Original subtitles

[музыка заставки]

[плачет]

[мрачная музыка]

[мальчик стонет]

[Наталья мычит]

[мальчик стонет]

[Наталья] Нет, нет! Нет! Не-а. Нет!

[мычит]

[мальчик стонет]

[плачет]

[громко плачет]

[зловещая музыка]

Так. Прокуратура.

Надо срочно сделать анализ крови.

Наш эксперт считает, что это не человеческая кровь.

Нужно понять чья.

Здравствуйте. А что это вы прямо с порога и в таком тоне?

- Работа такая. - Потому что нет времени на раскачку!

Вот образец.

А у меня научный институт, а не судебная экспертиза.

И так разговор у нас не получится.

Пишите запрос, отправляйте в министерство.

А вот там, если сочтут нужным привлечь наш институт,

поставят меня в известность.

Так. Послушайте, вы можете просто взглянуть на образец крови?

Делов на минуту, и всё, мы уходим.

А вот это вопрос принципа.

Я всю жизнь пытаюсь бороться с вашей системой.

Вот теперь-то наконец, слава богу, я могу сказать об этом.

Вы для меня все — каратели.

У меня к вам свои счёты. Всё.

Ты-то, сам как взрослый человек, как себя ведёшь?

Как самый маленький, тупой винтик этой системы,

который, хочет управлять всем маховиком.

Хотите напомнить о себе в министерстве? Я это могу устроить.

Всего хорошего.

Я добьюсь, чтобы трупы троих пацанов,

которые, может быть, пока еще живы, описывали именно вы.

И каждая минута, которую, сука, каждый ребёнок будет проводить

в мучения, страшных, сука, мучениях, —

всё будет на вашей совести.

И всех других детей, которых он будет убивать,

б…дь, я буду приводить к вам.

И их родителей я буду сюда привозить.

А вот в этой пламенной речи вся ваша суть.

Всегда перекладывать ответственность на других.

Всё!

[выдыхает]

Я тебя в машине подожду.

Я не могу. Я его сейчас грохну.

Послушайте.

Я извиняюсь,

я вас очень прошу сейчас.

Я не знаю, что у вас там произошло с органами.

Но вот это наша единственная зацепка.

Поймите, пацаны могут быть пока ещё живы, понимаете?

Это наша единственная зацепка. Помогите, пожалуйста.

Я вас прошу, при всём уважении.

Ваши органы сначала запытали и убили моего отца.

А неделю назад задержали и избили моего сына.

Как фамилия сына, кто задерживал?

Не знаю, кто задерживал. Фамилия сына Марков Илья Ильич.

Отделение милиции — «Район Аэропорт».

[звук номеронабирателя]

Алло. Это Боков.

Подготовь мне, пожалуйста,

всё по задержанию Маркова Ильи, «Район Аэропорт».

Да, да! Завтра чтоб всё было на столе. Срочно!

- [кладёт трубку телефона] - Хорошо.

Я посмотрю ваш образец.

[гремят пробирки]

Отвратительный образец.

Приходите через 48 часов, и я вам дам заключение.

Б…дь, б…дь!

Извините.

Просто у меня нет, поймите, 48 часов.

У меня этот счёт на минуты идёт! Где я возьму-то эти 48 часов?

Официальное заключение будет готово через 48 часов.

Но, учитывая мой опыт,

я думаю, что это кровь лошади.

[музыка становится громче]

[неразборчивые голоса]

[стук в дверь]

- [музыка] - [смех]

- [музыка прекращается] - [смех]

- Прокуратура. - [женщина вздыхает]

Нужен ваш сотрудник Сергей.

[смеясь] Он теперь всем нужен!

Мы, вон, как раз за него сейчас бокалы наши и поднимаем!

- [женщины смеются] - Он у вас один Сергей? Кем работает?

Как! Наш Сергей Головкин — зоотехник!

Причем главный по стране!

Поехал сейчас медаль получать на ВДНХ.

Ну, чё, давайте выпьем с нами, а?

Они скоро вернутся, директор разрешил.

Потом выпьем.

- У вас ещё Сергеи есть? - [смеясь] Да нет, других нет.

[громко] Так!

У кого из ваших сотрудников бежевые «Жигули»?

[удивлённо] А что вы такие злые? Ну, у Сергея как раз есть.

Адрес этого Сергея. Быстро!

Да он здесь и живёт, у нас, в красном уголке.

- Ему жилье выделили… - Ну да!

- …чтобы в Москву не мотаться. - Выделили.

[громко] Хватит! Кто здесь главный?

Директор уехал на ВДНХ, я главный бухгалтер.

- Так. Пройдемте с нами. - Получается, я главная.

- Идите сюда. С нами пройдемте. - Чего? Куда?

Вас как зовут? Вас как звать? Звать вас как?

Вера Викторовна!

[поют]

Так, ну чё, пока его там награждают,

у нас есть время найти хоть какие-то улики.

Размер ноги совпадает.

[бухгалтер] Вы меня, конечно, извините. Ордер на обыск у вас есть?

А вот так тут врываться к заслуженному человеку не очень хорошо.

Приедет с медалью, а здесь всё вверх дном будет.

- Нельзя без ордера! - Погреб здесь есть?

[бухгалтер] Это же красный уголок. Какой погреб?

Ну скажете так скажете.

Машина его где стоит?

[бухгалтер] Он уехал на ней на ВДНХ.

Вообще-то, заслуженный человек, могли бы уже и водителя выделить.

- Гараж уже выделили? - [бухгалтер] Конечно. Обязательно.

Ещё когда «Москвич» у него был, выделили.

- Красный? - Красный.

Такой красивый, почти алый.

Показывайте гараж.

У меня нет ключей от гаража.

Замок ломать не дам. Хоть стреляйте в меня.

Ой, вы бы так словами не бросались,

а то вроде взрослый человек, опытный, а такие вещи говорите.

- [Козырев] Подвал в гараже есть? - Дался вам это подвал!

Нет тут у нас ни одного ни погреба, ни подвала.

Вы внутри когда были?

Сегодня заглядывала, когда Сергей Александрович уезжал.

Ну нет там никакого подвала! Всё чисто, аккуратно, ничего лишнего.

- Ничего подозрительного не заметили? - Нет ничего подозрительного.

Ну что, мать, замок ломать будем или ключ дадите?

Да нет у меня никакого ключа, я же вам говорила!

[шум падающих предметов]

[тихо мычит]

Так.

Это явно не стационар.

[стонет]

[мальчик плачет]

[Козырев тяжело дышит]

Жвачка. Пацаны здесь точно были.

- Да. - Группу в гараж на конезавод пришлите.

[треск рации]

[громко] Группу в гараж на конезавод! Срочно!

- А мы на ВДНХ. - [по рации] Принято.

Поехали.

[аплодисменты]

Как же вам удалось, Антонина Петровна,

надоить больше всех молока в нашей необъятной стране?

[смех]

[аплодисменты]

- Чего трешь-то? - [ведущий говорит]

Да испачкался.

- Не знаю, вино, может, красное? - А-а. Солью бы посыпать надо.

И всё отойдет. Точно тебе говорю.

Сиди, сиди, Сергей Саныч.

Я знаю, что ты человек скромный.

Но сегодня день такой, что каждый получает за заслуги.

И ты на сцену пойдешь, и медаль получишь,

и речь скажешь.

Потому что заслужил.

…комбайнёрам и комбайнёршам!

[аплодисменты]

А теперь мы переходим к чествованию трактористов.

[вздыхает]

А что они хотят, чтобы мы здесь нашли?

Ну, сказали внимательно всё осмотреть.

Давай, ты с того угла начинай.

- А я с этого. - А что начинать-то?

Ты не видишь, здесь нет ничего.

Ни детей, ни крови.

[тяжело дышит]

[неразборчивые голоса]

[стонет]

[стонет]

[громко стонет]

Угу, угу.

Глядя на этих людей, сразу не поймешь, кто они,

а они — герои!

- [ведущий] Скромные… - Зоотехников наградили уже?

Да вот, только что.

[ведущий] …новой России. Мы гордимся вами!

- [аплодисменты] - [ведущий говорит]

- Ну-ка! - [динамичная музыка]

Зоотехник, высокий такой, в бордовом пиджаке, куда пошел?

Вроде наверх туда, по той служебной лестнице.

Так. Давай я наверх.

[звук заводящегося двигателя]

[звук двигателя и визг шин]

Прокуратура. Отходим, отходим, отходим.

Машина изъята в интересах государства.

[тяжело дышит]

[плачет]

[звук двигателя]

[динамичная музыка]

[музыка стихает]

[музыка усиливается]

[звук двигателя]

[музыка стихла]

[кряхтит]

[дыхание нормализуется]

[треск пистолета]

[тяжело дышит]

[кряхтит]

[тяжело дышит]

[кашляет]

Руки! Руки подыми!

[напряжённая музыка]

Дети где?

- Я не могу… - Сука, дети где?!

- Я не могу… - [тихо] Где?

- [Боков] Сука! - [Фишер] Я ничего не знаю.

[кряхтит] Я ничего… Я ничего не знаю.

[громко] Дети где?!

[Фишер, плача] Я никогда никого не обидел.

Пожалуйста, я умираю.

[Фишер кряхтит]

- [Боков] Позавчера ты посадил… - Пожалуйста…

…троих в машину и увез. Где они?! Где дети, говори!

Не давите, пожалуйста. [задыхается]

[запинаясь] Я их просто довез до памятника

и высадил, клянусь!

Пожалуйста…

[запинаясь] Пожалуйста, не надо. Я никого не обижал.

- Пожалуйста… - [удар]

[плача] Пожалуйста, не надо, не надо!

Сука!

[Боков тяжело дышит]

Если ты мне сейчас не ответишь, где дети,

я прострелю тебе башку, сука! Отвечай, где?

[Фишер] Я клянусь, я не знаю! Я клянусь, я не знаю! Я клянусь!

- [машина сигналит] - Я клянусь, я не знаю!

[рыдая] Я клянусь, я не знаю!

[громко] Я клянусь, я не знаю!

- А чего ты убегал-то? - [Фишер задыхается]

[Фишер] Ты догонял.

Меня с детства догоняют и бьют просто так, для веселья.

[Боков шумно дышит]

[звук подъезжающей машины]

[открывается и закрывается дверь]

Я ничего подозрительного не вижу.

Да чего здесь можно увидеть?

Стены вон из листов железа,

в них не спрячешь ничего.

Так…

Пол простукали, нормально там всё.

Да, да!

Давай еще, еще немного!

[стонет] Да! Да!

[стонет]

Да!

[громко] Помогите! Мы здесь!

Кто-нибудь!

[кричит]

Можно покурить?

Спасибо.

Я тебя сейчас ни в чём обвинять не буду.

Давай мы этот разговор на потом отложим.

Я тебя просто попросить хочу,

по-человечески…

Помоги найти детей, пожалуйста.

13 числа весь день свой расскажи.

Я проснулся,

позавтракал гоголь-моголем.

Потом… э-э…

Потом пошел лошадей вычесывать.

У Ленки занозу достал. Вообще не понимаю, как она ее подцепила.

- Ленка — это подруга твоя? - [мычит]

Нет, это лошадь.

Девушка есть у тебя?

Почему? Здоровый взрослый мужик.

[мычит]

Навозом пахну.

Это девушек не привлекает.

Чем занозу доставал?

Э-э… Ножом, она просто здоровая была.

Ее иголкой не вытащить.

Нож какой? Опиши.

Нож?

[со смешком] Обычный нож.

- Жало сантиметров 20. - [Боков] Нож где сейчас?

На конезаводе, где ему ещё быть.

Дальше что делал?

[неуверенно] Всё. Дальше, э-э, к-кобылу осеменял.

Потом, э-э, пообедал.

Потом поспал пару часов.

[Боков] Кто это может подтвердить?

Что осеменял? Я с помощником осеменял,

а спал я один.

Во сколько спал?

Не знаю, ну, где-то с четырёх до шести.

Потом, э-э, выездка была.

Всё, потом я поехал там подработать.

Куда?

[неуверенно] Ну… таксовать на Белорусский.

Я там, думал, люди с Минского в два часа будут,

а их не было, и я взял местных пацанов, там, у «Салюта».

Отвез их, э-э, в Горки.

Всё, лёг спать часа в три.

А кто может подтвердить, что вы вернулись на конезавод?

Сторож может подтвердить, Евсеич. Он мне ворота открыл.

Смотри. С четырёх до шести был убит Ваня Логов.

[Фишер] Угу.

- У тебя алиби нет. - [Фишер] Угу.

След твой совпадает со следом на месте убийства.

У тебя был в 86-м красный «Москвич» и у Фишера.

Лаваль был убит на конезаводе.

Угу.

[неуверенно] То есть вы виноватым меня хотите сделать?

А что, ты не виноват?

Нет. Я вам это уже говорил.

Я вам просто… я вам не нравлюсь.

Из-за этого всё.

У меня так всю жизнь с детства. Меня все обижают.

Просто так. И чем больше добра делаю — тем больше обижают.

Всегда так было. Снова и снова.

- Уведите его. - Вы теперь так же.

- Я вам… - И пусть в камере один не остаётся.

…просто не нравлюсь.

Павлов, давай просыпайся!

Смотри за гражданином, чтобы не натворил чего.

С тебя спрошу утром.

Начальник, свет выключи.

Я ж как кошка, в темноте смотреть могу.

[стонет]

- [стонет] - Да ложись ты уже.

- Чё там вошкаешься? - [стонет]

- Чё там топчешься? - [стонет]

[таинственная музыка]

Начальник! Начальник!

Он скинул чё-то.

Он вскрывается!

[стонет]

[стонет]

[стонет]

[тяжело дышит]

[стонет]

Он чё-то в раковину скинул.

- Что скинул? - Да не знаю.

Крестик у него был нательный, сейчас вроде нет.

- Что ты скинул? - [Фишер] Жизнь свою скинул.

[Фишер тяжело дышит]

Чё стоишь? Воду давай перекрывай иди.

[Фишер стонет]

[зловещая музыка]

Это чей крест?

[Фишер] Мой крест, мне его нести.

[тяжело дышит]

[Козырев] Хватит, чтобы сравнить с образцами крови убитых?

Сейчас буду пробовать.

[звуки шагов]

Это правда, что вы его нашли?

Покажите мне его. Покажите мне убийцу моего сына!

- Я прошу вас. - Это… это крестик Вани?

[печальная музыка]

[плачет]

[шумно дышит]

[всхлипывает]

Я ему говорила никогда не снимать его, и он не снимал.

Значит, вы нашли того, кто снял.

Я хочу посмотреть в глаза этому человеку.

- [плача] Я хочу, пожалуйста… - [Боков] Всё, всё…

[шумно дышит]

Я вас очень попрошу, вы можете не просить нас об этом?

Потому что вы просто увидите обыкновенного человека.

Эта встреча абсолютно не облегчит ваши страдания.

Я понимаю, что вы хотите ему отомстить…

[плачет]

Поверьте мне, эту тварь расстреляют.

Я вам гарантирую.

Он больше никому не принесёт никакого горя.

Он ведь тоже чей-то сын.

Как же так получается с людьми…

Наш сотрудник отвезёт вас домой.

Здесь вам делать больше нечего. Валер, проводи.

[тихо] Пойдемте, давайте.

[мама Вани плачет]

[дрожащим голосом] Послушай, ты огромный молодец.

Всё уже почти закончилось. Самое страшное уже позади.

Пожалуйста, я тебя прошу, держись.

Я нас вытащу отсюда, я тебе клянусь, я обещаю.

Я сейчас что-нибудь придумаю. Обязательно.

Только ты держись, ладно?

[пыхтит]

Так, давай сейчас на плечи мне садись.

Давай. Давай.

[кряхтит]

Давай. Отдохни немного.

[тяжело дыша] Давай, малыш, отдохни. Отдохни чуть-чуть.

[тяжело дышит]

[Козырев] У нас есть доказательства, которые приведут тебя к высшей мере.

Так что давай рассказывай всё как есть.

Посмотрим, что там можно смягчить.

Я…

никого не убивал.

Вы же пытались выбросить крестик Вани Логова,

на котором обнаружена его кровь.

[Боков] Там пришла мать.

Мать Вани Логова.

Она опознала крестик своего сына.

Мм.

Крестик…

Крестик я этот в машине нашёл, когда парней высадил.

Надо было сразу его выкинуть.

Я к нему не имею никакого отношения, честное слово.

[смешок]

Слушай, ну не бывает же таких совпадений.

Если мы за тебя взялись, то улики будут.

[Боков] А сомнений в том, что это ты, у нас нет.

Ты же не такой плохой парень, ну?

[Козырев] Что-то пошло не так, оступился.

Сделай ты доброе дело,

дай себе шанс — скажи, где мальчишки?

Мальчишки…

[неуверенно] Я их высадил на площади.

Всё.

[Боков] Я сейчас вашей матери звоню

и прошу её сюда приехать и помочь нам разобраться,

- когда врёте, а когда правду говорите. - [Фишер] Не надо мать.

Потому что мать лучше любого следователя понимает своего сына.

[Фишер] Мать трогать не надо.

- С матерью Вани Логова познакомлю… - Не надо маму мою трогать!

[переходя на крик] Не надо мою маму трогать!

- Скажу, что у нее сын детоубийца. - Не звони маме моей, не звони!

Я всё скажу! Не звони! Я всё скажу! Ну не надо!

[крича] Ну не надо!

- [Боков] Тихо! Тихо! - Я всё скажу!

Валентина Михайловна, вы?

[хныча] Я всё скажу, ну не надо маме!

[Боков] Дети где?

[напряжённая музыка]

Убил.

Всех.

Но сначала ты убил Ваню, правильно?

Я не знаю. Может, Ваню. Не знаю, как его звали.

- Ваня его звали. - Мм.

Рассказывай, где и как ты его убил?

А ты сына своего приведи, покажу.

[Фишер кричит]

[Козырев] Расскажи, зачем ты хотел убить себя?

[Боков вздыхает]

Держи.

Я не хотел себя убивать.

Я хотел кровью своей кровь пацана на штанах залить.

Я умирать не хочу.

[Боков вздыхает]

То есть я правильно понимаю, у тебя на брюках кровь мальчика?

Угу.

Мальчика, шкуру с него снимал и забрызгался.

Ты с него кожу снял?

Да.

[Козырев вздыхает]

[Боков] Когда, где? Труп где?

Ну поехали.

Поехали, покажу. [смешок]

Скажите, вы видели его?

Убийцу?

- Да, видел. - Расскажите, какой он.

Обычный мужик,

на улице встретил бы — даже не заметил.

Грязный, хмурый. Одним словом — конюх.

И ведь как пропустили?

Столько лет вокруг конюшни ходили.

С нашего конезавода, что ли?

Ага.

И дети его любили. Тянулись к нему.

Не понимаю.

Говорят, у него прописка была московская,

а жил он в красном уголке на конезаводе.

Ну и в списки местных не попадал, когда всех проверяли.

Вот такая случайность, а сколько жизней.

У него там и гараж был, и машина. Хорошо жил.

Как же так?

Мне кажется, он людей ненавидит.

Только и любил лошадей и машину свою.

Вот сюда их скидывал. Вот в болото.

Оно, болото, всё съедает.

Шесть лет прошло.

[запинаясь] Как будто живой еще. Как такое возможно-то?

[Козырев] В болоте нет доступа кислорода к телу.

Поэтому они практически не разлагаются за сотни лет.

Иногда происходит взрыв газа со дна, и тогда всё всплывает.

Не, подожди, но я…

правильно думаю, если б были новые тела, они были бы сверху, да?

Угу.

Так, давай.

Покажи мне конкретно, куда ты сбрасывал тела.

Э-э-э, значит, я вот, э-э, там у дерева их скидывал.

- У какого дерева? - Вон, вот, э-э, у того дерева.

У какого дерева?!

Ну вон ветка.

А чего я тогда тела не вижу? А?

Так, Валер, давай, всех зови сюда, водолазов тоже.

Все сюда, водолазы тоже.

[таинственная музыка]

[тяжело дышит]

- [кричит и плачет] - [звуки выливающейся жидкости]

Потерпи немножко, я сейчас немножко отдохну

и тебя опять на плечи возьму, ладно?

- Пожалуйста, чуть-чуть. - Угу.

[Наталья тяжело дышит]

Всё-всё, тш-тш-тш. Всё в порядке, всё хорошо.

Там, наверное, просто кто-то костер разводит.

[громко] Мы здесь! Эй! Мы здесь, мы внизу!

Помогите!

Господи.

Мальчик…

Мальчик, я тебя слышу.

Я иду, иду!

Мальчик!

Я слышу тебя! Боже! Сейчас!

Ты что… Ты что, с ума сошла?

Твою мать! Воду! Воду несите!

Совсем сдурела? В тюрьму сядешь!

[неразборчивая речь]

[плачет]

[пение птиц]

[Козырев] Это кто?

[Фишер] Э-э…

Я не помню, как его звали,

он на дороге стоял, голосовал,

а я подумал, что сейчас поеду, развернусь,

если он будет стоять, я его в машину усажу.

А почему ты его положил в две сумки?

Тяжелый был человек.

Еще кто здесь?

Следовательница эта ваша.

Когда?

Вчера.

Сука. Где она?

Показывай давай!

Где?!

[мрачная музыка]

- Где? - [Фишер стонет]

- Показывай где! - [Фишер стонет]

Будешь нырять, пока не найдёшь тело!

С-сука… Где?

- Здесь или здесь? - Я скажу…

- Сука! - Я скажу, ладно, я скажу, я скажу…

Здесь… здесь недалеко, я скажу.

Здесь недалеко.

- Вытаскивайте его! - [Фишер закашливается]

Помогите. [кашляет]

Давай.

Сейчас… Осторожно.

[кряхтит]

Не надо, не надо, не надо…

[тяжело дышат]

[Козырев] Где она?!

[Фишер] В гараже.

Я там был, нет там никого!

[смешок]

Давай поспорим, если она там есть, то вы меня отпустите.

Где?

Говорите, что конюх тупой, тупой, а я никакой не тупой.

- Прекрати уже. - [Боков] Я сейчас его закопаю.

- Где? Да нет же здесь никого! - Вы же следователи, ну, исследуйте.

Чуть-чуть поищите.

Так, давай, короче, родителей его везите сюда.

Будем вместе с ними всё обыскивать.

- Не надо маму. - Не надо?

- Не надо маму. - Не надо?!

- Не надо маму. - Выполняй!

- Я всё сделаю, не надо, не надо. - Где?!

- Там внизу подвал. - Где внизу? Мы смотрели там!

Ну, плохо смотрели. Только там очень мало воздуха.

Они все синие, наверное. Поторопитесь.

- Где? - Там под сливом люк.

Надо резко дергать.

[неразборчиво]

Сейчас резко. [с усилием]

Сука!

Вы ребенка убили. Вы ребенка убили, вы чувствуете кровь?

[Наталья] Нет! Не открывай!

[Фишер] Вы ребенка убили, у вас руки в крови!

[Козырев] Стоп!

- Стоп. Отпусти. - [Наталья] Нет! Не открывай, нет!

- Нет! Смотри, там веревка, нет! - [Козырев] Не двигайся! Наташ!

Отпусти!

[Фишер] Вы все в крови! Вы все в крови!

[Фишер] Чувствуете облегчение?

- На, на, на! - [Фишер] Вы черту перешли!

[Боков] Ты чего делаешь?

Дрочу.

- Зачем? - Кончить хочу.

Сейчас.

Потерпи!

- [плачет] - Наташ!

Сука! Сейчас.

Тихо, тихо. Возьми его! Возьми.

[Козырев] Иди сюда. Иди, иди.

Иди, иди. Иди сюда.

Не бойся! Не бойся, не бойся.

- Это конюх! - Всё, тихо.

Это конюх, он на конезаводе работает. Это он.

Мы его взяли. Ты ранена?

Нет, я в порядке.

Стой, стой, стой, стой. Иди сюда.

Всё в порядке. Всё хорошо, всё хорошо! Подожди!

Всё хорошо. Всё хорошо, всё закончилось.

Всё в порядке.

Всё в порядке. Они хорошие, они хорошие, они тебя не обидят.

Посмотри. Посмотри, посмотри.

Ты молодец. Всё закончилось, всё закончилось. Малыш, всё в порядке.

Это дядя Женя, это дядя Женя.

- Он отнесет тебя к маме. - Давай. Тетю Наташу отпустим.

- Не бойся. Всё в порядке. - Я тебя к маме отнесу.

Давай. Аккуратней.

- [Боков] Прыгай. - Всё хорошо.

Пошли.

Держись, держись. Давай.

[Наталья плачет]

Он их всех убил, Валера. Он их всех убил.

[плачет]

- Прости. Прости меня, солнце. - [плачет]

[Фишер] А, вот и встретились, да?

[Боков] Тихо-тихо. Тш-ш, тсс.

- [Фишер] Давно не виделись. - Всё, тише-тише.

Фишер не уйдет, пока одиннадцать не убьет, да?

Одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать,

одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать,

одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать,

одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать, одиннадцать…

- [Наталья кричит] - [удары]

- А ну, пошел! - [Наталья] Я тебя…

[Фишер кричит]

[Наталья] Я тебя убью!

Валера! Валера, открой!

Стой!

- [Наталья кричит] - Стой, стой!

- Наташ, успокойся! - Я его убью!

- Успокойся, Наташа! - Нет!

- [Фишер кричит] - Успокойся!

- Тихо! - [Фишер кричит]

Успокойся.

Валер, помоги! Держи ее, держи ее!

- Держу! - [Наталья кричит]

- Тихо-тихо-тихо. - Давайте с него кожу снимем!

- Дыши, дыши! - И посмотрим! Сука!

Успокойся, успокойся.

- Суд вынесет приговор. - [Наталья плачет]

- Закончим следствие. - Какой суд?

Ты слышал, что новая власть собирается смертную казнь отменить?

Я согласен с Наташей, надо здесь его убить!

- [Фишер стонет] - Прямо сейчас.

Ты чё несешь-то, а?

Чё ты несешь, Валера? Ладно она, но ты-то чё, а?

Ты с ума сошел, что ли? Чем ты от него отличаться тогда будешь?

Да мне плевать.

- Ты видел, что у него там? - Да видел я всё, видел!

Мы поступим, как суд решит, и всё.

Мы закон.

- [Наталья плачет] - Забирай ее.

В скорую идите.

[Наталья плачет]

[фоновая музыка]

[шум толпы]

Это место преступления, проход закрыт!

И будет закрыт до окончания следственных действий!

Помогите! У меня там сын! Сын у меня там!

Помогите, я прошу вас! Я прошу вас, помогите мне!

- Извините. - Я прошу вас, я прошу вас, помогите!

- [мать Натальи] Доченька! - Мама!

- Элла! - Мама!

Доченька!

Мама.

У меня тоже сын там. Господи, как это вынести?

[плачут]

Сынок, сынок!

Сынок, я здесь!

Сыночек! Сынок!

Сыночек!

[драматичная музыка]

[крики толпы]

[тихая музыка]

[крики толпы стихли]

[шумно дышит]

[играет «В первый раз» группы Shortparis]