Original subtitles

Мякишев! Что ты смотришь на меня, как Ленин на буржуазию?

Где связь?

Ты будешь мне сегодня отвечать?

У тебя есть язык? Есть. Не верю, покажи.

Покажи язык!

Волков, скажи ему, чтобы он показал язык. Покажи язык!

А? Что ты молчишь?

Что ты молчишь? Я тебя спрашиваю! Где связь? А не мое это дело!

Не твое это дело?

А водку жрать! Твое дело!

Да! Ну -ка, дышни!

Пил. А при чём тут это?

Где связь? Ты меня про связь спрашиваешь! Иван Тимофеевич, что у нас

Нету у нас никакой связи. Что -то сгорело эта связь.

Иван Тимофеевич, что случилось -то? Ничего.

А? А кто запал -то? Стань!

Ладно, Иван Иванович.

Вы -то куда прёте?

Иван Иванович!

Что случилось? Не твоё дело!

Почалось!

Фёдор, уйди отсюда!

Фолков, что случилось?

Не знаю, отстань.

Фолков, ответь народу!

Отпускай!

Тимофеич! Что

случилось -то?

А вы что, не знаете ничего?

Нет.

Попробуй ты.

Может, ты что, напутала? Да нет, не напутала. В городе сообщение было.

Да может, брешут? Люк!

Люк!

Люк! Ты что?

Слыхала!

Быстрее! Все уже стало!

Вань, слышишь, что говорю?

Пойдем, а? Ты иди послушай, что там говорят.

А я погляжу, как бы не налетели.

Ага.

Вань, а ты ела? Да поела, девушка.

Продолжение следует...

Редактор субтитров А .Семкин

Корректор

А .Кулакова

С утра вам звонил. Мне, Райкон, Репкина срочно.

Будете молчать, я вас отключу.

Девушка! Говорите, не молчите, станция, слушаю.

Райкон, Репкина срочно.

Будете молчать, я вас отключу, говорите.

Репкина срочно.

Не молчите, я вас слушаю, говорите, станция.

Да что ж это такое, а?

Может, это шведы? Тептонцы?

Дерьмонцы! Кто бы то ни был, я вам говорю, война продлится не дальше, чем

ближайшего дождя. Потому как наши дороги размокнут, по ним ни одна техника не

пройдет. Вот, Кузьма, как до твоего огорода дойдут, тут и встанут. Точно.

Почему? Потому что дальше смерть.

Заседают? Что?

Месяц провели.

Так нет.

Почему? Не знаю, как быть. А сам понимаешь, дело ответственное, а

А ты когда поможешь?

Ага.

Знаешь что, Владимир Иванович?

Действовать надо, вот и все указания.

Извини. Ничего.

С кем война же, Владимир?

Да не разобрал я, Ваня.

Какой -то русляцкий гирляндий.

Они все там.

Хотя... Поехали.

Да ты вроде с утра с седлом был.

Да кто с утра?

Победитель.

Субтитры сделал DimaTorzok

У меня Петруха вон форсунку сыроплавно снял. Я хотел ее к трактору приладить.

Народ бежит.

Сообщение, сообщение. И что в этом сообщении говорит?

А? Что работать больше не надо, а надо собираться в кучу и создавать толпу.

А чё?

Ты что -то не того.

Что не того, что не того.

Я вот таких вот криканов раньше сотнями, сотнями стрелявыми пачками складывал.

Когда? В шестнадцатом годе. Где?

Где, где?

В Петербурге.

Ну ты брехло, ну ты брехло. Что ты там делал в Петербурге?

Столбик, я там химщебелем служил.

А там народ, знаешь, такой раб.

Я говорю, ну -ка, отдай сюда хулиган. Он говорит, это не я хулиган, а ты

хулиган. Я говорю, нет, это не я хулиган, а ты хулиган.

Потому что я с ружьем, а ты без.

А вот, Шикар, ты что, в людей стрелял?

Пачками их, ядреный, пачками.

И что ж они на этих тольпанах так писали? Что за слова матерные, что ли? Я

кажу, Талдыков, что фулиганские.

Долой Сталина, долой Ленина.

Шикар, ты что, ну как говоришь, Шикар? А ты, Матвеич, ну ты же помнишь, когда я

в Петербурге пенпебелем служил? Да пошел ты, Тимур Апельевич, куда?

Алло, алло.

Не помнишь, а я, Талдыков, все помню.

перепутал. В шестнадцатом годе никакого Ленина, Сталина не было вовсе.

Не, они, конечно, были, но государством, рабочих и крестьян Покудова не

управляли. По -твоему, выходит, Талдыка, что Ленина не было, Сталина не было? А

кто ж тогда был Талдыка?

Ты, что ли, Талдыка? Да известно кто.

В шестнадцатом годе был Николашко, царь и амператор, и самодержец.

Глупой ты, Талдыка. И фамилия у тебя такая, знаешь, Талдыка. Что -то как

Бригадир железных коней. А колганом своим сообразить не может, что

был опасля. А до него еще был Керенский.

Да Керенский разве царь был?

А кто Талдыка?

Премьер -министр.

Путаешь, все на свете ты перепутал. Скажи, как ты его премьер -министра

Как бабу сятя, Александр Федорович. Ну, а таля как?

Так Николай Александрович. Ах, стало быть, это его иный сын.

И тогда, помни, мы это красиво перезнаем.

Боже, царя храни.

Шикало, ты что такое поешь, а?

Тимофеич, ты помнишь, как раньше красиво царю пели? Да пошел ты!

Идиот! Не помнит.

Не помнит, ядреный.

Шикало, а когда ж по -твоему была?

Да какая такая революция?

Какая -какая? Такая -какая, октябрьская.

Она же была в семнадцатом годе. Это я не знаю. Я и в семнадцатом годе в

Петербурге хенхеймером служил. Так она в твоем Петербурге -то и была.

Может,

где -нибудь в другом месте была. А в Петербурге никакой такой революции не

Шикалов, ты что, фонарел, а? А ну -ка, да, мы тебя спросим.

Тимофеевич, рассуди, была в Петербурге революция? Революция! Или не была? В

Петербурге? Да! В семнадцатом? Да, в семнадцатом! Да пошли вы с вашей

революцией!

Иван Тимофеевич, да что ж ты такое говоришь, а? Что я говорю? Ты послушай,

они говорят!

Товарищ Назар Иванович, райкомнатуга.

Все до единого были перед конторой. Кто откажется, перепишешь.

Кто не придет, 25 трудодней штаб. И ни грамма меньше выполнять.

Ну, пойдем. Куда идем?

Рот обратно сгонять. А по что разгоняли?

Чтоб место освободить.

За кого?

Я помню, у меня в Петербурге такая дамочка была.

Шикало! Почему я тебя еще вижу? Шикало!

Мы должны с товарищем Сталиным сплотиться.

Вместе с этим есть отдельные недостатки, которые в такое время, в такое время

выглядят зловеще, очень зловеще, товарищи.

Лазарь Иванович, Тимофеевич, нет никого. Как повымерли все.

Да вот они все стоят.

Кстати, насчет недостатков, товарищи. Вот, например, товарищ Талдыкин, наш

бригадир третьего дня.

отношения к женщине, ударив жену оглоблей.

Ничем не будь оглоблей, товарищ. Ну, что ты начинаешь -то, Тимофей?

Молчи, молчи, Толбекин, и слушай меня, и пусть тебе будет стыдно. Ну,

провинилась перед ним жена. Правильно, товарищи? Ну, так похлопай ее по

Ну, ремешок употреби, в конце концов. Но оглобля, товарищи, это вещь довольно

тяжелая. Да для нее самый раз. Толбекина мне не даст оврать.

Очень тяжелая...

Товарищ Волков!

Я знаю, что он является инвалидом гражданской войны, не имея двух ног.

Но теперь он этими своими ногами спекулирует, товарищи.

Его никто не заставляет работать курьером.

Да что ты, жениться собрался?

А и твое дело? А вот, вот, молодуха твоя берет.

Молодуха, я фату -то не принесла. Вот так под венец пойдешь. Вон и жених твой

сидит, дожидается.

Какой он мне еще без ноги не сдался?

А ты бери, бери. До свадьбы, может, видал, отрастут.

Райка, как насчет самогон крупы?

Мякишев!

ибо трачить бы ей до конца своих дней, если бы не подоспели благостные

В колхоз она вступила одной из первых. Ей дали бывших кулацких коров. Хотя тех

надоев, что раньше, коровы уже не давали, но по инерции продолжали доиться

обильно. Люшка встала на ноги, приобулась, приоделась, вышла замуж,

партию.

Чего ж не сообщили -то, а?

Ой, жалко, как хороший был человек.

Вот так уехала, не попрощавшись, а приехала, его уже нет.

А так мечтала приехать, да сказать, здравствуй, Егор.

Здравствуй, Лукерья.

Здравствуй, Егор. Да!

Смотри, да заруешься.

Ну, чего стоишь истукану -то? Целуй жену.

Ну, погоди и губ забатри.

И пусть опять я с сыроелопом.

Не время, Егор.

Война.

Ну, здравствуй, Макерия.

Здорово, начальники, как живете?

Да вот, с народом понемножку воюем. Понятно. Ну, а ты, Тимофей, все поешь.

А сейчас ведь брат не до печи. Да куда ему?

Он теперь у нас председатель.

Да, а Ермолаевич?

Повесился.

Лукей, ну, ты сказал бы что -нибудь народу ободряющее? Скажу.

Потому что для этого сюда и приехала.

Про себя расскажи, Люсь. Ведь по столице мы только, а? Нам каждый день со

Сталином черпивать.

Ну, каждый, не каждый, а бывает. Видимся, видимся.

Счастливая.

А какой он из себя?

Какой он из себя?

Сталина.

Кузьма, простой.

Да что там простой?

Очень простой человек, дорогие товарищи. И очень скромный.

А как он вообще выглядит?

Да как выглядит?

Вот так и выглядит.

Ой, тяжело ему сейчас, тяжело.

Нельзя переставать. Даже животное. Ну что стоишь?

Фотографируй. Сестра приехала.

Когда такие дела творятся, запасаться надо.

Какие дела, бабдунь?

Какие дела? Какие у меня могут быть дела?

Ты знаешь, куклинские приедут с нахарами и снуками. Все, все, все. На!

Да что ж ты мне даешь? Тут 38 кусков.

Бабдунь, все, что есть в магазине, все твое.

Да?

Ладно, возьму сколько есть.

Да куда уж. На, бабдунь.

Отваливай, бабдунь, и отваливай. Рай, я быстро, я быстро, быстро, быстро.

Мне некогда! Я товар принимаю!

А вы, мужики!

Красное поле обрушилось на нас с вами! И когда приключилось это несчастье, нам

больше делать не надо!

Зачем? Огурчики, помидорчики, капусточка. Огурчики, помидорчики,

Гляди! Какие огурчики, помидорчики, капусточка? 22 июня на дворе.

А как все начиналось, дорогие товарищи?

Настоящий взлет Люшки Мякишевой начался, когда какой -то корреспондент тиснул в

газете, что Люшка порывает дедовским методом доения коров. И отныне берется

дергать коров за четыре соска одновременно.

По два в каждую руку. Тут -то все и началось.

Выступая в Кремле на съезде колхозников, Люшка пообещала обучить своему методу

всех доярок колхоза. На реплику Сталина «А получится ?» она бойко ответила

«Да, ведь у каждой доярки, товарищ Сталин, по две руки». «Правильно !»

улыбнулся товарищ Сталин и стих. До сих пор в колхозе Люшку и вовсе не видели.

Появилось даже так называемое мякишевское движение.

В общем, коров до их стола некому. И я вам докажу, что в Хребль может поехать

любой человек, и его выведут не только коровы, но и пыть. А

товарищ Михристо ради гостей, гостей...

Один!

Шестнадцать кило.

Давай, красавица.

Давай, красавица.

Дай тебе год.

Вот хорошо.

Дай тебе год здоровья. Да помолчи ты.

Еще две пачки. Сколько?

Две. Нету соли, видишь, стена голая, соли нету. Все, шуруй давай.

Гостям привет.

Я, понимаешь, товар принимаю, понимаешь?

Какой мне тысяча -то, Господи? Ну, сто коробков. Сто!

Сто! Сто!

Сто!

Десять. Пятьдесят.

Пятнадцать. Тридцать.

Двадцать! И все!

Беру.

Где тут у меня спички? Да вот тут вот они у тебя.

Вот ты посмотри, ну все знает.

Прощение особое.

Хочется нам этого или нет, но теперь за два, понимаете?

За три садска, то есть за двоих, за троих надо работу делать.

Лукеев! А с кем война? Кто враг -то?

Страшный враг, товарищи, просто змей по трех головах. А по конкретнее?

Глазищи, во!

Зубы из чего?

Вот такие, как птички!

Хвостом машет, все вокруг рушит!

Ослеп, оглох на оба глаза, а книгу написал Островского, как закалялась

Очень хорошая книга, товарищи.

Хаджикина писать книжки никто не требует, он и читать не умеет. А я знаю

книгу наизусть.

И есть там, товарищи, такие слова.

Жизнь дается человеку один раз, и прожить ее надо...

Не говори! Ну, не томи!

Ну, как там?

Ну, что?

Забыл, что ли?

Ну, прочти!

Мыло? Да не мыло, ну вот это же!

Пенило! Да не... Врыло!

Ну, это врыло, пожалуйста!

Островские врыло, товарищ!

Так, на, это тебе, а это мне.

Нет, не так.

Вот это вот тебе, а вот это вот мне.

Это к мне денег. Не надо, мне товару надо.

Что надо?

Товару.

Надо товар? Да. Да бери!

На!

Бери! Давай, детка.

На! Вот тебе хлеба. Что еще надо? Вот, ожерелье. Бери. Все бери. Вот,

носи, красавица.

Конфеты надо?

Надо.

Каким у меня их нету? Нету, будут.

Бери конфеты.

Есть, нет. Вырос тут.

Вот, бери порошок. Хороший порошок. Знаешь, какие золотые? Давай, давай.

Что еще?

Что надо нам?

Веревка надо?

Надо. А не дам? Сама повешу.

Вот, куклу на тебе.

Кукла Таня. Надо.

Номер пятый. Дай, дай.

Ру, еще.

Не хотела.

Может, заболела?

Да не в этом дело.

Есть у меня эта книга. Сейчас я вам ее принесу.

Вадим Васильевич, может, она у тебя в сети, а? Да у меня в сети только... Что?

Час.

А пока вы все присаживайтесь к товарищу Волкову. Он познакомит вас.

Он знает, что вас познакомит. Пожалуйста, товарищ Волков.

Товарищи, я хочу познакомить нас с вашими показателями за последний

период и сообщить несколько цифр.

Кабанчик в годовах 34 будет.

Мало у нас товарищей по кабанчикам. И тяжелейшая ситуация с яйцами.

Вот это место, товарищи.

Жизнь дается человеку только один раз.

И прожить ее надо...