Original subtitles

Время непростое, страну лихорадит,

а у тебя в части бардак! - Да послушайте!..

- Один застрелился при невыясненных обстоятельствах,

другой открыл огонь по сослуживцам, а третий, который всё это устроил,

сбежал и до сих пор не найден! Что у тебя творится?

- Кто принял такое решение? Проект курируется самим...

- Он сам решил.

Андрей, а если они у тебя все сбегут в самоволку?

С такими-то способностями... ты представляешь, что они натворят?

Они же всю страну под себя подомнут!

В общем, так, приказ до тебя доведен. Исполнять.

- Есть.

Рота, подъем!

Форма одежды номер два, построение через минуту!

- Слушай, а чё колют-то? - Да *** его знает!

Вакцина какая-то. Эпидемия.

- Тихо, тихо, тихо. - Вань, ты чё, Вань?

- Ты как? - Чё с тобой?

- С головой что-то. - Голова?

- Так, вы трое, заходим. - Мы?

- Заходим, заходим!

Илья... Там Губанов жалуется, что у него голова кружится.

Иди посмотри, как он. - Да, хорошо. А с этими вы как?

- А с этими я сама. - Хорошо.

- Вы уже знаете, что Олега Пескунова до сих пор не нашли?

Мы допустили большую ошибку.

Он опасен. Очень.

Однажды он даст о себе знать. Я в этом уверена.

И я хочу, чтоб в этот момент нашелся кто-то,

кто сможет его остановить.

- Остановить?

- Это вакцина обнуления,

она лишает человека способностей таких, как у вас.

Я знаю, что вы не такие, как Пескунов,

и не будете пользовать свой дар во зло.

Пообещайте мне, когда понадобится ваша помощь,

вы будете рядом.

Обещаем.

- Хорошо.

Держи.

Свободны.

Мы допустили большую ошибку.

А что случилось?

- Стойте! - Ты слышишь меня, Виталь?

- Кто это сделал? Его взяли? - Нет, успел уйти. Ищем.

Граждане, за оцепление нельзя.

Толкай.

- Виталий!

Виталий!

- Ну ты как?

- Не верится в то, что это произошло.

- Виталь, ты лучше иди поспи, отдохни, а завтра поговорим.

- Поспать - это хорошо.

Слушай, у меня к тебе еще одна просьба будет

насчет одной девушки. Но это только между нами.

- Лады.

Виталий Андреевич!

Мои соболезнования по поводу вашего друга.

Если ты не сам его убил.

- Думаете, я к этому причастен? - Ну...

обстоятельства смерти Бабера и Алханова наводят на разные мысли,

но я не думала, что следующим будет Орехов.

- И зачем, по-вашему, мне всё это нужно?

- Камушек этот, рубин, все никак... - Это бред какой-то!

Может быть, хватит? Вы всерьез считаете,

что я всех их убил из-за денег?

- Очень хочу это выяснить. - Выясняй!

Отец Григорий, жалоба на тебя поступила.

- Вы об Инге? Навет.

Навет и пустословие в словах ее.

- Григорий, сам факт, что тебя, приходского священника,

служительница в таком обвиняет.

- Я ума не приложу, что на нее нашло, родимую.

- Собор постановил приход у тебя забрать.

Собор?

А чего ж не пригласили? Или я на свою защиту права не имею?

- Собор не обязан перед каждым священником отчитываться.

Выходки твои мы давно терпели. Сколько раз прикрывали тебя!

То ты на мотоцикле своем рысачишь,

то в проповеди своей от Писания отойдешь.

А некоторые прихожане так и вовсе в колдовстве тебя обвиняют.

А тут еще это! На такие обвинения, Гриш, никто глаза закрыть не может.

- Вы знаете, я людям помогаю, а они на восстановление храма жертвуют

и вас, владыка, всё это устраивало,

к тому же колдовством моим и вы пользовались!

- Не паясничай. Решение собора ты знаешь.

- Да, хороши слуги Божьи, твари дрожащие!

- Молчи, Гриш, пока я слова твои наверх не передал.

- Чего хотят там, не ведомо ни мне, ни вам, епископ Андрей,

ни даже тем, на кого вы пальцем показали.

Поэтому делайте, что хотите. Суда людского я не боюсь,

а на Суд Страшный анонимки не принимаются.

Так и передайте начальству,

что отец Григорий послал их с Божьей помощью куда подальше!

- Латте на кокосовом.

- Нелли! - Вот этот.

- Спасибо большое.

- Спасибо, Нелли! Пожалуйста, Серёжа!

- Нелли! Можно кофе? - Так ты не заказывал.

- Сейчас захотел. Будешь кофе? - Виктор Александрович!

- Два, два. Спасибо.

- Подождите, пожалуйста! - Да, да, хорошо, договорились.

- Виктор Александрович... - Ну чё у тебя, Нель?

- Хочу расследовать убийство Шиманской.

- А чё расследовать? Таксиста взяли уже.

- Помните флешку, где собран компромат на Белозёрова и его друзей?

Одного из них сегодня ночью убили. - Кого?

- Адвоката Орехова. И причем также в подъезде.

- Ну допустим. Дальше что? - Осталось двое:

частный детектив Белозёров и священник, отец Григорий.

- Угу. - Белозёров рассматривался

как главный подозреваемый по делу Евы,

а сейчас проходит по делу о похищении рубина из музейной диадемы.

А отца Григория, я узнала, обвиняют в домогательстве.

В общем, в этом всём прослеживается какая-то...

- Подожди, что ты про священника сказала?

- А, служащая церкви обвинила его в домогательстве.

- Вот, вот найди ее. - Кого?

- Ту, которая священника обвинила, и возьми у нее интервью.

Это будет твоим заданием.

- Подождите. - Накопай каких-нибудь подробностей,

чем грязней, тем лучше. Справишься?

Или мне кому-то другому предложить? - Э... нет, я сделаю.

- Ну, ну вот. Что-то еще?

- Нет. - Всё, до вторника.

Да, заходи.

- Товарищ майор, у меня кажется, кое-что есть.

Экспертам удалось найти на двери пальчик,

который не принадлежит Орехову.

Принадлежит Константину Коврову.

Он брат девушки, которую насмерть сбил один из клиентов Орехова.

Орехов, как вы знаете, дел не проигрывал.

Обвиняемый был оправдан и выпущен на свободу. Как считаете? Мотив?

Странно быть здесь вдвоем только.

- Следующие мы, Гриш. - Или близкие.

- А у тебя они есть, эти близкие, Виталя?

Алёнку свою спрячу куда-нибудь подальше,

чтоб Пескунов до нее не добрался.

- Мы должны найти его первыми. - Да ты что!

Где его искать будем? Может, идеи какие есть?

- Что ты предлагаешь?

Ждать, пока твой Господь о нас позаботится?

Господа всуе не упоминай.

Может, ты забыл, а я еще тогда говорил, что добром это не кончится.

Был у нас выбор? Был! Но тебе он не по душе оказался.

- Что ты делать будешь? Бегать от него всю жизнь?

- Бегать я от него не стану.

А когда он меня найдет, пусть нас Господь рассудит.

- А-а...

Ну что ж, теперь каждый сам за себя.

Прощай, Гриш.

Господи, я не могу перестать думать об этом.

Я же доверяла ему. Так доверяла!

Я не знаю, что мне делать.

Как быть? Помоги мне, пожалуйста.

Господи, подай мне знак.

- Здравствуйте. Инга Рябова? - Да, а вы?

- Меня зовут Нелли, я с телеканала "Метрополис".

- По какому поводу?

- В общем, я понимаю, что, возможно, вам трудно об этом говорить,

но отец Григорий... - Откуда у вас мой адрес?

Уходите, мне нечего вам сказать! - Инга, подождите!

Не может быть, чтобы такой смелой женщине нечего было сказать.

- С чего вы решили, что я смелая?

- Ну, вы же подали заявление. Это уже поступок.

- Да, написала, и что? Мне сказали, ему ничего не будет.

- Еще скажите, что вы сами виноваты. Инга...

Вы уверены, что он больше ни до кого не будет домогаться?

- Я не знаю, что мне делать.

- Я могу вам помочь.

Но только мне тоже будет нужна ваша помощь.

То есть вы не знаете, где сейчас находится ваш супруг?

- Ну я же говорю: он не ночевал дома, дозвониться я до него не могу.

Да что происходит, почему вы роетесь в его вещах?

- В постановлении всё было написано. Присаживайтесь, пожалуйста.

Ничего странного не замечали за ним в последнее время?

- Сны ему снились странные, кошмары.

- А что за кошмары? - Что он то ли нападает на кого-то,

то ли что... Ерунда какая-то.

- Значит, сбываются сны иногда.

- Что вы имеете в виду? - Ваш муж подозревается в убийстве.

Так что, если вы знаете, где он может находиться, лучше скажите нам сразу.

Звонил вчера с какого-то неизвестного номера. Я записала.

- ***.

Ну здрасте! Оп... оп...

- Я воспользовалась душем и надела вашу толстовку.

- Класс! - Простите, я не хотела,

я сейчас переоденусь. - Всё нормально.

Всё хорошо.

- Виталий, я... - Я же сказал, что всё нормально.

Откуда у вас это?

- Я не знаю. - Совсем свежая.

У меня товарищ в полиции.

Я попросил его, он проследит ваш путь по камерам движения.

Скоро мы узнаем, кто вы.

- Вы знаете, я, кажется, что-то вспомнила.

- Ну... - Ты что, не ела ничего?

Алён... - Я у Гоши была.

А я говорил, что всё это ни к чему.

Он сказал, чтобы я его не ждала

и вообще к нему не приходила больше. Типа он сам во всём виноват.

Ну что ж, правильно всё сказал.

- Пап... - Может, со временем

другим человеком станет. - Ты не понимаешь?

Я его люблю.

- А он тебя?

Может, тебе в наш дом в деревне переехать?

Ну чё тебе мотаться со мной по съемным комнатам?

Пока я приход не приму, м?

А помнишь, как мы с мамой каждое лето туда приезжали?

Вместе с тобой качели сделали из покрышки, помнишь?

Я тебя раскачивал, а ты кричала: "Еще! Еще! Еще!"

Да, давно мы там не были.

Знаешь, я тебе...

я тебе в любовных делах не советчик.

Единственную свою женщину, которую любил,

я удержать не смог, ты это сама знаешь.

Но я тебе так скажу:

то, что сердце тебе подскажет, тот и путь правильный.

Бог, Он ведь через сердце говорит.

Только не всегда человек этот голос слушает.

М-м? Ладно.

- Пап... - Ага.

- А качели еще целы, как думаешь? - Конечно.

Я не могу с уверенностью сказать,

но мне кажется, что это действительно со мной случилось. Этот бассейн...

А еще... еще там был какой-то человек...

силуэт... Я не знаю, кто это, я не видела его лица.

Помню, что мне было очень страшно.

Что происходит?

- Мне кажется, теперь всё понятно.

Я знаю, где это место. Знаю, где это. Собирайтесь.

Алёну свою спрячу подальше,

чтоб Пескунов до нее не добрался.

- ...найти его первыми. - Да ты что!

Где мы его будем искать? Может, идеи какие есть?

- Что ты предлагаешь? - Ждать, пока твой Господь

о нас позаботится? - Господа всуе не упоминай!

Может, ты забыл, я еще тогда говорил, что добром это не кончится,

получим мы за всё по заслугам!

- Отец Григорий! - Я не принимаю сегодня никого!

- А следователя примите?

У меня санкция на проведение оперативно-розыскных мероприятий.

Вам документ показать?

Папа, папочка, не уходи, пожалуйста! Папочка, не уходи, родной!

- Убери ее! - Папочка! Не уходи, пожалуйста!

Папочка! Папочка!

- Предательство простить не можешь?

Сначала папаша непутевый бросил, потом и муж поступил точно так же.

Поэтому и не доверяешь никому.

- Собрали информацию?

Молодцы.

Мы с вами об этом тоже поговорим, только позже.

Я не за этим сюда пришла. - А зачем же?

- Кто такой Пескунов?

- А откуда вы услышали это имя?

Вона как! Уже и за служителями Господними следите?

- А я не за вами слежу, за Белозёровым.

Он мне нужен. Насколько я знаю, вы сейчас с ним не в ладах?

Расскажете мне всё, что знаете о его делах,

и я вам лично гарантирую иммунитет.

- Вот он мой иммунитет.

Раз уж пришли, могу исповедать. Хотите - причастимся.

Но про Виталия мне нечего вам сказать.

- Ясно.

Подними всё, что у нас есть о прошлом Белозёрова и Обухова.

Где учились, где служили... Главное, не было ли с ними некоего Пескунова?

- Можем установить? - Думаю, без проблем.

- Ну и отлично.

Всё, приехали.

- Да, я знаю этот дом. Мне кажется, я здесь уже была.

- Пойдемте.

Проходите. Пойдемте.

Идите сюда.

- Да, это тот самый бассейн.

Я ничего не понимаю, что всё это значит?

Я что, действительно здесь была? - Нет.

Это не ваши воспоминания.

- Напугал. - Прости, прости.

Ну как? - Еще 300 метров,

как врач прописал. Сказал - даст время.

- Почему я это помню?

- Вам это кто-то внушил. Это чужая память.

- То есть как? Кто?

- Тот, кто хочет отомстить. Мне.

Слушай, у меня хорошие новости.

Я нашел новую программу экспериментального лечения.

Договорился - там для тебя будет место.

- Виталь, мы же это обсуждали.

Я не хочу быть подопытным кроликом.

- Свет...

- Прости.

- Пожалуйста.

- Хорошо, я попробую.

Обещаю. Я схожу.

Света научилась обманывать меня.

Я и не знал, что уже тогда она всё решила.

Свет, я дома!

Виталя... Мой любимый муж, мой самый лучший человек на земле.

Знаю, это жуткий эгоизм.

Но я не могу допустить, чтобы ты увидел меня такой,

какой сделает меня болезнь.

Я хочу уйти сама. - Свет!

Надеюсь, ты найдешь в себе силы простить меня.

- Света! - Спасибо, что ты был в моей жизни.

Ты сделал меня самой счастливой женщиной в мире.

Я люблю тебя бесконечно.

Прости. - А-а!

Не хочу быть обузой.

- Света! Свет! - Так будет лучше.

- Света! - Люблю тебя.

А, а, а! СВЕТА!

Она выпила пачку снотворного и зашла в воду, не оставила мне шансов.

У меня началась депрессия, я перестал есть, спать...

Потом начались головные боли, но они, собственно,

по-прежнему...

Но именно они вернули меня к жизни.

- Ой. - Всё в порядке?

- Да. Просто...

такое ощущение, как будто это и правда было со мной.

Так, пойдемте отсюда.

Отец Григорий...

- Ты не серчай, ежели чего.

Ремонт доведешь до конца. Материала я тебе еще подвезу.

- И куда вы теперь, батюшка? - Как куда?

В злачное место, предаваться греху винопития.

- Только вы сильно-то не отчаивайтесь

да в руках себя держите, себя берегите,

а то, помнится, прошлый раз

вы в этом злачном месте драку затеяли.

- Да это ж я бесов у людей усмирял.

А сегодня подобного в планах нет.

Всё, поехал.

Ну-ну, Вень... Веня... Всё.

- Вызывали, Сергей Рустамович? - Да.

Да. Юль, я по поводу нашего вчерашнего разговора.

- Серёж, пожалуйста, давай не будем. - Подожди. Подожди.

Прости, пожалуйста, что я сразу всерьез не воспринял

твою версию про гипноз.

Я переговорил с компетентными людьми, ты оказалась права.

Эта учебка реально существовала, экспериментальный проект "Гипнозис".

Его курировали военные, и они там действительно,

вроде как, экстрасенсов готовили.

Вот. Правда, ее расформировали где-то в конце девяностых,

но тем не менее.

Так что вот, как просила -

пропуск в спецхран на сутки.

- Спасибо, Серёж.

- Юль, еще я... я понимаю, что напугал тебя

тем, что поторопился...

Да, давай не будем спешить.

Но и на месте стоять я тоже не хочу.

Я поговорил кое с кем из главка,

мне дали добро на то, чтоб я перешел в экономический.

Так мы можем не работать в одном отделе, ты не будешь моей подчиненной.

Что?

Ну вот такой вот хоть и маленький, но шажок навстречу друг к другу.

- Знаешь, что мне сегодня сказали?

Что я не способна довериться другому человеку,

потому что прошлое меня не отпускает. - Ерунда, не слушай никого.

- Да, меня сначала тоже это выморозило, но...

в этом есть доля правды.

Я не готова.

Дальше такая банальная фраза, наверно, последует,

что ты прекрасный человек, и дело не в тебе.

Я не готова.

За пропуск спасибо. Правда.

- Чем могу.

В тот вечер я осталась в храме помогать отцу Григорию.

Он никогда не просил, это была моя инициатива,

мне было в радость. А он иногда мне платил или угощал чем-то.

Так вот, вот в тот вечер отец Григорий был нетрезв.

- Он любит выпить? - Бывает.

Но не когда он с паствой, или когда у него служба, нет.

- И что случилось потом?

- Он... попытался овладеть мной.

- Можно поподробней? Как это произошло? С чего всё началось?

- Он...

Я... э...

Я...

Да, вы.

Или вам захотелось минуту славы? Вы не рассчитывали

на такие детальные вопросы? - Я не лгу.

- Расскажите конкретно, где и как он вас трогал?

Ну!

- Я не могу вспомнить.

- Инга, что значит, вы не можете вспомнить?

- Так, стоп! Врача позови. - Никаких стоп! Дим!

Чё эта малолетка мне командует? - Э... стоп!

- Был стоп. - Какой стоп?

- Был стоп. - Нель, что происходит?

Ты обещала, что она будет говорить правду здесь!

Ты обещала, она будет говорить.

- Это скорая? - Это всё в эфир, ты понял?

- У нас тут женщина с кровотечением из носа.

- У вас было такое раньше? - Это всё в эфир, понял?

- Так, бегом к черному входу! - Я за ним!

Стоять!

- Ну что, видели его? - Нет. Ушел, зараза.

- А как он мог уйти? - А я откуда знаю?

Что? - Да не, ничё.

- Патрулям передайте ориентировку. Пусть прочешут район.

- Есть.

- Давай еще. - Хватит, батюшка.

- Давай-давай.

Вот, нашли с соседом качель. Кстати, тебе от него привет.

Качается. Всё в порядке. Ой!..

Но я, конечно, в шоке, тут дома уже так близко,

что как будто я в городе нахожусь.

Всё, пап, жду тебя. Будем качаться вместе. Целую.

- Эй, бэтмен! Ты, что ль, тот поп, который на байке гоняет?

- Поп - это музыка такая, а я - батюшка. Наверное.

- А правду говорят, что ты прихожанку свою прокатил, но не на моте?

Гриш, забей.

- Нет, ну, может, тебе на то Господь Бог разрешение выдал?

Тогда вопросов не имеем!

Я с тобой разговариваю.

- А вот это уже святотатство. Изыди, нехристь!

Ты ***!

- А ну хватит! - Э-э-э, ребят!

Мужики, хватит!

Э-э-э! Хорош! Хватит!

- Руки от него убрал! - Да всё, всё.

Еще кто-то хочет?

- Хорош уже, ну! - Всё, спокуха!

- Вставай. - В церкви ты была другой.

Ты, вообще, знаешь, какой... какой он друг?

Таких друзей уже не будет.

- Уверена, он был хороший человек. - Хороший!

Платон, он... Платон, он лучший.

Ты, вообще, знаешь, какие бывают друзья?

- Знаю. Поэтому у меня их и нету.

- Это почему "поэтому"?

- Потому что предают. - Ну не все же. Люди разные бывают.

- Разные. Поэтому и предают по-разному. Но все.

Но ты не предашь. Я уверена.

Щас попробую покачаться.

О... Качаются.

Блин, как круто! Сейчас...

Качаются. Всё в порядке.

Ой... Всё, пап, жду тебя, будем качаться вместе. Целую.

- Держите. - Спасибо.

- Ваша татуировка... Такая же была у моей жены.

- Кто мне ее сделал?

- Пока не знаю.

Так, Пескунов Олег Анатольевич.

Младший сержант, проходивший срочную службу

на территории секретного объекта части номер 150 179.

Применил оружие по отношению к сослуживцу.

Отправился в самоволку, не пройдя вакцинацию.

Считать особо опасным. В результате поиска беглец не найден.

Не прошел процедуру вакцинации.

Отправился в самоволку.

Особо опасен. Пескунов.

- Держите.

- Спасибо.

- Побудете здесь?

Нужно осмотреть дом.

Мне кажется, здесь кто-то был.

Сегодня плавала в бассейне,

Виталий подкрался, напугал.

Нашел вариант экспериментального лечения.

Знаю, что он старается ради меня,

но как же ему объяснить так, чтоб он понял?

- Виталий!