Original subtitles

ФИЛЬМ ПОЛА ШРЕДЕРА

В РОЛЯХ: РИЧАРД ГИР

УМА ТУРМАН

МАЙКЛ ИМПЕРИОЛИ

И ДЖЕЙКОБ ЭЛОРДИ

О, КАНАДА

По мотивам романа Рассела Бэнкса «Предрешённый».

Северный международный кинофестиваль, сертификат номинации,

Леонард Файф, номинирован за выдающиеся успехи в документальном кино.

Автор сценария и режиссёр Пол Шредер.

Когда отец умер, меня не было рядом.

Я приехал через неделю.

Он болел, но его смерть стала неожиданностью.

Отец разрешил своим бывшим студентам приехать к нему

в Старый Монреаль на целый день и согласился дать интервью.

Я забыл, зачем я вообще согласился.

Напомни, зачем я согласился?

Месье Файф согласился дать интервью,

потому что он важная и знаковая фигура в мире кино.

А знаменитости должны давать интервью.

Угу.

Где Эмма?

Я здесь.

Эмма.

Чудесно выглядите.

Ну конечно.

Всё не так.

Всё не так.

Любимый.

Ой, мы готовы.

Одну минуту.

Ну и где её носит?

Я только ради неё на эту херню и согласился.

Не придёт, я откажусь.

Эмма здесь.

Эмма с нами.

Я прямо за тобой иду.

Да что мне вообще говорить? Не люблю я притворяться.

Мне проще говорить то, что я хочу, когда я знаю, с кем говорю.

Ты говоришь с Малкольмом.

Вы снимаете кино.

Нет, это они кино снимают.

Малкольм и Диана.

Профессор Файф.

Ну вот.

Благословляю.

Всё.

Мы обустроили место для интервью.

Там.

Чудно выглядите.

Да, лучше не бывает.

Помнишь своих одногруппников?

Ну конечно.

Малкольм и Диана.

Мистер и миссис Кен Бёрнс от Канады.

Не ёрничай.

Мы уже привыкли.

Диана будет сегодня за камерой, а это наша ассистентка du jour, Слоун.

У меня и фамилия есть.

Слоун Амброус.

Вас посадим сюда, на крестик.

Отлично.

Ладно, дайте сигнал, как будете готовы.

Как и договаривались, давайте вспомним ваш путь,

начиная с прибытия в Канаду после уклонения от службы до вашей карьеры в кино.

У нас подготовлен список из 25 вопросов.

Вы выдающийся режиссёр политического документального кино.

Мы используем технику съемки, которую вы разработали.

Где моя жена?

Я здесь.

Считайте, что это дань уважения от вашего последователя.

Возражений нет.

И ещё не обязательно всё снимать за один день.

Можем продолжить завтра.

Сиди там, пока не закончу говорить, ладно?

Ладно.

Если что, у нас много хороших вопросов.

О, я и не сомневаюсь.

Рене сказала, без Эммы вы говорить не станете.

Это правда?

Почти правда, да.

Может, и заговорил бы, но не так.

Почему?

Это протокол.

Какой протокол?

Не знаю, это как показания.

Мне проще давать их тебе.

Что ж, давайте начнём.

Свет, пожалуйста.

Леонард Файф, 22 декабря 2023.

Леонард, я бы хотел начать с...

История начинается...

вечером 30 марта 68-го года в Ричмонде, Виргиния.

Там-то и расцвёл цветок, полный яда.

Мы с моей женой Алисией были в гостях у её родителей.

Ой, как он сегодня беспокойный.

Жил-был плюшевый кролик.

И поначалу он выглядел прелестно.

Упитанный и пушистый, как положено всем кроликам.

Белая шубка с бурыми пятнышками,

усики из ниточек, а ушки из гладкого розового сатина.

Однажды в Рождество...

О, быстро уснул.

Послушаю?

Я его слышу.

Или её.

Должна быть девочка.

Получится идеальная семья.

Мама, папа, сын и дочка.

Жаль, я уезжаю.

Когда самолёт?

Рано утром.

Ты не вставай, я на такси.

Передавай привет Стэнли и Глории.

Необычная пара, да?

Всё ещё вместе.

Наверное, к ужину приеду.

Папа?

Прости, дочка.

Леонард, можно тебя на личный разговор?

Прямо сейчас.

Конечно.

В бильярдной.

По стаканчику пропустим.

Ладно.

Через пятнадцать минут.

Леонард, заходи.

Присаживайся.

Позволь предложить великолепную сигару,

скрученную кубинскими эмигрантами.

Что ж, вообще я, конечно, пытаюсь не курить, раз уж Алисия забеременела.

Но ладно.

Что ж, как я понимаю,

в вашей с Алисией жизни наступает решающий момент.

Да, конечно, перемены существенные.

Для нас тоже.

Мы будем далековато от Ричмонда жить,

но вы уж навещайте нас в Вермонте почаще, ладно?

Я там не бывал.

В Вермонте.

Мы тоже будем приезжать как можно чаще.

Особенно в каникулы, когда у меня отпуск в колледже.

Колледж этот неплохой, говорят.

Годдард.

Одно из этих прогрессивных заведений, судя по словам Алисии.

Точно.

Мой отец не сказал ему,

что может остаться в Виргинском университете ещё на три года.

Он и Алисии не сказал.

Заходи.

Я пригласил своего брата Джексона посидеть.

Давай, Джек, садись рядом.

Бен говорит, ты завтра на север летишь.

Завершать сделку по покупке нового дома?

Да, всё так.

Да, мне сказали, ты там преподавателем устроился.

Бросаете бабушку с дедушкой.

У тебя родители там ещё?

Нет, они уехали в Мэн.

Это ж за три девять земель.

Сынок, позволь перейти к сути.

Мы с братом недавно обсуждали одну мысль.

Хотели сделать тебе деловое предложение,

пока ты не уехал на север окончательно.

Бич и Неттлсен выкупили с десяток,

если не больше, семейных фармацевтических и медицинских компаний.

Теперь собираются купить и "Доктора Тодда".

Предложение весьма внушительное.

Миллионы.

Дело плохо.

А в чём проблема?

Следующее поколение проблема.

Все девчонки.

Дочка Бена и три моих.

Моим девочкам, как и мальчикам, за которых они вышли,

даже лимонадный киоск доверить нельзя.

А вот ты вроде ничего.

Вы наняли частного сыщика.

Узнать тебя поближе.

Я и так сказал Алисии, что был женат.

И с ребёнком.

Мы хотим, чтобы ты рассмотрел предложение,

которое я и Бен обсуждали с нашими юристами.

Может, ты подождёшь с покупкой жилья в Вермонте

и устроишься к нам в "Доктора Тодда"?

Мы предложим тебе руководящую должность.

Конечно, не сразу, но быстро.

Может, очень быстро.

Ты станешь генеральным директором.

"Доктор Тодд" будет твоей компанией, Леонард, а не Бич и Нэттлсона.

Компания останется у нашей семьи.

Ну, что скажешь, сынок?

Я не знаю, что и сказать.

Нет, я польщён.

Я и не думал никогда работать в "Докторе Тодде".

И уж тем более генеральным директором.

Я даже просто не уверен, что у меня достаточно...

Если боишься за своё литературное творчество,

от него незачем отказываться.

Работать сутками не придётся.

Томас Эллиот был банкиром,

Уоллес Стивенс страховой компанией управлял в Коннектикуте.

Герман Мелвилл, твой любимец, служил чиновником на таможне.

Перечислять можно долго.

Мой братец навёл справки.

Да уж.

Теперь мне точно есть, над чем поразмыслить.

Ещё надо с Алисией посоветоваться, конечно.

Не спеши, не спеши.

Это же самое важное решение в твоей жизни.

Мы попросим Бич и Неттлсона подождать недельку-другую.

Мне, наверное, надо будет подстричься, усы сбрить.

Хорошо.

У меня есть неделя подумать?

Спасибо.

Я очень благодарен.

Я вернулся в гостевую спальню. Голова буквально шла кругом.

Вьетконг продолжает нападение по всему Южному Вьетнаму.

Огромное скопление войск северных вьетнамцев...

Я рассказал Алисии, что предложили мне её отец и дядя.

Чего?

В каком смысле?

Как там Корнел?

Плохо спит, но ничего.

Да, они...

Да.

В общем, если я соглашусь на должность директора,

они не будут его продавать Бич и Неттлсону.

А сами ещё немного поработают, а дальше...

Просто передадут компанию мне.

Никаких денег или акций они не предлагали.

Хотя это всё равно не важно.

Ого!

Ого!

Да уж ого!

Ого!

Ещё бы!

Чего-чего, а такого я от них не ожидал.

Я думал, я для них инопланетянин какой-то.

Ой, не надо.

Они знают, что ты умный, просто не сразу к тебе привыкли.

Знаешь, мне с ними ужасно некомфортно.

Да, я...

Их богатство, манеры

Нарочитое благородство белых южан.

Ты сама всё это замечаешь.

Ну, времена меняются, и люди тоже.

Да, нанимают сыщиков.

Только не начинай опять.

Мама наверняка уже тоже в курсе.

Но это не значит, что мы будем жить в Ричмонде.

Ты же не подписал договор, так ведь?

Только устно согласился.

Ты шутишь, да?

Да, конечно.

Конечно же, шучу.

Да.

Неожиданно это.

Неужели нисколечко не заманчиво?

Нет.

Нет, вообще нет.

Нет, я к сорока годам... Раньше... Либо сопьюсь, либо помру.

Что? Папа в день работает 5 часов самое большее.

Компания сама справляется.

Будешь снова писать роман.

А в Вермонте будет наш летний дом.

Ты правда хочешь, чтобы я на это согласился?

Нет, конечно, нет.

Но и отказываться мне не хочется.

Здесь нам всегда помогут с детьми.

Можно отдать их в частную школу.

Мы построим свой дом.

Сам понимаешь, что это значит.

Что у тебя будет семья.

Что ты им сказал?

Что посоветуюсь с тобой.

Я отвечу через неделю, как слетаю в Вермонт.

Решение важное.

Ну хватит на сегодня, милый.

Давай спать.

У тебя завтра два перелёта, ехать потом.

Спасибо.

Поешь?

Ой, нет, не буду. Мне уже пора выходить.

Корнел разбудил.

Привет.

А я решила, пусть позавтракает с папой.

Здравствуй.

Доброе утро.

Доброе утро.

Доброе.

Привет.

Только не думай ехать на такси.

Зачем же вы просто так будете ездить туда-обратно из-за меня?

Да я буду только рада прокатиться.

Дать тебе бритву Бенджамина?

Зайка, этот парень ненадёжный.

Ну папа! А кто, по-твоему, в 22 надёжный?

Надёжный зануда мне не нужен.

Надо.

О, оцени-ка, Корнел.

Пора?

Ну, ладно-ладно.

Минутку, сейчас вернусь.

На папе был пиджак цвета хаки.

В следующий раз я увидел отца через 30 лет.

Прервёмся на минуту?

Вообще, ещё рано карту менять.

Нет-нет, микрофон.

Слоун, у него микрофон упал.

Закрепи как следует.

Проведи под кофтой.

Её запах - аромат чистой страсти.

А чем пахну я?

Особенно для девушки.

Может, она чувствует запах лекарств?

Антиандрогены?

Таксотер?

Биофосфонаты, которые не дают костям сломаться под моим собственным весом?

А запах засохшего кала, который прилип к моему заду?

Напомните, зачем я приехал домой из больницы?

Вам тут наверняка гораздо лучше.

Эмма всегда рядом, и всё вокруг родное.

Куда моя жена делась?

Прости, надо было выйти.

Сообщение пришло, я должна была сразу ответить.

Так, ладно.

Лео, кажется, мы слегка отошли от темы.

Эмма, ты целостность нарушила. Решат, что был монтаж.

Что-что?

Продолжай, пожалуйста.

Я почти всё это и так знаю.

Неправда, ничего ты не знаешь.

Нет, кое в чём я не признавался даже себе.

Это мой подарок, тебе, любимая. Ты меня узнаешь.

Ты говорил почти целый час.

Может, сделаешь перерыв?

Слоун, тебе сколько лет?

Двадцать четыре.

А что?

К двадцати двум...

Я уже женился, завёл ребёнка и развёлся.

В твоём юном возрасте, Слоун, я успел...

разрушить свою жизнь.

Представь, всё хорошее, что вообще могло произойти, уже произошло.

Вы были героем.

Были верны своим убеждениям.

Она правда в это верит?

Я хочу продолжить.

Включите камеру.

Свет, пожалуйста.

Давайте, поехали.

Продолжим с момента,

когда вы уклонились от воинской повинности и приехали в Канаду.

Леонард Файф, 22 декабря 2023.

Я сделал пересадку в Вашингтоне.

В Вашингтонском национальном аэропорту.

У меня в кармане лежал чек на 23,000 долларов,

выписанный Федеральным резервным банком Ричмонда.

Я должен был оплатить покупку дома в Вермонте.

Его единственным владельцем становилась трастовая компания "Алисия Вайлет-Чапман".

Возможно, эта 8-миллиметровая плёнка до сих пор где-то сохранилась.

Доказательство того, что Леонард Файф находился

в Вашингтонском национальном аэропорту 31 марта 1968 года

в 10.58 утра.

Наш документальный фильм сделает Леонардо Файфа для канадцев фигурой,

сопоставимой по масштабам с Гленом Гульдом.

Он вдохнёт в ваши фильмы новую жизнь и заставит публику задуматься,

что же значит быть настоящим художником.

Начнём с вашей пацифистской позиции и закончим последним фильмом.

Это дань уважения вам.

Поверьте, мы покажем Лео только с хорошей стороны.

Это будет их фильм, Лео.

Проходите, мистер Файф.

Приятного полета.

Я испытывал радостное волнение.

Как будто вот-вот что-то произойдёт.

Нечто грандиозное, что коснётся всех в самолёте.

Может, он взорвётся,

и выживу только я один.

Стойте.

Вы курили на борту самолёта?

Это был 68-й год.

А, да.

Конечно.

Простите.

Я могу продолжать?

Конечно.

Да.

Я вырос в Страфорде.

Он примерно в 30 километрах к северо-западу от Бостона.

Я еду в Монтпильер, штат Вермонт, в колледж Годдард.

А, да.

Говорят, очень хороший.

Да, буду там преподавать.

И дом куплю.

Машину верну, скорее всего, через пару дней.

После колледжа я поехал на юг.

С Ами я познакомился в баре Сент-Питерсберга.

Ами было восемнадцать.

Я собирался на Кубу.

Но так до неё и не добрался.

Мы поженились четыре месяца спустя.

Она была просто ангелом.

К тому времени она была на первом месяце беременности.

Она назвала нашу дочку Хайди в честь своей любимой книги.

Да, это так.

Я писал свой роман.

Вы написали роман?

Нет, нет, нет.

Это просто... он был дерьмовым.

Чушь.

Претенциозная графоманская дрянь.

Кошмар.

Я даже не представляю, куда делась рукопись.

Вещи теряются, пропадают, их забывают, как и людей.

Тех, кого любил... Тех, что тебя любили.

Писатель?

Да.

Обычный двадцатилетний эгоист, который очень хотел называться писателем.

Гораздо сильнее, чем писать.

Ну вот, "Отныне и вовек".

Они говорят, это литература.

Полная хрень.

Да я эту книгу за день прочитал.

Это не книга, это не роман, а сраный набор букв.

Он не знал, что такое любовь, потому что в жизни никого не любил.

Я

Ами, я люблю тебя.

Я люблю тебя.

Я обещаю, я никогда тебя не брошу.

Я обещаю.

Я люблю тебя.

Хватит, Лео.

Ами, люблю.

Прошу.

Может, если будет чаще повторять, наконец-то что-то почувствует.

Потом появилась Аманда.

Да погоди! Ты не слушаешь! Не слушаешь!

Без эмоций нет цвета, так?

А в свою очередь, без цвета нет эмоций. Да?

Франц Клайн, так?

-Где Ами? -Дома осталась.

Франц Клайн, Франц Клайн. Слушай, а если цвет - невидимый?

-Значит, эмоций нет. -Господи...

-Главное в искусстве - ждать. И в живописи тоже.

Вот Лео, например, ждёт.

Неправда, не жду.

Ты не пишешь.

Это ожидание.

Я пишу.

Я пошел за пивом.

Пишет он.

Пишет.

Нет, слушай.

Вот история – это ожидание, так?

Да?

Лео, вот чего ты ожидаешь?

Ты со своей историей так и не станешь великим художником.

Да пошел ты.

Я жду, пока всё... Ну, пока... Наверное, всё как-то встанет на место.

Да.

Хорошо.

Видишь, у художки не бывает темы.

Понял?

В отличии от документального кино.

Ясно?

Что это?

Роман, который он не пишет.

"Первым делом он пополз к двери и с тех пор полз всю жизнь."

Неплохо.

Ну, вообще-то я еще и не такое могу.

Дашь сигаретку?

А это, это Стэнли Райнхард.

Он большой художник.

Очень большой.

Аманда.

Аманда была джазовой пианисткой.

Она говорила, что спит с Джерри Малиганом, но он вечно был на гастролях.

Ами, Аманда, Алисия.

Все на букву А.

Однажды я переспал с Амандой, и Ами не узнала.

Никаких последствий.

И я знал, что буду возвращаться к Аманде снова и снова, пока она в меня не влюбится.

А Ами всё не узнает.

Я ей сам скажу.

Или, может, кто-то из наших знакомых расскажет?

И останется только меня бросить.

Ты её любишь?

Значит, мы в тупике.

Ничего.

Ничего.

Всё хорошо, Лео.

Вернись ко мне.

Есть лишь один способ избежать двух неприемлемых решений.

Придумать третье.

Хватит.

Достаточно.

Хватит снимать.

Нужен перерыв.

Он путается в мыслях.

Это из-за лекарств.

Я вообще-то Genie выиграл.

И Gemini.

Мы выиграли Оскар.

Он всё путает.

Он как во сне.

Мы поступаем неправильно.

Все эти воспоминания полны неточностей или наполовину выдуманы.

Нельзя такое снимать, Малкольм.

Даже если потом не будешь показывать.

Я построил карьеру,

выпытывая истину.

Мне говорили то, чего не говорили другим.

Пришла моя очередь.

И я не могу говорить правду, пока меня не снимают.

Ты будешь свидетельницей.

Моя последняя молитва.

Не важно, веришь ты в Бога или нет.

Ты не врёшь, когда молишься.

По-моему, он хочет продолжить.

Свет, пожалуйста.

Фотография против жизни.

Реальность против изображения.

Сьюзен Зонтаг. "О фотографии."

Мощнейший труд.

Шесть эссе. Уверен, вы их уже читали.

Если нет, прочитаете к следующему занятию.

Итак.

Да.

Событие уже завершилось,

пишет Зонтаг.

А картинка существует, даруя этому событию нечто вроде бессмертия,

которого иначе не могло бы и быть.

Пока реальные люди убивают других реальных людей,

фотограф стоит позади своей камеры и создаёт мир образов,

способный пережить всех нас.

Джейми, не выключишь свет?

Итак, знаменитое фото.

Его сделал фото-журналист Эдди Адамс.

Утром 1 февраля 68 года.

На фото изображена казнь пленного партизана Вьетконга Нгуэн Ван Лема.

И генерал Нгуэн Гок Лоун на улице Нгуагиатул в Сайгоне.

За это фото Адамс получил Пулитцеровскую премию.

Ван Лем никогда не умрёт.

Генерал Лоун не умрет.

Когда кто-то видит это фото, они оживают вновь.

Эмма, мисс Флинн, вы не согласны?

Сказать и по-другому можно.

Ван Лем не будет жить вечной жизнью, он будет вечно умирать.

Каждый раз, когда мы видим это фото.

Одну секунду.

Вы что, вы правда про это не знали?

Про его жену, Виргинию,

и про сына, и про другую жену с ребенком?

Боже, Слоун, что за вопрос?

Он просто путается в воспоминаниях, сюжетах, фантазиях, жизнях других.

Эмма знает историю Файфа лучше всех, она жила с ним тридцать лет.

Я знаю всё, что должна знать.

Господи, обсуждаете меня, как будто я ни хрена не здесь!

Я вас слышу!

Прости, дорогой.

Да, и лекарство тут ни при чем.

И она врёт. Эмма ошибается.

Она не знает всего, что должна знать.

Ты мне веришь, Рене?

[фр.] Я верю, что вы верите.

Сделаем перерыв.

Нет, не надо.

Нет-нет, работаем.

Давайте, сели и продолжаем.

Вы же можете?

Хорошо, погасите свет.

Темно, чтоб было, темно.

Иди вставай за аппарат, за эту штуковину Эрла Морриса.

-Как её там? -Интеретрон.

Кстати, основан на вашем методе интервью.

Не моей, а Зигмунда Фрейда.

Тот, кто берет интервью, вне зоны видимости. Всё просто.

Располагайтесь так, чтобы человек мог смотреть только прямо в объектив.

Если будете достаточно долго ждать, будете молчать вне зоны видимости...

он заговорит, не сможет удержаться.

Фрейд, он садился в своё кресло рядом с кушеткой.

Он всё это прекрасно понимал.

Слушать...

Ждать.

Лео, принести воды?

Да.

Да, я смотрел этот ваш документальный фильм про Чернобыль.

Да, все его неточности можно по всем пальцам руки пересчитать.

Лео.

Принеси воды, пожалуйста.

Я делаю то, что делал всю свою жизнь - говорю правду.

А ты нет.

Нет, нет, нет.

Дешёвка.

Я не хочу тебя больше видеть, дешёвка.

Дешёвка.

Да, я хочу там видеть Эмму.

Хочу свою жену.

Хочу Эмму.

Посадите её туда.

Ладно.

Присаживайся.

Свет.

Я здесь, Лео.

Да, привет.

Ладно, начнём с фильма «В дымке».

Документалки о том,

как Dow Chemical испытывали «агент оранж» в Нью-Браунсвейке перед Вьетнамом.

Он вас и прославил.

Вас чуть в тюрьму не посадили.

Дорога из Бостона в Монтпилиер, проходит рядом с Фэнсем.

И дальше на север, через Траффорд, город, в котором я вырос.

Я подумал, вдруг я захочу про него написать.

Решил заехать и взять карту.

Мистер Леонард Файф.

Сколько лет, сколько зим.

Рад встрече, Джимми. Быстро время летит, да?

Только не для тех, кто мороженое подает.

Как обычно?

Да.

Что я брал?

Кофе и кекс с отрубями.

С маслом. Тёплый.

Ладно, это и возьму.

Что же ты не рассказываешь?

Как там на Кубе?

На Кубе?

Лео!

Всё нормально?

Да вот. Приехал.

Приехал?

Из колледжа?

Пап, если ты задержишься, не успеешь на поезд в 9.27.

Мы еще поговорим.

Послушай, Леонард, нельзя вот так отворачиваться от всего белого света.

Тебе 18, и ты уже обиделся на мир за то, что он не соответствует твоим идеалам?

Может, через 10 или 20 лет ты поймёшь: чтобы помочь бедным и угнетённым,

тебе следовало остаться в колледже и получить диплом.

Или хотя бы начать служить своей стране.

А не бродить по свету, как бездомный какой-то.

Это моё решение.

Пожалуйста, хватит мне объяснять, почему я должен остаться в колледже.

Почему мне нужно стать доктором или каким-то бизнесменом.

И вообще, идите говорите с моей мамой, это же она вас к нам позвала.

Лео, ты куда уходишь?

Не волнуйся, я вернусь. Навсегда не уйду.

По крайней мере, до Рождества.

А куда ты собрался на Рождество?

Куда ты можешь пойти? Колледж ты бросаешь, дом тоже.

На Кубу!

Куба?

Да, идея грандиозная.

Знаешь, примерно в твоём возрасте я сам чуть было не поехал в Испанию.

Воевать за бригаду Линкольна.

А вот мои друзья поехали.

Хотя могли хорошую карьеру построить, несмотря на то, что были коммунистами.

Может, лучше взять галстук потемнее?

А тем, кто потом вернулся, было совсем нелегко вернуться к прежней жизни.

Всё изменилось.

Русские... Китайцы.

Всё, мне пора идти.

Слушай, выбери-ка пару галстуков мужу моей сестры, хорошо?

У тебя есть вкус.

Мой сын тебя очень уважает.

Надеюсь, хотя бы не вздумает потащиться за тобой на Кубу эту.

Я завтра вернусь.

Хорошо.

Кстати говоря, я написал рекомендательное письмо в Рамфорд, ты знаешь?

Да, я знаю.

Родители тобой очень гордятся, правда.

Ты для них всё.

Если захочешь вернуться в Рамфорд, я могу позвонить, кому надо.

Ты заходи ко мне домой.

Выпьем, немного посидим, обсудим всё с глазу на глаз.

Пообещаешь зайти?

Спасибо за предложение, мистер Келлахан.

Я обещаю.

Ладно.

С Новым Годом.

А, передавай привет мистеру Варни.

И не забудь тут всё закрыть.

С Новым Годом!

Одну секунду, я что-то не понимаю.

Не могло так быть.

Что?

Что ты не понимаешь?

Скажи, говори конкретно. Всё взаимосвязано.

Ну, одежда, например.

Та, которую вы стащили из магазина.

Перчатки, тёплые рубашки. Это зимняя одежда.

Вы как будто в Канаду ехали, а не на Кубу.

Вы вообще добрались до Кубы?

Нет, нет, всё было кончено ещё по пути.

Флорида.

Я

я доехал только до Флориды.

Девушка, которая забеременела и родила вам Хайди?

Ами.

А как же ваша поездка через всю страну?

Малкольм подарил мне роман в дороге и сказал, вы такую же поездку себе устроили.

Слоун.

Это была абсолютно дурацкая затея, полный бред.

Мы с приятелем, Ником Дофиной...

Он подарил ей роман в дороге.

Значит, он её трахает.

Да, точно.

И Диана это знает.

А Слоун думает, что нет.

Она думает, что любит этого пятидесятилетнего мужчину.

Да, он точно её трахает.

Диана такого не заслуживает.

Она лучше него.

Мы с первой же страницы знаем, чем заканчивается биография человека.

Его смертью.

А вот интервью...

Нет.

Тут развязку угадать заранее не выйдет.

Без Дианы Малкольм ничего бы не добился.

Снимал бы рекламу для местного телевидения в Виннипеге.

Или промо-материалы для карибских таймшеров.

Он убедил её в том, что он талантливее, чем она.

Откуда я это знаю?

-Ты откуда родом? -Ну я...

Я поступил точно так же, когда её соблазнял.

-Да? -Да, и родители мои оттуда.

Ясно. Спасибо, что выбрала мои занятия.

О, я так рада, что мне выпала такая возможность.

Это так вдохновляет.

В общем...

Ник, не знаю...

Насколько я понял, он почувствовал себя виноватым и пошел на исповедь к священнику.

Рассказал про тачку и про того слепого и прочее.

Священник вызвал полицию и закончилось наше грандиозное путешествие.

Мы поехали домой.

И я изменился навсегда.

Мне очень тяжело, Лео.

Да... Я знаю, что ты болеешь, а не я.

Но мы как будто вспоминаем уже умершего.

Ты очень устал.

Лекарство мешает тебе мыслить трезво, дорогой.

Ты путаешься, рассказываешь то, чего нельзя говорить на камеру.

Пожалуйста, давай остановимся.

И попробуем еще раз, когда ты поправишься.

Когда я поправлюсь?

Я уже не поправлюсь, ты же знаешь.

Священник взял и сдал вас с приятелем?

Пересекли всю страну...

Добрались до самой Калифорнии.

Надо было в Австралию лететь, но в итоге мы

Задержались в YMCA...

Пора менять приёмник, мистер Файф.

Вам надо в уборную.

Сделаем перерыв.

Слоун, сними микрофон, пожалуйста.

Вот так.

Пиджак.

Хорошо.

Теперь идем сюда.

Не спешим, не спешим.

Хорошо.

Вот так.

Брюки.

И вниз.

Вот так.

Хорошо.

Позовёте, когда надо будет подтереть.

Я могу замолчать, как в тот раз, когда перестал есть.

Тогда я просто исчезну.

Всё, что от меня осталось, у меня в голове.

Одно лишь прошлое, потому что будущего уже нет.

А когда прошлое - ложь, как у меня, когда все твои близкие обмануты,

всё, что тебе остаётся, это быть вымышленным персонажем.

У нас много хорошего материала.

Сделаем перерыв до завтра?

Или хотя бы на обед.

Могу приготовить по сэндвичу.

Зачем он это делает?

Что?

Это.

Он хочет признаться.

В чём?

В том, что он трус и никогда никого не любил.

Это правда?

Нет.

У нас куча материала.

Бывает, сам не знаешь, что снял, пока не отсмотришь как следует.

Он больше не видел своего сына?

Корнела он повстречал в Монреале на показе.

Я там была.

Ты столько для него сделала.

Пойду приготовлю сэндвичи.

Если доктор попросит тебя зайти, не заходи.

Пришли анализы.

Это рак?

Какой?

Тот, что нехороший.

Ты же боец, Лео.

Вместе мы справимся.

Ты не один.

С Рождеством.

Счастливых праздников.

Зонтаг и Фрейд умерли в празднике.

Мучительной смертью.

Неужели в столь жутких страданиях нет никакого смысла?

Хорошо.

Вот так.

Где Эмма?

Обед готовит.

Всё в порядке?

Да, просто дайте мне время всё рассказать.

Знаю, вы думаете, это всё выдумка.

Мне плевать.

Может, вырежем это?

Плевать, что вы сделаете с моей историей, когда я её расскажу.

Плевать.

Нарежьте и склейте, как сами захотите.

Да, я всё слышал, я скоро умру.

Можете делать, что вздумается.

Главное, вы увидите, как я рассказываю жене,

своей чудесной жене, о том, за кого она вышла.

Вы запечатлеете этот миг близости между мужчиной и его женой.

Миг близости, которого бы и не было без этой камеры и этого микрофона.

Где она?

Мы так подходим друг другу.

Я умею снимать фильмы, а ты умеешь...

Умеешь ладить с людьми.

Мне кажется, мы сработаемся.

Эмма!

Эмма!

Где она?

Обед готов.

Сделаем перерыв.

Нет, не сейчас.

Поехали, тушите свет.

Давайте.

Давайте.

Хорошо.

Хорошо.

Привет.

О чем я говорил?

Вы были в кафе «Финни».

В кафе.

Да, точно.

Да, точно.

Я заехал за картой.

Пожалуйста.

Спасибо.

Монпельер был в 250 километрах к северо-западу от Страфорда.

Я пропустил поворотную магистраль и поехал по четвертому шоссе на север.

Лео?

Всё нормально?

Нет, нет, нет, я...

Подождите, мы же совсем не с того начали.

Я уже не знаю, где мы вообще.

Запутался.

Да что ж такое.

Да, просто...

Ты спрашивал про фильм «В дымке», да?

Да.

Да.

Это случайность.

Ты видел?

Я думал, этот бардак в Ханое кончится.

"Нет войне". Слушаю вас.

Я приехал в Канаду и познакомился с парнем из Оклахомы, Ральфом Деннисом.

Ты откуда?

Новая Англия.

В гости приехал?

Ну да.

От дяди Сэма бегу.

Французский знаешь?

Только год в школе учил.

Значит, талантов много, навыков ноль.

По-французски не говоришь, недвижимостью тут не владеешь.

Нет.

Плохо дело, братец.

Хочешь остаться в Канаде,

нужен статус постоянного жителя, а в Квебеке его не получишь.

Езжай в провинцию, где американцы нужны.

У меня знакомый есть, владеет фермой овощей в Гейтштауне, в Нью-Браунсвейке.

Я у него летом работаю.

Поехали со мной?

Всё получилось само собой.

Я просто снимал разноцветные облака, чтобы сделать психоделический монтаж.

Вместо красочной феерии я снял,

как Dow проводит тайные испытания «агента оранж» для американской армии.

Был скандал.

И я стал режиссером-документалистом.

А уже потом стал хорошим режиссером-документалистом.

Стойте, что вообще происходит?

Кажется, я...

Камера снимает?

Что происходит?

Я, наверное, похож на безумца, как те бездомные шизофреники,

которые бродят по улицам и бормочут что-то себе под нос.

Может, в этом весь смысл?

Может, так и надо?

Снимаем и ждём, пока старик Лео Файф не сыграет в ящик перед камерой.

Где Малкольм?

Он в уборной.

Мне что, весь день ждать?

Быстрее!

Малкольм и Диана,

вы станете героями.

Прославитесь вдвоём на всю Канаду.

Некрасиво так говорить, Лео.

Прошу прощения.

С возвращением.

Так, на чем мы остановились?

Поехали.

Хорошо.

Продолжаем.

Слоун.

Леонард Файф, 22 декабря 2023.

В аэропорту я взял машину напрокат.

Говорят, очень хороший.

Да, буду там преподавать.

И дом куплю.

Машину верну, скорее всего, через пару дней.

Я собирался переночевать у Стэнли Райнхарта и его жены Глории.

Он был моим приятелем, художником из Бостона.

Стэнли сам преподавал в Годдарде.

Это он помог мне устроиться в колледж и найти дом.

Смотри, что у меня тут есть.

Прости, что так долго собирался.

Да ладно, не парься.

Это твоя новая работа?

А, да.

Ну да.

У меня сейчас сложный период.

Вот и...

Ну, кстати говоря, я люблю работать руками, всегда любил.

Когда ищу вдохновение, просто рублю дрова.

Вот.

А когда спать ложусь, представляю, как меня заваливает дровами.

Да.

Держи.

Спасибо.

А как Глория?

Она в доме.

Наверное, спит.

Уже спит?

Да.

Это очень долгая история.

Я уговаривал её к психологу сходить.

Даже сказал, что с ней пойду.

Но у неё на всё ответ есть. Понимаешь?

А на самом деле, она чёртова мазохистка.

Чем больше ненавидит меня и нашу жизнь,

тем она счастливее.

Что?

Она мазохистка?

Ну да, это понятно по её словам.

Сказал ей: "У тебя любовник."

А она...

Рассмеялась мне в лицо.

И тем же вечером я поехал в Плэнфилд и там...

Переспал со своей студенткой.

Ты же понимаешь, что так жить нельзя?

Не станет лучше к следующему году...

Попробую переехать в Нью-Йорк.

А как же студенты, которым ты помогаешь от призыва косить?

Просто возьмешь и бросишь их?

Я им не нужен.

Хотя на всем факультете я единственный, кто вообще в армии служил.

До канадской границы рукой подать, пешком дойдешь.

И канадцы всех примут с распростёртыми объятиями.

Ладно, а как же мы с Алисией?

Мы же сюда переезжаем.

Да кому я, блин, вру?

И вообще... не готов я жить в Нью-Йорке.

Глория.

Здравствуй, Лео.

Стэнли говорил, что ты едешь.

Тебе там звонили.

Мама Алисии.

Я сказала, что ты перезвонишь.

Где телефон?

В доме.

Иди за мной.

Прости, не успел на ужин.

Да ничего.

Я что-нибудь приготовлю.

Да?

Алло, Бенджамин, это Леонард. Простите, я только что приехал. Что случилось?

Стэнли сказал, что Джесси звонила.

Всё уже в порядке, но было страшновато.

Что? Что-то с Корнелом случилось?

Нет-нет, с ним всё в порядке.

Он уже спит.

Ладно, так что случилось?

Лео?

Джесси, что у вас там?

Алисия цела.

Сегодня днём у неё случился выкидыш.

Господи.

А она...

У неё...

У неё...

У неё всё хорошо?

Да.

А ребёнок...

Ну то есть плод...

Что? Что с ним?

Это была девочка, Лео.

Но доктор сказал, плод был нездоровый, деформированный.

Доктор Голд, он хороший специалист.

Еврей.

Она упала?

Всё было очень быстро, сразу после обеда.

У неё пошла кровь, и мы вызвали скорую.

С ней всё хорошо.

Может, даже повезло, раз уж ребёнок был такой.

Ну, понимаешь.

Она просила сказать, что любит тебя и чувствует себя нормально.

Просто устала.

Может, мне тогда...

Может, мне...

Может, мне лучше прямо сейчас в Ричмонд вернуться?

Может, сегодня же назад поехать?

Это не обязательно.

Самое страшное уже позади.

Она завтра позвонит.

Ты лучше выспись как следует.

Спасибо, спасибо вам, Джесси.

И Бенджамину тоже.

Всё, до свидания.

Я пошла спать.

Лео.

Боже, брат, какая трагедия.

Что?

Что ты теперь будешь делать?

Она так мечтала об этом ребенке и ещё...

О доме, о Годдарде.

Да.

Наверное, утром сразу поеду назад.

Да?

Да.

Хорошо.

Хорошо.

Иди сюда.

Обниму.

От всей души соболезную.

Я пойду расстелю тебе. Ладно?

Ладно.

Спасибо.

Начать поиски отца я решил к тридцати годам.

Мама о нём никогда не говорила, но найти его было проще, чем я думал.

В те годы у нас уже были и компьютеры, и базы данных.

Я часто представлял эту поездку.

Но представлять и действительно поехать – это большая разница.

Фильм «Сострадание невинным» был посвящён обвинениям

против епископа Маккена и суду в Монреале.

Все понимают, что наш гражданский долг

осуждать и предотвращать действия,

подобные действиям Маккена.

Но нельзя забывать о достижениях выдающегося духовного лидера и учителя.

Сатана!

Чёрт!

Чудовище, явившееся из ада, чтобы терзать невинных!

Я сказал терзать?

Насиловать!

Вот что ты сделал!

Ты меня изнасиловал!

Ты уничтожил моё детство!

Все запомнили те изумительные кадры.

Вместо того, чтобы снова показать судью, ты не сводил камеры с епископа Маккена.

Епископ Маккен каждую неделю должен отчитываться перед инспектором.

Можете покинуть зал суда.

Режиссёр – Леонард Файф.

Продюсер – Эмма Файф.

[говорит по-французски]

Дамы и господа, спасибо, что пришли.

С удовольствием представляю вам жителя Монреаля, режиссёра Леонарда Файфа.

Спасибо. Merci beaucoup.

Эмма, иди сюда.

Моя жена и партнёр в кино и жизни, Эмма Файф.

Без неё я ничто.

Спасибо. Очень приятно.

Поздравляю, отец.

Что?

Я твой сын, Корнел.

Кто это?

Сын Алисии.

Всё верно.

Я твой сын.

Нет у меня сына.

Не подходи ко мне.

Как твоя мама?

Хорошо.

Снова вышла замуж, так и живёт в Ричмонде.

У нее двое детей, счастливая жизнь.

А ты что, женат?

А, да.

Работаю в университете, в администрации.

Это в Ричмонде?

В Шарлоттсвилле.

Он тебе не говорил?

Я знала.

Кое-что.

Я не знаю, что сказать.

Прости, что так получилось.

Я рад, что нашел его.

Я...

увидел всё, что хотел.

Что именно?

Не против, если мы на связи будем?

У тебя есть свой имейл?

Электронная почта?

Да, конечно, есть имейл.

Я только учусь на компьютере работать.

Нравится в Монреале?

Да.

У нас чудесный брак.

Он мне всё рассказывает.

Мы счастливы.

Расскажешь ему про наш разговор?

Посмотрим, как пойдет.

[фр.] Он уснул.

А это точно просто сон?

Он очень устал.

Он такой...

Сотворение сущего началось с единой клетки энергии,

которая взорвалась и положила начало вселенной.

Рак начинается так же.

Одна клетка-нарушитель постепенно превращается в опухоль,

которая дает метастазы с целью поглотить ваше тело.

И в итоге сжирает его целиком.

Довольно.

Я прошу вас уйти.

Вы говорили, это дань уважения.

У нас заключен контракт с CBC.

Нахер ваш контракт.

Он сам этого хотел.

Зря я согласилась.

Он просыпается.

Стэнли?

Нет.

Это Глория.

Принесла тебе второе одеяло.

Когда камин погаснет, будет очень холодно.

Спасибо.

А есть еще дрова в камин подложить?

Да.

Отлично.

Я надеюсь, наша со Стэнли болтовня не мешала тебе спать.

Стены здесь толстые.

Он уже спит?

Спит мертвым сном.

Захочешь, не разбудишь.

Ты его бросишь?

Да, наверное.

Ради другого?

Другой жизни.

Счастливой новой жизни.

Мы охрененно перепугались. Точно всё нормально?

Нет, не нормально. Я увезу его от вас.

Хочу, чтобы не было больно.

Рак ненасытный.

Знаешь, у меня столько новых мыслей.

Чудесных мыслей.

Хватит.

Просто собирайтесь и уходите.

Даже не думай.

Встаем, встаем.

Слоун, сходи, поставь в их спальню.

Чего тебе надо?

Мы собираемся.

Вам можно как-то помочь?

Нет.

Идите уже.

Приложу обезболивающий пластырь.

Чем отличались от меня все те, кого я уважал?

Что сделали Стэнли, Ральф и Ник, и чего не сделал я?

Все они служили в армии.

Шестьдесят семь.

Еще раз.

Шестьдесят три.

Следующий.

Давай.

Отходи.

Вставай.

Мистер Файф, одевайтесь.

Жду вас внизу.

Присаживайтесь.

Имя?

Леонард Файф.

Дата рождения?

Там всё должно быть написано.

Я проверяю, чьи это документы.

Твои или другого дебила?

27 марта

28 марта 42-го года.

Место жительства?

Страфорд, Массачусетс.

Мистер Файф?

Вы гомосексуалист?

Нет, сэр.

Нет.

Нет, нет, нет, нет, нет, нет.

Никак нет.

Нет, нет.

Хватит.

Ограниченная, мистер Файф.

Это значит, что вас призовут только в случае всеобщей мобилизации.

Берите форму и возвращайтесь к сержанту.

Собирайте вещи и езжайте домой.

Получите призывное по почте через несколько дней.

Мистер Файф.

Его словно утягивало в черную дыру, из которой не может вырваться даже свет.

Он сопротивлялся.

Хотел остаться здесь.

На границе между двух стран.

Между прошлым и настоящим.

К вечеру из горла раздался хрип.

Он ахнул.

Тело вздрогнуло.

Словно пытаясь сбросить осенний лист.

Или перо.

КАНАДСКАЯ ГРАНИЦА

О, Канада...

Посвящается Расселу Бэнксу