят.

Теперь свободен.

Алло. Да, я. Ко мне Игорь только что заходил.

- Да нет. Ничего особенного. Вы просили - я сообщаю.

- Алло.

- Вам сюда нельзя. Выйдите.

- Это я его позвал. Выйди.

- Вы ведь не просто так звонили, да?

На счет помощи семье - я серьезно.

- В семье и так деньги будут.

Я все сделал. - Вас просили убить Карасева? Кто?

- Обещай... - Что пообещай?

- Не будь, как я. Жизнь не разбей об это бабло. Без ничего останешься.

- Обещаю. Вас просили убить Карасева?

Кто просил?

- Кто? - Это...

Вы меня слышите, Орловский?

- Кто просил? Кто просил убить? Эй?