Original subtitles

ЖОЭЛЛЬ БЕЛЛОН представляет

ЛОРАН ГРЕВИЛЛЬ

МАРТЕН ЛАМОТТ

КЬЯРА КАЗЕЛЛИ

"ГОД ПРОБУЖДЕНИЯ"

в роли Франсуа ГРЕГУАР КОЛЕН

ЙОХАН РУЖЁЛЬ, КЛОД ДЮНЕТОН, ВЕНСАН ГРАСС

при участии РОЖЕ ПЛАНШОНА

по роману ШАРЛЯ ЖЮЛЬЕ

Сценарий и диалоги: ЖЕРАР КОРБЬО, АНДРЕ КОРБЬО, МИШЕЛЬ ФЕССЛЕР

Кинооператор: ФРАНСУА КАТОННЭ

Звукооператор: АЛЕН ЛАШАССАНЬ

Художник: ЖЕРАР ВИАР

Монтаж: ДЕНИЗ ВИНДЕВОГЕЛЬ

Директор картины: ШАНТАЛЬ МАЛЬРА-АТАНАСЯН

Ассоциированный продюсер: СТЕФАН ТЕНО

Ассоциированный продюсер: ДОМИНИК ЖАНН

Продюсер: ЖОЭЛЛЬ БЕЛЛОН

Режиссёр: ЖЕРАР КОРБЬО

г. ЭКС-АН-ПРОВАНС, 1948/1949 учебный год

Сентябрьский понедельник 1948 года.

Сегодня нам опять показывали кадры о войне в Индокитае.

Только вполне успокаивающие кадры: храбрые солдаты,

маленькие группы усталых людей, идущие вперёд по рисовым полям.

И всё же - страх снова схватил меня за горло.

Всё больше и больше я понимаю, что я никто - просто сын полка.

Просто труп про запас.

Дорогая матушка!

Берегите меня! Я один в этом мире. У меня кроме вас никого нет.

Помогите мне больше не бояться.

Сволочи! Мерзавцы! Вы мне ничего не оставили!

Церковный мальчик в истерике! Мальчик голоден!

Давай свой хлеб!

Парни, не на того напали! Мои карманы так же пусты, как мой желудок!

Пустите меня! Пустите!

Поправь карманы, мой мальчик.

Ты ел утренний бутерброд?

А сардины?

А кофе пил?

Тогда пошли. Вид у тебя не очень.

Мой командир - он не такой, как остальные.

Про него тоже не скажешь, что он тут на своём месте.

Эй! Тебя чуть не приголубили?

Но если я им восхищаюсь, то прежде всего тем, что он был боксёром.

И даже чемпионом Франции в среднем весе.

Мы все поедем туда погибать, командир?

Это правда?

Кто это говорит?

По-любому, не переживай. Когда ты будешь выпускником, война уже закончится.

На, держи.

И не думай больше об этом.

Когда Бастьян умирал, он был действительно совсем один?

Он верил в Бога?

Я не знаю.

Ты в военном училище, где тебя учат воевать, а не смерти бояться.

- Я уверен, он умирал в одиночестве. - Давай, поторопись, нас ждут на занятиях.

На кара-ул!

С самого начала этого года я часто думаю о смерти.

Что меня пугает - это отправиться умирать так далеко в рисовые поля.

В одиночестве, на другом краю света.

И никого, кто помог бы мне уйти в ночь.

Личный номер 46522.

Рекрутирован в Экс-ан-Провансе.

Десантирован 2 июля 1948 года над Рапни в Индокитае.

Сразу возглавил свою команду.

После первого ранения эвакуироваться отказался.

Продолжив свою миссию, был смертельно ранен

очередью из автомата.

Скончался по прибытии в медсанчасть.

За этот год Бастьян - пятый, кто там погиб.

Его личный номер был ровно в 2 раза больше, чем у меня.

Он верил в тайну чисел. Часто говорил мне, что наши числа нас связывают.

Откуда у людей такая потребность себя уничтожать?

Здесь, когда возвращаются мёртвые, это считается вполне нормальным.

Их благодарят за то, что они мертвы, и награждают медалями.

- Вообще-то, он должен бы... - Смотрите!

Говорят, им сломали замок и выломали дверь топором.

Наказывают весь взвод, только потому, что не сдали 3-4-х.

Наконец-то! У нас уже 4 дня как уменьшился рацион.

Из-за того, что эти придурки попировали на складе припасов.

А меня уже достали их мерзкие сардины в томате.

Видели рожу капитана? Наверное, у него спёрли всё его Бордо.

Теперь он похудеет.

Каторжники! Каторжники! Каторжники!

Прекращаем смотреть на этих хулиганов и приступаем к Мольеру!

Здесь я пишу вопрос, на который вы ответите в письменном виде.

Каторжники! Хулиганы!

Берто! Работаем!

Тишина! Скорость! Эффективность!

Первому же, кого я засеку смотрящим в окно,

я самолично обрею голову!

Опавший Лист нуждается, чтобы о нём заботились.

Именно поэтому он со мной не расстаётся.

Он редко что говорит, но он всегда рядом.

Это мой единственный друг. - ...5 из 20.

Ой, ты достал, Опавший Лист! У тебя что, коклюш?

- Ничего у меня нет. Это не коклюш. - Нет, у тебя коклюш!

Ты нас тут всех заразишь!

Пусть сходит в медпункт. Может, это что-то серьёзное?

Отстаньте от него, он не хочет в медпункт.

Простите, что прерываю ваш кашель, Тибо.

Вам не кажется, что пора начать лечиться? Нынче делают удивительные микстуры

из сока слизней.

Однако, похоже, это никак не сказалось на вашем стиле.

Хорошо. 12.

Берто, вам удалось на этот раз меня удивить.

Это хорошо. Вы проявляете всё больше зрелости.

14.

Левой-правой! Выше!

Бей!

Поднимись!

Левой-левой! Дубль!

Вытягивай лучше!

Бей! Левой, левой!

Левой-правой! Защищай себя.

Включись!

Всё, на сегодня закончено!

Мы хорошо поработали.

Ты что тут делаешь?

Учусь, командир.

Вот как? Учишься играть в шарики?

- Я хотел бы заниматься боксом, командир. - Ты же уже занимаешься регби, нет?

Ладно, собирай быстрей свои шарики и проваливай.

- Я больше не хочу заниматься регби. - Это что-то новенькое!

И почему же? - Из-за Бастьяна, командир.

Теперь, когда он мёртв, я больше не хочу играть в регби.

Из-за тайны чисел. Я не хочу его предавать.

Я не хочу умирать, командир.

Что ты несёшь? Я ничего не понимаю. Ничего!

Давай, поторопись. А то придётся тебя наказать.

- Испытайте меня, вы увидите. - Ни в коем случае, ты слишком молод.

Прошу вас, командир!

Давай, брысь!

Посмотрим через год.

Пока, Франсуа! До вечера воскресенья!

Пока, Реми! До вечера воскресенья, старина!

Слава Богу, у меня есть моя тетрадь.

Мне нравится писать, когда другие разъезжаются.

Во-первых, потому что я не вижу, как они уезжают.

А во-вторых, потому что они приходят со мной попрощаться.

И мне это приятно.

Как будто они думают обо мне.

У тебя чертовское тело - можешь залезть куда угодно!

Что ты тут делаешь?

Никто не узнает, тут пусто в выходные. Я никому не мешаю, командир!

А эти перчатки? Чьи они? А? Отвечай!

Это ваши, командир.

Ну смотри, парень!

Скоро начало занятий, иди переодеваться.

И только попробуй опоздать хоть на минуту. Навсегда запомнишь! Иди!

И оставь мои перчатки!

Что опять?

Иди сюда.

Вот, командир, это тут.

Зрелость - состояние кого-то или чего-то, достигшего полноты развития.

Учитель французского сказал, что я проявил зрелость, командир.

Правда, он так сказал! Тут написано.

- И что? - Я про бокс, командир.

Бокс - это вопрос не зрелости, а гибкости, силы и рефлексов.

И, кстати, веса.

Откуда это у тебя?

Боксировал об стену. Чтобы укрепить кулаки.

Чтобы быть готовым через год.

Почему ты всегда остаёшься тут на воскресенье?

У меня никого нет.

Завтра я возьму тебя к себе.

Будь готов к 10.

Держись крепче! Поехали!

Сегодня моё существование выходит из забвения.

Я уже и забыл, что такое солнечное тепло, цвета жизни.

От возбуждения моё сердце бьётся чаще. Всё приводит меня в восторг.

Жизнь так увлекательна!

Жижи! О-о-о!

Ты знаешь, где твоя мать?

- Это кто? - Это Франсуа.

Лена?

Лена!

Лена!

Лена!

Лена!

Лена?

Ты не обязан носить куртку, мой мальчик. Сегодня воскресенье.

И сними хотя бы перчатки. А то ты словно на обеде у герцогини Виндзорской.

Не помню, чтобы я когда-нибудь столько ел!

Мне ужасно жарко.

Теперь я боюсь упасть в обморок, получив тепловой удар.

А от присутствия этой женщины я чувствую ещё большую неловкость.

Всё это мешает наслаждаться удовольствием от этого воскресенья.

И ты ничего не помнишь о своём отце?

Я не знаю, кто мой отец.

Когда я родился, моя мать умерла.

А кто же тебя воспитывал?

Месье и мадам Шован.

Это были очень бедные люди, мы жили впроголодь.

Я любил заниматься коровами. - Уверен, тебя заставляли спать в амбаре.

Да, там мне было тепло. Мне было хорошо.

Я спал с ней. - С "ней"?

С кем это, с ней? - С Белоцветкой.

- С Белоцветкой? - Ну да, с моей коровой.

И ты... ты по ней скучаешь, по этой корове?

Да, иногда.

То есть, часто.

А кто привёл тебя сюда?

Староста деревни хотел, чтобы я ходил в школу.

Сам я ни о чём не просил. И вуаля.

Это уж точно, вуаля.

Жижи!

Жижи! (говорит по-итальянски). - Говори по-французски, как все!

Хватит! У тебя тихий час!

Что меня тревожит - это мой долг по отношению к армии.

Ведь после училища я отдам ей ещё 5 лет своей жизни!

И если эта война ещё не закончится, боюсь, что...

Не думай об этом.

Мы, по сути, ещё не познакомились.

Меня зовут Лена.

Ты поранился?

Ничего страшного, просто царапина.

Откуда это у тебя?

Боксировал об стену.

Хочу стать большим боксёром, как командир.

Может, лучше было бы стать врачом?

Франсуа!

Посмотрим, что у тебя за душой.

Снимай свою одежду и надевай эти перчатки.

Устроим небольшой бой.

Но сначала Лена должна связать мне руки вот этим.

Знаешь, у меня в кулаках динамит. Если этого не сделать, будет очень больно.

Остановись, Жюльен! Прекрати!

Милая матушка, продолжайте меня охранять.

Храните командира и его семью.

Сделайте так, чтобы я стал великим боксёром.

Сделайте так, чтобы я нашёл своё место в этом мире. И в другом.

До завтра.

Видишь, как и обещал.

Ты доволен?

Это было не просто.

Ты ничего не скажешь?

А как твоё воскресенье?

У меня для тебя 2 письма.

Плюс одно от моей сестры. Тебя это больше не интересует?

- Давай сюда, с меня 3 десерта. - Смеёшься? 5 десертов.

Это слишком дорого.

Ладно, 3 десерта.

И твой рассказ про воскресенье.

Я боксировал.

С кем?

- С ним, разумеется. - В перчатках?

Сначала давай мне письма.

Ну?

Он сказал, что у меня способности.

Даже обещал меня тренировать. - А жена у него какая? Красивая?

Она...

женщина. - Да ладно, Берто, расскажи товарищам!

У неё длинные волосы,

она невысокая,

и у неё очень красивые глаза.

Длиннющие ресницы.

Она итальянка. - Чёрт возьми, итальянка?!

Значит, у неё должны быть огромные сиськи и красивая попка! Вау!

А ну-ка, Берто, отжимания! Вас это успокоит.

И считаем, Берто! Считаем!

Раз!

Заново! Раз!

Два!

Три!

Четыре!

Пять... шесть...

Семь!

Смирно!

Вольно!

Представляю вам вашего нового товарища - Тьерри Брюмана.

Прикомандирован к вашему взводу.

Это твой тайник? Здорово!

А что ты делаешь?

Пишешь стихи?

Не твоё дело.

У-ля-ля, какой характер!

Не трогай!

- Где ты это взял? - Сам делаю.

Хочешь, тебе один продам? - Этим можно снимать бокс?

Откуда ты свалился? Это детекторный приёмник. Приёмник на галенитах.

На, послушай.

- Это приёмник на галенитах! - Галенитах?

- Да, это галенитовый приёмник. - Что это?

- Это галенитов приёмник. - Чей?

- Галенитов! - Его зовут Галенит?

Красиво...

Спасибо, Галенит.

Левой, левой! Прикрывайся!

Левой! Левой!

Левой! Держи локти!

Левой! Иди на меня! Левой!

Тянись! Левой! Отходи быстрее!

Локти! Левой! Левой-правой!

Левой-правой! Левой-правой!

Левой-правой! Отходи!

Сменяющие друг друга воскресенья составляют теперь ритм моей жизни.

И я стараюсь прожить их как можно ярче.

С тех пор, как командир стал обо мне заботиться,

мне кажется, что я получил место в его жизни. Как он - в моей.

Я уже не могу представить себе жизнь по-другому.

- Лена! - Франсуа?

Что с тобой? Что случилось?

Осторожнее! Когда ешь персик, можно проглотить осу.

Здесь её нет.

Иди посиди со мной, Франсуа. Иди!

Всегда, когда я счастлив, появляются осы.

Однажды я охранял коров. Мне было так хорошо, что я заснул.

И тогда на меня напали осы: корова наступила на их гнездо.

Они меня так искусали, что поднялась температура. Думал, умру.

Теперь мне страшно, когда мне слишком хорошо.

Боюсь ос, боюсь, что это кончится.

Как увольнительные по воскресеньям? Да? Так?

Он уезжает один?

Да, такой у него способ почувствовать себя свободным.

Свободным от чего?

А если нам тоже куда-нибудь сбежать? А?

Пойдём, сходим на речку.

Ты не идёшь?

Здесь ос никогда не было, Франсуа!

Прохладная! Так здорово!

Франсуа!

Ты красный, как помидор!

Ты счастлив?

А вы? Вы счастливы?

Да, иногда.

По воскресеньям, когда ты приезжаешь.

Я-то одинок, а у вас есть командир и Жижи.

Можно быть одиноким и среди людей.

Тебе ведь это знакомо, нет?

Когда я встретила командира, я сразу в него влюбилась.

Я была молода, а он был очень красивый.

А потом... появилась Жижи. Вуаля.

Раньше мне было так хорошо дома, меня все любили.

А теперь у меня нет от них известий.

Ты получаешь письма от своих приёмных родителей?

Нет, никогда. Они не умеют писать.

Но письма у меня всё-таки есть. Я их покупаю.

Покупаешь? Как это?

Я плачу 1 десерт за письмо сестры

и 2 десерта за письмо матери.

Письма матери Опавшего Листа.

И зачастую ответ пишу я. Ему это тоже стоит 2 десерта.

"Милая мамочка!

Этой ночью ты опять мне приснилась.

Ты шла по пляжу. Песок был белый и мягкий.

Но ты не оставляла следов.

Я шёл за тобой.

Искал твои несуществующие следы. Звал тебя, кричал.

Ты меня не слышала. Ты удалялась от меня.

Я всё утро пытался прийти в себя после этого кошмара.

Я сунул твоё последнее письмо в мою тетрадку по французскому,

чтобы всегда иметь под рукой следы твоей нежности.

Твой сын, который любит тебя и обнимает".

Кто он такой - тот, кто стоит у тебя в шкафу?

Это Людвиг. Бетховен! Ода "К радости".

Не может быть! Он не знает Бетховена!

А кстати... ты здесь почему?

Говорят, я натворил столько фигни, что только армия меня исправит.

Но я не собираюсь тут гнить. У меня нет на это времени.

Хочу стать дирижёром. - Как, если ты тут заперт?

Что значит "заперт"? Голова-то моя не заперта.

И она мечтает, о чём хочет. Всё - вот тут!

Счастье, беды, разум, дурость...

Остальное - побоку. А то и не существует, если хочешь.

Ты должен это знать, раз пишешь стихи.

Это не совсем стихи.

Это придёт.

Мне чихать на их дисциплину. Жизнь - это совсем другое!

Если мой отец производит флаги, это не значит, что я должен закончить под флагом.

Ты знаешь, я ведь тоже не знаю, кто такой Бетховен.

Ничего страшного. Он будет рад с тобой познакомиться.

Ты куда?

- На тренировку. - Тренировку чего?

- Я занимаюсь боксом. - Не может быть!

Разве это не дурость?

Если я так выкладываюсь на тренировках,

то не только для себя. Ещё и для него.

Я с тревогой думаю, окажусь ли я на высоте его ожиданий.

Я дал себе клятву не разочаровать его.

Будешь так продолжать, я запишу тебя на Чемпионат Академии через 2 года.

Бетховен - знаменитый немецкий композитор,

родился в Бонне. Автор сонат, концертов, симфоний...

Жизнь его была трудной, под конец жизни он полностью оглох.

Ловите его!

Тупица!

Мы отучим тебя подсматривать!

Давай, поднимайся!

Давай быстрее!

Будешь знать, как ябедничать!

Жестокость старших наводит на меня ужас.

Невозможно пошевелиться!

Я сам себя ненавижу за то, что не вмешиваюсь,

что не иду набить морду этим негодяям.

Почему Бог сделал меня таким трусом?

"...медленно раскачивался...

Корабль медленно раскачивался на месте...

Запятая.

по-прежнему издавая...

всё те же стоны...

Запятая.

...монотонные и..." - Извините, месье.

Вы откуда, Тибо? - Из медпункта, месье.

Что с вами случилось?

Ничего, месье. Упал во дворе и поранил коленку.

Значит, ничего серьёзного?

Нет, месье.

- Всё хорошо? - Да, месье. Всё хорошо.

Тогда идите к доске!

Ну же, Тибо, пошустрее!

Он ужасно страдает, месье. Может, пусть лучше посидит?

Вам больно, Тибо?

Терпите, старина!

Вы жалеете самого себя, это недостойно человека.

Садитесь.

ДАХАУ (фашистский концлагерь)

Пора рассказать вам о самых ужасных страданиях.

Тех, на которые люди обрекают других людей.

Вот здесь - был ад!

Я должен рассказать вам о человеческом достоинстве.

Вы должны знать, до какой степени человек способен преодолевать себя.

Простите меня, Тибо.

Я был несправедлив. Я знаю, что вам больно.

Научитесь любить своё страдание.

Оно помогает вам взрослеть.

А теперь все вы сделайте над собой усилие,

чтобы пройти со мной до конца.

Я провёл в этом аду 15 месяцев.

15 месяцев своей жизни!

Всё началось на перроне одного вокзала.

Я потерялся в толпе...

которую стерегли собаки...

и эсэсовцы.

Эти собаки...

были моим первым контактом с кошмаром!

Их свирепость наводила на меня ужас.

Внезапно...

мир наполнился жестокими, кровожадными, безжалостными злодеями,

чьей жертвой я должен был стать.

Детей разлучали с матерями.

Стояли крики, вопли...

стенания!

Затем подошли вагоны. Нас запихали туда, как скот.

Это вы простите меня, месье...

Как может Бог допускать подобные вещи?

У учителя французского языка нет ответа на этот вопрос, но...

как простой человек,

после многих лет размышлений,

я боюсь, что Бога нет.

Во всём виноваты люди, Франсуа.

Но что же тогда делать?

Каждый из нас должен бороться против несправедливости.

Делать что-то... делать что-то...

Что я сделал, что оказался брошен всеми?

Если Бога нет, я даже не могу больше молиться.

В этом нет смысла.

Что с тобой? Ты заболел?

Что случилось? Кто-то умер?

Тебя вызвали к полковнику?

Да?

В концлагерях были дети.

Если бы я был среди них, знаю, что я был бы трусом.

Кто будет вести меня по жизни? Кому мне довериться?

Кто поможет мне бороться с моими страхами и отчаянием?

Теперь у меня не осталось ничего.

Никогда ещё я не был таким потерянным, таким одиноким.

Франсуа!

Он сошёл с ума?

Клянусь больше не жалеть самого себя.

Торжественно клянусь больше никогда не учить хоть слово по-немецки.

Клянусь найти в себе силы, чтобы бороться с несправедливостью.

И однажды решиться отомстить за Опавшего Листа.

Вуаля.

Ты пьёшь свою микстуру?

Три микстуры! Только не помогает.

Меня изводит этот кашель!

На, я не принёс тебе цветы, зато принёс письмо.

Будет чем заняться, если заскучаешь.

Спасибо.

Но знаешь, тут у меня десерта нет, чтобы тебе заплатить.

- Смеёшься? Это подарок. - Спасибо, старик.

Будет мне на память.

- Почему на память? - Знаешь, для меня с армией покончено.

Не то телосложение.

Меня отправляют домой к родителям.

Вот же чёрт!

Мне не о чем сожалеть.

Кроме тебя.

Слушай, старик, ты не мог бы написать моему отцу?

Он так мечтал о военном в семье. Для него это будет удар.

Я предпочёл бы, чтобы это письмо написал ему ты.

Я не очень способный. - Хорошо, Тибо.

Я оставляю тебе мой словарь.

Мне будет не хватать твоего коклюша.

Всё закончено, господа. Сдавайте свои листочки.

Встаньте, Берто.

Вы в 3-й раз сдаёте чистый лист. Можете объяснить?

Я обязан, месье.

Обязан? Кому обязаны?

- Себе самому, месье. - Тихо!

Не издевайтесь, Берто, не советую! - Я ни над кем не издеваюсь, месье.

Тогда объяснитесь, чёрт побери!

Вы же не станете коллекционировать "нули" до конца вашей жизни?!

- Думаю, стану, месье. - Довольно, мой мальчик!

Ты не заставишь меня поверить, что за 3 недели забыл все немецкие слова!

Значит, ты внезапно стал дебилом?

Объясняй теперь. - Нечего объяснять, месье.

Но немцы мне омерзительны! - Что тебе сделали немцы?

Мне - ничего, месье. Но концлагеря - это по-настоящему чудовищно!

Разумеется, чудовищно!

Но это-то тут при чём? - Я борюсь с несправедливостью, месье.

Не всё так просто, Берто.

Вот это -

чтобы вознаградить вашу целеустремлённость.

А теперь скажите...

считаете ли вы, что, преподавая немецкий язык, я одобряю ужас концлагерей?

Я так не считаю, месье.

Благодарю за доверие, Берто.

Вот ещё что, господа.

Вы - будущие военные.

Рано или поздно в ваших руках

окажется жизнь или смерть ваших врагов.

Их уважение или падение.

И в этот момент, господа,

вы тоже примете решение, которое сделает вас людьми...

или негодяями.

Это так же относится к немцам,

к вьетнамцам

и к французам.

Ну что, Жижи, тебе нравится вот такая мама? Да?

Поцелуй меня.

Спасибо, Франсуа, что посидишь с Жижи сегодня вечером.

Обожаю ходить в кино. Это пробуждает воображение.

Вуаля. Ну так...

спокойной ночи вам обоим!

Франсуа!

Франсуа!

Проснись, Франсуа...

Не дёргайся.

Не бойся!

Дай мне согреться рядом с тобой.

А как же командир?

Он уже уехал.

Это правда, говорю тебе! Когда мы поняли, что опаздываем, мы сели на велосипед

и поехали со всей скоростью.

Но когда она стала целовать меня в шею, у меня поехала крыша.

И мы свалились в кювет.

А рука? Она действительно сломана?

Очень сломана! Я орал от боли.

Мы целый час возвращались.

Бодуан!

Она даже сама толкала велик.

Дюке!

Дюран!

- Твой хлеб! - Меня достало!

Ну что, мы встретились, парнишка, а?

Ты не так выпендриваешься, когда твоего командира нет рядом!

Я скажу тебе, кто твой командир! Он олух, болван!

Мой командир не олух!

Поднимайся!

Не сдавайся! Бей!

Так, так, разошлись!

Я предал его.

Предал единственного в мире человека, который проявил ко мне интерес.

Я ненавижу себя.

С тех пор, как я существую, я знаю, что ничего не стою.

Тот выстрел до сих пор звучит у меня в голове.

Я уже давно должен быть мёртв.

Тогда ничего бы не случилось. Всё бы уже закончилось. Прекратилось.

Отойди, а то схватишь по физиономии!

Ты так и будешь драться со своей грушей из песка?

Оставь меня в покое, мне надо тренироваться.

Ты не нашёл ничего лучше, чтобы занять время?

Отойди, говорю тебе, ты мне мешаешь!

Чего ты добиваешься?

Может, тебе хотелось бы меня ударить?

Это же цель, нет?

Ударить человека, вырубить его, искалечить за то, что он тебя обидел?

Ведь такова цель, нет?

Цель - уметь защитить себя, быть сильнее других,

преодолеть себя, победить... - Но не так же!

В этом нет смысла! Это как война!

Когда ты так делаешь, ты такой же идиот, как твоя груша из песка!

Мне это не нравится, Франсуа. Мне не нравится насилие.

Ты рассказывал о немцах... Тебе по сути тоже это не нравится!

Прекрати долбить!

Перестань так глупо растрачивать себя кулаками!

Всё это - лишь предлог!

Ты можешь взять карандаш и написать!

И придётся выбирать.

Невозможно держать карандаш боксёрскими перчатками!

Всё, что у меня на душе, должно найти выход.

Поэтому я пишу.

- Почему ты это говоришь? - Это не я.

Это Бетховен.

Немец, кстати, старик!

Дай сигарету.

Сигарету?

Но командир с минуты на минуту зайдёт с проверкой.

Мне он ничего не скажет.

Ты опять нарываешься.

Смирно!

Со мной это не пройдёт, мой мальчик!

Да уж, ты им надолго прищемил клювы.

Теперь они не посмеют называть тебя подхалимом.

Мне плевать на других.

Ты застенчивый, но ты не робкого десятка.

Смотри! Красивая, да?

У меня с ней вечером свидание. - И что?

Ты должен помочь мне перелезть через стену.

Только ты можешь помочь. Остальные - просто трусы.

К тому же, ты не можешь отказать калеке!

Я нашёл проход между бараками легионеров.

- Тебя схватят. - Мне плевать.

Плевать, что тебя отправят в дисциплинарный батальон?

И ты сдохнешь в рисовых полях?

Моя не хочет Галенита в своей стране.

Он опасный! Украсть всех моих девушек, скушать весь мой рис!

Ты не понял?

Вернусь через час. Жди меня, ты ничем не рискуешь.

Скажи, Галенит!

Правда, что когда занимаешься любовью, всегда испытываешь наслаждение?

Ну у тебя и вопросы!

Мои братья постоянно бегают за девчонками.

Если бы они не испытывали наслаждения, то занялись бы чем-то другим, нет?

Не ломай голову.

Пока, папаша.

Что ты делал? Я уже 2 часа тебя жду!

Выключи это, скорей!

- У тебя неприятности? - Я наткнулся на командира 4-го взвода.

Он выпивал у стены. Я его не заметил!

Он поймал меня за ногу. Я испугался и стал вырываться.

И врезал ему ботинком по роже. Думаю, он получил хороший удар.

- Он тебя видел? - Он ничего не видел, был в нокауте.

А я убежал.

Теперь спи, папаша.

Уже какое-то время тут царит атмосфера неприемлемой дисциплины!

Это должно прекратиться! Окончательно!

Усилия по дисциплине, которые от вас требуются, -

это часть вашего долга по отношению к Отечеству,

которое даёт вам образование и кормит вас!

В последний раз

я требую, чтобы хулиган,

который ночью перелезал через стену и ранил командира 4-го взвода, сдался сам!

Хорошо.

Раз так,

вы все дадите клятву.

Перед флагом!

Лёганьё!

Клянусь честью, это не я.

Уссу!

Клянусь честью, это не я.

Клянусь честью, это не я.

Я знаю, что всем вам известен виновный.

Не выдавая его, вы все так же виновны, как он!

Клянусь честью, это не я.

Когда человек не имеет мужества отвечать за свои поступки, он - слабак!

Слабак! Ничтожество! - Клянусь честью, это не я.

Когда человек способен растоптать свою честь,

он не имеет права носить эту форму!

Простите, мой капитан.

Но... нельзя же клясться левой рукой?

Ладно.

Возвращайся в строй!

Следующий. - Лабрид!

Клянусь честью, это не я.

Ну что, парень,

не устал ещё быть грушей для своего чемпиона?

Нет, ничуть.

Я, по крайней мере, знаю, кто даёт мне в морду.

Церковные мальчики - обычно самые большие негодяи.

Отстань от него, Жорж!

Ты, наверняка, сделаешь из него убийцу.

Иди, куда шёл, Жорж.

А ты кончай выпендриваться перед малышами.

Не забывай, кто ты! - Я ничего не забываю.

А ты лучше заткнись, а то скажешь глупость. - Какую глупость?

Боишься, скажу, что произошло 18 августа 1946 г.?

- Заткнись! - Да пошёл ты, чемпион!

Левой-правой! Подними кулаки! Левой-правой!

Левой! Двойной удар левой!

Левой-правой! Точнее, не расслабляйся!

Левой-правой! Когда боксируешь, ты не должен думать ни о чём другом!

Иначе всё бессмысленно! Вперёд! Левой! Левой-правой!

Левой-правой! Левой-правой!

Тянись! Левой-правой!

Ладно, всё плохо. Лучше прекратить.

Извините, командир, у меня сегодня ничего не получается. Я устал.

Забудь!

В воскресенье я дежурю. Но если у тебя депрессия, не стоит тут сидеть.

Можешь и сам доехать до дома. А я приеду к вам в конце дня.

Хорошо?

Он меня избил, Франсуа.

Он меня избил!

Ах, он псих. Я его боюсь!

Прости, что я всё это тебе говорю.

Ты такой ласковый...

Не о такой жизни он мечтал.

Вот и заставляет меня платить за свои разочарования.

Как будто в этом я виновата.

Его жизнь не сложилась.

Да.

И когда на него находит, он ненавидит весь мир.

Почему? Потому что больше не в боксе?

Раньше он таким не был.

С тех пор, как...

Да, уже несколько лет он сам не свой.

С 1946 года? С августа 1946 года?

Кто тебе рассказал?

Что в тот день произошло?

Лучше тебе не знать.

Боюсь, ты тоже начнёшь его ненавидеть.

Ты нужен мне, Франсуа!

Рядом с ней у меня иллюзия, что я существую.

Я начинаю дорожить жизнью.

Но иногда я мечтаю умереть вместе с ней,

быть навсегда соединённым с её телом,

в покое, под землёй...

Я долго спала?

Почти 2 часа.

Извини.

Глупо вот так спать, нет?

Нет, вовсе нет. Когда спишь, обо всём забываешь.

Не обо всём.

Не грусти так!

Если он узнает, он способен нас убить.

"Аморе мио! Наш секрет, Франсуа, я сберегу до самой смерти.

Ты - лучшее, что у меня было.

Я не стыжусь. Это - как ребёнок от тебя.

Я люблю его и храню внутри себя.

Господь на может на нас сердиться за нашу любовь.

Через неделю ты будешь здесь. Я каждый день думаю о тебе.

Люби меня, прошу тебя. Лена."

О чём ты сейчас думаешь?

Чувствую себя опустошённым. Забавно.

- Что забавно? - Что командир теперь меня ценит,

а я хотел его убить. - Что ты сказал?

Это было на стрельбах.

Я уже заканчивал, у меня оставался один патрон.

Я не знаю, что произошло. Сердце стало учащённо биться.

Я прицелился ему в голову!

В течение доли секунды я мог выстрелить!

Ни фига себе!

Я только надеюсь, что не схожу с ума.

Слушай! Кто-то сюда поднимается!

Спрячься! Спрячься, говорю!

Вы кого-то ищете, командир?

Что ты тут делаешь? Лечь - отжаться!

Сколько отжаться, командир?

Раз...

два...

три... - Тебя нужно проучить! Ну держись!

Давайте, командир, ломайте мне пальцы, я только этого и прошу!

Ты - как твой командир, а? Такой же выпендрёжник.

Но он-то трус.

Наверняка, забыл тебе рассказать о матче, где получил свой титул.

Твоего идола побеждал юный боксёр 18-ти лет.

И, несмотря на гонг, он продолжил его избивать.

Теперь парнишка в инвалидной коляске.

Парализован на всю жизнь.

Кому адресовать твоё письмо?

- Я не могу тебе сказать. - Как хочешь.

Пиши:

"Я люблю вас.

Каждый день я как в тисках,

в постоянном желании видеть вас,

вдыхать ваш запах...

Ты реально хочешь, чтобы я написал "вдыхать ваш запах"?

Да, пиши.

...целовать ваши глаза,

ваши губы...

гладить вашу грудь,

ваши бёдра...

Тебе не кажется, что это слишком? Ты хочешь, чтобы я всё это написал?

Я думаю о нежном гроте, влажном и горячем,

откуда приходит ко мне столько жизненных сил.

Я люблю вас от всей глубины души".

Давай.

Ну, ты даёшь!

Клянёшься никому не рассказывать?

Можешь на меня положиться.

Галенит!

Я заканчиваю с боксом. - Заканчиваешь с боксом? Ты?

Тут я в нокауте!

Франсуа, открой! Это я!

Что тебе надо?

Мне - ничего. Это командир. Он не может проводить воскресенье без тебя.

Пошли, он тебя ждёт. - Не хочу! Я останусь тут.

И оставь меня в покое! - Давай, выходи!

Чёрт, что я ему теперь скажу? Выходи, говорю!

У тебя будут неприятности!

Открывай, Франсуа!

Ты меня слышишь?

Что происходит?

Ты ещё не одет?

Простите, командир, но в это воскресенье я не могу.

Не можешь? Но ты же не наказан?

Нет, не наказан. Но я не хочу.

Почему ты прячешься?

Что происходит, Франсуа?

Что не так, мой мальчик? - Я не ваш мальчик!

В последнее время я тебя не узнаю.

Ты хуже работаешь, всех избегаешь.

Ты словно расхотел учиться! - Это правда, командир, я расхотел учиться.

Ты не имеешь право так поступать. Надо что-то делать!

Сделай усилие ради меня. - Это почему?

Вы мне не отец.

Тогда сделай ради себя.

Нельзя быть одному. Одиночество толкает к чёрным мыслям.

Чёрные мысли заставляют думать.

К тому же, можно быть одиноким и среди людей, а, командир?

Несомненно.

Ладно, не отчаивайся.

Ты не имеешь права. Есть люди, которые в тебя верят.

И даже такие, которые тебя любят.

Я не уверен... не знаю.

Я знаю.

Пошли, а то опоздаем.

"Морально и физически, всё, похоже, хорошо?

И морально, и физически. И, мне кажется, я дерусь от всей души и изо всех сил.

Вы знаете, с каким трепетом и вниманием мы следим за этими событиями?

Вы обязательно должны победить. Мы уверены, вас ждёт триумф!

Поэтому я буду драться ещё лучше.

После этого панегирика Пьеру де Голлю, наш корреспондент в США обратился..."

Его специализация - последовательность ударов и хуков в печень.

Он атакует. Атакует по всем фронтам.

А поскольку бьёт он быстрее молнии, ни один соперникне выдерживает.

Он отправляет их в нокдаун.

Он король!

Жижи уснула.

Вот - это на твои 15 лет.

С днём рождения, Франсуа!

Это в первый раз! Не знаю, что и сказать...

Ты же не станешь плакать, мой мальчик?

Надо задуть свечи за один раз.

Держи.

Открой!

Знаешь, Франсуа, это прекрасный подарок от Жюльена.

Он никогда не расставался с этой фотографией.

И это его подпись.

Спасибо.

У меня тоже есть для тебя подарок.

Красивая ручка.

И где ты её раздобыла?

- Купила. - Как это "купила"?

Какая разница, Жюльен?

Куда ты ездила? Значит, ты уезжала? Когда?

Отвечай!

- Пожалуйста, Жюльен, оставь меня. - Как ты посмела?!

Я запретил тебе выходить из дома! Запретил! - Отпусти меня, Жюльен!

Отпусти меня! (ит.)

Я ненавижу тебя, Жюльен!

Прекратите! Прекратите!

Вы психи!

Не надо было меня приглашать!

Не надо было давать надежду, что у меня может быть семья!

Франсуа!

Франсуа!

Франсуа!

Франсуа...

прости меня.

Прости меня, Франсуа.

И его прости.

Почему мы должны быть несчастны?

Нет, не будь несчастным, Франсуа! Никогда!

Надо отказываться быть несчастным.

Мне так много хотелось бы вам сказать.

Да, я знаю.

Нет, вы не знаете.

Будь я постарше, я увёз бы вас отсюда.

Увёз бы очень далеко.

Стал бы жить с вами в Италии.

Я не умею говорить.

А мне так много надо сказать.

Мне так больно, что я не могу выразить то, что чувствую.

Мне хорошо только с вами. Мне на всё наплевать, кроме вас!

Слышишь, как бьётся сердце?

Слышишь? Слышишь, Франсуа?

Я счастлива с тобой.

Я люблю тебя, Франсуа.

Мы всегда будем вместе, вдвоём, да?

Что бы ни случилось, мы всегда будем вместе, да?

Что бы ни случилось...

Мы всегда будем вместе, что бы ни случилось...

Меня охватывает странное беспокойство.

Слишком много всего происходит одновременно.

Мне нельзя цепляться за эту надежду на счастье.

Я чувствую, что очень скоро что-то надломится.

Должен сказать, мой мальчик, - я уезжаю.

Я устроился на стажировку в Руане. Мы долго не увидимся.

Франсуа!

Знаю, что не имею права лезть в твою жизнь, но береги себя, малыш!

Не позволяй себе отчаиваться.

Старайся оправдать моё доверие, словно я по-прежнему рядом.

Смирно!

Чёрт, он опять напился. А чокаться придётся нам.

Что я сделал, чтобы унаследовать такой взвод?

Но это изменится!

Вы наконец-то скоро поймёте, что вы - в военном училище!

Заткнись, Жорж, а то наговоришь фигни.

Что ты сказал?

Я сказал: "Заткнись, Жорж, а то наговоришь фигни!"

Ты!

Чтобы через 5 минут

предстал передо мной в форме - галстук и белые перчатки.

Койка аккуратно заправлена и внизу - во дворе!

- Во дворе? - Ты меня понял.

У флагштока!

В карауле не зевают!

Да, командир. Скажите это тому, кто мешает мне спать.

Здесь говорю я, а ты молчишь!

Конечно, командир. Я не хотел вам перечить.

Плохо заправлено! Плохо! Заправь сначала. Выполнять!

И молча!

Но я счастлив, командир! А когда я счастлив, не могу не петь.

Он счастлив? Вот как?

Ну, раз тебе так нравится таскать вниз койку, мы это устроим.

У меня есть ещё 4 тысячи караульных. Для тебя получится 4 тысячи коек.

Благодарю вас, командир. Вы так ко мне добры.

Предупреждаю, в твоих интересах сидеть смирно.

Малейшая фигня - и я тебя урою.

Не сомневаюсь, командир.

Как ты понимаешь, я требую, чтобы ты извинился перед своим начальником.

Это приказ!

- Я не могу, мой капитан. - Правда?

Надеюсь, ты осознаёшь последствия твоего отказа.

Мой долг - тебя предупредить. - Спасибо, мой капитан.

Я беру ответственность на себя.

Я не передумаю.

Всё, что я могу сказать, - я давно ждал случая, чтобы вломить сержанту.

Курсант Берто!

Я доложу об этом деле полковнику!

Мне жаль!

"Здесь, куда меня бросили, мне плохо.

Отныне мне отказано во всякой ласке, тепле, спокойствии.

И тем не менее... моё сердце бьётся сильно и часто.

от какой-то необъяснимой радости".

"Держись, старик. Мы все с тобой! Подпись - Галенит".

- Как тебя зовут? - Бертран Лаван.

Но здесь меня называют Спиру. А тебя?

У меня больше нет имени.

Ладно, Спиру. Береги свои бутерброды.

Почему ты мне это говоришь?

Потому что ты мне кое-кого напоминаешь.

Ладно, пока, Спиру.

"Когда я пишу, и слова оставляют эти следы на бумаге,

у меня ощущение, что они существуют,

что мысль, которую они несут, расправляет крылья,

в нетерпении, когда будет написана вся фраза целиком.

Мне кажется, я нашёл своё место.

Покой проникает в меня.

Я пишу. Я счастлив".

Пора в столовую?

После того, что произошло, тебе запрещено в столовую.

Я, у кого не получается ни с кем говорить,

теперь могу писать. И это такое облегчение!

Великое утешение, которое становится необходимым для моего выживания.

Единственное беспокойство - количество остающихся мне страниц сокращается.

Тревога, что останусь без бумаги, заставляет меня писать более убористо".

"Дорогая Лена! Умоляю вас, верьте в мою любовь.

Я думаю о вашем теле,

и желание, бьющееся во мне взять вас и любить, доказывает, что я мужчина.

Лена, мне не терпится вырасти.

Изо всех сил меня влечёт в будущее... в будущее.

Дождитесь меня, Лена! Аморе мио".

Ещё 3 наших парня погибли там на рисовых полях, на другом конце света.

И наша школа на несколько часов получила гробы с их останками.

Ну что, придурок? Научился молчать и уважать начальника?

Под моим наблюдением тебе разрешено размять ноги во дворе.

И когда я говорю, надо стоять по стойке смирно!

Я без труда представляю своё тело, нагое и холодное, в закрытыми глазами.

Меня, Франсуа, погибшего под этим же флагом. И молюсь я за себя самого.

Мой страх погибнуть там, в рисовых полях, странным образом меня покинул.

Я свободен.

Полковник пока не принял решение в отношении тебя.

Я только знаю, что он думает тебя отчислить.

Так что нет смысла советовать тебе сидеть тихо, не высовываться?

Возвращайся к своей работе, словно ничего не было.

Погоди минутку.

Это твоё?

Да, мой капитан.

Я пока не показывал её полковнику.

Ты понимаешь, что моей обязанностью было прочитать эту тетрадь.

То, что я там нашёл, помогло мне понять, что у вас произошло с командиром 4-го взвода.

В остальном, то, что ты пишешь, меня не касается.

И не имеет отношения к армии.

Тем не менее, я дам тебе дружеский совет.

Брось ты это дело. Подумай о своём будущем.

И главное - продолжай писать.

У тебя талант!

Что ж, думаю, я верну тебе эту тетрадь.

Она, наверное, тебе дорога?

На.

Спасибо, мой капитан.

- Здравствуй, Франсуа! - Привет, Берто!

Привет, Франсуа!

Добрый вечер! Мы рады тебя видеть.

Здорово, Берто!

Здравствуй, Кристоф!

Привет, Франсуа!

- Здравствуй, Франсуа! - Здравствуй, Берто!

Привет!

Здравствуй, Франсуа!

Привет, папаша!

- Ты хорошо подумал? - Я всегда слишком много думал.

Я сделаю так, чтобы меня отчислили.

Мне больше нечего терять.

Осталось только решиться.

Ладно, я пошёл. - Тебя ждать?

Нет, не жди меня.

Пока, Галенит!

Пока, Франсуа.

С этого момента судьба взяла в оборот жизнь Франсуа, и всё быстро закрутилось.

Дисциплинарный батальон и Индокитай.

Несколько писем Лены чудесным образом дошли до него.

Что же касается тех, что писал ей он, то странным образом

они исчезли из ящика, где она их хранила,

точно накануне того дня, когда мотоцикл Жюльена врезался в стену.

Узнав о смерти командира, Франсуа расплакался.

Это его удивило, ибо ежедневная близость смерти закалила его равнодушие.

Он и представить не мог, что случится что-то ещё, что усилит его одиночество.

Галенит!

Ничего страшного.

Никогда ничто не происходит так, как мы себе представляли.

Франсуа...

я хочу задать тебе вопрос.

Письмо...

то, в лазарете...

Кому ты его писал?

Ты всегда будешь меня удивлять.

Я тебя покидаю, старик...

Я рад, что сдохну не в одиночестве.

Спасибо.

Франсуа!

Перевод и субтитры: Lisok (Lisochek)