Original subtitles

КАРМЕН

Антонио, я уверен, тебе понравится Севилья. - Не сомневаюсь.

Как подумаю, что ещё вчера вечером мы с Наваррцем умирали от скуки в Лусене...

Что скажешь, Наваррец?

Эй, дон Хосе? О чём так задумался, Наваррец? - О своих краях. Мечтает...

Что так заторопились? - Да лейтенант заметил свою последнюю ночь любви.

Видишь, вон там, с мантильей? Она, Кармен.

Любовница лейтенанта? - Ага, вот он и вьётся, как новобранец.

Эй, Наваррец, погляди, какое прелестное созданье! Взгляни!

Ты ничем не рискуешь: эта птичка не для тебя.

В моей стране, если женщина ходит в таком наряде, люди осеняют себя крестным знамением.

И ты осени себя, приятель, осени!

Я и в самом деле осенил, чтоб Господь простил мне мои греховные помыслы.

Есть какие-нибудь новости? - Нет. А у вас есть?

Сегодня вечером прибудут. - Думаешь? - Надеюсь.

Так не может продолжаться. У меня совсем нет товара. Только и жду целыми днями.

На, возьми, пока ждёшь! - Ворованная сигара - проклятая сигара.

Лицемер!

Ты их сворачивала? - А как же! Свернула, украла и подарила тебе.

Сержант! - В вашем распоряжении. - Знаете склад? - Да, лейтенант.

Когда табачная фабрика снова откроется, пускать внутрь будете только с разрешением.

Так точно, господин лейтенант!

Доброе утро! - Здравствуй, Инес.

К сожалению, такая же дешёвка, как её папаша и мамаша. О, вот и Кармен!

Грех у неё на лице написан, но глаза заранее отпускают тебе все грехи.

Кармен! У тебя сегодня самые красивые глаза, да? Небось, для лейтенанта?

Для его эскадрона. - Чем занималась сегодня ночью? - Считала свои родинки.

И одной ночи хватило? - Вполне... нас было двое!

Доброе утро, Кармен. - Доброе утро.

О, новое лицо! Откуда такой? Я тебя никогда не видела.

Прибыл из Лусены. Из скучного гарнизона.

У нового лица красивые глаза. - Ну уж... - А свой язык он что, в Лусене забыл?

Наконец-то... соизволил взглянуть на меня.

По крайней мере, тебе не нужно говорить, чтобы быть понятым.

Как твоё имя? - Дон Хосе Лизаррабенгоа, по прозвищу Наваррец, к вашим услугам.

Благодарю, я сама себе послужу.

А меня, красавчик, зовут... - Кармен, мне уже сказали. - Я же ему и сказал.

Что ж, ты правильно сделал, что услышал. До встречи, Наваррец!

Мои поздравления!

Доброе утро. - Здравствуй.

Доброе утро.

Плохо день начался, да? - Почему это? - Сержант неразговорчивый...

Его зовут Хосе и он из Наварры. - Неужели сам тебе сказал? - А как же!

Лгунья! Он и рта не раскрыл, я сама слышала.

Если он и рта не раскрыл, как же ты это услышала?

А ну-ка, потише, девушки!

Она кружилась вокруг него, как тореадор вокруг ленивого быка.

Так и рвалась его спровоцировать... А он даже не взглянул на неё.

Смирись с этим, Кармен. Ты не в его вкусе.

Я и не пыталась ему понравиться. Всего-то и делов - наваррец...

Вот именно, наваррец... слишком жирно для цыганки.

Что ты сказала?! А, я давно уже собираюсь выцарапать тебе глаза, уродливая ведьма!

Будь ты проклята, сука! - Чёрт бы побрал тебя вместе со всеми твоими потрохами!

Так и порвала бы тебя на кусочки!

Пусть проказа поразит твоё тело, а падаль твоя отравит всех червей!

Тихо! Вы что обе, с ума посходили?!

А ну-ка, брысь! Эй, мои ключи! Мои ключи!

Тихо!

Сеньор, помогите мне! - Ты оскорбила меня, и я тебя порезала. Теперь мы квиты.

Она ранила меня! - А ну-ка, пошли со мной!

Видишь теперь? Это не я за ним бегаю, а он пришёл за мной и забрал меня.

Потише, или я вас всех заберу!

Что случилось? - Работница напала на одну из своих товарок и поранила её ножом.

Ясно. Доставьте её немедленно в тюрьму.

Другим будет наука. - Слушаюсь, господин лейтенант. - Держите!

Это меня-то ты велел арестовать, да? - Как, это ты?

А ты кого хотел? - Но сейчас я уже не могу отменить приказ.

Бедный птенчик!

В следующий раз предупрежу тебя днём раньше.

Ба, это же Кармен! - Кармен?! - Куда тебя ведут? - В рай.

А это мои ангелы-хранители. - Разве одной девушке нужно целых трое?

Может, вызвать подкрепление? - Трое с оружием на одну девушку. Вот уж смех!

Ты слышишь это? - Приказ есть приказ.

Прости, что поставила тебя в такое унизительное положение, земляк.

Ты из какой части Наварры? - Из Элизондо. - А я из Эчалара.

Может, мы с тобой даже кузены. Видели бы нас наши бедные матушки!

Плачешь? А только что была такая гордячка... - Ничего я не плачу.

Из-за чего ты подралась? - Из-за тебя. - Из-за меня?!

Да. Они сомневались в твоей храбрости и оскорбляли тебя за то, что ты не здешний.

Я засунула им эти оскорбления обратно в глотку. И за это ты меня в тюрьму!

И это будет твоё первое воспоминание о Севилье! Печальное воспоминание!

И для меня тоже печально будет это вспоминать... Ты должен простить меня!

О, это приносит удачу! - Что? - Пегая лошадь.

Она посмотрела на меня. Это добрый знак!

Понимаешь? Это знак того, что мои беды вот-вот закончатся.

Приметы не обманывают.

Если я толкну тебя и ты упадёшь, этим двум кастильским олухам нипочём меня не поймать.

Дай мне сбежать! Отпусти меня... это судьба!

Ну тогда... - Что? - Да поможет нам Пресвятая Богородица Горная.

Эй, помоги мне подняться! Скорее!

Могу поспорить, что она укрылась у Лильяса Пастии.

Лильяс Пастия? - К вашим услугам.

Молодым людям, кажется, очень жарко. У меня есть хорошее игристое вино.

Да, жарко, но мы не за вином. Ты знаешь Кармен?

Я знаю всех красивых девушек в Севилье. Таково моё ремесло. - Она здесь?

Здесь? - Да, здесь? - Здесь? Нет, я её не видел.

Нет? Она не спряталась у тебя в погребе?

Если она спряталась, то откуда мне знать, что она прячется?

Ладно, пошли... Видно, мы ошиблись.

Можешь меня поблагодарить. - В самом деле?

Если б не я, они бы тебя нашли. - Не говори глупостей. На, держи!

Что это? - Ключи от склада на табачной фабрике.

Зачем ты их украла? - Чтобы поупражняться.

Поди знай, когда Гарсиа будет здесь... - Тебе только и забот, что о Гарсиа!

Непросто добраться из Гибралтара в Севилью! - Да, дорога небезопасна.

Почему? На ней разбойники? - Нет, жандармы.

Стой! Остановитесь!

Стой! - Стой!

Жандармы устроили засаду в 3 милях отсюда. Этот парень не подкупил их.

Каналья! Я дал ему двести дуро, чтоб договориться с жандармами! Двести!

Мы с ним посчитаемся. - Хочешь убить его? - Нет, перережу ему горло удовольствия ради.

Давно не перерезал никому горло. Шесть месяцев отдыха. Это чересчур.

Ладно, вернёмся по своим следам. - Невозможно: жандармы повсюду.

Ясно. Друзья, нам придётся попрощаться со своим товаром. - Что это значит?

Товары в воду! - Да разве это милость Божья?! - Нет, это улики!

Ну-ка, поторопитесь! - Осторожней! Осторожнее, это ж нежные вещи!

Грех-то какой...

Гора сигар и 14 стаканов аликанте, пока я тут жду их!

Это уже не работа. Если через две сигары их не будет, извините, но я...

Я всё поняла, заткнись!

А вот и они!

Это вы, Гарсиа? - Да, я. - Товар при вас? - Нет больше товара.

Шутить собираетесь? - Разве похоже, что я шучу? Это дурная примета!

Не стоит говорить со мной таким тоном! Я вас ждал!

Ждал несколько недель! - Чего ты ждал? Чтоб праздник тебе устроили?

То есть? - Спрашивает, может, хочешь, чтоб тебя прирезали.

Выпить, Пастия!

Кармен, ангел ночей моих...

Хотел привезти тебе шёлковый платок, да жандармы помешали.

А я-то ещё молилась святому Христофору! На этот раз он, видно, оглох.

Это в первый раз, чтобы мужчина не уступил тебе.

Скажите же, как скоро я снова смогу получить товар?

Ты ещё здесь?! - Ладно... Ладно!

Постараюсь достать себе табак по-другому. Своими силами!

Зачем искать табак на Гибралтаре, когда его и в Севилье полно?

В Севилье? - Да. - Где? - На табачной фабрике.

И как, по-твоему, я войду на фабрику? - С ключами. Как все делают.

Ты что, за болвана меня держишь? - Держи, Гарсиа.

Три недели тебя ждут. - Ну, ты же и...

Ну, это уж точно не я тебе раздобыл, а Кармен. - Уж конечно!

Понял? Я тут не при чём. - Ага, как обычно.

Но, скажи-ка, эти поддельные ключи... - Они не поддельные. Я их украла.

Нет! - Да. - Ну, я доволен. Видишь, ты не напрасно молилась святому Христофору?

На проценты поставишь в его честь дюжину свечей.

Ну, теперь ты счастлив? - Да, да... - Видишь, дадим мы тебе табачку?

Только поосторожней, фабрику охраняют.

Ключей от склада мало, чтобы раздобыть товар.

Его ещё надо переправить в город. А там повсюду караульные.

Не гляди так мрачно! Пессимизм до добра не доводит. - Но... - Хватит! - Гарсиа!

Ты дала мне ключи, чтоб меня пришили, или чтоб я открыл склад? Давай! - Одноглазый...

Не называй меня сегодня Одноглазым - я или сильно захочу тебя, или голову тебе пробью!

У меня крепкая голова, Гарсиа.

Слышь, Доротея, Одноглазый приехал. - Знаю.

А что я видела на лестнице, тоже знаешь?

Лягушки приносят удачу...

но между лягушками и удачей...

попадается много ворон, много чёрных кошек и разбитых зеркал.

Да, да, знаю! Лучше раскинь мне карты и скажи, выгорит ли дело у Одноглазого.

Сними.

Судьба часто меняет дорогу. Она капризней красивой беременной женщины.

Ох! - Что? Что там у Одноглазого? - Тут не в Одноглазом дело.

Деньги в моих картах есть? - Ни денег, ни Одноглазого, ни виселицы, ни барыша.

Так что же? - В твоих картах мало денег, зато много любви.

Я никого не люблю.

Ты не можешь знать, что у тебя на сердце.

Говорю тебе, что никого не люблю! Некогда мне время терять.

Да, но любовь не смотрит на время. Как знать...

Надо же... это военный. - Лейтенант? О, нет!

Я вижу решётку, тюрьму...

Ты опоздала, Доротея. Я покинула тюрьму прежде, чем попала в неё.

Возможно, кто-то другой занял твоё место.

Эй, держи, это от твоей двоюродной сестры! - От моей сестры? - Да.

Земляк... если любишь доброе жаркое, отправляйся поесть его к Лильясу Пастии.

Кармен!

Терпеть не могу полицейских. - Кармен!

Кармен... - Всё ещё хочешь надеть на меня наручники? Нам не о чем говорить!

Позволь мне объяснить тебе! Когда я велел арестовать тебя, то не знал...

Что речь идёт обо мне? Согласна. Но потом? - Было слишком поздно.

Я не был уверен в новом сержанте и не мог отступиться на глазах у своих людей.

А должен бы! Впрочем... у тебя нет гордости...

Тот, кто любит Кармен, должен быть уверен в себе и отважен.

Но ты боишься скомпрометировать себя. - Но разве я разыскивал тебя после побега?

Нет, я только разжаловал сержанта и посадил его на месяц в тюрьму.

Ты неплохо управилась. - Ты его разжаловал? Бедный парнишка...

В общем, кто-то должен был за это заплатить.

Да сегодня утром его и освободили.

Весь месяц он будет ночами охранять пролом в стене.

Разве я не заслужил благодарности? - От меня?

Как я могу любить тебя? - Не забывай, как много услуг я тебе оказал.

А как иначе, если ты был от меня без ума? - Кармен, я должен снова видеть тебя...

Да? Тогда посмотри на меня хорошенько, потому что между нами всё кончено.

Кармен!

Угу...

Прощай, детка! - Куда ты? - Меня ждёт Гарсиа. - Опять Одноглазый!

Стоит ему свистнуть, как ты бежишь к нему, как последняя сучка.

Нет, нет... Между Одноглазым и мною история давняя.

Прощай, малыш! - Нет, Кармен! Я люблю тебя. Прости меня.

Как оригинально... - Ты нужна мне.

Оригинально. - Сегодня вечером? - Что - сегодня? - Я мог бы...

Ты мог бы?!

Ты даже не смеешь закончить фразу, потому что в конце её есть кровать!

Что ж, сегодня вечером ты можешь прийти и найти меня в моей комнате. Доволен?

Ты позволишь? Иначе Одноглазый может потерять терпение.

Скажу ему, что была с твоим капитаном. Он не станет ждать меня ради лейтенанта.

Лильяс, сегодня я больше не танцую. У меня будет на это время завтра!

Ну что, земляк, пошли? Идём погуляем.

Сеньорита, я пришёл поблагодарить вас за подарок, что вы прислали в тюрьму.

Хлеб я съел, напильник сохраню на память о вас,

но я пришёл вернуть вам деньги.

Вот это да! Ты сберёг деньги? - Да.

Здорово! Тогда мы проедим их вместе. Давай, держи!

Вот, возьмите. - Спасибо. - Почему ты не попробовал сбежать?

Не забывайте про мою честь, как солдата. - Ох, красиво сказано!

"Моя честь солдата"!

А я вот не понимаю, как ты целый месяц мог прожить под замком.

Если бы меня лишили свободы... Не знаю... Я была бы, как голодная.

Почему ты сейчас отходишь от меня? - Вы не боитесь встречи с лейтенантом?

Нет... Думаешь, я завишу от какого-то лейтенанта?

Я же не сержант! - Да и я больше тоже. - А, и верно...

Он потерял свои нашивки из-за моей любви...

Вот, будешь сержантом моей души. Нашивкой больше, нашивкой меньше...

О, какой красивый виноград! Мм... Попробуй!

Вкусный? - Чудесный.

Дай мне свой платок. Наполним его этим красивым виноградом!

Хочу эту! И ещё апельсины!

Будут для нас золотом.

И ещё!

Сколько за всё? - Десять сольди. - Держите.

Признайся, я погоняла тебя в тот день, когда ты вёл меня в тюрьму?

И ты признайся, что я позволил тебе сбежать.

Ох, какие цветы! Посмотри на георгины! Хочу много-много!

Сколько я вам должна? А, нет, держите всё!

Смотри, Хоселито, вон спит какая-то старуха. Подожди-ка!

Вот так! Просыпаешься в саду и думаешь, что всё ещё спишь.

Сон - это ведь тоже милость, да?

Доротея! Моя дорогая Доротея! На, держи это. И оставь нас одних.

Бери, пробуй и ешь, только не смотри на моего красавчика Хосе такими глазами.

Ты что, потеряла голову? - О, моя голова принадлежит уже не мне, а Хосе.

А также мои глаза, мой нос и мой рот. Всё моё тело покидает меня!

Прощай, Доротея. Если спросят, где Кармен, говори, что Кармен уехала.

Да, совсем небольшая поездка. Не так ли, Хоселито?

Только чтобы слетать к порогу рая и вернуться обратно, увы!

Ты выглядишь очень смущённым, красавчик сержант.

А вот и Кармен. Ты правильно сделал, что позволил ей сбежать.

Ты спросишь, куда же она побежала, да? А она побежала к тебе.

Видишь теперь? В конце концов она рядом с тобой, земляк.

Ты из Эчалара, я из Элизондо, а чтобы встретиться, мы приехали в Севилью!

Так ты мне поверил?

Посмотри на меня хорошенько... Ну разве я из Эчалара?!

Цыганка я есть... и цыганкой умру.

Лгунья! Но да, верно - и твои глаза, твой рот, твоя кожа - всё цыганское.

Вот тебе и следовало слушать мои глаза, мой рот и мою кожу вместе моих слов.

Но я не жалею. Ты думаешь, что избавил меня от тюрьмы потому, что мы земляки?

Но ты не поэтому дал мне сбежать, а потому что... - Почему?

Угадай... - Потому, что ты дьявол!

Угадал! Но я ещё и колдунья, когда захочу.

Вот... видишь этот апельсин? Хорошо видишь?

Я запираю в него твоё сердце... Видишь? Готово!

Сердце Дона Хосе! Прыгай! Пляши!

Нужно ли съесть этот апельсин, сеньор Дон Хосе? Нужно?

Видишь? Твоё сердце обливается кровью. На нём следы моих зубов. Теперь ты мой.

Но на что мне твоё сердце! Я плачу свой долг - таков цыганский закон.

Кармен!

Кармен? - Кармен ушла. - Как же, если она велела мне прийти сюда?

Она назвала вам другое место и ушла на встречу, которую вам назначила.

Да нет же, она собиралась ждать меня здесь! - Ну, значит, она передумала.

Я скажу ей, что ты заходил. - Нет-нет, не надо ничего говорить.

Он - твой любовник, да?

Ты прекрасно видишь, что это не так, он мне вовсе не нужен.

Земляк! - Нет, не называй меня так больше и не лги.

Никакая это не ложь, потому что я сама призналась тебе.

А ну-ка! Хочу, чтоб сегодня все были свободны, чтобы все сбежали на волю.

Давайте! Ловите свой ветер, летите и наслаждайтесь небом!

Оставьте нас, мы должны быть одни.

Ты любишь меня? - Да, думаю, немного люблю.

Жители Севильи, спите спокойно, мы заботимся о вас.

Кто идёт? - Лейтенант Маркес. Есть новости? - Нет, господин лейтенант.

Следите внимательно за складом. Если кто-нибудь полезет в пролом, стреляйте!

Слушаюсь, господин лейтенант.

Кто идёт? Хода нет! - Не будь так строг, красавчик сержант.

Кармен? Что ты делаешь в этих краях? - Тебя ищу. Нам нужно поговорить.

Понимаешь... здесь должны пройти люди с мешками...

И ты... закроешь на это глаза, хорошо?

С ума сошла? Никто не может выходить здесь, со склада. - Неблагодарный!

Вчера ты не думал о складе. Готов был сделать всё, чтоб угодить мне.

Постарайся понять, Кармен... - Хочешь вернуться со мной к старухе Доротее?

А?.. Стервец! - Нет, это невозможно, я не могу дать твоим друзьям пройти.

И чем ты рискуешь? Свои нашивки ты уже потерял.

Колеблешься? - Нет, Кармен, не колеблюсь. Отказываюсь.

Ладно. Приглашу к Доротее твоего лейтенанта. Он не откажется.

Прощай, Хоселито. Повеселюсь, когда со склада будут в тебя стрелять.

Прощай... любовник на час.

Кармен! - Да?

Ты понимаешь, о чём просишь меня? - А ты понимаешь, что теряешь?

Сменившись с караула... я могу прийти к тебе?

Любовь моя...

Я знала, что в конце концов ты согласишься.

И бам! Я сбил с ног человека на деревянной ноге. Только череп треснул.

Но бить человека с одной ногой... - Схватка не была неравной.

Одноногий против одноглазого! - И всё-таки...

Но кое-кто оказался ещё более ловким. - Да, я сделал, что мог.

Нет, нет, нет, не про тебя речь, а про Кармен. Она опутала часового.

Опутала? - Да, взяла над ним верх со всей своей грацией.

Это было несложно. Две бандерильи, два шага с мулетой и - прощай, бык!

Браво, моя Кармен! Я дарю тебе ухо жертвы.

Но что-то ты не довольна ухом... - Я довольна твоим глазом.

Между нами говоря, уж не влюбился ли в тебя этот недоумок? - Ты тут сравнил его с быком,

но будь осторожен, как бы тебе не заполучить рога.

Хватит!

Если кто влюбится в Кармен, значит, он недоумок? Идиот!

Заткнись, а? Не умолкнешь - сломаю тебе нос.

Хм! Взгляните-ка на это... Её похвалишь, а она обижается.

Твоими похвалами меня не очаровать, ясно? - Что такое?

Тогда, может, этим тебя очарую! На время...

Бедный Гарсиа! Думаешь, ты мой хозяин, раз бьёшь меня.

Когда-нибудь тебя повесят на куске верёвки,

а я этой верёвкой подпояшусь, и она принесёт мне удачу.

Одноглазый и есть! - Знаю.

Чтобы видеть опасность, которая ему угрожает, ему нужны два твоих глаза.

Хм... опасность?

Может, в этой опасности я и нахожу своё счастье.

Не забывай, ты - его жена, по закону египетскому. - Да уж, не забываю.

Но свою жизнь я проживу по своему закону. - Гордячка!

Жизнь - чистая страница, на которой судьба пишет огнём и кровью.

И пишет она не то, что скажешь ты.

А тебе придётся жить, слово в слово, ничего не меняя.

Скажи, а есть любовь в моей игре? - Печальная игра. Её надо бояться.

Совсем близко... я вижу тюрьму.

И ещё одну, открытую.

Вижу лицо мужчины, красивого, как смерть. И печального, как она.

Твоя судьба связано с судьбой этого лика!

Да, она приведёт тебя к смерти!

Мда... какой чудный свадебный подарок.

А любовь? - Она перемешана со смертью. - Со смертью?

Перемешана настолько, что я не вижу ничего, кроме этого неподвижного лика.

Если тебя полюбят, то будут любить до смерти, Кармен. И ты умрёшь первой.

Почему? Я тоже полюблю? - Или потому, что тебя будут любить. Кто знает...

Вот, смотри.

Это - Смерть.

Смерть?

Ты сошла с ума, и карты ошибаются! О каком-таком лике ты говорила?!

Мужчины желают меня, а не любят. И я поступаю так же.

У меня есть тому доказательства. Даже сегодня вечером с глупцом-наваррцем!

К тому же платить нужно наличными.

Слышишь? Уверена, это он и пришёл за расчётом...

Я бежал, что есть мочи, даже запыхался. - Напрасно! Я не торопилась увидеть тебя.

Но почему? В чём ты упрекаешь меня? - Не люблю, когда приходится умолять!

Меня не надо умолять, я просто колебался. - Ты не колебался - ты торговался.

Тем хуже для тебя. Вот и получи за свой тяжкий труд!

А теперь уходи. - Думаешь, я пожертвовал своей честью ради какого-то громилы?

Не знаю, сколько стоит честь. Никогда её не покупала. Мне и своей хватает.

Думаешь, я уйду по твоему приказу?

Убирайся к своему эскадрону да ищи свою караулку!

Она - красивая девушка, как раз по тебе.

Долг - тебе брат, честь - твоя кузина, а её сестра - дисциплина.

Иди, дитятко, иди к своей семье! - Прав я был вчера вечером: ты - сам дьявол!

Не над чем тут смеяться... потому что и ты любишь его.

Перестань! Этого не было в твоих картах. - Я прочла не в картах - в твоих глазах.

Хоселито!

Хоселито...

Умоляю, прости меня. Это я умоляю тебя вернуться.

Они связали меня. - Кто? - А потом открыли склад.

Соберите людей! Сколько их было?

У меня не было времени их считать, но когда я получил удар по голове,

то услышал громкий смех, который до сих пор звучит у меня в ушах.

Одноглазый. - Кто?

Его разоблачил смех. Сам подписал себе приговор.

Ну, вот!

Больше я вам ничего не должен. - Премию! - Какую премию? - Вы обещали сотню дуро.

Ага, добавлю вам, когда продадите мне весь товар. - Что-что-что?

А если я немедленно выплачу тебе другую премию? - Что это значит?

Гляди, чтоб не устроили тебе праздник, пока ты считаешь каждый грош! - Что?

Спрашивает, может, хочешь, чтобы тебя прирезали...

А-а, ясно, ясно... Вот она, ваша премия.

Я такой... уж если меня удаётся растрогать...

Столковаться всегда легче. - Сразу бы так...

Никому не двигаться!

Спасайся, кто может!

Мерзавец!

Помогите! На помощь!

Сдавайтесь, вы арестованы! - Ещё нет!

Сдавайся, или вышибу тебе мозги!

Сдаюсь...

Сдаюсь, чтоб угодить вам. Ох, вы, кажется, пострадали?

Ты знаешь, что тебя ждёт. И на твою голову есть цена.

С вашей такого никогда не случится.

И всё же, справедливости ради, скажу, что ваша много красивее.

Уж верно!

Помогите...

Помогите. - Кто это? - Помогите. - Это никто. Падаль!

Помогите...

Сержант! Доставьте их в тюрьму. Вы за них отвечаете.

Войдите!

Кармен здесь нет! - Вчера вы уже солгали мне.

Да, но сегодня вечером... сегодня её точно нет, уж поверьте!

Но в её комнате горит свет. - Вы перепутали окна.

Довольно лжи! Дайте мне пройти! Кармен здесь, и я увижу её.

Он прав, к чему лгать?

Я здесь. Только не для тебя.

Почему? - Потому что у меня любовник. Любовник, которого ты хорошо знаешь.

Входи.

Ну, входи же...

Боишься оказаться нескромным? Или боишься испугаться?

Ну как, видишь?

Надеюсь, ты узнаешь его. - Так и знал: у Одноглазого был сообщник!

Убирайся отсюда, мерзавец!

Теперь... тебе придётся стать одним из нас.

Давно я его хотела.

Вознаграждение 2000 дуро За Дона Хосе - живого или мёртвого

Стой!

Давайте, вперёд!

Живо, спешивайтесь! Ремендадо, Данкайре - к дверям.

Давайте, торопитесь! Скорее, скорее! - Господа, прошу вас... здесь девушка.

Девушка? - Пощадите её! - За кого вы нас принимаете?

Выходите, сеньорита.

Это моя дочь, видит Бог! - Пусть Господь и хранит её.

Вы - автор этого шедевра? Поздравляю! Вы великий художник.

Да ладно...

Видал, какая красотка? Был бы здесь Одноглазый, не поверил бы своему глазу!

Простите, сеньорита, что прервали ваше путешествие,

но мы постараемся провернуть наши операции как можно деликатнее.

Очистите мне этот сарай, и поскорее!

Эй, о чём ты тут размечтался? - О том, что её стоило бы раздеть.

Ты чего? - Нет, только чтоб забрать её платье.

Я обещал уважить её. - Так я и раздел бы её с большим уважением.

Не слушайте его, сеньорита. Эй, Данкайро, пошевеливайся!

О, сеньор надёжно запрятал его!

Лови! - Мой кошелёк! Оставьте мне мой кошелёк, умоляю!

Сколько в нём? - 4000 дуро. - И он хочет, чтоб мы оставили. Фантазёр!

Это приданое моей дочери. Если возьмёте его, она не выйдет замуж и останется в девушках.

Если вас это беспокоит, клянусь, я об этом позабочусь. - Заткнись!

Сеньорита, сделайте мне милость не плакать. Вы правда хотите выйти замуж?

О, да, сеньор бандит, очень хочу.

Ваш отец вас не принуждает? - Нет, сеньор бандит.

Ладно, вы свободны. Пусть Господь благословит вас.

Поехали, ребята!

Мда... Дон Хосе - полоумный.

У этой девушки было два сокровища - приданое и девственность. Мог бы и поделиться с нами.

О чём ты думаешь? - Об Одноглазом. И о Кармен.

Ну, как? - Всё прошло прекрасно! Верно, Данкайре?

Да, для старика и его девчонки. - Надеюсь, никогда больше не встретим девственницу.

Почему? - Мы потеряли 4000 дуро, которые были приданым девушки.

На черта мне такая работа! 4000 дуро за красивые глазки какой-то девушки!

Да! По 2000 дуро за глаз. На мой вкус, слишком дорого. И он не дал нам их...

На, держи мой кошелёк! Здесь больше 4000 дуро, можете забрать мою долю.

Да я вовсе... - Хватит! Держи и кончай причитать. Это подарок.

Да, добродетель стоит дорого. Сколько надо награбить, чтобы заплатить за эту роскошь.

Ты правильно поступил. Как ты был красив, когда бросил свой кошелёк Данкайро.

Я едва удержалась, чтоб не обнять тебя. - Почему же удержалась?

Не люблю, когда люди смотрят. - Ты не всегда была скромницей.

Да, тогда я ещё не любила тебя.

Ты стыдишься меня? - Не тебя. Тех, кто не способен любить, как мы.

Пусть наша любовь остаётся тайной.

Эта тайна - всё, что у меня есть. Она - моё приданое, любимый.

Да, будем любить тайно, если хочешь. Чтоб не знала ни одна живая душа...

Я люблю тебя!

Кармен и Дон Хосе... Дон Хосе и Кармен.

Да нет, Кармен вовсе не его любовница. Ну подумай сам... какой-то наваррец!

Ого! - Что?

На, читай.

Одноглазый приговорён к смерти.

Через два дня...

Спасибо, сын мой. Оставь меня наедине с этим несчастным. - Надолго вы?

Если он искренне покается во всех своих преступлениях, полчаса хватит...

Опуститесь на колени, сын мой.

Я вас слушаю. Прочтёте конфитеор?

Поскорее, нам пора отправляться! Господа, в карету!

О, святые отцы, усаживайтесь. Вы как раз вовремя.

Да поможет нам в пути Пресвятая Дева!

Стойте! Подождите меня! Одноглазый... - Что?! - Молчи! - Одноглазый...

Одноглазый сбежал! - Одноглазый?! - Его собирались повесить сегодня утром.

Я тут больше не останусь. Мне найдётся место, да? - Нет ни единого, сеньор.

Прошу вас, всего одно местечко!

Я в смертельной опасности, спасите меня! Если Одноглазый меня встретит, то убьёт!

Это Лопес, который хотел напоить тебя мышьяком, лишь бы не платить. - Ага...

Нельзя допустить, чтобы он рисковал жизнью. Пусть едет - мы потеснимся.

Садись, сын мой, садись.

Спасибо, отец мой. Благословен будь Господь, пославший вас и доверивший меня в ваши руки.

Будьте покойны: если что-нибудь случится, мы позаботимся о вашей душе. - Спасибо!

Не за что, сын мой!

Итак, едем. Поскорее, пожалуйста.

На прошлой неделе на дилижанс напала шайка Дона Хосе.

О, боже! - Это было ужасно.

Кто такой Дон Хосе? - Объясню попозже.

Так что? - Они ограбили дилижанс и заставили всех путешественников...

Что? - Раздеться догола. - И женщин тоже? - О, их - в первую очередь.

По-моему, они поступили слишком мягко. - Как это "слишком мягко"?

Да, мне говорили, что Одноглазый был намного более жестоким...

За малейшее движение - смерть!

Ох, не говорите! - Обычно он перерезал горло. - Горло? - Да.

Но почему вы так дрожите? - Видите ли, вам нечего терять, отец мой.

Мы с моим братом, присутствующим здесь, имеем при себе нечто бесценное.

Это шкатулка в форме книги, переплетённой волосами Святой Кунигунды.

Всё, что вы положите сюда, пребудет в полной безопасности.

Из ценностей у меня лишь золотой медальон. Меня благословили им.

Доверьте его защите Святой Кунигунды, сестра, и будете благословенны дважды.

Как полагаете, мне Святая Кунигунда не откажет в... - Нет, нет, что вы!

Тогда позвольте... - Деньги? Ах, как это пошло...

Да, но Святая Кунигунда видит вещи иным зрением.

У меня тоже есть кошелёк, часы с дорогими каменьями и украшения.

Святая Кунигунда всё возьмёт под своё покровительство.

Простите, отец мой, там будет ещё местечко? - Конечно. - Как не быть.

И для часов тоже. - Охотно, охотно! - Ну вот и отлично.

Я тоже, если позволите... - Конечно, позволю, брат мой.

А теперь... да поможет нам Святая Кунигунда! - Аминь. - Быть по сему.

Боже, что такое?! - Бандиты!

Дон Хосе!

Уверены, что не Одноглазый? - Уверен, ещё как уверен!

Всем выйти, быстро! Я сказал, все выходят!

Эй, вы! Привет, друзья! Отстаньте от этих идиотов.

Нет смысла их обыскивать: они и так уже всё отдали.

Кто вы? - Как это кто? Одноглазый!

Чёрт побери, никто меня сегодня не узнаёт!

А ты кто? - Дон Хосе.

Так ты спас свою голову! - Теперь она выросла в цене. - А ну, лицом в землю!

Я сказал: "Лицом в землю!"

Их надо оставить в заложниках. Наверняка есть богатая родня.

Мы не берём заложников. - И напрасно!

Эй ты, свинья! Вставай и раздевайся! - Но я...

Раздевайся или устрою тебе праздник! - Ладно... - Ну!

А, и ты здесь, да?

Отлично. Наконец-то...

Гарсиа? - Он самый.

Тебе удалось сбежать, да?

До чего ж я рад! Давно тебя не видал.

Ты страдал? - Страдал? Я? С чего бы? Ты рехнулась?

Давай свою одежду, раздевайся! - Хватит! - Раздевайся, говорю!

От чего мне страдать? - Время-то приближалось. - Какое время? - Мучений.

Ах, петля? Нет. - А о чём думал? - Что за вопросы! Думал, страдал...

Кто тебя этому научил? Чушь!

Взгляни лучше на эту обезьяну. А ну-ка, повернись! - Но я...

А теперь шагай, откуда пришёл! Ать, два...

О, нет, нет, нет...

Тебе дорога в ад. Это немного подальше!

Э, гнусный воришка! Всё-таки укрыл кошелёк с золотишком.

Даже Святой Кунигунде не поверил.

Какой срам!

Ну, поехали!

Вперёд!

Едем! А вы считайте до пяти тысяч. Чтоб я вас за десять миль слышал!

Досчитаете до пяти тысяч и можете вставать. Ну, начали!

Раз, два, три, четыре... - А ну, громче!

...пять, шесть, семь...

...восемь, девять, десять, одиннадцать...

...двенадцать, тринадцать, четырнадцать...

А я-то ещё слушал!

"Пусть наша любовь останется тайной. Эта тайна - всё, что у меня есть".

Лгунья! Да, ты всегда лгала.

Для всех ты была и остаёшься женщиной Гарсиа. - Хоселито, любовь моя...

Я всем пожертвовал ради тебя. Я пренебрёг своим долгом, дезертировал.

Нет, ты дезертировал потому, что убил лейтенанта. - Да!

Но согласился вести эту жизнь, чтобы сберечь твою любовь. Какой дурак!

Но я люблю тебя, я же не просила у тебя денег. - Да, какое доказательство любви!

Ты - единственный, кто может называться моим возлюбленным. - Слушай меня, Кармен!

Я даю тебе два дня, чтобы бросить Гарсиа. Два дня, чтобы сказать ему правду!

Я предложу кое-что получше.

Когда на нас нападут жандармы, воспользуйся этим, чтобы избавиться от Одноглазого.

А? У тебя ведь хороший пистолет.

Ты чудовище! - Чудовище?

Да? И много ты знаешь женщин, которые, как я, предлагают тебе прикончить их мужа?

Если не поговоришь с ним за два дня, что ж, я сам это сделаю!

А эту добычу чего вы не продали?

Дон Хосе предпочёл подождать. - Чего подождать? Чумы?

Сколько у вас в кубышке? - 6000 дуро.

А долю главаря вы сберегли? Долю главаря?

Хосе её выделил. - И дальше?

Забрал себе. - Почему? - Он же главарь! - Чей главарь?

Наш главарь. - Ха! Вы позволяете командовать собой этому молокососу!

Это ты должен быть взять команду на себя! - Ну, знаешь, у меня нет амбиций.

И потом, я не хотел обижать Кармен. - Ах, тут ещё и Кармен...

Да, да, это Кармен... - Значит, Кармен, да? - Ну...

Хосе слишком молод, чтобы стать главарём, но уже созрел, чтоб отправиться в мир иной.

Ну что, красавица, будем мы есть сегодня вечером?

Ладно.

Рада снова увидеть меня, а? Нет, давай-ка получше...

Стыдишься поцеловать меня на глазах у друзей? - Ну что ты, с ума сошёл?

Ты свежая, как роса.

Слышь, Хосе, похоже, мои люди довольны тобой, и ты заменил меня...

во всём, пока я был в отлучке.

Ты трус, Гарсиа! - Что тебе в голову ударило? Ревность?

Ты ревнуешь?

Эй, эй, эй! Вам не кажется, что хватает и жандармов, чтобы убивать нас?

Он прав. Я старше, поэтому должен быть умнее.

Поубиваем друг друга в другой раз.

Я к твоим услугам, Гарсиа. - Так и есть. А пока перекусим. Вот моё угощенье.

Держи! Похоже, в прежние времена ты бы от такого не отказывался.

Верно, Кармен?

Но я не вижу здесь ни Цыгана, ни Риконете.

Цыган мёртв. Пуля в сердце. - На то и сердце, чтоб в него целились.

Риконете получил пулю в глаз.

Помер, стало быть? Не повезло. Дьявол взял его вместо меня.

Бедный старина Риконете. - Он умирал три часа. - Вы должны были его прикончить.

Думали, он оправится. - На твоём месте я бы выстрелил ему во второй глаз.

Я спас тебя от палача, Гарсиа. - Ну и к чему ты это говоришь?

Чтобы ты вспомнил, что тоже получил пулю в глаз. - Ясно.

Тебе я позволю самому разобраться со смертью.

Пора спать, завтра выезжаем на рассвете. В Севилье, должно быть, подняли тревогу.

Эх, моя первая ночь на свободе... Эй, Кармен!

Ну уж!

Хоселито...

Кармен! Иди сюда, любовь моя! Иди к своему Одноглазому!

А ну-ка поскорее! Поспешим!

Вперёд!

Грустишь? - Нет. - Ладно, ладно, не куксись.

Я ж не знал, что Кармен и ты... Нет, правда, не знал. Ясно, злишься на меня.

Нет. С чего бы? - Без меня Гарсиа не вернулся бы. - Не злюсь я на тебя.

Тем лучше, потому что я не жалею. И если б начал всё сначала...

Так крепко дружишь с Одноглазым? - Нет, но с судьями я дружу ещё меньше.

Скоро я избавлю тебя от своего присутствия и попрощаюсь. - Хочешь нас покинуть? - Ага.

На ферме, которую я купил в Каталонии, меня ждёт женщина.

И давно она тебя ждёт? - Кто, ферма? - Нет, женщина!

Пять дней. Её муж умер на прошлой неделе.

Но я оставил её за собой, ещё когда гулял на свадьбе.

Сейчас у неё шестеро детей, но я помогу ей и ещё обзавестись.

Я создан для спокойной жизни. - Я тоже, Ремендадо.

Но не поздно ли ты спохватился?- Нет.

Когда я вас покину, тогда и начну жить по-настоящему.

Потому что, говоря между нами, та жизнь, что здесь, она не для джентльменов.

Нет! Ты в любой момент рискуешь быть убитым.

А мне нужно прожить долго, чтобы вырастить детей моей вдовы.

Эгей!

Врассыпную!

Эй! Вперёд! Все в лес!

Ты ранен? - Нет, нет, у меня кончился порох. - Погоди!

Вот. Стреляй в Одноглазого. Чем не цель, а?

Ремендадо!

Хосе! Хосе, не приканчивай меня! - Ты с ума сошёл? - Не добивай меня, не надо!

Уймись ты! Давай, хватай меня рукой за плечо.

Эй, там! Дон Хосе, что ты делаешь?

Ремендадо ранен. - Прикончи его!

Что он сказал? - Да ничего такого... сказал... сказал позаботиться о тебе.

Ну вот! Одноглазый совсем не злодей.

Я знал, что в сущности он вовсе не злой...

Ладно, ладно! Не двигайся, сейчас я тебя перевяжу.

Это всё не серьёзно, ничуть... Я чувствую, что смогу идти.

Ну конечно, конечно! - Ну что там?!

Всё ещё не прикончили его? Хотите, чтоб парень путался у вас под ногами?

Не слушайте его! Хосе, не слушай его, я в порядке!

Гарсиа, бога ради, оставь меня здесь, не добивай! - Не смей его трогать!

Убирайся!

Спаси меня, Господи, я не хочу умирать!

Смилуйся, боже!

Гарсиа!

Бесполезно таскать за собой всякую падаль. Таков закон - пуля в голову.

Глядите, теперь его никто не узнает.

А ну-ка, вперёд!

Бедняга Ремендадо...

Тебя должна мучить совесть.

Да, пристрелил бы ты Одноглазого... Болван!

Что за свиньи! Всё-таки задели меня.

Что там у тебя? - Да пустяки, царапина.

Ты держался отлично, как всегда.

Что до тебя, то не поспей ты вовремя, я там бы и остался. Я у тебя в долгу.

Нет, ты ничего мне не должен! - Должен, ещё как должен.

На благодарность Одноглазого всегда можно рассчитывать. - Ага, как Ремендадо.

Да он был наполовину мёртв. К тому же мы ничего не потеряли.

Он так и собирался нас оставить, так какая разница!

Я запрещаю тебе смеяться, Гарсиа, ты трус! - Ты повторяешься, малыш.

Ты убийца, Гарсиа. - По-моему, мы оба. - Ты грязная скотина.

Да, ты спас мне жизнь, поэтому я позволю тебе 24 часа оскорблять меня.

Видишь, не такой уж я неблагодарный?

А теперь поговорим серьёзно. Чтобы набрать людей, понадобится два месяца.

У тебя есть идеи, Кармен? - Нет. - Когда-то тебе хватало фантазии.

Эх, не знал ты её в то время. Какая женщина! Боже милостивый!

Знаешь ли ты, сколько за нами мертвецов?

Помнишь того хозяина игорного дома в Малаге?

Кое о чём я хотела бы забыть.

Да уж, история! На этом типе я выиграл не меньше 2000 дуро.

И всё-таки я тебе нравился, а?

Сколько часов провели мы в твоей комнате...

А, Кармен?

Эти времена прошли. - Э, нет! Нет, моя красавица.

Для меня они прошли. - Сейчас ты меня поймёшь.

В тюрьме я встретил парня, который предложил мне чудесное дельце.

Тебе надо ехать в Гибралтар.

Тебе надо ехать в Гибралтар!

Хорошо. И для чего?

Чтоб познакомиться с двумя торговцами, которые поедут из Гибралтара в Гранаду.

Они никогда не поедут одной дорогой.

Хорошо.

Значит, я должна вас предупредить, когда они выезжают. - Вот именно!

Мы покараулим их на развилке дорог. - Хорошо.

Я запрещаю тебе ехать в Гибралтар!

Какая разница? Он знает, что я люблю только тебя.

Не смейся, Хоселито. Ты для меня дороже жизни.

Я знаю свою судьбу. Знаю, что ты - моя смерть. Доротея предсказала мне это.

Я заставлю карты солгать и дам тебе настоящую жизнь.

Эй, идите, поиграем лучше, чем шептаться там и секретничать.

Не дуешься больше, Хоселито?

Что, Кармен, удалось тебе убедить его?

Ладно...

На, сними.

Что?!

Ни черта себе! - Что?

Ничего.

Ты жульничаешь!

Что ты сказал? - Сказал, что ты жульничаешь!

А я говорю тебе, что тут кое-кто лишний.

Понял?

Гарсиа! Ну же, не начинай сначала!

Пусти его! Он прав, один здесь лишний.

Можешь попрощаться с Кармен. Сегодня вечером я проделаю дырку в твоих кишках.

Что? Не смеёшься больше?

Я счастлива, Хоселито.

Теперь ты - мой единственный хозяин. Я принадлежу тебе.

Мы одни в целом мире.

Будем работать только на себя.

Знаешь, я уверена, что это дело в Гибралтаре даст нам... - Нет!

Не говори больше про Гибралтар. Я хочу покончить с этой жизнью навсегда.

Но... в этом моя жизнь. - Значит, ты изменишь её.

До сих пор ты мирился с нею. - Мы уедем отсюда. - Уедем?

Да... в Новый Свет.

Зачем? - Чтобы жить честно.

Как думаешь, кого ты полюбил?

Моя судьба среди бандитов и цыган. - Мне надоело мыкаться по дорогам.

Не забывай: я люблю тебя потому, что ты - Дон Хосе.

Потому что ты способен на перестрелки, бои с жандармами, грабёж путников...

Разбой... обман... мертвецы... вот наши воспоминания о любви.

Не хуже, чем у других! Я горжусь своим прошлым, мой дорогой!

Что за кровь у тебя в жилах?

Подумай-ка сам...

Ты ждал вечной любви? Тогда иди к другим, к девам твоей Наварры.

Если тебе не нравятся такие, как я - прощай и скатертью дорога!

Вижу, Одноглазый вышколил тебя. Да только ты - не Одноглазый.

Мы уедем сегодня вечером в Ронду. Знаю, что Лильяс Пастиа обосновался там.

Этот человек поможет нам раздобыть паспорта. - Тебе нельзя в Ронду.

Почему? - Потому, что за твою голову назначена цена.

Я могу поехать туда. Повидаю Лильяса Пастиа и привезу паспорта.

Оседлай мне лошадь.

Ну что, Данкайре, закончил?

Почти. Так Гибралтар? - Хосе хочет, чтоб я ехала с ним в Мексику.

И ты согласилась? - Да.

Хм... я тебе не верю.

О, хотя бы ты со мной одной крови. Нет, я не согласилась, а притворилась.

В Ронде я наберу банду, и мы разбогатеем.

А Дон Хосе? - По-твоему, я могу стать рабыней наваррца?

Ради этого он и убил Одноглазого. - Иначе и быть не могло: так суждено.

Что ж, до встречи, Данкайре!

До встречи!

До свиданья, любовь моя. Я вернусь через неделю.

Она поехала в Ронду. - Знаю, знаю...

К чему ты убил Одноглазого?

Попроси ты у него Кармен, он продал бы её за пару дуро.

Вот мы и остались вдвоём.

Что станешь делать? - Уеду в Мексику вместе с Кармен.

Ты мне не веришь, может? - Прощай, Хосе.

И куда ты? - В Бургос.

Пойдёшь в другую банду? - Да.

Почему бы тебе не покинуть горы?

Потому что горы - это мой край. - Ты знаешь, что ждёт тебя?

Да. Палач и виселица.

Так записано в моём гороскопе. - Но ты же можешь избежать их.

Не хочу отказываться от своей судьбы. Я - не предатель.

А вот я, придя к вам, предал свою. - Нет, ты ошибаешься.

Твоя судьба - это Кармен, как ты был судьбой Одноглазого.

Тебе не избежать её, бедняга Хосе.

Своей судьбы никто не избежит. - Скажи, ты - друг мне?

Прощай! Да хранит тебя бог.

Пусть обойдёт тебя палач.

Вот так! И так!

Готово.

Если таким бритьём вы не соблазните всех женщин, я готов потерять свою клиентуру.

Мой орех! - А? - Мой грецкий орех. - Ах, да! - Спасибо.

Всех женщин в Ронде. - Ага. - Да, да, верьте мне!

Нет, нет. - Не верите? - Нет.

До свиданья. - Знаете, я сделал всё, что мог. Всего разочек только и порезал вас.

Добрый вечер. - Что вам угодно? - Побриться. - Что?!

Кармен! О, нет, нет, нет, нет! - Надо же... любезный приём!

Зачем ты объявилась? Ты же здесь не собираешься устраиваться?

Напротив, собираюсь. - Я не хочу больше связываться с Одноглазым.

Будь уверен, об Одноглазом ты больше никогда не услышишь. - Тем лучше.

Он мёртв. - Гарсиа?!

Гарсиа мёртв? - Угу...

Жандармы? - Нет, Хосе.

Однако... он делает успехи. - Ты мог бы и мной поинтересоваться.

Нет, нет, не хочу ничего знать. Не хочу больше себе вредить.

Только этого не хватало! Мне пришлось покинуть Севилью после смерти лейтенанта.

Полиция вела следствие в моём кабачке. Пришлось платить большой штраф. Я разорён.

У меня нет больше средств на бесчестную жизнь.

Дорогой старина Лильяс...

Ладно, покажи мне мою комнату. - Нет у меня ни одной комнаты.

Покажи мне мою комнату! - Хорошо, договорились, не ори только...

Надеюсь, Дон Хосе сюда не намерен заявиться. Ты видела объявления?

Видела... и вижу.

Значит, и ты с ними? - А вы чего хотели...

Время от времени надо ублажать этих господ из полиции.

Так зачем ты здесь? - Чтобы добыть фальшивый паспорт.

Ах, так? И у кого? - У тебя. - У меня?!

Но я не занимаюсь такими делами!

Кому нужен этот паспорт? - Хосе. Перешлю его с каким-нибудь другом.

Как, между тобой и Хосе... - Всё кончено.

Ладно, тогда обещаю, через четыре дня у тебя будет паспорт.

Но имей в виду, я помогаю его отъезду, чтоб в Испании стало бандитом меньше.

Испания тебе благодарна. - Тсс! Тише...

Может, он даже не понадобится. - Почему?

Мёртвым не нужны паспорта. - Думаешь, он способен наложить на себя руки?

Да, после того, как убьёт меня. - Хотел бы я это видеть - как тебя убивают.

Знаешь, мне на роду написано... - Забудь, судьба порой обманывает.

Так ты не любишь больше Хосе? - Думаю, что больше не люблю.

Если ты так говоришь, значит, наверняка. - Этот идиот хочет увезти меня в Мексику.

В Мексику! Я могу выбить эту дурь у него из головы.

Каким образом? - Видела объявление?

Да... - 2000 дуро обещают тому, кто донесёт на него.

Угу... - Я не требую, чтоб ты доносила, я всё-таки джентльмен. - Конечно...

Просто скажи мне, где он прячется. - А потом? - Потом...

Потом я сделаю всё остальное.

И дам тебе половину из 2000 дуро.

Только представь: тысяча дуро!

Почти вдовья пенсия.

И никакой мести бояться не нужно.

Палач защитит тебя от неё.

Ну? Что молчишь?

Ублюдок! - Да в чём дело?

Мерзавец! - Что на тебя нашло?

Друзья, пойдём петь сенерады под балкон Марионы Орега! - Тебе пора ложиться.

Ну! Ведь завтра коррида, не забывай!

И правда. Будет ли ещё послезавтра...

Хочу воспользоваться моей, возможно, последней ночью.

О, нельзя допустить, чтобы Мариона увидела такие небритые рожи.

Предлагаю всем вам побриться в её честь. Эй, цирюльник!

Слышишь? Цирюльник! Открывай - или всё разнесём.

Точно! Разбивайте всё - он этого заслуживает.

О-о...

У вас самые красивые ноги в Испании и колониях.

От кого вы их получили? - Их дала мне моя мать, а она получила от своей.

Это семейное наследство. - Если бы я осмелился, попросил бы доверить его мне.

Что вы из них сделаете? - Ожерелье. А ваше тело будет в нём медальоном.

Держите - вот моё сердце!

Мм... приятно пахнет, но слишком лёгкое.

У меня таких целый сад. Срываю одно с утра - и хватает на весь день.

Ловите, это моё. - Вы бросаете его в окно? - А вы своё разве не бросаете в воздух?

Это опаснее - оно может упасть обратно на нос.

Что такое? - Кто тут? - Вы же звали цирюльника, а я и есть цирюльник.

Я вас звал? - Вы уже четверть часа бьёте мне по перепонкам.

Стало быть, они крепкие.

Прощайте, друзья. - Кажется, вы всем предложили почётное бритьё.

Я передумал. Отложим серенаду на другой раз.

Вы были правы - пойду спать, чтобы завтра показать вам достойную корриду.

Да, но эта дорога не в твою комнату.

Как знать? Ладно, всем пора идти. До завтра!

Пресвятая Дева, пусть быки атакуют прямо. Ладно, идите, спокойной ночи!

Скажите, ваш супруг - хороший цирюльник?

Это не мой муж. - Ну, тогда ваш отец? - Нет!

Думаете, я позволила бы этой роже дохлой рыбы пустить меня на свет?

Так что, заходите или нет?

Мне заходить?

Может, мне выйти?

Почему вы смеётесь? - Просто такое ощущение.

Правда? Это добрый или худой знак? - Пока ещё не знаю.

Любовь не болтлива, но мне кажется, она шепчет мне что-то на ухо.

Что? - Нет, вы посмеётесь надо мной. - Да нет же!

Я суеверен, как негр.

Тогда поклянитесь, что завтра убьёте двух быков, не причинив себе вреда.

Это с быков надо спрашивать!

А вы знаете, что меня соборовали пять раз?

Я очень хочу, чтобы завтра всё прошло хорошо.

Я поставил свечу милосердной Мадонне. - Если коррида вам удастся, я буду спасена.

Спасены от чего? - От угрозы.

Да, смерть следует за мной, словно тень, от самой Севильи.

Но я чувствую... что она покинет меня, если Пресвятая Дева защитит вас завтра.

Не говорите о вещах, в которых не разбираетесь.

Смерть не следует тенью: у неё есть другие приёмы.

Она ослепляет, как солнце. Она атакует в лоб.

Точно так, как Доне Хосе атакует дилижансы. - Замолчите!

Вы правы, не будем говорить о будущем.

Поцелуй меня прежде, чем меня убьют. - Ты даже не знаешь моего имени.

Ты скажешь мне его завтра, после корриды. - Почему?

Не хочу знать, как зовут мой грех.

Моя сестра - монахиня в Толедо, где я и родилась, а два моих брата адвокаты.

Ты лжёшь, моя красавица, лжёшь... - Почему это?

У тебя нет сестры-монахини в Толедо, где ты не родилась, и нет братьев-адвокатов.

Но я клянусь тебе... - Не надо клятв.

Твой рот, твоя кожа, твои глаза не лгут.

Ты цыганка, и тебе не нужно лгать, чтобы понравиться мне.

Что тебе нравится во мне? - Твой голос.

О-о... - Что?

Но моего голоса не видно. А что ещё?

Ещё - твоя ложь,

а потом - твой взгляд.

Ах, так? Тебе нравится то, что тебе противоречит, что ты не можешь уловить.

О чём ты думаешь? - О Гранеро, который сейчас тянет жребий на моих быков.

Если тебе попадутся отважные и верные звери, ты ведь ответишь тем же, правда?

Ну, сегодня вечером быки будут мертвы, и я узнаю твоё имя.

Ну, что? - Готово. Тебе достались лучшие быки. У тебя 16-й.

16-й - это прекрасно. Рядом с ним легко, хотя он левша и немного крив на один глаз.

Ладно, я это знаю. Итак, 16-й. А второй номер какой? - 26-й.

26-й мне не нравится. - Почему?

Потому что 13 и 13 - 26. 6 и 2 - 8, плюс 5 - 13, а 13 и 13 - 26. Вот и не нравится.

Если таким бритьём вы не соблазните всех женщин, я готов потерять свою клиентуру.

В чём дело?

Ты... это ты?

Простите, я на минутку. Это мой двоюродный брат из Гранады.

Идём, Чикуело, идём!

Откуда ты? Собираешься тут остаться? - Где Кармен? - За тобой же охотятся.

Где Кармен? - Тебя узнают и арестуют меня, как твоего сообщника!- Где Кармен!

Говори потише! Не кричи! Откуда мне знать об этом?

Где Кармен? - Кармен... ушла.

Она приходила, а потом снова ушла. Понимаешь, у неё нет постоянного жилья.

Ты что-то знаешь и не хочешь мне говорить! - Нет, что ты, клянусь...

Говори, где она - считаю до трёх! - Очень признателен. Я ведь твой друг.

Раз... - Я не хотел ничего говорить, раз я твой друг, хотел тебя поберечь, но...

Два! - Она ушла. Так и есть.

Она ушла с... Лукасом.

Лукас? - Да. Это тореадор. Он - тореадор.

Она больше не любит тебя, мой бедный Хосе. Не любит больше...

Ты не понимаешь этого, потому что любишь её, а я сужу беспристрастно.

И скажу тебе: она - настоящая шлюха!

Хосе! Хосе!

Я - твой друг! Видишь? Лучше бы я промолчал!

Ты мне за это заплатишь!

Я знаю, мне нельзя пить...

но скажи им... пусть хоть смочат мне губы...

Я не прошу больше пить...

просто смочить мне губы...

Меня зовут Кармен.

Ты будешь жить.

Зачем ты... лжёшь?

Нет.

Я не хочу больше жить с тобой.

Я знаю... знаю, что ты убьёшь меня.

Когда я встретила тебя впервые, Доротея прочла по картам мою судьбу - это смерть.

Так суждено. Сначала я, потом ты.

Я давно знаю, что это должно случиться. - Дай мне спасти тебя, и с тобой спасусь я.

Только смерть может нас спасти друг от друга.

Старая Доротея была права.

Любовь. Смерть.

Подумай ещё раз. Прими своё решение, или я приму своё.

Отец мой...

Не хотите помолиться за того, кто находится в опасности?

Я молюсь за всех несчастных.

Вы можете отслужить мессу по... по тому, кто готовится предстать перед Богом?

Да.

Тогда прошу вас, служите прямо сейчас.

Быть может, у вас на совесть есть нечто, что мучает вас, сын мой...

Не хотите ли вы выслушать совет христианина?

Слишком поздно, отец мой.

Никто больше не может ничего сделать для меня.

Никто больше...

Вот оно... - Всё зависит от тебя.

Тогда здесь.

В последний раз... - Нет, я больше тебя не люблю.

Ты ещё любишь меня, поэтому и хочешь убить.

Что бы ты ни делал, Кармен останется свободной!

В последний раз - хочешь остаться со мной?

Если ты убиваешь меня для того, чтоб больше не любить, чего же ты медлишь?

А если я позволю тебе делать всё, что хочешь? - Мне ничего от тебя не нужно!

А если я отпущу тебя в Гибралтар... Да, я знаю, знаю... я сошёл с ума!

Я хотел оторвать тебя от твоих гор, твоих приключений, от твоей жизни...

Теперь я понимаю это, и ты должна простить меня.

Нет! Нет, послушай!

Послушай меня! Послушай ещё раз!

Чего... чего я в сущности хочу? Быть рядом с тобой!

Пока ты будешь со мной, здесь или в другом месте,

под небом Испании или Америки - не всё ли мне равно?

Да, думаешь, небо имеет для меня значение?

Ты ведь хочешь остаться в Испании, верно? Хорошо, оставайся тут.

Вот увидишь, Кармен, мы будем счастливы. Да, счастливы...

Отвечай мне. Ответь!

Я не хочу больше жить с тобой.

Да кого же ты любишь?!

Никого не люблю.

Я ненавижу!

Да, ненавижу себя за то, что любила тебя. Я любила тебя больше всех на свете.

Давай, смелее, поторопись!

Бедняга Хосе...

Боишься, да?

Ты боишься моей смерти.

И всё же ты должен убить меня, потому что такова наша судьба.

О, нет! Нет!

Не заставляй меня убивать тебя!

Умоляю!

Я не хочу убивать тебя, Кармен. Я не хочу убивать!

Разве ты не видишь, что я спешу покинуть тебя? Ты внушаешь мне ужас!

Да, Хосе, ты трус.

Замолчи!

Трус!

Вечный покой даруй им, Господи, и вечный свет пусть светит им.

Субтитры: Линда