Original subtitles

- Э-э-э, ты чё! А-а!

- Ты всё правильно сделал. Он был плохим человеком.

- Кость, опять кошмары?

Слушай, ну, может, всё-таки сходим к врачу?

- Всё нормально.

Спи. Спи.

Ты всё правильно сделал.

- Ё-мое! - Ваш?

- Мой. Давайте его сюда. Даже не знаю, что сказать.

- Да не надо ничё говорить! Вы мне денег за проезд заплатите!

Ваш приятель обещал. - Всё!

- Ну-ка, подержи его.

Сколько с меня? - Три тыщи.

- Это ж откуда он такой ехал? - Да не поверите - из дома!

- Так он же рядом живет! - Рядом.

Но когда садился, адрес вспомнить не мог, сказал, что покажет.

Вот, показал! - Спасибо. За беспокойство.

- Спасибо. - Спасибо большое.

- Пошли, пошли! - Да...

- Давай! - Она рядом.

- Кто? Кто "она"?

Смерть рядом ходит.

Откуда у тебя диадема, Алханов? Сам украл, или помог кто?

- Адвоката позовите.

- Я ж помочь тебе хочу.

Но сначала надо, чтоб ты помог мне помочь тебе. Понимаешь?

У меня следственное мероприятие! - Не у вас, а у меня.

- Я думал, ты делом журналистки занимаешься.

- Ну так убийцу нашли. Дело закрыто. Еще вопросы есть?

- Да, есть еще один вопросик.

Ты такая стерва, потому что у тебя мужика нет?

- Раз мы перешли на "ты", к тебе тоже вопрос:

ты такой ***, потому что от тебя жена сбежала?

- Я сам ушел. - Отсюда тоже можно самому уйти.

Ой!

Прошу прощения.

Алханов!

Вы, видимо, плохо осознаете свое положение.

Найденная у вас диадема была похищена из музея.

Если вы не сможете мне объяснить, каким образом она у вас оказалась,

пойдете под суд. - Сколько раз вам повторять?

Без адвоката я не буду говорить ничего.

- Ну, адвокат вам предложит на выбор две статьи:

за скупку краденого - до трех лет с возможностью штрафа -

или за ограбление - до 12.

Выбор за вами. - Какое еще ограбление?

Что ты мне вешаешь? - Раз сегодня такой день и мы все

перешли на "ты", то если объяснишь, как у тебя оказалась диадема,

то и вешать на тебя ничего не придется!

- Я понятия не имею, кто и у кого спёр!

Мне ее один человек продал за вменяемую сумму, я не знал,

что она из какого-то музея! - Имя есть у человека?

Ефим Бабер. - Ну вот и хорошо.

Хорошо же?

- Красота! - Хм.

- То, что я хотела.

- Я рад. С вас... - Я всё оплатила.

Вы не помните?

- Разумеется. Извините.

- И вот за это колечко.

- Конечно.

- А ты классный.

Но я хочу, чтобы ты еще кое-что сделал... для меня.

Спасибо тебе, Виталик!

Виталь!

Виталь!

Сволочь ты, Виталик.

Пескарик, Пескарик...

Где ж ты плаваешь, Пескарик?

- Блин, надоела уже эта рыба! Невозможно одно и то же есть!

- Говорят, мясо нельзя. Особая диета. - Серьезно?

- Да. - Бесит! Одно и то же каждый день!

О, какие люди! Пескарик, ты, говорят, в плену был? Да?

Глянем, чё ты там делал?

Сдаюсь! Не надо!

- Так ты, оказывается, чмошник у нас. Ну, я так и думал.

А знаете, как он в плен попал? Обоссался и сам сдался.

- Пройти дайте. - Да ты тихо, тихо.

Говорят, ты испытание не прошел, да, ссыкло?

Раз ты ничего не умеешь, то и хавчика не заслуживаешь.

- Нам нужнее, а то, говорят, нас еще и голодом морить будут.

А тут хоть нажраться перед этим.

- Ты чё, самый смелый, что ли? Тебе больше всех надо?

- Хочешь, меня посмотри. - Да пожалуйста.

- Увидел? Пойдем, мужики. Олег, ты с нами.

- Слышь, а чё он там такого увидел?

- Да у нас в части такие же были. Пришлось наказать жестко.

- Поэтому в дисбате оказался? Хорош.

- Нам многовато еды, мужики, да?

Держи. - Согласен.

- Преломим хлеба, братия. На.

- Спасибо, ребята. - Приятного аппетита.

Насчет испытания ты не переживай.

Да?

- Да? - Платон, приветствую.

- Да, Лёш. - Нашелся твой Пескунов.

- Как нашелся? - Встретимся? Не телефонный разговор.

- А... ну конечно, встретимся. Да. - Адрес пришлю тогда.

- Ну, присылай. Жду. - Ну давай.

"Платон! Это ключ от твоей темницы.

Но всё же дождись меня, не сбегай. Я за тебя волнуюсь".

Не, Виталик, не, не расположен я сейчас к разговорам как-то.

Добрый день!

Господин Бабер!

Держи.

Щукин, звони в скорую и экспертам. - Угу.

Кто-нибудь есть?

- Какая неожиданная встреча. А вы что здесь делаете?

Да... я...

- Лёх! Ну ты!.. Нет чтобы посидеть где-нибудь как люди, а?

Всё тебя куда-то тянет: к воде там, я не знаю, к уткам!..

- А не люблю непроверенные замкнутые помещения.

На воде спокойней.

Ртов много, а хлеба мало. Банально, как в жизни.

- Лёш, ну давай, рассказывай. Чё позвал-то?

- Нашел я твоего Пескунова. - Хабарова.

- А ты все фамилии запоминаешь?

- Профессия у меня такая. Не то что у некоторых.

- А у нас в спецслужбах ничё не помнят. Зато всё записывают.

Поехали? - Куда?

- К Хабарову твоему.

- Поехали.

- Съезжу Алёнку проведаю. - Как она?

- Страдает по дружку своему.

Сердцу не прикажешь - оно ведь просто любит и всё.

- К вечерней службе вернусь.

Здравствуй. Не видел тебя здесь раньше.

О ком молишься? - О матери. Болеет она сильно.

- Как зовут матушку? Помолюсь за нее.

- Татьяна. Спасибо вам, отец Григорий.

- Исповедаться не хочешь? - Не готова пока.

- Ну смотри. Исповедь не экзамен, здесь желание нужно, а не готовность.

Ну, как решишься, приходи.

- Номер 75148.

"Скончался, находясь в колонии-поселении".

Похоронен на тюремном кладбище, как видишь.

Родственников нет, за телом никто не обращался.

- Это точно он? - Хм. Узнаешь?

- Ну да. Мда...

А чё он Иван Иванов? Тут другие имя, фамилия.

- Его задержали лет восемь назад при попытке ограбления.

При нем были документы, но поддельные.

Настоящее имя называть явно не захотел.

Утверждал, что проблемы с головой, ничё не помнит.

Ну и... следствие назвало "Иванов".

И только, когда я начал искать его, личность установили

по поиску лиц в цифровом архиве.

- А что с ним случилось-то, что он?..

Несчастный случай на лесоповале. Бревном придавило.

Всё банально, как в жизни.

Ну что, теперь успокоился?

- Привет, Кость. - Привет!

- Там курьер какую-то коробку принес.

Не стала открывать: мало ли, сюрприз для меня.

- Коробку? Что за коробка? - Угу. Ну, вот, посмотри.

- Вот эта что ли? - Угу.

- Ты всё правильно сделал. - Интересно.

- Кто это принес? - Ну я же говорю, курьер.

- От кого это? - Не знаю. Ты не заказывал?

Кость...

- Доча! Алёнка!

Дочь... Дочурка! Что произошло? Что произошло?

Что произошло? Кто приходил?

Открывай! Я знаю, что ты там! Гони бабки, тварь!

Слышь, сучка, за его долги ответишь ты, поняла?

- Тихо, тихо, тихо, всё хорошо.

- Тихо, всё хорошо, я здесь. - Я рядом. Всё.

- Олег Семенович! - Олег Семенович!

Экспертиза по диадеме.

Олег Семенович, это как же так? Что же будет-то теперь?

- Ну, по заключению предварительной экспертизы, это суицид.

При чём здесь Белозеров-то?

- Во-первых, ассистентка Шиманской, которая приперлась тогда

на место убийства, отдала нам флешку.

На ней компромат на Белозёрова,

доказательства связи Белозёрова с Бабером.

- Связь - это очень хорошо. А мотив на этой волшебной флешке есть?

- Может, дослушаешь сначала? - Давай.

- Разрешите продолжить? - Давай-давай.

- Угу. Так вот.

С чего вдруг Баберу, обеспеченному антиквару,

у которого ни долгов, ни врагов, ни каких-то болячек серьезных,

вдруг ни с того, ни с сего накладывать на себя руки?

- Юль, мало ли с чего. Любовь... безответная.

Клиническая депрессия, не вынес тяжести бытия - что угодно.

Как это с Белозеровым связано? Не понимаю.

- Заметает следы после аферы с диадемой.

- Ну какой аферы, Юль? Ну что ты говоришь?

Если Белозеров сам помогал эту диадему вернуть?

- Уверена, неплохо на этом заработал.

- Это тоже вилами по воде, если честно.

- Душнила этот опять. - Какой?

Директор музея.

Ну а чё ты? Ответь.

- Смелянская, да. Да.

Угу. Спасибо за информацию. Да. Всего.

- Что? - А вот тебе и мотив:

рубин в диадеме подменили. Я же говорю, следы заметает.

- Привет, Оль! - Виталий Андреевич...

Там к вам... эта.

- Что вы как маленький? - Заходите, не стесняйтесь.

В приемной отказалась ждать.

- Кофе нам принеси. - Угу.

- Мы же все вопросы закрыли? Мне приятно общаться с вами, но...

- Появились новые вопросы. По поводу диадемы.

- А что с ней не так? - Надеялась, вы мне ответите.

Как так получилось, что рубин в ней поддельный?

- Музейщик же подтвердил подлинность?

Или грамотно увиливает, или не знает.

Эксперты установили: поддельный. - Хорошо. Я-то тут при чём?

- Полагаю, вы попросили вашего друга Ефима Бабера,

чтобы он извлек камень из диадемы и сделал из него брошь.

А после этого вы от него избавились.

Ну или ваши подельники.

- Подождите. Что? Что вы хотите сказать?

Хорошо держишься, молодец. Я уверена, это ты.

А вы не в курсе? Бабер мертв.

Вы знаете, что такое царская водка?

- Да, конечно. Смесь азотной и соляной кислоты.

- Этот коктейль залили ему в горло.

Вряд ли человек способен сам такое выпить. Согласитесь?

- Ефим был моим другом, у нас была одна страсть:

старинные произведения искусства.

- Угу, краденых. - Вроде той книги.

Да, я в курсе. И убитая журналистка шантажировала вас этими связями.

И вы ее ликвидировали,

чтобы своей публикацией она не навредила вашим планам?

Либо вы предъявляете обвинение,

если вам есть что сказать, либо вот Бог, вот порог.

Поверьте, мне есть чем заняться. - Хорошо.

Кстати, кофе у вас отвратительный.

- Да, действительно. Оль!..

- Господи, помилуй! - Господи, помилуй!

- Что с вами? - Отец Григорий...

- Что "отец Григорий"? - Он позвал меня на исповедь.

Я сначала не хотела идти, а потом решила, раз я здесь...

Я зашла и рассказала ему всё о себе, а он...

- Что? Что случилось? Я ничего не понимаю.

- Он был пьян и... - начал трогать меня везде...

Я сначала не могла пошевелиться, мне так было страшно.

Потом я... вырвалась, убежала.

Нет... Нет, этого не может быть! Нет...

- Может. - И ты сама это знаешь.

- Что? Почему?

Потому что это была не я, а ты. А ведь ты любишь его,

а он так с тобой поступил.

А теперь он должен ответить.

- Сергеич... - Присядь.

- Так, опять дерьмо какое-то.

- Смелянская настойчиво тебя требует на разговор.

- Смелянская? Требует?!

Не понял, что ей надо от меня? По Белозёрову опять?

- Ты там корону какую-то нашел... - Ну, диадему.

- Вот-вот. - Так, что случилось?

- Поддельной эта штука оказалась, точней, камень в ней.

И у нее возникли к тебе вопросы. Короче, она вызывает тебя на допрос.

- На допрос? - Не, ну серьезно что ли?

- Вань... Иван! - Воеводин, стой!

- Иван Юрьевич! Очень хорошо, что я вас поймала.

- Нет, для тебя это не очень хорошо! - Есть к вам пара вопросов.

- Ты чё деятельная такая, а? Реально от недотраха?

- Остынь, дебил! - Эй! Хорош!

- Всё нормально! Остынь, сказал!

- *** на твои погоны! Я тебя реально!..

Остынь, Ваня!

- Юля, идем. - Я тебя реально достану!

- Так, чё там тебе надо было, чтоб Белозерова и его подельников

закрыть к чертям собачьим? - Прослушка и ноги.

- Ага, значит, завтра план мероприятий мне на стол.

- Сегодня будет. - Ты нормально?

- Да, нормально. - Хорошо.

- Отличный мужик был Ефим.

Сначала эта девушка-журналистка, теперь он.

- Земля им пухом.

- Я думаю, что смерть Бабера тоже как-то с нами связана.

- Ты считаешь, что это Пескунов до него добрался? Зачем?

- Пескунов, ребят, не мог.

Пескунов мертв уже три года. Я был у него на могиле сегодня.

- Отмучился? Упокой, Господи, его душу.

Покойников-то в последнее время!..

Хотя, если бы это оказался Пескарик, я бы не удивился:

ему есть за что нам мстить.

- Расскажи нам еще раз! - Давайте не будем! Хватит!

- Если это не Пескарик, то кто еще это может быть?

И главное, как его остановить?

- Так, смотрите, с самоубийством этого... Володского

- связана какая-то девушка, верно? - Верно.

- В деле таксиста без нее не обошлось.

Всё не мотивировано, как и...

- Как прыжок Володского. - Именно.

Эта девушка и есть ключ к тому, что с нами происходит.

А значит, и со смертью Ефима она как-то связана.

Съездишь со мной Алханова прочитать?

Того, который у Бабера диадему купил.

- Виталь, хорош! Трупов я больше не читаю!

- Да он жив-здоров! В изоляторе отдыхает.

Съездим с утра пораньше?

- Ладно, съездим.

- Алханов? Иди сюда. Иди-иди!

Тебе передали. - Что это?

- Сказали, сам поймешь. - От кого?

Олег! Олег! Просыпайся.

- Что случилось? - Пора, приехали за тобой.

- Зоя Павловна, пожалуйста, дайте мне еще один шанс!

Я правда... правда сделаю всё, что вам нужно.

- Не усложняй. Мне тоже это нелегко дается.

- Пожалуйста!.. Я не хочу обратно на войну.

- Да пойми ты, распоряжение, приказ! - Всё, идем.

Собирайся!

- Зоя Павловна! Ребят, мне нельзя обратно!

Пустите! Выпусти, я сказал!

Чтоб ты сдох, ***!

- Гришка! - Держи его!

- Отпусти! Отпусти! - Сюда быстрей!

- В глаза не смотри! - Держи его!

Уйди!

Ты кто?

Ты кто? Ты кто?!

- Стойте! - Кто это сделал? Его взяли?

Упокой душу усопшего раба Твоего Платона...

Преломление.

- Можно я оставлю ее себе?

- Ты знаешь ответ. Камень должен оказаться у Белозёрова.

- А если я скажу тебе, что у меня есть план получше?

Тогда я смогу ее оставить?

Ты говорил, что у Белозерова нет близких.

Но сегодня я побывала у него дома,

и теперь я знаю, как по-настоящему сделать ему больно.

Это дневник его жены.

- Дай мне еще один шанс. - Рассказывай.

У каждого из вас есть скрытый потенциал.

Знаете, что такое царская водка?

- Захотелось новенького. - Скоро все узнают, кто вы.

- Ты женат? - Был. Был женат. Свет! Свет! Света!

- Она рядом... - Кто? Кто "она"?

Смерть рядом ходит.

- Войдите! - Здравствуйте!

Это вы следователь? - Что у вас?

Попытка изнасилования? Сочувствую.

Обухов Г.В. Это кто? Ваш знакомый?

- Это настоятель церкви, в которой я служу.

М-м-м... Свидетелей, я так понимаю, нет?

К врачу не обращались? И следов, я так понимаю, тоже не осталось?

Выходит, ваше слово против его.

Это дело даже до суда не дойдет.

- То есть всё бесполезно? - Ему всё с рук сойдет?

Вы на это намекаете? - Я не намекаю, я вам прямо говорю.

Вы точно готовы сто раз пересказывать эту историю

во всех подробностях перед кучей разных людей,

учитывая, что доказательств нет никаких?

Заявление заберите!

- Пишите!

Вчера вечером я...

...я зашла в келью сказать, что я ухожу домой.

Ну чего вы сидите?! Пишите!

Я правду говорю! Мне не страшно.