Original subtitles

[треск]

[музыка заставки]

[музыка стихает]

[тревожная музыка]

[милиционер] Руки! Медленно выходим из машины!

[неразборчивые разговоры через приёмник]

[милиционер] Объект арестован, пассажир без сознания.

[милиционер] Нужна скорая, как слышно?

[музыка продолжается]

[музыка стихает]

[неразборчивые разговоры по рации]

- Ваш автомобиль? Красный «Москвич»? - [Дима] Да.

Вы задержаны за покушение на убийство.

[Дима] Чего? Какое убийство?!

- Слава! - [Женя] Витя,

давай в машину его и смотри за ним всегда, постоянно,

и чтоб как с Макуриным не вышло. Понял?

- [Витя] Пошли! - [Дима] Слав!

- [Женя] Валер. - М?

[Дима] Больно, больно!

Давай в больницу, как только очнётся — пускай сразу заяву катает, да?

Ты, Наташа, Игоря веди на опознание.

Может, не будем горячку пороть? Мы замучили пацана совсем.

Никто не умрёт без этого срочного опознания.

Умрёт, Наташа. Умрёт жена моя. Нету у меня времени совсем.

[Женя] Так что просто помоги мне. Ну что тут?

[эксперт] На первый взгляд, романтический вечер намечался, похоже.

Кровь ищите. Волосы, ногти, следы борьбы.

- Оружие есть? - [эксперт] Нет пока, ничего такого.

Это что такое?

[эксперт] Не дошли ещё туда.

Заберите. Есть кулёк?

- [эксперт] Да! - Давай!

- Яша, топай! - Да.

[интригующая музыка]

Подержи.

Держи, держи.

Видал?

Дай. Иди сюда.

[Женя] На переднем сперма.

Кровь.

Точно мне всё соберите, аккуратно, аккуратно!

И сразу на анализ.

- [Женя] Сразу. - [эксперт] Да!

[музыка продолжается]

Простите, я на каком основании задержан?

Ну что, пидор, п…дец тебе!

Почему так грубо разговариваете со мной?

Потому что ты мразь и садюга.

Но ты не волнуйся. Мы сейчас с тобой медленно поедем,

я тебе всё расскажу.

А приедем — ты подпишешь чистосердечное.

Потому что поймёшь, что выбора у тебя нет.

У меня его тоже нет. Поэтому давай-ка поможем друг другу чем сможем.

Послушайте, да чего я сделал-то?

За что вы меня так ненавидите?

Ты слышал, Вить? А? И впрямь, за что?

Ты ведь такой хороший парень. Реально!

Обаятельный, я бы даже сказал. Дети, наверно, тебя любят. Да?

Да и животные тоже, чего уж там.

Ты ведь такой весь вежливый, умный.

По ходу, книжки у тебя интересные. Только вот смотри, дело-то в чём.

Они так и думают, детишки-то: какой хороший дядя!

А дяде-то чего надо? Заманить, душить, …бать и резать, да?

Да, сука? Да?

- Чего? Да вы чего? - Говори, б…дь!

Чего, б…дь, говори!

Вы чего, думаете, я Фишер?

Б…дь. Смотри, сука, как хорошо мысль-то полетела ведь, да?!

А давай теперь, знаешь что, а давай теперь по порядку.

Сначала ты кого завалил, беззащитного сироту Женю, да?

А потом нормального пацана Андрея. Так мы, может, чего сделаем, а?

Тебя тут порешаем и закопаем или к бате его поедем,

который в Афгане воевал? А? Витька, чего скажешь?

Может, к Панову поедем, покажем ему злого джинна и посмотрим, что будет?

- Послушайте! - А?

Пожалуйста! Я не знаю никакого Женю! Я не знаю никакого Андрея! Правда!

А книжки про шахматы кто ему подписал? Я, что ль?

Сука! Поехали!

[музыка обрывается]

А это ничего, что он так долго без сознания,

может, ему как-то помочь?

А должна была на лицо упасть.

Он давно уже в сознании. Мы потому так спокойно вас и ждём.

То есть я правильно понимаю,

если мы ему сейчас волосы подожжём, он сразу очнётся?

- [врач смеётся] - [Козырев] Ты знаком с нападавшим?

А на меня кто-то вот нападал разве?

- Никто не нападал. - Тебя только что чуть не убили.

Лаваль тебя душил, и ты потерял сознание.

Наши сотрудники вмешались и тебя спасли.

[Слава] Да нет,

это просто придушиваешь друг друга, и всё.

Ну, по-другому…

Асфиксия. Они совсем уже с ума сходят.

Даже школьники в это играют. Доигрываются, между прочим, до смерти.

- [Козырев] Чушь какая-то. - Это классно.

Ты как будто в другом мире, в другом измерении.

[Козырев] Но всё равно.

Я тебе советую написать заявление. Потому что твой друг может испугаться

и заявить, что это ты пытался его изнасиловать.

[Козырев] А это уже от 3 до 7. И тут я тебе не смогу помочь.

А зачем ему это писать?

Ну, знаешь, люди разные бывают. И ситуации разные.

Это на всякий случай. А если всё нормально будет,

так ты и заберёшь это заявление в любой момент.

- Разумно. - Разумно.

[интригующая музыка]

[звук нажатия на клавиши печатной машинки]

Геннадий, здравствуйте!

Извините, что так поздно! Не ругайтесь, пожалуйста, сразу,

- дайте минутку объяснить. - Что вам опять надо-то опять?

Мне нужно, чтобы Игорь сейчас поехал со мной и опознал одного человека.

Мёртвого, я надеюсь?

[Наталья] Это очень важно. Я прошу пойти вас навстречу.

А-а…

Нет. Мы не согласны. До свидания!

[звук нажатия на клавиши]

Я могу вызвать Игоря официально.

И опознание будет происходить в присутствии детского психолога.

Да, вызывайте, нам подходит. Всё! Спасибо!

Но тогда я возьму у него подписку о неразглашении,

и вы потеряете свой единственный источник информации.

Это не источник информации, это мой ребёнок.

[Наталья] Да? Но вам же интересно всё время, что у нас происходит.

А так вы можете оказаться практически в самом сердце.

[музыка продолжается]

- Вы Фишера поймали? - [Наталья] Да.

Я хочу на всех мероприятиях с моим сыном

присутствовать от начала и до конца.

И эксклюзив с Фишером.

[Наталья] Не поняла.

[Мальцев] Интервью с Фишером сегодня.

Заявление он, конечно, написал.

Но говорит, что Лаваль на него не нападал.

[Женя] Конечно, он обычно на детей нападает.

Поэтому верю, что на этого лба он не нападал.

[Козырев] О! Дима! Проходи, садись,

в ногах правды нет.

Её вообще нет.

Ну, а мы попробуем её найти.

Вить, ты расстегни наручники.

А я знаю этот приём.

Вот ваш коллега угрожал мне самосудом, вы сейчас будете предлагать помочь.

Только я не сделал ничего. Совсем.

Но ты же не просто так сюда попал, правильно?

Ведь тебя за что-то арестовали.

Так что давай разбираться.

Где ты познакомился с Женей Куракиным?

В библиотеке.

[Козырев] Так. Он сам пришёл?

Да, хотел книжку, которой не было в детдоме.

Ну это он мне так сказал. И я и поверил.

А потом он часто приходил.

Я только потом понял, что он…

паразит маленький. На жалость давил,

сначала просил поесть, потом денег на еду, потом денег на одежду,

ну, потом вообще начал меня шантажировать.

Чем шантажировать?

Тем, что скажет, что я к нему приставал.

- [Козырев] А ты к нему приставал? - Нет!

Господи! Это ребёнок!

Я вообще хотел его усыновить!

Ну, ну, ну.

Значит, как-то Женя пришёл к тебе, стал требовать денег,

а ты ему высказал всё, что думаешь?

Даже, наверное, вспылил и толкнул его, да?

Да. Откуда вы знаете?

Да я, Дим, про тебя очень много знаю.

Вот я даже знаю, например, что ты вчера в аптеке купил

феназепам и презервативы.

Но до этого дойдём.

Значит, Женя как-то неудачно упал,

так бывает, ударился головой и умер, да?

Это что?.. Нет.

Что? Он встал.

Он послал меня на три буквы и ушёл. Я его не видел с тех пор больше.

Хорошо. А потом ты пошёл в лес, и там какой-то наглец ехал с рыбалки,

отказался продать тебе рыбу и тоже тебя послал.

[Козырев] И ты тоже его толкнул, и он упал на нож. Случайно.

- Да что за чушь! Я… Простите. - А потом возле пионерского лагеря

ты попросил у подростка закурить,

и он тебе послал, ну а дальше мы знаем.

Послушайте, пожалуйста! Я…

Я учился на врача,

я работаю в библиотеке, я хороший человек!

Я всю жизнь стараюсь всё делать правильно!

Он, сука, крепкий. А мне доказательства нужны.

Дайте мне что-нибудь, слышишь?

Группа крови и резус-фактор

у убитого Лёши и у образца из машины совпадают.

Вторая положительная.

А с волосом что?

Это конец волоса, если можно так выразиться.

Структура нарушена, поэтому остаётся сравнивать только внешние признаки:

цвет светлый, толщина средняя.

Эти показатели одинаковые — у мальчика и из машины.

А с ножом что?

Тут даже таких двусмысленных доказательств нет.

Нож новый, им совсем не пользовались.

[скрип двери]

[Женя] У меня прекрасные новости.

Ах. Кровь в вашей машине совпадает с кровью убитого мальчика.

Волос в багажнике тоже совпадает.

А мы как раз выяснили,

что Дима не хотел никого убивать, это просто стечение обстоятельств.

[Женя] Да, такое вот странное стечение обстоятельств,

что Дима — пидор, а все пацаны изнасилованы.

Детей насилуют педофилы! Я не педофил!

Я не насильник!

[Женя] А вот гражданин Горелов так не считает.

И пишет в своём заявлении,

что вы как раз напали на него с целью дальнейшего изнасилования.

[Дима, плача] Все, кого я люблю, меня предают.

[Женя] Ну как ты хотел? Ты же пидорасов любишь.

[шёпотом] Нельзя никому верить. Никогда. Нельзя никого любить.

[Игорь] Я узнаю его! Он за мной гнался, а вы его поймали!

Игорь, ты сейчас, главное, не переживай и не волнуйся, хорошо?

Там будет четыре человека.

Если среди них ты узнаешь кого-то, кто был с Андреем,

ты нам просто об этом скажешь. Договорились?

- Хорошо. - Но сначала интервью с Фишером, так?

Это нарушит процедуру опознания. После — 15 минут.

О! Здорово, Игорян!

[Игорь] Здравствуйте!

Пойдём!

[Женя] Проходим!

[Женя] Так, руки за спину убрали, ровно стоим.

- Поехали! - Вот, Дима!

Так. Свидетель опознал Лаваля Дмитрия Николаевича.

[Игорь] Да, я опознал, это Дима.

Игорь, ты уверен, что именно его ты видел рядом с Андреем?

Нет! Дима не был рядом с Андреем, это не он.

Он мой друг!

Дима, ты чего?

- Нет! Стой! Игорь. - Подожди, иди сюда. Обожди.

Ты своему другу Диме говорил,

что мы с тобой ездили опознавать Макурина?

Да, говорил.

- Я не знаю никакого Макурина! - Всё, спасибо, Игорь! Свободен!

- Все свободны. Наташ, уводи. - Я тебе говорил, в конюшне.

Хватит меня мучить.

Сейчас ещё одного до смерти запытаете.

[Женя] Вас не спрашивают.

Мне обещали интервью с Фишером.

А кто обещал? Вы с того и спрашивайте.

- Я за каждым твоим шагом следить буду. - Пойдём.

За каждым твоим шагом буду следить и писать каждую неделю!

[Женя] Тебя жена дома ждёт! Сын-красавец! Давай.

Игорь, ты прости, пожалуйста, что так получилось.

И, главное, не переживай! Ладно?

Но ведь Дима же ни в чём не виноват!

Он же не виноват!

Да! И теперь мы об этом знаем. Ты же нам сказал.

Так что хорошо, что у нас такой свидетель!

[Мальцев] Наташа, вы же прогрессивная женщина.

Что вы делаете в милиции?

[шум запуска двигателя]

[хлопок дверью]

[Женя вздыхает]

Ну что, Лаваль, смотри,

последний раз предлагаю.

Либо чистосердечное — признаём невменяемым и едешь в больничку.

Либо чуть дольше собираем доказательства — и на расстрел.

[грустная музыка]

[врач] Шесть, семь, восемь, девять,

30 — разряд!

[электронный писк]

Пульса нет! Разряд!

Пульс есть!

Только что была остановка сердца.

Но мы её запустили.

Ох, я думала, отмучалась наша ласточка, Мариночка.

Мы с вашим сыном договаривались,

что в течение трёх дней он заберёт Марину в Москву.

И они почти прошли.

Если он этого не сделает, то заберёте её вы, домой.

Нам её лечить больше нечем,

она занимает место того, кому действительно можем помочь.

Так что подготовьте всё, список вам дадут,

и будете ухаживать за ней дома.

[вздыхает] Ой!

[музыка продолжается]

[Козырев] Лиз, пожалуйста, давай не будем ссориться, правда.

Я хочу переодеться и поехать на работу. Я двое суток не спал,

давай завтра поскандалим, а?

[тихо] Я не скандалю, я просто хочу сказать,

что твой сын уехал в Ленинград, несмотря на то, что я была против.

[музыка стихает]

Валер, я не могу со всем одна справляться!

Ну потерпи ещё совсем немного, ещё буквально пару дней —

и всё кончится.

Ты со своим маньяком совсем стал как маньяк.

Ты о чём-то можешь ещё думать? У тебя семья есть вообще-то!

Я думаю о семье!

О том, что моя жена скоро начнёт мне изменять,

а сын вырастет голубым, потому что у него уже серьга в ухе

и девушек в его компании я почему-то не видел.

[шёпотом] Ты с ума сошёл, Валера?

Ты думаешь, о чём ты говоришь, Валер?

Лиз, я тебя умоляю, пожалуйста,

обзвони всех его друзей, найди, убедись, что с ним всё хорошо.

А я скоро закончу, получу повышение, и дачу,

и всё, что ты хочешь. Всё будет хорошо.

Я поехал.

Ботинки коричневые, 43 размер.

Кеды синие, 43 размер.

[Козырев] Совпадает!

Вещи детские есть какие-то?

[эксперт] Нет, пока нет.

[неразборчивые разговоры]

Надо шахматы с последнего места преступления проверить,

может, там тоже оторваны эти тряпочки на фигурах.

Жень,

а если б у тебя сын пидором был, ты бы что делал?

По е…алу я бы тебе дал,

чтоб ты х…ню всякую у меня не спрашивал. На.

У меня, Валер, сын пидором быть не может,

потому что у меня его нет, в отличие от тебя.

И если мы не докажем, что Лаваль — это Фишер, за завтра,

то, может, и не будет никогда, потому что не от кого будет.

А мой сын ухо проколол и серьгу вставил.

И чего это такое?

Извините, правое или левое?

[Козырев] А, левое.

А, ну тогда нормально.

Если в правом ухе серьга,

то не мужик, а в левом —

типа рок.

[оба смеются]

- Рок! - [Козырев] Фух, блин.

Ха-ха. Вы что, е…наты, что ли, оба? Вы чего обсуждаете-то, а?

Какой рок, б…дь, х…ёк!

У нас улики все косвенные, ни одной прямой.

Работайте, б…дь! Иначе мне п…дец.

Тоже мне, б…дь, рокеры, б…дь!

[Козырев] Дим, рассказал бы ты уж всё как есть.

И не мучили бы мы уж друг друга.

У тебя в машине обнаружены следы крови, совпадающие с кровью убитого Андрея.

Прижмите.

Как совпадающие?

[Козырев] Ну как? Группа, резус-фактор.

[Дима] Проверяйте мою, я уверен, тоже совпадёт.

[Женя смеётся]

В багажнике обнаружен волос.

И волос тоже мой, скорее всего.

У тебя дома и в машине

барбитураты найдены, точно такие же, как в крови последнего убитого ребёнка.

А ты нам лечишь тут?

Вон у вашего товарища такие же барбитураты.

И чего? Может, это он всех убивает.

Я смотрю, полезла суть твоя, да,

наглый стал, не плачешь уже, сука.

Ты же всё равно сядешь у нас, понял?

Заявление есть Горелова на тебя, что ты пытался его изнасиловать.

И напал. Что ты ржёшь-то, а?

А таблетки мне, между прочим, врач выписал.

Хорошо.

Хорошо. Ладно. Давайте мне бумагу.

Я признаюсь.

Отлично! Молодец!

Раньше надо было так.

Не, а ты вслух, вслух! Диктуй!

Я, Дмитрий Лаваль…

Так точно.

…чистосердечно…

Так!

…признаюсь

в том, что совершил страшное…

преступление.

[Дима] Я хотел жить

так, как мне нравится.

Любить того, кого хочу,

- как хочу, когда хочу. - Всё! Понятно! Давай, давай.

[Козырев] Дай-ка.

[Дима, громко] И за это меня неоднократно били,

выгнали из института, выгнали из Москвы

и теперь, наверное, расстреляют.

[Козырев] Да успокойся, блин!

Скажите, а можно читательский билет задним числом заполнить?

[библиотекарша] Ну, наверное, можно. А зачем?

Ну, если есть какие-то причины.

Ну, вот вы же видите — тут везде расписываются посетители.

Это тогда надо за них подписи тоже ставить.

А потом в каждую книжку вкладыш,

и там тоже с датами, с подписью.

Но вообще, я когда забываю заполнить, я прошу в следующий раз подписать.

Угу. А про Диму что можете сказать?

Ну, такой чистенький, такой аккуратненький,

руки десять раз в день моет,

если вот надо поработать руками — он всегда в перчатках.

Ну, нормальные люди себя так не ведут.

А за что его из института выгнали, не знаете?

Ну я не знаю.

Но… думаю, за то, что он с мужчинами…

[мычит] Понимаете, про что я?

- Да. Хорошо. Спасибо. - Угу. Угу.

- Всего доброго. - До свидания!

[Женя, по диктофону] Так, свидетель опознал Лаваля Дмитрия Николаевича…

Пап, а ты Лэсси не видел?

Просто её всё ещё нет.

[Мальцев] Слушай, ну, мы калитку ночью не закрывали, может быть, убежала.

Вернётся.

Да, и маме не говори, что мы ночью в милицию ездили. Хорошо?

[Мальцев] Не надо её волновать.

[Игорь] Пап, а журналистам много приходится врать?

Нет, ты что? Журналист —

это единственный человек, кто всегда говорит правду.

[Мальцев] Должен говорить правду.

А следователь?

[Мальцев] А следователь врёт постоянно.

Я раньше хотел быть следователем, а теперь хочу быть журналистом.

[Мальцев] Хорошо, это очень хорошо. Из тебя хороший журналист получится.

Ты смелый, ты честный, твои показания могут спасти Диме жизнь.

[Игорь] А если я что-то перепутал?

[вздыхает]

Слушай, главное — больше никому ничего не говори. Хорошо?

Ты всё сделал правильно.

[Игорь] А можно писать только про хорошее?

Моя первая статья будет про Диснейленд.

Про Диснейленд?

Соскучился по Диснейленду?

[Мальцев] Да? Да? Да?

Мо-ти-ту, мо-ту.

[Мальцев смеётся]

Я тебе обещаю, мы с тобой обязательно вернёмся в Диснейленд.

Ты мне веришь? Точно? Точно?

Всё, давай!

Иди, вали!

Слушай, ну просто работаю, закрой дверь.

[хлопок дверью]

[Игорь, по диктофону] Да, я опознал, это Дима.

- А главный ваш где? - Сейчас подойдёт.

Что-то он на завтрак водку постоянно заказывает.

У него чёрная полоса в жизни.

[тихо] А кто ж в чёрную полосу белую пьёт? Так только хуже.

Водки 100, кофе чёрный.

- А есть что будете? - [Женя] Его и будем есть.

Ну что у нас?

Ничего хорошего. У Лаваля алиби на все дни убийств. Он работал.

Коллега его выглядит довольно педантично

и всё записывает. Везде его подписи стоят.

[Наталья] С людьми поговорила, кто книги брал.

Выдавал их действительно Лаваль.

Мм, по датам никто что-то не помнит точно.

Многие задним числом расписывались. Но это всё неточно.

Угу. Эксперты что?

Группа крови, совпавшая с Гурченко, совпадает и с Лавалем.

У него тоже вторая отрицательная.

[Женя] Мм. То есть, получается, что осталось на него у нас?

Хм. Ничего.

Только размер обуви, но он ходовой.

День прошёл, число сменилось, ни х…я не изменилось.

Вас дежурная по всему этажу ищет, говорит, ваша мать звонит.

[скрип двери]

[хлопок дверью]

Если у Жени умрёт жена, я себе этого никогда не прощу.

Мне звонил начальник, сказал, что квоты не будет.

Я попытался через свои каналы, но не дожал.

Но что-то ещё можно сделать?

По закону — без решения Минздрава — ничего.

Валер, ну, есть же какой-то способ.

Я весь день об этом думаю.

И не могу переступить черту.

Фух. Да.

Да, да, да, да. Мама, да, я ж тебе сказал уже, чт…

Я тебе сказал уже, что квота будет — значит, будет.

Всё, хватит!

Машину пришли за мной.

[вздыхает]

[тоскливая музыка]

[хлопок дверью]

[Козырев] У тебя всё нормально?

Нет, Валер.

Мне п…дец.

[Козырев] Жена жива?

Пока жива.

[музыка продолжается]

Я обещал поймать Фишера за три дня, я своё обещание сдержал.

[генпрокурор] Доказательства, улики, с поличным взяли?

Пока собираем.

[генпрокурор] Мм. Свидетель, может, опознал?

Свидетель не опознал.

[генпрокурор] Мм.

Ну тогда что-то я не понимаю, каким хером ты его взял, интересно.

У тебя ж ничего на него нет.

Мне из «Известий» звонят,

просят комментарий про то, как вы нарушаете права,

обращаетесь с подозреваемыми.

Да мне, вообще-то, как-то по херу, как вы там с кем обращаетесь.

[генпрокурор] Да не дай боже, появится ещё одна статья,

а убийцы не будет.

Тогда ты у меня на хер отсюда поедешь в свой Ростов до скончания веков,

со своей женой и квотой. Понял меня?!

Землю рой! Делай что хочешь,

но чтоб Фишер сидел у меня!

А этого подозреваемого отпускай, раз нет ничего у тебя на него.

Лично отпускай.

Я найду. Товарищ генпрокурор,

я прошу, ну, помогите с квотой.

Встань и не позорься. Свободен.

[музыка продолжается]

[Козырев] Товарищ Чернышов!

Вы запишитесь и приходите, когда назначат.

У меня сейчас нет времени.

Теперь я назначаю, кому и куда приходить.

Ах.

У меня для вас новостей нет, к сожалению.

[музыка продолжается]

Зато у меня для вас есть.

И мне бы очень не хотелось их вам сообщать.

Я вас очень прошу, пожалуйста, помогите с квотой.

Если ваша новость заключается в том, что вы стали министром здравоохранения,

то можете выделите эту квоту сами.

Иначе…

Ну, квоту я выделить не могу.

Но могу выделить в отдельное производство

ваше уголовное дело.

По 121-й.

Я уверен, вы небезразличный человек и примете правильное решение.

[музыка продолжается]

[музыка стихает]

[Женя] Ваше алиби подтвердилось,

приношу свои извинения. Вы свободны.

И чего, вы не посадите меня

за гомосексуализм?

[Женя] Пока нет, дальше видно будет.

Спасибо.

Ты руку-то свою зашкварную убери, а то передумаю.

Это Боков. Шахматы с мясокомбината принеси мне

и список всех вещдоков остальных.

Быстро.

[интригующая музыка]

[Игорь, мысленно] Моя тайна становится опасной для всех.

Сегодня чуть не пострадал мой друг Дима.

Пропала Лэсси.

Мне надо во всём признаться.

Но если я признаюсь, у Димы не будет защитника.

А если не признаюсь,

так и останусь вруном.

Уж лучше умереть.

[музыка продолжается]

[ведущая, по радио] За шахматным столом Анатолий Карпов и Гарри Каспаров.

Напомню, это матч-реванш на первенство мира

по шахматам между Гарри Каспаровым, родился в 195…

Я разговаривала с родителями Лёши. Это совершенно невыносимо.

У них нет денег, чтобы тело забрать в Свердловск.

А здесь они похоронить его не могут из-за прописки.

Ты что творишь? Подожди, Валер,

ты барбитуру-то с алкоголем не мешай, ты что?

С ума сошёл, что ли? Ты либо туда, либо сюда.

Нам с тобой, вообще-то, в нормальном состоянии надо быть,

чтоб что-то в этих шахматах увидеть.

А может, он просто имел в виду, что Макурин — пешка?

Или, может, он хотел показать, что он ферзём станет?

[неразборчивые разговоры по радио]

У Лаваля вон все фигуры были без тряпочек.

А тут эти тряпочки есть.

Они как будто подклеены, что ли.

Цифры.

- Так. - [Женя] Наташ, набей на доске.

Пиши.

[интригующая музыка]

Ноль.

[Козырев] Ноль, ноль,

три, четыре.

Пять, пять, пять,

шесть, восемь.

Ну, и что это может значить?

[Наталья] Эм, инвентарный номер.

Нет, ещё! Что может состоять из десяти цифр, ну?

[Женя] Обожди, обожди, обожди,

а давай белые цифры слева сделаем,

а чёрные — справа.

Значит, белые…

ноль, ноль, четыре, пять, пять.

Чёрные — ноль, три, пять, шесть, восемь.

[музыка продолжается]

Номера телефонов?

[Козырев] Б…дь! Градусы!

Может, это градусы? Может, это вообще координаты?

Не, не, не, подожди, тогда ещё должна быть какая-то подсказка.

Где газета с места преступления? Найди.

[звонит телефон]

- Слушаю, Боков. Да? - [Козырев кряхтит]

Господь, храни начальника! Маринке квоту дали, представляете?

- Поздравляю! - Прямо сегодня ночью!

- Поздравляю! - [Наталья] Так, сын офицера…

Находка на закрытой ТЭЦ.

[Женя] А у нас есть ТЭЦ какой-то поблизости?

Так, мм, Хлюпинская ТЭЦ как раз поблизости,

там же что-то строили, а потом забросили.

- Координаты какие у неё? - Сейчас.

[Женя] Узнай.

Семён, Добровольская, Хлюпинской ТЭЦ координаты дай мне.

[музыка продолжается]

Координаты сходятся с нашими цифрами.

- Спасибо. Поехали! - Итак, всё,

берём группу, экспертов, всех!

[грохот]

[музыка продолжается]

[музыка стихает]

[тревожная музыка]

[музыка стихает]

Этого от таблеток, наверное, этого же не может быть, да?

Господи, как это вообще возможно-то?

[Женя] Так.

[интригующая музыка]

Это варенье.

[Козырев] Каждый миллиметр здесь нужно пройти, любая мелочь важна.

Фотографируем всё. Каждую пылинку.

Там вроде у зайца серьга в ухе.

Может, это как-то поможет мальчика опознать.

Я по-другому не знаю как.

Сын офицера…

Вот я тупой!

[музыка продолжается]

[гудки]

- [жена Козырева] Алло. - Алло. Он звонил тебе?

[жена Козырева] Да, вот разговаривала с ним как раз.

У него проблемы там, их в милицию забрали с концерта.

Валер!

Алло! Алло!

[музыка продолжается]

[музыка стихает]

Я понимаю, что он насилует и убивает.

И это доставляет ему удовольствие. Но такого я никогда не видел.

Это какой-то анатомический театр.

[Козырев] С каждым разом он заходит всё дальше и дальше.

Ну должен же он ошибиться. Ну не может он не оставлять следов!

Значит, на теле была обнаружена соль.

То есть он не просто слил всю кровь из ребёнка,

но потом он подсушил солью всю лишнюю влагу.

Соль не совсем обычная по составу,

она немного отличается от той, что в магазине.

Мы проведём точный химический анализ.

Я тебя прошу, дай нам зацепку.

Перевернём все соляные заводы,

дай хоть что-нибудь, от чего оттолкнуться.

Химическое производство? Промышленная какая-то?

Или хозяйственная? Неужели так сразу не понятно?

- Нет, так сразу не понятно. - Время смерти определить можем?

Из-за отсутствия крови, слизистых и кожи — очень приблизительно.

Неделя.

Ха. Значит, за несколько дней до убийства Лёши.

То есть у него был план подставить Макурина бесповоротно.

Просто время не рассчитал.

[Женя] Странно, что пацана никто не ищет.

Никто ж не заявлял о пропаже, да, Наташа? Ты ведь проверяла?

Нет, никто. Но это вообще не странно.

У меня сложилось впечатление, что всем просто насрать на своих детей.

Странно, что крови нигде не было.

Да. Значит, он пытал их в каком-то другом месте.

У него есть стационар для пыток.

Да, он должен быть где-то рядом.

Я так понимаю, что довезти ребёнка

без кожи, с головой зайца — довольно сложно.

Чтоб он не потерял вид, надо делать это аккуратно.

В какой-то большой коробке, из-под холодильника, что ли.

И машина тогда становится приметной. Так что далеко он на ней не поедет.

[Козырев] На ТЭЦ ведёт две дороги:

одна большая…

вот, а вторая маленькая.

[Козырев] Она выводит нас в район Горки, Успенское, а, и Аксиньино.

Я думаю, что где-то в этом районе находится стационар.

Хорошо. Мы поняли, что он очень продуманный,

что он делает всё не просто так.

Ну зачем он приделал голову зайца?

[Козырев] Не знаю. Может, хочет показать, что это рокировка?

А зайца-то он где взял?

Наташ, составь, пожалуйста, список всех охотников,

обзвони всех таксидермистов,

обзвони все зоомагазины. Ясно? И то же самое по серьге сделай.

Узнай, что за серьга, откуда она у него взялась.

Всё про серьгу найди мне. Ясно?

В прошлой партии он играл белыми. Теперь наш ход.

Сука, я ему такой на х… шах поставлю, б…дь.

[Женя] Места на этой Рублёвке живого не оставлю, но найду.

[Женя набирает номер на дисковом телефоне]

[Женя] Алло! Соедините, пожалуйста, с начальником военного округа.

Константин Львович, здравия желаю. Это Боков, ростовский.

Помощь ваша нужна.

Выделить личный состав можете?

Нам надо помочь обыскать все подвалы, все гаражи.

Да, да, да. Будет сделано.

С генеральным согласую. Спасибо!

[интригующая музыка]

[неразборчивые разговоры через приёмник]

[Мальцев] Ах!

[милиционер] Обнаружена землянка с суриками в районе Аксиньино.

[неразборчивые разговоры через приёмник]

[Козырев] Это, конечно, не стационар,

какая-то чертовщина.

[Наталья] Да это убежище ребёнка.

Какой-то бедный мальчик сошёл с ума от всего происходящего.

[музыка продолжается]

Этот «бедный мальчик» — знаете кто?

Игорь Мальцев.

Я вот как только начал читать, сразу понял, что дальше будет.

[усмехаясь] А дальше… именно то самое!

«Я не могу никому сказать, но и молчать я тоже не могу:

я не видел Фишера, я его придумал.

Я хотел быть детективом».

П…дец.

То есть он придумал Фишера, и маньяк стал Фишером?!

То есть он его породил!

Со всеми шахматами и маскарадом?!

[Наталья] Да. Был никем, а возомнил себя богом.

Да ладно, что вы привязались-то к малому!

[Женя] Он же видел первый труп.

Такое не каждый взрослый переживёт.

Ну и что теперь, его убивать, что ли?

Ну нап…дел разок.

[музыка продолжается]

А батя его, гондон, раздул в газетах!

У первой жертвы, Андрея, в списке пропавших вещей были часы «Слава».

Наизусть помню. По описанию, это они. Эм, с коричневым затёртым ремешком.

Отпечатков нет уже, наверное, затёр.

- Отпечатков могло и не быть. - А могло и быть.

И неизвестно, что у него ещё есть.

[Козырев] Мы Лаваля из-за показаний Игоря отпустили,

нужно работать по нему дальше.

[музыка усиливается]

[играет песня «В первый раз» группы «Shortparis»]