Original subtitles

Чего так долго?

Сука, сука!

Сука!

Что-то случилось?

Случилось.

Сука.

Терехов наш.

Удивлена.

Да я сам в шоке, думал, завалит меня сейчас. Но дело сделано.

А ты молодец. Всё четко.

Вот одного не понимаю.

Как это дед тебя не раскусил еще?

Повезло.

Да тут не в везении дело.

Думаю, у Юрия Сергеевича прицел сбился по другим причинам.

Чего там, как там дед-то еще, в форме? А?

Блин, опасная ты баба.

А? Я понимаю, почему все Градовы на тебя массово западают.

Ты зачем платил с кипрской компании деньги?

Я же всё вижу по онлайн-банку.

Да там копейки.

В том числе, арендный платеж

за нашу с тобой банковскую ячейку, между прочим.

А ты что, мне не доверяешь?

Нет, конечно.

Ну, правильно.

Да ты же застрахована по самые уши.

Сейчас Градовых скинем - и получишь свой актив. Мы же партнеры?

Да нет, Ген, мы не партнеры, мы попутчики.

Это мне пришлось играть на твоей стороне,

а так-то вы с Градовыми из одного говна сделаны.

Злая ты, Надя, злая.

А с журналистом конкретно повезло.

Ты Марине как-то в проброс расскажи,

что он к тебе приходил, предлагал компромат.

Она сольет Антону, это укрепит наши позиции.

Обижаешь, уже сказал.

Молодец. Разбегаемся?

Разбегаемся.

Саш, это совершенно не обязательно.

Нет, нет. Новая жизнь - это новая жизнь.

Во всем. Прошу.

Четыреста двадцать квадратных метров. Пять спален, четыре санузла.

Кухня, гостиная, столовая.

Из гостиной видно храм Христа Спасителя.

Также есть дополнительное помещение свободного назначения.

Можно обустроить, например, винную комнату или хранилище для шуб.

Тесновато, конечно, после дома, а так ничего.

- Оль, как тебе, нравится? - А нам точно нужно пять спален?

В квартире по сути две мастер-спальни. В каждой своя ванная и гардероб.

Это может быть удобно.

Да я что-то не врубаюсь, а зачем две?

Это довольно частый запрос у меня в последнее время от клиентов,

скажем так, которые…

Девушка хочет сказать, что в нашем возрасте спят уже отдельно.

Нет, нет, я не… Это просто как опция.

Да фигня какая-то!

Мы с Ольгой зажигаем так, что любая моло…

Саш!

Ну чего «Саш»-то? Ну это я просто говорю, что…

Лиля, мы осмотримся сами. Ладно?

Да, конечно. Я буду ждать внизу.

И я Лиза.

- Блин, ну ты вообще герой! - В смысле?

Ни разу в декольте не заглянул, как она ни старалась.

О, спасательный круг! Оп!

- Тук-тук! - Войдите!

Ну что, я считаю, надо брать. Прайс понятный.

Как ты скажешь, я за.

Оль, слушай.

Нужно один вопрос разрулить.

Я ведь, по сути, твою семью кинул.

Ты не кинул, ты под уголовку не пошел ради нас.

Это ты так видишь, Оль.

А по факту это кидок.

Ну и уж коль мы решили вместе жить,

то с семьей нужно порешать.

Я понимаю, дед меня, может, и услышит.

- А вот Димка… - Давно тебе не насрать на мнение Димы?

Да простит меня мой сыночек.

Оля, я в этой жизни столько этого говна съел.

Если семья, то семья. Нужно разговаривать.

Хорошо, давай мы их с Зинкой позовем сюда на новоселье.

Сюда?

- То есть мы решили? - Мы решили.

Сегодня же бабло заброшу и пошлю адвокатов.

За пару дней, думаю, всё оформим.

Ты с ума сошел? Так быстро не делается.

Мои сильные. Они сделают.

Ну а если не сделают,

я им по пальцу отрежу.

Шучу. Только сломаю.

Понимаешь, когда прокурорская проверка начнется,

они твою связь с отцом, ну, в секунду раскопают.

И тогда, брателло, это будет серьезная проблема.

В том числе и у меня.

Кудрявцев нигде по документам как мой отец не проходит.

Проходит он или не проходит, ну какая разница?

Градовы прокуратуру зарядили? Всё, значит, найдут, как доказать.

Вплоть до ДНК-тестов.

И тогда это будет означать то, что вот в документе и написано.

«По предварительному сговору действовал в интересах Кудрявцева».

Понимаешь?

Ты на зону, что ли, хочешь?

Нет, не хочу.

Вот и я не хочу.

А потому, Игорёк,

бери ручку,

бумажку,

и пиши рапорт об увольнении по состоянию здоровья.

А я потом проведу это задним числом. Ну, пару месяцев. И всё тогда.

Давай.

Сергей Викторович,

думаете, других вариантов нет?

Игорёк, думать вредно! От этого голова болит!

И я не думаю, а точно знаю. Давай, давай, пиши, пиши.

Георгий Константинович, не сопьешься там?

Сопьюсь!

Из-за тебя сопьюсь на хрен!

Ты меня в этот беспорядок втравил, вот теперь иммигранствуем как умеем.

Но ты же письмо видел? Читал?

Почему в аэропорт не едешь?

Письмо я видел!

Только я тебе таких писем по стопке в день могу печатать.

Жопой!

Не, не, подождите, контакт надежный, процедура запущена, дело развалится.

Спокойно можете возвращаться, я даю слово!

Вы уже этих слов мне давали

по два раза, а что по итогам?

Я сижу бухаю ром, еще одиннадцати нету.

- Гулякин - наш. - Короче, будет бумажка

из прокуратуры, что дело закрыто, всё - сразу выезжаю!

Не раньше! Да, и мою надбавочку пять процентов не забываем, да?

Послушайте, мы нечего не забываем, просто голосование в конце недели.

Да мне по хрен!

Бумажка, Дима, бумажка!

- И чтоб, сука, с печатью. - Да это чисто практический вопрос!

Вы же знаете, какая там бюрократия! Всё дико медленно.

Ну, конечно! Как человека закрыть - так у них быстро.

А как печать поставить - так бюрократия.

Ну решение-то принято! На голосовании вы быть должны!

Всё, ваше здоровье, господа.

Сука! Сука, ты!

Расскажете?

Сын Кудрявцева дело вел.

Мы устроили проверку, сына уволили, дело развалили.

Кстати, Гулякин-то прав, бумажка нужна, она даже нам нужна.

Угу, угу.

Сейчас всё завязано на кейс с Гулякиным.

Конев сказал, что можно как-то деньгами вопрос ускорить,

но они просят неадекватную сумму.

Ты серьезно?

Ты серьезно?! Ты сейчас пойдешь и заплатишь за эту бумагу!

Столько, сколько просят! Еще Гулякину даже заплатишь!

Неадекватную…

Чувствуешь?

Запах победы. Скоро всё кончится.

Меня пару раз дернули. Тебя, пап, скорее всего, тоже.

- Что ж за гадство-то такое, а? - Пап, да ты не переживай.

Ну, меня уволили два месяца назад.

Дела тогда же «типа переданы» другому следователю.

Сходишь на разговор, скажешь, сын и сын, ну…

Чем занимается - понятия не имею, дела вел другой следователь.

А если мы Гулякина потеряем - всё, всей комбинации конец.

- Они же компанию захватят. - Ты серьезно?

Меня вообще-то могут в тюрьму посадить,

если докажут, что те дела вел я в твоих интересах.

Да не посадят, я съезжу к генералу, всё закроем.

Не зря же я в юности трудился.

Я 15 лет жизни отдал этой службе! И такой вот финал?

Да ладно, финал! Жизнь продолжается.

М-да, продолжается.

- Дед! - А?

- Можно тебя? - Да, что?

Да ничего, просто поговорить хотел.

Ну что, чего хотел-то?

- Спросить, как дела. - Ну ты ж не спрашиваешь.

- Как дела? - Антош, ты чего такой философский?

Из-за Марины? Ну погорячились мы.

В итоге-то там до дела не дошло.

Да не, я в общем.

Мы просто с тобой с твоего приезда

даже не разговаривали нормально ни разу.

Я тебе с самого начала сказал, я боялся,

что Марина узнает о наших действиях и потом всё расскажет отцу.

Да при чём тут Марина, дед?

Просто поговорить. Как дедушка с внуком, понимаешь?

Давай, давай.

Ты взрослый мужик.

У меня вообще с этими сюси-пуси не очень,

но если что-то сказать - говори.

Да, мужик должен быть сильным.

Прежде, чем что-то получить, надо это заслужить.

- Я с детства это слышал, дед. - Жизнь такая, да.

Дед, а вот скажи,

есть что-то в жизни, что не надо заслужить?

Что вот само собой разумеется, по умолчанию?

Не могу придумать.

А любовь? Отца или деда?

- Нет? - Ну, в каком-то смысле да.

Но в долгую и ее надо заслужить.

Знаешь, а я где-то читал, что любят не за что-то, а потому что.

Получается, что мы все не про любовь, да?

У нас же в семье никто никого не любит.

Я начинаю уставать от этого разговора.

Если ты правда считаешь, что тебя в детстве недолюбили -

к психиатру!

- Недолюбили, дед? Недолюбили? - К психиатру!

Мать всегда была занята собой. Дед работает, его лучше не доставать.

Отец Диму воспитывал! А Полинку баловал!

А я так, ошибка в формуле! Лишняя переменная! Ну, так же, дед?

Ну что мне сделать? Спросить: «Антоша, как твои дела?

Ну, как ты живешь?» Да?

«Что у тебя такое вообще?» Да?

Ну что сделать?

- Знаешь, откуда эта фотография? - Из Алёшиного кабинета.

Март месяц. Мне лет десять было тогда.

Нас отец с Димой позвал на дачу. На льдинах кататься.

Вот, и значит, плывем мы на такой большой-большой льдине,

и она в какой-то момент трескаться начала.

Отец с Димой на большую часть перепрыгнули, а я на маленькой остался.

И они так потихонечку, потихонечку отплывать начали.

И кричат мне: «Антош, прыгай, ты что, дурак, что ли?»

А я маленький, ну, испугался и застыл как вкопанный.

А льдина всё дальше и дальше от меня отплывает.

А я понимаю, что момент уже упустил и не допрыгну до них.

И мне так страшно стало, дед. Мне так страшно стало, что я обоссался!

И вот я стою на этой льдине с мокрыми штанами. Один.

Слезы текут, штаны мокрые,

а эти двое там на плывущей льдине ржут надо мной.

И Полинка маленькая на берегу тоже хохочет.

А ржали они знаешь почему, дед?

Потому что моя льдина уже причалила к другому берегу,

а я вместо того, чтоб сойти, продолжал реветь.

А они - ржать!

Ну и какая мораль? Что у нас семья на голову вся шибанутая?

Ну да, я такой, как есть, ты такой, как есть.

- Значит, работаем с тем, что имеем. - Да нет никакой морали, дед.

Просто я до сих пор стою на этой льдине один.

С мокрыми штанами. А вокруг все ржут.

Я сочувствую тебе, Антош. Ну хочешь мое искреннее мнение?

Хочу!

- Шах и мат, опа! - Мы вообще-то разговариваем.

Дай угадаю, опять ноешь, что тебя никто не слушает, да?

- Пошел ты на хрен! - Да иди сам на хрен!

По Гулякину есть инфа.

Нет, если, конечно, ваши тут переговоры куда более критичны для судьбы

- компании, пожалуйста, общайтесь. - Ну, что, что?

Для компании, может быть, и не критичны, а для меня критичны.

- Да что? - Да всё с тобой понятно, Антоша!

- Что тебе понятно? Что тебе? - Что там?!

Нашелся контактик.

Бумажка получена.

Ну как получена, скорее, оплачена.

- Бумага настоящая? - А то!

«Постановление…

Постановление о прекращении уголовного дела Гулякина». Это как?

- Значит так, подожди. - Так?

Копию - Гулякину.

- Оригинал - с курьером. - Угу.

- Джет, я говорил… - Оплачено.

- Оплачиваешь. - Оплачено.

- Собрание акционеров подтверждаешь. - Да. Да.

Зине быстро передать в самую парадную переговорную,

и там все пальцы - туда-сюда, давай, работай.

Давай ты сейчас… Стой, стой, стой, подожди, дед!

- Что? Что? - Подожди, давай ты сейчас признаешь,

что я провел ключевую комбинацию.

Да, да. И если б не я, ты бы сейчас у себя на вилле распускал персонал.

Так? Ой, ой!

Да я признаю! Признаю!

К делам, к делам, к делу, к делу, к делу!

Да, да, только уже всё сделано!

Курьер стартует через час, приглашения разосланы,

так что общайтесь, общайтесь. Общайтесь.

Браво! Пошел!

Антош, о чём мы там с тобой, а?

- Ты мне что-то сказать хотел. - Ах, да!

Забыл уже.

Давай. Давай, работать надо.

Давай, давай, давай, давай!

А штаны мы тебе новые купим.

Штук десять! Чтоб сухие были! Давай!

Сука! Сука! Уроды!

С какого прекращено, если следователь другой?

Ну, чего ты молчишь?

Они без меня это запустили.

На хрена ты там сидишь целыми днями?

И ты вот за это ты хочешь долю, да?

Сука. Теперь не будет тебе никакой доли.

- Без Гулякина мы в жопе! - Я решу этот вопрос.

Голосование в пятницу. Мне письмо пришло.

В общем, делай резюме. Тебе скоро работу искать.

- Я сказала, что я решу. - Как ты решишь?

Господи!

Правильно говорят, что мужики больше истерички, чем бабы!

Сука!

Удачный день, Юрий Сергеевич?

- Пока да. - Пока да.

Личная жизнь налаживается?

Федя, а ты почему в разведку не пошел служить?

На самом деле я считаю,

что влюбиться в вашем возрасте - это здорово.

Жизнь продлевает. Да и вообще.

Жизнь продлевает шунтирование.

Что в этом городе по ювелирным магазинам, а?

Ну, это смотря, для кого, для каких целей.

Всё-таки с разведкой я погорячился, да? Вопрос от ФСО?

Ну, например, обручальное кольцо.

Ну, не в ЦУМе же?

- Найдем. - Ну, поищи, поищи, поищи.

Угу.

И мы никуда не спешим. Я вас слушаю.

Я благодарен вам за встречу.

Понимаю, что у вашего ведомства полно других забот,

в связи с тем, что я хотел бы обсудить.

- Не знаю, с чего начать. - Нет повода нервничать.

Мы долго на одной стороне играли.

Хоть в разных конторах, но тем не менее.

Как вам, кстати, вне министерства?

Ну, много суеты. Но бодро.

Представляю.

Я пришел к вам за помощью, как вы понимаете.

А взамен, ну, кроме основного,

я готов оказать вам дружбу, содействие, по любым вопросам.

Без обид, но ваша дружба при потере «Галактики» ничего не весит.

А с «Галактикой», я так понимаю, всё?

Еще нет. Как выясняется, мы еще не проиграли.

По существу вопроса так: вопрос с Гулякиным закрыт, дело развалено.

Этот фарш назад провернуть можно только с рукой.

Это понятно.

Что касается вашего личного вопроса, могу дать совет.

На вас ничего нет, только слова Фролова.

А записи?

Они получены без постановления, это незаконно.

Любой следователь это знает.

Поэтому идите на беседу без адвоката и говорите всё как есть.

- А как есть? - Ну, это уж вы сами решайте.

Сын он вам или нет - дело семейное.

Спасибо за время.

Удачи на поле боя.

Алексей Юрьевич с нашим ведомством дружить не хотел.

Буду рад, если это изменится.

А с этим?

Оставьте там.

Что вы, как в первый раз, что ли?

Спасибо.

Вау.

Привет.

Привет.

Так?

Тебе идет этот кабинет.

Знаешь, Надь,

мне кажется, он был бы рад, что ты с нами.

То, что мы побеждаем.

Не могу почувствовать момент. Слишком нервно.

Может, выпьем?

Давай.

За что пьем?

За то, чтоб голосование прошло как надо.

Прекрасный тост.

Пройдет, никуда не денется.

Мне кажется, что мы с тобой снова в точке «Медведь».

Тебе кажется.

- Да? - Угу.

Но мы можем снова в ней оказаться.

Зина уже уехала?

Мне как-то слабо верится, что я как-то так вот…

Раз вдруг - и мужчина твоей мечты.

Что ты хочешь?

Я не знаю, что я хочу.

Долю, должность? Нет?

Про долю свежо предание, а должности мне вроде как хватает.

Значит, любовь?

Хочешь честно?

Да.

Я слабая хрупкая женщина,

и я хорошо чувствую субординацию.

Какая сексуальная метафора.

Я чувствую, что ты будешь здесь самый главный.

И я хочу быть уверенной, что мне найдется местечко

под градовским солнцем.

Подожди. Это будет от тебя зависеть.

Другое дело.

- Как ты это удержишь? - Удержу что?

Власть!

Ничего удерживать не надо, я деда не трону, пусть куражится, управляет.

Сколько это продлится, год, два, три? Я подожду.

- Жестоко. - Нет, это реалистично.

- Полина? - Полина - вообще не проблема.

Будет выделываться, я ей быстро газ перекрою.

- Антон с Мариной? - А вот это проблема.

Да.

К сожалению, акции Антона придется размывать.

Медленно, но верно.

Я зарядил юристов, так что прижмем в угол и выкупим по дешевке.

- Мощно! - Очень.

Вот план. Как, удовлетворяет?

Вполне.

Хочу напомнить, что мы находимся в кабинете Лёши,

это слишком, даже для Градовых.

У нас никогда не было проблем с помещениями.

Это правда.

- Привет. - Привет.

Послушай меня, Антон.

Когда Дима станет директором, он размоет твои акции

и продаст тебя за копейки.

Откуда ты это знаешь?

Это неважно. Важно то, что ты просто лишишься своей доли.

- И что ты хочешь, чтобы я сделал? - Я не знаю. Решай сам.

Посоветуйся с Мариной, может быть, она поможет.

Зачем ты мне это рассказала? Ты ж нас ненавидишь.

Дима смешал меня с говном однажды и выкинул на улицу.

Вы с Мариной следующие, а я знаю, каково это.

Я просто хочу, чтобы кто-нибудь пообломал ему белые зубы.

Так-то с виду он был в шоке, но по факту поступить может как угодно.

Надо, чтобы он воздержался, тогда голосование сорвется.

Накрути Марину.

Накрути. У них там, похоже, с мужем внезапно любовь началась.

Тем более, он ее послушает.

Что у тебя со следствием?

- Завтра иду на дружескую беседу. - Перспективы?

Будем смотреть.

Ну, всё? С богом.

Полин, послушай хотя бы это сообщение до конца, я знаю, кто крот.

Это серьезно, давай встретимся, пожалуйста.

Ну и что ты встал здесь?

- Эй, ты чего творишь-то, а? - Спокойно, спокойно.

- Ты кто, блин, такой вообще? - Это что такое?

Блин, ты что, мне сейчас эту фигню впаривать будешь? Это не мое!

Если не твое, то и проблем не будет.

Поехали! А ну садись, поехали!

Взяли его? Молодцы. Ну, прессаните там его по полной.

Отбой.

Ты с ума сошел. Как я его уговорю за тебя голосовать?

Ну, жена мужа всегда может уговорить.

Мы впервые за долго время стали жить как семья.

И ты не представляешь, чего нам это стоило.

А сейчас я приду к нему с этим предложением,

и он подумает, что я наш брак спасала

не ради нормальной жизни, а ради твоих бабок!

Нормальная жизнь, дочка, это когда есть на что жить.

Антона сожрут и выплюнут.

Еще долю отнимут.

Ты с ним не тоже самое хочешь сделать?

Ну, со мной он застрахован.

Я же не буду отбирать деньги у своего зятя.

Это значит, у тебя отбирать.

Я тебе не верю.

Пусть хотя бы воздержится.

Голосование перенесут на месяц, а за месяц многое что может случиться.

Нет, давай закончим этот разговор.

Подожди.

На вот, держи.

- Что это? - Парный ключ от сейфа.

На Кипре в нашем банке.

Ячейка 318.

Второй такой же - у Надежды Воскресенской.

У Надежды?

Я потом тебе всё объясню. Там документы на кипрскую компанию.

Половина ее, половина моя.

А, значит, - твоя.

И?

Я сегодня еду в СК.

Если я оттуда не выйду, держи ключ при себе.

И никому не отдавай. Ни под любым предлогом.

Там доверенности, хрененности, адвокаты - никому.

Пап, что значит «если не выйду»?

Ну, перестраховка.

С такими заведениями - всегда лотерея.

Дим, прости. Не успели подготовиться.

Мам, скажи, ты вот это вот тоже, да, есть будешь?

Да, а что?

Ну, вообще, как Саша скажет.

Пусть поправляется.

Ну тогда тоже углеводов бахну, пока Зина не видит.

Давай, давай, давай, давай!

А, кстати, чего Зина соскочила?

Ну, она готовит встречи акционеров, вся в мыле…

Да, Дим, про встречу.

- Я… - Я, кстати, поздравляю вас!

Ну, это же очень круто. После дома тесновато, наверное.

Но так, сколько тут? 400 квадратов. Правильно?

Для двоих вполне норм. Паркинг есть?

- Три места. - Ой, ну красота.

- Летние можешь у нас ставить, Саш. - Да здесь всё рядом. Рестораны, музеи.

Я вообще думаю поменьше на машине, побольше пешком.

Правильно, правильно! 10 тысяч шагов в день!

Дим, я голосую за Кудрю.

Что?

Так надо. Для нас с Олей.

Так надо.

А я думаю, что на хрен за семейные посиделки такие?

Какой план-то был? Типа я вот под хачапуры легче схаваю?

Братиш, ты особо-то не борзей.

Если надо, я тебе конкретно расклад объясню.

А я тебе не братиш, я теперь тебе сын получается, да?

Бать! Или если вы просто трахаетесь, это пока не в счет?

- За базаром следи. - Дима, давай как-то поспокойнее.

Саша не мог по-другому поступить, я его поддерживаю.

О как!

Да не, в целом по хрен! Саша, Гулякин - наш.

По сути, твои 10% ничего не решают.

Так тем более, какого хрена ты тут расчувствовался-то, фраер?

Ой, «фраер»! «Фраер». Мам, тебе вот это нравится? Скажи!

Феня на завтрак! Заточка на 8 марта, да?

Погнал, Димон.

Саша, мне на твой базар по фигу!

Слышишь?

И на твой голос мне по фиг! А знаешь, почему?

Потому что, Саш, ты крыса! Понял меня? Ты крыса!

А у нас в семье крыс…

Саш! Ты что?

Помолчи сейчас.

Тебе хана! Тебе хана, Саш.

Хрен тебе, а не доля в бизнесе!

- Утро! - Красиво.

- Да, красиво. - С утра решил отмечать?

- Это для правильного настроя. - Ага…

- Может, подождем, осталось недолго? - Я больше не хочу ничего ждать.

Жить надо сейчас, а завтра - это будет завтра.

Что за настроение?

Ты права, сегодня всё решится, так или иначе.

Я надеюсь, что решится так.

Но даже если всё рухнет, всё погибнет вокруг,

я хочу жить дальше, а живу я только с тобой.

И благодаря тебе.

Выходи за меня замуж.

- Юр, я… - Не надо ничего сейчас отвечать.

Ты давай доведи дело до конца. Всё обдумай.

Для меня важно было сделать это до.

В общем, как-то я так много говорю для этой ситуации.

- Юр! - Я поехал! Поехал, поехал.

Ты как?

- Тревожно, если честно. - Таблетку выпил?

Что тебя тревожит?

Как думаешь, когда Дима компанию получит,

он сможет нас с Полиной выжать?

Юридически - понятия не имею.

А морально - конечно, сможет!

То есть ты допускаешь, что он брата с сестрой на улицу выкинет?

Ты вспомни премию эту несчастную, как его тогда бомбануло!

А сейчас целая компания на кону.

Ты думаешь, с кем-нибудь из вас он захочет ее делить?

Я не знаю, Марин.

- Я не знаю, как мне голосовать. - Никак.

Если ты воздержишься, решение не примут.

И что мне это даст?

Собрание перенесут, у тебя будет время.

- Возможно, что-то изменится. - Что изменится, Марин?

Твой отец кого-то из акционеров еще на свою сторону перетянет?

Это изменится?

У моего отца нет шансов выиграть.

А ты пока с дедом попробуешь договориться. Дед тебя точно не кинет.

Я должен за Диму голосовать, Марин! Это моя семья, это моя компания!

Хорошо. Делай, как хочешь, я приму любое твое решение.

- Правда? - Правда.

Но с дедом поговори перед голосованием.

Могу записать?

Да, можете записать.

Так. «Со слов Кудрявцева Геннадия Андреевича,

у него нет иных детей, кроме Градовой Марины Геннадьевны.

Фролов Игорь Геннадьевич не является моим родственником…»

Как это лучше записать-то?

«Игорь Фролов не является моим сыном.

Мы не родственники. И даже не друзья, просто знакомые.

Утверждение Дмитрия Градова о нашей родственной связи

является клеветой, за которую я подам на него в суд.

Градов утверждает, что Фролов мой сын,

чтобы оказать на меня воздействие и получить финансовую выгоду

в связи с моим конфликтом с АО «Галактика».

Какую либо связь с Фроловым я отрицаю».

Геннадий Андреевич, давайте всё то же самое, только помедленнее.

У меня просто через час голосование акционеров.

Давайте мы как-то ускоримся.

Что?

Я хочу с тобой поговорить перед голосованием.

Это прям горит?

- Прям горит. - Что случилось?

У меня есть стопроцентная информация, что Дима…

Что Дима после своего избрания размоет мои акции и лишит меня доли.

Откуда информация?

- Это неважно. - Это как раз важно!

Это источник, которому ты бы 100% поверил.

Ну, чья это информация? Что ты как маленький?

Дед, я маленький, я глупый,

и со мной тут давно уже никто не считается, я помню.

- Но я не буду за него голосовать. - Ты с ума сошел! Ты!

- Или… - Или! Или? Или, или, или?

Мне нужны гарантии,

что мой брат меня не кинет.

Я, ты слышишь? Твои гарантии!

Пока я жив, тебя никто не кинет! Слышишь?

Я здесь решения в семье принимаю, слышишь?

А ты уверен, что он тебя не кинет?

Я никогда не делаю того, в чём не уверен.

Я не знаю.

Ну, ну. Посмотри на меня.

Ну-ка, вздохнул глубоко…

Ну? Забыли, всё.

Всё хорошо, всё.

- Ты что здесь делаешь? - Тебя жду!

Нам одну формальность урегулировать надо.

- Какую формальность? - Вон.

Что это?

«Я, Дмитрий Градов, после вступления в должность

управляющего директора АО «Галактика»,

отказываюсь от попыток размыть, заблокировать, арестовать пакет акций

Юрия Сергеевича Градова, гарантирую не подписывать указов

и прочих документов стратегического значения для компании

без уведомления Градова Юрия Сергеевича,

а также не предпринимать иных действий,

ущемляющих имущественные права акционеров компании».

Это что за творчество? Это на хрена?

А вот понятийка, которую ты сейчас подпишешь, любимый внук.

Ты в чём-то сомневаешься?

Нет.

Давай, если у тебя есть какие-то там, я не знаю, ты не уверен в чём-то…

Вот закончится голосование, мы с тобой сядем, поговорим.

Да, да, я вот это внимательно прочитаю и всё подпишу.

После голосования этим разве что подтереться можно будет,

да и то не безопасно: бумага жесткая.

А застраховать себя я должен сейчас.

Если что, вот с этой понятийкой суд ты у меня не выиграешь.

Суд не выиграю.

Но руки у меня будут развязаны. В этическом аспекте.

Ты для меня чужим станешь. Так что лучше подпиши.

Нет. Я не буду вот это подписывать.

Тогда я сейчас пойду к Антону и скажу,

что ты собираешься размыть его акции,

как думаешь, он проголосует за тебя?

- Сука! - Кто?

- Ты! - Не ори!

Запомни, вот это я подписывать не буду. Точка!

Ты главным хочешь быть

или всё время передо мной яйца свои выкатывать, как в боулинге?

Козел старый! Доволен?

Доволен. И хватит ребячиться.

Дмитрий Алексеевич.

Ступайте царствовать!

Съешь! Успокоишься.

Уважаемые партнеры!

На правах основателя компании я позволю себе начать наше собрание.

На повестке у нас один вопрос: выборы финансового директора.

Как вы знаете, у нас две кандидатуры.

Ну, знаем, знаем. Можно уже без этого, Юрий Сергеевич?

Георгий Константинович, такой порядок. У нас две кандидатуры:

Градов Дмитрий Алексеевич и Кудрявцев Геннадий Андреевич.

Исходное количество голосовых акций. Градов - 10, Кудрявцев - 20.

Можно я начну?

Ну, понятно, как я голосую, да?

Полин, давай по процедуре, пожалуйста.

Голосую за своего братика Диму Градова.

Спасибо.

Голосую аналогично. Дмитрий Градов.

Я голосую за Кудрявцева.

Крыса, блин.

Продолжим, коллеги.

Да, ну, я голосую за Градова-младшего.

- Ну, за Диму, короче. - Спасибо.

Я голосую за Кудрявцева.

Дим, мой голос за Кудрявцева.

Потрясающе.

Поддерживаю…

Диму Градова.

Сука, на, подавись, понял?

Сука, подавись.

Я прошу прощения, у нас еще не проголосовал Антон Градов.

Да, Антон понятно, как проголосует. Ну чего ты?

Чего?

Давай, братик! На счет три, да?

Раз!

Два!

Я голосую за Кудрявцева.

Что, прости?

Я голосую за Геннадия Кудрявцева.

Ты что, ты таблеток обдолбался? Ты что несешь?

Антон, скажи просто как учили.

Я голосую за Геннадия Кудрявцева.

- Он три раза сказал. Вы что, оглохли? - Заткнись, блин, сейчас! Ты что?

Я проголосовал. Надеюсь, теперь вы меня услышали?

Зинаида! Вы циферки-то на доске пишите.

«Кудрявцев +10».

Пиши, пиши! Надо ж соблюдать процедуру.

- Антош, я прошу тебя не делать этого! - Ты что делаешь?

Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?

Этот человек убил отца нашего. Ты ему компанию сейчас отдаешь, ты что?

Так, я что-то не понял!

А что у нас тут, собрание акционеров или у нас игра в дурачка, а?

Антон вам всё сказал. Хорош на него давить.

Антон!

Считайте!

Антош, ты на льдине не один.

Поздно, дед. Я один.

Ну что ж! Поздравляю вас, Геннадий Андреевич,

с назначением на пост управляющего директора АО «Галактика».

Спасибо, дорогие партнеры,

за доверие.

Постараюсь оправдать.

Ты сейчас что сделал?

Ты что сделал?

Сука! Ты что? Я убью тебя сейчас.

Ты дурак, что ли?

Дима!